Вернутся к фанфику
Ромашки – цветы жизни.
2 июля 2025, 01:26На дворе ХVI век. В небольшом городке на окраине леса всё идёт своим чередом. Не смотря на уютный вид рынка и городской площади, люди здесь не отличаются особой приветливотью. Жители редко общаются между собой, каждый занят своим делом. Чужаков они не жалуют, скорее даже боятся.
Музыканты на улицах не играют, песен никто не поёт. Здесь всегда тихо. Опрятным выглядит только центр городка, окраины же оставляют желать лучшего, дома ветхие, не уютные и жители тех домов обозлённые, скрытные.
Глава города держит его в "ежовый руковицах", но совершенно не заботится о его жителях. Никого не уважает, кроме местоного священника, ведь церковь имеет огромное влияние. И глава, и многие жители, уверенны что все свои грехи они могут искупить в два счёта у двора церки. Да, мужчина наживается на гражданах. Не угодных же, изредка поднимающих бунт, не придавая тому огласки, убирает.
Вобщем, жизнь в городке Мõнчанкс нельзя назвать радостной, но не смотря на всё это, даже здесь нашлось место невинной любви, о которой впрочем лучше не знать остальным..
У самой опушки, в старой, но проверенной временем землянке, живёт старушка со своей внучкой, чьё имя Лилит. Родители девушки скончались 10 лет назад, из-за несчастного случая. 6 летняя девочка так бы и осталась одна, но её воспитанием занялась бабушка, мама отца.
Время шло, девочка выросла и стала на редкость красивой девушкой. Волосы её чёрные, как крылья ворона, достают до лопаток. Глаза цвета расцветающей весны. Они отражают солнце внутри её души, а руки сильны настолько, что некоторые парнишки из деревень лишь завидуют, да смотрят искоса. Своим ростом она явно благодарна покойному папе. Высока.
С бабушкой, Стефанией, они внешне очень похожи, старушка только ростом намного ниже. В то время как характеры их очень разнятся. Женщина иногда говорит, что Лилит - её копия, но на лет 60 моложе.
Семейные отношения у Миссис Гёрн и её внучки тёплые, понимающие. Девушка может ей всё доверить, поговорить о чём угодно, ничего не утаивая. Вместе, они любят иногда петь старые песни по памяти, готовить, вязать. Лили во всём помогает бабушке. Приносит воды, собирает травы, из которых сеньора сплетает целебные букетики, да варит отвары, продавая их нуждающимся. Денег это приносит немного, да и люди их сторонятся. Жители города и соседних деревень уже давно окрестили маленькую семью "дьявольскими отродьями". Однако, отвары покупать не перестают. С этой небольшой выручки они и живут.
Темперамент у брюнетки взрывной, кричащий и не терпеливый, в отличии от старушки. Стефания ей говорит быть скромнее, но девушка стоит на своём до последнего, смело говорит, что думает, иногда любит поязвить и ничего не боится, хотя иногда стоило бы, с учётом того, в какое время они живут. Ведь женщинам не положено проявлять себя и быть громкими, не положено иметь своё мнение и уж тем более его отстаивать. За всё это могут легко обвинить в колдовстве и поклонению дьяволу, да и избавиться, заставляя ни в чём не повинных девочек, девушек и женщин мучатся в огне и агонии.
Почему с Лилит до сих пор этого не произошло? Всё просто. Отварами её бабушки лечится даже Голова города, а сама она все травы, из-за возраста, конечно, добывать не сможет. По этому девушке многое и прощается, тем более бунта она не поднимает, боятся самонадеянному и глупому управлению городка нечего.
Глупому. Именно таким его Лилит и считает. Всем понятно и видно невооружённым взглядом, что Глава ворует у них деньги, а сам ничего не делает. Преступления всем сходят с рук, даже убийства (особенно, если это кому-то не угодная женщина). Но, никто и ничего с этим не делает.
Ей бы хотелось уехать от сюда, неважно куда, главное подальше. Но не бросать же бабушку и родной дом. Она, в силу своей слабости перед быстро текущим временем, не выдержит переезда, как морально, так и физически. Но и дом сама содержать не сможет, не сможет и заработать. По этому вариантов у Лили нет, хотя она не отчаивается, ищет в своём нахождении здесь всевозможные плюсы.
И такой действительно есть. Точнее..такая.
Кто бы мог подумать, что бойкая и смелая Лилит, сможет подружится с дочерью священника. Тихой, спокойной и с первого взгляда не примечательной девушкой-Филоменой. Да не просто подружится, но и полюбить
***
Всё началось год назад. В тот день Лилит шла через поле, в сторону реки, чтобы набрать воды в дом. Как всё-таки не удобно жить в нескольких километрах от источника жизненно важной жидкости.. Но девушка не жалуется, прогулки – одно из её любимых занятий. Вокруг красота. Лето, солнце, птицы щебечут, напевая разные и такие красивые мелодии. Всё будто живое, мыслящее. Тишь да благодать. Полевые цветы. Вокруг практически не было зелёного цвета, лишь белый да красный. Лили любила мак. Этот цветок в их краях много чего обозначал, много чего символизировал, но главными символами были смерть и страдания. Прям подстать чёрноволосой. Тема смерти её влекла всегда, хотя в тоже время и пугала. Ромашки же она считала слишком светлыми, слишком добрыми и невинными цветами, хоть и не отрицала их красоты. Смесь ромашек и мака, пожалуй, необычна, но до одурения привлекательна. Лилит согласилась бы с этим. Вёдра в руках скрипели, ручки их уже заржавели и издавали не приятные слуху звуки. Цокнув языком, девушка уже было задумалась о том, что их нужно заменить, как вдруг увидела на небольшом расстоянии от себя силует, который терялся в цветах. Ей стало интересно. Девушка прищурилась и встала на носочки, чтобы разглядеть хоть что-то, кроме очертаний. Почему-то, угрозы она совсем не ощущала, хотя чёрт его знает, кто в здравом уме будет гулять по богом забытому полю, когда речка совсем в другой стороне. Это Лилит приходится проходить через него, так как живут они с бабушкой далеко от города, да и от ближайших деревень расстояние приличное. Обычно здесь никого не бывает, а тут вдруг нечистая кого-то принесла. Брюнетка, как ни старалась, но не могла разглядеть кто идёт, пока через пару мгновений фигура не вышла на участок, где цветов не было, а вместо них и самого поля, возвышался небольшой холм, на котором, по непонятным причинам росли лишь ромашки, и то совсем не густо. Вот тогда Лилит и поняла, кто перед ней. Невысокая, опрятная, но скрывающияся под тёмными одеждами и носящая большой крест на шее девушка. Кажется..она была дочерью священника. Филомена? Вроде так её звали. Лили с ней ни разу не общалась, в близи не видела, но пару раз издали наблюдала её в городе на площади, всегда та была со своим отцом священником. Сейчас же..совсем одна, гуляет по полю. Лили удивленна. Девушка с такой лёгкостью и каким-то своим тихим весельем собирала цветы, создавая впечатление, будто ни разу до этого не видела ромашек, не срывала их, не ощущала аромата. Лилит наблюдала, с интересом разгядывала мало знакомого человека, который её не замечал. В какой-то момент она даже оставила вёдра на земле, и ведомая интересом стала медленно подходить к незнакомке. С каждым шагом незнакомку можно было рассмотреть всё лучше, пока та стояла в профиль и перебрала в руках цветы. Бледная, будто бы снег кожа, казалось отражала солнечный свет и поблёскивала, а блондинистые, почти что жёлтые волосы, напоминали стебли зрелой пшеницы. Казалось бы ничем не примечательна, но не для зеленоглазой. Ей она показалась красивой, даже очень. Вот расстояние между ними сократилось до 5 метров. В моменте Мена поднесла цветения к лицу и вдохнула их запах, прикрыв глаза, губы Лилит тронула ели заметная улыбка. Она не знала почему, но думать об этом почему-то и не хотелось. Лили на неё снова засмотрелась и вдруг белокурая подняла свой взгляд замечая пришедшую. На лице её сразу промелькнул страх и она дернулась назад, явно почувствовав угрозу. Оно и понятно, ведь перед ней внучка травницы, "дьявольское отродье" как говорили все вокруг. Лилит слегка нахмурилась, но не переставала смотреть на стоящую перед ней особу. Эта реакция уже вполне привычна для неё, много кто от неё шарахается, если не все. Это..немного обижает, ведь никто её толком знать не знает, но при этом люди делают какие-то выводы, отталкиваясь лишь от своих предубеждений. Раздражает. Тем не менее, было необычно, что Филомена не бросилась бежать прочь, как большинство жителей города, а осталась на месте, с опаской, но и небольшой долькой любопытства разглядывая девушку своими большими, голубыми глазами. Взгляд чёрноволосой опустился вниз, она заметила один, одинокий мак под своими ногами. Чуть не раздавила. Он был подобно пятну крови на белой одежде, утопая в окружающих его ромашках. Вновь переведя взгляд на девушку, она посмотрела на букет в её руках, а затем обратно на одинокий красный цветок. Нагнувнишь, она сорвала его и сделала пару шагов на встречу к голубоглазой. Та стояла на месте не двигаясь, лишь гадала, что собирается делать этот "дьяволёнок". Поднялся лёгкий ветерок, начав играться с волосами. Птицы же затихли, наверное, с замиранием сердца сидели где-то и ожидали, что же будет дальше. Продавливая траву под ногами, Лилит остановилась, их разделяло растояние меньше метра – вытяни руку и дотронься до мягких волос. Наверняка такими они и были, по крайней мере Лилит так казалось. Не думая о том, что делает, она неловко улыбнулась и протянула блондинке алый цветок. — Тебе не кажется, что в твоём букете не хватает красок? — "дьяволёнок" заглянула в голубые омуты, что заискрились замешательством. Филомена явно удивилась. Во-первых, она не думала и не ожидала, что внучка травницы с ней заговорит, а уж тем более протянет цветок. Скорее она ожидала, что ей насыпят каких грубостей и уйдут, но никак не будут мило улыбаться и смотреть зелёными глазами прямо в душу! Во-вторых, она любила ромашки и не задумывалась о том, что их букеты можно чем-то разбавлять. Конечно, красных цветов здесь было много, а если поискать, то и не только их, но девушка никогда их не срывала, её к ним не тянуло. А тут..ей подкинули не плохую идею. Девушка неловко, но приняла красное чудо из рук Лилит. — Пожалуй ты права.. — разглядывая мак, Филомена вставила его в середину своего букета, а затем, смягчив свой взгляд, заглянула в глаза напротив. Красные лепестки неожидано сложились в форму, похожую на сердце. Такое же сердце, как и те, что неожиданно в унисон застучали в девушках быстрее. И лишь слепой бы не заметил, что щёки Мены немного, но приобрели розовый оттенок. Может из-за волнения, может из-за слегка переменчивой погоды, никто не знает. Но что-то глубоко внутри Лили подсказало ей, что причина в другом. А вот в чём..уже совершенно другой разговор. С того дня девушки начали общаться, немного, но уже что-то необычное для них обеих. Что одна, что вторая, были лишены общения со сверстниками. И если от "дьяволёнка" все просто шарахались, то блондинке не давал ни с кем общаться отец. Оказалось..священник ни такой и святой. Он был против, чтобы дочька выходила из дома просто так, но, не без уговоров со стороны матери девушки, тот разрешил ей выходить ровно на 2 часа, каждый день. Он знал, что дочь обожала цветы и каждый день ходила их собирать, доказательством служили букеты в доме семьи, что каждый день менялись на новые. Как оказалось, день встречи двух юных девиц был первым, когда голубоглазая решила пособирать цветы именно на том поле. Встречались они каждый день, в одном и том же месте, на поле, в одно и тоже время, не договариваясь. В первый раз они удивились, но затем привыкли. Каждый день Филомена собирала ромашки, а Лилит "дарила" ей один мак, что всегда оказывался по центру букета. Лили была удивленна, что жизнь в семье священника на самом деле не столь красива, богата и радужна, как она думала. Мена же в свою очередь открыла для себя то, что зеленоглазая и старушка не являлись монстрами. Девушки доверились друг другу, рассказали о своих жизнях, узнали друг друга. Всё было прекрасно. Они очень быстро нашли общий язык и спустя какое-то время Лилит представила бабушке свою подругу. Та была очень рада, даже правильнее сказать счастлива. Спустя пару месяцев их дружбы они начали понимать, что что-то явно не так. Они, конечно, не имели за свою жизнь много друзей, но могли точно сказать, что друзья так не смотрят, не говорят и уж точно не думают. Не желают коснутся..так, как хотят они. Они испугались. Искренне испугались. Ведь это сильный грех! Это ненормально, чувствовать это не правильно, ужасно, за это..за это на кострах сжигают! Они долго этого не принимали, пытались прекратить общение, но не выдерживали друг без друга и дня. "Греховные" чувства слишком сильны. И через какое-то время..они смирились. Подумали, что раз никто об этом не узнает, то они могут побыть хоть немного счастливыми и отдатся своим, на самом деле невинным, желаниям. Лилит пообещала защитить свою возлюбленную ото всех и если придётся, если что нибудь случится, взять всю вину на себя, признаться в чём угодно, хоть в привороте, хоть в поклонению самому Сатане, лишь бы та не пострадала. Мена была не довольна такими заявлениями(хотя и очень тронута), но спорить с внучкой травницы невозможно. По этому пришлось согласится. Хоть обе и надеялись, что такого никогда не случится. Шло время и они всё никак не могли понять..что плохого в том, что они делают и чувствуют? Их отношения были невинными, они лишь держались за руки, да пару раз целовались. Что в этом плохого? Никакой грязи, чистая любовь. За что их должны были бы сжечь? Непонятно. В этих мыслях и милых взаимодействиях прошёл год, именно Филомена стала одним единственным плюсом жизни в Мõнчанске, для своей любимой.***
На поле тихо. Цветы колышатся от ветра, как и трава, что ели заметно видна во всём обилии белых и алых растений. Небо чистое, ни тучки, птицы летают высоко и вновь, как и каждый день, о чём-то поют. Лилит отрывает взгляд от пейзажа и улыбается, глядя на макушку девушки, что сидит рядом с ней на траве, положив голову ей на плечо. Пальцы сами решают перебирать её волосы, путаясь и поглаживая кожу головы, Лили даже не задумывается о том, что она делает. Всё происходит так естественно и правильно, думать не нужно, хочется просто наслаждаться моментом. Филомена, лёжа на плече своей возлюбленной, робко берёт свободную руку зеленоглазой и переплетает их пальцы. Кожу обжигает, будто она первый раз чувствует это тепло от чужой ладони. Лёгкие мурашки проходят по телу, заставляя немного вздрогнуть, но она быстро успокаивает свои чувства. Мена устраивается по удобнее, начиная играть с рукой девушки и выводить на ней лишь ей известные узоры. Так тепло и хорошо. Солнце греет, но не так сильно как любимая рядом. Голубоглазая улыбается от этой мысли и вдруг чувствует движение. Мгновение спустя мягкие губы касаются её лба через волосы, заставляя покраснеть и встать с чужого плеча, а взгляд неловко забегать по чужому лицу. — Что? — Гёрн невинно смотрит в голубые глаза и накручивает на палец прядь чёрных волос, настроение у той явно распологало к тому, чтобы поехидничать и посмущать свою девушку. — Нет, ничего, всё в порядке — неуверенно произносит та и встаёт на ноги. Нужно немного встряхнутся, а то с такой девушкой рядом и с ума сойти не долго. На вопросительный взгляд чёрноволосой, она лишь мягко улыбается и тихо проговаривает, что сейчас придёт, просит подождать её здесь. Лилит, в свою очередь, опирается о ногу локтём и кладёт подбородок на свою ладонь, смотря за медленно идущей девушкой. Сжимает руку, немного недовольна тем, что её лишили телесного контакта, однако послушно сидит на месте, наблюдая с интересом. Белая макушка постепенно скрывается в цветах, спускаясь с холма на поле. В это же время священник, отец Филомены, зол и крайне не доволен. Сидя за своим рабочим столом, он рвёт и мечет, в переносном смысле, конечно. Видимо его дочь совсем позабыла о времени в последнии дни. Каждый раз опаздывает с прогулок домой, раньше на 10, 20 минут, а сегодня уже на пол часа! Он ведь и так не одобряет её вылазки из дома, не хочет отпускать. Будто боится, что кто-то увидет её без сопровождения, хотя и знает, что она бывает на полях и в лесах. Это не запрещенно, нет, но для него, слишком консервативного проповедника, это нечто из ряда вон выходящее. Чтобы женщина, девушка ходила одна на улице, являясь родственницей священника? Ересь. Место любой женщины – дом. Ещё немного и он впадёт в приступ ярости, но его прирывает скрип двери. В комнату входит его жена – Мария. Попровляя подол своего лёгкого платья она подходит к столу. —Желаешь чего-нибудь? — и смотрит на его разгневанное лицо, непроизвольно сглатывая и отходя на пару шагов назад. Её блондинистые, такие же как и у дочери, волосы, колыхнулись назад и остались лежать на плечах. — Ничего не желаю, — священник, Рональд, отводит взгляд и переводит дыхание. — Лучше скажи мне на милость, где пропадает наша дочь? — Мари прикусывает губу не зная, что и ответить. Если быть честной, то она знает о том, что Филомена нашла себе подругу и проводит время она с ней, забывая о времени. Однако, сказать об этом отцу семейства, будет равно закрыть дочери любой путь наружу, а этого она не хочет, слишком уж её любит. — На поле, Рональд, ничего не обычного, просто загулялась. Должна скоро вернутся. — Отправь за ней повозку. — Что? — не понимая, Мари наклоняет голову в право и цепляет пальцами рукав своего платья из-за нервов. — Отправь за ней повозку, — повторяет священник и чуть погодя объясняет. — Пусть поедут к полю, да заберут её. Я не хочу, чтобы мой ребёнок по вечерам разгуливал где-то, — уже спокойно изъясняет он. Голубоглазая лишь кивает и уходит прочь, оставляя мужа одного, на едине со своими мыслями. "Нужно прекратить её прогулки" — пронеслось в голове у мужчины, когда дверь закрылась. — Что ты там прячешь? — улыбнувшись спрашивает Лилит смотря на то, как её любимая возвращается к ней, скрывая руки за спиной. В глазах идущей читалось довольство собой и небольшая игривость, что явно не скрылась от взора темноволосой. Лилит приподнялась и села на колени, ожидая когда к ней подойдут. — А тебе всё скажи, — Филомена оказалась к девушке почти в плотную, а затем наклонилась и прошептала на самое ухо: —Лили, закрой глаза. Дурочка. Совсем не осознаёт, что делает и какие эмоции и чувства вызывает в сидящей. Щёки зеленоглазой вспыхнули пока в животе копошились бабочки. В мыслях был небольшой туман, но веки покорно закрылись, выполняя просьбу. Сердце бешено стучало, но Лилит прикусила себе язык и мысленно завязала руки, чтобы не сделать чего-то, о чём потом бы пожалела. Спустя секунду, она почувствовала прикосновение к своим волосам, а затем на её голову что-то опустилось. Не понимая, что произошло она открыла свои зелёные глаза и сразу увидела перед собой девушку, что тоже присела на колени. Черноволосая занесла руку над своей головой и почувствовала подушечками пальцев..Венок? Она аккуратно сняла его с головы и посмотрела сначала на возлюбленную, а затем и на её творение. Белый с красным. Ромашки и Мак. Он был сплетён столь кропотливо и аккуратно что казалось, будто он не настоящий. Слишком идеальный и красивый, лишь один алый цветок выбивался из композиции, придавая особый шарм плетению. Глаза девушки засияли и она надела переплетённые цветы обратно на голову, улыбаясь лучезарно и ярко, не сдерживая восторга. Солнце начало опускатся за горизонт, придавая небу ораньжево-розовый оттенок. Закат был красив, но он означал, что голубоглазая вновь опоздает домой. Хотя, сейчас это не особо важно, ведь как только Гёрн поправила венок на своей голове, она прильнула к своей девушке и заключила в крепкие объятья, а затем потёлась о её щёку своей, будто и не человек вовсе, а кошка. – Спасибо, он очень красивый..— прикрыв глаза прошептала та. Отстанившись она заглянула в голубые омуты, которые буквально светились — Но, конечно, не красивее тебя, аmor meus. Наклонилась к её лицу и посмотрела на губы, а затем вновь в глаза, будто ища в них одобрения. И она нашла. Ветер игрался с волосами, вдалеке шумела река, а Лилит нежно целовала девушку, чьё имя означало сильную любовь. Хорошо, спокойно и тепло. Так бы и продолжалось дальше, сейчас, через час, на следующий день, через неделю и всю жизнь, но вдруг.. — Какого дьявола вы творите?! — повозка, которую послал отец Филомены приехала не вовремя. Крайне не вовремя. Заставляя девушек отпрыгнуть друг от друга, притвориться, что ничего не было, но..было поздно. Двое мужчин, что были в повозке, увидели то, чего не должны были. Оба выскочили из телеги, начали быстро приближаться. Девушки испугались. Почувствовали страх, нет, настоящий ужас. В глазах потемнело, почва ушла из под ног и губы задрожали. Осознание пришло слишком поздно, Лилит лишь успела сжать руку своей возлюбленной, когда её за ворот лёгкого платья подняли на ноги и сковали движения встав вплотную. Один из мужчин чьи волосы были цвета каштана, а глаза излучали страх и гнев одновременно, повернулся к Филомене. Но тут же посмотрел назад, услышав чёткие слова, будто в них не было и капли страха, сожаления или чего-то ещё: — Не трогайте девушку. Это я.. я приворожила её, – голова была опущена, но Мена увидела слезу, что стекала по щеке девушки. А дальше время будто бы замедлилось, а сознание начало её покидать. Вот с Лилит срывают венок и топчат ногой, вот её грузят в повозку связывая руки и ноги, вот один из незванных путников что-то ей говорит, и вот..Мена видит, что Лилит увозят. Её любимую увозят. Что будет с ней дальше –изветно всем. По щеке одна за другой бегут солёные капли, ноги подкашиваются, а изо рта вырывается крик отчаяния. Лилит же смотрит вслед, глаза блестят, а связанные руки сжимают нижнюю одежду, под платьем, под которой черноволосая успела спрятать алый цветок из венка, что ей подарила Мена. Их разделили. Грубо, бесцеремонно оторвали друг от друга. Этот момент ознаменовал начало конца. И ещё пару минут назад ни одна из девушек не могла даже представить, что данное Лилит обещание придётся сдержать так скоро.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!