Часть 14

      Том отчаянно пытался сосредоточиться на строчках лежащего перед ним учебника по чарам. Вдох, и он закрывает глаза, представляя ровную морскую гладь. Мысли, роящиеся в голове, пытаются заглушить умиротворяющий рокот воображаемых волн, бьющихся о прибрежные скалы. Выдох и Том возвращается в реальность, чувствуя на себе чужой взгляд. Эдмунд Мальсибер - напыщенный ублюдок, необоснованно верующий в свою исключительность. Есть дети, которые наступают на руки упавшим друзьям, и ради забавы поджигают хвосты котам, он был одним из них. Бессмысленная, тупая жестокость – черта, которую Том презирал не меньше, чем слабость.       В целом, Реддл осознавал, что в нём достаточно хладнокровия для любого из существующих видов насилия. Но оно никогда не будет бесцельным, или беспочвенным. Наказать, или запугать – вот два основных мотива, чтобы причинять боль. Всё остальное – нерациональное расходование сил, свойственное тупицам, показывающим каждому любопытному, что их цена – иллюзия безнаказанности, за которую они пойдут на многое, за любым, кто её предложит. На Мальсибера приступы жестокости находили спонтанно, и он не любил оставлять их неудовлетворёнными. Более того, его по детски раздражала одарённость безродного ублюдка, на контрасте с которым, он - наследник великого рода, проигрывал с завидной регулярностью.       - Реддл, вот смотрю на тебя и думаю, как такой уродец вообще выжил? Тебя же следовало ещё в младенчестве утопить в ближайшем колодце, чтобы зря не портил людям настроение своей кривой физиономией. А нет, смотрите на него, ещё строит из себя не пойми кого. - По мере того, как Эдмунд говорил, шум, перманентно заполняющий гостиную, затихал. Кто-то готовился смотреть представление, кто-то с напряжением наблюдал за развитием событий, дабы вмешаться по мере необходимости. Тем временем, Мальсибер встал со своего кресла, и со всей возможной для второкурсника вальяжностью, подошёл к Тому, с наглой ухмылкой, выхватывая лежащую перед ним книгу. - Зря стараешься ущербный, сколько учебники не заучивай, такая грязь как ты, после школы, сможет только вернуться обратно в мир маглов. Здесь, подобных тебе не ждут, здесь, таких как ты презирают… Ты позоришь наш факультет одним своим существованием, и то, что тебя здесь терпят, можешь считать актом милосердия к сирым и убогим. – Чем ближе был конец этой отвратительной тирады, тем больше взгляд коньячных глаз выражал лихорадочное омерзение, похожее на то, которое человек испытывает, глядя на сбитое животное, лежащее на обочине.       Всё время пока мальчик говорил, Том смотрел на него абсолютно безразлично, как мёртвая рыба, лежащая на рыночном прилавке. Но как только затихло последнее слово, губы Реддла расплылись в наглой, дерзкой, вызывающей улыбке.       - Эдмунд, право слово, какая экспрессия, какие обороты, какой стиль! Я бы, на твоём месте, поработал над мимикой, но в целом, для уровня провинциального театра, весьма неплохое выступление. Думаю, с трудом, но на эпизодическую роль желчного трактирщика тебя бы взяли, хотя бы за твою рафинированную породистую мордашку. Такие милые мальчики часто приходятся по вкусы старым, жирным режиссёрам, ищущим «юные таланты», поверь, мне часто приходилось такое наблюдать, и в те моменты, я был безмерно счастлив, что лицом не вышел. Только я так и не понял, что это было? Знаешь, как маглы шутят? «Сударь, я так долго за вами гнался, чтобы сказать, как вы мне безразличны…» Признайся, душка, тебя потянуло на экзотику, а твой пассаж это такой странный способ ухаживать? Так смею тебя огорчить, даже с учётом моего «уродства», на котором ты так болезненно зациклен, вынужден тебе сообщить, меня отнюдь не впечатляют инфантильные идиоты склонные к высокопарным, лишённым смысла сотрясаниям воздуха. Ты мерзок и жалок, и если кому-то из нас двоих и придётся искать место за пределами волшебного мира, ввиду своей бесполезности, то боюсь, это буду не я. – Театральный вздох Тома заглушили редкими смешками притихших зрителей. Младшие курсы были позабавлены неудачной попыткой одноклассника самоутвердиться, змеи постарше, готовы были в любой момент осадить не пойми с чего взбесившегося малолетнего выскочку, но давали шанс тихому ребёнку защититься самостоятельно, что тот, собственно, и сделал.       - Ах ты мерзкое отребье, я научу тебя уважать чистоту крови! – Мальсибер кинулся вперёд взбешённой гиеной, повалив, не ожидавшего нападения, Тома на пол, вместе со стулом. Но мальчик не мог предположить, что уже через несколько секунд, сам будет прижат к полу неожиданно сильными руками, с каждым мгновением всё больше сдавливающими трахею.       - А теперь, послушай меня внимательно, фиаско генетической лотереи. Я совершенно не собирался марать руки об такую падаль как ты, но раз ваша светлость настаивает на физическом контакте, подарю тебе это сомнительное удовольствие, и повторю ещё раз – пальцы Тома чуть сильнее сжались на чужой шее – держись от меня подальше, иначе, я лишу тебя сна, спокойствия, рассудка, и желания жить. Дементоры, покажутся тебе благословением, если ты снова решишь поверить в себя настолько, чтобы заговорить со мной в подобном тоне. Обещаю, я даже не убью тебя, я превращу твоё существование в Ад на земле. – С этими словами, Реддл резко отпустил уже начинавшего бледнеть мальчика, и одним грациозным движением стал на ноги, брезгливо обтирая ладони об свою чёрную поношенную рубашку, словно только что держал в руках флоббер-червя. Именно в этот момент в полной тишине раздался скрип, а в дверном проёме появился Поттер и Снейп, мокрые и запыхавшиеся.       - И что здесь происходит? – Гарри с недоумением осматривал открывшуюся картину, особенно фокусируясь на судорожно хватающем воздух Мальсибере, привалившемся спиной к ножке стола, и одновременно растирающим шею.       - Да вот, мистер Реддл решил развлечь нас преднамеренным убийством, вместо сказки на ночь. – Всеобщее внимание переключилось на Люциуса, вальяжно развалившегося на диване, и до этого момента хранившего молчание.       - Малфой, уймись! Придурок сам напросился, и напал первым. Все действия Тома со скрипом и скрежетом, но всё-таки входят в рамки самообороны. – Кьяра Забини уже встала со своего кресла, возле камина, и грозно осматривала присутствующих с высоты своего немаленького роста.       - Да мой отец в порошок сотрёт этого убогого! Пакуй чемоданы, Реддл, твой приют тебя заждался! – К Мальсиберу, как к человеку, только что чуть не познакомившемуся с праотцами, слишком быстро вернулась способность угрожать.       - Твой отец от тебя откажется, если узнает, кого его сын выбирает в противники, и что ещё более позорно, кому проигрывает. – Макнейр, решивший наконец применить авторитет старосты, отвесил смачный подзатыльник непуганому идиоту, который уже год выводил его из себя дурацкими выходками, и кажется, не собирался прекращать. – А теперь быстро разошлись по комнатам, выступление окончено, всем спать! Все присутствующие потихоньку потянулись вон из гостиной, с энтузиазмом обсуждая произошедшее. Малфой и Беллатриса попытались задержаться, дабы совместно рассказать Поттеру о случившемся, но были настойчиво распиханы по комнатам неумолимой Забини, пока сам Поттер на пару со Снейпом, резвой рысцой подскочили к Макнейру.       - Берт, ради Мерлина, отпусти нас с Реддлом в библиотеку. До отбоя ещё минут сорок, мы успеем. Очень важное дело. – Поттер смотрел на старосту как самый нечастный побитый щенок, выпрашивающий еду у прохожих. Конечно, он понимал, что здесь произошло что-то явно требующее объяснений, но его миссия была объективно важнее любых мелких конфликтов на факультете.       - Моргана всемогущая, мелкий, неужели ты думаешь, что я на это поведусь? Я же не твоя престарелая тётушка, честное слово. – Не смотря на свой скептицизм, парень с трудом сдерживал улыбку, может Гарри его и не разжалобил, и уж точно не убедил, но определённо повеселил, а это было самое то, после только что произошедшей отвратительной сцены.       - Он тоже не моя престарелая тётушка, но на него же действует. – Поттер с хитрой улыбкой кивнул на традиционно стоящего статуей Снейпа, недовольно сморщившего нос, после упоминания своей сиятельной персоны в разговоре. – Так, что, отпустишь? Я обещал Тому, что помогу ему с подбором литературы для дополнительных занятий по зельям, а Северус, вообще незаменим в этом вопросе.       - Ох, вот сейчас сниму лапшу с ушей и отпущу. Знаешь, Поттер, там, где ты учился, я преподавал… Поэтому, ещё раз попытаешься так откровенно фальшивить в попытках казаться честным, буду ходатайствовать про твоё исключения с факультета, а то как-то плохонько у тебя получается врать, как для слизеринца. – По явной иронии в голосе, было понятно, что Макнейр уже просто развлекается.       - Я сегодня просто не ужинал. А ты попробуй на голодный желудок прилично импровизировать. Ну Берт, честное слово, очень надо! – Насупленный Поттер правда напоминал недовольного кота.       - Ладно, идите. Ели надумаете прибить парочку грифов, хорошо спрячьте тела, чтобы проблем не возникало. И чтоб до отбоя в гостиной были, иначе я сам вас где-нибудь в лесочке спрячу так, что с собаками не найдут.       Повторять дважды не пришлось, уже через минуту Поттер и Снейп, под руки выволокли, ничего не понимающего Тома из гостиной.