Глава II

Все откровения - как чей-то приказ

      — Девчонки, а вам не грустно? — неожиданно поинтересовалась Лера. — Ощущение, что не только лето скоро закончится, но и детство.       — Мне грустно от блуждания по лесу, и Игоря Ильича жалко, — Лена пожала плечами. — Но в целом поход классный, природа здесь — отпад.       — Ага. Нам тоже нравится, да, Нют?       — Угу, — Нюта постаралась улыбнуться. Шок от страшной находки уже несколько утих, она старалась не думать об этом, а отвлекаться на мысли о хорошем, радостном ну или хотя бы приятном. — Поскорее бы прийти в лагерь. Так хочется у костра погреться…       — Песни под гитару, печеная картошка, а сначала — купаться в озере, — Лена закивала. — Кстати, Лер, ты не думай, домики цивилизованные, с туалетом, горячей водой и всеми условиями.       — Отлично, я как раз взяла с собой отличные масочки для волос и лица.       — Серьезно? Лер, и не лень тебе тащить в такую даль? — Лена рассмеялась, представив лицо Виктора Михалыча, который нашел бы упаковки с масками у Новиковой.       — Они ничего не весят, а поухаживать за собой всегда приятно, — Лера, улыбнувшись, посмотрела на девчонок и неожиданно призналась: — Лично я скучаю по группе, по репетициям.       Нюте послышался упрек в свой адрес и она виновато вздохнула.       — Лер, я…       — Да не в тебе дело, — Новикова приобняла ее за плечо. — Не парься. Просто в школе мы жили беззаботной жизнью, единственная проблема была — запреты Борзовой. И как успеть сделать уроки побыстрее, чтобы гулять пойти.       — Это да, она может быть очень строгой. Но все равно она хорошая. Правда хорошая. И добрая, и понимающая.       — Да мы ж не говорим, что плохая, Нют! Наоборот. Но это была постоянная проблема, мы огребали за все, — Лена поежилась, вспоминая те разговоры на тему ее отношений со Степновым. И тут же с радостью осознала — теперь этого не будет. Она — уже взрослая, Виктор не ее учитель, а она не его ученица.       Лера кинула на нее понимающий взгляд, но не стала комментировать. София Сергеевна шла чуть в стороне от них и можно было немного поболтать.       — Так странно, на самом деле. Вроде все отлично, школу наконец-то закончили, практически поступили, но получается, что «Ранетки» наши распались окончательно… — Нюта на самом деле тяжело переживала любые перемены в жизни, даже хорошие, ей требовалось гораздо больше времени на адаптацию. И вот стоило ей найти компанию, хороших девчонок, все снова распалось.Она осталась одна и, если честно, грядущий учебный год ее скорее пугал, чем вызывал любопытство. Новый коллектив, новые люди, как они ее примут? И примут ли вообще, детдомовскую?       — Что-то такое есть, — Лена кивнула. — Вроде и хочется радоваться новому, переменам, взрослой жизни, а как-то странно теперь. Как же без группы?       — Девчонки, это взрослая жизнь. Редко кому удается сохранить старый круг общения, интересы… Получается, из всей группы в Снегинку пойдут только Аня и Наташа?       — Погоди, а Женька? — Лена перешагнула через корни, торчавшие из земли причудливыми волнами. — Она же говорила, что ее берут.       — Нас всех берут, даже меня, — Лера улыбнулась. — Но мы же в Питер переезжаем, буду учиться там. Нюта у нас пойдет в медицинский, а ты, Лен, все-таки в спорт, да?       — Да.       — А Женьку видимо дожали родители, она на юрфак поступила. Решила, что оставит музыку как хобби.       Лена еще серьезно не думала насчет учебы, подала документы, без особой радости узнала, что поступила на бюджет, а потом все мысли переключились на семейные дела — сначала заболел дед, потом приехали родители, как всегда с острым воспитательным зудом, ну а потом Степнов организовал их всех в «выпускной поход». Точнее, поездку в Карелию.       С момента выпускного они, поглощенные собственными делами, так все вместе не собрались и не поговорили. Между собой, конечно, и созванивались, и ходили по магазинам, но так, чтобы всей группой, как в старые добрые — не получалось.       — Нют, а почему медицина?       — Мне хочется помогать людям. А что, думаешь плохой выбор?       — Да ну тебя! Я дочь врачей, — Лена шутливо дернула ее за капюшон. — Думаю вот параллельно с учебой еще на курс записаться, чтобы потом инструктором ЛФК работать.       — Девчонки, я кажется слышу шум, — Лера прислушалась и лицо ее просветлело.       — И небо стало светлее, — добавила Нюта.       — Точно, там трасса, машины шумят! — Кулемина кивнула, не веря их счастью. Пусть они не выйдут прямо к лагерю, но трасса — это тоже хорошо. Поймают попутку, отвезут Рассказова в ближайшую больницу. — Виктор Михалыч, мы, кажется, почти у дороги! Слышите шум?       Степнов, остановившись, дал Игорь возможность передохнуть и прислушался. Ветер стих, дождь тоже закончился, но лес едва слышно шумел, волновался, рассказывал что-то. Но сквозь эти звуки отчетливо слышался шум машин.       — А я ничего не слышу, — заявила Денисова. — Надо звонить спасателям.       — Здесь ничего не ловит, даже экстренные вызовы, — отозвался Игорь, поддерживаемый Степновым. Хватка у него была железная, так что он отлично мог передвигаться и за пройденные тридцать метров практически не устал.       — Перекур или идем дальше?       — Идем, — Рассказов, чувствующий вину за свою травму, решительно кивнул. Да, ему было больно, таблетки обезболивающего, которое он глотал как леденцы каждые несколько часов, помогало слабо. К тому же по ощущениям у него начала повышаться температура, и это не сулило вообще ничего хорошего.       Девчонки, так же переговариваясь, направились прямо по тропе. София Сергеевна, злая и обиженная, шла чуть поодаль, погруженная в свои мысли.       — Вить, извини, что так получилось, — Рассказов виновато глянул на друга. — Я не специально… Испортил девчонкам поход, да и тебе лишняя нагрузка.       — Еще бы ты специально, — проворчал Виктор, но скорее устало, чем зло или раздраженно. — Главное, чтобы травма оказалась не такой серьезной. Иначе Савченко меня прибьет. И будет прав.       — Не прибьет. Я же сам упал, не по твоей вине, и вообще, до свадьбы заживет.       Степнов усмехнулся.       — До чьей, стесняюсь спросить?       — Ну уж явно не до моей, ты же видишь, что с Соней творится, — Игорь Ильич поморщился. — У тебя всяко больше шансов.       — Ты думай, что говоришь!       — Не заводись. Вить, ну ты же после выпускного за Леной ушел? Ушел.       — Всю ночь гуляли по городу, потом ее утром домой на такси отвез.       — И все?       — И все. Ну и целовались… Давай не будем об этом сейчас, а?       — Почему нет? Отвыкай от мысли, что Лена — маленькая девочка, школьница. Вполне взрослая барышня уже, осознанная, я бы даже сказал.       — У нее родители приехали, — зачем-то добавил Степнов, как будто этот факт объяснял все вышесказанное.       — Только не говори, что ты боишься разговора с ее отцом, не поверю.       — Да нет, не в этом смысле. Я от своих чувств не отказываюсь. Просто все один к одному — экзамены, выпускной, поступление, потом Петр Никанорович заболел, потом родители приехали, было как-то не до романтики.       — Зря упустил шанс познакомиться с родителями. Когда они еще приедут?       — Познакомимся, — Виктор отмахнулся. — Главное, Петр Никанорович одобряет наши, э-э-э, отношения… А с остальным разберемся.       — Ты готов к тому, что у нее появятся другие знакомые, друзья там, одногруппники? У вас даже может не получится так часто видеться, как бы тебе хотелось…       — Да ну, было бы желание, время всегда найдется, — Степнов был уверен, что даже с учетом всех перемен, их с Леной чувство, взаимное, нежное и трепетное, настоящее и сильное, останется неизменным. — Вот возьму, на кафедру в ее универ устроюсь, и…       — Ты серьезно хочешь уйти из школы?       — Рассматриваю варианты. На зарплату школьного учителя, знаешь ли, сложно содержать семью. Ленке пять лет учиться… Надо думать о будущем.       — А ты серьезно настроен, молодец.       — Я столько лет этого ждал, нельзя все испортить, понимаешь?       — Понимаю, — Рассказов кивнул. За разговором они незаметно для себя прошли метров сто. Лес стал гораздо реже, шум трассы уже звучал более отчетливо. Но небольшая проблема нарисовалась в полный рост, стоило миновать обочину леса — довольно пологий подъем к проселочной дороге разделял неожиданно глубокий и размытый овраг.       — Девчонки, небольшой перекур. Отдыхайте, пейте воду, я пока осмотрюсь и подумаю, как подняться наверх.       София первой скинула на землю рюкзак и села сверху, попутно доставая телефон, надеясь поймать хоть какой-то сигнал, но ее ждало разочарование — телефон разрядился и представлял собой бесполезный кусок пластика.       — Может присядешь?       — Я лучше постою, — Рассказов прислонился спиной к дереву, держа травмированную ногу на весу.       — Точно?       — Точно.       — Ну, смотри, — Степнов убедился, что все разместились удобно и находятся в безопасности, отправился на разведку.