Вернутся к фанфику
Глава 4
10 сентября 2025, 00:12***
— Кхм… Как всё прошло? — моя спутница подала голос спустя минут пять нашего пути к лифту. — Не знаю. Смотря, как проходит обычно. — По разному. Иногда и на каталке увозят. — Значит прошло неплохо. Раз иду сама. Она замолчала, вероятно, обдумывая мои слова и ища в них скрытый смысл. Затем снова заговорила: — В лазарете тихо обычно. Сможешь выспаться, только без глупостей! Я не хочу гоняться по крепости за тобой остаток смены. — Эх, жаль, сегодня без догонялок. Обещаю быть послушной и спать всю ночь, матушка. — я попыталась сострить, забывшись, где я и с кем. Стоило прикусить язык. Но Елена лишь усмехнулась. — Умница, дочка! Мне она нравилась всё больше. Но задавать ей вопросы я не рискну. Слишком рано. Мы дошли до небольшого коридора, вход в который охрнялся двумя высокими парнями в форме, в руках у каждого было оружие. — По приказу герцога, я сопровождаю… Подследственную к мисс Сиджвин. Высокий охранник окинул меня взглядом, следом Елену, задерживаясь взглядом на её промокших сапогах. Затем отошёл чуть в сторону, пропуская нас. И когда мы поравнялись, произнёс так, чтобы слышно было только нам. — Сержант Семёнова, вам не помешало бы уделять порядку в форме чуть больше времени. Моя провожатая промолчала, но судя по тому, как она вздохнула, это уже не первая попытка её задирать. Мы вошли в просторную комнату, которая служила и медпунктом, и большой палатой одновременно. Кровати были пустые, и сейчас, когда я увидела свежую белоснежную постель, то поняла, как устала, и насколько сильно у меня болели все части тела. Маленькая причудливого вида медсестра суетливо поприветствовала нас. Меня заставила сразу лечь, затем практически приказала Елене снять мокрую обувь и выпить какой-то витаминный напиток зеленого цвета. Судя по тому, что там плавали коричневые частички, кто-то пытался спасти хоть как-то вкус этого зелья шоколадом. — Не бойся, сейчас будет холодно, немного. — сказала медсестра мне и принялась обследовать, пощупав ребра и живот. При осмотре её внимание привлек пирсинг у меня на животе. Она долго рассматривала спрятавцийся бриллиантик в кружочке моего пупка. Её это позабавило, поэтому она задавала вопросы про то было ли мне больно, и для чего он служит. Закончив осмотр, она радостно сообщила, что у меня всё в порядке, после чего накрыла сверху теплым одеялом. — Спи. Завтра будет непростой день. Оставшись наедине со своими мыслями, я начала анализировать произошедшее. Что произошло со мной? Неясно, но то, что я находилась не в своем мире, было очевидно. Я не могла быть в коме, потому что основы для такого рода фантазии не было. Я прикрыла глаза, и мысли, словно затянутые в воронку, начали ускользать, теряя контроль. Под тяжёлым одеялом на фоне пережитого стресса я заснула, и очень быстро. Я проснулась довольно резко. Вокруг было тихо, только легкое потрескивание ламп, что давали свет. Из-за отсутствия окон было сложно определить время суток, поэтому пришлось искать часы. Взглядом я блуждала про стенам, но так и не получалось найти хоть какую-то подсказку. Пока я пыталась сориентироваться, я поняла, что мои травмы чудесным образом не зажили. Горло саднит, а рука и вовсе отекла и отдавала ноющей болью. Около меня не было никакой охраны, так что я встала с постели и уверенно направилась в ту часть помещения, где вчера видела старшую медсестру. Она действительно была там, сидела за столом, а перед ней, освещаемая светом свечи в стеклянной колбе, лежала книга. Вместо букв там были непонятные символы, хотя непонятны они были только для меня, судя по тому, как увлечённо она водила пальчиком по строчкам. — Кхм, доброе… — я рассчитывала привлечь её внимание, и если быть откровенной, боялась, что на меня снова натравят робота охраны. — … утро! — продолжила моё приветствие медсестра. Она была всё так же бодра и приветлива. Но её яркое платье изменилось. Сегодня она была в персиковом платье и розовом переднике. Обилие кружев и цветных оборочек прекрасно сочетались между собой и делали её невеликую фигурку более заметной и внушительной. — У вас прекрасно работают биологические часы. Вы проспали завтрак, но это не страшно, герцог приказал накормить вас, когда вы встанете. Садитесь вот сюда. — медсестра подвела меня к кушетке посередине комнаты и усадила на неё. Затем также проворно подошла к дверному проему и сказала пару слов, по всей видимости, дежурившей у входа охране. — Пока мы ждём завтрак, проведём осмотр, затем гигиена и перевязка. Итак! — она заняла место напротив, встав на высокую ступеньку. — Откройте рот! Я послушно открыла рот, показывая горло. — Вот это да! Всё воспалилось, тут не обойтись тёплым отваром, нужно сделать эликсир. Вам больно разговаривать? — Да. — я для убедительности кивнула. — Значит добавим что-то от боли. Герцогу я передам, что вас нельзя утомлять разговорами. Теперь рука. — сняв бинт, она снова недовольно цокнула языком. — Бездушные железки, зачем же так калечить? Словно их вида не достаточно, чтобы запугать, так нужно еще и вредить. Я снова наложу мазь. Постарайтесь повязку оставлять сухой. Если намокнет, сразу ко мне на перевязку. — Я поняла. А может, я сама смогу перевязать? Маленькая девушка слегка замялась. Вероятно, местные любили приходить в медкорпус, потому что в этом месте их окружали заботой, и это было сродни передышке. — Если с раной всё будет в порядке, то дальше будешь сама за ней ухаживать, а пока придётся побыть тут. Я уговорила герцога оставить тебя в медчасти на несколько дней. Как раз решится вопрос с твоей судьбой. Ох, что-то я совсем разболталась. Умыться можешь вон там, а после завтрака направишься в кабинет герцога. У вас будет непростой разговор. В комнате для умывания было всё необходимое. Сиджвин мне выдала полотенце, странную зубную щётку и баночку с порошком для чистки зубов. Впервые я почувствовала уединение и смогла привести себя в порядок. Я осмотрела синяк на скуле, переливающийся всеми цветами радуги. Он выделялся на фоне моей бледной кожи, делая глаза темнее. Если постараться, можно прикрыть его волосами, хотя зачем? Когда я вышла, на столе стоял поднос с чашкой, наполненной водой, от которой шёл пар, тарелкой с кашей странного синеватого цвета, кусочком хлеба или кекса и яблоко. — Ризли сказал, ты пьёшь воду. — Э-э-э, ладно, пусть будет так. Спасибо. — мне было неловко признаться, что я просто не хотела пить незнакомый напиток с незнакомым мне человеком, но странно, что он запомнил. — Питательная каша поможет тебе залечить раны. Я не сомневалась в чудесных свойствах каши, но есть её не было желания. Я взяла самый знакомый мне продукт и попыталась откусить, но ушибленная челюсть не дала мне это сделать. Охнув от боли, я положила яблоко со следом своих зубов обратно на поднос. Сиджвин, наблюдавшая за мной, обеспокоенно подалась вперед. — Больно? Как же я забыла про ушиб, неужели так сильно? — метнувшись ко мне без своей верной ступеньки, она подошла очень близко, почти прижавшись к моему бедру, и слегка наклоняя моё лицо ближе. — Это вас автомат так? — Нет, один из охраны. — Верневский, чёрт бы его побрал. Его методы. Я не понимаю решений герцога. Ешьте осторожно, на обед пища будет менее грубая. Она отошла, и я попробовала кашу. На вкус она была хуже, чем на вид, поэтому взяв оставшийся непонятный хлеб, я стала отламывать мелкие кусочки, потихоньку пережёвывая, и запивать тёплой водой. Наверное, мне ещё предстоит ощутить все прелести тюремной жизни. Я закончила трапезу под недовольное ворчание своего лекаря, которая монотонно пыталась объяснить мне всю пользу каши, и начала обуваться, пытаясь вспомнить, что мне рассказывала Елена про наматывание портянок на ноги. Пока я боролась со шнурками второго ботинка, в комнату вошли вчерашний охранник Верневский, кажется, так его называли, с была ним девушка, так же одетая в форму и волосами, заправленными под берет. — Заключённая, встать. — скомандовал он. — По приказу герцога вы должны быть доставлены в его кабинет, вас сопроводить страж Вавилова. Я сделала шаг вперёд, готовая идти. Но где-то внутри страх сковал меня. Я боялась этого человека. Сегодня я смогла спокойно рассмотреть его. Лицо покрывали мелкие шрамы, словно рытвины, портящие форму щёк и носа, от этого губы были слегка перекошены. То ли это ожоги, тол и следствие болезни, но выглядел он отталкивающе. В совокупности с той жестокостью, что я видела вчера, складывался образ злодея, и я никак не могла найти в себе силы его оправдать. — Старшая сестра, вам тоже необходимо пройти с нами. — Конечно, только прихвачу для Его Светлости коктейль из медузы с радужной розой. — у девушки-охранника скривилось лицо, но она быстро собралась и снова отрешённо смотрела куда-то мимо меня. Она словно была флегматичный куклой. Пустой взгляд, но судя по тому, как она резко двигалась, приказы исполнять она умела хорошо. За всё это время она не произнесла ни слова, но с какими-то странным обожанием смотрела на Верневского. В общем, я сразу записала её в садистки, под стать её кумиру. Рыжие волосы и абсолютно блёклые глаза, словно у рыбы, они не отражали эмоций. Она была по-настоящему непритягательной. На меня надели наручники, но затянули не туго. Если бы я захотела, то могла бы вытащить руки. Страж со шрамами накинул мне на плечи куртку, которую мне выдали вчера. Я удивилась перемене в его поведении в отношении меня. Это ничего не меняло, но удивило. Мы вышли из туннелей снова в большой зал крепости. Сегодня я смогла рассмотреть это сооружение. Оно впечатляло своими масштабами. Туннели, словно норы, расходились в разные стороны. Много света давали лампы. Пол был выполнен из металла. Вдоль пешеходных зон были желоба для стока воды. Вокруг пахло металлом и водой, но не ощущалось сырости. Растений не было вообще. Мимо нас прошагали строем автоматы, и меня поразило, насколько же они огромные и шумные. Внушительные модели вписывались в общую картину, и я все больше ощущала себя Алисой, попавшей в Страну чудес. Все вокруг было будто бы сном, но кажется, мне никак не проснуться. — Я думаю, не стоит герцога заставлять ждать. — голос Сиджвин вывел меня из мыслей. Оказывается, я остановилась, рассматривая всё вокруг. — Да. Простите. — я пошла следом за девушкой-рыбой. Кабинет хозяина этого места находился в центре всего сооружения. Внушительных размеров двустворчатые двери открыл дежуривший у дверей охранник. Мы вошли внутрь. Внутри нас ждала винтовая лестница. Рыжая девушка пошла вперёд, я, подпираемая старшей сестрой и Верневским, пошла за ней. На втором этаже была просторная комната с огромным письменным столом на фоне изображения огромного Цербера. Трехголовый пёс в стальном ошейнике будто наблюдал за комнатой, находясь позади своего хозяина, восседающего в массивном кресле и читающего какой-то документ. Я не могла отвести взгляд от этой картины. Сведённые брови и губы, двигающиеся в такт читаемых слов. Он, наверное, провёл всю ночь за этим столом. Галстук ослаблен, плечи напряжены. Под глазами залегли тёмные круги. Он окинул взглядом вошедшую делегацию. — Минуту. — затем снова посмотрел на меня и вернулся к документу. Дочитав, видимо, последние строки, он взял ручку-перо и стал дописывать что-то. — Снимите кандалы, вы бы ещё намордник на неё надели. — он проговорил это с сарказмом. — Сиджвин, как прошла ночь? — Приятно, что вы спросили, хотя раньше такое не особо часто наблюдалось. — было ясно, что ей позволено так его дразнить. — При всем уважении! — слегка раздражённо перебил хозяин этого места. — Меня интересует прибывшая. — А-а-а, мисс Аврора абсолютно здорова, не считая ушиба на лице, что мешает нормальному пережёвыванию пищи, травмы руки с гематомой и ссадиной вокруг запястья. Также воспалено горло, как следствие переохлаждения и перенапряжения. Лечение получает, исполняет все рекомендации. Хотя, я бы хотела попросить оставить её под наблюдением. У неё кхм… Металлический штырь в животе, я такого не видела. Мне хотелось бы понаблюдать и изучить. — Что? — Как это возможно?! Все уставились на меня, будто ждали, что я прямо сейчас упаду и умру. Я кашлянула, проверяя работу связок. — Это украшение. Оно безопасно, я могу его убрать, но мне бы этого не хотелось. Я не заключённая, поэтому не планирую тут оставаться. Пока я говорила, взгляд ледяных глаз был прикован ко мне, а я с садистским удовольствием рассматривала его. Уверена, что его раздражает моё спокойствие, что он хотел бы истерику, крики, потому что так проще. Она кричала, и мы её связали. Но сейчас я знаю, что права. Уверена, он меня отпустит. — Оставьте нас. Сиджвин, спасибо. Я отправлю Аврору обратно с охраной. Были слышны гулкие шаги по лестнице, а затем стук закрывшейся двери. — Поговорим? — он не знал, как начать разговор. Помогать я не собралась, поэтому просто пожала плечами. — В любом случае придётся. — В любом случае придётся вам меня отпустить. Я не преступник. Я не пыталась отсюда бежать или сюда пробраться, и если вы хоть на сотую долю выполнили свою работу, вам это и так известно. Так что не была счастлива с вами познакомиться, но рада попрощаться. — Вы правы, я выполнил свою работу. Да, вы не являетесь заключённой или преступницей. Вас просто нет. Вы не существуете. Это означает, что теперь осталось две версии. Первая, вы самозванка, выдающая себя за другого человека, потому что имя Аврора носил только один человек в Фонтейне, и это пожилая старушка. Либо вы чужестранка, но судя по вашей одежде и растерянности, рискну предположить, что вы даже не из этого мира. Для вас двери открыты, только вот куда вам идти? Он не глуп. В данный момент он просто сжёг все мосты, что я строила в голове всё это время. Я цеплялась за нить своей невиновности, отбрасывая тот факт, что я каким-то образом не в привычном мне мире. — Почему вы решили, что я не из этого мира? — Последнее время из-за произошедшего в Мондштадте участились случаи гостей из другой реальности. Нас это как-то обходило, потому что вскрылось необычное происхождение людей нашей страны, но прошлой ночью что-то произошло, и теперь вы тут. Нам предстоит многое выяснить об иномарцах. Вы согласны со мной? — в его словах не было агрессии. Он был измучен, и все мысли о том, что я буду уверенно давать ему отпор, разбились о простое чувство сострадания к этому мужчине. На вид ему было около тридцати двух лет. Тёмные волосы с седыми прядями сбивали с толку, накидывая лишние года. Но подтянутая фигура и моложавое лицо указывали, что он полон сил, хотя и измотан. — И что мне делать? — спросила я. Спокойно. Он указал на диван, который я заметила не сразу. — Присядем? Я села туда, куда он указал. Хозяин слегка шикнул и выругался себе под нос. — Что-то не так? Пересесть? — Нет, всё в порядке. Он сел напротив. Соединив пальцы в замок, какое-то время он молчал. Затем заговорил мягким тоном, словно объясняя что-то ребёнку: — В моей крепости уже четыре месяца происходит кое-что странное. Заключённым можно создавать кружки, клубы по интересам. Они считают это проявление свободы. Свобода мысли — роскошь в наших местах. Но я всё равно в курсе событий. И вот я стал замечать, как формируется тайное сообщество. Сначала не было чего-то необычного. Просто на стенах некоторых камер появилось изображение пламени. Затем в туннелях стали находить погасшие кострища. Я ужесточил охрану, но никто ничего внятного не смог рассказать. И вот два месяца назад появился первый убитый. Мы нашли обгоревший труп заключённого. Отпетый мерзавец, серийный убийца, убивал женщин, похожих на свою мать. Пока его поймали, он успел убить семнадцать человек. Затем второй, также сожжённый, но уже простой вор. Связи между ними никакой, но сам факт того, что у меня под носом кто-то творит самосуд… Это словно удар под дых. — Извините, что я вас перебиваю, но зачем мне эта информация? Я не часть этой крепости, я не знаю ничего, что происходит тут у вас, кстати, под вашим же носом. Прошу меня простить, но вы меня удерживаете тут незаконно. — Перейдём к сути. Либо сейчас я открываю дверь, и вы идёте на все четыре стороны без денег, связей и документов. Либо вы задерживаетесь на некоторое время в моих владениях и помогаете мне раскрыть это дело. А пока мы с вами будем ловить этих злодеев, я помогу вам получить законные документы и устроить вашу жизнь. Как вам эта идея? Он меня переиграл. У меня нет выбора. Он прав. Как-то даже обидно. — Это опасно? — Я лично гарантирую вам безопасность. — на последнем слове его голос дрогнул. Он встал и прошёлся по комнате. Подойдя к большому серванту, он открыл дверцы, там стояли красивые коробочки и мешочки. Он протянул руку и достал какой-то свёрток, затем на поднос поставил две чашки и крупный фарфоровый чайник с красным узором-паутинкой. Поставив поднос на стол передо мной, он отошёл в сторону, и тут я заметила некрупную тумбу рядом с сервантом. Тумба была полностью из камня, а наверху стоял большой медный чайник с изогнутым носиком и толстой керамической ручкой. Мужчина отодвинул какую-то заслонку, а затем налил воды в чайник и поставил на образовавшуюся маленькую прогалину на крышке этой самой тумбы. Какой-то аналог дровяной печи. — Я отправил письмо судье. Нам нужно будет согласовать с ним план действий. Если вы согласны, то завтра вокруг вас будут ходить самые лестные слухи в крепости, а самое главное, с вами будут хотеть подружиться все. От вас потребуется быть начеку и уметь слушать оппонента. — Меня удивляет, как вы, зная меня меньше суток, предлагаете разделить с вами секретные планы. А вы не боитесь, что ваши враги предложат что-то получше, или что я предам, сбегу? Он смотрел точно на меня, не отводя взгляд, слегка нахмурив брови. Затем покачал головой: — Нет. Вы на такое не способны, я уверен. Я вас знаю. Как и знаю про то, что вы любите чай, а отказываетесь из-за того, что боитесь брать что-либо у незнакомого человека. Проявление осторожности, не более. В чай вы добавляете сахар. Две ложки. Верно?Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!