Вернутся к фанфику
Глава 3
7 сентября 2025, 21:00***
Часы беспощадно отсчитывали минуты после того что увидел в той пещере мой мир просто перевернулся и замедлился. Любая попытка разобраться меня возвращала в состояния непонимания. Мой сон, нет, мои кошмары ожили? Я сошёл с ума? Хотя нет, я думаю, это игра света, и на самом деле я просто не до конца проснулся и вполне мог ошибиться. Сейчас её приведут на допрос. Всё вокруг мешало, раздражало и казалось слишком навязчивым. Сбросив пальто с плеч, повесил его на спинку стула. Сейчас выяснится, что она просто беглая заключённая, которая самонадеянно решила сбежать. Но безуспешно. Сколько их было? Пока не поняли, что система изменилась — много. С ужасом вспоминаю, как вылавливали тела утонувших, но их опыт не учил остальных, в каком-то смысле их опыт задавал азартные идеи. Да где же они?! Копаясь в своих мыслях, я также прислушивался к происходящему вокруг. Я слышал монотонные шаги патрульных автоматов по коридору, гул от ламп и тихий скрежет от механизма вентиляции. Это место никогда не засыпало полностью. Тишина и свежий воздух тут — роскошь. Это место не дом, не работа. Это всё равно, что мир со своими правилами и устоями. Тут закон был ещё строже. Рукотворный мир, который, как я наделся, мне удалось сделать лучше. Приближающиеся шаги, как предупреждение о визитёре, дали мне время принять более устрашающую позу и снова войти в роль хозяина крепости. Сейчас я получу ответы на вопросы, что мучают меня. Вопросы о ней. Внутри болезненно сжалось сердце. Дыхание словно стало поверхностным. Физическое проявления душевной боли. Нет! Так нельзя. Как напуганный щенок. Я отвернулся к стене как раз в тот момент, когда дверь распахнулась. Сначала вошла заключённая, за ней Елена и Автомат. Скрипнул массивный стул. Страж громко отрапортовала что-то, но я почти не разобрал слов, скорее понял подсознательно, что она говорит. — Спасибо. Дальше я сам. Подождите за дверью. Это она. Немыслимо, но это она. В точности, как во сне. Или чёрт знает, что это. Я не мог отвести взгляд. Волосы цвета пшеницы, всё ещё влажные после душа, спадали полотном на спину и тонкие хрупкие плечи, на лице виднелся синяк, который оттенял скулу и уголок розовых губ фиолетовым. Кто-то ударил, не рассчитывая сил. Верневский. Уверен, что это он. Жестокий мерзавец с привычкой калечить заключённых, обычно ему сходит с рук. Страх — это рычаг управления, но в этот раз желание оторвать ему руки, как никогда, осязаемое. Девушка молча стояла, рассматривая камеру допроса. Надо работать. Что бы там ни было, нельзя терять лицо. — Сядьте. — я нарушил тишину, и она вздрогнула от неожиданности. — Значит мисс… Аврора? Странное дело, мисс, я знаю всех жителей этого места, но вы явно не отсюда, как вы оказались в туннеле? Для чего вы здесь? — её имя произносить было чем-то новым, непозволительным, словно одним словом я впускал в реальность свою тайну. — Я не знаю… — она шептала. — Быть такой спокойной очень странно, если учитывать, что вас обвиняют в проникновении на закрытый режимный объект. Кто помог? — опираясь руками на стол, я навис над ней, сжавшейся на стуле и следящей за мной. Моральное давление. — Я ни в чём не виновата, поэтому не считаю нужным нервничать. — Вы можете доказать свою невиновность? Ответом мне была тишина. Я повернулся и снова наткнулся на её взгляд. Она смотрела на меня прямо, не опуская глаз. Что с ней не так?! Все вокруг боялись меня, каждый знал, что я жестокий, опасный, вспыльчивый. Это, на самом деле, было надумано, но мне было выгодно, что жители крепости сами создавали образ, которого боялись. Но она не боится меня, изучает и молчит. Не просит пощады, не задаёт вопросов. Вжавшись в спину стула, она слегка потирала рукой плечо, вторая рука была опущена, из-под незастёгнутого манжета виднелась ссадина. — Я получу ответы на свои вопросы, и лучше вам начать говорить, пока я в хорошем расположении духа. — Я не знаю, что говорить. Я очнулась в той пещере. Не знаю, как туда попала. — Но кроме вас никто не может знать. И чем дольше мы играем в эту игру, тем дольше вы будете здесь. — Где я? — она осмелела для вопросов. И надо отдать должное, мне нравилось, что она говорит со мной. Нравится, что не боится. Я явно начал не с того. За плечами сотни допросов, а тут я теряюсь перед девчонкой. Нужно что-то делать. Походило на то, что она говорит правду. Заключённые на месте, проникнуть в крепость через этот туннель нельзя. Значит магия. Пол года назад в Мондштадте был подобный случай, я читал статью Шарлотты в «Паровой птице». Там объявилась девушка из другого мира. Но информации было слишком мало, да и похоже было на выдумку. А теперь, если сопоставить статью, мой сон и сидящую напротив меня девушку, всё казалось хоть и странным, но вполне логичным. Быстрыми шагами дойдя до двери, я отдал распоряжение стражам и повернулся к ней: — Я предлагаю вместе во всём этом разобраться, но без вашей помощи мне не удастся понять, что здесь происходит. — Я старался говорить спокойно. — Как я могу к вам обращаться? — её голос хриплый, сорванный. Сейчас я словно смог вернуть её из мира мертвых, но она чужая, не принадлежит мне. В глазах холод, губы потрескавшиеся, раны на руках, несломленная, отчуждённая. — Ризли. Я герцог крепости Меропид. Управляющий этого места. — я не знал, как представиться ей. В голове возникли воспоминания, как она называла меня ласковыми словами. Во сне. И вот я снова не могу сказать ни слова. — Герцог… Я… — Лучше по имени, просто Ризли. — Ризли, я не заключённая. Я не знаю, что тут происходит, но мне нужна помощь. — Вас же зовут Аврора? — она кивнула. — Выслушайте меня и постарайтесь понять. — Я говорю практически не продумывая то, что хочу донести. — Я, как управляющий этого места, не могу допустить, что кто-то помыслил о побеге. Даже если выяснится, что вы говорите правду, и вы выйдете на свободу, многим это развяжет руки. А это значит, что попыток побега будет много. Это закончится смертью для беглецов, потому что сбежать отсюда нельзя. Если вы действительно честны со мной, то вам также некуда идти, и вам придётся остаться в крепости до момента, пока мы на найдём выход из сложившейся ситуации. Она слушала меня очень внимательно. На моей просьбе остаться её глаза увлажнились… О, нет. Её слёз я не вынесу. В этот момент открылась дверь, и в комнату допроса въехала тележка, на которой стояли чашка, чайник, стакан с зеленовато-голубой жидкостью, украшенный жёлтым цветком (это смузи из кабачка с черникой я узнаю, где угодно). Из-за громыхающей тележки выглянула Сиджвин. Одетая в миленькое платье-униформу медсестры, невеликая ростом мелюзина была, как обычно, в хорошем настроении. Хотя я подозреваю, что у мелюзин просто не заложено быть в плохом настроении (кто знает, может это действительно заслуга голубого кабачкового коктейля). Она создавала впечатление милого ребенка, хотя я в числе немногих знал, насколько она сильна а бою. Несколько раз она выручала меня во время бунта или если приходилось разнимать драки. Беглянка сжалась на стуле и со страхом в глазах смотрела на Сиджвин, словно впервые видела мелюзину. — Снова запугиваешь? Она же ранена! Почему в первую очередь не отправил её ко мне, несносный мальчишка? — Сиджвин редко ругалась на меня, но в этот момент я словно онемел. Не хотелось признавать, но она права. Я забыл про раны, по переохлаждение, про всё забыл. Эгоистично я пытался задержать девушку здесь и выяснить, кто же она. — Сейчас вы выпьете чаю, а я осмотрю вашу руку, и потом мы отправимся в лазарет. — последнее было явно сказано для меня. Аврора не торопилась протягивать руки или говорить с медсестрой. Она перевела вопрошающий взгляд на меня. — Бояться нечего, неужели вас пугают врачи? — ох, нет, я понял. Она удивлена тем, что видит перед собой такое существо, как мелюзина, и, вероятно, то место, откуда она, не может похвастаться наличием подобного. — Смелее, вас никто не даст в обиду. — девушка протянула руку, словно нехотя, отводя взгляд в сторону тележки и той, кто терпеливо ждал, когда пациент ей доверится. — Меня зовут Сиджвин. Я старшая медицинская сестра крепости. Я занимаюсь лечением абсолютно всех в этом месте. А так же слежу за состоянием здоровья заключённых и персонала. Вам нечего бояться. — она протянула тонкую ручку к беглянке. Осмотрев рану, вздохнула. — Бездушные железки. Почему так небрежно? Придется наложить повязку. — совершенно беззлобно доктор ругала причину травмы. Ее пальчики, как маленькие бабочки, невесомо порхали, накладывая мазь и повязки. Аврора, закусив губу, наблюдала за процессом. В дверь постучали, и сразу же после этого Елена внесла поднос с горячим чаем и двумя бутербродами с мясом и сыром. — О нет, герцог! Я принесла отвар из специального сбора трав из Меруси и полезный смузи. После вашего чая она не уснёт! — Нам предстоит тяжёлый и долгий допрос, и пока я не задам все интересующие вопросы, она не покинет эту комнату. — Бедной девочке нужен сон и покой после такого стресса и холода. Какой смысл от информации, если девочка заболеет? — Дайте мне час. Потом её отведут в лазарет, и там она сможет заночевать. — спорить с мелюзинами, особенно с Сиджвин, было просто бесполезно. — Ровно час. И ни минутой больше! Всё это время Аврора наблюдала за перепалкой. По её поведению было сложно понять, что у неё на уме. Она выглядела смущённой, но не растерянной. Будто все ресурсы её тела сейчас направлены на то, чтобы держать себя в руках. Завидная стойкость для женщины. Обычно любой допрос осложняется слезами или даже попытками соблазнить меня. Не знаю даже, что хуже. Укатив тележку с приборами и лекарствами, Сиджвин покинула нас, но поднос с напитками она всё же оставила. Дышать стало легче. Хотя полностью расслабиться в присутствии Авроры я не мог, словно у ребёнка, состояние, граничащее с истерикой и облегчением. Вера в сказки меня покинула давно. Ещё тогда, когда моя счастливая жизнь закончилась с гибелью родителей. В этот момент я повзрослел, и количество лет не имеет значения. Затем разбитые надежды, снова смерть и крепость, которая стала моим домом. А теперь она. Будто новая страница моей жизни, новая глава. Она ворвалась, разделив жизнь на до и после. Хрупкая, тонкая, словно из стекла. Как подступиться к ней, я не знал. Я внушаю страх. А как нравиться женщинам — ума не приложу. Одно дело — это безразлично проводить время в компании женщин на один день, купаться в их внимании и легкости. Другое, когда вот так щемит сердце, словно за великую ценность. Моя голова горела от количества мыслей и стратегий. Я никак не мог понять, что делать сейчас. А что если это ловушка? Что если это действительно проделки ведьм? Но для чего? Я не считаю себя великим и заслуживающим того, чтобы ради горстки власти меня преследовали ведьмы. Они заняты более великими делами. Словно крысы с тонущего корабля, меня покидали уверенность, решимость и скептицизм, замещаясь не самыми приятными тревогой и отчаяньем. Это не может быть она, её не существует, а эта просто на неё похожая девушка, которая пробралась намеренно или случайно мои владения. Глаза? А что глаза? Таких глаз тысячи, это ещё ничего не значит. Просто сон впечатлил сильнее, чем обычно. Эти мысли меня успокаивают. Действуют, как мантра, чтобы не свихнуться от нереальности и сюрреалистичности. Ритм шагов приближающихся к камере допроса словно окатил холодной волной. И это дурацкое «а если?!» Дверь закрылась. Наконец-то мы сможем продолжить разговор. Мне льстило спокойствие гостьи. Она всё так же не притронулась к чаю. — Чай? — Можно просто тёплой воды? — Но это… Хорошо. Просто воды! — я не понимал, как можно отказаться от такого чая. Лучший сорт моей коллекции, даже сквозь глиняную крышку-барьер я чувствовал аромат распаренных листьев, чуть резковатый, без молочного следа, фруктовый привкус от сушёных яблок. Я налил в одну чашку кипяток, а во вторую настой из чайных листьев, слегка разбавив кипятком, чтобы подогреть. Только так можно получить оптимальную температуру, не теряя вкус. Аврора обняла пальцами кружку, согревая бледные руки. Я смотрел на раны и синяки на костяшках пальцев, и сердце сжалось. Она так и не отпила из своей кружки. Пора заканчивать. Сегодня толку не будет ни от неё, ни от меня. — Стража! Дверь открылась, и вошла Елена с Дмитрием Верневским. — Смирнова, проводите нашу гостью в лазарет, она сегодня заночует там. Ваша смена придёт утром? — Так точно. — Значит передача объекта охраны строго в моём присутствии. Выполнять. Аврора встала и молча пошла за охраной. Не оборачиваясь. Не удостоив меня ни словом, ни взглядом. — Верневский, останьтесь. У меня к вам вопросы. Самое время дать волю эмоциям.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!