Часть 6 Лунный свет в саду

Утро в поместье Ханагаки выдалось шумным. Служанки бегали по коридорам, разнося распоряжения, а мать Мичи металась между гардеробной и столовой, проверяя, всё ли готово к возвращению старшего сына. Такемичи стоял у окна в своей комнате, глядя на тёмный лес. За месяц он привык к этому виду, но мысли о брате заставляли сердце биться чаще. В игре о нём почти ничего не говорилось. Просто "наследник герцогского рода, старший сын и брат Такемичи Ханагаки, равнодушен к своему брату, было плевать на брата когда над ним издевались". И всё. Игроки решили, что он ненавидит младшего. А если так... что он сделает со мной? — Молодой господин, господин Ренджи прибыл! — Рэн вбежала в комнату с сияющими глазами. Мичи вздохнул. Ну, начинается.

***

Когда он спустился, брат уже сидел за обеденным столом. Ренджи Ханагаки оказался высоким молодым человеком с тёмными волосами, собранными в низкий хвост, и пронзительными серыми глазами — точно такими же, как у отца. Одежда безупречна, осанка идеальна. Настоящий наследник великого герцога. Такемичи сел за стол, чувствуя на себе внимательный взгляд брата. Обед начался в тишине. Отец что-то говорил о делах, мать улыбалась, но Мичи не мог сосредоточиться — он чувствовал, как Ренджи смотрит на него. — Такемичи, — голос Ренджи раздался неожиданно ровно, почти холодно. — Как твоё самочувствие после падения? Мичи вздрогнул. — Я... я в порядке. Врач сказал, что память может вернуться со временем. Ренджи кивнул, и в его серых глазах мелькнула вспышка — тёплая, почти тревожная. Но он тут же спрятал её за маской безразличия. — Хорошо. Следи за собой. Коротко. Сухо. Мичи выдохнул с облегчением, когда разговор переключился на другие темы. Но он заметил, как пальцы Ренджи, лежащие на столе, слегка дрогнули, когда он смотрел на младшего брата. И как он отводил взгляд, словно боялся выдать что-то важное. Странный он какой-то...

***

После трапезы отец и Ренджи удалились в кабинет обсуждать дела. Мать проводила сыновей долгим взглядом, а затем повернулась к Мичи. — Дорогой, — мягко сказала она, касаясь его плеча. — Пойдём, я помогу тебе подготовиться к завтрашнему дню. Нужно выбрать подходящий наряд для банкета. Это важное событие для нашей семьи. Мичи кивнул, чувствуя благодарность за её заботу. Вместе они поднялись в его комнату, где мать уже отдала распоряжения служанкам принести несколько костюмов. — Ты так вырос, — тихо сказала она, поправляя воротник его рубашки. — И после того падения... я так боялась за тебя. — Мама, я в порядке, — улыбнулся Мичи, хотя внутри всё сжималось от мысли о завтрашнем дне. Банкет. Много людей. И брат, который будет наблюдать за каждым его шагом. Она обняла его, и Мичи на мгновение позволил себе расслабиться в её объятиях. В этом мире она была его якорем. Единственной, кто дарил ему тепло без условий. — Завтра я буду рядом, — прошептала она. — Всё будет хорошо. Мичи хотел верить.

***

На следующее утро карета Ханагаки отправилась в поместье Сано. Отец и Ренджи обсуждали политические дела, мать украдкой поглядывала на Мичи с ободряющей улыбкой. А он смотрел в окно на проплывающие поля и леса, думая о том, что ждёт его впереди. Когда они прибыли в замок Сано, их встретила прислуга и сопроводила в просторные гостевые покои. Роскошная комната с высокими потолками, массивной кроватью под балдахином и видом на цветущий сад — это было красиво, но Мичи чувствовал себя чужим. — Банкет начнётся вечером, — сказал отец. — У вас есть время отдохнуть и подготовиться. Не позорь нас. — Я понял, — ответил Мичи, опуская глаза. Отец вышел, оставив его одного. Ренджи задержался на пороге, бросив на брата короткий взгляд. — Если что-то пойдёт не так, не паникуй, — сказал он тихо, но строго. — Я рядом. Не опозорь нас. Мичи кивнул, чувствуя, как его сердце сжимается. Со стороны это звучало как угроза. Он не мог знать, что в душе Ренджи эти слова звучали иначе: "Я защищу тебя, маленький брат. Только держись". Дверь закрылась, и Мичи остался один. Вечер опустился на замок Сано. Хрустальные люстры заливали банкетный зал золотистым светом, живая музыка создавала торжественную атмосферу. Десятки гостей в роскошных нарядах кружились в танцах или беседовали у фонтанов с шампанским. Мичи стоял в углу зала, стараясь быть незаметным. Его костюм был безупречен — тёмно-синий бархат с серебряной вышивкой, который выбрала мама. Но он чувствовал себя неуютно под сотнями взглядов. Его отец о чём-то говорил с важными господами, Ренджи держался рядом с родителями, изредка бросая на Мичи настороженные взгляды. А потом церемониймейстер громко объявил: — Её Высочество принцесса Эмма Сано и его сиятельство Кен Рюгуджи! Двери распахнулись, и в зал вошли двое. Мичи поднял глаза и... замер. Она шла под руку с мальчиком с тёмными волосами, собранными в хвост — в его осанке чувствовалась серьёзность, не свойственная детям. Но Мичи смотрел на неё. Она шла впереди — девочка с блондинистыми волосами, сияющими в свете люстр как жидкое золото. Розовое платье с цветочным узором, белые кружева и бантики делали её похожей на фарфоровую куклу. Но в её осанке было что-то большее, чем у обычного ребёнка. Уверенность. Спокойствие. Взгляд взрослого человека, который видит этот мир по-своему. Мичи смотрел на неё, затаив дыхание. Какая красивая... Но почему мне кажется, что я уже видел этот взгляд? Он не мог объяснить, почему почувствовал странное притяжение к ней. Словно они были знакомы в другой жизни. Словно она... не отсюда. Эмма улыбалась гостям, но Мичи заметил, как её глаза на мгновение задержались на нём. Всего на секунду. А затем она отвела взгляд. Она меня заметила.

***

Прошёл час. Эмма, как и требовал этикет, общалась с гостями. Она улыбалась, говорила положенные фразы, но внутри неё нарастало напряжение. Слишком много людей. Слишком много фальшивых улыбок. Она нуждалась в воздухе. — Прошу прощения, — мягко сказала она, обращаясь к компании пожилых леди, которые забрасывали её вопросами. — Мне нужно на мгновение выйти. Она бесшумно скользнула к высокой арке, ведущей в сад, и выдохнула, оказавшись на свежем воздухе. Луна уже поднялась высоко, заливая цветы серебряным светом. Фонтан тихо журчал, и всё вокруг казалось спокойным и мирным. Она подошла к фонтану и опустилась на каменный край. Через несколько минут она услышала шаги. Кто-то ещё сбежал с шумного бала. — Ох, простите... я не хотел нарушить ваше уединение — раздался голос. Эмма обернулась и увидела того самого юношу, на которого обратила внимание в зале. Сын герцога Ханагаки. Вблизи он выглядел даже лучше — мягкие черты лица, добрые глаза, слегка растрёпанные волосы. И странная неуверенность, которая не вязалась с образом аристократа. Мичи узнал её сразу. Та самая девочка, которая сияла в центре зала. Принцесса Эмма Сано. Он выпрямился и поклонился по всем правилам этикета, как учил Сюдзи: — Ваше Высочество, приношу свои извинения, если побеспокоил вас. Мне просто стало душно в зале, и я решил подышать свежим воздухом. Позвольте представиться — Такемичи Ханагаки, сын герцога Ханагаки. Эмма улыбнулась. Она видела его поклон и чувствовала, как напряжён его голос. Слишком официально. Слишком правильно. — Можешь обращаться попроще, — сказала она, жестом предлагая ему сесть рядом. — Я тоже сбежала от этой духоты. Садись. Мичи на мгновение замешкался, но затем осторожно сел на край фонтана, оставляя между ними небольшое расстояние. — Я... спасибо, Ваше Высочество. — Эмма, — поправила она. — Просто Эмма. Тишина повисла между ними. Мичи украдкой взглянул на неё. Она выглядела спокойной, но в её глазах была настороженность. — Неловко, да? — вдруг сказала Эмма, глядя на луну. — Сидеть здесь и делать вид, что мы просто дети, которым скучно на банкете. Хотя на самом деле мы оба знаем, что это не так. Мичи нахмурился: — Что вы имеете в виду? Эмма усмехнулась: — Ну, например, то, что мы оба сбежали не потому, что нам скучно, а потому что там слишком много людей. И все эти взгляды... словно ты должен играть по их правилам. А если сделаешь не так — они тебя съедят. Мичи вздрогнул. Слишком точно. Слишком похоже на его собственные мысли. — Вы... Вы говорите как взрослая — сказал он осторожно. — А ты как человек, который не привык к такому количеству людей, — парировала Эмма. — Как будто ты впервые на светском мероприятии. Она повернулась к нему, и в её глазах мелькнула искорка. — Знаешь, в одной игре, которую я когда-то проходила, был персонаж с твоим именем. Ханагаки Такемити. Его убили в самом начале. И знаешь, что самое смешное? — Что? — выдохнул Мичи, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — То, что он был злодеем. Но на самом деле он просто сказал правду главному герою. А его убили за это. Идиотизм. Мичи сглотнул. Внутри всё оборвалось. Она говорила не как принцесса этого мира. Она говорила как игрок. Как человек, который видел тот же сюжет, что и он. — А в какой игре? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мне стало интересно. Эмма посмотрела на него долгим взглядом. Она видела, как он побледнел, как его пальцы сжались на коленях. Она знала это выражение лица. — В той, где я, — она сделала паузу, — тоже оказалась не по своей воле. Она замолчала. Её глаза блестели в лунном свете, и Мичи вдруг понял, что у него перехватило дыхание. — Ты... — он не мог выговорить главное. — Ты тоже...?