Глава 21. Святой источник

      Мийфа, Тайрон и Доляк следовали за Роххом. Шаман вывел их из деревни и повёл в рощу. Всё время он не оглядывался, чтобы убедиться, что спутники поспевают за ним. Впрочем, он шёл неспешно, поэтому нужды догонять его не было. Весь путь они молчали. Тайрон постоянно прислушивался к лесным звукам. Мало ли что могло случиться. Мийфа не отпускала сумку, где лежали гримуар, две части летописи и камень — Слеза Дары. Интуиция подсказывала ей, что ни в коем случае нельзя терять столь важные вещи. Что думал Доляк, оставалось неизвестным.       Спустя время Тайрон решил задать вопрос, не дававший ему покоя с тех пор, как они пришли в Клыкан.       — Рохх, скажи, что происходит в Клыкане? Тьюлина рассказала, что на вас обрушиваются несчастья. И ты говорил, что в видении будущего видел ужасного монстра. Мне не даёт покоя, что это всё связано. Ты ведь не просто так согласился отдать нам часть летописи. Ты веришь, что мы поможем деревне. И сейчас ведёшь нас к Священному источнику, верно?       — Долго объяснять. Лучше будет, если вы сами всё увидите, — ответил шаман, продолжая идти.       Тайрон помрачнел. Чутьё подсказывало ему, что впереди их не ждёт ничего хорошего. И тон шамана предвещал беду.       Какое-то время они ещё прошли в молчании.       Показалось, или воздух потяжелел? Небо начали закрывать тучи.       — Про какой Святой источник шла речь? — нарушил молчание Доляк.       — Это волшебное озеро с чистой водой, что способна исцелять. По легенде, когда Прародительница плакала от непереносимого горя, из слёз образовалось Кристальное озеро. От него потекла река, что впала в земли Клыкана. Вода этой реки наделена магическими свойствами. Если кто-то болел или получал травму, то приходил на реку и купался в ней, после чего все недуги как рукой снимало. Также её водой мы поливаем землю, поэтому у нас всегда богатый урожай. Все знают, что река наделена магической силой Прародительницы. Поэтому мы называем её Святым источником.       Мийфа немного подумала и спросила:       — А она может снять заклятия?       Рохх повернулся к ней.       — Зачем тебе это?       — На самом деле Сайрес — человек. Когда-то он одолел дракона, но в результате некоего заклятия превратился в него же. Внешне Сайрес выглядит драконом, хотя в душе остался человеком. Он ищет способ снять заклятие. До этого мы шли в Фейритею. Ведь фэйри — очень древний народ и искусен в магии. Однако Фэйто сказала, что такое заклятие могут снять только драконы. Слушая ваш рассказ о Священном источнике, я подумала, что его вода сможет снимать чары. Такое возможно?       Шаман задумчиво погладил бороду.       — Мне известно, что волшебная вода способна даровать жизнь и исцелять, но никогда не слышал о снятии тёмных заклинаний. Можно попробовать, однако я не думаю, что что-нибудь из этого выйдет.       — Не узнаем, пока не попробуем. Спасибо вам.       Они пошли дальше. Скоро Тайрон ощутил острый запах чего-то неприятного, похожий на сырость. Откуда в лесу взяться ей? Но это было не самое худшее. К сырости добавился запах гнили. Вот тогда нутро волка забеспокоилось. Он почти всю жизнь провёл в клыканском лесу и никогда не чувствовал такой отвратительной смеси запахов. И никто другой не улавливал её. Так откуда это?       — Фух! Что за запах? — поморщилась Мийфа, зажав нос рукой. Доляк сделал то же самое. Его лицо позеленело, выдавая дурноту. Юноша выглядел так, что его сейчас вырвет всем съеденным.       Рохх сохранял спокойствие, хотя он не мог не чувствовать мерзкий запашок, который лишь усиливался.       — Так пахнет, будто что-то умерло, — гнусаво произнёс Доляк с зажатым носом.       — Поверьте, запах — не самое страшное, что вы увидите, — откликнулся Рохх.       Мийфа пыталась понять, что происходит. Рохх вёл их к третьей части летописи, а также к Святому источнику. Видимо, река и место хранения летописи находятся вместе. Но чем может так вонять? Неужели кто-то умер у целительной реки? Это противоречиво.       Смрад с каждой секундой усиливался. От него кружилась голова и к горлу подкатывала тошнота.       — Странно, я не слышу журчания реки. Что происходит, Рохх?       Шаман не ответил.       И скоро стало ясно почему.       Они вышли на берег реки. Вернее, того, что раньше было рекой. Теперь это был маленький ручеёк, который не то что не тёк, даже не журчал. Земля рядом высохла и потрескалась. Деревья и вся растительность, которых питала волшебная вода, зачахли. Вокруг не ощущалось жизни. Всё здесь умерло.       — Святой источник... высох? — Тайрон не мог поверить своим глазам. — Как это произошло?       — Я бы тоже хотел это знать, — мрачно ответил Рохх. — Месяц назад река начала уменьшаться, чего раньше никогда не случалось. А затем пришли засуха, болезнь и работорговцы. Если Святой источник исчезнет... — договаривать он не стал. Исход был очевиден.       Тайрон выглядел ошеломлённым. Прекрасный Клыкан, которым он всегда восхищался и любил, находился на грани катастрофы! Волк не мог этого допустить! Теперь он понимал, почему Рохх привёл их сюда. Шаман искал помощи. Возможно, верил, что Тайрон и его друзья спасут Клыкан от гибели.       — Святой источник не мог просто так высохнуть. Что-то этому способствовало, — рассудил Тайрон. Внутри его грызла тревога, но он старался держать разум холодным. Не время поддаваться панике. Его спокойствие помогло. Видя старшего друга собранным, Мийфа и Доляк тоже сохраняли спокойствие.       — Я тоже так думаю, — кивнул Рохх. — У меня имеется предположение, что случилось. Но... — он замолк на полуслове.       Три спутника выжидательно посмотрели на него, ожидая пояснения.       — Договаривайте, — попросила Мийфа.       Но Рохх окончить свою мысль не успел, и не потому, что не захотел.       Смрад, который все до сих пор чувствовали, усилился. Кажется, от него внутренности выворачивало наизнанку. Мийфа закрыла рот рукой, подавляя подступающую тошноту. Доляк выглядел не лучше с позеленевшим лицом. Тайрон и Рохх держались, но им тоже приходилось несладко, ведь у зверолюдей обоняние сильнее, чем у людей. Однако усилившийся мерзкий запах не был главной проблемой.       Внезапно вокруг образовался густой туман странного красного цвета. Непобедимые и шаман осмотрелись по сторонам. Красный туман был повсюду. Они не понимали, что происходит и что это за туман. Мийфа вспомнила туман из заброшенной деревни, где обитали призраки. Там туманом управлял призрак девочки, которая при жизни обладала сильным магическим даром. Но её и её бабушку несправедливо обвинили в наведении болезни и сожгли в их собственном доме. Перед смертью Агата прокляла всю деревню. Скоро все жители умерли, и деревню закрыл загадочный туман. Мийфа заподозрила, что этот туман тоже навеян чьим-то колдовством.       — Откуда этот туман? И почему он красный? — голос Доляка задрожал от страха.       — М-магия? — предположила Мийфа заплетающимся языком.       — Не похоже на магию. Это нечто другое, — не согласился Рохх.       Смрад стал невероятно удушающим. У Доляка аж глаза заслезились. Он зажимал нос и рот руками, будто это могло помочь против смертоносного запаха.       Вдруг он услышал звук чьего-то дыхания. Кто-то громко и протяжно дышал ему в спину и затылок. Тело словно заморозило. Доляк боялся повернуться и посмотреть назад.       — Ребята, скажите, что мне это только кажется, — попросил Доляк. У него уже поджилки тряслись от страха.       Остальные посмотрели на него, потом подняли глаза... И застыли. Доляк видел, как лицо Мийфы приобрело белый цвет. У всех троих глаза широко распахнулись. Что они такое увидели? Судя по их выражениям, ничего хорошего.       И тогда Доляк осознал, кто стоял за его спиной.       Мийфа, Тайрон и Рохх видели сзади Доляка огромную массу гнилой плоти. Оно шевелилось, двигало отростками, похожими на щупальца, и дышало. Несколько пар мутных чёрных глаз уставились на них. Пасть, полная острых, как пики, зубов, растянулась в усмешке, когда существо посмотрело прямо на них. Рохх испуганно заблеял и отступил на шаг назад. Тайрон и Мийфа хоть и выглядели ошеломлёнными, но отступать не спешили.       — Приве-ет, — насмешливо протянул лавкрафт.       Тут Тайрон заметил шевеление позади застывшего Доляка.       — Беги! — рявкнул волк и сам напал на лавкрафта. Тот пытался схватить напуганного волшебника, но Тайрон успел раньше, поймав толстое щупальце и пронзив когтями. Монстр зарычал и замахал щупальцами, силясь сбросить зверочеловека. Доляк, спасаясь от мерзкой хватки, споткнулся и свалился на землю.       Только Мийфа приготовилась пустить заклинание в лавкрафта, чтобы помочь Тайрону, как вдруг почувствовала хватку на лодыжке. Что-то склизкое, холодное, мерзкое обвилось вокруг её ноги. Мийфа задрыгала ногой, пытаясь вырваться из хватки, но ещё несколько таких же щупалец обвили её вторую ногу и руки и резко подняли в воздух. Гримуар, что она держала, упал на землю. Скосив глаза, Мийфа с ужасом осознала, что её поймал другой лавкрафт. Тот был немного меньше первого, и его плоть имела зеленовато-жёлтый цвет. Он так же поймал Рохха, который испуганно блеял и сучил козлиными ногами.       — Я поймала девчонку, Рейзет! — радостно сообщил лавкрафт, поймавший Мийфу и Рохха. Голос у него был более высоким и визжащим. Волшебница поняла, что это женщина. Выходит, кроме Королевы, есть другие женщины-монстры.       Тайрон, увидев друзей в плену, ринулся на лавкрафта-женщину, но монстр по имени Рейзет точно так же поймал его щупальцами за конечности. Волк, яростно рыча, сопротивлялся, но лавкрафт швырнул его на землю и придавил тяжёлой лапой. Тайрон чуть не задохнулся от удушающего смрада, исходящего из мерзкой туши. Рейзет довольно оскалился и повернулся к напарнице.       — Хорошо сработано, Нарти, — пророкотал он. Показалось, или в его голосе мелькнули нотки нежности? — Нужно отнести их повелительнице.       — Девчонку отдадим ей, а с этими тремя что делать? — поинтересовалась Нарти.       — Придумаем. Говорят, зверолюди более сильные и выносливые, чем простые людишки. Я предвкушаю долгое веселье, кха-ха! — засмеялся Рейзет.       Мийфа видела, куда упал гримуар. Не дотянуться — слишком далеко. Да ещё омерзительные щупальца крепко держали её. Однако волшебница заметила Доляка, тихонько ползущего к гримуару. Магия Мудрости Дары вполне способна нанести вред лавкрафтам, но сначала стоило до неё достать, что Доляк и пытался сделать. Нужно отвлечь внимание монстров.       — Прежде чем вы отведёте нас к Королеве, пожалуйста, ответьте на мои вопросы! — потребовала Мийфа.       Лавкрафты, прекратив смеяться, удивлённо уставились на неё.       — На какие ещё вопросы?! — противным визгливым голосом спросила Нарти.       — Раз уж нам не жить, то хотелось бы перед смертью узнать ответы. Вам жалко? — стояла на своём Мийфа, скрывая страх. Краем зрения она поглядывала на Доляка. Тот, поняв её замысел, тихонько подползал к гримуару. Пусть монстры этого не заметят!       — Хм, а это интересно, — хмыкнул Рейзет, прижимая к земле притихшего Тайрона. — Впервые встречаю жертву, которая вместо ужаса и мольбы о пощаде вопросы задаёт.       — Рейзет, ты что, заинтересовался этой девчонкой?! Да я в десять раз красивее, чем она! — взвилась Нарти. Её щупальца с такой силой сжали, что Мийфа вскрикнула от боли. Тайрон вновь дёрнулся, но лавкрафт крепко прижимал его к земле.       — Успокойся, я ни в коем случае не заинтересован в других женщинах, кроме тебя. Мне просто интересно, что жертва собирается у нас спросить, — ответил Рейзет.       Нарти расслабилась, даже улыбнулась. Будь у неё человеческое лицо, можно было бы увидеть её смущение и радость. Мийфа поняла, что эти двое монстров являются любовной парой. Это поражало и сбивало с толку. Лавкрафты заботились только о самих себе, относясь жестоко даже к своим сородичам. А эта парочка отличалась от тех, кого Непобедимые уже встречали.       — Ответьте на три вопроса, и можете отвести меня к Королеве. Я не стану сопротивляться, — продолжала стоять на своём Мийфа.       Рейзет помолчал немного, обдумывая предложение, затем сделал жест, что изображал кивок.       — Так и быть, ответим на три вопроса, а потом пойдём в наше логово. Спрашивай.       Мийфа вновь коротко взглянула на Доляка. Он продолжал тихонько ползти к гримуару, и лавкрафты не замечали этого. Пока всё шло хорошо. Волшебница глубоко вдохнула, несмотря на удушающий смрад, и задала первый вопрос:       — Это вы иссушили Святой источник?       — Да. Нам довелось услышать легенду о чудесной реке с исцеляющей силой. Мы попробовали её воду и обрели невероятную силу. О, это незабываемое чувство! Я никогда не чувствовал себя так прекрасно, как в тот момент! Сила и уверенность, что смогу сокрушить горы! Но этого было мало, поэтому мы пили ещё и ещё. И сила в нас росла. Кто бы мог подумать, что магия Дары способна даровать такую мощь, — рассказал Рейзет, самодовольно ухмыляясь.       — Это святотатство! Вы испили из Святого источника без необходимости! — возмутился Рохх. В ответ Нарти с силой тряхнула им, как тряпичной куклой, отчего шаман заблеял.       — Молчать! Будем ещё спрашивать мнение у старого козла!       — Испив воду из Священного источника, вы обрели силу, чтобы превзойти других лавкрафтов. Это потому, что вы не так сильны, как другие монстры, — сухо заключила Мийфа, сохраняя удивительное спокойствие.       — Ты слишком спокойна для той, кого ждёт смерть, — заметил Рейзет.       — Я выросла в приюте. Там полно жестокости. Один неосторожный шаг — и дорого поплатишься. Поэтому в опасный момент я сдерживаю эмоции, чтобы держать разум холодным. Привычка, — ответила Мийфа.       Лавкрафты оказались поражены её ответом.       — Это очень похоже на повелительницу. Она всегда держит эмоции под контролем. Любые действия, даже самые жестокие, она предпринимает после обдумывания, — молвил Рейзет и о чём-то задумался.       — Вернёмся к вопросам. Кроме вас, есть ещё лавкрафты?       — Нет. Мы всегда работаем вдвоём. Другим нет доверия.       Мийфа снова взглянула на Доляка. Он уже тянул руку к Мудрости Дары. Ещё чуть-чуть — и пальцы коснутся обложки.       — Хорошо. И последний вопрос: зачем я нужна Королеве?       Рейзет уже собрался ответить, как наконец заметил, что делал Доляк.       — Эй, что ты делаешь?!       Но было поздно. Доляк схватил гримуар. Пальцы сжали корешок с такой силой, что костяшки побелели. Стоило мерзким щупальцам схватить юношу за ноги и потащить назад, как Доляк, изловчившись, кинул гримуар Мийфе.       Но до того, как книга долетела, Нарти поймала её одним своим отростком.       — Я заберу это.       — Нет! Отдай! — Мийфа задёргалась в хватке щупалец, силясь освободить хоть одну руку и поймать гримуар.       — С чего мне это делать? Тебе она больше не понадобится, — насмешливо отозвалась Нарти, щеря пасть. — Повелительница будет крайне довольна, когда получит тебя и книжку.       Внезапно Мийфа прекратила сопротивление. Лавкрафты уже решили, что она сдалась, но волшебница подняла на них ледяной взгляд, полный гнева и презрения. В воздухе что-то замерцало и затрещало. Тайрон почувствовал густую, удушающую атмосферу, какая бывает во время грозы. Когда Мийфа заговорила, её голос обрёл ледяные ноты.       — Я сказала: верни мой гримуар!       Доляк и Тайрон поняли, что Мийфа в ярости. В такой, какой они раньше не видели.       Но лавкрафты не понимали этого. Они засмеялись над словами девушки.       — Гляди, какая смелая! И что ты нам сделаешь, если не верну книжку? — глумилась Нарти.       И это стало большой ошибкой.       — А вот что! — ответила Мийфа, и из её пальцев вырвалась искра. Через секунду она превратилась в трещащее пламя и ударила в мерзкую тушу. По всему телу лавкрафта пронеслась энергия, какую приносит гроза. В следующее мгновение Нарти ударила мощная энергия, вызвав невероятную боль. Лавкрафт завопила и забилась в агонии; от мерзкой туши запахло палёным и гнилым, вызвав тошноту. Хватка щупалец ослабла, и пленники смогли освободиться. Мудрость Дары выскользнула и полетела вниз, но Мийфа поймала её. Нарти упала на землю, вопя и мучаясь в агонии.       — Нарти! — Рейзет, забыв обо всём, отпустил пленников и кинулся к своей половинке. Он нежно обнял бьющееся тело Нарти, прижал к себе и ласково погладил щупальцами, шепча успокаивающие слова. Видя это, Мийфа внезапно ощутила укол жалости.       «Они действительно любят друг друга. Хоть они монстры, но некоторые из них способны испытывать искренние чувства. Неужели даже лавкрафтам известно о любви?»       Из размышлений Мийфу выдернул Тайрон, схвативший её за руку.       — Бежим! — крикнул он остальным. Дважды повторять не пришлось. Доляк побежал прочь, Мийфа последовала за ним, прижимая к груди гримуар. Тайрон, придерживая ослабшего Рохха, поспешил за друзьями. Шаман с горечью посмотрел на иссохший Святой источник. Тайрон уловил его отчаяние.       — Не переживайте. Мы придумаем, как всё исправить, — заверил он.       — Верю.       Рейзет заметил побег и впал в ещё большую ярость. Особенно он злился на магичку с книгой за то, что она посмела ударить его вторую половинку молнией. Вот дрянь! Гневно рыча, Рейзет повернулся в сторону убегающих и прокричал им вслед:       — Не прощу! Я найду вас и уничтожу! Особенно тебя, маленькая магичка! Я разорву тебя на части!       Мийфа слышала его слова, и табун мурашек пробежал по спине. Без сомнений, лавкрафт исполнит свою угрозу. И это заставило сердце тревожно биться в груди. Или это из-за бега? Всё, что Мийфа хотела больше всего, — это вернуться в безопасное место и прижаться к Дрену. Почувствовать его заботу и защиту. Только бы спастись.