2

— Доброе утро! Проснись и пой! — бодро раздалось со стороны двери и в спальню влетело белобрысое плотное нечто, что сразу обрушилось на постель. — Гаврила, пора на пробежку и... Опа! Князь! — А, Шура! А ты чего тут? — подскочивший от неожиданного пробуждения Андрей, сонно пытается сфокусировать взгляд на Балу. — Вообще, это у тебя надо спрашивать. Ты чего не в гостевой, а в хозяйской спальне? — мурлычет Шура, вставая на ноги и стреляя насмешливым взглядом на «спящего» Мишу. — Меня куда хозяин этой спальне определил, там и сплю, — зевая сообщил Андрей, оглядываясь на рядом лежащего Мишу, ласково погладил его по голове и с нескрываемой насмешкой ущипнул за щёку. — Мишань, утро уже. У тебя ещё гости. — Да какой это гость? Вторженец это, — недовольно пробурчал Миша, на миг открывая глаза, а потом снова попытался притворится спящим. — Гаврила, а чего тут делает Андрюха? Не смог отпустить его в гостевую? Боишься, что свалит опять? — поигрывая бровями принялся докучать Шурик, не переставая так нагло и бесюче лыбится, что будь у Миши под рукой что-нибудь — непременно запустил бы в этого наглого котяру. — Не свалит! Не пущу я его больше никуда, — глухо ответил Миша, обхватывая Андрея за талию одной рукой и ногу ещё закинул, для надёжности. — Он теперь тут жить будет. — А сам-то Андрей не против? — продолжал елейным голосом Шура, переводя насмешливый взгляд с бурчащего и сонного Горшка, на молчащего Князя, что сидел с нечитаемым выражением лица. — Да куда ж я пойду? Я ж к Михе приехал. Вот у него и останусь. Буду следить за тем, что он все рекомендации выполняет. Да и... — тут улыбка у Андрея стала нежнее, да и голос ласковый-ласковый, будто и не... Хотя нет, они с Татьяной Ивановной уж больно трепетно относятся к этому бедовому больному медведю, поэтому можно считать, что такой тон приемлем. — Разве я смогу оставить своего друга, который во мне нуждается? Миха сначала морду свою недовольную вскинул, чтобы брякнуть о том, что не нуждается, да выдавить и слова не смог. Вот сейчас вякнет он что-то подобное и Андрей уедет опять. Или ночевать будет у Шурика, а к нему так... Заглядывать иногда. Да и смотрел на его Андро с такой любовью, что язык мигом к небу присох. Ну не может он... Теперь уж точно не сможет что-то плохое сказать. — Вот рядом и будь. Раз обещал... — смущённо проворчал Миша, ввинчиваясь лбом в мягкий живот, руками покрепче обнял. — Так я и не отказываюсь, Миш, — мягко ответил Андрей, осторожно поглаживая того по голове, а потом сменил тон на будничный, обращаясь к Балу: — А ты чего пришёл, Шур? Новости какие или так? Миша тихо засмеялся, продолжая возюкать лицом по чужому животу и ластится к заботливым рукам. Андрей только с ним такой ласковый, а с остальными — кремень. Если надо — вообще гранит. Нет, он с другими людьми не высокомерен или груб, просто к Мише он более тепло относится, почти как к... В общем, он к Мише по особому относится, а к другим... К другим по-другому. Пресно. Ровно. — У Гаврилы пробежка по расписанию, — не стал умалчивать Шура, хотя ради друга мог и держать язык за зубами. Ну какая может быть пробежка, когда рядом такой теплый и мягкий Княже? Ещё и гладит-то он его как ласково, по-своему, даже Мусик делает это как-то по-другому, не так профессионально как Андрей. Может за годы он скилл этот прокачал до совершенства? Ведь каким-то непостижимым образом он знает, что: за ухом нужно вот прям сейчас хорошенькой так почесать; затылок помять подушечками пальцев, ведь шея затекла так лежать; виски потереть, потому что голова немного болит с утра; макушку посребсти хорошенько, чуть дёргая волосы у корней; лоб погладить, разглаживая морщинки. Чувствовал его Андрюха. Хорошо чувствовал, но мог и игнорировать чужие потребности во благо уверенности, что для здоровья другое будет более полезно. — Пробежка? — мгновенно оживился Андрей, неожиданно перестав чухать Мишу и тот недовольно замычал. — Так это хорошо. Это полезно. — Не хочу, — лениво и протестующе замычал Миша, утыкаясь лбом в солнечное плетение и ища спасение от надоевших упражнений. — Никуда я не пойду. Лежать хочу. — Ну уж нет. Тебе, Гаврила, врач сказал... — сразу начал строго Шура, ведь с этим медведем по-иному и нельзя. Уступишь ему разок, так он сразу прочухает, что можно так и дальше, вообще тогда перестанет следовать наставлениям врачей. — Шур? Давай разок пропустим утреннюю пробежку. Вечером я с ним пробегусь по окрестностями, — тут же вступился Андрей, жалея Мишу. А тот сразу согласно заурчал. Ух паршивец какой! — Да и сейчас тоже можно мне пробежаться. В здоровом теле, ведь здоровый дух. Однако встать у Андрея не получилось, Миша придавил его хорошо, да и никак не желал его выпускать. Руки плотнее прижал в талии, сжал их ещё вместе достаточно сильно, чтобы Андрею больно стало, тушкой своей тяжёлой ещё заполз на него для лучшего результата. Чесслово, как ребёнок какой-то. Шура на это только фыркнул смешливо и покинул хозяйскую спальню, бросив напоследок, что на улице минут десять ждёт и всё. Уходит по своим важным делам. — Миш, ну что ты сам не хочешь идти на пробежку, так и меня не выпускаешь, — постарался ласково сказать Андрей, хотя с такой хваткой на талии было сложно сдержать болезненный стон. Но он смог. — Я хочу с тобой лежать. Сам же сказал, что мы вечером по окрестностям пробежимся, — категорично заявил Миша, грудь Князя свои лбом тараня. Укладывая его обратно. — Сказал, — не стал отрицать очевидное Андрей, вновь зарываясь пальцами в короткие волосы и задумчиво поинтересовался: — Кстати, а ты чего так сильно подстригся? Отращивать же хотел. — Да ну! Ерунда какая. Не хочу, — забухтел по-детски недовольно Миша. Капризничать с чего-то начал. — Не нравятся мне длинные патлы. Я так на дурацкого хиппи похож. Андрей на это только вздохнул. Превратился его Мишка в Нехочуху какого-то вдруг. На пробежку, которую выполнял исправно уже больше года — не хочу. Волосы отращивать — не хочу. А ведь для своих «патл» он специальные масочки, крема, шампуни, бальзамы и прочую фигню покупал. А тут вдруг отрезать косы свои решил. Ещё и вспомнил слова Андрея из далёких нулевых, что тот на хиппаря похож с такой длинной. — Ну что за глупости, Миш. — ласково заворковал Князь, решая пожалеть всё же Миху, что заметно было сложно без понимающей и любящей мамы рядом. — Ты у меня викинг. Суровый и непоколебимый. Мусю он свою дорогую давно не видел, здоровье у Юрия Михайловича плохое, вот Татьяна Ивановна и не может покинуть Родину надолго, а Горшок ведь очень нуждается сейчас в ласке и заботе. Хотя бы ближайшую неделю. А потом можно стать привычным Князем и строго следовать расписанию Михиной реабилитации. Может даже на йогу получится уломать. Главное, чтобы возмущенный Миха его не сломал за такое. — Тогда снова начну, — милостиво разрешает Миша, снова тычась носом в шею Андрея, вдыхая его. — Вооот, ты начни волосы отращивать, а я... А я начну с утренней пробежки, — активно закивал Андрей, предпринимая попытку слинять. Куда так... Его с недовольный ворчанием придавил снова, так ещё и куснули за ухо, чтобы не рыпался. Вообще возмутительно. Он собирался наконец снова вернуться к режиму ЗОЖника, а то в Питере он только и делал, что стрекозой раненной везде летал и спешно пытался разобраться с делами, а те лишь прибавлялись. Были бы только его дела, он может и бросил всё через месяц и рванул в США к этому медведю, но там накопились и Михины дела. Дела группы, уже три года не их группы, а исключительно Михиной. Благо Шурик подсуетился и они сделали доверенность, чтобы никакие Реники с их красными дипломами, которые только для розжига и годятся, не сверкали тут своими очками бесючими. Ох, как же Андрей долго срался с музыкантами группы бывшей. И главное, что плодотворно для Михи. Захотели катать песни их, так платите. А если отказываетесь, так давайте через суд. Потому что авторы против. Я и я, как представитель Михин, очень даже против того, чтобы данные граждане смели выступать с репертуаром «Король и шут», так ещё и не платили за исполнение чужих песен. Ох, они большая часть группы? Так авторы ведь не они. Да и выступать под эмблемой группы не имеют право музыканты. Почему? Потому что я и я, как Михин представитель, против. Как тогда злился Ренник. Как багровело его лицо и очечки запотевали. Андрей знатно повеселился в ту пору. А доверенность заламинировал даже. Чтобы, не дай бог, случайно не помять такое сокровище. — Ладно, — со вздохом ответил Андрей, расслабляя тело и упёрся взглядом в потолок. — Лежать так лежать. Миша на нём завозился, устраивая голову, так чтобы зрительный контакт установить. Для этого пришлось немного сползти, но это того стоило. Теперь Миша заинтересовано сверкал своими глазами-агатами, словно не веря в такую удачу. Морду-то какую довольную состроил даже, ловя на себе в ответ восхищённые сапфировые омуты. — Уступаешь? — неверяще прошептал Миша, обнажая ровный ряд верхних зубов и очаровательные клычки. — Уступаю, — не стал лукавить Андрей, не сдерживая и свою лучезарную улыбку. Сложно отказать, когда у Мишки такой шухер на голове, совсем как в юности, так ещё и мордашка при улыбке становится моложе. Ну а про глаза Андрей вообще молчит. Они у Мишки всегда молодые, озорные, живые. Нет в них той усталости и пустоты, как в тринадцатом на «Окнах» была. Тогда на Андрея смотрели глаза мертвеца, что до мурашек пробрали в тот момент. — Теперь всегда будешь уступать? — с надеждой спросил Миша, блеснув глазами ярче. — Ещё чего! Только неделю, а потом снова четко будем следовать твоему расписанию, — фыркнул Андрей, запуская пальцы в его короткие волосы и лениво почесывая, как огромного пса. Миша на то, что с ним будут соглашаться лишь неделю, недовольно скуксился, сразу получая щелбан в лоб. Зафыркал недовольно, но больше ничего говорить и делать не стал. Лишь зевнул, раскрывая рот во всю ширь, да глаза сразу же прикрыл, тоже расслабляясь. Потом правда спохватился, попытался скатиться с Андрея, да тот вцепился в плечи. — Да куда ты? Я уж приноровился. Тепло ведь. Да и не раздавишь ты меня. Мне так даже удобнее. Словно все тревоги из меня выдавил, — честно признался Князь, задумчиво поглаживая того по плечу и Горшок послушно опустил голову на его грудь, собой снова накрыл и глаза блаженно прикрыл, ворча когда Андрей чуть подтянулся, одеялом его плечи накрыл. — Поэтому ты спи, Миш. Спи. Противиться родному обволакивающему голосу Миша не стал. Сразу погрузился в крепкий сон, которого у него не было очень давно. Может, не мог нормально уснуть без родного и теплого друга под боком? А может просто так совпало, что именно сегодня Миша решил подтвердить свою самую очевидную кличку и впасть в спячку? Если бы рядом был Шурик, он бы точно сказал что первое. Миша больше не мог нормально спать без Андрея рядом. Может, это были последствия операции или ещё какие-то из многочисленных Горшенёвских психологических заморочек, но первую пару ночей вне больницы он глаз не сомкнул. Шура тогда предполагал, что это из-за того что обстановка чужая. Хотя раньше Миша от подобного не страдал. Мог спать где и когда угодно. Но может возраст и появившаяся вместе с этим паранойя не давали больше подобной вольности. Миша на все попытки недопсихолога Балу лишь фыркал и скептически приподнимал брови на очередные теории, вот тогда-то и пришла в голову Шурику идея, что надобно Мише с Андреем поспать. Может с родным и драгоценным Княже тот наконец нормально уснёт. Андрей на подобное предложение сначала поднял бровь в фирменном жесте, но отказывать не стал. Миха отнёсся более негативно, всё твердил, что это глупости какие-то и он давно уже взрослый. Правда мгновенно присмирел, когда Андрей выразил желание с ним переночевать в одной постели хотя бы эту ночь в качестве эксперимента. Конечно же, Миха спал как убитый всю ночь и даже не сразу сообразил утром, что подмял под себя Андрея, который недовольным не выглядел, спал себе растекшись по кровати, и всё. Вот с этой ночи и повелось, что спать они стали вместе за редким исключением, когда в гости приезжал с ночевой кто-то из родных и друзей. Тогда Андрей перебирался в гостевую, правда ненадолго. Миха без него под боком не засыпал никак и начинал шастать по дому медведем-шатуном в середине ночи. Врал ещё потом и Мусику и остальным, что у него нет бессонницы и он просто взбудоражен их приездом. Каждый раз врал ведь упрямо не желая признавать очевидное, что нуждается в Андрее и спать без него не может. Не хотел показывать другим свою слабость. Проспали после долгой разлуки они достаточно долго. Обед уж прошёл. Ладно Андрей, у него ещё акклиматизация идёт, но Миха сам не понял даже, чего его так сморило. До этого же всегда просыпался ни свет ни заря, а тут продрых на Андрюхе до двух. Не, удобно очень, несомненно приятно, мягонько, но уж как-то слишком. Расслабился мгновенно Миша стоило родной мордахе Андро замаячить рядом. Сильно расслабился. — Миш, ты не спи давай, — щёлкнул перед его носом Андрей, мягко улыбаясь. — А если вырубает, то обратно в спальню иди. — Ещё чего! Ты мне обещал сделать омлет с салатом! — тут же возмутился Миша, поспешно сбрасывая с себя сонливость. Миша растерянно оглядывает кухню, будто впервые в ней оказался. Он как-то пропустил момент, когда оказался на кухне. Вроде вот только плющил мордой подушку, хотя в его случае, он плющил собой мягкого Андрюху. Стыдно должно быть, что он как скотина развалился на друге, тушкой своей тяжёлой его прижал, а тот с такой теплой улыбкой пожелал ему доброго утра, что Миша просто напросто не успел загнаться. От улыбки Андрея Миша мгновенно поплыл и покорно поплёлся вслед за ним на кухню. Как барашек глупый. Теперь вот сидит и ждёт свой завтрак, который ему обещали. Андрей, мурча себе под нос какую-то незатейливую мелодию, шустро намешивает зелень в большой пластиковой таре. Где-то рядом кипит электрочайник, на сковородке скорчит омлет, а Миша не знает чем себя занять, кроме наблюдения за Князем. Не виделись они полгода. Долбанные долгие шесть месяцев. И Миша считал, что данное время стоит срочно наверстать. Но лучше начать через неделю, когда Андрей привыкнет и начнёт его уговаривать вернуться к долбанному расписанию по реабилитации. И не то чтобы Миша не хочет, не дурак ведь, прекрасно понимает, что это необходимо для его здоровья или того, что от него осталось. Просто... Просто не любит Михаил, когда им командуют. С самого детства не любит и не переносит, даже не замечая, что им всю жизнь умудряются командовать все близкие и родные люди начиная с Мусика и заканчивая Галей. Вот и из-за своей нелюбви к контроля со стороны других он и будет упираться и какие-то пункты игнорировать. А пока... А пока можно отдохнуть и насладиться беззаботными деньками со своим лучшим другом, да простит его Шура.