Глава 3: День перемещений

И вот ты сидишь в зале ожидания аэропорта. Но, кажется, ты ещё не совсем готова войти в эту прекрасную новую жизнь. Нужно кое-что написать напоследок, но… ты даже не представляешь, как начать. Написать, как есть: «Эй, мам, я собираюсь кинуть тебя, всех своих друзей и вообще всю свою прошлую жизнь, чтобы променять на монстров, чао»? Нет. Нет-нет и ещё раз нет. Она сразу решит, что ты возненавидела её настолько, что разрываешь общение. Да, ты ещё зла, но не настолько же! Но если вы сейчас свяжетесь, то всё вернётся на круги свои, и конструктивного диалога так и не случится, поэтому ты пока не звонила и не писала. Но если она сама узнает, что ты уехала, то подумает о самом-самом худшем… эта её черта и стала одной из причин вашей ссоры. Вот ты и пытаешься придумать, как написать так, чтобы ни в коем случае её не задеть. >Кому: Маме (xxx-879842): Привет, я ненадолго уеду из города, разберусь с делами. Просто чтобы ты не волновалась. Ты перечитываешь его раз за разом, но всё-таки решаешь отправить как есть. О переезде и новой работе можно будет рассказать попозже. Ответа ты не ждёшь — тем более в полночь, когда тебе скоро в самолёт. И когда тебе приходит уведомление о сообщении всего минуту спустя, ты не можешь сдержать удивления. >От: Мама (xxx-879842): Хорошо. Береги себя. Коротко и по существу, под стать тому, что написала ты. …и без привычного «люблю тебя». Но всё хорошо — ты рада и этому, ведь это значит, что на пороге этой великой авантюры у тебя не осталось никаких дел. Можно выключить телефон и убрать в сумочку. И как раз вовремя: на твой рейс объявляют посадку, а значит, пора готовиться к взлёту. В самолёте ты пытаешься выспаться. Вот уже вторую ночь подряд ты проводишь не в постели, и к моменту посадки, к которому ты и проснулась, у тебя начала болеть спина. Интересно, а у этих монстров вообще есть кровати? Господи. Хочется надеяться, что есть, но едва ли можно сказать наверняка. Неужели они эти два дня спали под открытым небом? Да ещё и в марте? У горы Эботт не настолько южный климат, чтобы погода подходила для сна на улице. Хотелось бы, чтобы и ты, и монстры могли поспать с комфортом… Как только ты выходишь из самолёта, сразу включаешь телефон. Пока ты летела, тебе пришло два сообщения от доктора Альфис — в первом она писала, что тебя встретит военный, а во втором попросила сообщить о своём прибытии. На него ты отвечаешь сразу же, а после ненадолго уединяешься в туалете, прежде чем получить багаж. Отражение уставшего, можно даже сказать, измотанного лица в зеркале нисколько тебя не удивляет — ты была к этому готова. Ты достаёшь из сумки, которую взяла в ручную кладь, консилер и тушь, а также принадлежности для ухода за волосами, чтобы хоть немного освежиться. Расчёсывание не то, чтобы сильно помогло — волосы всё равно выглядят неопрятными и взъерошенными. Но их всё ещё можно собрать в хвост и скрутить так, чтобы они лежали свободнее, а после закрепить результат резинкой. Вот так-то лучше! Профессионально, но и непринуждённо, под стать образу — чёрному плащу поверх белой рубашки с принтом и тёмным джинсам с чёрными кроссовками в тон. Очень хорошо подходит для профессии — идеальный компромисс между двумя крайностями: стереотипным молодым хипстером (особенно когда работа связана с ведением соцсетей) и тем, что ценят работодатели. В твоём нынешнем образе, по крайней мере, можно и в люди (монстры?..) выйти, и извиниться за то пьяное письмо… к которому ты от стыда даже не притрагивалась. Хочется верить, что про него никто не вспомнит, и ты тоже сможешь забыть, как про страшный сон. Пока ты возилась в туалете, на ленте транспортёра остаётся только твой багаж. Забрав его, ты отправляешься на поиски человека, который должен тебя встретить. Ты быстро его находишь — солдата в полной форме, который ещё и держит табличку с твоим именем, трудно не заметить. Это всё так… официально. Ты подходишь и указываешь на табличку. — Э-эм, прошу прощения… Это я, это ведь вы должны меня забрать? Он очень серьёзно смотрит на тебя и протягивает руку. — Документы, пожалуйста. На мгновение ты пугаешься, но сразу подчиняешься. Конечно, им нужно подтвердить твою личность — ты ведь собираешься в зону повышенной безопасности, где полно монстров. Следом солдат откладывает табличку, достаёт листок бумаги и, не торопясь, сверяет паспорт с ним, а после пристально смотрит на фото, сравнивая с твоим лицом. Он возвращает тебе документы лишь спустя пару минут. — Следуйте за мной, — кивает он. Он ведёт тебя к мощному джипу в камуфляжной раскраске, не говоря ни слова. Он молчит, когда ты укладываешь багаж на заднее сиденье и пристёгиваешь ремни, и продолжает молчать, когда машина трогается с места. Пора бы уже нарушить эту тишину. — Это… это всё так необычно, да? Тот неопределённо хмыкает. — Как думаете, с чем это можно сравнить? — …это большие перемены, да. — Хе-хе, го-о-о-о-осподи, я видела, как королю пришлось пригнуться в одном из интервью. Бедняга. Ему, наверное, было так неловко… В ответ ты слышишь неразборчивое ворчание. — Хотя монстры кажутся довольно милыми. — … — Как вас зовут, кстати? И вновь тишина в ответ. …хорошо. Ты поняла намёк. Человек не хочет общаться, надо это уважать. Но вообще ты молчать уже устала. Последние сутки ты только и занималась организацией переезда и переписывалась по делам. И теперь ужас как не хватает просто пообщаться с кем-нибудь ни о чём. Но всё в норме, можно ещё чуть-чуть подождать. Но тебе надо спросить ещё кое-что: — Сколько ещё до горы Эботт? — Два часа. О, чудесно. …даже через полчаса мистер Ворчун не собрался включить радио, чтобы разбавить неловкое молчание. В этот момент ты окончательно сдаёшься, и надеваешь наушники, чтобы включить свою музыку с телефона. В основном поездка скучна. Водитель предпочитает городам сельскую местность, где полно ещё не засеянных полей, пастбищ, где гуляют коровы… изредка появляются и деревья, что начинают образовывать лес. Чем дольше вы едете, тем гуще он становится, пока наконец не скрывает всё остальное. Теперь он кажется почти непроходимым, диким и густым. Верхушки деревьев, наполовину покрытых мхом, устремляются прямо в серое небо, а туман над ними ещё больше рассеивает и без того скудный дневной свет. Именно такую обстановку и ожидаешь увидеть в сказке про монстров. Вот только они больше не являются фантазией. …ты вот-вот встретишься с теми, о чьём существовании в реальности даже не догадывалась до позавчерашнего дня. Раньше они не покидали пределы твоего воображения или фильмов, что ты смотрела на экране. И более того — ты будешь на них работать!.. Быстрый щипок подтверждает, что нет, это всё ещё не сон. Это реальность. Это происходит на самом деле… …Или, по крайней мере, произойдёт. Прошло почти два часа, но вы всё ещё в пути. Ты бросаешь взгляд на своего угрюмого сопровождающего, который выглядит таким же нейтрально-недовольным, как и в начале пути. Чем же он так недоволен? Может, работает сверхурочно? Или ему не нравятся монстры? Почему? Они дали ему повод или это его личные предрассудки? Или ему не нравишься конкретно ты? Размышления не помогают, но теперь, раз уж ты дала мыслям ход, они продолжают всплывать в твоём сознании. Ты смотришь на часы и сопротивляешься искушению спросить, доехали ли вы наконец. Музыка больше не может тебя отвлечь, поэтому ты закрываешь музыкальное приложение на телефоне. И чем заняться теперь? У тебя есть мысль. Ты не уверена, что готова, но, опять же… возможно, ты никогда не будешь. Собравшись с духом, ты открываешь приложение «Почта» и нажимаешь на кнопку «Отправленные». Письмо лежит там, и… ох бля. Одна тема внушает тебе глубокие опасения. Ты вздрагиваешь, когда открываешь само письмо, и одного взгляда хватает, чтобы понять, насколько много херни ты там наворотила. Насколько же ты была пьяна?! Ты читаешь письмо по диагонали, просто чтобы поскорее с этим покончить. О нет, нет, нет. Ты действительно использовала это слово в письме, предназначенном для десятилетнего РЕБЁНКА? Пиздан… И это письмо ещё и королю переслали?! О господи. Не поздно ли ещё повернуть назад? Ты закрываешь приложение и убираешь телефон. Это чудо, что тебя наняли. Сраное чудо. Ты очень надеешься, что никто об этом не заикнётся. Успокойся. Не думай об этом. Притворись, что этого не было. Сделай глубокий вдох, ты справишься, всё в порядке, ты спокойна. Пиздец. Нет, ты спокойна. Очень спокойна. Сосредоточься на чём-нибудь другом. На пейзаже за окном, например. Но из окна видно, что лес становится ещё гуще, да настолько, что кажется мрачным и зловещим. Весна только началась, и деревья едва начали покрываться листвой. Почти голые ветви выглядят острыми на фоне свинцового, затянутого облаками неба. Даже погода угнетает твой настрой. …помнишь, тебя озадачил вопрос, где спят монстры, и хотела верить, что у них есть кров? Сейчас он снова стал актуален, как никогда. В такую погоду спать на улице совсем не хочется. Джип слегка раскачивается, когда Ворчун проезжает поворот, а затем ещё один. Уклоны становятся всё круче. Сквозь просвет в лесу, где дорога петляет между деревьями, ты вдруг замечаешь вершину горы Эботт, которую невозможно не узнать после того, как ты столько раз видела её в новостях последние два дня. От этого зрелища тебя охватывает тревожное чувство, и ты ёрзаешь на сиденье. Почему гора стала казаться тебе зловещей?.. Нет, не из-за того, что ты так поспешила, и не из-за предвкушения перед встречей с этими невероятными существами… это играет не последнюю роль, но дело не только в этом. Это словно… словно давление, которое утяжеляет тело изнутри, вдавливая в самое кресло… Но у тебя нет времени, чтобы попытаться с ним справиться. Джип делает ещё один поворот, и внезапно ты оказываешься в окружении военной техники и состава солдат, репортёров со съёмочными группами и фургонами, людей, которые в привычном для них неистовстве пытаются навести порядок, но на самом деле лишь усугубляют хаос. А в отдалении от них… Монстры.