Вернутся к фанфику
Птицы
12 июля 2025, 17:10 Небо почерневшим серебром украшало пейзаж. Да, именно украшало, делая цвета ярче. Трава стала зеленее, а конские хвосты не унимались, танцуя фиолетовыми огнями, окунались в воду, взволнованные ветром, который порывами пытался заплести длинные стебли в косы.
Всё вокруг ждало дождь. Нет, грозу. Природа была готова, как и люди, которые уже нашли укрытия, не желая вступать в битву с погодой. Шум травы, шелест крон редких деревьев, смешанный с хрипом ветра, который словно пытался нажаловаться на предстоящую погодную истерику и искал слушателя. Таким благодарным слушателем и был сейчас Сяо.
Его прескверное настроение сегодня словно в резонансе с природой: тоже давило, но где-то изнутри. Натянутыми струнами его разум будто вибрацией отвечал на каждое слово или действие. Да и вообще, где это видано, чтобы ему, адепту, сыскавшему славу не самого дружелюбного из защитников этого края, дарили такое. Его так разозлило… всё, что он, дабы не навредить, просто исчез. Благо с ним было копьё и курильница — меньшее из того, что он бы взял в патруль, но достаточно. Бывало, приходилось обходиться и меньшим.
Ведомый раздражением он дошёл до небольшого каменного моста, где как раз выбрались собравшиеся в группу слаймы. От них веяло тёмной энергией падших Архонтов. Глубоко вдохнув, он отпустил эмоции, направляя их в нужное русло битвы. Возможно, он слегка перестарался, и не стоило так много силы тратить на какие-то элементарные сгустки, но как же было приятно прикоснуться к стихии, что он с особым трепетом использовал в бою, а иногда и просто для того, чтобы ощутить власть над такой мощью, как ветер. Да, это словно его проклятье, тяжёлая ноша, но кто сказал, что он не должен находить в нём красоту. Как жить, если видеть только отчаяние и топить себя в чувстве вины за всё? Вместо этого его утопит карма. Когда-нибудь. И тогда он будет вспоминать те осколки, которые сам для себя собирал из подобных мелочей.
Прыжок. Переворот в воздухе. Копьё изумрудной вспышкой вело его вниз. Тянуло, словно гигантская птица, которая поражала смертоносным клювом добычу, обречённую и почти смиренную. Удар. Потоки ветра, как отражения его удара, поднялись из-под земли, подкидывая вверх желеобразные тела монстров, а ещё небольшие ветки и солому. Подброшенные вверх слаймы растворились, сгорев в чистой силе ветра. Выдох. И среди шума ветра сдавленное «ай» и плеск воды.
Человек.
Неужели? Маска слетела быстрее, чем когда-либо, распадаясь блёстками осколков. Он огляделся. Прямо под мостом расходились круги, буквально в десяти метрах от него. Два рывка, и он уже там. Резко втыкая копьё в кромку воды, он нырнул в почерневшую за компанию с небом гладь.
Спасаемый объект, опережая спасателя, вынырнул, отфыркивая воду. Ногами он до дна не доставал. Глубоко. Поэтому дёрнув случайную жертву на себя, потащил её к берегу.
Голова была опутана волосами, что упали на лицо во время падения. Небрежно он вытащил из воды пытавшуюся отдышаться смесь из волос, мокрых тряпок и возмущенных звуков. Повалился рядом. Жива. Слава Архонтам, на этот раз не повесил на себя ещё одну невинную душу. Насквозь мокрыми перчатками он ткнул себе в лицо и поморщился от того, как они противно ощущались. И словно решив, что прямо сейчас самое время, туча, прогремев почти звенящим раскатом грома, заплакала. Наверное, её расстроило что-то серьёзное, потому что из-за плотного потока капель, почти струй, всё вокруг покрылось пеленой. Стена воды, оглушающая шелестом и затихшей природой.
Он поднялся на ноги и протянул руку девушке, в которой, как ни кстати, узнал Её. Она пригибалась под ударами капель, и он, почти перекрикивая дождь так, чтобы его услышали, объявил:
— Жди! — схватив копьё, он подошёл к мокрой и трясущейся фигурке. — Держись крепче. — он говорил возле её уха. В ответ она просто кивнула головой. Обхватив его руками за плечи и шею, она прижалась к нему животом. Он подумал и приподнял её под бедра, словно ребенка, а она, ведомая мыслью, обхватила его ногами вокруг талии. — Вдохни! — скомандовал он. И не успела она закончить вдох, как почувствовала толчок, невесомость и снова толчок. Он расслабил руку, спуская её на землю. Точнее на деревянный балкон Ваншу. Она же, мотнув головой, узнала обстановку сразу, поэтому заходя в комнату, где было сухо, сказала:
— Не стой под дождём, заходи. — она быстро вернулась, схватив Сяо за руку, и затащила его внутрь комнаты, как раз в момент, когда сверкнула молния. Раскат грома, и она бросила ему полотенце и рубашку с брюками, которые были в Ваншу как универсальная одежда для бани, чтобы постояльцы могли отдать свои вещи в стирку или починить прорехи, не сверкая голыми телесами. — Переоденься здесь, а я в ванную. — она скрылась за дверью, а он только сейчас смог выдохнуть.
Невероятными образом вода смыла его злость и раздражение. Сейчас осталось только ощущение озноба и вины перед девушкой.
Он переоделся быстро, отжав свои вещи на балконе и свернув их, положил у выхода. Промокло всё. Сейчас было непривычно видеть себя таким открытым вне его комнаты. Медленно промакивая полотенцем волосы, он думал. Сердце захлестнула тоска. Из-за его оплошности тревога проникла в душу сильнее, чем он думал. Ну как можно было?..
Дверь спасла его от тяжёлых размышлений тихим скрипом, когда она вышла из ванной:
— Как поливает-то. Надо согреться. — она прошагала к маленькой плитке, на которой стоял чайник. Открыла все заслонки, и жар от запертого слайма начал растекаться по комнате.
— Лина, ты в порядке? — он впервые за всё их знакомство назвал её имя, поэтому сразу почувствовал себя глупо.
— Я? В полном. Меня ветром в воду скинуло. — она была спокойна, будто ничего не произошло. — Сяо, ты даже не можешь себе представить, как часто я говорю, что этому мосту нужны перила. Вот я просто предвидела, что когда-нибудь кто-то, в особенности я, свалится в воду. И вот итог. Хорошо, что ты был рядом.
Он смотрел на неё, и в голове вертелся один вопрос: как она дожила до своих лет с такой логикой? Ему хотелось повиниться, словно исповедать свой грех, сократив чувство вины, разделяя на двоих:
— Это из-за меня. Я сражался неподалеку с монстрами.
— А, так получается, та изумрудная вспышка — это не молния. Тогда становится яснее. — она достала чашки и осторожно поставила на поднос, туда же встал небольшой чайничек.
— Я мог тебе навредить. — он не унимался. Пытаясь выжать из возмутительного спокойствия девчонки страх и испуг, он хотел добиться от неё признания, что он — никакой не герой, а монстр. Чтобы она сама его обвинила, а ему бы пришлось искупать вину стыдом.
— Но ведь не навредил. Значит всё хорошо. — заключила она. Зачерпнув мёд в ложку, она положила его сначала в одну чашку, затем рука замерла над второй. — Тебе в чай добавить мёд? — она невероятная. Просто чему он удивляется, ведь и так понятно, что она когда-нибудь сгинет из-за ерунды: либо её унесёт кабан в чащу, либо застрянет в скале. Совершенно нелепые случаи, из которых она так же нелепо выбирается. Её явно бережёт вся Селестия.
Кивнул.
Вытряхнув вязкий янтарь мёда из керамической ложки, она посмотрела на банку и, зачерпнув снова немного, с удовольствием облизала ложку, попутно закрывая банку и наливая кипяток в чайные листья. Она держала чайник рукавом. Одной рукой. При этом больше задумываясь над вкусом в ложке, чем над тем, что чайник горячий, в нём кипяток и пар, и что всё это смешивается в опасность. Снова загремело небо, посылая вспышки и заставляя вздрогнуть. Но она же улыбается. Вся эта картина пробуждала в нём очередной приступ раздражения.
— Сяо, держи. — она протянула ему чай. — Только осторожно, он горячий.
Он поднял на неё глаза. Не боясь, что она испугается его взгляда, не волнуясь о том, что она там прочитает:
— Как можно быть такой? — он спросил, прищуривая глаза до блеска золотых полосок.
— Хорошей?
— Безрассудной. Наивной. Беспечной. Да в конце концов, не понимать реальной опасности. — он буквально вышел из себя, не понимая, как открыть ей глаза на то, что её жизнь одна. Что бывают вещи, которые нельзя отменить или исправить. Есть раны, которые не заживают, и они не обязательно на теле.
Она опустила голову, следя за пальцем, который обводил тёплый край чашки:
— Сегодня был невероятный день. Я взялась за самую дурацкую работу в мире, но заработанной моры мне хватит надолго. Я не нашла попутчиков, поэтому гуляла, рассматривая самый красивый пейзаж за всю мою жизнь. Увидев силу Адепта, я упала с моста в воду. Но благодаря этому сейчас я пью чай в очень приятной компании. Может, весь мой день вёл меня именно к этому моменту? Все мои неудачи обернулись вот таким приятным вечером.
— Не все страдания вознаграждаются. — он задумался над её словами.
— Просто кому-то нужно ждать чуть дольше. — она смотрела на него. Он чувствовал. Он знал её взгляд. И то, что она была права.
Дождь за окном продолжал отмывать окрестности, насмехаясь над людьми, заставляя их быть привязанными к своим домам. Тишина не давила. Ему стало так уютно, что он хотел и дальше её слушать.
— А какую работу тебе сегодня пришлось выполнить? — он отпил чай, который, отпустив жар, стал комфортной температуры.
— Ты будешь смеяться! Я ловила зябликов! Целых пятьдесят штук. — она засмеялась, а он закашлялся в попытке вдохнуть. — Да-да, но оказалось, что у заказчика их было столько же, и ему просто не хватало ещё полсотни. Зябликов! — снова её звонкий смех. — Говорит, изменил жене, теперь хочет попросить благословения. Щедро заплатил, зябликов даже покормил. Интересно, кому он их преподнёс?
— Мне. Прямо в комнату. Они там, пережидают дождь.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!