Маленький город

Итон проснулся ближе к вечеру, когда солнце почти спряталось за горизонт. Его разбудил запах жжёного сахара. Открыв глаза, он увидел на кухне Джессику и расплылся в улыбке. Женщина, сверяясь с рецептом в ноутбуке, готовила что-то сладкое. «С ума сойти, — подумал Итон, — она умеет готовить?!». Но горелым пахло всё сильнее и Итон понял, что выводы об умениях делать рано. Тихо встав, он прошёл к кухне. Джессика обернулась. — Я всё потом уберу. За то, что он увидел перед собой, он готов был продать душу. Джессика, в своём традиционно-черном наряде по локти была измазана в тесте, волосы были подобраны в смешной пучок с фонтанчиком прямо на макушке, а на щеках виднелись следы муки и песчинки сахара. Стараясь сдержать себя в руках, а не броситься её обнимать, Итон кашлянул и подошёл ближе. — Призрак все-таки решил протестить блендер? Джессика взглянула на него и улыбнулась. Легонько, только чуть приподнялся уголок губ, а Итону от нахлынувших эмоций свело живот. — Блендер сдался без боя. Я куплю тебе новый. Итон махнул рукой, говорить вообще не получалось. Хотелось убрать с её лица муку и поцеловать. — Я хотела повторить яблочный пирог Клео, это… Выглядело довольно просто. Итон закивал, продолжая любоваться женщиной. Она раскрывалась, как бабочка, аккуратно, с опаской, вылезая из своего кокона. — Но оказалось, что… — Джессика опустила руки и вздохнула, — пирог — это не моё совсем. Итон протянул руку к её ладони, но она повертела пальцами, показывая, что вся в тесте, и отвернулась к раковине. — Не знаю, мне хочется попробовать, — сказал Итон, — судя по запаху, это точно сладко и, кажется, уже пора доставать из духовки. Он сделал это сам пока Джессика мыла руки и убирала муку со стола. Пирог подгорел снаружи, а внутри тесто было сырым и таким сладким, что сводило челюсть. Джессика пробовать не стала. Обжигаясь жидким липучим тестом, Итон старался сделать вид, что всё вкусно, но Джессика, глядя на него в упор тихо сказала: — Скажешь, что вкусно, придётся есть весь. Итон рассмеялся и завертел головой. — Мне сладкое противопоказано. Джессика убрала со стола тарелку и заглянула в холодильник. — Сэндвич? — Поехали поужинаем где-нибудь? — предложил Итон. Джессика резко развернулась и красивые черные брови поползли вверх. — До Гаррисонвиля около пяти километров, крохотный городок. Фермеры, домохозяйки, пара кафе, банк, — он пожал плечами, — заправиться всё равно нужно. Джессика прикусила губу, раздумывая. — Хорошо. Мне нужно десять минут. — Конечно, — с улыбкой ответил Итон. *** К удивлению Итона Джессика вышла из ванной меньше, чем через десять минут. — Я готова. Итон оторвал взгляд от телефона и замер. Джессика была в белой футболке, его футболке, которую он когда-то купил и на несколько лет забыл в шкафу, которую он вёз для Джейка, которая была ей большой, но из-за того, что она каким-то невероятным образом завязала и заправила её в джинсы, выглядела невероятно сексуально. Горловина футболки свисала с правого плеча, на котором он разглядел аккуратную татуировку — глаз — эмблему Nym-os. Итон раскрыл рот. Джессика непонимающе уставилась на него. — Что-то не так? Итон заморгал. — Нет. Всё так, — он схватил куртку Джессики с вешалки и помог ей одеться. — Спасибо. *** До города ехали в полной тишине. Итон грыз губы и старался не думать о том, куда она спрятала лямку от лифчика, а Джессика задумчиво глядела в чернеющее осеннее небо. Табличка, сообщающая о пересечении черты города, была украшена забавными светящимися фонариками-тыковками. — А что, уже Хэллоуин? — удивлённо спросила Джессика. — Ещё десять дней до него, — сверившись с часами, ответил Итон. — Неразумно украшать официальные дорожные знаки, это может привести к непоправимым последствиям. Итон краем глаза взглянул на Джессику. Она говорила на полном серьёзе. — Видимо, здесь не бывает чужаков. Джессика нахмурилась и вжалась в кресло. Городок оказался не просто маленьким, он больше походил на крохотный жилой квартал. Возле единственного кафе было припарковано несколько машин. Итон остановился и развернулся к женщине. — Хочешь, я пойду возьму еду и поедем домой? Джессика напряжённо рассматривала здание кафе и машины. — Не… Пойдём. Всё нормально. В кафе было много людей: они шумели, пили, обсуждали бейсбольный матч, спорили о ценах на топливо, ругались, в дальнем углу кто-то играл в бильярд. Итон был прав, больше всего эти люди, в основном мужчины, походили на фермеров. Но женщины в кафе тоже были. В какой-то момент Джессике показалось, что она попала на съемки кантри-фильма — атмосфера казалась слишком весёлой и жизнерадостной. — Что будете? — улыбчивая официантка склонилась над столиком, щедро демонстрируя Итону свои прелести из декольте. Джессика отвернулась и уставилась в окно. — Джессика? — тихо позвал Итон. — Яблочный пирог есть? — Конечно, но рекомендую тыквенный! Мы празднуем Хэллоуин! Джессика тихо повторила: — Яблочный пирог и чай. Чёрный. Итон аккуратно тронул её пальцы и она вздрогнула. — А еду?.. — Блюдо дня — фирменный тыквенный суп, лепёшки и говядина с тыквой, — быстро проговорила официантка. — Мне только яблочный пирог и чай, — третий раз повторила Джессика и нахмурилась. Итон, не глядя на официантку, заказал то же. — Хочешь, уйдём? — Не… Она снова закрылась. Спряталась в своём коконе, только огромные зелёные глаза внимательно глядели на всех. «И меня боится, — подумал Итон, — Я не предам тебя, Джессика. Никогда». — Раньше тут всё было иначе. Тише, спокойнее… Джессика закивала, продолжая оглядывать зал. — А вот и мэр! — крикнул кто-то из толпы. В двери кафе вошёл высокий плечистый мужчина с огромной тыквой в руках. Посетители дружно взревели, заулюлюкали, кто-то затянул гимн Гаррисонвиля. Джессика закрыла глаза и прикрыла уши руками, а Итон тотчас схватил её за локоть и они быстро вышли из кафе. — Извини. Поехали поищем другое место. Она кивнула, но по взгляду Итон понял, что искать нужно просто автомат с кофе и шоколадками. Проехав пару кварталов они остановились у таблички «Гаррисонвиль». Город закончился. — Похоже, это всё, — тихо сказал Итон и вздохнул, — давай заправимся и поедем в Фэрфакс. Джессика неопределённо пожала плечами. Увидев на заправке автомат с кофе, Джессика вышла из машины и направилась к нему. Прямо на стеклянной дверце кто-то написал белым маркером #imjake. Джессика тронула надпись пальцами и посмотрела на Итона, который натирал лобовое стекло. «Ему это не нужно. Он не будет так жить, — она вздохнула, — пора ехать. Только надо попрощаться». Итон заправил автомобиль, натёр до блеска все стекла и подошёл к Джессике. — Тебе капучино, — тихо сказала она, — и… Арахис? — И арахис, — повторил Итон. Вокруг не было ни души. Он стоял рядом и волны тепла его тела достигали её щёк. «Джессика Хэнсон, держи себя в руках! — зарычала она сама на себя, — немедленно прекрати краснеть!». Стаканчик был горячим и, передавая его Итону, Джессика пролила кофе на его и свои пальцы. — О черт, прости! — она отставила стакан в сторону и стала тереть пальцы Итона, а он стоял, не в силах произнести ни слова, — прошло? — Да, — голос его был еле слышен и Джессика, испугавшись, подняла на него глаза. В этот момент Итон легко поцеловал Джессику в губы, она быстро сделала пару шагов назад и, схватив свой кофе, пошла в машину. Итон, тяжело вздохнув, пошёл следом. *** — Прости, Джессика, — тихо сказал он, когда они подъехали к дому, — это… Было лишним. Извини. Она едва заметно кивнула. — Ты не обижаешься? — Не. — Поедем сейчас или утром? Она пожала плечами. — Хорошо, тогда утром. Бельё у тебя в комнате есть, я буду тут, на диване. Если что-то… — Да, я помню, — перебила его Джессика, — доброй ночи, Итон. — Доброй, — выдохнул он и ушёл в ванную. *** Джессика не спала. Свет от монитора ноутбука разливался по комнате и сочился в гостиную, где лежал на диване Итон. Он тоже не собирался спать, но звуки щелчков клавиатуры в какой-то момент заставили его закрыть глаза. Он думал о ней и ругал себя. Лицо горело от стыда, а мозг кричал «почему?», пока его щёк не коснулись тонкие прохладные пальцы. Итон не стал открывать глаза, просто замер и перестал дышать, а через секунду почувствовал влажное прикосновение сладких губ. Боясь сделать что-нибудь лишнее, он коснулся пальцами её шеи, прочертил дорожку до ключиц, чуть сжал тонкое плечо, вид которого терзал его весь вечер. Джессика отстранилась и Итон открыл глаза. На ней не было ничего кроме лёгких трусиков. — Здесь не удобно, пойдём, — тихо сказала она и направилась в спальню. *** Его разбудил запах кофе. Итон открыл глаза и улыбнулся. Ночь была потрясающей, Джессика нежной и страстной, да и сам он не подкачал. — Доброе утро, самая красивая женщина на земле! — громко проговорил Итон, но голос его утонул в тишине пустого дома. На тумбочке у кровати стояла кружка с остывшим кофе и лежала записка. «Прости. Спасибо за всё, Итон. Люблю. Д. Х.»