Вернутся к фанфику

Глава 1

12 марта 2026, 22:34
В узком лифте было душно. Драко закатал рукава рубашки, но даже в Атриуме после обеда стояла плотная июльская жара. Воздух снаружи Министерства Магии словно застыл, а вместе с ним замерла и обычно оживленная улица Лондона: редкие прохожие закрывались от палящего солнца зонтами и шляпами, стараясь поскорее скрыться под охлаждающими чарами кафе и магазинов. Драко вышел на втором уровне Отдела магического правопорядка, натыкаясь на такой же измученный жарой взгляд напротив. Невысокая брюнетка смущенно улыбнулась, поджимая плечи. Это лето побило все температурные рекорды еще в прошлом месяце, и город привык к постоянному зною, который не давал покоя даже после захода солнца. Но это казалось теперь просто сущим пустяком. Житейской неприятностью, которая пройдет и по уровню дискомфорта никогда не сравнится с… Драко осекся, прикусывая щеку изнутри. Брюнетка опустила взгляд, спешно обходя его и вбегая в закрывающиеся створки лифта. Стоило улыбнуться в ответ, но уголки губ словно заледенели. Лифт за спиной со скрежетом захлопнулся и исчез, и коридор погрузился в тишину. Чего и следовало ожидать, если ведешь себя как придурок. Парень сжал ладони в кулаки и зашагал вглубь, мимо десятков кабинетов. Иногда это просто происходило с ним посреди белого дня: дыхание перехватывало, и сердце начинало колотиться в груди. Так, словно за спиной стоял по меньшей мере отряд дементоров. Но вот только за спиной чаще всего не было абсолютно никого, кроме заваленного бумагами стола или узких стен коридоров. На безоблачном лондонском небе ярко светило солнце. Война закончилась полтора года назад. Закончилась. Драко прикрыл веки, считая от десяти до одного. Дверь кабинета гулко захлопнулось, и он опустился на стул, одновременно оттягивая воротник смятой рубашки и чертя в воздухе руну. По комнате пронесся прохладный ветер, от чего несколько пергаментов слетели со стола. На двух тиски в груди немного ослабли, и парень оперся о колени. Это было наименьшей ценой за свободу — просто дурацкая слабость человеческого тела. Несовершенство плоти. Пустяк, не стоящий внимания. Тем более, что семейный целитель снабдил его таким запасом успокоительных настоев и снотворных зелий, что переживать и не стоило. И Драко не переживал. Просто выпивал двойную порцию перед сном, а потом еще одну вместе с утренним кофе. Иногда тройную — по выходным. Иногда ладонь непроизвольно тянулась к нижнему ящику письменного стола, где покоились несколько запасных бутыльков. Так, на всякий случай. Но чаще он просто часами лежал без сна, глядя в потолок просторной квартиры-студии в центре Лондона. А когда сон не приходил под утро — а он не приходил уже, кажется, целую вечность — снимал заглушающее и просто слушал какофонию большого города. И даже вой полицейских сирен вперемешку с шумом машин был лучше, чем чертова тишина. Она, казалось, преследовала Драко по пятам с самого дня заключения перемирия: давила на плечи в Мэноре, впивалась в кожу на любых светских мероприятиях, до зуда в затылке доставала на собраниях Нового министерства магии. В каждом из мест наступала затянувшаяся пауза гробовой тишины, от которой по позвоночнику семенила стая ледяных мурашек. Это чувство стало его незаменимым спутником. Молчаливым компаньоном. И Драко почти смирился с этим новым порядком. С новым Драко Малфоем, который погряз в бумажках отдела магического правопорядка, появлялся в особняке раз в несколько месяцев и больше не провоцировал потоки сплетен и шепотков в любом из помещений. И это тоже было сносной ценой за свободу от титулов и ярлыков. От бесконечной гонки за чужими целями. От необходимости казаться кем-то совершенно незнакомым. Негромкий стук в дверь заставил выпрямить спину и откинуться на спинку стула. — Входите! Жизнь была… сносной. Драко так часто повторял это слово, что окончательно утратил его смысл. Может, и к лучшему. — Мерлин, ну и дыра! — в дверном проеме появилась отросшая прическа Блейза. — Каждый раз добираюсь до твоего кабинета дольше, чем до работы в принципе. Никак не могу принять, что ты ютишься в комнатке размером со спальню эльфа, пока в твоем просторном кабинете непроглядно тупит Дин-чертов-Томас. Забини прикрыл за собой дверь, и комната будто сузилась еще больше вокруг широких плеч в неизменной мантии штатного зельевара Министерства. В отличие от друга, мулат вцепился в любимую должность хваткой боевого питбуля. Да и Кингсли почти не возражал, даже назначил ему нескольких подчиненных. — И ты притащился в такую даль, чтобы поглумиться? Пугающая целеустремленность. — Драко поджал губы, сдерживая сдавленный выдох. Они все еще были друзьями, наверное. Драко не мог отчетливо вспомнить последний раз за прошедший год, когда они с Блейзом встречались вне работы. Или с кем-либо еще. Сложно было объяснять кому-то, что трехметровая каморка на втором уровне Министерства магии была одним из немногих мест, не вызывающих у Драко Малфоя приступов беспричинной тревоги. Да и не было больше никакого Драко Малфоя. Была его копия. Или копия его копии. Или… он и сам сбился со счета. — Обижаешь. Я по важному делу, — Блейз замялся, переступая с носка на пятку. — То расследование кражи древних артефактов… Не смотри так, я краем уха слышал разговор стажеров из твоего отдела на последнем заседании Министерства. Точнее, легче перечислить тех, кто не слышал. Ты бы понял, о чем я, если бы соизволил явиться хотя бы на одно из них. — Забини замолчал, и комната погрузилась в тишину. Драко несколько раз сжал пальцы на собственных плечах. Конечно же, новички подчиненные все еще не научились держать языки за зубами. Это раздражало, но не больше, чем задумчивый взгляд Блейза через стол. — Если ты пришел пожаловаться на мой отдел, то кабинет ответственного министра двадцатью кабинетами раньше, — Драко разжал ладони, складывая их в замок на столе перед собой. — Иногда мне хочется думать, что я просто отвык и ты не всегда вел себя как последний подонок, Малфой, — Блейз покачал головой. — Но потом вспоминаю, что ты всегда таким был. И до… войны. — Я открыт к диалогу только, если разговор не касается моих поганых манер. С этой темой обратись в Мэнор. Мать будет очень рада обсудить это с кем-то еще, кроме домовиков. Да с кем угодно, если честно. — Драко пытался не смотреть на друга, но губы все равно растянулись в предательской усмешке. Прыск мулата отразился от стен комнаты, заставляя их взгляды столкнуться. Это и вправду было смешно: Драко и сам не понимал, зачем отстранился и вел себя по-свински. Так было просто легче. Было нужно. После всего, что случилось полтора года назад и происходило снова и снова каждую ночь, когда он забывал выпить зелье сна без сновидений. Кровь, слезы, смерть и боль. До отупения острая боль, пронзающая его грудь ровно посередине. Выбивающая воздух из легких. А еще в этом списке было нелепое и такое не вписывающееся в общую картину страдания воспоминание: резкое дуновение морозного воздуха на лице. И тишина укрытого снегом кладбища. Тишина. Тишина. Оно было таким неуместным, что хотелось вытолкнуть его из памяти. Будто бы остальной боли было недостаточно. Будто бы это было чем-то чертовски важным. Возможно, и было когда-то. Для оригинала Драко Малфоя, разумеется, — того, что был полтора года назад. Сейчас от него остались разве что ледяной тон и полуулыбка. И так было… проще. — Так что с делом? Улыбка померкла, и Забини отвел взгляд. Будто и не было секундного облегчения. — Есть кое-что, что может тебя заинтересовать. — сказал он наконец, опускаясь на свободный стул и складывая руки на коленях. — Завтра вечером состоится закрытый аукцион в галерее Блэкмора на Диагон-аллее. Я не знаю, получал ли ты приглашение... — Получал, — сказал Драко. — И не пойду. Это дело не интересовало его, а скорее, действовало на нервы. За последние пять месяцев его стол ломился от отчетов о похищенных магических артефактах. Все началось с заявлений бывших Пожирателей — ничего необычного: броши, урны, фамильные драгоценности. И если сначала у министра слегка дергалась бровь от упоминания о каких-то мелких кражах, то теперь это дело выносили на еженедельный отчет перед Новым магическим парламентом: все изменилось, когда артефакты начали пропадать из защищенных музеев и даже хранилища Гринготтс. И все бы ничего, но в этих кражах не было ничего общего, словно кто-то просто делал это ради забавы или просто потому что знал, как уйти незамеченным. Это бесило: несколько недель назад отдел стоял на ушах из-за пяти заявлений о пропаже за одни сутки, а он никак не мог это остановить. Был бессильным. Драко покачал головой, дергая ящик стола резче обычного. Стеклянные бутыльки настойки звонко ударились друг об друга. Он молча откупорил один и сделал большой глоток. Драко раздумывал послать на предстоящий аукцион кого-то из рядовых: кем бы ни был воришка — действовать на глазах у толпы ценителей древних побрякушек было, по меньшей мере, глупо. Да и сама перспектива снова оказаться одним из посетителей его больше не прельщала. Пауза затягивалась. Драко сделал еще глоток, готовясь отправить Забини на все четыре. — Среди секретных лотов минимум три позиции из твоего списка. Драко поднял глаза. Если слухи о засекреченном списке всех потенциально уязвимых артефактов уже дошли даже до подвалов зельевара, дела отдела шли из рук вон плохо. — Есть человек. Один из коллекционеров не из Министерства: он выступал на утреннем заседании перед министрами и просил усилить охрану аукциона. — Блейз достал из кармана мантии лист и положил его на стол. — Если требуется какая-то помощь… Драко пробежался взглядом по списку лотов, хотя видел его еще на прошлой неделе. — Спасибо, но я предпочитаю работать один. — Он не знал, зачем сказал это, но друг будто пропустил реплику мимо ушей. — Маскарад, — как будто это меняло что-то принципиально. — Маски обязательны, как и крупная сумма за вход. Да и дресс-код чудовищный. Ты возненавидишь каждую минуту. — Убедительная реклама. И ты обязательно будешь там? — А как без этого. Стараюсь. — Забини наконец позволил себе легкую усмешку. — Если где твой воришка и мечтает оказаться, так это среди древних дорогих побрякушек. Драко посмотрел на стопку пергаментов. В этом он очень сильно сомневался, но Блейзу об этих догадках знать не стоило. Пять месяцев. Две дюжины бесследно пропавших вещей и ни одного толкового свидетеля. Если воришка, как назвал его Забини, и мечтал заполучить что-то с аукциона, то делать это в толпе было верхом безумия. Это было больше похоже на слаженный механизм группы: работа с опасными темными артефактами, некоторые из которых были запрещены к обороту ещё до войны. Кто-то работал методично. Почти идеально продумано. С въедливой, бесящей логикой, которую он никак не мог поймать за хвост — но чувствовал, что она там есть. И когда казалось, что вот-вот ухватится за оставленную ниточку, она обрывалась прямо в руках. — Спасибо, старик, — Драко поднялся со стула, подмечая успокоившуюся бурю в груди. Зелье подействовало, как всегда, незамедлительно быстро. — За идею. Я пошлю кого-то проследить. — Да не за что, — мулат еще раз осмотрелся в кабинете, а затем протянул перед собой ладонь. — Ты не пропадай, ладно? Без тебя по пятницам так тухло в баре… Нотт, как обычно, снова страдает по очередной милой мордашке, а Дафф… — он замялся, когда Драко пожал ладонь в ответ. — Увидимся в общем. — Ага. Дверь за спиной Забини захлопнулась с тихим щелчком, и Драко еще несколько минут стоял в тишине, глядя в неровные узоры на дереве. Слова друга звучали будто где-то в ином измерении: посиделки в баре казались чем-то нереальным, как и обычная жизнь. Словно Драко от нее отделяла гигантская стеклянная стена, из-за которой не доносилось ни звука. Драко еще раз осмотрел список лотов: ничего примечательного — очередная рухлядь вроде ржавых статуй и позолоченных побрякушек. Он фыркнул, а затем подхватил пиджак и вышел из кабинета. Вечерний Лондон пах горячим асфальтом. Бар в центре города встретил привычным шумом, который здесь, за тяжелой дубовой дверью, казался почти уютным. Он выбрал столик в самом углу, подальше от камина, поближе к запотевшему окну, через которое вечерний Лондон казался размытым акварельным наброском. Это был странный ритуал, который руководил им, а не наоборот. — Сливочное пиво, — бросил он подошедшему официанту, даже не глядя в меню. Когда перед ним поставили высокую кружку с пышной шапкой пены, Драко просто уставился на неё. Он никогда не любил этот напиток — слишком приторный, слишком детский, слишком... другой. Но сейчас жизненно необходимо было почувствовать этот запах карамели и пряного тепла. Над дверью мелодично звякнул колокольчик. Драко резко вскинул голову, и сердце в груди совершило резкий кульбит, выбивая остатки воздуха. В проеме стоял высокий мужчина в сером плаще. Незнакомец. Совершенно чужое лицо, скучающий взгляд, резкие черты. Оцепенение спало так же быстро, как и нахлынуло, оставив после себя лишь липкую горечь разочарования. Драко зажмурился на секунду, чувствуя, как реальность снова становится плоской и серой. Это было глупо. Отрезвляюще глупо было приходить сюда и ждать — он не знал, чего именно, но вязкое ощущение в груди не отпускало даже под действиями зелий. Да и черт с ним. Драко поднялся, так и не прикоснувшись к напитку, бросил на стол пару монет и вышел на улицу, даже не оглянувшись. Он пойдет на чертов аукцион. Не потому, что его волновали артефакты, а потому, что тишина в квартире сегодня будет готова задушить. Всего в нескольких шагах магазин дорогой мужской одежды блестел в лучах закатного солнца безупречно чистыми витринами. Через пятнадцать минут на прилавке уже лежал упакованный костюм: черная шерсть, идеальный крой, цена, эквивалентная годовому бюджету небольшого отдела Министерства. Как раз для подобного события. Прежний Драко Малфой был бы доволен. Парень расплатился и сжал пакет в руке, когда заметил движение. В соседней витрине, отделенной от мужского зала стеной, стоял манекен в серебристом платье из струящейся ткани. Оно мерцало в свете ламп, словно сотканное из лунного света. Идеальное в своей простоте и изяществе. Глубокий вырез на спине открывал гладкий искусственный шелк, имитирующий кожу. Заколдованный манекен плавно шевельнулся, повернул голову, и тонкая рука потянулась вперед, будто приглашая коснуться. Драко почувствовал, как внутри всё заледенело. В памяти вспыхнул и тут же погас образ: поворот головы, шелест ткани, тепло живой кожи под пальцами там, где сейчас была лишь холодная пустота выреза. Карие радужки, смотрящие на него с вызовом. С обещанием и угрозой одновременно. Всего на миг безглазое лицо обрело знакомую форму. Драко сделал резкий шаг назад, едва не задев плечом дверной косяк. Манекен продолжал тянуть к нему руку, плавным, почти нечеловеческим жестом. Грудную клетку снова сдавило — так сильно, что перед глазами поплыли темные пятна. Он развернулся и почти бегом бросился прочь от застывшего на тонкой фигуре платья. Вечерний воздух Лондона снова пах асфальтом и пылью, но теперь к нему примешивался фантомный аромат морозного кладбища. Он не произносил ее имени: клялся себе вычеркнуть его из памяти. Запихнуть в самые дальние уголки сознания. Драко шел вперед, сжимая в руке пакет с новым костюмом, и старался не дышать слишком глубоко. Но оно снова и снова всплывало в голове. Не проходило и дня без того, чтобы мир не напомнил ему о существовании Гермионы Грейнджер. Ни одного сраного дня. И это бесило больше, чем необходимость держать в столе месячный запас успокоительных. Он не хотел думать о ней, правда. Не испытывал ничего, кроме усталости. Не собирался даже случайно узнавать о ее судьбе после того странного дня. Последнего дня. Драко и не знал: не слышал ни слова о ней на протяжении семнадцати месяцев — ни в Министерстве, ни за его пределами. Ни одного слова о Грейнджер. Да и Мерлин с ней. Так было лучше для всех, вот и все.

***

Галерея Блэкмора задыхалась от напускной роскоши и запаха тяжелых, чересчур терпких парфюмов. Золоченая лепнина под потолком отражала свет магических люстр, дробя его на тысячи острых осколков, которые впивались в глаза. Драко стоял у самой стены, в тени массивной колонны, стараясь слиться с бархатной портьерой. Лицо стягивала холодная серебряная маска — его сегодняшнее лицо, единственное, которое он мог себе позволить. Вокруг колыхалось море тканей: перья, шелк, фарфоровые улыбки и пустые глазницы масок. Никто не был собой, и это давило сильнее, чем июльская жара. Торги начались под мерный, усыпляющий стук молотка, но Драко почти не слушал выкрики аукциониста. Его подозрение крепло с каждой минутой: здесь, под прицелом сотен глаз, кража была бы актом отчаяния или безумия. А тот, кто уже успел похитить сотни тысяч галлеонов прямо из-под носа лучших охранных чар, явно был расчетлив. Драко скользнул за тяжелую занавесь, отделяющую блеск зала от служебных коридоров. Здесь воздух был сухим, пропитанным запахом старой бумаги и чистящих заклинаний. Ему навстречу то и дело попадались официанты и распорядители: все в одинаковых строгих костюмах и тонких, едва заметных масках, превращающих их в безликую армию теней. Даже если Забини был неправ в своих догадках, стоило проверить все тщательно. Драко огляделся по сторонам. Настоящая охота начнется там, где артефакты будут ждать отправки к новым владельцам. В тишине закулисья. — Сэр, это закрытая зона, — дорогу вглубь коридора преградили двое охранников, чьи массивные фигуры заслоняли весь узкий проход. Драко подавил вспышку раздражения, привычно нащупывая в кармане холодный металл жетона. — Министерство магии, отдел магического правопорядка, — процедил он, раскрывая удостоверение. Пока один из охранников изучал документ, проверяя магические печати, Драко поверх его плеча заметил движение в конце коридора. Из массивной двери хранилища, где под мощными чарами покоились драгоценности, вышла фигура. Темный костюм обслуги, форменная маска, но что-то привлекло его внимание. Движения были лишены той механической плавности, что у остальных: человек дернулся, нервно оглянулся вокруг и ускорил шаг, почти срываясь на бег. Сердце Драко пропустило удар. — Проходите, мистер Малфой, — охранник протянул жетон обратно, но Драко уже не слушал. Фигура скрылась за поворотом, ведущим к черному выходу. — Стоять! — он бросился следом, задевая плечом второго удивленного охранника, но Драко видел только удаляющуюся тень в конце коридора. Он вылетел из дверей черного входа, едва не сорвав петли. Ночной воздух, уже не такой раскаленный, но все еще сухой, ударил в лицо. Фигура в темном костюме замерла у кирпичной стены, тяжело дыша. Драко в два прыжка преодолел расстояние и с силой развернул человека за плечо, прижимая к камню. Палочка уперлась в горло незнакомца. — Попался, — выдохнул он, чувствуя, как адреналин наконец-то вытесняет серую муть из головы. Человек вздрогнул, и из его пальцев выпала тонкая сигарета, рассыпав искры по брусчатке. Он медленно поднял руки, стягивая маску. Это был молодой парень с испуганным лицом и покрасневшими глазами. — Сэр... я просто... этот перерыв будет записан в моей рабочей карте, клянусь, — пролепетал он, кивая на упавшую самокрутку. — Там внутри дышать нечем, а администратор будет уведомлен. Я всего-то на пару минут... Драко замер. Запах дешевого табака и пота мгновенно разрушил иллюзию погони. Перед ним стоял обычный перепуганный официант, один из сотен таких же безликих помощников на аукционе. — Ты видел кого-то еще? Кто-то выходил до тебя? — Драко почти прошипел это, не убирая палочку, хотя понимал, как жалко сейчас выглядит со стороны. — Н-нет, сэр... только я. На время торгов это строго запрещено, но я тут же вернусь обратно. Вот прямо сейчас! Драко выругался сквозь зубы и оттолкнул парня. Идиот. Параноик. Копия копии, которая окончательно потеряла связь с реальностью. Он спрятал палочку в рукав и устало сорвал мешающую маску с лица, чувствуя, как внутри снова разрастается та самая вязкая, удушливая тишина. — Стой! — от резкого выкрика парень испуганно подпрыгнул на месте и замер. — Д-да, сэр? — Есть еще? — Драко кивнул на полусмятую пачку в пальцах парня. — Конечно, — тот протянул всю пачку и молча скрылся из виду быстрее, чем Драко прикурил одну от своей палочки. Паршивый день отправится в копилочку таких же паршивых и бессмысленных воспоминаний. Драко отвернулся ото входа в душную галерею и сделал глубокую затяжку. Мешающая маска отправилась в одну из стоящих неподалеку мусорных урн, и он устало потер рукой лицо. Возможно, приходить сюда было плохой идеей, как и множество из того, что приходило Блейзу в голову. Стоило послать кого-то из первогодок или пару патрульных из подчинения, а самому наведаться в Мэнор на выходных. Он вышел из-за угла и сделал пару шагов по тротуару. Взгляд зацепился за движение на противоположной стороне улицы. Дым застыл в легких. Через дорогу, в тени раскидистого клена, стояла фигура. Строгий костюм официанта: белая рубашка и плотный жилет отливали синим. Взгляд поднялся выше — к открытому подбородку и скулам, подмечая отсутствие маски. Свет фонаря падал на лицо, выхватывая из темноты копну кудрявых каштановых волос. Казалось, он перестал дышать. Это не было галлюцинацией или сном из-за лишней порции зелья. Грейнджер стояла прямо перед ним, отделенная лишь узкой полоской мостовой. Смотрела прямо на него с полуулыбкой, которая, казалось, навечно отпечаталась в его воспоминаниях. Ладонь девушки медленно поднялась вверх, и теперь Драко отчетливо различил блеск карманных золотых часов на длинной цепи. Лот номер шестьдесят два, фамильные часы рода Блэков, который еще час назад отошел сэру Ирвину Рогби из отдела регулирования магических существ. Крышка часов открылась, поблескивая в свете фонаря. Вряд ли сэр Рогби был бы рад такому развитию событий, но Драко даже не пошевелился, замерев на месте. Это была она. Губы Драко дрогнули. Он почувствовал, как лед внутри трескается, пропуская первое за долгое время тепло. Грудь наполнилась теплым июльским воздухом с примесью аромата липы. Тишина, которая секунду назад казалась пугающей, вдруг стала спокойной. Такой, в которой больше не нужно было бороться с самим собой, чтобы просто сделать вдох. Девушка захлопнула циферблат часов и едва заметно кивнула ему, делая шаг назад. Ее фигура медленно растворялась в тенях переулка, пока не исчезла совсем. Драко несколько минут смотрел вслед, слушая, как где-то вдалеке воют сирены и шумит город, пока фонарь на противоположной стороне улицы не разгорелся ярким желтым светом, а сигарета между пальцев не осыпалась пеплом к ногам. Только тогда он отбросил ее в сторону и усмехнулся куда-то в брусчатку улицы. Все было… нормально. Драко развернулся в противоположную сторону и медленно зашагал, засунув руки в карманы. Теперь все было на своих местах.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!