Вернутся к фанфику
Глава 23
1 января 2026, 21:16Драко шел по черному полированному камню верхнего уровня Министерства Магии, и каждый шаг отдавался в черепе коротким ударом молота. Он не спал. После письма Гринграсса мир вокруг окончательно потерял устойчивость.
Он ожидал худшего. Между ребер залег страх: Яксли мог потребовать голову Грейнджер прямо сейчас, мог отбросить отчет и пойти против плана. Он перебирал варианты, чувствуя, как немеют кончики пальцев. Яксли мог уже догадаться обо лжи и просто выставить его из Совета — сам или с помощью Долохова. Хотя таких полномочий у министра не было, такой вариант был не исключен: Яксли хоть и не был в почете у чистокровных магов Совета, но без поддержки отца его положение не становилось стабильнее.
Двери кабинета распахнулись с тяжелым грохотом. Корбан Яксли сидел за привычным столом, и одно это зрелище вызвало у Драко приступ желчной тошноты. Мужчина выглядел паршиво: его лицо осунулось, глаза горели лихорадочным светом.
— Драко, — Яксли не предложил ему сесть. — Я соболезную утрате вашей семьи. Это… удар для всех нас, — в глазах мужчины не отразилось ничего, подобного скорби. Яксли смотрел в свои сложенные на столе руки. — Именно поэтому времени нет.
Драко замер, выпрямив спину.
— Гарри Поттер… стал слишком жестоким и неосторожным. Я смелюсь предположить, что, кроме прочего, это и твоя заслуга, — Яксли поднял глаза на парня перед собой.
— Прошу прощения? — Драко нахмурился.
— Гермиона Грейнджер может помочь нам всем еще один раз. Последний раз, — мужчина потер ладони. — Твой отчет, несомненно, взят в работу, но у меня нет времени совать нос в каждую кротовью нору, где смердит предателями… Я предпочел бы… загнать его в капкан.
Глаза Яксли блеснули в свете ламп, и Драко медленно втянул носом воздух, восстанавливая пульс. Будто старик мог почувствовать его волнение на расстоянии двух метров. Он не заподозрил — план с отчетом все еще тянул им время, и это было просто отличной новостью. Откровенно говоря, лучшей за последние дни.
— Я вас не совсем понимаю, Министр, — Драко сделал шаг ближе, замирая у стола.
— Через два дня состоится прием в честь нового состава Совета: я лично приму участие в назначении. Весь магический Лондон будет там. — Яксли поднялся со стула, улыбаясь. Он выглядел явно довольным собой. — И ты возьмешь ее с собой.
— Взять Грейнджер с собой? В каком смысле, Министр… я честно не, — Драко запнулся, поймав на себе опасно разозленный взгляд.
— Мы выставим ее напоказ. Не как заложницу в кандалах, а как гостью. Как союзницу. Чтобы заметил даже слепой, и протрубили во всех газетах. Я хочу, чтобы Поттер стал неосторожным настолько, что пришел нам в руки сам.
Драко почувствовал, как воздух в легких превращается в свинец. Грейнджер подобная выходка нарисует жирную мишень на лбу, а появиться с ней на публике было чем-то вроде самоуничтожения. Малфой и грязнокровка. Член Совета, положение которого расшатывалось с каждым днем все сильнее под руку с… подстилкой Поттера. Его правой рукой.
Это уничтожит ее в глазах Ордена.
Это подорвет его авторитет в глазах Совета. И это именно то, чего желал чертов Яксли.
— Если Поттер увидит ее там… то решит, что она переметнулась. Что предала…
— Именно! — Яксли почти просиял. — Мы вслух заявим, что она выдала нам тайны Ордена добровольно. Что она выбрала сторону победителей, не смотря на политику… Темного Лорда насчет ей подобных. Поттер сойдет с ума. Он бросится вызволять ее или убивать за предательство — мне плевать. Главное, он высунет голову. Это идеальная приманка. И она сделает то, что приказано. Что я прикажу. Поэтому сделай так, чтобы она не принесла нам проблем, и я запомню эту твою… услугу.
— Конечно. — Драко кивнул, двигаясь как в тумане.
Возражения застряли в горле: эта идея была бы хороша, если бы в его комнате не стоял один из крестражей Поттера, про который было известно всего двум людям в целом магическом мире. Он был бы рад публично уничтожить Грейнджер, наложив Силенцио и заставляя улыбаться каждому Пожирателю на своем пути — раньше это принесло бы ему истинное наслаждение. Драко упивался бы этим зрелищем со стороны, стоя рядом с Блейзом и Ноттом и потягивая бурбон. Может, даже под руку с молчаливой Асторией.
Дверь кабинета Министра Магии захлопнулась за спиной непривычно громко, заставив ненавистную секретаршу поднять взгляд от кипы бумаг на столе.
Он бы насладился, случись это месяц назад. Полгода. Вечность назад. Но сейчас эта идея пугала его. Драко не мог понять, почему от слов Яксли внутренности стянуло в один плотный клубок. Он и раньше был мишенью — Поттер видел его в сознании Грейнджер несколько недель назад, и это привело к тому, что они чуть не попались в Косом Переулке… В совпадения Драко не верил, и ошиваться в подобном месте будучи в розыске станет не каждый. Но страх внутри был не похож на тот, который он испытывал раньше: Драко не боялся очкарика, учитывая, что два из его крестражей были в шаге от уничтожения. Он не боялся умереть, потому что, даже освоив все сраные темные приемчики, Поттер оставался собой — вспыльчивым мальчишкой, любимая игрушка которого теперь принадлежала Драко.
На губах заиграла ухмылка. Игрушка. Представлять ее в таком свете было даже немного весело. Слово показалось смешным, и он отвернулся к стене лифта, когда створки с шорохом закрылись и понесли его прочь с верхнего уровня. Кукла, которой он мог распоряжаться по своему усмотрению. Ладонь обожгло горячим воспоминанием, как тело Грейнджер почти невесомо опускается на кухонный стол перед ним. Черт, она и вправду была на удивление худой.
Улыбка померкла. В воспоминании карие глаза смотрели на него испуганно. С ужасом. Грейнджер отпрянула от него, спрыгивая со стола словно ошпаренная, и была чертовски права. Она была права, потому что… что черт подери это было? Он простоял под горячим душем почти час, от чего кожа стала ярко-алой, а стены покрылись паром, но это не помогло — даже кипяток не смог унять колотящееся сердце. У него встал. Снова. Это было уже какой-то хреновой традицией. Член тяжело пульсировал под струями горячей воды, откликаясь на каждую мысль о… ней. Драко ненавидел это чувство настолько, что зубы сжимались до хруста.
Он ненавидел себя за то, что снова и снова возвращался к собственным рукам на ее теле. На теле грязнокровки. На ее плоском животе и выше — на тонких выпирающих ребрах и абсолютно невзрачной груди. У него были варианты поинтереснее: несколько горячих когтевранок, на которых хотелось смотреть часами в одежде и без, или слизеринок, для которых в сексе не существовало табу. Пара из них — уже на службе в Министерстве, включая несостоявшуюся подружку Нотта. Они все были лучшим поводом для стоящего колом члена, чем она. Но ночью в душе перед глазами зациклился только один чертов образ растрепанных кудрявых волос и искусанных губ. Искусанных им самим — и от этого Драко несколько раз ударил кулаками по мокрой стене.
Хотелось выбросить ее из головы. Стереть ее вкус с языка. Вытащить ее из себя. Руки потянулись вниз, обхватывая пульсирующее напряжение. Ему было нужно избавиться от этого, чтобы обдумать все трезво. Ему стоило осмыслить столько действительно важных вещей, но это казалось невозможным, пока везде была… она. Чертова Грейнджер заполонила собой все вокруг: его мысли, чертову комнату, Мэнор, и все разговоры вечно возвращались к ней. Ему стоило прикончить ее еще в первую ночь: просто придушить заклинанием или выпустить Аваду прямо в нахмуренные на переносице брови — от этого движения ее нос морщился. Ее нос…
Драко зарычал прямо в струи воды, когда ладонь плотно сжалась на члене, проходясь по всей длине, и вернулась назад. Тело потряхивало от напряжения, но больше от злости на самого себя, потому что он дрочил на чертову грязнокровку. Рука ускорилась, делая еще несколько рваных движений, а из горла вырвался сдавленный стон.
Злость растаяла, уступая место горькому чувству стыда — он кончил от недопоцелуя с Гермионой Грейнджер. И если это не было ебаным пиздецом, то что тогда? Рука замерла, а парень привалился к стене, тяжело дыша. Его мутило: разрядка не помогла, а мысли не стали отчетливее. К клубку сомнений прибавилось еще одно.
Просто замечательно.
Охренительно хорошо.
Драко сдавленно улыбнулся, когда створки лифта открылись, выпуская его на первый уровень Министерства, и несколько человек удивленно расступились в стороны, пропуская его в толпу служащих. Чувство стыда все еще прожигало внутри него дыру, но теперь эти мысли можно было наконец отложить.
Следовало отложить, потому что, подумай он обо всем этом еще хоть раз, голова расколется.
Нужно было найти Блейза. Плевать на недавнюю ссору из-за книги — Забини был единственным, на кого можно было положиться даже после размолвки. Драко прошел к нужному лифту и протиснулся сквозь небольшую решетку. Лифт оказался полупустым, и парень не заметил внутри никого из знакомых, это было к лучшему.
— Подождите! — Знакомый голос заставил в последний момент остановить закрывающиеся створки рукой.
Лифт пошатнулся, и в него забежала пара. Марселла приветливо улыбнулась Драко, а смущенный Нотт лишь кивнул, пряча их сплетенные пальцы за спиной.
Прекрасно, только романтических соплей на рабочем месте ему не хватало. Мысли отразились на лице Драко, от чего улыбка Флинт померкла. Девушка отстранилась от Тео и сложила руки перед собой, краснея, но потом обернулась к парню и улыбнулась. Нотт просиял, смущаясь точно так же, как и девушка. Внезапно накатившая злость отступила так же стремительно, как и появилась: его друзья имели право на личную жизнь, даже когда мир рушился. Даже когда на части разваливался сам Драко.
Ему стоило бы извиниться перед Асторией или, на худой конец, написать Пенси. Просто чтобы… прийти в себя и не бросаться на окружающих. Хотя для этого было поздно — Драко вдруг отчетливо представил предстоящий прием, о котором говорил Яксли. О его спутнице, которая прикует к себе все взгляды на долгие часы. После такого Паркинсон вряд ли вообще когда-либо станет его слушать, а об Астории можно было просто промолчать. Хорошо, если после появления с Грейнджер с ним вообще не перестанут здороваться.
— Малфой? — Тео замялся, его улыбка слегка померкла. — Ты выходишь?
Пара замерла в распахнутых створках лифта. Этаж их кабинета шумел голосами и десятками шагов, а все присутствующие уставились на замершего в лифте Драко.
— Нет, я… — он покачал головой. — Мне нужно на нижний уровень. Я буду позже.
Тео медленно кивнул, отпуская створки, но внимательный взгляд сверлил Драко еще несколько секунд, пока лифт не двинулся прочь. Конечно, об их ссоре с Блейзом, наверное, знала уже вся компания: каждая последняя пятница месяца означала посиделки у сестер Гринграсс, и в этот раз Драко не было там не по случайности. Он просто забыл, а потом новости о смерти отца напрочь выбили почву из-под ног.
Скорбь замерзла внутри, и Драко уже двое суток не мог думать о похоронах. Просто каждый раз, вспоминая бескровное лицо Люциуса на больничной койке, все чувства притуплялись настолько, что он был не в силах пошевелиться.
Наверное, так ощущалась потеря. Или утрата. Драко не знал точно. Он просто… не мог об этом думать. Вспоминать. Было проще отодвинуть это на потом — подальше, чтобы боль прошла сама. Без его участия. Чтобы она просто исчезла, растворилась, растаяла, как мокрый снег под десятками подошв темных ботинок у семейного склепа Малфоев.
Драко вышел из лифта на одном из нижних уровней и зашагал по знакомому коридору. Теперь разговор с Блейзом казался еще более необходимым, ведь он не мог потерять еще кого-то. Просто не мог себе этого позволить.
Внутри кабинета слышался мерный гул магических горелок и негромкий звон стекла. Запах ударил в нос мгновенно: едкая смесь полыни, драконьей желчи и чего-то сладковато-гнилостного. В просторном помещении работали трое. Забини стоял у дальнего стола, склонившись над огромным котлом, из которого валил густой лиловый пар. Он что-то быстро записывал на парящем рядом пергаменте.
— Блейз, — негромко позвал Драко.
Мулат даже не обернулся, хотя двое других зельеваров подняли на Малфоя заинтересованные взгляды.
— У меня нет времени. Партия подавителей магии для Азкабана должна быть готова к вечеру. — Его спина, обтянутая черным жилетом, казалась каменной.
— Это важно, — Драко подошел на шаг ближе, игнорируя взгляды зельеваров. — Поручение… Министра Магии! — он не собирался сдаваться просто потому, что Забини вздумал обижаться.
Блейз наконец отложил перо. Он медленно обернулся, и Драко невольно захотелось отступить. Взгляд друга был холодным и пустым — таким, каким обычно Блейз смотрел в свои котлы. И то зелья получали более мягкий взгляд, чем он сейчас.
— Ах, Министра! — голос Забини скрежетнул металлом. — В таком случае, я лучше подожду официального запроса от него самого. — Он сбросил с рук тяжелые перчатки и направился к одному из шкафчиков рядом.
— Блейз, — в голосе Драко послышалась мольба. Он не планировал этого, просто был не в силах сказать что-то еще. Время уходило, а друг вздумал испытывать его терпение.
Забини несколько секунд буравил его взглядом, затем шумно выдохнул сквозь зубы и кивнул в сторону двери в глубине лаборатории.
— Пять минут.
Это было лучше, чем ничего. Драко кивнул и зашел в кабинет под бурление котлов и взгляды двух мужчин. Кабинет Блейза был его полной противоположностью: здесь царил хаос, который мог бы довести его собственную мать до инфаркта. Окон не было, и единственным источником света служили магические лампы под потолком, заливавшие комнату резким желтоватым светом. Полки были завалены редкими ингредиентами в банках, свитками и артефактами сомнительного происхождения. На столе сиротливо примостилась пустая чашка из-под кофе.
Как только дверь закрылась, мулат развернулся, скрестив руки на груди.
— Пяти минут стартуют прямо сейчас, так что лучше начинай.
Драко молчал. Он смотрел на корешки книг на полках, на пыльный ковер под ногами. Куда угодно, только не на Блейза. Горло пересохло.
— Мне нужна еще одна услуга…
Блейз фыркнул, и одна его рука оперлась на дверную ручку.
— Охренительно, Малфой! С этим — не ко мне. Обратись к кому-то, кого ты еще не успел подставить. Хотя я сомневаюсь, что таких людей осталось много… — он замолчал, переводя дух. — Я не знаю, что с тобой происходит, и ты не даешь мне никаких поводов тебя понять… Я… сожалею о смерти твоего отца, но не вздумай приплетать его сюда, понял? Это, — Забини обвел рукой Драко, — началось еще задолго до похорон. Поэтому попытайся снова. У тебя осталось три минуты, или этот разговор окончен!
Драко всунул руки в карманы и перемялся с пятки на носок посреди комнаты. Блейз всегда видел его насквозь — даже тогда, когда никто вокруг больше не смотрел. Блейз всегда был рядом, и на этот раз без него Драко просто не справится. Точно знал, что не выдержит того, что уже ложилось на плечи неподъемным грузом страха и ответственности.
— Прости, — наконец выдавил он. — За фолиант. И за то, что было в Косом Переулке. Я… я не должен был…
— Это все? — Блейз сделал длинный вдох.
— Ты не понимаешь… — начал Драко, чувствуя, как внутри закипает привычная защитная злость. — Я пытаюсь справиться, но я в тупике, и мне нужна твоя помощь.
— Да, я не понимаю! — Блейз сорвался на крик, сокращая расстояние между ними. — Я не понимаю, почему лучший друг не может сказать мне правду! Почему после всего, что мы пережили, меня вдруг подставляют и лгут мне в лицо! Почему я оказываюсь менее важным, чем… чем, — парень покачал головой и отвернулся. — Мне плевать, что за помощь тебе нужна. Пусть хоть весь Лондон сгорит в Адском пламени, ты не получишь от меня ничего, пока не выложишь все. Я и пальцем не пошевелю. Понял? Никакой помощи. Никаких зелий. Ни-че-го!
— Я не знаю, что ты хочешь услышать! — блондин вскинул руки. — Все паршиво, и я в паре шагов от того, чтобы схватить Поттера за горло, но Яксли просто не дает мне времени!
— Полторы минуты.
Блейз все еще стоял лицом к двери, сложив руки на груди. Драко хотелось схватить друга за плечи и потрясти — настолько его бесил этот разговор. Он не знал. Не знал, что должен был сказать, кроме того, что он облажался. Просто чертовски облажался, надеясь, что справится в одиночку со всем: с крестражами и пленницей в своем доме. Со смертью отца. С самим собой.
Драко медленно опустился в кресло у стола и спрятал лицо в ладонях. Плечи мелко задрожали.
— Все просто охренеть как хуево, — глухо произнес он в свои ладони. — Настолько, что я хочу, чтобы это все просто закончилось. Плевать как.
В кабинете воцарилась тяжелая тишина. Слышно было только, как гудит вентиляция. Блейз стоял неподвижно, глядя на дверь, а потом развернулся и зашагал к шкафу, достал пузатую бутылку бурбона и два стакана.
— Пей, — коротко приказал он, протягивая стакан Драко. — А теперь по порядку.
Драко поднял голову, взял стакан дрожащими пальцами и сделал большой глоток. Обжигающая жидкость пролилась в желудок, принося слабое, призрачное подобие тепла.
— Яксли приказал вывести Грейнджер на прием послезавтра. Хочет позлить Поттера и заодно похвалиться перед стаей шакалов… Он явно собрался унизить меня перед Советом. Подставить после всего, что я сделал. Что сделала моя семья. Чем пожертвовала. — В горле запершило, и Драко закашлялся.
— Вывести в свет в качестве кого? — Блейз нахмурился.
— Как одну из нас. — Эти слова, произнесенные вслух, теперь казались еще более абсурдными.
— А Грейнджер в курсе?
Драко отрицательно покачал головой.
— Я только от Яксли, и ее никто спрашивать не будет, знаешь ли.
— А еще я знаю, что на прошлой неделе грязнокровка обзавелась новенькой волшебной палочкой. И теперь с ее мнением стоит считаться, — Блейз усмехнулся, и Драко улыбнулся в ответ. Просто не смог удержаться, потому что лед треснул.
Блейз отпил из своего стакана, откидываясь на спинку стула.
— И что ты планируешь с этим делать? — Забини обходил острые углы, и Драко был за это благодарен. — Потащишь ее на прием? Астория не обрадуется таким новостям.
— Астория больше не интересуется новостями, связанными со мной… Мы разбежались. — Драко сделал еще один глоток, запивая собственные слова. В голове начинало привычно шуметь, и о продуктивной работе сегодня можно было забыть. В свой кабинет он, скорее всего, не вернется. Плевать, что подумает Нотт или его обожаемая подружка. Драко был уверен, Буллстроуд и Уоррингтон будут только рады его отсутствию, так же как и Гойл.
— Даже так! Я, оказывается, много пропустил, — Блейз удивленно поднял брови, но фразу не продолжил.
— Она… Это просто больше не работает. Это было обоюдное решение.
— Если ты так говоришь, то я хотел бы услышать ее версию, — Забини усмехнулся в свой стакан.
— Всмысле?
— В смысле, Асторию интересует все, связанное с тобой, курса со второго. И я не верю, что она сама приняла такое решение.
— Ты сейчас упрекаешь меня в чем-то?
— Я пытаюсь тебе помочь, Драко. Кажется, это как раз то, за чем ты пришел в мой кабинет.
— Я не просил у тебя сеанс психотерапии. Мне нужна помощь с Грейнджер… с приемом. — Драко проигнорировал многозначительный взгляд мулата и продолжил. — Мы были в… Годриковой Впадине, и теперь в Мэноре уже два крестража. И я не могу остановиться на полпути к цели: мы прижмем Поттера уже очень скоро, и для этого нужна ее чертова помощь.
— И сколько их еще?
— Не знаю.
— А Грейнджер?
— Она тоже не знает…
— Драко, я просто хотел бы понимать, во что ввязываюсь. Снова. Это не прогулка в Запретный лес, а преступление за спиной у Яксли и Долохова! — Блейз понизил голос, наклоняясь к другу через стол. — И если она не знает, то кто, кроме самого Поттера, шепнет нам правду?
— Я не знаю, ладно? Я пытаюсь изо всех сил, и пока что это уже нифиговый прогресс. Для начала нужно уничтожить те, что уже имеются, и для этого мне придется совершить визит в Хогвартс…
— Это отстойная идея! Это хуже, чем сунуться в Азкабан: теперь одними дементорами по периметру они не ограничились, и тебе придется иметь дело с тварями похуже тех песиков, от которых я спасал твою шкуру в прошлом месяце! Должно быть что-то еще, способное уничтожить эту дрянь. Почему бы не всунуть их все в одну кучу и не поджечь Адским огнем?
— И где ты предлагаешь разжечь небольшой адский костер? Сложно оставить незамеченным темное заклинание, способное выжечь половину Лондона. Исключено. Нам нужны те клыки или что там использовал сам Поттер. — Драко начинал раздражать этот разговор. — Хотелось бы быть уверенным, что это поможет и он не начеканил еще с десяток крестражей, пока мы тут беседуем.
— Узнать это ты сможешь, только поймав его, — Блейз задумался. — Если ни одна живая душа не знает об их количестве и местонахождении, тебе придется взять Грейнджер на тот прием и устроить такое представление, от которого расколется даже Золотой Мальчик. Никто, кроме него, нам в этом не поможет.
— Никто, кроме Поттера… — Драко вгляделся в мутную алкогольную поверхность, разглядывая собственное искаженное отражение. — Сраного придурка Поттера. Постой! Можно обойтись и без него. Черт, Забини, ты гений! — Малфой поднялся со стула. — Нам не нужен Поттер, чтобы влезть в его голову. Как я раньше не додумался, — блондин схватил друга за плечо. — Грейнджер. Она связана с ним, потому что всунула чертов крестраж себе в руку! Дура. Просто беспросветная дура, — он усмехнулся от собственной догадке. — Но это может помочь.
— Крестраж в руке? Ты серьезно сейчас? — Блейз выглядел полностью протрезвевшим. — И она еще жива? Я должен это увидеть и взять парочку показателей… для научных целей. Мерлин, это гриффиндорская заучка такое сделала? Я думал, после твоего признания насчет Астории, уже ничему не удивлюсь, но ты превзошел самого себя, Малфой! — мулат начал рыться в кипе бумаг на своем столе.
— Постой, это пока только теория. И я очень сомневаюсь, что это удастся реализовать за двое суток. Но это… может сработать, и тогда мы доберемся до Поттера раньше всего этого показательного маскарада на приеме.
— Если бы я не знал про вас с младшей Гринграсс, подумал бы, что ты боишься ее ревности. Ну, из-за появления с Грейнджер.
— Я боюсь, что меня начнут ассоциировать с чертовым сбродом Ордена и страшилами вроде нее… — Драко поморщился. — Последнее, что мне нужно, это потерять доверие Совета. И насчет твоей книги… Я верну ее обязательно. — Драко нахмурился, вспоминая причину ссоры.
— Можешь оставить себе, если расскажешь, как прошло с ритуалом. Ты же для него все это проворачивал? Я так часто ее перечитывал, что помню страницы наизусть. — Блейз подмигнул другу. — Как она?
— Она…
Вопрос заставил Драко вздрогнуть. Нормально. Грейнджер — просто отлично. Замкнулась в своей норе и делала непонятно что всю ночь в полной гробовой тишине. Может, уже бежала прочь из Мэнора с палочкой наперевес. Это было бы отличным решением — отослать ее прочь, отобрав крестраж. И пусть катится на все стороны вопреки приказам Яксли. Пусть хоть сдохнет где угодно, кроме Мэнора. Это было бы его лучшим, хоть и сильно запоздалым, подарком на день рождения.
Он тяжело вздохнул, возвращаясь в кабинет, к пристальному взгляду друга.
— В порядке. В полном, — Драко отпил два больших глотка, опустошая свой бокал и со звоном ударяя им о стол.
Забини налил им обоим еще по порции.
— Ясно. В порядке, значит?
— Угу. — Взгляд карих глаз сверлил насквозь, от чего у Драко закололо в висках.
Этого допроса он просто не вынесет сегодня. Все с ней было нормально. У чертовой Грейнджер все было в шоколаде, в отличие от него самого. Потому что… он погряз по самое не хочу. Тонул в том, что сделал, и том, чего хотел.
— Уже не терпится это увидеть. — Блейз рассмеялся в свой бокал. — Драко Малфой в сопровождении подружки Поттера. Яксли хоть и придурок, но с чувством юмора у старикашки все в порядке.
— Пошел ты.
— Только после тебя.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!