Часть 9

Яркий свет пробился через шторы прямо в глаза Флитвея, заставляя его проснуться. Сонливо промычав что-то неразборчивое, он протёр глаза ладонями, и проморгал ими по очереди, прежде чем окончательно отойти от сна. Но сон не хотел отходить от Флитвея. И закрыв глаза вновь, веки уже не собирались открываться, а голова снова готовилась видеть яркие сновидения. Зимнее солнце, тёплое, но не греющее, мешало, и Флитвей, пытаясь от него скрыться, решил перевернуться на бок и зарыться с головой в одеяло. Голову в бок у него повернуть получилось, - Флитвей сразу расплылся в довольной улыбке, когда щека коснулась холодной и мягкой стороны подушки, и что свет уже не попадает в глаза, - а вот ноги будто связали, как и все тело. Он дёрнул одной ногой, пытаясь выбраться, не вышло – ещё раз, не вышло. Со второй ногой тоже не вышло. - Чего ты пихаешься? – прошипел Эксе, уткнувшийся носом в его левое плечо. Флитвей разбудил его, пока пытался перевернуться на бок, а псов в кровати не было, но с кухни тихо слышалось, как они стучат посудой. Громко вдохнув носом воздух, демон протер глаза. Вся картина в них плыла, словно прошлись мылом, а дышать носом было невыносимо. Голова… раскалывалась, словно мозги разрывают львы. Тело же словно горело изнутри. - Мало того что пихаешься, еще и горячий как тлеющий уголь. Уйди! – пропыхтел демон прежде чем оттолкнуть Флитвея от себя подальше. Только не вышло. - Ты совсем из ума вышел, че ты толкаешься?! – Флитвей ткнул его локтем в ответ. - Да ты первый начал! – крикнул охрипший Эксе. Упертого Флитвея он решил выпереть от сюда ногой, но и его ноги тоже будто связали. – Да что ж.. - Тоже не получается, да? – Флитвей усмехнулся, смотря как пыхтящего демона, что встрял в таком же положении. - А какого хрена то? – ворчал демон, недовольно скалясь. - Да я откуда знаю? Нежить пробралась и связала нам ноги походу, - решил Флитвей, пожав плечом, а после ещё раз, безуспешно, дёрнул ногой. Эксе тоже попытался выбраться, и все так же безуспешно. Но уже чувствовалось, что что-то связавшее ноги начало шевелиться. - Вроде получается, - он шмыгнул носом, и потёр пальцем под ним. - Давай, давай, мы сможем! – влскликнул Флитвей, уже чувствуя, что скоро выберется и вновь продолжит спать. Так и задергали они ногами, подымая их на себя, словно вытаскивают с тянущего болота. Чувствуя, что все бес толку, Эксе тихо выругался и скинул одеяло в сторону, к себе. По телу тут же прошли мурашки от холода, от чего демон вздрогнул. С вечно тёплым Флитвеем под одеялом жарко, как в бане, а без них холодно, как на морозе. Дрожь почувствовал и Флитвей, ибо они лежали вплотную. Ещё и ноги переплелись. - Вот оно как значит, - Флитвей покосился сначала на сцепленные ноги, а потом на демона, и прижал его к своему боку, обхватив демона рукой, чтоб не мерз. – Ты во сне вертишься вот и ноги запутались. Это первое, что пришло ему в голову. Флитвей не хотел брать вину на себя, да и незачем было, он знал, что не виноват. Сам Флитвей не вертится во сне! По крайней мере он так считает, а то, что он засыпает, рассматривая обои на стене, а просыпается на полу в обнимку с одеялом, пока плюшевая игрушка надменно смотрит на него с кровати, это так, случайность. - Да кого ты обманываешь?! Это ты вертишься во мне, - Эксе сморщил межбровье, злобно смотря на него снизу, и ткнул локтем под ребро. Флитвей айкнул, ибо туда же его ударили ногой в первую же ночь в этом лесу. - Эй, да вы оба вертитесь во сне! – крикнул на них Долл, и ежи тут же притихли. Он смотрел на них с кровати, сцепив свои плюшевые ручки на груди. Долл всю ночь пролежал на нормальной кровати, пока те четверо спали на полу. И не собирался ложиться рядом с ними, ибо его случайно закинут в конец комнаты. - Ты несёшь хуйню! Я сплю нормально, не вертясь! – обиженно вскрикнул на него Флитвей, тыкнув пальцем. Никто не хотел принимать правду в лицо, особенно он. - Конечно! – протянул Долл, говоря с ярким сарказмом. Если бы лицо имело настоящие глаза, он бы точно их закатил. – Ты ещё скажи, что я не плюшевый! Я все видел, как никак, рядом сидел. - Не верим, иди отсюда, - шикнул на него демон, указав головой в сторону выхода. Долл обиженно опустил голову и покрепче сжал руки на груди, повернувшись к ним спиной. Теперь ещё и его утешить надо было. Флитвей с отчаянием выдохнул через рот, пока демон шмыгал носом в его бок, отлежав Флитвею руку. Она уже не чувствовалось, да и в целом уже захотелось подняться с кровати. Только их ноги переплелись, как сказал Долл: «Как змеи в брачную ночь». До неё дело не дошло, а ноги сцеплены так крепко, что двигать ими было невозможно. Они попытались выбраться, крутились, вертелись, как в битве или в танце. То пытались разойтись по сторонам, то словно вытаскивали ноги как из сугроба или болота. Только все это не давало толка, а их хаотичные движения спутали их ещё больше, превращая их в желто-синий клубок. Пока Долл, слушая, как недовольно фыркают ёжики, прекратил дуться и стал смотреть на них, еле сдерживая смех. - Че ты там ржешь, тряпка половая?! – Флитвей кинул в Долла подушку, злясь с того, что и поспать не дали, и выбраться не получается, так ещё и кукла плюшевая тут сидит и ржет. Она повалила его на кровать и прижала собой. - Не называй его тряпкой! Только я могу его так называть! – отчитал его Эксе, прежде чем вмазать по его лицу своей подушкой, а после тоже кинул её в Долла, ибо заслужил. Нечего было тут сидеть наговаривать, ещё и смеяться. Долл успел выбраться из под одной подушки, и увернулся от другой, взяв её в руки и еле удерживая её своими ручками кинул подушку в них, попав прямо в лицо Флитвея. Флитвей дёрнулся и кинул подушку обратно в него. Только она попала в стену, Долл тем временем уже собрался кидать вторую подушку. - А как тебе это? – ему пришла хорошая идея, и пока он не запустил подушку в них, взял в руки ещё одну, что только что кинул в него Флитвей. И стал готовится к броску, покачивая их пару раз как на качелях. Понимая, что от удара подушкой в лицо им не отделаться, они стали вновь копошиться, пытаясь расцепить свои ноги. Как пара перепуганных змей. Теперь их движения стали быстрее, но не менее бесполезными. А Долл все ещё репетировал броски, хихикая над ними. Дверь в комнату открылась, но они не слышали скрипа и не видели, кто зашёл. - Вы вставать собираетесь? Уже… - не успел договорить Кет, как в него прилетела подушка красным пятном ему в лицо и приземлилась на пол. Кет громко выдохнул прикрыв глаза, – Уже три часа дня, вы проспали все утро. Подушку будете стирать сами, завтрак, для вас это завтрак, будете готовить себе сами. Все понятно? - Да, - ответил Флитвей, не подымая головы с кровати, недовольно и без желания. Эксе не отвечал ничего, просто что-то промычал в плечо Флитвея, ибо оно тёплое, и шмыгнул носом. - Чтоб через десять минут были на кухне, - дал им указание Кет, ткнув пальцем, и ушёл, не забыв закрыть дверь. Правда как мать отец троих детей. Флитвей же вновь попытался выбраться, пока демону уже было все равно, а Долл сидел тихо, держа ручки между бёдер, и с любопытством смотря на него. Теперь, когда все в полном спокойствии, он тихо вынул ногу из захвата с трудом. И пока он освобождал свою ногу, демон слегка помог ему, вынув ногу. Такими тихими и неторопливыми действиями, они расцепили свои ноги и со спокойной душой вновь разлеглись на кровати. Уже все равно было на подушки, их отсутствие на своих местах ежам не мешало. Флитвей лежал звездочкой, расправив руки и ноги, и прикрыл глаза, ибо перелег чуть дальше от солнца. Эксе забрал все одеяло себе и закутался в него с головой. Теперь по телу шёл холод, хлеще, чем на улице. И под толстым одеялом он свернулся в клубок, как кот, пытаясь согреться. - Верни одеяло, я тебя прошу, - Флитвей повернулся к нему, чувствуя, что раскрытым лежать как-то холодно. - Нет, - промычал Эксе, пуще натягивая одеяло. - Я настаиваю. - Настаивай. Холодно дома. - А мне нет? Иди сюда, погреемся, - он раскрыл руки для объятий, надеясь, что на них ответят. И правда ответил, прикатился к нему и сам зажал в объятиях, водя руками по спине и уткнувшись щекой в его грудь. А главное одеялом поделился. - Теплее? – спросил Флитвей, прижимая к себе. - Не намного, - мех Флитвея тёплый, будто сидишь под лучами солнца, и толстое одеяло согревало отлично, но Эксе это все не грело. В основном от рук демона Флитвей чувствовал холод, словно держит руку трупа. В этот раз его тело будто горело, словно труп ожил или его подожгли. - Ты че такой горячий? – спросил Флитвей проводя руками по темно-синим иглам. - Че? – он в недопонимании сдёрнул одну бровь вверх, подняв голову на Флитвея. Походу он решил, что это не про температуру тела. - Через плечо. Ты прям горишь изнутри, - он приложил ладонь тыльной стороной к его лбу, проверяя так температуру. Лоб горячий, как тлеющий уголь. Да температура тела Флитвея во время использования энергии не такая высокая. - Что от меня требуется? – он не понимал, что происходит, и зачем Флитвей положил руку ему на лоб. В растерянности его красные глаза забегали по комнате. - Выздоравливать. Ты теперь бацилла, лежи и болей на здоровье, - он растрепал его мех на макушке, и сел, поставив локоть на колено. - О не-ет, какой кошмар, - Эксе говорил как сломанный робот или кукла, но с долей сарказма. - А вот не надо было топить в холодной воде. - Блять ну я же зажег свечки и рядом их поставил, неужели в ванной все равно было холодно? - Не так уж хорошо они и греют. Тем более они погорели и потухли, и ванной снова стало холодно. - Да емае, - он обхватил лицо руками и опустил вниз. Демон провел рукой по его спине, колыша его яркий и жёлтый мех, от которого шло приятное тепло. Настолько, что захотелось перелечь к нему поближе, вот он и лёг, положив голову рядом с ним, и прикрыл глаза. - Завари горячий ромашковый чай, - повелел Эксе, приоткрыв глаза и ткнув пальцем в бок Флитвея. Его жёлтый мех тёплый на ощупь, будто трогаешь черную кошку, пролежавшую весь день под летним солнцем, и такой же гладкий, видимо шампунь ему очень даже подошёл. И демон не переставал проводить по нему сверху вниз, то взъерошивая ворсинки, то разглаживая, с улыбкой ощущая подушечками пальцев всю мягкость и тепло. А Флитвей в этой комнате единственный, кому можно поручить заварить лекарство… А вот и нет, помимо него можно было позвать Кета или Чупа и попросить их. Ему хотелось, чтоб это сделал именно Флитвей, пусть покажет, научился ли он чай заваривать. И в нем чувствуется беспокойство, тогда как Кет начнёт выступать, что а надо было этого не делать, надо было то не делать, и так до посинения. А Чуп скажет: «Ну все, смерть» и будет стоять с лопатой, готовясь к тяжёлой работе. Но сам Флитвей все же чувствует вину, все же Чуп просил сделать что-нибудь, чтоб тот не заболел, а он все равно Эксе простыл. - Ромашковый чай? – он переспросил для убеждения, чтоб ничего не забыть и не перепутать, – Окей, заварю. – он поднялся с кровати, размяв плечи, и направился на кухню, - А точно поможет? – Флитвей высунулся с дверного проёма, желая убедится в силе чая. Эксе кивнул, смотря на него вверх ногами, ибо пришлось задрать голову и поднять глаза, чтоб посмотреть на него. Получив должный ответ, Флитвей с приятной улыбкой, зная, что все будет в порядке, прикрыл дверь и побежал на кухню. - Скажи честно, ты ведь притворяешься? – Долл, скрестив ручки на груди, выглянул с кровати на лежащего Эксе, положившего руку на горячий лоб. – Демон и простыл, невероятно. - Разве демоны не могут болеть? – прохрипел демон, шмыгнув носом. - А с чего бы бессмертному существу, способному даже голову отрастить заново, болеть какой-то простудой? – он то размахивал руками, то тыкал в демона, - Притворщик ты, Экс, великий притворщик! – отчитывал Долл, не веря не единому действию демона. Ни подавленному виду, как у таракана, выжившего после смачного удара тапком, ни хриплому голосу, это все можно красиво с имитировать. - Ну и на кой черт мне притворяться больным? – их взгляды пересеклись, а между ними словно свернула презренная молния. - Да откуда я знаю, что на уме у демона? Я просто плюшевая кукла, но даже я понимаю, что это абсурд! – Долл презренно хмыкнул, и сдернул голову в бок. В ответ Эксе громко чихнул, закрыв нижнюю часть лица ладонями. И все сомнения Долла улетучились. - Не сдохни, - пожелал Долл, успокоившись, что ему не врут. - Умолкни, - равнодушно ответил Эксе, держа лицо закрытым. Чувствуя, как болит и тяжелеет голова, демон прикрыл глаза, надеясь успокоить не приятное ощущение и просто вздремнуть. Ожог на груди саднил чуть меньше, но все ещё казался жгучим. А на ослабшем бинте появились жёлтые пятнышки от раны, в любом случае придётся перебинтовывать заново. Одну руку он положил на перевязанную грудь, ощущая, как сквозь слой марли расширяется грудная клетка при дыхании. А вторую руку свободно расправил в бок, и на неё лёг спустившийся с кровати Долл. Теперь тиканье стрелок настенных часов перебивало громкое сопения демона, пока к забитому носу не прибавился стук чашек и звон посуды с кухни, вместе с бранной руганью Флитвея. - Блять да где эта херня с носиком и ручкой? – Флитвей мало знал, где что лежит, и уже кипя как чайник, искал нормальный чайник. А когда нашёл появилась другая беда: - Хорошо, а ромашка блять где? - Посмотри на полке! – крикнул ему с прихожей Чуп, собираясь на улицу. У двойняшек сегодня своя работа, им нужно очистить крыльцо и дорожки от снега. Не успело все оттаять, как ночью все вновь замело. - Да нет её там! – огрызался рассерженный еж. Он осмотрел все полки на кухне, но ромашки нигде не было. Решив проверить ещё раз на верхней полке, он заметил собранные в банку цветочки с высушенными белыми лепестками и жёлтой серединой. - Ну наконец-то! – заликовал Флитвей, доставая банку с довольной улыбкой во все лицо, и задорно дергая в стороны жёлтым хвостиком. Закинув ромашку в чайник, он что-то насвистывая, налил туда кипящую воду, и она тут же окрасилась из-за трав в темно-жёлтый, почти бледно-оранжевый, оттенок. А по кухне, если не по всему дому, разнесся горький и насыщенный запах трав, от чего Флитвей прикрыл нос ладонью, чтоб не вдыхать его. Закрыв чайник крышечкой, он налил чаю в самую большую кружку, прежде чем поставил её с блюдцем на стол. - Чай готов! – поставив ладони ко боковой стороной ко рту, он громко подвал на кухню Эксе. Не самая хорошая мысль, нести в комнату такую широкую чашку на блюдце, вдруг прольётся. - Иду! – очень глухо, еле слышно, послышался с комнаты осипший голос. - Фу-ух! – к столу склонился уставший Кет, тяжело выдыхая. Снега пришлось чистить много, вот и запыхался. – Закончили. - А нам не нальешь чаю? – с длинной улыбкой Чуп подошёл к Флитвею, держа в руках две чашки. - Вот чайник, наливайте сами, - он подошёл к стулу и раскинулся на его спинке, по шире раздвинув ноги, прям как царь. Псы слишком добры, чтоб злиться на его натуру, и налив себе чаю, сели оба напротив него. - Такие огро-омные сугробы насыпало! – Чуп великодушно поднял руки, изображая их величину, - Утонуть можно! - Ничего себе! Можно снеговика слепить, - с воодушевлением реагировал Флитвей. В его спиральных глазах будто заискрили звёздочки. Себе же он чаю не налил, и спокойно слушал, что ему расскажут двойняшки, хлебающие зелёный чай. - Да хоть всю деревню снеговиками обставить! – по детски радовался Чуп, забавно виляя коричневым хвостом в стороны. К кружке он так и не притронулся, ибо все время показывал что-то руками. Кет же сидел тише воды, попивая свой чай. - Слепим армию снеговиков и захватим мир, - в проёме появился Эксе, укутанный в тёплый плед. С его осипшим и хриплым, как змеиное шипение, от простуды голосом это звучало слишком серьёзно и устрашающе грозно, что Чуп тут же притих и с расширенными глазницами все же притронулся губами к чаю. - Армию снеговиков? Но ведь это не возможно, - Кет поставил чашку на стол, сморщив межбровье. - Ну допустим, что это возможно. – предложил Эксе, усевшись на стул с боку от Флитвея. И обхватил горячую кружку ладонями, забирая её тепло себе. - Окей, построим армию снеговиков, и сколько нам понадобится, чтоб захватить мир? – интересовался Флитвей, влезая в разговор. Он с любопытством смотрел на тихо дующего на чай демона, поставив локоть на стол и подперев ладонью щеку. - Думаю, нужно много, так будет легче, - натянув на плечи плед, он поджал колени, поставив ноги на стул, и задумавшись отхлебнул немного чаю. – А к чему вообще идёт речь про снеговиков? - Там снегу навалило! Столько сугробов, очуметь можно! – с улыбкой Чуп вновь размашисто развёл руками вверх, демонстрируя их размер. - Снегу навалило? – с удивлением, демон положил голову на бок, как птичка, - Поэтому так ухо чесалось?.. – и зачесал ухо. У Кета задергался глаз, ибо ухо чешется на что? На непогоду. На дождь в основном. У Эксе походу на любые осадки. Так что если будет дождь, то нормально, снег просто растает, а если вновь начнётся метель… То опять придётся все чистить. И приговорить ему не чесать ухо Кет тоже не мог, язык не поворачивается предъявить что-то «опухоли». - Тогда мы создадим сотню огромных снеговиков! - не унимался Чуп. Его ребячество вводило Флитвея в сомнения, продолжает он игру или уже всерьез собирается захватить мир снеговиками. - Тогда мы слепим десять тысяч маленьких снегови… - Флитвей запнулся, не зная, что ответить, и щелкнул пальцем, когда подумал, - Снеговитят! - Упаси боже, почему вы думаете, как захватить мир армией снега?.. – Кету казалось, что у него греются мозги. – Снеговики ведь не могут ожить… - измученный разговором Кет подпер голову руками и опустил вниз, смотря в стол. Но никто не слушал, что он мелит себе под нос. - Моя сотня больших снеговиков раскидает их два счета. – с гордой уверенностью Чуп скрестил руки на груди и вольяжно пораскинулся на спинке стула. - Ха! А мои маленькие их облепят и затыкают своими оружиями, или как рой насекомых повалят их с ног. – гордился Флитвей собой и своей вымышленной армией крохотных снежных человечков. В его теории их рост едва превышал два яблока. Эксе сидел рядом, задумчиво допивая чаю, и слушал их разговор, смотря то на Чупа, то на Флитвея. - Ради чего вообще сражаются эти снеговики? – влез в разговор Кет, кажется, начиная вникать в суть дела. - Да хрен его знает, - Флитвей пожал плечами и развёл руками. - Тогда ну вас с этими снеговиками, надо подготовиться к встрече гостя, - Кет, получив от бурной беседы головную боль, устало выдохнул через рот и встал из-за стола. - Гостя? – с удивлением переспросил Флитвей, дернув левым ухом, ибо он, лично, никого не ждал. - Да, мы встретили старейшину, пока убирали снег. Она обещала прийти, проведать, как поживает наш «приблудный гость Флитвей», - ответил Кет, исказив голос более женственно, будто изображает её. - Ой, а что нам делать с Эксюшкой? – Чуп посмотрел на Кета, - Не выперем же мы его с раной на улицу? - Для начала не называть меня так, - с опаской, он направил голову в сторону Чупа, сощурив глаза в натянутой улыбке, - Кстати пора перевязывать рану. - С вашими снеговиками я забыл про все. Давайте сделаем перевязки после её ухода? – предложил Кет, соединив подушечки пальцев. Все дружно сказали «да». Но все дружно уставились на демона, допивающего свой ромашковый чай. Как на случайно залетевшего жука, что сел на потолок и не хочет спускаться, а они стоят и думают, что с этим жуком делать. Так и Эксе, укутанный в плед, просто сидит, тогда как псы не знают, как скрыть присутствие предателя дома и его самого. - Короче, есть идея, - Эксе поднялся со стола и повелел Чупу сесть куда-нибудь напротив него, а сам же сел на стол. – Кет и Чуп встречают Фэнс, проводите её по дому там, заговорите ей все зубы. - Принято! – в один голос ответили двойняшки. Чашки они спрятали на время в шкаф, оставив их мытье на потом, а сами пошли к двери встречать старейшину. - Я с Флитвеем спрячемся в комнате, ибо мы не можем показать его покалеченным. Вопросами завалит, в лучшем случае, - на вид словно Эксе диктует план только оставшемуся на кухне Флитвею, но Кет с Чупом прекрасно слышат его хриплый голос с прихожей. - А в худшем? – спросил Флитвей, с опасением смотря на Эксе. Пришлось задрать голову к верху, чтоб взглянуть в его лицо. Теперь спиральные глаза Флитвея тяжело было отличить от тех новогодних тросточек в бело-красную полоску. - Заберёт к себе, - Эксе смотрел на него в ответ, и очень строго, прямо насторожив Флитвея, который только слабо вздрогнул. – Старайтесь не пускать её в комнату, а если зайдёт, мы залезем, - чих остановил его речь. – В шкаф. Долл! - На месте! – он мигом вылетел из комнаты, остановившись между Кетом и Чупом, выпрямив спину как солдатик. - Стой на стороже, - повелел демон плюшевой кукле, - Некогда размышлять, как ты подашь сигнал, что она идёт. Так что импровизируй. - Есть! – приняв указ, поставив ладонь ко лбу, Долл полетел в ванную. - А не проще ли сразу в шкаф залезть? – предложил Флитвей, подымаясь со стула. Эксе задумчиво хмыкнул, поставив ко рту сложный указательный палец. - Хорошо, залезем в шкаф, - он спрыгнул со стола, и звездчатый плед красным плащом развился за спиной. - Отлично, погнали пока есть время! – Флитвей взял Эксе за руку и они вдвоём побежали в комнату. Забежав туда, первым делом они скомкали напольную кровать и закинули её под обычные. Одеяла под одну, все остальное под другую. Подушку только вторую найти не успели, пришлось надеяться, что её никто не найдёт. Эксе без лишних слов залез в шкаф, оперившись спиной о его боковую стенку, и поджал ноги к груди. Как можно плотнее, чтоб Флитвей не теснился. Места для второго уже толком не хватало, но Флитвей постарался сесть напротив него. Поджать колени к груди у Флитвея не вышло, но получилось развести ноги в стороны, поставив ступни по о бок от демона, а руки положить между ног. Теснота шкафа прижала их почти вплотную, между носами оставалось совсем ничего, и в это короткое расстояние между ними прибирался свет сквозь зазор. Свои ноги демон уместил между бёдер Флитвея, и тот прижал их руками к низу шкафа. Чтоб не при каких обстоятельствах ни одна нога не ударила куда не надо. Как раз, как хлопнула дверца деревянного шкафа, во входную дверь тихо постучали. Что там говорили псы со старейшиной особо не было слышно из-за расстояния. Зато грохот входной двери, хлопнувшей из-за сквозняка, слышался очень даже хорошо. Флитвей зажмурился, от такого хлопка. - О чем они там шепчутся? –шёпотом спросил Флитвей, пытаясь прислушаться к их разговору, что звучал не разборчиво, будто им засунули в рот кляпы. - Будешь сидеть тихо, то может и услышишь, - шикнул на него демон, ибо лишний шум от них исходить не должен. А он тут что-то говорить начал. Флитвей громко выдохнул через нос, словно разъяренный бык, и навострил ухо в остро. Эксе же зажал тяжело дышащий нос пледом, чтоб не шуметь сильно и сдержать чих. - Я зашла вернуть вам скалку. Она почему-то лежала у самогр дальнего от вас дома. – послышался голос Фэнс. Её прямоту и величественность ежи слышали отчётливо. Он словно сахар, сладкий, но все же не гладкий, немного шершавый. Так и манит к ней и сделать все, что она прикажет. Что ей там ответили псы, ежи уже не разобрали, но предположили, что одного отправили положить скалку на кухню. - Они наверняка ещё и в ахуе были, услышав, где была их скалка, - тихо усмехнулся Флитвей, прикрывая рот кулаком. - Она, хотя бы, нашлась, - в ответ Эксе тоже чуть ухмыльнулся. - Ага, так бы и валялась в конце деревни, - Флитвей чуть прыснул от смеха. Ему уже с трудом удавалось сдерживать смех, и в промежутках его голос набирал тон и громкость. А тихий хохот мешался с бархатным голосом Фэнс в один ком. - Если не умолкнешь, я тебе язык откушу, - фыркнул на него Эксе, оскалив клыки. Как волк, рыкнувший на овечку. - Какие мы страшные, емае, - с сарказмом усмехался Флитвей, коверкая голос, - Боюсь, боюсь. Тебя тогда Кет скалкой по… ай.. Протяжно выдохнув, демон недовольно сжал брови. И пока Флитвей усмехался, тот придавил пяткой прямо между его ног. При этом сохраняя серьёзное лицо, без ухмылки. Но по проживающим насквозь красным глазам, с высока смотрящих прямо в расширенные глаза Флитвея, читалась вся кипящая внутри злость и недовольство. Как пламя пожара, светящего туманной ночью где-то в дали. Флитвей умолк и зашипел сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как ногой слабо сдавливают пах. - Хорошо, я помолчу, только убери ногу пока я не поджарил током и её, - судорожно вдохнув воздух, Флитвей коснулся затылком стенки шкафа. От внезапной острой боли, что вязко тянулась по телу, Флитвей поднял взгляд на верхушку шкафа, стискивая зубы, накрыв рот тыльной стороной ладони. Смотря, как мучается Флитвей, пока демон все сильнее давит на него, по щекам Эксе расплылась довольная широкая улыбка, хищно обнажающая зубы. Но она померкла, когда рука Флитвея коснулась его лодыжки. Тогда он поставил ногу обратно, позволив Флитвею выдохнуть. Тот же в свою очередь убрал с его ноги свою ладонь. Больше никто не осмелился ничего сказать. Кроме псов и Фэнс. Они болтали о чем-то своём. Псы справлялись со своей задачей на ура, заговорили ей зубы и завели на кухню пить чай. А Чуп втирал ей про армию снеговиков, пока Кет, как предложили ежи, сидел с головной болью, уже походу в слезах опустив голову вниз. Фэнс же слышно не было, видимо она внимательно слушала его. - Так вот, я решил, что большие снеговики будут сильнее маленьких! Потому что они крутые и сильные, - слышался его гордый возглас. Чуп бы вряд ли стал принимать сторону Флитвея, его сердце твердило, что большие снеговики все разрушат и ими легче захватить мир. - Против миллиона маленьких они бессильны, - прошептал Флитвей на ухо Эксе. А больше и некому было нормально высказать возражения в сторону Чупа. Уже и не важно было, насколько сильно ему вскоре сдавят промеж ног. - Да помолчи ты блять, - шикнул ему в ответ демон, поставив указательный палец к его рту, - Обе армии по своему эффективны. - Определённо, это имеет смысл, - Флитвей покивал головой, интересуясь еще одной стороной в этом вопросе. - Но все зависит от того, как будут действовать армии. Мелкие смогут окружить и истощить больших, и выиграют. А большие могут заманить мелких в ловушку и массово их убить… - И это ещё ты меня затыкаешь, - перебил его Флитвей, ухмыльнувшись одним уголком губ, - Глянь как разболтался. Прям в полной бочке дыру сделали. – и дотронулся кончиком пальца его носа, от чего Эксе недовольно фыркнул. А ему нравилось, что третья сторона соблюдает некий нейтралитет, что оба варианта имеют смысл, даже если это простая логика насчёт размытого вопроса. Хоть и расстраивало, что армия Чупа имеет некое преимущество. И бесило, что его так грубо заткнули на усмешку насчет скалки, а по поводу армии снеговиков так сразу разлился поток из слов. Несправедливо! Тем не менее, оба заткнулись, когда из кухни послышался лёгкий женский хохот. Уж теперь сладкий не как сахар, а как мед. Гречичный. - Ах-хах, милый Чуп, но как по мне обе армии не имеют смысла. Они ведь из снега! И это только во-первых, тепло их всех растопит, только больших будет топить дольше, а этом они лидируют. Но тем не менее со временем обе армии под палящим солнцем превратятся в воду, - теперь появилась четвёртая сторона. Только насчёт идеи Фэнс у Флитвея не нашлось аргумента, он даже согласился. Эксе призадумался, подставив к лицу руку. А у Кета, может быть, перестала болеть голова. - А во-вторых? – послышался заинтересовавшийся Кет. Его брата же наоборот не было слышно. - Во-вторых они все не имеют разума. Их нельзя собрать в организованную армию. Они ведь как ожившие трупы, только из снега. Никого не слушают, ничего не чувствуют. – ответила старейшина, раздавая по кухне стук ложки, размешивающей сахар в чае, о стенки кружки. - И как бы они тогда сцепились между собой? – интересовались все, особенно Чуп, но вопрос задал Кет. - Хм, - Мистрес задумчиво хмыкнула, сделав короткую паузу, - Если у них есть лидер, то он, ну или она, не важно, мог бы использовать силу, чтобы контролировать монстров. Например гипноз, или что-то другое. Может даже стоять на вершине их иерархии, а монстры сами следуют за лидирующим звеном, как за матерью, - она слабо хихикнула, с улыбкой, что слышалась в её повеселевшем голосе. - То есть.. обе армии… - по голосу казалось, словно Чуп начал грустить, не желая принимать, что его сторона потерпела поражение. Как и сторона Флитвея, только Флитвею все равно, , тогда как Чупу словно ударили в сердце. - Да, скорее всего. - Так, а допустим это разумные снеговики, и на улице не солнечно. Кто победит? – в бой вступил Кет. Послышался стук по столу и его ровный голос. - Победит сильнейший. Тот, от кого другие будут умирать от одного удара, - её голос принял величественный окрас, - Я ставлю на больших, им не составит труда одолеть мелких. А с умным лидирующем лицом это будет очень сильная армия. Псы восхищенно ахнули, а Фэнс радужно хихикнула. Больше всех ликовал Чуп, ибо с его идеей согласилась сама глава деревни. Флитвей досадно опустил взгляд вниз, хоть и больше доверял позиции Эксе, что обе армии при должной организации будут эффективны. Все равно расстраивало, что большие снеговики сильнее. - Если они свято верят только в свое могущество, то они идиоты, - шикнул Эксе, проводя рукой по щеке Флитвея, проводя его в спокойное русло. – Мелкие надеяться на ум и свои способности, что они могут сделать, чтобы одолеть больших. - Значит мои снеговитята выиграют? – Флитвей смотрел на него со звездочками в глазах, искренне радуясь. Будто открыл большой сундук с сокровищами. - Если будут иметь хорошую тактику, - Эксе улыбнулся, зажав рот Флитвея пальцем, чтоб тот молчал. А после почувствовал, как нос окончательно перестал дышать и стал набирать воздух через рот. И наконец издал чих, как гром средь ясного неба. Но успел закрыть лицо ладонями. - Будь здоров, - спокойно ответил Флитвей. - Здесь не говорят «будь здоров», на чих тут отвечают «не сдохни», - поправил его демон держа лицо закрытым. - А, ну тогда не сдохни, чертенок, - перефразировал Флитвей, прежде чем его рот закрыла рука Эксе, а затылок прижался к стене. А сам демон шикнул ему, подставив указательный палец к своему рту. Глаза Флитвея широко раскрылись, в удивлении взглянув на Эксе, а после повернулись в сторону звука из кухни. Там начался какой-то кипишь. Псы уже любыми способами пытались уговорить воздержаться от полола в комнату. Кет преградил ей путь, а Чуп плел ей лапшу на уши и предлагал чего-нибудь перекусить. - Да это я чихнул, старейшина! – врал ей Чуп, - Флитвей вышел погулять, он вернётся к сумеркам. Его нет в комнате! - Не стоит обманывать свою старейшину, я же видела, что это не ты, - спокойно не верила она, и настойчиво шла к цели. Кет уже не мог противится ей, и освободил путь для Фэнс. И дверь в комнату со скрипом открылась. Флитвей было хотел выругаться, но рот крепко зажала рука демона. Псы неловко молчали, а их сердце стучало как барабаны. И это прекрасно слышалось, ибо стояли они рядом со шкафом. Фэнс же стояла где-то посреди комнаты, видимо пробегала по ней глазами, рассматривая или кто-то выискивая. Сквозь тонкую щель в шкафу можно было разглядеть обстановку в комнате, если прищурится и смотреть сквозь неё. - Что ж, - начала старейшина, вздохнув, - Видимо нашего новобранца тут нет. А жаль, у меня был к нему разговор. - Мы можем ему все передать, когда он вернется, - предложил ей Кет, стараясь говорить складно и ровно. Чувство тревоги било в груди, поджимая к ногам белый хвост. Страх брал вверх, ибо план идет крахом. Любой неверный шаг, и сидящих в шкафах ежей заметят, и дальше только сырые стены холодной темницы. Чуп тревожно сглотнул слюну, проговаривая в мыслях все молитвы мира. - Я говорила, что приду, ещё утром, - её тон стал звучать сердитее, но сохранялось величие и власть, - Почему вы не предупредили его о моем визите и позволили уйти? - Он обещал успеть, - ответил Чуп, поджимая свой коричневый хвостик. – Не злитесь на нас, пожалуйста… - Я злюсь не на вас, я злюсь на него, - она потрепала Чупа по макушке, Флитвей сквозь щель между дверцами, как подымалась её рука. Псы притихли, наверняка успокоились. А может и нет, ни Эксе, ни Флитвея не видели должной картины происходящего. - Старейшина? – обратился к ней Чуп, с ещё большей тревожностью. Флитвей начал дёргаться, пытаясь вырваться из рук Эксе. Ибо его теперь сжирало изнутри любопытство. Но на все его выходки демон оказывал должное сопротивление. И Флитвей стал раздвигать пальцы демона, что закрывали ему рот. Но свободных рук у Эксе не было, второй он держал руку Флитвея над его головой. Он не нашёл ничего лучше, чем взять и слабо прикусить палец Флитвея, дав немую угрозу, что откусит. Но отпустил, когда Флитвей согласился сидеть дальше тихо. - А что с подушкой? – она явно отошла от них, видимо, чтоб взять подушку в руку. Флитвей недовольно посмотрел прямо в глаза демона. Эксе посмотрел на него в ответ, но тут же одернул взгляд в сторону. - А-а… ну-у.. – Чуп попытался ей ответить, но сжал зубы, ибо не придумал, что ей сказать. - У Кета менструация пошла, - весло ответил Чуп, будто натянув маску радости и чтоб не умереть от тревоги и страха, стал шутить над братом. - Дурак, - выругался Кет, толкнув его локтем в бок. - Сам ты дурак, - и тоже толкнул его локтем в бок. Они повернулись к шкафу спиной, и свет, падающий в зазор, заслоняли их руки. Фэнс тихо и сдержанно рассмеялась. А после глубоко вдохнула грудью воздух, успокоившись. - А теперь скажите честно, что с подушкой? – она уже требовала, но без угроз. - Ну-у, - а псы вновь замешкались, почесывая затылки. Но в этот раз ответить решил Кет, - Флитвей ударил зуб и он кровоточил всю ночь… Флитвей прыснул со смеху, уже без возможности сдерживаться. А надо было, и его грудная клетка сжалась, желая взорваться от смеха. Никто его, к счастью, не слышал, кроме Эксе. Ибо сам Флитвей держался как мог, ещё и демон зажал его рот второй рукой. - И он решил убежать с такой болью? – не понимала Фэнс. - Да-а, он… - Чуп сделал паузу, придумывая, что сказать. – Он побежал грустить на озеро, - продолжал сладко врать Чуп, отводя взгляд в сторону. Тяжело врать тем, кто не умеет, но выбора у них нет. Либо врать, либо закончить жизнь в темнице. - Ох, бедняга. Только пришёл, и уже заработал травму… - она поникла, переживая за него, - Значит пойдёт работать в прачечную. Белье стирать. Глаза Флитвея раскрылись до размера тарелки, а брови поднялись вверх от ужаса. Эксе медленно убрал руки от его рта, и покачал головой в стороны, скривив при этом нервную улыбку. От её слов, освободившийся рот Флитвея в ужасе раскрылся. Не успел он высказать все, что думает насчёт того, что он будет стирать белье за всей деревней, как его рот вновь накрыла рука Эксе.. А их взгляды встретились, ибо между ними были ничтожно маленькое расстояние, не то, что между носами, которые уже коснулись друг друга. Спиральные зрачки Флитвея сузились, смотря в спокойные красные глаза, что были как две лампочки в кромешной тьме. И в них глаза Флитвея ощущались как конфетки. Такие же полосатые. Уже и не слышался ни чей голос в комнате, будто они все смотрят на них двоих, застыв как статуи. Застали в врасплох, как Эксе касается губами до своей руки, что накрыла собой рот Флитвея. Душа Флитвея покинула тело, оставив бурю из злости и отвращения. Хотелось ударить его, отпихнуть от себя и вымыть лицо с мылом. Но ему не дали ничего из этого сделать, вторую руку взяли за запястье, а сделать удар ногой нельзя, будет громко. Эксе касался губами руки, ровно до того, как все выйдут из комнаты. И когда послышался скрип двери и топот шагов, он медленно отстранился и убрал руку, смотря на разъяренного Флитвея, напоминающего рычащего льва. Позволив ему нервно дёрнуть уголками губ вверх, Флитвей лихо ухмыльнулся в коварной ухмылке, приблизился к демону и схватил его за щеки рукой, заставив смотреть в лицо. Пока Флитвей смотрел с хитрой улыбкой во весь рот, Эксе в смятении забегал глазами по шкафу. Мучить демона вновь ему не хотелось, бить тоже. Он придумал идею по лучше, как выплеснуть свое отвращение. Флитвей накрыл его губы своими, в гадком и злом поцелуе, будто хотел передать так свою злость ему. «Не приятно, да? Вот теперь чувствуй, какого было мне», - пронес в мыслях Флитвей, его поцелуй был невыносимо жарким и горьким. В рот разинувшего чёрные глазницы демона ворвался его язык. Флитвей тут же почувствовал приторно горький вкус чая, но отпускать не стал. Эксе пытался вырвать руки из его хватки, но только цеплялся когтями за красный плед. Сколько бы Флитвей вливал в него свою месть? И он все не прекращал, забив на этот приторный вкус чая во рту демона. Не железа же, как мог бы быть от выпитой крови, можно и перетерпеть. Внезапно, Эксе ответил на его поцелуй, пуская язык Флитвея проникать дальше. Будто расцвел как цветок, прикрыв глаза. Флитвей осекся, чувствуя не ладное, но приятное чувство. Словно кусаешь кислое яблоко. И тут же отстранился, когда до языка коснулись зубами, медленно впиваясь в него. Но все же отпустили Флитвея с ужасом на лице зажаться к стенке шкафа со стекающей мелкими капельками крови с высунутого кончика языка. Эксе усмехнулся, пройдясь кровавым языком по зубам. Внутри Флитвея все сжалось. Всунув язык обратно, он сглотнул слюну, намешанную с горьким вкусом чая и терпким привкусом железа. И выбежал из шкафа наружу, оставив демона сидеть с опешенным лицом. «Что. Это. Мать вашу, было?!» - он тяжело дышал, переваривая в голове все мысли. Обхватив лицо ладонями, он глубоко вдыхал носом и выдыхал через рот, стараясь успокоится. Жёлтый мех стоял дыбом, а в глазах помутнела вся картина. Флитвей упёрся спиной о дверь, собираясь с мыслями и обдумывая все, что было. Весь поцелуй. Все, до мелочей. Как ужаснулся со слов Фэнс, как его рот вновь накрыли рукой, как потом этой руки коснулись губы, как отомстил за это, засосав демона в жаркие уста. Он никогда не планировал отдавать свой первый поцелуй парню, тем более чёртовому Сонику.ехе, будь он проклят. Но все же.. «Я ж сидел и ржал с них, когда лучше бы стоило этого не делать… И меня просто заткнули так..» - он ухватился за лоб, обдумывая происходящее. – «Другого выбора не было? Обязательно надо было целовать руку? Короче, я понял, мы оба виноваты, но он больше!» И вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Терять Эксе сидел в шкафу в одиночестве подслушивая их. - О, Флитвей вернулся! – жизнерадостной встретил его Чуп крепкими объятиями, когда тот вышел к ним на кухню. Все трое пили чай. - Как твое самочувствие? – Фэнс не волновало, почему он вышел из комнаты, если его там не было. Она искренне беспокоилась о его травме. Ну а Флитвея есть идея, что бы ответить ей, если спросит, откуда он зашёл. - Могло быть и лучше, - уныло ответил Флитвей сквозь зубы, раскинувшись на спинке стула. Из уголка губы вырвалась капелька крови, и он положил голову на изголовье, чтоб не растеклась, и вытер большим пальцем. А испачканный палец вытер об себя. - Что-то случилось? Выглядишь усталым… - продолжал ложь Кет, наигранно беспокоясь о нем. - В сугробе застрял, поэтому опоздал, - быстро влез в эту ложь Флитвей, уже без явной наигранности, а словно говорит чистую правду. – Сожалею, старейшина, что не успел к вашему приходу. – он щенячьими глазами посмотрел на неё, невозмутимо держащую в руках кружку чая. А ладони соприкоснулись друг с другом в молящем жесте. Уж в этих словах не было ни какой ни искренности, ни сожаления. - Не страшно, главное, что все в порядке, - любезно ответила Фэнс, сощурив свои фиолетовые глаза в тонкой улыбке. – Ой, а что за бинты? – она в ужасе раскрыла глаза, прикрыв рот подушечками пальцев. - Ударился и поцарапался о стену случайно, - рассказал Флитвей, показывая поближе бинт на плече. Фэнс ахнула от шока. - Ай-ай, какой ужас, - она поцокала языком, - А на шее уже что? Ей показался затянувшийся тёмной коркой большой след от укуса на шее ежа. И она перехватилась за сердце. - Это… ой я не помню уже, - отмахнулся Флитвей, ничего не придумав. – С прекрасной девушкой ночь провел. А она ну очень любвеобильная. – он вспомнил про близняшек, что вчера приходили их кадрить. И довольно раскинулся на спинке стула, раздвинув ноги и скрестив руки за головой. Ему послышалось, что в комнате кто-то тихо усмехнулся. Но Флитвей не подал никакого вида, думая, что ему все же показалось. А Фэнс выдохнула, отпустив все тревоги, тогда как псы разинули рты. Глаз Кета задергался, а Чуп раскраснелся. - А че вы так реагируете? Вы ж тоже не дурно ночь провели, - усмехнулся над ними Флитвей, игриво цокнув языком. - Кхм, - Фэнс прокашлялась в кулак, громко стукнув чашку, пока ставила на стол. – Раз все в порядке, то я, пожалуй, пойду. Завтра днем у меня будет к тебе разговор, Флитвей, - она указала на него пальцем, подчеркнув его имя. В теле ежа душа с грохотом упала вниз, в нарастающее напряжение. Приклонившись на прощание, она попросила двойняшек провести её. И те согласились повести её до двери, а дальше она решила пойти сама. Флитвей встал в проходе в кухню, облокотившись о стену, и помахал ей рукой на прощание. Закрыв за ней дверь, псы сердито повернулись к нему. Будто сейчас будет допрос. - Ты почему из шкафа вылез? – потребовал Кет, поставив руки в бок. - У тебя ещё и кровь со рта шла. И с какой это ты девушкой успел ночь провести? – требовал Чуп, скрестив руки на груди и постукивая по полу ногой. Флитвей переглянулся сначала на Кета, а затем на Чупа, сморщив межбровье в смятении. - Да так, в порядке все, - он махнул ладонью и пошёл в комнату, оставив псов стоять в прихожей и пожимать плечи. Все точно не в порядке. Язык все ещё саднил и слабо кровоточил, из-за чего во рту стоял противный привкус железа. И он шёл в комнату за разъяснениями. За, хотя бы попыткой извиниться, и попробовать самому. Тихо скрипнув дверью, он украдкой вошёл в комнату. Оглянувшись, он не увидел в ней никого чернильно-синего. Только Долла, сидящего у шкафа. - А почему ты не в шкафу? – интересовался Долл, повернув голову на Флитвея. - Да какая тебе разница? Кто слишком много знает, обычно долго не живёт. – Флитвей гордо поднял нос и подошёл к шкафу. Взяв в руки Долла, он открыл дверцы. В шкафу все так же сидел Эксе, только по свободнее. Ноги уже касались другой стенки, а затылок до второй, а сам укутался в плед как гусеница или рулет. И отвернул голову в сторону стенки, ибо свет не приятно падал в глаза. Да и Флитвея он не сильно желал видеть. Флитвей сделал глубокий вдох, закрыв глаза и тут же быстро выдохнул. - Я подумал, - начал он, на ходу обдумывая речь. И зачесал затылок, бегая глазами по комнате. – И пришёл к выводу, что мне не стоило вертеться и шуметь, признаю, с глупил. Эксе с интересом повернулся к нему. - Хорошо, мне не стоило сдавливать тебе яйца. Это было… определённо лишним, - он пожал плечом, чисто из-за того, что не придумал, каким словом передать это чувство. Наглое? - Да это похуй, - Флитвей махнул рукой, - Я приму твои извинения. Но я пришёл не за этим, бацилла. Он требовательно скрестил руки, а требующий объяснений взгляд стал напоминать прицел, нежели конфетку. В спину падал уходящий на закате луч солнца, а лицо стояло в тени, испепеляя демона вопиющими красными глазами. Но он не слился, он ждал ответа. Простого разговора, который прояснит всю ситуацию и либо поставит точку на их общении, разорвав их, либо продолжит в прежнем русле. Но больше он надеялся на второе, в первом случае он вряд ли покинет комнату целым. - На счёт того, что твой рот закрыли рукой, мне нечего сказать. А на счёт того, что пришлось ее поцеловать… - демон осекся, прищурив глаза, пока смотрел на Флитвея. – Что ж, это вышло спонтанно и на эмоциях, - он прошипел сквозь стиснутые зубы, словно злясь. Но на себя. И с натянутой улыбкой ответил Флитвею, - Зато эффективно, нас никто не заметил. - На том спасибо. – фыркнул Флитвей, - Ответ принят, о'кей. – он коснулся кончиком указательного пальца до кончика большого, сделав жест «ок». – После этого я на эмоциях тебя прям засосал хорошенько… - он не ловко отвернул от него голову в бок, и сцепил руки на груди. От упоминания их поцелуя, взгляд Эксе злобно помутнел. Как чёрная громовая туча, злобно нависшая над городом, так и он, рассержено смотрит на Флитвея. - Простая месть, захотелось выплеснуть все эмоции, от твоего поцелуя. Но это явно был перебор, - ответил Флитвей, потупив взгляд вниз. – В следующий раз я не буду целовать тебя без согласия… - А с согласием? – демон лукаво поднял уголки губ в улыбке. - Да блин, ну Эксе! – Флитвей залился краской и быстро закрыл дверцы шкафа. Напыжено сцепив руки, он упёрся об него спиной. Щеки розовели, а из головы будто шёл пар как от кипящего чайника. Одновременно и смущало слышать о таком, и тут же бесило, что в серьёзном разговоре он нашёл место для шуток. - Ну и ладно, я бы тоже не стал тебя целовать, даже под угрозой стрелы в висок, - послышался приглушенный и хриплый голос из шкафа. - Да дело не в этом. Давай будем посерьёзнее хотя бы пять минут? – Флитвей мигом раскрыл дверцы шкафа. - Как скажешь. Тогда изви.. изве… ивзе.. – запнулся демон, ибо не получается сказать слово нормально, - Извивайся в общем, что чуть не откусил тебе язык. Тогда я не нашёл ничего другого, как выбраться. - О'кей, - Флитвей кивнул, - Извивания приняты. И зашевелился на месте как волна. То поддавая таз вперёд, то назад. А Эксе же тихо хихикнул в улыбке, прикрываясь пледом. Стоя рядом, Флитвей тоже расхихикался, широко улыбаясь. - Вы целовались? – внезапно Долл поднял голову, смотря на них с интересом. Словно он давно ждал этого момента, но все равно было неожиданно. Флитвей замер и повернулся к нему лицом, а демон только наклонился в бок, чтоб видеть Долла. - Нет, - они оба твёрдо ответили в один голос, грозно опустив брови. - Да че вы такие злые? – Долл поджал колени к груди и обнял их, изображая всхлипывание своим тканевым носом. – Я же слышал ваш разговор… Флитвей громко охнул, опустив лицо вниз. И подпер лоб рукой. Досаждало, что он случайно обидел куклу, но и сказать все как есть он не мог. - Целовались. Спонтанно и без желания, - высказал Эксе, поправляя плед. Он сам то не собирался говорить как есть. Нечего заполнять башку, набитую поролоном, лишней информацией. Достаточно простого да и пару слов конкретики. Долл притих, приподнявшись с кровати, и пристально смотря на них. Наверно он бы в недоумении моргал, имей он живые веки. - Почему у Кета и Чупа так холодно? – демон плотнее закутался в мягкий плед, свернувшись уже в клубочек, как мокрица. По телу пошли мурашки, что конечности подрагивали. А ведь не смотря на огромные сугробы за окном, в доме веет теплом и уютом. Не слишком жарко, и не веет холодом, как заметил Флитвей. - Потому что ты бацилла, - усмехнулся он в ответ не с целью оскорбить, - Иди сюда, согрею тебя. Он выставил руки в стороны, собираясь по крепче зажать демона с ознобом в объятиях. - Не, - Эксе покачал в головой и раскрыл плед с одной стороны, - Иди ко мне под плед, так теплее будет. - Да ну нафиг надо, пыль в шкафу собирать, - отмахнулся Флитвей и взял демона на руки, держа руку под его телом, а вторую под коленями. Закутанный в плед демон ничего не ответил. Только сидел вилял ножками вверх и вниз, пока можно. - Я гусеница, - он осмотрелся, как завернулся в плед. - Скорее рулет, - Флитвей пожал плечом, ибо на гусеницу он вряд ли похож. Лапок же нет, все под пледом. - Кстати о рулете, - он с широкой улыбкой стал смотреть на Флитвея, - Мы ведь ничего не ели. Только чаю, и то ты просто рядом сидел. Флитвей смотрел в ответ, сузив глаза. Он понял, у чему клонит наглый черт в широкой улыбке, что-то выпрашивая. - Я помню, что ты плохой повар. Мы скажем Кету заварить ужин, - отчеканил демон, не снимая улыбки. Флитвей вдохнул, прикрыв глаза, и выдохнул. - Я сам. А он может помочь, чтоб ничего не сгорело, - с твердой уверенностью ответил Флитвей, стряхнув свои взъерошенные иглы, цвета как солнце или молния. И понёс демона на кухню, где посадил его за стол и позвал Кета. Псам не было смысла выходить из дома, ибо уже прошёл закат, унося с собой и свет в доме. Пришлось зажигать свечи и расставлять их по кухне. Эксе и Чуп сидели напротив. Чуп поставил локти на стол и подпер щеки ладонями, с улыбкой ожидая ужин. Эксе же развернул плед и перестал напоминать рулет. Просто накинул его на спину, и накрыл им колени, поджатые к груди. И смотрел, чего там копошится Флитвей с Кетом. - Соли достаточно всего щепотку, - Кет проговаривал каждое слово, чтоб Флитвей точно запомнил. И насыпал в большую кастрюлю с кипящей водой щепотку соли. Флитвей кивнул, сказав понятное: «ага». В этот раз они варили суп. Самый простой: бульон, мясо, да и какие-то пряные на вкус дикие травы, на замену зелени. Овощей в помине тут нет, как и макарон. И суп с этой зелёной травой походил на зацветшую лужу со стоячей водой. Только куски варёной птицы подавали надежды, что это можно есть. А суп Кет решил сварить только из-за больного демона, якобы это поможет выздороветь быстрее. Может и правда поможет, как бы только все остальные не отправились на небеса после ложки такого супа. Флитвей смотрел на эту жидкость с плавающей травой и зарезанной птицей в брезгливости сморщив лицо. В основном все делал Кет. И вместе со своими действиями упрекал Флитвея, что класть и как резать. Пока сам Флитвей стоял рядом и кивал головой, будто правда все понял и принял. Только потом ему надоело без конца кивать, и он стал отвечать сухое «ага» желая, чтоб от него уже отстали. - Так а чего ты решил вылезти из шкафа? – с упреком Кет обратился к Флитвею, накладывая суп по тарелкам. Еж сел за стул по о бок от демона, и тут же застыл. - Ты все никак не успокоишься? – он повернул голову в сторону Кета, сделав раздраженный выдох. - Не большой казус, не трать на это время, - ответил Кету Эксе, повернувшись к нему. - Я не могу не успокоиться не зная, что случилось, - он облокотился на кухонный стол, где наливал суп, и сцепил руки на груди, подняв нос кверху. – Нормально же все было, а потом вдруг вылезает взъерошенный Флитвей ещё и с кровью на губах. По ходу он заметил стекающую каплю крови с уголка губ. Или Флитвей случайно оставил заметное пятно с боку, о куда вытер эту каплю. Он решил, что первое, ибо пятна не заметил. И все равно дёрнулся, поняв, что его раскрыли. - Я всегда взъерошенный, - он прошёлся рукой со лба по жёлтым иглам, самовлюбленно заправляя их назад. - А этот раз ты был как побитый тапком таракан, - Кет смотрел прямо в глаза, как хищник, требуя правды. - Или любовник, которого застали врасплох, - поспешил влезть в диалог Чуп, но получил в ответ лишь молчаливые взгляды остальных. - К тому же вы так и не рассказали, что прошлым утром у вас за драка была. – продолжил Кет, громко выдохнув носом. - Сейчас тебя только это волнует? – закатив глаза, Эксе отвернулся от Кета, скучающе подперев щеку рукой. - Я просто хочу, чтобы все были в порядке, - Кет тяжело вздохнул и поставил каждому и себе по тарелке супа. Протерев стол для готовки, он сел рядом с ними, выпрямляя спину, и неторопливо начерпал ложкой суп. Прикрыв глаза, он стал жуть на ложку супа. Всё сидели сморщив носы, особенно Чуп. Смотря на зелёную жидкость с вылупленными глазами, он ни в какую не мог принять, что это можно есть. - Слушай, братец, а ты не хочешь ещё одну порцию супчика? – любезно он предложил свою порцию брату, слегка подвинув тарелку в его сторону. - А ну ешь давай, - Кет не любезно отказался, дуя на свою суп. И Чуп печально хмыкнул. Флитвей черпал суп ложкой и тут же выливал обратно в тарелку, смотря как льётся жидкость с травами и кусками мяса. Вид его не радовал, будто в тарелку налили торф с болота, но запах напоминал ему суп с избытком зелени. Эксе сидел, подперев голову рукой и пошмыгивал носом. Аппетита не то, что не было, как скорее не хотелось что-то жевать. Хотелось лечь пластом в кровать, позволив простуде мучать тело. А зелёный суп он мешал ложкой, как и все, не решаясь его попробовать. И первым суп попробовал его тот, кто и сварил. Дождавшись, когда суп подстынет до комфортной температуры, не слишком холодный и не горячий, он не со спокойным лицом попробовал суп, пережевал, проглотил и начерпал ещё. Флитвей с Чупом расширили свои глаза, смотря на него в ужасе. В голове не укладывалось, как он так спокойно ест это без каких либо эмоций. Эксе же все так же мешал ложкой суп в тарелке. И краем глаза заметив, как Кет ложка за ложкой опустошает тарелку, тоже решил попробовать хотя бы птицу выловить. Теперь те двое переместили взгляды на него, смотря, как демон через не могу вылавливает мясо из супа. Не став отставать от этих двоих, они кивнули друг другу и решились тоже попробовать супчик. Чуп, начерпав ложку, осекся, почувствовав рвотный позыв. Флитвей же смог, хоть и закрыв при этом глаза. И тут же их открыл, хмыкнув с неким интересом. Чуп оказался вкусным, и он с радостью готов был и вторую порцию осилить. - А не пора бы бинты перевязать? – скользко предложил Чуп, отодвигая тарелку подальше. Он готов был на все, лишь бы не видеть эту зелёную жидкость. - Да, пора, - Кет осмотрел их перевязанные раны. Бинт на них давно висел ослабшей тканью, впитавшей все соки с ран. - Можно в этот раз мы этим займёмся? – умолял Чуп, радушно сощурив глаза. Кет вздохнул, ибо ещё посуду вымыть надо, а не раны горе-ежикам перебинтовывать. Как бы ещё марлевые бинты не закончились, и не остались только погребальные чёрные ленты. И все же он согласился, отправив брата сначала посуду вымыть, а после перебинтовать Флитвея. Сам же Кет вызвался за рану на груди «опухоли». Покончив с посудой, Флитвей пошёл с Кетом за бинтами, просто за компанию. Как на зло, но марлевые бинты почти закончились, остался один моток. Его хватит только на одну рану, а остальное придётся перематывать черной погребальной лентой. Последний бинт Кет решил оставить на потом, и пошёл вместе с Флитвеем искать эти ленты где-то в шкафах. Подойдя к нужному шкафу, Кет открыл его до ужаса скрипящие дверцы. Флитвей как нечего делать лишь стоял рядом, пока Кет копошится в вещах, и рассматривал, что в этом шкафу лежит. В большей полке лежали доски из свежей древесины довольно тёмного оттенка. Зловеще тёмного, почти черного цвета. А рядом пара топориков, свисающих лезвием вниз. На полках ассортимент по обширнее, на одной стояло несколько больших мотков черной как смоль ленты, и ещё пара ящиков. Что лежит в этих ящиках Флитвей не видел, да и не интересовался. - А нафиг вам столько древесины и чёрные ленты? – поинтересовался он, поближе рассматривая доски. Кет же тем временем взял катушку с мягкой как шёлк тканевой лентой. - Как ты думаешь? – в его словах не было грубости, скользко кричащей в лицо о тупости, как это делает Эксе. Кет повернулся лицом к Флитвею, искренне интересуясь его предположением. И Флитвей, подставив фалангу пальца ко рту, стал ещё раз бегать глазами но содержимому шкафа. Доски из тёмного дерева или специально так выкрашенные, чёрные как уголь ленты… «Топорами рубят деревья, тут все ясно» - раздумывал Флитвей, складывая все в общую картину, - «Значит ими эти доски и нарубили, только зачем им такие доски?» Что можно сделать из тёмной древесины? Тёмную посуду, Кет же любит готовить. - Вы делаете деревянную утварь себе, а если на заказ, то упаковываете в черную ленту? А черную потому что другие цвета хрен добудешь, - высказал свою позицию Флитвей, с умным видом устремив палец вверх. Кет вытаращил глаза и моргнул, смотря на него. - Холодно, - значит догадка ежа далека от истины, - Как думаешь, зачем мы рылись на.. - А ну не подсказывай! Я уже близок к разгадке, - его тут же перебил еж, накрыв рот пальцем. К разгадке ему как отсюда до дома, далековато, а главное, хрен знает куда. Теперь он смотрел на Кета в упор, почесывая подбородок. «Чёрные ленты… темные доски…» - прогонял он в своей голове одни и те же слова, словно пытался найти в них скрытый смысл. Не найдя ни на белой и пушистой морде Кета, ни в его небесно-голубых глазах ничего стоящего, он вновь переключился на шкаф. Доски довольно длинные и не толстые, а ленты самые обычные, но довольно большие для подарков. Либо для очень большой коробки. Особо это ему ничего не дало. Порывшись в ящиках, он нашёл лишь пару молотков да гвоздей. И пилку для досок, чтоб были гладкими. - Блин, мы так и не забрали лопату с кладбища… - ни с того ни с сего вывалил Кет, со стыдом взявшись рукой за лоб, накрывая свои глаза. - Ниче, завтра заберёшь, - быстро и как на автомате ответил Флитвей, иначе отвлечется от вопроса. «Так стоп» - он осекся, прекратив искать подсказки. Теперь ему лишь нужно подтверждение. – «Лопату на кладбище он забыл… Это та лопата, которой они могилу копали. А значит…» - На том кладбище вы рыли чью-то могилу. Получается, ты гробовщик? – высказал Флитвей. Твёрдо, но без уверенности, словно чувствует, что это не верный ответ. Темные доски подошли бы для изготовления гробов, а чёрными лентами их перевязывали, может чтоб мертвец не вылез, мало ли что ещё тут водится. Кет с Чупом копошились на кладбище в день их встречи с Флитвеем, вероятно закапывали гроб с трупом. В таком случае, все сходится. - Жарко, как в печке крематория, - Кет широко и довольно улыбнулся, - Ты угадал. Почти, я и Чуп занимаемся всеми похоронными услугами. Проводим как погребение, так и кремацию. Готовим гробики, моем трупы.. – он стал загибать пальцы, перечисляя всю их деятельность. – Ну трупы мы не вскрывали до поры до времени, этим занимались врачи… Но сейчас это тоже наша задача. Флитвей разинул рот и часто заморгал. Радовало, что он угадал, и левый уголок рта приподнялся в нервной улыбке. И шокировало, что такие забавные пёсики работают с трупами. Как будто он ни чем похуже не занимался в городе! Подумаешь, население уменьшалось в несколько раз. Всего лишь в несколько раз, его целью вообще было стереть все напрочь. Но всяко лучше, по мнению Флитвея, город уничтожать, чем потом в погибших рыться. Его даже слегка передернуло, случайно представив измученный нежитью труп и псов, проводящих ему бьюти-процедуру и прочее. - То есть этими лентами вы гробы перевязываете, а сейчас собираетесь нам раны перевязать? – Флитвей опешил, поддаваясь смятению. - Не жалуйся, бинтуем чем есть, - Кет пожал плечами. Пришлось с ним согласится. К тому же, наверно, чёрная лента будет не дурно смотреться на теле. Вернувшись обратно на кухню, Кет поставил на стол толстую катушку с лентой, а Чуп пощелкал большими ножницами, сощурив от улыбки глазки. Перевязывать всех собрался один Кет, а брата он назначил помощником. Флитвей сделал это специально, ибо когда они приступят к ожогу на груди демона, то отмазаться уже вряд ли выйдет. - Что ж, приступим, - Кет намотал кончик ленты себе на руку и крепко её натянул, прежде чем начать перевязывать демона. Эксе сидел на стуле, поджав ноги к себе, ибо без пледа по телу шёл холодок. А с пледом будет неудобно бинтовать раны. Кет же не торопливо и аккуратно разрезал бинт на его груди, и чуть пожелтевшая марля упала вниз. Как и челюсть Кета, а глаза его раскрылись в ужасе. - Мать моя Химера… - тихо выругался Кет, смотря на большой ожог, похожий на не большое высушенное озеро в центре, с тысячей впадающих в него тёмных рек. Ожог, к счастью, просто покрылся тонкой коркой. – Это что? – Кет повернулся к Флитвею, грозно требуя ответа. - Это… ээ.. – Флитвей зачесал затылок, закусив нижнюю губу, ибо в таком случае он не мог придумать хороший ответ. Чуп замялся вместе с ним, напуганно отвернувшись от них в сторону. Он знал, откуда этот ожог, но только сейчас видит всю картину. - А можно я плед накину? – иногда хорошо сменить тему, что и попытался сделать Эксе, ибо долго сидеть с простудой и мерзнуть не очень то и приятно. - Можно, - ответил Кет, и демон с радостью им укрылся, не касаясь раны на груди. – Считаю до трех, пока никто не скажет правду. Один, - он зажал один палец. Чуп и не думал отвечать, он закрыл лицо ладонями, оставив открытыми только перепуганные голубые глазки. А Флитвей занервничал сильнее, думая, что ответить. - Два, - Кет зажал второй палец. Не успел он зажать третий палец и проговорить номер, как Флитвей, глубоко вдохнув, не соизволил ответить. - Это мы так подрались вчера, да, признаюсь, это я поставил ожог, - он с уверенностью выставил грудь вперёд, и положил ладонь на сердце, раскаиваясь в содеянном. Уж лучше сказать хоть так, чем скрывать или выдать все как есть, Кет же не участковый на допросе. Может гробовщик хотя бы поцелует лопату за столь честное признание, прежде чем ударить ею по морде? - Понятно, - его ответ был каменно твердым, и он выдохнул через нос, отпуская всю злость. – Удивительно, что после такого ты оставил его в живых. Он скрестит руки на груди, и повернулся уже лицом к демону, ожидая его ответа. - А меня потом душили, как удава, - ответить решил Флитвей и подсветил свечей свою шею, где был тёмный след от удушья. Только его почти не было видно, он довольно быстро зажил. А след от руки козлоногой и в помине не видно, её удушье было слабее. – Отпустил, только когда нежить опять показалась. Так бы точно помер! - Горе-ёжики, серьёзно. – Кет тяжело вздохнул и прошёлся рукой по своему лицу. – Славно, конечно, что теперь вы вроде ладите, но все равно наказание понесёте. Неделю будете драть дом, и чердак, и подвал. - Окей, не проблема, - Флитвей не понимающе сморщил межбровье, не видя проблемы всю неделю убираться в доме. Не напрягало, что он будет не один. Эксе даже не принял это во внимание, не имея никакой заинтересованности в этом. - А в подвале крысы размером с сапог Эксе! А на чердаке паутина, как глаза у Флитвея и сами пауки огромные! – Чуп со зловещей улыбкой подергал перед лицом пальцами, направив их в сторону ежей. Как будто на них есть острые когти или в принципе его руки сташнее чем у нежити. Никто его не испугался, и ежи лишь чуть отодвинулись от него назад. - Тогда мы заманим всех крыс на свою сторону и направим их гулять по домам, - Флитвей сделал так же в сторону Чупа, устрашающе перебирая пальцы. От его клыкастой ухмылки, Чуп вздрогнул и скрылся за спиной у брата. - Хорошо, - Кет гордо выпрямил грудь вперёд, - Раз уж вас устраивает уборка, тогда ты, Флитвей, - Кет ткнул пальцем в ежа, - Будешь заниматься готовкой всю неделю. А ты.. – он осекся, когда повернулся к демону. – Ты будешь вскрывать трупы. Специально самые гнилые оставлю. - Но Ке-ет!!! – все возмущенно закричали в один голос. - И никаких но! Нечего было такие раны ставить и по ночам шляться по лесной глуши! – высказал Кет, и вновь взялся за черную ленту. И все на время притихли. Чуп как скулящий щенок поник вниз, и грустно разматывал второй моток ленты. Флитвей досадно сел на стул, чувствуя себя вяленой капустой. Положив голову на спинку стула, его глаза смотрели в потолок, лишенный света. Эксе сидел тихо, отвернув морду от Кета, пока тот плотно наматывал на рану черную ткань. И следуя действиям брата, Чуп замотал такой же лентой плечо Флитвея. Царапины от нежити на нем начали постепенно заживать. Не виднелось отёков и покраснений. Но корки на ней могли раскрыться во сне, если он вновь будет вертеться в кровати как крыса в колесе. Для ран на шее и запястье Чупа попросили принести с ванной заживляющий крем. И намазав его по всем ранам, их бинтовать лентой не стали, ибо сами вскоре заживут. Насчёт укусов псы не спрашивали, зная, кто поставил первый. Про второй на запястье уже претензии были только к тому, зачем его поставили. Про царапину на плече им попутно объяснили, что нежить напала со спины. А про царапину одной из близняшек с боку у демона никто и не задумался, ибо её уже и видно не было. Она восстановилась во время сна, и раз она не большая, то её заживление оказалось быстрее, нежели ожог меж рёбер. Покончив с перевязкой ёжиков, псы устало повалились на стулья, а сами ёжики ушли в комнату. Флитвей хотел только развалиться в кровати и ничего не делать, и благоговейной улыбкой он открыл дверь в комнату. Но тут же застыл в проёме, заметив, как на него в упор смотрят два ежа, свесив ноги с кровати. Один зелёный, как недозрелое яблоко, расселся вальяжно положив лодыжку на колено, и сцепив руки за головой держал в зубах спичку, теребя её туда-сюда по сторонам. И в черной кожаной жилетке с длинными рукавами, а на глазах красные солнечные очки. Второй же сидел спокойно, прикрыв глаза словно спит. На бледно-тёмных иглах у него серовато-синие полосы. - Йо-о-у, это че за бешбармак рядом с тобой? – тот, что в жилетке подошёл спрыгнул с кровати и подошёл вплотную к Флитвею. Тот скорчил недовольное лицо, что кто-то подходит почти в упор, ещё и обзывается. Так и нарывается на отменный удар по морде. - Это Флитвей, - Эксе высунулся со спины Флитвея, приветствуя зелёного широкой улыбкой. - И че этот Милки Вей тут забыл? – он поднял очки и взял в рот спичку. Обхватив одной рукой талию, он поставил на её ладонь локоть и ткнул пальцем в Флитвея, у того уже глаз дёргался. А после натянул очки на нос, и полу боком осмотрел его с ног до головы своими голубыми как море глазами, – Девок моих кадрить явился? Или собрался уводить за собой мою бестию? – теперь он покосился на Эксе, подняв одну бровь вверх, а другую вниз. Флитвей успел только не довольно рот открыть, чтоб высказать пару ласковых, но его тут же перебили. - Он пришёл чтоб одолеть нежить, - демон вышел из-за спины и с надменной ухмылкой добавил, сказав прямо ему в лицо, - Коржик. Флитвей прыснул от смеха, прикрыв рот рукой. А «коржик», которого с издевкой так назвал Эксе третьего предателя Скорджа, сморщил лицо, как изюм, и брезгливо фыркнул. - А что у нас тут вообще за собрание? – решил спросить Флитвей, смотря по очереди на каждого в этой комнате. И еж с тёмными иглами открыл свои глаза такого цвета как и полосы на иглах, только с острыми зрачками. - Мы явились, ибо кто-то отлынивает от работы, просиживая задницу с новеньким, - он грозно обратился к Эксе и поднял руку в сторону Флитвея. Он ощущался как туманная ночь в тёмном лесу, внушающая мрак. На его лице нет рта, но голос слышен прекрасно, к тому же мышцы на его лице тоже движутся, словно на нем правда есть рот. - Ебать, Сифилис, полегче. Не видишь, они оба ранены! - Скордж затолкал их обоих в комнату и представил их во всей красе, судя по прозвищу, Мефилесу, встав по о бок от них. Тёмный еж опустил вниз голову, держась пальцами за лоб, и тяжело вздохнул. - Когда ты прекратишь так называть меня? – пробормотал Мефилес, - Я вижу, что они ранены. Сядьте что-ль рядом или напротив, не очень то и хочется болтать с вами через всю комнату как с плебеями. – он скрестил руки на груди и упёрся спиной о стенку. Скордж сел на выступ у конца кровати, поставив локти на колени. Эксе, накрыв поджатые к груди колени пледом, сел по о бок от Мефилеса, и Флитвей рядом с ним, заключив демона между ежами. Какое-то время никто не проронил и слова, слушая как тикает стрелка часов и как копошатся на кухне псы. Мефилес прикрыл глаза, сделав вид, что спит, а Скордж все так же теребил в зубах спичку как не зажженную сигарету. - Эй, ребят, - Скордж обратился к Эксе и Флитвею и те повернулись к нему, один с интересом, другой с недовольством. – А вам идут эти чёрные ленты, особенно тебе, Эксинка, сразу такой шарм тёмный. - А мне по-твоему не так хорошо идёт? – Флитвей ворчливо отвернулся от него, скрестив руки на груди. А Эксе же чуть дёрнул уголками губ вверх, но натянул красный плед со звездочками на себя, закрыв им повязку. - С твоим желтым мехом выглядит как Тучка, бегающая по снегу, - он почесал подбородок, смотря на Флитвея. - Это сейчас единственная причина, по которой тебя не видно два с половиной дня? Ваши ранения? – Мефилес сердито обратился к ним, даже не открывая глаз. Будто это говорит кто-то другой, а это просто кукла. Хотя рот движется. И демон на мгновение стих, бегая глазами по комнате, думая, что бы ему ответить. - Он в отключке пролежал весь день, а ещё простыл, - за него ответил Флитвей, собственно и Эксе не препятствовал ему и согласился. - Чёт вы какие-то тихие, че, язык нежить пооткусывала? – насмешливо отозвался Скордж, натягивая широкую ухмылку. - Удивительно, но да, - Флитвей повернулся к нему и высунул язык, показывая ему тонкие следы от зубов. – Только это была не нежить. - Нихуя себе! – Скордж чуть не свалился назад с кровати, обхватив голову руками и широко раскрыв рот, сделав его в форме как цифру 0. – Ну ка колись, как звали такую красотку, что так кусается? – поинтересовался он, подсев поближе к Флитвею и перекинув руки через его плечи. - Да вот рядом сидит, - он с ухмылкой смотрел на Скорджа, и дёрнул Эксе локтем. Скордж был в ещё большем шоке и показал пальцем с одного на другого, а прежде чем натянуть на лицо шальную улыбку. После чего получил от Флитвея локтем в живот и согнулся по полам. Мефилес молчал, пыхтя под нос, а Эксе с лёгким смешком смотрел на них. Ликуя в душе, что наконец вмазал этому зелёному с большими шрамами на груди, Флитвей сидел с довольной улыбкой во весь рот, радостно прикрыв глаза. Покорчившись ещё немного, разрываюсь о боли, Скордж с силой ударил Флитвея в живот кулаком. И с лукавой ухмылкой сел, упираясь спиной о стену, тогда как Флитвей скривился в креветку. Мефилес махнул рукой, перебирая пальцами, и в лицо Скорджа прилетела подушка с красным пятном, её так и не постирали. И его серо-голубые глаза сощурились в улыбке. Скордж, взяв подушку в руки, нацелился ударить ей по лицу Мефилеса, но в него вцепились Флитвей и Эксе, не давая этого сделать. Смирившись, он сел рядом с ними, натянув на лоб красные очки. И только сейчас, сидя по о бок от него, Флитвей почувствовал отдаленный, словно въевшийся временем, и до сих пор не выветренный до конца, запах перегара от его кожанки. - Так значит, вы оба явились в деревню, чтоб забрать меня? – перебил тишину Эксе, расправив ноги и положив одну на другую. В ответ они оба одновременно кивнули. - Настолько срочное дело, что вы пришли сюда, не боясь, что вас заметят? – влез в их разговор Флитвей, отвернувшись от Скорджа, чтоб не чувствовать слабый запах алкоголя. - Мы же не напрямую шли, полудурок, к тому же мы через окно залезли, - ответил ему Скордж, высунувшись через его плечо. – К тому же я сам вызвался пойти за Эксинкой. А то съебался за новеньким, и пропал. Я думал, его уже во всю дерет Химка. - А если бы так и оказалось, ты бы обзавидовался? – с широкой ухмылкой Эксе косо посмотрел на него, лукаво сощурив глаза. - Я бы сгорел от зависти, если бы наоборот было! - Не ну по ней видно, что она любит страпонить, - Флитвей задумчиво стал чесать подбородок, вспоминая внешность Химеры. - О а я смотрю ты прям ценитель, Вей-Вей. – Скордж с интересом покосился на Флитвея, и дёрнул его локтем в бок, подмигнув, - Любишь, когда тебя. - Ещё раз кто-то из вас скажет нечто пошлое, получите по лицу, - Мефилес взял подушку за кончики, и злобно, как чернющая туча перед грозой, уставился на них троих. И все вновь притихли на какое-то время, пока демон не чихнул, и оба предателя по о бок не повернулись в на него. - Не сдохни, чертик, - ответил ему Флитвей, на что получил в ответ кивок, вместо привычного для всех, но не для Эксе, «спасибо». - Воу, ты это, не болей, - с неким беспокойством Скордж высунулся, чтоб посмотреть на него. - Пытаюсь, коржик, пытаюсь, - тяжело вздыхая, ответил Эксе. - О, ребят, а погнали в баню, а? – предложил Скордж, указав большим пальцем в стену, - Хороший пар из тебя всю простуду как демона из священника выгонит. - А хули, нет то, - Флитвей пожал плечами, приняв его предложение. Он шло, что это хороший способ разузнать о них по-лучше, может и сдружиться, а может и рассориться. Но с кухни его как ни с того ни с сего позвал Кет, говоря, что это срочно. И он с грустью вышел из комнаты, услышав на последок, что Мефилес и Эксе отказались от похода в баню, оставшись втроём сидеть в комнате. Выйдя на кухню, он не заметил там никого, кроме промокшей от снега Тучки и пары зажженных свечек на столе. Прежде чем запрыгнуть на стул, кошка мяукнула на него в приветствие. И Флитвей решил сесть рядом с ней, пока ждёт, для чего его позвал Кет. Кошка села к нему на колени и свернулась в клубок, закрывая чёрный нос, и громко замурчала, как дрель соседа в пять утра, когда Флитвей провел рукой по её черному меху. Ждать пришлось не долго, Кет пришёл почти сразу. - А ты чего тут один сидишь? – поинтересовался он у сидящего с кошкой Флитвея, ставя на пол пару длинных тёмных досок. - Так ты же позвал меня, вот я пришёл, - ответил еж и поднялся со стула, взяв кошку в руки. Кет не торопился с ответом. Вернее, он встал в ступор, хлопая глазами на Флитвея, что тоже теперь ничего не понимал. - Но я не звал тебя… - Кет в полном ужасе смотрел на ежа, и Флитвей в таком же ужасе смотрел на него в ответ. И лишь кошка спокойно сидела у него в руках, громко мурча. - Чётко же было слышно, как кто-то зовёт, может это был Чуп? - Нет, он рядом со мной был. И вновь пауза. Даже кошка прекратила мурчать и стала смотреть на Флитвея. - А где «опухоль»? – решил задать Кет, осматриваясь по кухне. - В комнате с другими предателями, - Флитвей не понимал, к чему клонит Кет. - Со всеми тремя? – спросил для убеждения Кет. Поставив кошку обратно на стул, Флитвей кивнул в ответ. - Тогда все объясняет. Тебя выперли из комнаты обманом, - как ни в чем не бывало, ответил Кет, наполнив водой стакан воды. Выпив воду до дна, он собрался выходить из кухни. - Серьёзно?! Вот же зелёный ублюдок! – фыркнул Флитвей, злобно скаля морду. Он сразу догадался, что это дело рук Хитреца, а предложение пойти в баню как отвлекающий маневр, не понял только, как именно прошёл этот трюк. Дада стал сомневаться, связано ли это с предложением пойти в баню. Покорчившись от злости какое-то время, сидя на стуле, нога на ногу, на него все это время смотрела кошка, мотыляя хвостом в стороны. Взгляд Флитвея случайно попадал на Тучку, хотя на деле он не обращал внимания на происходящее, витая в своей голове. Заметив, что на неё смотрят, кошка легла на спину и свернулась в крючок, вытянув задние лапы. И Флитвей пришёл в себя, сменив внимание на Тучку. А после она сама встала и, навострив пушистый хвост вверх, пошла до комнаты. Флитвей пошёл за ней, все равно на кухне нечего делать. У двери в комнату Тучка резко развернулась и ушла обратно на кухню. Проводив её возмущенным взглядом в след, Флитвей вошёл в комнату. Там его ждал одиноко завернутый в красный плед Эксе, и увидев Флитвея, чуть улыбнулся. - А где эти двое? – Флитвей оглянулся по комнате, мало ли, вдруг где-то прячутся. - Ушли, им тут больше нечего делать, - демон раскрыл плед, приглашая к себе под бок Флитвея. Какое-то время они тихо сидели вдвоем под пледом, болтая о чем-то разном. На все вопросы, о чем шушукались предатели, пока Флитвея не было, Эксе отнекивался, меняя тему. Солнце уже давно село за макушки заснеженных сосен, и в комнате уже не было видно ничего дальше своего носа. Пришлось идти за свечками, и пока Флитвей искал свечи, Эксе заварил себе ромашковый чай. Да настолько крепкий, что был не то что желто-зеленым, а почти как слабо заваренный черный чай. Жгучий нос запах трав заполнил всю кухню, от чего Флитвей решил приоткрыть окна, ибо тяжелый запах трав словно душил. А из кружки шел пар, и сама она сильно нагрелась. Демон ухватил ее руками сквозь плед, чтоб не обжечься. В комнате им обоим нечего было делать, кроме как лежать на кровати. Флитвей пластом развалился, упираясь затылком о стену и скучающе вздыхая, пока демон дует на свой горячий чай. Свечи может, и не освещали комнату полностью, как лампочка, но вполне позволяли видеть предметы в ней и отбрасываемые от них тени. Сидя без дела и болтая свисающей ногой в стороны, внимание Флитвея привлекли кривые из-за дрожащего пламени тени, падающие на стену. И в его взъерошенную голову пришла идея, что он подскочил с кровати и сел на ее край, смотря на тени поближе. Озадаченный демон наблюдал за ним и ждал его дальнейших действий, попивая горячий чай. - Слушай сказку! – внезапно Флитвей щелкнул пальцами и подошел к стене между тьмой комнаты и светом от свечи. Эксе как любопытный кот сел на край кровати, собираясь с полным интересом слушать его, периодически отпивая чаю. - Одним светлым днем по полю гулял зайчик, - он начал выдумывать историю, сделав из падающей тени от его рук силуэт маленького зайчонка. – Гулял себе по полю, наслаждаясь теплым днем. Ля-ля-ля тополя, – он пару раз подергал руками, и силуэт словно прыгал с одной стороны поля к другой. Эксе все так же сидел спокойно, не влезая в сказку. Лишь изредка по комнате раздавался тихий стук ложки о кружку, когда тот мешал в ней осевшие на дно травы. - А потом пришел большой волк и съел зайчика! – он не любит длинные истории и перешел сразу к концовке, сложив из рук морду волка, жующего невидимого зайца, ибо сделать еще зверя у него рук не хватило. Эксе дернул ухом от неожиданной концовки, в плане, что она слишком быстро и громко наступила. Столь жестокий финал ему даже понравился. Он залпом допил чай, и, поставив кружку на тумбочку, прохрустел всеми костяшками пальцев. - Но мимо проходила лиса и ужаснулась деяниями злого волка, - взмахом руки он призвал пару багровых рук, и сделал из их тусклой тени лисичку с длинными ушками. - А волк рявкнул на нее: че пришла, дура? – силуэт волка дернул мордой в сторону лисы, раскрывая пасть. - Я пришла отомстить тебе за зайца! – Эксе слабо усмехнулся и призвал еще пару багровых рук, - Зайцы! – скомандовал он, озвучивая лису, - Восстаньте из пепла и могил, и явитесь на мой зов! – это была не просто тусклая лиса, сделанная такой из-за фантомности рук. Она оказалось некромантом, и призванные руки сделали еще пару зайчих тусклых, как призраки, силуэтов. Флитвей и его злой волк разинули рты от шока, видя перед собой армию оживших зайцев. Эксе же уже смеялся в кулак как злая и хитрая ведьма. - О, моя дорогая лиса, спасибо за столь вкусный ужин, - саркастично Флитвей пошевелил пальцем, что служит нижней челюстью волка. И лизнул кончик губ, причмокнув при этом. - Ах, какой наглый волк. Тебе не осилить мою армию зайцев, - с высокомерием, силуэт лисы задрал нос. И все зайцы ринулись на волка. Один приблизился уже вплотную, и готов забить своими лапками, но его тут же перегрыз волк. И заяц пропал, как и фантомные руки. Рядом лезущих зайцев волк все так же ловко убивал, и Флитвей радовался своей победе, тогда как Эксе сидел с саркастичной неровной улыбкой, будто не искренне радуясь за него. - Эй, лиса? – обратился волк, победно задирая нос, - Что будет, если я выиграю? - Что пожелаешь, волчонок, - ответила погрузневшая лиса. По крайней мере ее так попытался озвучить от веселья улыбающийся Эксе. - Тогда… - его ответ заинтриговал демона, а волк медленно стал идти на лису, отходящую от него назад, словно загнанная в угол, - Раз я победил, давай ебаться! В ужасе раскрыв рот лиса застыла, а Эксе в полнейшем шоке ахнул, закрыв рот рукой, а красные глаза сузились. - А давай! – он согласился на теневое порево просто от скуки. И убрал с лица руку, широко улыбаясь во все зубы. Они не выбрали, кто кого, и остановились на страстном поцелуе волка и лисы, шевеля руками и кривя лица. Их даже озвучивать не стали, чтоб не мешать их страстям. В их поцелуе уже и не видно было, где там волк, а где лиса. Смотреть на это пришлось не долго, в комнату зашел Чуп и застыл в проходе с озадаченным лицом, сморщив брови. Он как раз застал их руки в этом жарком поцелуе, и протер глаза, надеясь, что ему померещилось. Флитвей же тут же сел рядом с Эксе, делая вид, что он не при делах, и что это и вовсе не его руки. Чуп с округлевшими глазами ушел назад. Явно за братом пошел. И чтоб не получить леща от Кета, ежи кивнув друг другу подскочили расправлять кровать для сна. Хоть что-то полезное сделать, чтоб снизить его пыл и получить менее сильного леща по морде. Подушку пришлось искать другую, а так все одеяла и простыни они еще днем закинули под кровати. Демон разложил их всех на деревянном полу, а Флитвей поправил все складки, чтоб все было ровно. Чтоб Кет в шоке был от их аккуратности. И пока псы еще шли к комнате, решили уже лечь спать под толстое одеяло. Все же уже давно стемнело и пора на боковую, пока Химера со своими змеями не вылезла. Лежа на мягкой постели под тяжелым и теплым одеялом, они смотрели друг другу в лицо, окутанные полумраком комнаты. Флитвей лежит рядом, сощурив глаза в теплой улыбке. Для них обоих это словно игра «спрячься от злого Кета», Флитвей даже пошутил, что Кет это волк, а они как зайчики, которых волк идет есть. Только Флитвей посмеивался с этой задумки, что Кет сейчас придет, а они уже все постелили и легли спать, и обрадуется этому, а Эксе же, казалось, смотрел в ответ с теплом, наигранно смеясь вместе с ним. Его глаза спокойны и мягки, но как только в эти карминные глаза, похожие на фонари в кромешной тьме, смотрит Флитвей, фонари словно отходят от него в сторону, избегая зрительного контакта. Только он не придал этому значения. И пока его спиральные глаза, похожие на бело-красный леденец, не смотрят ответ, алые фонари смотрят на них, как на живую конфету. Кет не стал их ругать за поцелуй рук, ибо не видел в их шалости ничего дурного, да и уставший уже был. Глубоко зевая, он с братом зашли в комнату и плюхнулись лицом вниз на подушку, тут же провалившись в сон. Ежи и без этого весь день проспали, и от этого долго воротились в кровати, пока пытались уснуть на уже отлежавшихся под головами подушках. Пытаясь во всю не обращать на храп псов, борясь с желанием не придушить их к черту. Даже монотонное тиканье часов не мешало им спокойно провалиться в царство снов, когда им на радость псы все же притихли.

Если бы только уснуть было так же просто, как и в прошлый раз. Пролежав с закрытыми глазами полночи, когда все точно уже будут крепко спать как мертвецы, Экселлер повернулся на спину, томно выдыхая воздух. Сквозь зазор между шторами на лицо падал сквозь бурные тучи и сильную метель мягкий свет луны, словно зовя за собой. И раз уж все спят, значит, никто не заметит его ухода. «Не самый хороший момент выходить из дома, даже на задание» - испустил вздох Экселлер, смотря в окно на стоящую стеной пургу, - «Но выбора у меня нет» - у него есть время до рассвета, иначе леща можно получить уже не от белого пса, лежащего мордой в подушку, а от Безмолвной Тени. Да и все равно надолго здесь в доме нельзя оставаться. Уж лучше перерезать глотки монстрам под мягким светом луны, чем скрываться от чужих глаз в четырех стенах. Перед уходом он решил пойти на кухню воды выпить, – в горле от болезни невыносимо сушило, - славно, что ему не нужно тревожиться на счет аккуратности, чтоб шагами не разбудить кого-нибудь. С каждым сделанным шагом он перемещался на пару метров вперед, хоть на это и уходит немало энергии. Проходя мимо ванной, его заметил плюшевый приятель, что тут же перегородил ему путь. - Уже уходишь? Даже не попрощавшись? – Долл, казалось, давил на жалость. По голосу казалось, что он падет уныние, когда услышит в ответ «да». - Не хочу слушать чьи-то слезы расставаний и видеть эти поникшие взгляды, не желающих отпускать смертных,- Экселлер махнул Долла рукой и прошел мимо него дальше на кухню. Кукла направилась за ним следом и держался позади все его пребывание на кухне. Когда он еще раз увидит своего хозяина? - А как же простуда? А раны? А… как вообще собрался уходить от сюда? Задний ход занесло снегом вроде как… - тревожилась плюшевая кукла, не собираясь отпускать его так просто без лишних слов. Был, и просто пропал, словно не существовало никогда. - Все проблемы временны, верно? – он с натянутой улыбкой во все зубы повернул голову на Долла, смотря на него с полу бока. – Не просижу же я с простудой вечность? – демон развел руками, пожимая плечами, - А раз дворы засыпало, придется идти через окно в спальне. - Но там же псы и Флит спят, не боишься их разбудить? – Долл не прекращал нервничать, и демон потрепал его по плюшевой макушке, мотыляя в стороны висюльку с красным камушком на кончике. - А ты не боишься своим нытьем их разбудить? – Долл тут же заткнулся, словно никогда и не говорил. Больше он не проронил ни слова, просто следуя по пятам за Экселлером, еле поспевая за ним. В итоге ему надоело так гоняться за демоном, и он решил, что лучше подождать его уже в комнате у окна. Натянув на ноги массивные сапоги, он пару секунд повертелся у зеркала в прихожей, и все равно, что в темноте там мало что можно разглядеть. Проще было бы уйти через главный вход, но он направлен прямо на деревню, да и кто вообще выходит через дверь? Ску-у-учно. И Экселлер стал тихой украдкой идти обратно к комнате. Его шаги неслышны, он будто растворяется в ночи и вновь появляется, но уже на пару метров дальше. Навострив уши, он вслушивался, прикрыв глаза, в каждый шорох в доме, проверяя, спят ли все в доме – ничего не шевелится, ничье дыхание не нарушает спокойствие. Слышно только, как за стенами дома свистит метель. Осторожно открыв дверь с минимальным скрипом, позволив ей мягко скользнуть в сторону, он шагнул в комнату. Теперь уже слышно назойливый храп псов и сопение желтого как молния ежа. А на подоконнике его ждал сшитый из тканей Долл, раскрывший одну штору и сжавшийся в угол подоконника как потерянный котенок. Открыв настежь окно, в комнату подул холодный ветер, благоговейно проносясь по чернильно-синим иглам и запуская на подоконник крупицы белого снега. Экселлер сел на подоконник спиной к открытому окну, смотря в последний раз на эту комнату и ее жильцов, провожая их… И закрыв глаза, опустил корпус тела назад, в окно. - Твою ж мать! – шепотом выругался Флитвей, успев ухватить демона за шею. Его дыхание участилось, а сердце бешено стучало как барабан, лаская своим стуком темно-синие уши. – Ты… совсем ахуел?! Экселлер не ответил ничего, лишь опустив взгляд вниз, словно не желая его видеть. Вернее, не желая скучать по нему, привязываться, как собака. И держась за обхватившую руку ежа, держащую его за шею, он царапал его пальцы в кровь. И бес толку, Флитвей ни в какую не собирался его так просто отпускать, от боли в руках наоборот сжимал шею сильнее. - Хотя бы сказал, что уходишь… - шепотом молвил Флитей, смотря ему в глаза, что яро не собирались смотреть в ответ. - Выпусти меня отсюда! Ты… – шикнул на него демон, прежде чем отпихнуть его от себя, ударив Флитвея ногой в живот. И рука, сдерживающая демона за шею, отпустила его в свободное падение из окна. Флитвей, держась рукой за место удара и шипя от ноющей боли, высунулся из окна, пытаясь разглядеть в снегу сквозь бушующую в лицо метель хоть что-то похожее на Эксе. Вот только его в помине не было внизу. Экселлер, не успев коснуться затылком земли, телепортировался на крышу дома. Зловеще ухмыляясь в длинной улыбке в тихих и легких шагах, напоминающих шепот ветра, гоняющего листья, он словно танцевал на крыше в вальсе, нежном, как смерть во сне - тихая и спокойная, но не менее страшная. Холодный ветер ласкает темно-синие иглы и шепчет меж заснеженных деревьев. Снег метет в лицо и засыпает все оставленные на крыше следы. А половина луны, мягко освещая ему путь, словно важный наблюдатель за этим вальсом. Остановившись перед ней, чистой половиной, окруженной облаками, Экселлер взглянул на нее сквозь пальцы, закрыв ее не освещенную сторону пальцами. Но его внимание с луны вернул Флитвей, беспокойно ищущий его по округе, как заблудившийся щенок. Он специально вылез из окна за ним, даже обувь не надел. Так и повяз в снегу в одних носках, пуская изо рта пар. Ему уже все равно на холод, все равно на снег. - Глупый смертный. На что он надеется? – в красных глазах не было сожаления. Речи звучали холодно, как погода на улице. А в груди тлело желание закатать его в одеяло как рулет и кинуть на кровать греться. А что ему мешает так сделать? Грядущие из-за него же проблемы. Флитвея за их дружбу? Приятельство? Союз? Не суть важна, их «дуэту» не суждено продлиться долго. Если они будут слишком близко друг с другом, то Флитвей падет на дно. Его накажут и запрут в темнице, а может, и казнят потом. Спасать его оттуда вряд ли кто-то станет, уж тем более вербовать к себе, к предателям. Никому не нужна четвертая опухоль, вот он так и останется гнить в темнице. Один на один с крысами и пауками в сырых каменных стенах без солнечного света. И не плевать ли на это Экселлеру? Еще как. Но что-то шепчет, что он еще пригодится. К тому же Флитвей решился обучаться фехтованию… Пусть учится в одиночестве без Экселлера. А Флитвей надеялся найти его и хотя бы попрощаться красиво, нормально. Просто знать, что все точно в порядке и не беспокоиться ни о чем. Уже и не важно ни насчет себя, и ни насчет натуры демона. И случайно, как по велению судьбы, он поднял взгляд на крышу. На душе словно расцвели цветы от радости. Улыбка сама расплылась по лицу, когда на крыше он увидел смотрящего на него Эксе. Уже и сам не заметил, как полез на крышу за ним. Они были в паре шагов. Даже меньше, в одном шаге друг от друга. Но с каждым шагом Флитвея к нему, демон перемещался от него дальше и дальше по крыше, все так же стоя спиной. - Нет, ну можно же было сказать, что ты уйдешь посреди ночи?! – возмущался Флитвей, идя к нему по крыше с распростертыми руками. Он еле ковылял из-за замерших ног и дующего в лицо ветра. Он готов был свернуться в спираль от удара массивным, - да явно железным! - сапогом в живот, но все равно шел, невзирая на боль. А Экселлер молчал. Даже не шелохнулся. Лишь ветер качал его иглы, а сам он смотрел куда-то в лес. И тень его сливалась с ночной тьмой и густой метелью, словно исчезает в ней навсегда. - Почему ты уходишь?! – он взбудоражено почти кричал на него. Сердце Флитвея готово было разорваться от… предательства? От того, что его так нагло оставили? Да. Втерлись и кинули. Без лишних слов, будто не они вдвоем сидели в сожженной деревне… будто не ему он рассказывал на ночь сказки и вообще согласился пойти его уложить спать посреди ночи, словно не они бились на зонтах в чьем-то доме… В воздухе повисла тяжелая и безнадежная тишина, а в разрывающееся сердце словно с размаху кинули кирпич. Он вновь подошел к нему ближе, но только он дотронулся до его плеча, как демон тут же испарился и появился на шаг дальше, ближе к краю крыши. Уже стоя на краю, Экселлер все же решил повернуться к нему, чтобы еще раз увидеть то, чего хотел избежать - никчемных слез по тоске. - Потому что… - он тяжело вздохнул. Но так ничего и не ответил. Потому что… не может? Что ему ответить? Что их общению не суждено быть хорошим? А на щеках почувствовались горячие алые капли, как бусины с порванной верёвочки, они попадали вниз. Вытирая их запястьем, он покачал ему головой в стороны. В горле встал ком, не давая и слова сказать. Будто шерсть кошачья застряла. - Может хоть… - Флитвей сам не мог договорить свою мысль, горло словно заполонило слезами. А руки сжались в кулаки от безысходной злости. Раз уж они больше не увидятся, то хотелось бы запечатлеть его в жизни в последний раз. Покрепче сжать в объятиях или ударить по щеке за принесенную боль. И он с надеждой в глазах посмотрел на стоящего на краю крыше Эксе. И по шире раскрыл руки, а в глазах все стало плыть. - Ты скотина, Экселлер. Последняя тварь, - с тяжестью в голосе прошептал Флитвей, а кожу на щеках не приятно стянуло. Он ничего не ответил. Опять. И лишь тихо вздохнул, прежде чем вновь упасть с крыши спиной назад. «Почему ты проснулся?» - корил в своих мыслях Экселлер, - «Сейчас бы не было этой… слезливой драмы, если бы просто продолжил спать». Не долго думая, Флитвей прыгнул за ним, но осекся в последний момент. Но все равно свалился вниз, к счастью, успев зацепиться за край крыши. И стал опорой, с помощью которой Эксе смог вновь встать на край крыши, забравшись на нее с помощью Флитвея. Смотря, как Флитвей еле держится за этот край, Экселлер сел перед ним на корточки. - Спокойной ночи, желток. Может, судьба еще посчитает необходимым свести наши пути, - с леденяще холодным взглядом он проводил Флитвея и просто ушел прочь в бушующую метель, исчезнув в ней. Даже следа не осталось, все засыпало снегом. Насчет повисшего на краю крыше Флитвея, он не беспокоился. В сугробы падать с первого этажа не так уж и больно, да и он сам смог забраться. И забравшись обратно на крышу, Флитвей закрыл нос и рот ладонями. Дыхание стало сбивчивым, словно дрожащим. Он стал глубоко вдыхать и выдыхать, приводя его в норму. А щеки стянуло от солености слез, что мелкими капельками стекали вниз. «А…» - он хотел было обдумать происходящее, но на сердце вновь образовался камень, не начав даже размышлять об этом. Он хотел найти свою вину в происходящем. Принять свои ошибки. Но не смог их найти, не потому что не видит своей вины, а потому что накатывает досада и печаль сразу, как перед глазами всплывает уходящий во вьюгу силуэт демона. - Не зря же их предателями называют? – он натянуто улыбнулся, пытаясь перемениться в эмоциях. А луна правда красивая. Смотря на нее какое-то время, ощущая, как по телу проходит холодный ветер, он понемногу, но успокоился. Прикрыв покрасневшие от слез глаза, он звездочкой, распуская побитую душу на расхват, разлегся на заснеженной крыше. И когда мороз стал сильнее щипать кожу, а снег попадать в уши и засыпать тело, Флитвей тут же почувствовал весь холод на улице и онемевшие ноги. Шелест ветра бурно шепчет меж деревьев. А их ветви, покрытые плотным слоем снега, словно пуховыми шапками, разбросали свой снежный наряд вниз, когда метель колыхала их. А прямо на крышу светит не полная луна, серебристым светом освещая округу. Будто чье-то око с жалостью смотрит на него сквозь пелену густых облаков. Долго сидеть на морозе он не выдержал и пулей вернулся в дом через оставленное открытым окно. Закрыв его, он укутался с головой в теплое одеяло. А сверху на него решила лечь кошка, свернувшись в пушистый клубок.