Вернутся к фанфику
Пролог
4 июля 2025, 01:18Легкие горели огнем. Непослушные кудри волос намокли и заслоняли тонкую нить протоптанной промеж деревьев дорожки. Не останавливаться.
Гермиона бросила короткий взгляд за спину в ожидании погони, но увидела лишь качающиеся от сильного ветра кроны деревьев позади себя. Ветер шептал. Скрежетал сухими ветками в полумраке осенней ночи, продувая насквозь вымокшие джинсы и свитер — темно-коричневый, под цвет её глаз. Один из тех, что дарила ей Молли Уизли на прошлое Рождество.
На первое Рождество без Рона и Джинни. Без Фреда. Без Тонкс и Люпина. Без весёлых улыбок и смеха.
Без надежды на лучшее.
Гермиона чувствовала, как заледеневшие от дождя босые ноги кровоточили, а мокрая грязь липла к ступням, заставляя замедлить бег. Когда правая нога в очередной раз опасно заскользила по траве, девушка остановилась, прижавшись спиной к морщинистому стволу раскидистого дерева.
Тысячелетние дубы гнулись от штормового ветра, а глаза застилала пелена ледяного дождя. Горло пересохло, но на это не было времени.
Казалось, в момент смерти Воландеморта всё должно было стать проще. Добро победило, зло повержено — в это, возможно, верила та прежняя гриффиндорка Грейнджер. С губ сорвался нервный смешок. Дура.
— Такая дура, — девушка вдруг нервно рассмеялась в пустоту. — Дура-дура-дура.
По правде говоря, времени больше не было ни на что.
Сквозь вой ветра во тьме леса Гермиона уловила едва различимое движение между стволами. Взмах тёмной мантии. Всего на миг.
За долгие месяцы в поисках крестражей с Роном и Гарри звуки леса стали её путеводителем. Её защитой. Их защитой.
Впрочем, это всё было далеко в прошлом.
Гермиона набрала в лёгкие воздуха и снова побежала.
Волдеморт рассыпался в прах больше года назад. Исчез, забирая с собой годы борьбы, стойкости и долга, — уцелевшим осталась лишь боль.
Война забрала абсолютно всё, что когда-то было Гарри, Роном и Гермионой. Точнее, теперь только Гарри и Гермионой. Точнее… Гермиона теперь была сама по себе, после безжизненных взглядов младших Уизли на холодном полу разгромленного Хогвартса.
Она не помнила, сколько сидела там после битвы за школу, держа в руках ладони Рона и Джинни, но месяцы после слились для неё в одно тёмное пятно горечи и страха. Война закончилась, но смерть Реддла ничего не изменила в его рядах: Пожиратели даже не подумали отступать.
Девушка сжала зубы, когда босая нога больно зацепилась за сухой ствол дерева. Руки машинально сжали древко палочки и острый обломок стекла. Неровные края впились в кожу ладони, но Гермиона и не поморщилась от боли, — это всё, что она брала с собой в другую жизнь.
В спину снова ударил порыв ледяного ветра, когда перед глазами показалась широкая поляна в лесу. Дождь принялся заливать опавшую листву с удвоенной силой, когда девушка упала на колени в центре поляны, задыхаясь.
Из последних сил разжала заледеневшие пальцы, вглядываясь в поблескивающий обломок на исцарапанной ладони. Стеклянный осколок отразил взмокшее лицо в обрамлении каштановых волос и запекшуюся ссадину на левом виске девушки.
— Прости меня. — Гермиона взмахнула палочкой, прикрывая глаза. — Involvo Animam Defende.
Лес содрогнулся, когда из палочки вырвался чёрный мрак, окутывая девушку. Осколок жёг кожу, оставляя алые отметины на руке. Гермиона кричала, но её голос был не сравним со скрежетом в её ладони.
— Involvo. Animam. Defende, — Гермиона шипела от боли, повторяя заклинание, впечатывавшее в её предплечье жгучий скрежещущий осколок.
Тело пронзило болью, и девушка сжалась в комок под струями ледяного дождя, который теперь казался остужающим потоком. Палочка всё ещё дымилась, когда скрежет прекратился.
Длинный разрез на левом предплечье заливал поляну алой кровью, а рана вокруг чернела обугленными краями кожи. Тёмная магия пьянила, и девушка чувствовала, что силы на исходе, а пальцы покалывало электрическими разрядами. У неё было всего несколько мгновений в запасе.
— Vulnera Sanentur, — Гермиона прошептала заживляющее заклинание одними губами, на мгновение прикрывая глаза. Одно последнее мгновение в одиночестве. Последний миг для старой Грейнджер.
Предплечье затянулось ровной белой кожей, не оставляя и царапины. Осколок слабо пульсировал теплом где-то глубоко под венами — и от этого ощущения инородного тела внутри себя становилось не по себе.
Но так было необходимо.
Девушка слабо усмехнулась куда-то в траву. Она могла всё исправить.
Гермиона, шатаясь, поднялась на трясущихся ногах, сжимая обеими ладонями древко волшебной палочки.
Она всё исправит, только бы сработало.
Палочка с хрустом сломалась в ладонях Гермионы и полетела в заросли сухой травы, когда за спиной раздался шорох ветра, разорванный топотом шагов. Шаги слышались отовсюду: поляну окружили чёрные плащи Пожирателей Смерти.
— Попалась, грязнокровка, — один из Пожирателей направил на неё палочку. — Не советую дергаться, и мы будем помягче.
Монтегю. Гермиона скривилась от надменного голоса бывшего слизеринца и подняла ладони над головой. Конечно, кто ещё бы согласился так пресмыкаться перед новым Командующим Пожирателей, как не Грэхэм с его слизеринскими дружками.
Девушка пыталась разглядеть под чёрными масками людей, оцепивших поляну, знакомые лица — Гойла, Крэбба, вездесущего Нотта.
— Смотрите-ка, грязнокровка и палочкой нам не пригрозит. Чудеса, — Грэхэм сделал несколько смелых шагов вперёд, убедившись в её безоружности. — Или что, ваш Золотой Мальчик, Который Снова Выжил, совсем поехал крышей и выбросил тебя за ненадобностью?
По поляне пронёсся гогот, а плащи последовали примеру Монтегю и сомкнулись плотнее вокруг девушки.
— Я слышал, Поттер слетел с катушек после того, как Беллатриса прикончила его рыжую подружку и Вислого. Это правда? — Парень сделал ещё несколько осторожных шагов, пока кончик его палочки не упёрся Гермионе в шею.
— Заткнись, — она лишь зашипела, кожей ощущая нажим древка.
— Ой, Грейнджер показывает зубки. Ты бы придержала за ними свой язык, ведь он тебе еще ой-как понадобится.
Тело трясло то ли от холода, то ли от сильной тёмной магии, которую Гермиона использовала впервые в жизни после штудирования нескольких древних книг. На их поиск она потратила три последних месяца и все свои небольшие сбережения.
— А не то что? — Гермиона шептала, глядя прямо в тёмные расселины глаз блестящей маски Монтегю.
Зубы стучали. Струйки ледяной воды стекали с затылка на спину — под холодный свитер. Предплечье пульсировало теплом, когда небо над поляной прорезал разряд молнии.
— Круцио.
Гермиона падала. Тело снова билось в агонии, но почему-то именно сейчас, под ливнем, эта боль убаюкивала, отдаваясь вспышками в каждой клеточке тела. Возможно, она кричала, потому что несколько Пожирателей приблизились к Монтегю, перебрасываясь парой фраз.
Она не могла разобрать ни слова, сколько ни силилась сосредоточиться на застывших чёрных масках перед собой.
Глаза жгло. Тело Гермионы выгибалось в судорогах, но разум зацепился за тёплый пульсирующий якорь в левом предплечье и блуждал по закоулкам памяти. Гарри.
Они знают о Гарри.
— Куда её? — Смутно знакомый голос второго Пожирателя прорвался сквозь пелену боли.
— Как приказано, к ним, — голос Монтегю растворялся в шуме ветра. — Чёрт, как обычно, все уже в курсе. И поразвлечься не дадут.
Было ожидаемо, что странное поведение Ордена за последние месяцы не укрылось от Пожирателей. Всё только сильнее запуталось, когда её лучший друг замкнулся в себе.
В мае, после похорон, Гермионе казалось, что он вот-вот придёт в себя и станет прежним Гарри, но нет. Она месяцами наблюдала за его пустым взглядом на встречах Ордена и молчанием в ответ на её вопросы о самочувствии. К сентябрю Гарри Поттер осунулся, отпустил тёмную бородку и днями напролёт сидел в старой библиотеке поместья Блэков, изредка вызывая к себе Кикимера.
Гермиона чувствовала, как из глаз полились слёзы, но больше не ощущала боли и не видела очертаний леса и окруживших её мантий.
— Меня уже порядком достали эти приказы Яксли. Кто вообще решил, что он теперь главный? — Второй Пожиратель покосился на Гермиону.
— Все, кроме нас. Поэтому мы теперь и делаем всю грязную работу, — Монтегю наконец взмахнул палочкой, и тело Гермионы обмякло на мокрой траве.
Наверное, те воспоминания были последним, что она знала о Мальчике, Который Выжил. О её друге. О заботливом и отзывчивом Гарри, который танцевал с ней в палатке посреди леса и спасал гиппогрифа от смертной казни.
Потому что в декабре прежний Гарри Поттер исчез.
Гермиона обнаружила пропажу субботним утром, когда увидела идеально заправленную кровать, раздвинутые шторы и разобранные завалы пергаментов в его комнате, но к завтраку он так и не явился. А к вечеру в штаб-квартиру трансгрессировал взволнованный Бруствер.
Гермиона чувствовала напряжение в воздухе, когда Кингсли рассказал, что Гарри Поттер убил трёх Пожирателей одним взмахом палочки и растворился в воздухе прямо на его глазах.
Возможно, это и было концом всего.
— Поднимите её. — Гермиона почувствовала, как тело взмывает в воздух. — Вы двое — возвращайтесь на пост, а остальные глаз не спускайте с грязнокровки, пока не будем на месте.
— Чувствую, в Мэноре нам сегодня впервые за этот год будут рады.
Холодная кожаная перчатка Монтегю коснулась её правой ладони, и голоса потонули в прыжке аппарации. Гермиона прикрыла глаза, не в силах больше выдерживать напряжение. Тело отказывалось подчиняться, и сознание погрузилось во мрак.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!