Вернутся к фанфику
Часть 10
20 июля 2025, 18:38Гену разбудили наглые солнечные лучи, бесцеремонно ворвавшиеся в комнату и щекочущие веки. Он почувствовал теплое дыхание на шее и тяжесть чужих рук на груди. За спиной, словно тень, прильнув, спал Сенка. Его сон был безмятежен, а объятия – крепки. Ген попытался высвободиться из плена, осторожно убирая руки с груди, но Сенка, повинуясь лишь законам сна, оказал неожиданное сопротивление, словно не желая отпускать его в реальность.
"Откуда у него столько силы во сне?" – промелькнуло в голове у Гены.
Новая попытка оказалась тщетной: руки Сенки скользнули вниз, к талии, и сомкнулись там, как стальной капкан. Проклятье тонкой талии – любой мог обхватить её без труда.
Оставив бесплодные попытки вырваться, Ген смирился, прислушиваясь к мерному дыханию Сенку. Горячее дыхание опалило шею, заставляя Гена вспыхнуть румянцем. Губы Сенку обжигающе близко касались кожи, разжигая пламя в его щеках. Жар, нестерпимый жар сковал его тело. Часть Гена жаждала, чтобы это немедленно прекратилось, моля о глотке прохлады. Но другая… Другая ликовала. Никогда прежде он не был так близок к Сенку, если не считать мимолетного момент с деньгами. Бесчисленные порывы коснуться его разбивались о ледник разума.
Погруженный в этот внутренний шторм, Ген почувствовал движение. Сенку пробуждался. Парализованный внезапным страхом, он не смог придумать ничего лучше, кроме как притвориться спящим. Собрав волю в кулак, выровняв дыхание, он попытался унять дрожь, и постепенно жар стал отступать, уступая место бледности.
Сенку сначала крепче прижался к своей любимой "подушке". Но внезапный укол памяти пронзил его сознание. Где он? Резко распахнув глаза, он уставился на черно-белый затылок, так нежно прильнувший к нему. Словно обжегшись, Сенку отпрянул, чувствуя, как краска заливает его лицо.
"Неужели… неужели мы так проспали всю ночь?"
Собрав остатки самообладания, Сенку осторожно поднялся и, покинув хижину, вышел на улицу, оставив Гена одного. Как только дверь за Сенку закрылась, Ген судорожно вздохнул и сел на пол.
"Какое счастье, что Сенку не заметил моего волнения."
Весь день мысли о предстоящей ночи преследовали парней, словно назойливые тени. Гену, благодаря ноющей боли в сломанном ребре, удавалось на время отгонять их. Сенку же топил волнение в работе, понимая, что завершение строительства корабля не терпит промедления.
Впрочем, порой воспоминания накатывали волной. Тепло, исходившее от Гены, казалось Сенку неземным блаженством. Он не мог не отметить, как нежно и тонко пахнут от Гены цветы, словно весенний сад расцвел в его объятиях.
Но долг звал. Работа требовала полной отдачи, и Сенку с головой уходил в строительство, стремясь как можно скорее закончить корабль и покорить новые горизонты.
***
Рюсуя снедала откровенная скука. Возведение корабля поглощало его время, но не душу. Под "нечем заняться" подразумевалось отсутствие достойного партнера. Рюсуй жаждал не столько отношений, сколько обладания кем-то, кто разделил бы его триумфы и амбиции. Но ни одна из девушек не зажгла в нём искру, кроме разве что неприступной блондинки Минами, питавшей к нему неприязнь. Впрочем, влечение Рюсуя не ограничивалось лишь женским полом. Его алчное сердце желало всех и каждого, кто мог бы стать достойным трофеем. И тут в поле его зрения возникли двое юношей, словно сошедшие со страниц древних мифов. Ген Асагири – менталист, хитроумный и, как подметил Рюсуй, приближённый к Сенку. Укё Сайондзи – лучезарный парень с безупречным слухом, казавшийся воплощением кротости. Однако Рюсуй уловил в них нечто общее – таинственность. В глубине их глаз плескались бурные моря секретов, сокрытых под тысячей замков. При первой встрече Ген казался воплощением уверенности, но ускользающая синева его глаз выдавала нечто иное. А Укё, с его ангельской улыбкой, таил в зелёных омутах взгляд, полный невысказанной бури. Их взгляды – зеркальные отражения друг друга – заинтриговали Рюсуя. Он жаждал раскрыть их тайны, завладеть их душами. И ещё его не покидало навязчивое ощущение, что он уже встречал Гена. Не на экране телевизора, а где-то в самой гуще жизни. Первой целью Рюсуя стал Укё. Вечер окутывал остров своими тенями. Солнце, утомлённое дневным бдением, клонилось к горизонту, готовясь погрузиться в морскую пучину. В последний раз окидывая взглядом почти готовый корабль, Рюсуй заметил знакомую фигуру, одиноко сидящую на песке у самой кромки воды. "Это мой шанс," – пронеслось в голове блондина, и он уверенно направился к парню. Услышав шаги, Укё обернулся и увидел Рюсуя. На его лице играла неизменная, словно приклеенная улыбка. — Рюсуй? — Ты не возражаешь, если я присяду? — Конечно, нет, — Укё одарил младшего своей лучезарной улыбкой. Рюсуй опустился на песок рядом с парнем. Солнце стремительно погружалось в море, окрашивая небеса в багряные тона. Минут десять они сидели в тишине, пока Рюсуй, словно рассекая паутину молчания, не нарушил ее. — Красиво, правда? – спросил Рюсуй, не отрывая взгляда от Укё. — Да, очень, – отозвался тот, зачарованный тем, как солнце окончательно утонуло за горизонтом, уступая небо власти звезд и луны. Взгляд Рюсуя невольно зацепился за чужие глаза, в глубине которых отражались далекие звезды. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Укё повернул голову и встретился с золотым взглядом. — Что-то не так? У меня что-то на лице? — У тебя глаза красивые, – уверенно произнес Рюсуй, наслаждаясь тем, как его слова смущают и обезоруживают. Укё, казалось, ничуть не волновался. На его лице застыло невозмутимое спокойствие. Рюсуй, по опыту зная, что за этой маской обычно следуют бурные эмоции, выждал. Пятнадцать секунд… и ничего. Лишь в глубине глаз мелькал живой интерес. «Надо продолжать», – решил Рюсуй. Он коснулся пальцами подбородка Укё, слегка приподнимая его лицо. — В твоих глазах бушует море, – промурлыкал Рюсуй, самодовольно улыбаясь. – Море, в котором я хочу утонуть. Укё в ответ лишь криво усмехнулся, улыбкой, понятной одному лишь Рюсую. И вдруг, словно по щелчку, маска милого парня сменилась на лик дерзкого и непоколебимого юнца. Он подался вперед, сокращая расстояние. — Готов ли ты к шторму в этом море? – внезапно спросил Укё, ошеломив Рюсуя. Но от этого игра становилась только интереснее. — Готов, – тихо выдохнул Рюсуй. Укё приближался все ближе, его пальцы невесомо скользили по щеке блондина. Рюсуй с удивлением почувствовал, как краска заливает его лицо, а сердце бешено колотится в груди. Впервые в жизни он был смущен. — Готов ли ты утонуть в пучине этого моря? — Готов. Дыхание Укё опалило губы Рюсуя, тонкая грань отделяла их от прикосновения. — Готов ли ты погибнуть в этом море? – прошептал Укё, почти касаясь его губ. Рюсуй почувствовал, как вспыхивают щеки, как бешено колотится сердце. Но Укё оставался невозмутимым, словно ничто не могло вывести его из равновесия. В предвкушении поцелуя Рюсуй прикрыл глаза. Но поцелуя не последовало. Лишь тихая усмешка. — Достаточно, Рюсуй, – резко оборвал игру Укё, оставив блондина в полном замешательстве. — Что? – растерянно выдохнул Рюсуй. — Знаешь, я повидал немало таких, как ты. Все вы думаете, что лестью и комплиментами сможете смутить меня. Но нет, я давно уже не ведусь на эти уловки, лет с пятнадцати, – ответил Укё, поднимаясь с песка и отряхивая несуществующие песчинки. – Придумаешь что-нибудь пооригинальнее – приходи, – с усмешкой бросил он, оставляя Рюсуя в полном одиночестве. Рюсуй никогда не встречал никого подобного. Человека, которого невозможно покорить его же оружием. Вдруг, на лице, обычно не знавшем растерянности, расцвела улыбка. Ему больше никто не нужен. Ни другие девушки, ни другие парни, ни Ген. Только он. Только Укё.***
Рюсуй задумался, пытаясь вспомнить, что обычно приносит радость другим. Первым, что пришло в голову, были цветы. Он собрал пышный букет, обернул его шуршащей бумагой и перевязал атласной лентой. Обнаружив Укё, занятого обучением детей, Рюсуй подошёл к нему. Заметив юношу, Укё отпустил ребят, и те, весело щебеча, разбежались в разные стороны. — Неужели придумал, чем меня удивить? — с любопытством спросил Укё, приподняв бровь. — Есть, — Рюсуй протянул букет. Укё с легкой улыбкой принял подарок. — Спасибо, но ты меня всё равно не поразил, — ухмыльнулся он. — Я не отступлюсь от своей цели — завоевать твоё сердце, — гордо заявил Рюсуй, щёлкнув пальцами и одарив Укё ослепительной улыбкой. — Я буду стараться, и когда-нибудь добьюсь своего. — Что ж, удачи, — ответил Укё, и сердце Рюсуя пропустило удар, когда старший лукаво подмигнул ему. Рюсуй залюбовался его грациозной фигурой, а затем на него накинулись дети, обнимая и весело смеясь. Увидев эту трогательную сцену, Рюсуй почувствовал, как в груди снова что-то болезненно сжалось. Эта буря эмоций сводила его с ума. В дальнейшем Рюсуй перепробовал все мыслимые и немыслимые способы. Он даже упросил Франсуа приготовить изысканные шоколадные конфеты, но всё было тщетно. Укё оказался неприступной крепостью, и это лишь распаляло азарт Рюсуя. Он не боялся трудностей, Укё непременно станет его. Тем временем, корабль «Персей» был достроен и торжественно спущен на воду. Царство науки готовилось к отплытию, и этот долгожданный момент был уже на пороге. Понимая, что времени осталось совсем немного, Рюсуй пригласил Укё на вечернюю встречу у моря. В назначенное время Укё появился на пляже, где его уже ждал Рюсуй. В воздухе висело напряжение, Укё почувствовал, что сейчас что-то произойдет. Рюсуй приблизился к нему, опустился на одно колено, взял его руку в свою и нежно прикоснулся губами к ладони, оставив трепетный поцелуй. — Укё, мы будем открывать новые горизонты на нашем корабле, и я хочу, чтобы ты был рядом со мной. Я хочу, чтобы мы бороздили моря вместе. Укё, я жажду твоей любви, — закончил Рюсуй, чувствуя волнение, которого никогда прежде не испытывал. Его первоначальный план рассыпался в прах, и на его обломках возник новый, более искренний. Теперь он просто хотел верного спутника, человека, который разделит с ним все радости и невзгоды. И Рюсуй жаждет, чтобы именно Укё разделил с ним путь. Укё, хоть и не дрогнул ни единым мускулом, был поражён до глубины души. Никто прежде не изливал перед ним душу с таким пылом, никто не добивался его расположения столь настойчиво. Укё опасался, что Рюсуй – лишь один из тех, кто щедр на обещания, но быстро теряет интерес, столкнувшись с холодностью и отказами. Но нет, казалось, каждое «нет» лишь распаляет его страсть. Именно эта неукротимость Рюсуя и заворожила Укё. — Дай… — запнулся Укё, — дай мне время. Неделю с того момента, как мы отправимся в плавание. Рюсуй ослепительно улыбнулся и поднялся с колена. — Я дам тебе столько времени, сколько потребуется, — ответил Рюсуй, приблизившись. Он нежно коснулся щеки Укё ладонью и одарил поцелуем другую. — Только ответь мне честно, это для меня бесценно, — произнес Рюсуй со всей серьёзностью, глядя в глаза Укё. Отстранившись, он пожелал спокойной ночи и удалился. Когда Укё остался один, тишину прорезали чьи-то шаги. — Ну и драма! — с усмешкой произнес Ген. — Прямо глаз не оторвать. — Что ты здесь делаешь? — удивлённо спросил Укё, лишь сейчас заметив румянец на щеках Гена. — Так, решил прогуляться перед сном вдоль берега, и наткнулся на вас. Отдаю должное, Рюсуй умеет плести кружева из слов, — прокомментировал Ген. — Ну и как поступишь? Видя, как он старается, ясно, что его чувства к тебе искренни. — Я… не знаю, — признался Укё. — Понимаю, такие решения не даются легко, — сочувственно произнес Ген, кладя руки на плечи Укё. — Но не давай ему пустых надежд, дай шанс. Он тебе хоть немного нравится? — Вот поэтому я и в замешательстве. Я сам не понимаю, что к нему чувствую. — Ладно, — вздохнул Ген. — У тебя впереди целая неделя, думаю, этого достаточно. — Ты что, подслушивал? — Да, и даже видел, — весело ответил Ген, поворачиваясь к хижине. — Будь я на твоем месте, я бы ухватился за такой шанс обеими руками, — подмигнул он. — И тебе советую поступить так же. Укё остался стоять на пляже один, и лишь после ухода Рюсуя он почувствовал, как бешено заколотилось его сердце. "Откуда это чувство? Почему у меня теперь появилось дикое желание... поцеловать его?"Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!