I

***

Из окна квартиры многоэтажного дома разносился приятный аромат. Прохожие вдыхали его, и на лице появлялась улыбка. Все, кто жил неподалёку или прямо по соседству с этой квартирой, прекрасно знали запах душистых роз вперемешку со сладким какао. Феликс — омега, живущий в той самой квартире — каждые выходные проводил на кухне и занимался выпечкой, предпочтение отдавая шоколадным изделиям. Оттуда и аромат какао. Как только парень сюда переехал, жители дома не особо жаловали такую страсть к готовке. Но было так ровно до момента, пока Ли не стал угощать их, задабривая. С тех пор в двухкомнатной квартире, пропитанной феромонами роз, частенько по выходным собирались соседи и знакомые. Пообщаться, посплетничать, рассказать новости и, конечно, попробовать лакомства на вкус. И всё же надолго никто не задерживался. Дело не в том, что разговаривать уже было не о чем или хозяин не принимал радушно, а просто семья Ли слишком большая. По будням омега, может, и жил один, в основном проводя время в универе, но в нерабочие дни к нему приезжали родственники из окраины города, и пространство в квартире резко уменьшалось. Ли очень много: от старшего поколения за диваном, до ползающих повсюду младенцев. Феликса вполне устраивала такая жизнь. Он любил семью как ничто другое. Ухаживал за бабушкой и дедушкой, помогал родителям по дому и нянчился с племянниками. Со всеми общался хорошо, часто обнимал и дарил поцелуи в щёку. Со стороны за этим наблюдать особенно прелестно, но, дабы не рушить идиллию, лучше поскорее разойтись по своим домам, что и делали соседи. Так и жили неделю за неделей. Уже пять лет, начиная с совершеннолетия Феликса. Двое старших — брат и сестра — альфы Ли когда-то предложили родителям идею съехать Ёнбоку поближе к универу. Те возражать не стали, но сам омега не сразу согласился. Непривычно ему спать без младшего брата-альфы, с которым делил комнату ещё с рождения того. Но Минхо, младшенький, поскольку ближе всех общался с Феликсом, всё же смог уговорить омегу. За что тот позже благодарил его. — Как учёба, Ликс-и? — Минхо с размаху прыгнул на кровать, отчего все сидящие на ней почти отлетели. — Тише, Хо, Сону-и напугаешь, — погладил ребёнка по пушистому комочку волос Ёнбок. — А как по мне, ему понравилось, — улыбнулся младший, указывая на хлопающего в ладоши самого тихого из всех племянника. — Так как у тебя дела? — Ничего нового, всё так же хорошо, сдал экзамены на красный диплом, — Феликс подвинулся ближе, укладывая голову на плечо брату. Тот хоть и младше, но крупнее омеги. — Горжусь тобой. У тебя по-другому и не бывает, — Минхо прикрыл глаза, чувствуя, как затылок начали гладить. Они ещё немного посидели вдвоём, пока на руки не полезли и другие дети. Две сестры-близняшки, точно маленькие бабочки, порхали по комнате, пока самый младший — Сону — тихо игрался с конструктором. И теперь они втроём разом развалились на старших Ли, о чём-то им рассказывая. Ёнбок не переставал улыбаться и отвечать на вопросы. Минхо постоянно замечал, как брат расцветает в компании племянников. И в целом омега прекрасно ладил с детьми, ему явно было с ними куда приятнее, чем со взрослыми. — Ты весь сияешь, — заметил младший, когда дети вновь разбежались. — Конечно, — как что-то очевидное. — Я так скучаю без вас всю неделю. Хорошо, что хотя бы выходные могу провести с семьёй. — Нет, Ликс-и, я о другом. Ты загораешься, как лампочка, только рядом с детьми. Может, стоило пойти на воспитателя, а не экономиста? — Не думаю, что смог бы взять на себя такую ответственность, — Феликс задумался, брат же прижал его к себе в объятья. — Но детей и правда обожаю. Знаешь, я много думал об этом и, кажется, понял, чего мне не хватает. — Чего же? — младший не спеша перебирал светлые волосы, внимательно слушая. — Ребёнка, — прошептал тот, а Минхо на мгновение замер. — Я хочу себе ребёнка от любимого альфы. Братья помолчали. Один обдумывал, что ответить, а второй гадал, правильно ли было делиться таким сокровенным. С другой стороны, Хо никогда не обижал старшего, поддерживал во всём и хранил тайны омеги. Они всегда были ближе всех друг к другу в этой семье, поэтому бояться не стоило, как считал Ёнбок. Минхо не осудит, лишь выскажет свою точку зрения, но потом всё-таки согласится с ним. — Я только «за», Ликс-и. Если тебе найдётся достойный альфа, почему бы и нет? Феликс, сначала не поверив услышанному, обернулся к брату. Тот спокойно ему улыбался, и Ли тут же обнялись крепче. Старший безумно рад, что его поддержали. — Спасибо, Минхо-я, спасибо, — он чуть не визжал от восторга, ласкаясь к младшему. — Мне интересно только одно: есть ли у тебя кто на примете? — Ли поцеловал старшего в щёку и положил подбородок на светлую макушку. — Нет. Но я верю, что скоро найдётся тот самый. — Пока он найдётся, уже я успею жениться, — со вздохом потёрся щекой Хо. — Хочешь сказать: ты мне всех женихов распугаешь? Братья только посмеялись. Они прекрасно помнили тот момент, когда Феликс привёл домой парня. Это был альфа примерно одного роста с омегой, но достаточно крепкий, чтобы постоять за обоих. Вот только ни Минхо, ни Чанбину, ни Хаюне он не понравился. Если старшие ещё терпели ради Ёнбока, то младший с первых секунд всем видом показывал своё недовольство. Игнорировал парня брата, зло подшучивал и всюду показывал, как сильно тот ему не нравится. Альфа уже через неделю расстался с Феликсом, на удивление, даже извиняясь за это. Ли тогда плакал, но Минхо всячески его успокаивал, чувствуя вину. Только сейчас они могли от души посмеяться над этим. И правда, Хо как отталкивающий щит вокруг старшего омеги. Порой Ёнбоку казалось, что где-то внутри брата скрыт радар от посторонних альф. Он так привязан к старшему, что не может никому его отдать. — По крайней мере, точно могу сказать, что буду неистово придираться ко всем. Доверю тебя только состоятельному и такому, который сумеет о тебе позаботиться, — успокоившись, с широкой улыбкой выдал младший. — Это очень на тебя похоже. Феликс не мог не улыбнуться в ответ. Помимо любви к детям, он также обожал этого маленького (пусть и младше всего на год) альфу. Проводил время с ним, как с лучшей подружкой. Будь его воля, он бы поселил его с собой в этой квартире. Жаль только, что уже через несколько недель Минхо уедет в другой город на учёбу. Братья не будут видеться ещё долго. Постепенно в комнату заходили старшие и забирали своих детей. Время позднее, пора буйным младенцам по кроваткам. Хо ещё какое-то время, запершись, общался с Феликсом. Только заметив, как омега начинал клевать носом, альфа уложил его, накрыл одеялом и после поцелуя в щёку сразу же ушёл. Шагая на кухню, он всё думал о тех словах брата. Хочет детей? Значит, сначала и выйти замуж должен. Но как это случится, как Минхо переживёт, если муж окажется не тем? Никогда нельзя знать наверняка, хороший человек или нет. В одном альфа точно себя убедил. Раз у Феликса будет сильная любовь, он это сразу поймёт. Отдаст брата. И только когда сам во всём лично убедится. — Мам, отец, — Хо сел за стол ко всем, видя, что взрослые не легли спать, — нам надо поговорить. Бин и Юна тоже присоединяйтесь.

***

Ранним утром квартира Ли ещё была застелена пеленой сна. Никто и не думал просыпаться: выходной же. Лёгкий весенний ветерок дул из окна, облака плыли по небу и закрывали собой солнце. Приятное время суток, по мнению Ёнбока. Только он в полшестого всегда стоял на ногах. Поэтому и засыпал рано. Раскрыв занавески и вдохнув свежего воздуха, омега, тихо напевая песню, застелил постель. Он не сразу заметил лежащих на полу брата и ещё пару племянников. Когда они успели разложить матрас, он не знал. Дети спали, прижавшись с обоих боков к альфе, а тот с недовольным лицом посапывал. Не любил он делить с кем-то место. Феликс лишь улыбнулся, наклонился для поцелуя каждого любимого человечка по старшинству и тихо вышел, не хлопая дверью. Направился сразу на кухню. Там его уже ждали вчерашние приготовленные десерты. Стоило только подогреть их и можно подавать на завтрак, как и поступил Ёнбок. Он ещё успел заварить себе чай, прежде чем послышался топот и рядом расселись племянники, глазами-бусинами разглядывая дядю. — Налью вам тоже, — омега не переставал улыбаться, встал, расставляя кружки и заливая пакетики чая тёплой водой. — Как спалось? Что вам снилось? — На меня напал огромный дракон, — эмоционально начал самый старший — сын Юны. — А на меня гриб, но я его съела, — поддержала одна из близняшек. — Это ничего не значит. Вот у меня-я, — протянула вторая. Феликс с внимательным видом слушал малышей. Каждый из них хотел в подробностях всё описать, перебивая друг друга. Один Сону молчал и пил чай, разглядывая всех вокруг себя. Вполне обычная картина. Буйные разговоры маленьких альф и не способный вмешаться к ним омега. Когда в очередной раз трое детей начали спор о том, кто же был смелее во сне, Ёнбок взял Сону на руки, сажая на колени и гладя пушистые волосы. Интересно получалось: с самыми младшими он находился в самых близких отношениях. Тому примером племянник и брат. Сону в руках дяди расслабился и теперь помимо чая кушал домашние печеньки, недавно взятые из микроволновки. Феликс знал, как сильно малыш их любил, поэтому делал всякий раз. Только младшенький так сильно привязан к нему, только благодаря ему Ёнбок и захотел собственного ребёнка, чтобы на полных правах водить в садик, ухаживать и развлекать. — Ин, Ын, прекратите болтовню за столом, — на кухню зашла Юна, сверкнув глазами на близняшек. Девочки тут же замолчали — тётя у них авторитет — схватившись за кружки с чаем, а Хун — старший — глядя на них, тоже взялся за еду. — Прости, Бок-а, они приносят много хлопот, а у тебя ведь учёба закончилась, хочется отдыхать, — сестра села рядом, мельком улыбнувшись надутым щёчкам Сону и вопросительному взгляду брата. — Вовсе они не хлопотные, мне даже приятно. Люблю проводить время с вами, — отмахнулся тот. Омега вдруг спохватился, отдавая племянника матери и заваривая чай ей тоже. Так они просидели ещё немного, обсуждая будущий день. Детей планировали оставить в развлекательном центре под присмотром Бина, а остальным пойти на шоппинг. Старший всё равно страстью к магазинам не горел, вот и останется добровольно-принудительно смотрящим за ребятнёй. — Кстати, совсем забыла сказать, — с брауни за щекой промямлила альфа. — Родители хотят кое-что тебе рассказать. Я не могу всё выдать, просто предупрежу. Будь снисходителен к ним, они плохого не желают, знаешь же. Ёнбок округлил глаза. Слова сестры его озадачили, и теперь он не знал, чего ожидать. Покрутил печеньку в руках, закинул в рот и запил чаем. — Что такого они задумали, раз даже ты проговорилась? — Узнаешь вечером, — она успокаивающе улыбнулась и погладила омегу по плечу. Он подулся для вида на старшую, попытался расспросить подробнее, но она лишь отнекивалась, совсем не поддавалась. — Как твоя жена тебя терпит? — не злобно буркнул Феликс, успокоившись со своим допросом. Юна на это тихо посмеялась. Вскоре подошли и остальные, за столом не хватало мест, поэтому детей отпустили играть в гостиную. Семья Ли погрузилась в идиллию за шумными разговорами, сонными бормотаниями Бина, спорами Юны и родителей, подколами над ней Хо и смехом Бока. Как же Феликс любил такие моменты.

***

Время полдень. Ли собрали вещи и покинули квартиру Ёнбока, спустившись на улицу. Чанбин открыл машину, мест в ней много, покупал специально для семьи. Правда на этот раз в сборе были не все. Их с Хаюной омеги разом решили отправиться осматривать санаторий на ближайший летний месяц. Они быстро сдружились между собой, как только брат с сестрой женились на них, и с тех пор планировали отпуск вместе, разумеется, для всей семьи Ли. Им в этом всецело доверяли, не смели спорить. Так что сейчас Бину приходилось следить за детьми одному. Как и сказала Юна, другая часть семьи отправилась по магазинам в том же торговом центре. Правда и тут из-за огромного количества витрин пришлось разделиться. Хо и Ликс быстро улизнули вместе, чему сестра и родители, впрочем, не удивились. Ёнбок с интересом разглядывал полки, заставленные модными новинками, и, если бы не Минхо, точно скупил бы всё до пустого кошелька. Они заходили почти в каждый салон, где младший давал свои чёткие комментарии по поводу каждого образа брата. Тот улыбался, хмурился, возмущался, потом снова радостно находил новую одежду. И альфа снова то одобрял, то посылал за ещё одной. — Зануда ты, Минхо, — не спеша шёл между стендами обиженный омега, когда брат строго запретил покупать стильный топ со стразами. «Вызывающе» — его аргумент, хотя ткань скрывала кожу на животе практически до пупка. — Без меня ты бы и одного пакета не унёс, — возражая, альфа указал на свои полные вещей руки. Действительно. — Потерпи ещё немного, Хо-я, — теперь ласковым голосом пролепетал старший. — Мне осталось костюм на выпускной купить. Не будь младший альфой, точно разнылся бы и упал на пол, устраивая истерику, как ребёнок. С каждым таким посещением магазина он понимал брата и сестру всё больше. Невыносимо терпеть эти похождения. Один омега вёл себя совершенно легко, пока выдержка Минхо начинала трещать по швам. Они зашли в специальный бутик, альфа плюхнулся на диванчик рядом с примерочной, оставляя рядом пакеты, в нетерпении ожидая, когда Ёнбок выберет себе несколько образов и уйдёт переодеваться. «Слишком ярко», «слишком дерзко», «чересчур броско», «это вообще для кого шили?», «снимай, это же костюм для проститутки», «ты в нём как серая мышь» — комментировал Хо раз за разом. Порой Феликсу казалось, что младший просто заучил несколько фраз от Юны и теперь ставил их на повтор. — Нет, Ликс-и, этот пиджак делает тебя старше, — Минхо с прищуром разглядывал брата с ног до головы. — Но это последняя тройка из тех, что мне понравилась! — топнув ножкой, тот развернулся к зеркалу, разглядывая строгий костюм. Краем глаза Ёнбок увидел, что Хо хотел что-то сказать, но его вдруг остановил совсем незнакомый голос. Феликс даже вздрогнул от приятного тембра. Пришедший явно альфа. — Зря ты так жестоко с омегой, Ли Минхо. Оба брата обернулись на него, а младший даже встал и почтительно поклонился. — Здравствуйте, господин Хван, — немного нервно пытался выровнять голос тот, на что мужчина кивнул. — Я смотрю, костюм выбираете? — он повернулся к старшему. — Вам к лицу этот образ. Подчеркивает тёмные глаза и острый подбородок. — Благодарю, — Ёнбок смутился, но всё же поклонился, удивляясь тому, как Минхо всё ещё не разорвал пришедшего на части за такой комплимент в его сторону. — Почему не рассказывал, что у тебя такой прелестный омега? — снова повернулся к младшему, общаясь, словно друзья, хотя Феликс его точно не встречал среди знакомых брата. — Он не мой омега, господин. Он мой старший брат, — пояснил альфа, выпрямляя плечи. Мужчина снова обернулся на Феликса. Медленно внимательным взглядом оглядел, как сканируя, отчего тот напрягся. Чувствуя себя голым под таким напором, он хотел поскорее уйти и расспросить Хо об альфе и о том, кем он ему является. Но пока просто терпел и выжидающе смотрел в ответ. — Представишь нас? — Конечно, — на секунду старший заметил, как Минхо сжал губы, а так он обычно делал, когда сильно напряжён, значит, волновался не меньше. — Господин Хван, это мой брат — Ли Ёнбок. Бок-а, это мой босс — Хван Хёнджин. — Приятно познакомиться, — омега старался развеять обстановку, мило улыбнувшись мужчине. — Можно просто Феликс. — Взаимно. Тогда и ты зови меня Хёнджином. И снова молчание. Снова этот альфа пристально разглядывал Ёнбока. Тому хватило лишь похлопать глазами брату, чтобы он взял всё в свои руки. — Ликс-и, иди, переодевайся. — А что с костюмом? — старший с надеждой сжал край пиджака, помня отказ. — Я оплачу покупку, — легко вмешался Хван. Братья оглянулись на него. Всё такой же статный и высокий. С невозмутимым лицом он поправил галстук. Складывалось впечатление, что кроме делового костюма этот босс ничего носить не может. А укладка светлых волос настолько аккуратная, даже вызывала зависть омеги, с самого утра старающегося сделать причёску приличной. Типичный миллионер, разбрасывающийся деньгами. — Не тушуйся, — он заметил, как замялся с ответом Феликс. — Мне захотелось пригласить вас с братом на обед. Надеюсь, не откажете мне? — Господин, это большая честь для нас, — заступившись за старшего, отвечал Хо. — А что ты скажешь, Ёнбок? — Не откажусь. Спасибо, Хёнджин, это очень мило с твоей стороны, — омега вновь улыбнулся, и, кажется, Хван улыбнулся в ответ. Стало чуть легче от этого, Феликс действительно расслабился и спокойно пошёл переодеваться. Стоя за шторкой, он не вслушивался в разговор альф, обдумывал произошедшее. Хёнджин достаточно молод и красив. Как альфа он бы понравился многим омегам, но только не ему. По вкусу Ёнбоку только крепкие, темноволосые и игривые. Прямо как братья. Хван же, наоборот, чересчур высокий, стройный, мышцы совсем не видны, взгляд острый, брови густые, а губы пухлые, словно пельмешки. Альфа блондин с волосами длиной до плеч, которые зачёсаны назад в укладке. Уши проколоты прямо как у самого омеги — слева. Общее впечатление от него исходило смешанное. Не хватало живости в действиях, слишком уж серьёзный. Но загадка однозначно в Хёнджине была. Феликса даже на мгновение это заинтересовало, хотелось разгадать, что прячется за спиной босса, но он сдержал себя и просто вышел, уже переодетый. — На этом всё? — альфы оглянулись, омега кивнул на вопрос мужчины. — Тогда пойдёмте на кассу. • • • Сидя за столом небольшого, но достаточно уютного кафе-бара, Минхо старался подвинуться к брату ближе. Тот не переставал разговаривать с Хваном, словно они давно знакомы. То ли младший ревновал, то ли боялся, что старший может что-то разболтать, но он периодически перетягивал внимание босса на себя, правда тот всё равно после переключался на Феликса. — Заказывайте всё, что понравится, — расслабленно протянул меню братьям Хёнджин. — Сегодня я плачу. — А сам будешь что-нибудь? — поинтересовался Ёнбок, кажется, совсем привыкнув к обществу альфы. — Только выпью. Омега выбрал чизкейк и милкшейк, в то время как Хо не отказал себе в рагу и кружке пива. Хван усмехнулся, собираясь пойти сделать заказ. Вроде братья, а такие разные. Минхо в это время обеспокоенно приблизился к старшему. — Осторожнее с ним, Ликс-и. Он мой босс, и раньше никогда так не любезничал. А тут, стоило тебе появиться, так отлипнуть от нас не может. Неспроста тут всё, поверь, он хитрый человек, — нашёптывал на ухо младший. — Успокойся, Хо-я, — старший нежно потрепал тёмную макушку и тепло улыбнулся. — Он не в моём вкусе. Я же не дурак, чтобы желать родить детей от первого попавшегося альфы. Минхо выдохнул и даже немного расслабился после слов брата. Однако, как только Хван снова подошёл, опять напрягся. Что-то явно не давало ему покоя, но Ёнбок старался успокоить младшего лёгкими касаниями ладоней под столом. — Хёнджин, насколько я знаю, у тебя свой бизнес, и Минхо там работает… — омега не смог договорить, пытаясь вспомнить. — Менеджером по продажам, — помог Хван. — Точно. Могу я узнать, на чём специализируется твоя компания? — Феликс чуть со стула не подлетел, почувствовав, как руку вдруг сжали. Брат явно был недоволен, но почему? — Не думаю, что омеге будет интересно узнать такое, — Хёнджин и сам, кажется, смутился. Отвёл взгляд и поправил галстук, чуть ослабляя на шее. — Прости, наверно, постороннему человеку лучше не вмешиваться, — Ёнбок тактически стал отступать от темы, думая, что бы ещё спросить. — Дело не в этом. Я не скрываю своё дело, наоборот, оно почётно для семьи Хван, — альфа снова смотрел на него, сложив руки перед собой. — Просто не каждая омега может спокойно это принять. Обычно сильно удивляются и ахают. — Не переживай, чего я только не видел с племянниками. Меня и расчленённая змея не возьмёт, — хихикнул Феликс, кажется, вспоминая этот момент. — Смело, — Хёнджин не сдержал ответной улыбки. — Что ж. Моя семья занимается поставкой оружия. Разного плана: от холодного до химического. Ёнбок на мгновение замер, а руку его только крепче сжали. Всё же главу такого довольно опасного предприятия он видел впервые. Теперь к брату начала созревать пара вопросов. О чём он вообще думал, когда нанимался на работу? А вдруг компания нелегальная и они продают оружие мафии? А что, если Минхо уже связался с преступностью? — Как интересно, — Феликс невозмутимо повёл бровью. И правда. Увидеть расчленённую змею теперь казалось совсем нестрашно. — Я вот недавно закончил универ и думаю, куда пойти работать. — На кого ты учился? — На экономиста, — тут ладонь сжали так, что она, наверно, вся посинела, отчего Ёнбок стиснул зубы, пытаясь незаметно вырвать руку от Минхо. — Замечательно. Нам нужны люди этой специальности. Буду рад, если надумаешь прийти к нам. Брат подскажет тебе адрес, — омеге показалось, или Хёнджин и правда оживился и подмигнул? К их столу стали подносить блюда, и Минхо наконец отпустил руку старшего. Дальше разговор шёл заторможенно, каждый из братьев старался прожевать еду как можно тщательнее. Хван же заказал только виски. Повсюду слышались голоса других посетителей, зал начал оживляться со временем. Феликс не сразу заметил, как они уже стояли у выхода из кафе, Хо поклонился боссу на прощание, а тот любезно кивнул, не переставая улыбаться краем губ. Странно, ведь в самом начале их встречи он казался совсем ледышкой. — До свидания, Хёнджин, — мягко попрощался Ёнбок. — Ещё увидимся, Феликс. Неожиданно Хван перед самым уходом взял ладошку омеги и, потянувшись к ней губами, поцеловал. Ёнбок смутился от такого, но продолжал улыбаться как ни в чём не бывало. Минхо же, наблюдая за уходящим боссом, крепко сжал пакеты в руках и направился в сторону. Старший за ним. Всю дорогу до родственников они молчали, Феликсу стало отчего-то неловко. Может, он сделал что-то неправильно? Может, не стоило позволять Хёнджину так прощаться с собой? Хо ведь и правда не мог ничего ответить ему, подчинённый же. Но задать вопрос так и не удалось. С камнем на душе Ли отправились домой.

***

Минхо быстро оставил вещи в спальне Феликса и ушёл в гостиную. Старший развесил покупки в шкаф, а «подарок» от Хёнджина убрал в сторону на кровати. Наденет один раз на выпускной, потом выкинет. Всё-таки перед младшим было стыдно. Весь вечер на него не обращали внимания. Стоило попросить прощения, что Ёнбок и сделает перед сном. А пока родители позвали на ужин. Снова разговоры, смех и вкусная еда. Как хорошо на душе. И только Хо сидел мрачнее тучи, на что все обратили внимание, но большого значения не придали — альфа всё равно не расскажет, что у него случилось. Со всеми проблемами он всегда справлялся сам. Поэтому уже с двадцати лет, только закончив универ, начал работать, хотя и в студенческие годы часто посещал подработки. Его считали гордостью семьи. — Мам, отец, — вдруг он заговорил, тут же перетягивая на себя вылупленные взгляды. — Вы ничего не хотите сказать? Ёнбок догадался по этим словам, вспоминая утренний разговор с сестрой, что родители и правда должны о чём-то ему рассказать. Так, значит, и Михно об этом знал, но молчал? — Спасибо, что напомнил, Хо-я, — старший альфа в рассеянности потёр лоб, переведя взгляд на супругу. Та лишь вздохнула, понимая, что пояснять, как всегда, придётся ей. — Бок-а, у нас для тебя хорошие новости, — омега улыбнулась сыну напротив. — Мне уже не терпится, — Феликс сжал ладони под столом и чуть поёрзал на стуле в нетерпении. — Мы с отцом видим, какой ты взрослый, как ответственно подходишь к делам и учёбе, как прекрасно ладишь с детьми, — начала она, оттягивая паузу. — Поэтому решили, раз время пришло, нужно скорее выдать тебя замуж. — Замуж? — Ёнбок весь растерялся. Хаюна, конечно, предупреждала его отнестись снисходительно, но чтобы мама предлагала женитьбу, никак не укладывалось в голове. Его ведь, наоборот, с рождения опекали от этого. — Ты омега взрослый, тебе двадцать три года, — в разговор вмешался отец. — Впереди ещё своя семья и дети. Если оттянуть момент на дольше, возьмёт ли тебя хоть какой-то альфа в жёны? — Это… так неожиданно, — Феликс прикусил губу, начал мотать ногами под столом. — Не торопись, Бок-а, обдумай, — сидящий рядом Чанбин погладил младшего по светлым волосам, приобняв за плечи. — Ты не один такой. Годик-другой, мы и Минхо женим. Омега взглянул на всё ещё хмурого брата, который, кажется, даже в сторону его не смотрел. Сидел и пил чай из огромной кружки, которую Феликс хранил у себя исключительно для него. — Или ты совсем не хочешь? — мама вдруг погрустнела, видя, как сын молчал и поджимал плечи. — Нет, что вы, — как-то резко выдал Ёнбок, выпрямляясь. — Я не против. — Отлично, — теперь старшая омега широко улыбнулась. — Мы уже выбрали тебе несколько женихов. Не переживай, они все люди приличные. Осталось сходить на свидания и выбрать. — Конечно, мам. Разговор на этом закончился, и все постепенно стали расходиться. Завтра понедельник, и Феликсу нужно идти в универ, чтобы подготавливать зал на выпускной. Вручение дипломов, дискотека и сытный ужин в ресторане. Праздник обещал быть прекрасным, осталось всего две недели. Но уже на пороге, когда половина родных вышла в подъезд, Ёнбок вылетел из своих мыслей. Минхо оставался последним, и он тут же схватил его за руку. Брат обернулся и с вопросом поглядел на старшего. — Хо-я, не обижайся на меня. Что бы я ни сделал, я не специально, правда, — Феликс выглядел расстроенным, отчего губы альфы дрогнули. — Не переживай так, Ликс-и, — он пожал плечами. — Я не на тебя сержусь. Прости, что заставил волноваться, не подумал, что ты у меня чувствительный. Ёнбок улыбнулся и кинулся в объятья. Минхо тоже слегка вытянул уголки губ, прижимая к себе омегу. Наконец-то они помирились, теперь Феликс будет спать спокойно. Попрощавшись, он закрыл дверь и устало рухнул на кровать. Нет, кажется, так просто он сегодня не уснет. Последний разговор с родителями всё не выходил из головы. Его хотят выдать замуж. Ёнбока, который встречался с альфами-то всего пару раз и не знает толком, как строить с ними крепкие любовные отношения. Хотя попробовать стоило. Его мечтой давно стало рождение ребёнка для любимого. Может, теперь он точно его встретит.

***

Неделя за другой пролетели незаметно. Феликс даже успел сходить на пару свиданий. И все они заканчивались одинаково. Никто ему не нравился. То альфа казался слишком навязчивым, то слишком молчаливым, то некрасивым, то давящим на самооценку. Во всём он жаловался Минхо, а тот поддерживал. Ему так вообще кандидаты, выбранные родителями, сразу показались противными, жаль, он не имел права сам выбрать для Ёнбока. Тогда бы старший точно давно вышел замуж. А пока холостой Феликс шёл из универа, наконец-то закончив с украшениями. Ему всецело доверяли, поэтому поставили на руководящее место среди остальных однокурсников. Омеге это безумно нравилось и льстило, поэтому работу свою он выполнял блестяще. День близился к концу, осталось только сходить на очередное свидание. Ёнбок теперь не видел в нём ничего хорошего. Расстраивать родителей, конечно, тоже не хотелось, но как сказать им, что лучше бы он сам выбрал, с кем встречаться? Ситуация не давала покоя, но Феликс для себя решил, если и этот альфа ему не понравится, он точно оттянет свадьбу ещё на год. Придётся повременить с желанием нянчиться с детьми и ухаживать за мужем. Вот только будущая встреча немного напрягала. Хо сказал, что этого альфу родители даже ему не показали. Только хитро улыбнулись и переглянулись. Не значит ли это, что они что-то задумали? Впрочем, вряд ли будет страшно, мама с отцом просто не способны на подобное. Как только омега зашёл в кафе, увидел, как за столиком в самом дальнем углу ему помахали. Вот и нашёлся таинственный жених. Феликс не спеша направился к нему, поздоровался. Парень оказался не так уж и плох на вид. Стильно одетый, с аккуратной причёской и сдержанной улыбкой. Не совсем крепкий, но мышцы есть, грудь широкая, пальцы длинные и увешанные кольцами. Любит бижутерию, как и Ёнбок, это плюс. Взгляд слегка хитрый, глаза средние, нос и губы ровные, линия челюсти хорошо выражена, ещё один плюс. За пару секунд знакомства Феликс просканировал его и оценил по своей шкале привлекательности. Восемь из десяти. Подкачаться бы альфе, да ухо проколоть, и конфетка получится. — Ли Ёнбок? — из мыслей омегу вывел голос. — Да? — Я Ким Сынмин, рад знакомству, — тот взял ладошку Феликса и легко поцеловал. Дежавю вдруг мурашками пронеслось по телу, но омега только тряхнул головой и сел напротив. Они довольно быстро сделали заказ, теперь пытаясь узнать друг друга. Сынмин оказался на семь лет старше. Он единственный ребёнок в семье, довольно богатый, после смерти папы и отца занял их место в бизнесе. Правда в каком, не уточнял. Ёнбок также поделился о себе. Кима совсем не удивил тот факт, что омега рос среди одних альф, хотя каждый, кто был на свидании с ним до этого, только и ахал, считая, что Феликс из-за этого жестокий. Сынмин начинал понемногу нравиться Ёнбоку. Его фруктовые феромоны мягки на запах. Общался вежливо, учтиво, был внимателен к деталям в разговоре, по большей части молчал и выступал терпеливым слушателем. Феликс, кажется, впервые оказался доволен спутником. Мило ему улыбался и рассказывал истории из студенческой жизни. Мин тоже вспоминал себя студентом, сопоставляя это в разговоре. — Было приятно провести с тобой вечер, Феликс, — встав из-за стола, альфа протянул руку омеге, помогая подняться тоже. — Взаимно, — Ли легко улыбнулся, и они под руку направились к выходу. И только когда Ким потянулся к ручке двери, её уже открыли. Рядом стоял альфа. Высокий, в тёмной одежде. Ёнбок уловил терпкий аромат вина. Где-то он уже чувствовал его, но, как назло, не мог вспомнить. — Добрый вечер, господин Хван, — Сынмин отпустил руку Феликса и поклонился. Точно. Вот что за мужчина стоял перед ними. На феромоны Ли никогда особого внимания не обращал, а, видимо, стоило бы для элементарного узнавания людей. — Добрый, господин Ким, — тот поклонился в ответ, и откуда они знали друг друга? — Неожиданная встреча, — Мин потёр руки, поправляя свитер. — Согласен. Мне пора идти, — Джин же оставался невозмутим, только сейчас переведя взгляд на Феликса. — О, здравствуй, Ёнбок. Ли только улыбнулся и кивнул. Не ожидал он увидеть здесь знакомое лицо. Однако они быстро попрощались. Омега рассчитывал, что сейчас его отвезут домой, но, оказалось, машину Мин оставил дома. Феликс ничего на это не сказал, только хмыкнул, и они разошлись. Такой подставы в поздний час он не ожидал. Нужно скорее позвонить старшим, чтобы забрали его. Когда он достал телефон, на нём красным мигал один процент заряда. Ёнбок тут же набрал номер Бина и слушал гудки. Но трубку взять не успели, мобильный разрядился. Хмурый омега так и пошёл по тротуарам, освещаемым только уличными фонарями. Вечером становилось куда холоднее солнечного дня. Феликс натянул на себя кофту до самых ушей, ноги все замёрзли. И будто этого мало, ведь на голову стал капать дождь. Вот-вот начнётся ливень. Он ускорил шаг. Дорога становилась сырой, а поток усиливался. Пришлось снять кофту и нести её над головой. Зябко и мокро, поскорее бы добраться до дома. Как назло, общественный транспорт в это время не ездил и деньги на такси остались в другой сумке. День сегодня полон контрастов. И Ёнбок терпел, стиснув зубы. Вдруг сзади кто-то просигналил. Пришлось остановиться и обернуться на подъезжающую машину. Окно открылось, и в нём показалась знакомая макушка светлых волос. — Феликс? Залезай, подброшу до дома, — Хван оглядел омегу всего насквозь промокшего. Тот, ничуть не колеблясь, уже открывал дверь и садился на сиденье. Что угодно, лишь бы не под дождём идти ещё три километра. Машина тронулась, и они поехали. Ёнбок весь подрагивал от холода и стекающих капель. Только сейчас стало неловко, ведь он мочил собой четверть салона. Хёнджин учтиво включил печку и поставил радио на небольшую громкость. — Могу поинтересоваться? — Конечно, — шмыгнул носом Феликс. — Вы с Сынмином встречаетесь? — Хван не переставал смотреть на дорогу. — Не то что бы встречаемся, — Ли замялся, не зная, как ответить на вопрос, но решил рассказать, как есть. — Родители хотят выдать меня замуж, поэтому выбрали несколько хороших альф. Я ходил на свидания с каждым и отказывал. Сынмин был последним в списке. — Ему ты тоже отказал? — альфа чуть приподнял бровь, заворачивая на другую улицу. — Пока нет, — Ёнбок сжал губы и посмотрел в окно. Непривычно обсуждать женихов с кем-то, кроме Минхо. — Порой кажется, идеального вообще не существует. Старшие говорят, буду и дальше слушать советы Минхо, только в девах останусь. — В чём-то они точно правы, — Хёнджин усмехнулся, но совсем не по-злому. Феликс покачал головой. Он и сам понимал, что долго отказывать всем не сможет. Замуж уж очень хотелось. И мечта о ребёнке не давала покоя. Вот только она казалась настолько сокровенной, что делиться ей с Хваном, пожалуй, не стоило. В голове эхом проносились слова Минхо: «он хитрый человек», но Ли старался избавиться от них. Он ещё поглядел в окно, выпрямился и перевёл взгляд на альфу. — А что насчёт тебя, Хёнджин? — небольшая пауза. — Когда планируешь остепениться? Мне казалось, ты старше меня и у тебя уже есть жена. Тот только улыбнулся и посмотрел на младшего в ответ. Долго не задержался и сразу перевёл взгляд на дорогу. Кажется, что-то обдумывал, вздохнул, перебрал пальцами по рулю. — Ты прав, недавно исполнилось тридцать два. Но страшно даже думать о свадьбе. Отец всё время рассказывал: «Как только я женился на твоём папе, оказался в его рабстве». Но в те моменты он не выглядел недовольным. Весь сиял, будто ему нравилось находиться под каблуком. — Но наследник ведь нужен, — заметил Ли. — Кому ты передашь бизнес, как не своему ребёнку? — Папа говорил то же самое, — улыбка Хёнджина теперь показалась с ноткой иронии. — Ребёнок… я уже думал об этом. Ни один омега меня не привлекает, а с бетами противно. Наверно, аист принесёт. Ёнбок тихо захихикал. Вроде босс, а так легко общается. С Хваном Ли и правда не чувствовал напряжения, как только они познакомились получше. Пусть он и не во вкусе омеги, друзьями они могут стать крепкими. Наконец Хван остановил машину и припарковался рядом с домом Феликса. Тот поблагодарил за помощь, вышел, как услышал за спиной: «Впредь получше выбирай кавалера», на что закатил глаза в улыбке. Уже дома он, уставший, переоделся, развесил вещи сушиться и лёг на кровать. Осталось позвонить родителям и можно лечь спать. Те, узнав, что сын отверг ещё одного альфу, для вида повозмущались. Правда вскоре успокоились, приняв тот факт, что внуков от Ёнбока им ещё год точно не видать. Отключив телефон, омега раскинул руки и ноги по кровати, глубоко вдохнул и провалился в сон. Думать ни о чём не хотелось, завтра же выпускной.

***

Этот день настал. Феликс счастливый вместе с однокурсниками на торжественной церемонии стоял на сцене. Красили они её неделю, и ещё пару дней она сушилась. Всё здесь от искусственных цветов до лавочек для гостей обустроено по его правилам. Всех это устраивало, они доверяли вкусу омеги. Так что в каком-то плане этот день принадлежал ему и существовал тоже благодаря ему. Студенты показали себя перед пришедшими родными и друзьями, станцевали и спели, а после им по очереди вручали дипломы. Все счастливые и довольные. Учёба наконец-то закончена. Дальше все разбегутся кто куда и устроятся на работу, встречаясь теперь только раз в десять лет. Некоторым будет, чем похвастаться, а некоторым только радоваться за бывших однокурсников. Но Феликс в себе уверен. Он точно знал, что его, такого трудолюбивого, работодатель возьмёт сразу же. Он ведь так усердно умеет работать, строить планы и выполнять их. Следовать чьим-то указаниям тем более сможет, не впервой. На работе его будут, как и в универе, ценить и уважать. Главное — правильно себя преподнести, но с этим у Ли никогда не было проблем. Теперь, спускаясь, наконец, со сцены, выпускники понемногу растворялись в толпе в поисках тех, кто пришёл их поздравить. Ёнбок же направился к семье. Те дружной кучкой стояли и махали ему. Эти широкие улыбки Феликс узнавал всегда, только его родные могли так искренне радоваться. На душе стало теплее, как только племянники толпой набежали на дядю, вешаясь на него с объятьями. Он их всех поцеловал, поблагодарил за поздравления, никого не оставив в тени. Крошка Сону даже оказался на руках Ёнбока, категорически сопротивляясь на слова матери о том, что дяде может быть тяжело. А Феликс только рад. Попутно за него радовались и поздравляли остальные члены семьи. Хо так отошёл ненадолго с братом в сторону, вручив маленькую коробочку, обычно предназначенную для украшений. — Да ну, Хо-я… — старший взглянул на подарок озадаченно. — Да, Ликс-и, да, — младший довольно улыбнулся, взяв с коробки подвеску в виде серебряного кота и застегнув на шее Ёнбока. — Я помню, какими глазами ты смотрел на неё, когда мы гуляли по центру. Не мог не купить тебе это. Феликс почти прыгнул на Минхо с объятьями, шепча благодарности. Так радостно знать, что дорогой сердцу человек заметил даже самую незначительную деталь в нём и решил сделать сюрприз. Ёнбок любил такое, и Хо это прекрасно знал. Он крепче обнял брата, растворяясь в его тепле. — Но она же парная, — захлопал глазами старший. Усмешка младшего звучала очень по-доброму. Он достал из-за футболки вторую часть подвески, что уже красовалась на шее. Феликс от восторга захлопал в ладоши и соединил украшения. Теперь два кота — один чёрный, другой серебряный — образовали форму сердца. По-настоящему крепкая семейная любовь. Оба Ли не забудут эту связывающую их теперь деталь. — Хо, Ликс, идите сюда! — раздался голос Бина, идущего в их сторону. Братья, не раздумывая, зашагали к нему навстречу. Тот, заметив счастливое и довольное лицо самого младшенького, даже смутился, но после улыбнулся в ответ. — К тебе пришли, Бок-а. Господин, представившийся Хваном, хочет тебя поздравить. — Он сам пришёл? — не успел он договорить, как заметил за братом высокую фигуру Хёнджина. Глаза округлились от неожиданности. — Сам, как же ещё, — усмехнулся Хван, подобрав ладонь омеги и легко целуя её. От такого по-джентельменски красивого поступка Ли снова смутился. — Прекрасно выглядишь. — Спасибо, рад тебя видеть, — Феликс одарил мужчину по-настоящему искренней улыбкой, и уголки губ того тоже приподнялись. Минхо рядом только вежливо поклонился боссу, а Чанбин поспешил увести младшего в сторону остальной семьи, пока тот пристальным взглядом не прожёг дыру в затылке Джина. Кажется, Хван и так это заметил, немного прищурился, но после снова перевёл взгляд на Ёнбока перед собой. — Поздравляю с окончанием учёбы, — плавно начал он. — Надеюсь, на этом ты не остановишься и пойдёшь работать по специальности. — Спасибо, Хёнджин, — он улыбнулся так, что глаз стало почти не видно. — Уже на следующей неделе планирую подавать документы. — Где хочешь начать работу, если не секрет? — Хван направил их в сторону небольшого парка за универом совсем неспешным шагом. — Наймусь в контору недалеко от дома. Хотелось бы работать с Минхо, но не думаю, что начинать стоит с этого. Мне нужно набраться опыта. Они уже дошли до аллеи, шагая под деревьями. Наступило лето, и теперь солнце опаляло лучами всю землю, в тёмном костюме становилось душно, и Феликс расстегнул пару верхних пуговиц рубашки. Наверно Хо был прав, не стоило покупать, правда денег на него всё равно потратили не они, за что спасибо Джину. — Пожалуй, ты прав. Наработаешь стаж, и сразу в мою компанию, — Хван только слегка улыбнулся на невнятный смех Ли, прикрывающегося ладонью. — Почему нет? Твой брат менеджер, ты — бухгалтер, звучит вполне реалистично. — Так я себе всё и представлял, Хёнджин, — Ли вдохнул воздуха, прикрыв глаза. — Жаль, скоро Минхо уезжает. Мне некому станет жаловаться на трудности взрослой работы. Хван вновь издал смешок. Он давно понял, насколько близки братья. Такое редко встретишь, они настоящие самородки друг у друга. Даже подвески на шее парные. Прежде, за всё время работы Хо в компании Хвана, Хёнджин не видел его весёлым или хоть немного несерьёзным. Только после встречи с Ёнбоком обнаружил, что этот юный альфа ещё как способен на расщедрение эмоциями. Кажется, старший брат является его особой слабостью в их большой семье. Хван и Ли ещё о чём-то поговорили, когда Джин проводил его обратно до родных, не забыв вручить небольшой подарочный пакет, взяв с Ёнбока обещание, что откроет он его только дома в своей комнате наедине. Хо лишь странно на это покосился, но ничего не сказал. Дальше они гуляли все вместе, Феликсу не захотелось возвращаться к однокурсникам, пить он всё равно не любил и не умел. • • • Семья Ли направилась в кафе. Своё любимое, где они обычно праздновали все праздники: от дня рождения до нового года. Хотя, раз сегодня день Ёнбока, по-началу спросили, куда бы он хотел, и ответ оказался очевиден. Все Ли любили это место. Тут просторно, персонал вежливый и меню вкусное, со множеством разных блюд. Владелец даже успел завести хорошие отношения с Чанбином, с тех пор их особенно радушно встречали у себя в дверях. Феликс как и всегда сел с краю, когда дети боролись за место у окна. Минхо тоже, уже как традиция, находился рядом со старшим. Все расселись за длинным столом, и к ним подошёл официант. Парень молодой, на вид даже младше Хо, чему альфа вдруг хмыкнул. Прежде семья его тут не видела, может, совсем недавно устроился работать. — Здравствуйте. Готовы сделать заказ? — парень мило улыбнулся, подняв к себе ближе ручку с блокнотом. Пока все по очереди диктовали официанту пожелания, Ёнбок задумчиво разглядывал меню. Уже всё он попробовал, хотелось чего-то нового, но нечего. Взгляд падал на нового работника, на то, как приятно он общался с родными и аккуратно всё записывал. На бейджике Феликс заметил имя «Хан Джисон», довольно симпатичное. Когда очередь дошла и до него, Ёнбок всё-таки смог выбрать коктейль и пару закусок. — Может, желаете попробовать наш шоколадный торт? — вдруг вмешался официант, до этого и слова, кроме приветствия, не проронив. — Но в меню его нет, — Феликс растерянно стал листать страницы, озадаченный тем, как мог не заметить его за всё это время. — Он только недавно появился в наличии, поэтому не успели внести в список, — пояснил тот. Глаза омеги загорелись. Он любил всё, что связано с шоколадом, какао и прочим. Трудно было отказаться от такого заманчивого предложения. Взглянув на отца, маму и старших, сидящих напротив, он увидел в них одобрение, поэтому сразу заказал и торт. Осталось лишь дождаться заказа и начать приятный вечер. Впрочем, он и сейчас был приятным. Вновь разговоры обо всём на свете. Вновь племянники рассказывали свои выдуманные истории и то, как провели день в садике. Старший, Хун, уже в этом году пойдёт в начальную школу, вот и лучше всех мог повествовать свои байки. Его заслушивались особенно долго, пока одна из близняшек не перебивала. Тогда уже две альфы продолжали заместо него. Взрослые на это только смеялись и продолжали обсуждать между собой дела. Потихоньку стали приносить заказ, стол наполнялся едой, и дети уже более осторожно вели себя. Один малыш Сону продолжал в ладошках держать сверкающий от света лампочки кулон дяди, тыкать в него пальчиком и брать в рот, на что Феликс плавно убирал украшение, пока ловкий омега снова не брал его в руки. До огромных глаз и приоткрытых слюнявых губ было интересно разглядывать новую «игрушку». Вскоре такая же нашлась и у второго дяди, поэтому Сону перелез на колени Минхо. Джисон же в это время бегал с кухни до стола и обратно, принося всё новые и новые блюда. Кажется, и правда устал, семья у Ли не маленькая, а с аппетитом явно проблем ни у кого не имелось. Дети уже пили напитки и ели рамён (сладкое, как всегда оставили на потом), взрослые пробовали мясо, Хо аккуратно подкладывал его омеге, до сих пор сидя с Сону на руках. А Ёнбок ел всё, что ему даст альфа, не отказывался. Когда из-за колличества еды не было видно и края пустого места, Феликс заметил, как Хан у стойки выдохнул. День для него выдался нелёгкий. С небольшим смешком Ли продолжил кушать дальше. Торт, к сожалению, так и не поместился, было принято решение отложить его. Начались тосты. Каждый по очереди поздравлял выпускника, желал ему что-то своё. Ёнбок на всё лучезарно улыбался и кивал, обнимал близких и целовал в щёки. Не забывал кормить и младшенького, широко раскрывающего рот только для дяди. Заказанное быстро таяло на глазах в душевных разговорах и добром смехе. Джисон снова мелькал перед глазами, теперь убирая лишнюю посуду, освобождая место для главного. — Урааа, поздравляем, Бок-а! — вдруг хором начали все Ли, пока официант нёс к ним аппетитный тортик. Феликс захихикал от радости. Кажется, улыбка с его лица не сходила весь день напролёт. Наконец торт оказался посередине стола, и отец семейства начал делить по кусочку каждому. Младшие быстро всё смяли, стараясь ухватить побольше и от старших, что отвлекались на разговоры. В этом деле дети становились настоящими охотниками, пусть их и приучали так не делать. Ёнбок закатил глаза в удовольствии, пробуя лакомство. И правда, если бы его спросили, что он готов есть вечность, ответ очевиден. Правда вот он один учуял в бисквите лёгкий аромат вина? Никто больше, кажется, не ощутил его, поэтому омега тоже продолжил трапезу. Минхо на довольный вид брата только усмехнулся. Как в такого маленького могло вмещаться столько еды? Он уже готов был подавиться, но с трудом пихал в себя кусочек за кусочком, больше отдавая свою порцию жадному до сладостей Сону. Так и прошёл вечер. Все остались довольны и сыты, на выходе благодаря Джисона, что незаметно потирал поясницу. Нести торт, когда на тебя смотрит десяток глаз, оказалось делом не из простых. Руки так и норовили уронить увесистую ношу. Семья Ли ушла, оставив после себя гудящую в ушах тишину. Хан аж передёрнулся весь. Вложив деньги в кассу и прибрав столы, омега направился в комнату отдыха. Там мельком прошёлся взглядом по коллегам и вышел на улицу покурить. По крайней мере, так он говорил, хотя все знали, что Джисон не фанатик такого. Встав в безлюдный угол и ещё раз оглядевшись вокруг себя, он набрал номер. Гудки пошли, и трубку сразу взяли. — Господин Хван, семья Ли и в частности Ли Ёнбок попробовали торт, как вы и приказали, — ровно произнёс Хан. — Отлично, всё идёт по плану, — раздалось из телефона. — Как себя вёл Минхо? — Ничего не заподозрил, веселился со всеми. Послышалось молчание. Босс спокойно дышал в трубку, будто о чём-то задумавшись. Джисон ещё раз оглянулся по сторонам и прижался спиной к холодной стене. Нельзя было, чтобы его заметили за разговором. Всё должно пройти как можно более гладко. — Господин, можно вопрос? — немного несмело спросил Хан. — Задавай. — Вы явно что-то задумали. Не будет ли от этого последствий? — Я смотрю, ты за пару часов успел привязаться к семье Ли, — фирменная усмешка Хвана, на что Джисон чуть напрягся. — Если я и убью кого-то из них, то только Минхо с его подозрительностью. Так что постарайся сделать так, чтобы он не совал свой нос в мои дела. Считай, этот мелкий альфа на тебе. — Да, господин, — Хан невольно уже поклонился, сразу после звонок отключился. Омега выдохнул, убрав телефон в задний карман штанов. Постоял ещё немного и снова зашёл в здание. Свои ростки дала новая история, новая страница в его жизни. Прежде Джисон не думал, что станет связываться с семьями, он работал только с противниками босса. Но никогда не поздно что-то менять в своей направленности, поэтому Хан настраивал себя на любой исход, зная не особую терпеливость своего господина.

***

Так и случилось, на работу Ёнбока приняли сразу. Добрым человеком оказался начальник, не стал давить на новичка, дав ему время освоиться. Ли в первый же день показали его место за столом, компьютер и принтер, рассказали о правилах и дедлайнах, но посоветовали не откладывать на потом задания босса. Феликс остался всем довольный и после одного рабочего дня пришёл домой счастливый, словно кот сметаной объевшийся. В первую неделю ему помогал Минхо, он же и наставлял с выбором нужной конторы. Брат в этом деле давно, плохого не посоветует. Но сразу после того, как младший уехал на учёбу, у старшего начались проблемы. Взрослая жизнь во всю показала себя, разбиваясь розовыми очками внутрь. Работы становилось всё больше. Отчёты росли на глазах, как дрожжи, выскальзывая из рук омеги. Работодатель оказался не так уж прост. Да и коллеги вели себя не самым дружелюбным образом. Одни что-то не доделывали и скидывали на Ли, которому нельзя отказать сонбэ, другие просто отвлекали разговорами, работа шла неладно. Помимо этого босс часто посещал их, будто насмехательски спрашивал, как идут дела и, не дослушав, уходил к себе в кабинет. Феликс мысленно ненавидел всю контору. Их дружелюбие не продержалось и недели. Теперь Ёнбок ещё чаще посещал любимое семьёй кафе, заказывая сразу по нескольку кружек кофе и доделывая за компьютером отчёты, ведь домой их таскать не было никакого желания. Всё чаще стал видеть Хана, и вскоре тот подсаживался напротив, начиная беседу и спрашивая о самочувствии. Оказалось, он и сам омега, младше на три года. До этого правда Ли не доводилось общаться с кем-то младше брата, но Джисон приятный собеседник, с ним легко на душе, особенно после унылого коллектива на работе. Хоть какая-то искра в жизни по будням. Вместе они постепенно начали сближаться, и Феликс ожидал конца рабочего дня, сидя за столом с кружкой кофе и иногда чизкейком. Тогда Хан снимал с себя фартук, заканчивая смену, и вдвоём они шли до дома. Неожиданно судьба их свела, но, кажется, оба были только рады. Вскоре Джисон рассказал и о своей жизни, и о семье. Она у него ну совсем крошечная. Только бабушка и Хан, всем обеспечивающий свою старушку. Как ему удавалось ежедневно в полный рабочий день работать, потом ухаживать за родственницей, поддерживать дружелюбный контакт с коллегами и продолжать улыбаться, Феликс не поймёт никогда. Он сам, только вступив на этот путь, уже не вывозил. Стало понятно, отчего Минхо постоянно такой серьёзный. И это ещё господин Хван приглашал Ли к себе в компанию? Только приходя домой и устало падая на кровать, омега постоянно вспоминал его. Точнее, подарок на выпускной от альфы давал о себе знать. Вкусно пахнущая вином ортопедическая подушка оказалось незаменимой вещью после тяжёлого дня. Правда, когда Хо её нюхал, ничем она не пахла. Необычно, но, несмотря на это, Феликс даже чувствовал себя особенным, тихо посапывая на ней ночью. Сладкий аромат ощущался и на языке, успокаивая, пусть омега и никогда не пил. • • • Ещё неделя работы без отдыха и отказа от выходных с близкими отразилась на Феликсе не самым лучшим образом. Он весь побледнел фарфоровой статуэткой от нехватки воздуха и солнца в душном офисе, исхудал, вливая в себя один только кофе, и синяки под глазами не заставили долго ждать. Разглядывая себя в зеркало, можно только посочувствовать самому себе. Как же не хватало Хо рядом с его поддержкой. А брат тем временем вкалывал не меньше. Звонил почти каждый день перед сном, и Ёнбоку всё тяжелее стало скрывать своё истинное подавленное состояние за улыбкой. Альфа знал его повадки наизусть, обещая сдать экзамены как можно раньше, чтобы поскорее приехать домой. Омега согласился и снова заснул, как только голова коснулась подушки. К счастью, благодаря Хвану, хоть шея и спина не болели, в отличие от постоянно что-то печатающих пальцев рук. — Феликс-хён, может тебе взять отгул на пару дней? Ты уже двух слов связать не можешь, — обеспокоенно оглядывал раскиснувшего на диване старшего Джисон. — Вот и нет, Хан-и, я просто не успеваю отчёнчить заёт, — с серьёзным видом омега продолжал печатать. — Что, прости? — Чёрт, — Ёнбок понял, что сказал, и закатил глаза. — Я хотел сказать «закончить отчёт». — Вот это я и имею в виду, — друг только покачал головой. Ли вздохнул, закрыл ноутбук и опрокинул голову, попросив себе кружку кофе. Хан кивнул и через пару минут принёс рамён и закуски к нему, расставляя по столу. Феликс удивлённо за всем наблюдал, скорее не в силах, чем не в возмущении не сумев сказать и слова против. Джисон унёс поднос и снова сел рядом. — Кушай, — коротко сказал омега. — А то невозможно на тебя без слёз смотреть. Ёнбок только хило усмехнулся. Пришлось послушаться, но только потому, что кушать и правда хотелось. Взяв палочки, он клал закуски одну за другой в рот, разжёвывая. Простая еда теперь казалась куда вкуснее ставшего пресным кофе. Ли никогда так ещё не наслаждался лапшой и овощами с мясом. Хан же только улыбался, наблюдая, как светлеет на глазах друг. Вскоре они направились по домам. Джисон проводил своего хёна, ведь живёт дальше, и они попрощались. Завтра вновь рабочий день, и Феликс просто не знал, как ему быть. Больше он не выдержит. Ноги дрожали ещё когда он начал подниматься по ступенькам ко входу в подъезд. Пусть Хан и помог утолить голод, слабость всё равно растекалась по телу и заставляла вспоминать о себе. В глазах темнело, Ли и не помнил, как оказался в квартире. Его окружал только усилившийся в разы аромат вина, подушка и одеяло. Так и заснул, расслабляясь тем, как вдыхал этот полюбившийся запах.

***

Проснулся Феликс совсем не в своей комнате. В глазах плыло, в нос дал незнакомый запах, а пространство вокруг всё в оттенках пастельного. Точно не квартира омеги, полная разных красок. Он поднялся с кровати слишком резко, голова заныла от боли. Пришлось посидеть так, пока не отпустило, и глаза не показали перед собой полную картинку. Просторная комната, такая же кровать, довольно мягкая, всё тело проваливается в неё, справа панорамное окно, наполовину закрытое плотной шторой до самого пола, дальше шкаф, рабочий стол, туалетный столик и слева дверь. Взгляд зацепился за неё. С грехом пополам омеге удалось подняться. Прежде так плохо он себя не чувствовал. Голова совсем разболелась, а ноги отказывались ходить. Но выбраться надо было, Ёнбок точно помнил, как уснул у себя. Всплыло миллион вопросов. Он просто надеялся, что всё в порядке, и сейчас его отвезут домой. Взявшись за ручку двери, он потянул её. Не открывается. Сердце тут же забилось чаще. Рефлекторно Ли стал стучаться в дверь и звать, нет, кричать, как только ему это позволяла боль. Все уши заглушил себе, но так никто и не открыл. В отчаянии, с трясущимся телом Феликс направился в сторону окна. Может, можно спрыгнуть? Минхо говорил никогда не сдаваться и идти до последнего, чему брат у него точно научился. Но зубы тут же заскрипели, увидев высоту под ногами. По спине прошёлся холодный пот, в глазах снова начало темнеть, а пульс участился. Ли тяжело дышал, стараясь взять себя в руки. Наверняка просто накручивается, а потом окажется, что это добрые люди решили ему помочь, ведь, может, омеге просто приснилось, как он зашёл домой. Трудно сейчас было не закричать и не упасть с воплями на пол. Сзади вдруг стал чувствоваться знакомый аромат. Красное вино. Ёнбок замер, сердце на миг перестало биться, и он обернулся. Перед ним стоял Хёнджин, спокойный и в своём обычном виде: с зачёсанными светлыми волосами и пиджаке с брюками. Прямо как у себя на работе. Так это его дом? Но Ли уже не мог спросить, ноги совсем не держали, и омега начал падать. Тогда альфа ловко подхватил его и понёс на кровать. Укрыл одеялом, коснулся широкой ладонью лба, закрывая чуть ли не пол-лица. Стало на удивление легче. Феликс почувствовал небольшую лёгкость, вдыхая феромоны Хвана. Необычно, совсем ново для него. — Хёнджин… — заикаясь, прохрипел Ли. Видимо, от криков сорвал голос. — Где я? — Ты у меня дома, — спокойно отвечал мужчина. — Как я здесь?.. Нет. Когда я буду у себя? — глаза так и закрывались, клонило в сон, но в то же время странно тянуло на то, чтобы альфа никуда не уходил. — Боюсь, уже никогда. Ёнбок замер. Тут же раскрыл глаза и сглотнул, глядя на какой-то хищный взгляд Джина, начиная опасаться его. — То есть?.. — Ты беременный, Феликс, — всё так же ровно продолжал Хван. Дышать стало тяжело. Ли еле открывал рот и ловил губами воздух. Больше он и слова вытянуть из себя не мог. Сердце вновь заколотилось, как сумасшедшее, отдавая болью в висках. Омега схватился за руку альфы, скуля в невозможности больше терпеть. Почему не уйдёт домой? Что значит это «беременный»? Паника нахлынула на обречённого парня. — Успокойся, ничего плохого я с тобой не сделаю, — на успокоение это совсем не смахивало. — Родишь и сразу вернёшься домой. Так всё-таки вернётся? Но нужно родить. Когда он успел забеременеть? И, главное, от кого? Эти вопросы Ли так и не смог задать, но они волнующе вертелись в голове. Невыносимая тянущая боль прошлась по всему телу, заставляя выгибаться, жмуриться и скулить. Тепло внизу ощутилось, лишь когда Хёнджин стал водить ладонями по телу и надавливать на больные места. И правда стало легче, намного. Феликс задышал спокойнее, умиротворённее. Наконец удалось посмотреть на Хвана, который навис сверху, кончиками волос касаясь лица. Глаза его узкие от прищура, взгляд пугающий и в то же время завораживающий. Ли снова сглотнул, не в силах пошевелиться. — Глупый омега, — усмехнулся альфа. — Беременному нужно сохранять спокойствие и дома сидеть, а не впахивать на работе, как последний раб. — Но от кого я?.. Договорить так и не удалось, аромат вина опьяняюще подействовал, заставляя язык заплетаться, а веки закрываться. Погладив Ёнбока по горячему лбу, Хёнджин убедился, что тот заснул, и вышел из комнаты. Наконец-то цель достигнута, омега в его доме. Беременный от него. Теперь можно ни о чём не беспокоиться, ведь удержать его здесь — дело лёгкое. Главная опасность совсем в другом.

***

Настало утро. Или день, или вечер. Ёнбок уже не знал, когда очнулся. Но находился он во всё той же постели, в комнате с тем же интерьером. В голове пусто, а внизу живота тянущая боль, сильнее, чем во время цикла. Феликс вдруг спохватился и спрыгнул на пол. Простынь чистая, ни единого пятна. Обернулся и взглянул на штаны. Тоже всё в порядке. Что же это за боль такая странная? Он ещё пару раз осмотрел себя и кровать, прежде чем заметить посторонних рядом. Около стены вдруг кто-то неловко потёр шею. Ли тут же обернулся и закричал как не в себя. Двое незнакомых всё это время стояли с разных сторон двери и наблюдали за омегой. Он упал на кровать и задрожал, разлупив глаза в полную меру. — Вы ещё кто такие? — продолжал Ёнбок в крике. — Господин, мы всего лишь Ваша охрана, — подал голос один из них. Феликс замолчал и принюхался. Никаких чужих феромонов, только его собственные, разбушевавшиеся и заполнившие всю комнату. Значит присутствующие, скорее всего, беты. Он чуть расслабился, но не переставал напрягаться от того, как мужчины разглядывали его в ответ. Пришлось побороть себя и выпрямиться, сесть ровно. Они не настроены враждебно, уже плюс. — И зачем вы здесь? — первое, что пришло в голову. — Следить за Вашим состоянием и докладывать боссу, — пояснил второй. Так называемая «охрана» стояла, прижавшись к стене. Феликс продолжал не отрывать от них глаз так, словно, если прервётся хоть на секунду, те нападут на него. Мужчины оба крепкие и большие, одетые в типичные офисные костюмы. Правда в отличие от коллег омеги, мышцы у них отчётливо виднелись даже на чуть приоткрытой шее. Слишком перекачаны. Отчего-то стало жутковато находиться с ними в одной комнате. Наверно, всё же альфы. — Прямо в комнате? — Таков приказ, господин. — Ваш босс — Хёнджин? — Ли прищурился. — Да, господин. — Почему бы ему просто не отпустить меня? — Ёнбок сложил руки, начиная нервничать из-за таких каменных лиц. — Мы не знаем всех подробностей. А на некоторые вопросы не имеем права отвечать. Простите, господин. — Господин, господин, господин, — омега фыркнул и спрыгнул с кровати, направляясь к окну. Его вдруг начало раздражать всё подряд. Живот ныл, солнце слепило прямо в глаза, а сзади пялились двое мужчин. Захотелось устроить истерику, перевернуть всю комнату вверх дном, порвать все простыни, разрезать матрас, исцарапать шкаф, разбить зеркало, перевернуть рабочий стол, раскидать всю косметику и, наконец, выбить стекло из рамы. Омега кипел, и ярость его постепенно росла из ниоткуда. — Хочу кофе, — сквозь зубы процедил Ли, оборачиваясь на охрану. — Скоро Вам принесут завтрак, — сообщил мужчина. — Нет, я хочу именно кофе и именно сейчас, — он топнул ножкой и сжал руки в кулачки. — Вы болеете, господин, врач назначил Вам рацион питания и его нельзя сбивать, — телохранитель даже не шелохнулся. А истерика начала накатываться. Феликс как мог держал себя в руках. Резко развернулся и стал бить в окно. Сначала просто стучал, но затем стуки перерастали в большее. Ёнбок откровенно пытался выбить стекло, хныкал от неудачных попыток и упал на колени. И всё равно продолжал. Бился как свободолюбивая птица запертая в клетке. Неожиданно начал кричать во всё горло, и боль поднялась от живота к голове. — Господин, вот Ваш кофе. Он поднял голову и увидел одного из телохранителей рядом. Тот и правда протягивал кофе. Когда только успел? Феликс недоверчиво косился то на него, то на стакан. Перестал хныкать, вытер глаза и не без помощи поднялся на ноги. Взял кофе со странным взглядом. Не ожидал, что просьбу и правда выполнят. Но как только отпил, понял, в чём подвох. Напиток только обёрткой был кофе, а сам же противный и горький на языке. Ёнбок закашлялся, выплёвывая всё на пол. — Что вы мне подсунули? — снова крик. Омега больше не слышал ответа мужчин. Резкая боль отдала в виски от громких звуков, низ живота только усугублял ситуацию. Ли откинул чёртов стакан в сторону и держался на дрожащих руках, рухнув на пол. Перед глазами снова плыло, ощущение, будто сейчас сознание потеряет. Слабость и беспомощность ударили рядом по обречённому, только слёзы тихо капали с щёк.

***

Каким образом снова настало утро, Феликс не понял. На этот раз взгляд сразу метнулся в сторону двери. Мужчин там не было, и он облегчённо выдохнул. Раскинул руки и ноги по кровати. Прежней боли не ощущалось, наконец-то стало легче дышать. Омега вертелся на постели. То направо, то налево, как ребёнок. Лёг посередине, вытянулся, выгнулся и со всего размаху плюхнулся. Как приятно чувствовать, что ничего не болит. Правда радость продлилась недолго. В нос дал лёгкий аромат вина. Ёнбок тут же сел и огляделся по сторонам. Никого рядом не было. Но отчего-то безумно приятно чувствовать эти феромоны. Ими хотелось дышать бесконечно, они успокаивали. Странно, но Ли даже пытался поймать их всё больше, как только запах исчезал. Из ниоткуда вышел Хёнджин. — Что ты тут устроил? — тембр голоса пробрал омегу, заставляя вздрогнуть. — Я? — он забегал глазами по Хвану, резко растерявшись. — А кто ещё мог такую истерику закатить? Альфа взглядом указал на порванные занавески, грязный пол и слегка поцарапанное окно. Ли и правда всё прекрасно помнил. Снова взглянул на Джина. — И не стыдно тебе? — он сел на кровать у самых ног, сложив руки на груди. — А тебе не стыдно? — Феликс вновь почувствовал то желание разгромить всё вокруг. — Украл меня, напугал беременностью и теперь держишь в своём доме. Я даже не знаю, где мой телефон, чтобы позвонить Минхо! — Опять этот братишка? Долго ты за него будешь прятаться? — взгляд Хёнджина стал совсем издевательским. — Мы не об этом сейчас, — Ли зашипел, сжимая простынь. — Насчёт того, что украл тебя, да, ты прав, — Хван оттянул паузу, словно задумавшись по деловому глядел куда-то в сторону. — Но это вынужденная мера. Иначе ты так просто бы мне не отдался. — Что значит?.. — Послушай до конца, — перебил альфа. — Мне от тебя нужен только ребёнок, дальше делай, что хочешь. Хоть женись на первом встречном. Но до этого момента ты не имеешь права рассказывать посторонним, что вынашиваешь моё чадо. Когда я тебя выпущу, всё останется между нами, и твоя семья не должна знать абсолютно ничего из того, что происходило в стенах моего дома. Ёнбок перестал дышать, вслушиваясь в монолог Джина. Слишком шокирующие новости, слишком запутанные обстоятельства, слишком много вопросов. Не верится, что под сердцем, прямо внутри живота у него растёт тот, кого он так нежно желал. Но совсем не так представлял. Хотелось от любимого альфы, и чтобы навсегда. А тут от Хвана, и со словами, что ребёнок не достанется Ли. Вновь накинула ярость. Захотелось вцепиться в Хёнджина и разорвать в клочки. Он стал неровно дышать и стискивать зубы. Кулаки уже держались за одеяло, а взгляд безумно оглядывал альфу. Тот, правда, и бровью не повёл, только хмыкнул. От этого стало совсем невтерпёж. — Ты что… — Ёнбок заикался, но полз к Хвану на другом конце кровати. — Когда ты успел меня? — Пока ты спал, конечно, — как ни в чём не бывало отвечал тот. — Пока я?.. — А ты думал для чего тебе эта подушка, вся пропитанная моими феромонами? — Джин ухмыльнулся, как только Феликс взялся за его плечи. По сравнению с ними ладони омеги казались совсем маленькими ладошками. Но они продолжали давить и царапать сквозь одежду. Ли кипел и готов был взорваться. Всё тело тряслось, но, как назло, ничего не болело. Он и не знал, что сказать на такое. Хван слишком наглый, слишком бесчувственный и думающий только о своей выгоде. Так легко оплодотворить омегу и после этого спокойно смотреть ему в глаза. — Ты грязный, — сквозь зубы процедил Ёнбок, понимая, что совсем не управляет феромонами, — самый грязный и противный альфа из всех, что я знаю! Ему удалось со всей силы повалить Джина на спину и сесть сверху. Пришлось ещё повозиться, прежде чем суметь разорвать пиджак. Гнев и отчаяние помогали ему. Омега сжимал между бёдер широкую талию, ногтями царапал рубашку, а сам кричал в истерике, не зная, куда деть нахлынувшую ярость. Хван под ним молчал и не делал ровно ничего, совсем никак не реагировал. Это лишь больше выводило из себя. Наконец Ли удалось разорвать белоснежную рубашку полностью. Приятная боль прошлась по напряжённым мышцам рук. Перед глазами показалась широкая грудь альфы, спокойно поднимающаяся верх и опускающаяся вниз. Хотелось и её исцарапать, но отчего-то Феликсу не хотелось трогать её. Тогда он вцепился в волосы. — Отпусти меня домой! — тяжело дышал омега. — Нет, — спокойно ответил альфа. Тогда Ли ничего не оставалось, кроме как оттягивать светлые пряди, сжимать их и ворошить по постели. Бёдрами он всё так же сжимал талию. Постепенно сквозь физическую нагрузку и эмоциональная боль начала отступать. Но Ёнбок всё продолжал не отлипать от Хёнджина. Тот, как только омега перестал кричать и краснеть из-за этого, ухватился за его ноги. Тут же потянул вниз. Ли резко оказался вжат спиной в матрас. Утихомирившаяся буря снова закипала, но в этот раз ей не удалось вылиться. Только Феликс хотел дать Хвану пощёчину, как к его губам прижались. Джин рвано поцеловал, не отстраняясь, даже когда в грудь неистово колотили два кулачка и пинались две ножки. Альфа лишь лёг на омегу, заставляя не двигаться. Феромоны вина и роз стали переплетаться между собой, Ли задыхался в них, но в то же время успокаивался. Быть прижатым Хваном ему совсем не по душе, но вдыхать его аромат очень даже нравилось. Он ещё несколько раз ударил по широкой спине, пока губы целовали, облизывали языком и всячески старались проникнуть внутрь. Только он не дал. Хватит. — Уйди отсюда! Не приближайся ко мне! Не хочу тебя видеть! — с трудом отстранившись, Ёнбок закричал на всю комнату, во всё горло, пока по щекам катились слёзы, гнев и ненависть смешивались в ядовитом растворе. — Я уйду, омега, — Хёнджин приподнялся, всё ещё нависая сверху. — Но посмотрим, как долго ты продержишься. Он тут же вышел, не оставляя после себя ничего, кроме разбитой судьбы, опухших губ и феромонов. Ли откинулся на постель, закрыл глаза и зарыдал. Громко, охрипшим голосом всхлипывая. Как же хотелось домой. В объятья семьи, на руки к Хо. Только не здесь, только не наедине с огромной проблемой и ребёнком в утробе. Вся жизнь разрушилась в одно мгновение. • • • И снова утро. Это чёртово солнце прямо с окна на заспанные глаза. Феликс ненавидел всё вокруг, в частности Хёнджина. Злость так и распирала изнутри, скапливаясь комком внизу живота, отчего тот начинал болеть. Ли уже хотелось умереть. Другого выхода отсюда пока ещё не находилось. И где вообще эта охрана, что так пристально за ним наблюдала? Ёнбок с трудом поднялся и сел. Огляделся по сторонам. Телохранители на месте, всё в порядке. Но что значит «в порядке», когда у тебя ничего не в порядке. Он медленно направился к туалетному столику и посмотрел на себя в зеркало. Всё лицо помято после подушки, глаза опухшие от слёз, а волосы растрёпанные. Пришлось найти расчёску и привести хоть какую-то часть внешности в порядок. — Здесь вообще душ есть? — он недовольный развернулся к охране. Но ответить ему не успели. В дверь постучались, и вошёл Джисон. У Феликса чуть сердце не остановилось при виде друга. Или, скорее, бывшего друга. Неужели он на стороне Хвана, и всё тут подстроено? Они взглянули друг другу в глаза, Хан сразу перевёл внимание на телохранителей и попросил их выйти. Те послушались, и теперь омеги вдвоём остались посреди комнаты. Ли в немом вопросе наблюдал за Джисоном, который уже успел и поднос с едой на стол поставить, и разложить всё аккуратно. После вновь перевёл взгляд на Ёнбока, неловко поджав губу. Кажется, он единственный тут подавал хоть какие-то признаки эмоций, в отличие от остальных, но это ничуть не успокаивало. В голове что-то щёлкнуло. — Так ты никакой не официант, — Феликс сложил руки на груди с каким-то отвращением. — Ты прав, — Хан опустил голову, — я обманул тебя. Прости, Ёнбок-хён. — Какой я тебе хён теперь? — Ли не мог понять, куда делась вся та злость, с которой он набросился на Джина. С Джисоном чувствовался только осадок огорчения. — Я очень виноват перед тобой, — продолжал омега грустным голосом. — Но я обещаю тебе, что сделаю эту временную жизнь здесь приятной для тебя. Скажи, и я уговорю господина Хвана сделать всё, как ты хочешь. Он и так сказал, чтобы чувствовал себя как дома. — Мне всё равно, что сказал твой господин, — Ли отвернулся, сжав губу при одном только упоминании альфы. — Моя жизнь уже никогда не будет мне нравиться. Сначала кража, ребёнок, потом эти телохранители, теперь ещё ты предателем оказался. — Я не предатель, Феликс. — А кто тогда? — омега перебил, почти крича. Хан на это вновь опустил голову и замялся. Он не знал, что ответить. Под пристальным взглядом развернувшегося Ёнбока он чувствовал себя маленьким хулиганом, натворившим дел невпроворот. Нужно срочно исправлять ситуацию. — Я на твоей стороне, и сделаю всё, что в моих силах, — он ещё постоял на месте, прежде чем продолжить. — Чего бы ты хотел? — Я бы хотел домой, — холодно произнёс Ли. Джисон только вздохнул. Они оба понимали, что не в силах сделать подобное. Ёнбок же только больше стал чувствовать себя обречённым. — Поешь, — Хан подвинул еду в сторону омеги. — Врач сказал с плодом ситуация критическая, велика вероятность выкидыша. Феликс тут же вылупил на него взгляд. Так всё это время его мучили симптомы выкидыша. Вот и славно, пусть Хван подавится от горя, а Ли уже будет всё равно. Не хочет он рожать ему ребёнка. Но в то же время жалко человека, который не появится на свет по вине омеги. А ведь он так мечтал об этом. Почему же в жизни всё складывается так иронично? — Если бы не этот малыш, — тихо начал Ёнбок, взяв в руки палочки, — я бы тут не был. — Прошу, Феликс, потерпи немного. Омеги рожают за пять месяцев, это не как обычные люди. Джисону на его попытки как-то сгладить ситуацию не ответили. Ли крепко сжимал палочки, резкими движениями начинал кушать. Голод при одном только запахе еды стал усиляться, хотелось ещё и ещё. Хан решил пока не беспокоить омегу и вышел из комнаты, куда вновь вошли телохранители. Одна сплошная головная боль для Ёнбока, терпеть он больше не мог. Настраивал себя на решительные меры. • • • Феликс весь день строил план. Раз Хёнджин сказал чувствовать себя как дома, так он и поступил. Сходил в душ, насладился ванной, полюбовался подарком брата. Воспоминания о нём, правда, отражались слезами и горечью. Омега переживал, ведь наверняка альфа беспокоится о нём не меньше, наверняка с ума сходит и перезванивает родным, которые тоже все обыскались его. Серебряный кот на цепочке так похож на Хо. С самого детства он ассоциировал брата с ним и даже порой ласково называл Котиком, пока малыш не подрос для такого прозвища в большого кота-самца. Это заставило Ли сейчас взгрустнуть. Поскорее бы снова встретиться, снова прижаться к родному телу и чувствовать себя в безопасности. Только ради Минхо он терпел и не был готов сдаваться. Сжав подвеску в кулак, омега засунул её под одежду ближе к сердцу и с глубоким вдохом вышел из ванной. Пора начинать действовать. Пора сбежать из этих четырёх стен. Низ живота всё продолжало тянуть, скручивать, но Ёнбок дошёл до телохранителей. Оглядел их с ног до головы так, будто уже десять лет работал их боссом и явно чем-то недоволен. — Хочу прогуляться, — заявил Ли. — Нам запрещено, господин, — ровно ответил один из мужчин. — Я же беременный, мне необходим свежий воздух для улучшения самочувствия, — возразил он. — Таков приказ господина Хвана, простите. — Ваш господин без ребёнка остаться хочет? — Феликс не сдавался и строго-скептически смотрел на альф, как на непослушных учеников. — Я же в критическом состоянии. Ещё немного, и останется он без желаемого. Так что, пожалуйста, дайте мне выйти на улицу. Мужчины помолчали. Ни один из них даже не думал отвечать омеге. Тот, постояв ещё перед ними, вдруг понял, как начинает вскипать. Таких равнодушных и бесчувственных он видит впервые. Даже Хван что-то отвечал на его дерзости, а эти как скала молчали и не двигались. Ли зло топнул ногой и пошёл к окну, сметая на своём пути всё, что можно было. Перевернул стол, опрокинул косметику, раскрыл шкаф и швырял вещи из него. Что нашло на Ёнбока, он и сам не понимал. Гормоны бушевали вместе с феромонами, и он уже начинал коситься на окно, желая выпрыгнуть оттуда. Вдруг в голове это всплыло неплохой идеей. То ли это отчаяние говорило в омеге, то ли беременность так отражалась, но Ли открыл окно и потянул ногу в высоту, ни о чём не думая. Телохранители сразу подбежали к нему и оттащили в сторону. Но Феликс не сдавался. Теперь он намеренно пытался строить из себя сумасшедшего. Разбрасывался подушками, одеялом. Один раз даже попробовал перевернуть кровать, но она ему не далась, поэтому пришлось только стукнуть ногой. Весь растрёпанный омега стоял посреди хаоса. Но не остановился на этом. Залез на матрас и стал прыгать на пружинах, попутно жалуясь на Хвана и всячески броня его. Говорил, как сильно хочет гулять, как сильно у него всё болит, обвиняя босса. И даже не подозревал, что где-то из своей комнаты на него смотрит этот самый Хёнджин. Камера удачно улавливала все капризы Ёнбока, заставляя альфу сжаться и просто терпеть. Сзади него стоял Джисон, также за всем наблюдая. Но в отличие от босса, который сжимал кулаки на столе, ему было безумно стыдно и хотелось помочь Феликсу. Собравшись с мыслями, он всё-таки начал. — Господин. — Хочешь вывести его на прогулку? — словно мысли прочитал Джин. — Да, господин, — Хан опустил голову, не в силах больше смотреть в монитор, где Ли уже пытался содрать обои. — Хорошо, покажи ему тут всё. Может, хоть тогда поймёт, с кем имеет дело, — сказал, как отрезал, совсем ледяным тоном. — Доверяю его тебе. Пусть только попробует сделать что-то, и я накажу его. Джисон быстро поклонился и собрался уже выйти из помещения, как его остановили. — И скажи остальным прибрать этот бардак. — Да, господин, — снова поклон. • • • Не успел Хан и дверь открыть, как в него полетела увесистая упаковка туши. Он рефлекторно увернулся от неё и взглянул на виновника хаоса. Тот заметил его и сразу побелел. Взгляд совсем недоверчивый, слегка испуганный, но гнев всё равно пылает в нём, таком маленьком омеге. — Господин Хван разрешил господину Ли выйти на прогулку, — сообщил охранникам Джисон. Ёнбок перестал метаться пухом из подушки и удивлённо уставился на омегу. Тот развернулся к нему и кивнул в сторону двери. Ли без колебаний пошёл навстречу, и они вышли. Охрана за ними, но Хан отмахнулся, что сам справится, те могут теперь прибрать комнату. — Как твоё самочувствие? — тихо поинтересовался Джисон, шагая рядом. — А ты как думаешь? — Феликс вздохнул, совсем не смотря в сторону омеги. — У самого как? Хан даже напрягся от ответного вопроса. Казалось, Ли и вовсе его видеть не хочет. Так, вынужденная мера. — Я в порядке. Омеги шли по длинному коридору, пока наконец не оказались на улице. Джисон не переставал настораживатся такому спокойному поведению Феликса, но решил отнести это к тяжести беременности и проблемами с выкидышем, из-за которого гормоны сильно сбились и были в неполадках. Начал показывать, где находится стадион для тренировок, где работники отдыхают и готовятся к заданиям. Ли внимательно слушал и запоминал все ходы, к счастью, отличная память позволяла. — Так вы все тут мафия… Джисон не стал отвечать, только кивнул в утверждении. — Получается, компания Хван специализируется на поставке оружия и параллельно ведёт незаконный образ жизни, — начал рассуждать Ёнбок. — Так и есть. У нас два офиса: один для простых работников, а второй для мафии, — кивнул Хан, продолжая гулять по узким тропинкам в так называемом «парке». Ли всё больше поражался площади владений Хёнджина. — Минхо работает в первом офисе? — Феликс вдруг остановился и присел на скамейку. — Он ведь не знает о второй половине бизнеса? — Не знает, — Джисон с разрешения сел рядом. — Но скорее всего… догадывается. Он всегда казался подозрительным. — Похоже на него. В нём с рождения развито шестое чувство. Омеги помолчали. Каждый думал о чём-то своём. Ли успокаивал себя тем, что брат всё-таки не скрытый мафиозник, работает честно. Но и всё же по возвращению стоит сказать ему поскорее уехать из этого города, может, и в другую страну. Видеть и вспоминать Хвана теперь не хочется совсем. А от ребёнка его… избавиться он не сможет. Просто не переживёт со своим трепетным сердцем. Оставит, но не станет вспоминать отца. Теперь Ёнбок знал достаточно, чтобы суметь сбежать. Ещё будучи в комнате через окно он понял, что это за район, а сейчас видел и выход отсюда. Осталось немногое: втереться в доверие и сбежать, не оглядываясь. Омега мысленно хвалил себя за решительность и продуманность. Не зря слушал советы Хо никогда не сдаваться. — Расскажи о себе, — сев поудобнее, Ли начал нежно гладить живот, что потихоньку стал болеть. — Что из того, что ты уже говорил, было неправдой? — Всё было правдой, Феликс. Я просто не рассказывал всего, — Хан вздохнул и потупил взгляд на асфальт, прежде чем продолжить. — Меня вырастила бабушка и жил я на её шее. После окончания школы подал документы на музыкальный, но меня не приняли. Тогда я стал искать работу, как и говорил. Но… в один день меня нашёл господин Хван. Точнее, его помощники сообщили мне, что мой родственник умер и завещал занять его место. Так я и оказался здесь. Всё это время мой отец служил господину Хвану главным телохранителем, а перед смертью вынудил обещание, чтобы я продолжил его путь. Он был очень предан, поэтому, наверно, господин не отказал. Хван Хёнджин добрый человек, Феликс, он растил меня с восемнадцати лет, и ещё ни в чём мы с бабушкой не нуждались. — Стой, — Ёнбок тяжело дышал, стараясь обдумать всё вышесказанное. — Не надо мне говорить о том, какие «великие» дела он совершает. Джисон будто хотел возразить, но не стал. Не хватало ещё, чтобы Ли устроил истерику прямо посреди парка. Они посидели немного, прежде чем снова встать и направиться в другую сторону. Хан не смел говорить и слова на серьёзный и задумчивый вид Феликса. Хотелось узнать, что у него в голове, но по ярко вспыхнувшему аромату несложно догадаться, что он не в лучшем расположении духа. Они прошли тренировочный зал. Мужчины там подтягивались, качались и бегали, увеличивая скорость. Всё вокруг пропахло потом, Ли наморщил нос и поспешил скорее удалиться вместе с омегой. Вдвоём они дошли до ближайшей скамейки, и Ёнбок снова сел, измученно гладя живот. — Почему здесь одни альфы? — как-то возмущённо процедил омега. — Это один из принципов господина, — пояснил Джисон. — Он не берёт в работники кого-то, кроме альф. Считает остальных чересчур эмоциональными и непригодными для такой жизни. Я — исключение, ты знаешь. Феликс качнул головой в знак понимания. Видимо, красть омег для оплодотворения тоже один из принципов Хвана. Его имя, всё чаще звучащее в голове, начинало раздражать. Вдруг накинула резкая усталость и стало клонить в сон. Хан заметил рассеянное состояние Ли и поспешил отвести в комнату. По пути им встречались разные альфы, от некоторых так и несло феромонами, другие, кажется, принимали подавители, но легче от этого не было. По возвращению в абсолютно чистую и прибранную спальню, омега тут же побежал в туалет. Мутило от посторонних запахов знатно, он даже не мог сдерживаться. Джисон так же помог дойти до кровати. Размякший Ёнбок с трудом съел пару ложек супа, что ему дали, а после мгновенно провалился в сон, держась за тянущий болью живот. Хан обеспокоенно укрыл его и вышел. Он не меньше самого Ли переживал, что же будет дальше, как поступит господин. По состоянию омеги понятно, что родить он такими темпами не сможет, стоило просто отпустить его.

***

Ёнбок проснулся от того, как сильно на руку надавливали чужие пальцы. Он подскочил и увидел перед собой мужчину в халате. Врач. Оглядел Ли, поправил очки и повернулся к охранникам. — Пусть и дальше соблюдает рацион, — врач поднялся и направился к выходу, попутно сложив вещи в сумку. — И не забудьте передать, что омега господина нуждается в регулярном насыщении его феромонами. Иначе его гормоны не смогут стабилизироваться. Мужчина вдруг остановился, а Феликс остался сидеть ошарашенный после его слов. От аромата Хвана и правда становилось легче, но видеть его нет никакого желания. Обойдётся как-нибудь, и так самостоятельно вылечится. — Господин, я бы не рекомендовал Вам употреблять кофе и другие напитки, кроме воды и чая. Также постарайтесь не нагружать себя, регулярно дышите свежим воздухом и правильно питайтесь, — последнее, что сказал врач, как закрыл за собой дверь. Ли всё сидел на краю кровати. Теперь ясно, что за врач следил за его здоровьем всё это время. Обычный альфа, каких тут пруд пруди, уже знатно мозолили глаза. Ёнбок встал и потянулся. Охрана даже на мгновение замерла, кажется, опасаясь, что снова начнётся истерика. Но омега лишь прошёл к шкафу, достал оттуда более удобные вещи, чем халат, и ушёл переодеваться в ванну. Вышел необычно бодрый, съел весь завтрак, уплетая его за обе щеки. Один из телохранителей даже вышел из комнаты сообщить боссу радостную новость. Один всё так же стоял, наблюдая, как омега подходит ближе и топает ножками. Оделся в шорты и футболку от дорогих брендов, полностью пропахших ароматом вина, вот и чувствовал себя хорошо. — Позовите Хана, я хочу прогуляться, — Феликс сложил руки на груди в ожидании, пока мужчина с кем-то связывался по рации в ухе. Через пару минут Джисон уже сопровождал Ёнбока по коридору. Омеги шли, не обращая внимания на прохожих, а Ли всё прокручивал в голове план. Он был прост и элементарен, зато правда действенен. Они снова остановились у парка, подышали воздухом. Феликс посидел на скамейке и погладил живот, совсем маленький. После посмотрел на Хана огромными, даже просящими глазами. — Что-то случилось? — омега насторожился. — Хочу посмотреть, как ты тренируешься, — Ли весь загорелся от этой идеи, отчего Джисон прикусил губу. — Не думаю, что это хорошая идея. В тренажёрном зале много альф, а ты не сможешь перенести их запахи. Помнишь, что было в прошлый раз? Ёнбок ещё пару минут пытался уломать омегу, который совсем не в силах ему отказать. Поражённым Хан плёлся сзади, пока Ли весело направлялся по дороге, за эти пару недель сумев выучить тут всё. Вот они зашли в зал. Резкий запах разнообразных феромонов ударил прямо в нос, заставляя скривиться. Феликс чуть не задохнулся, пока с Джисоном они дошли до тренажёра. Омега повис на нём и спокойно делал подтягивания, пока Ёнбока всего воротило и тошнило. Когда Хан спрыгнул, он обеспокоенно оглядел его. — Альфы здесь всегда принимают подавители, только во время тренировок это противопоказано. Вот поэтому я не хотел тебя сюда вести, ты не рецессивный, в отличие от меня. Моё обоняние хотя бы может их подавлять, — Джисон помог Ли добраться до ближайшей скамейки. Омега посидел, не желая уходить. Терпел. Тогда-то почувствовался снова этот лёгкий аромат вина, знакомый даже во сне. Феликс замер и огляделся, пока Хан завязывал непослушные шнурки на его кроссовках. Неподалёку занимался и Хёнджин. В одних спортивных штанах он поднимал гири, затем сменял их на более тяжёлое — гантели. Мышцы сокращались и расслаблялись, волны мускулов отражались на широкой спине и плечах. Ёнбок, кажется, подавился, начиная кашлять. — Нет, Феликс, пора нам уходить отсюда, — строго заметил Джисон, помогая встать и выйти. Ли ничего против сказать не мог. В голове всю дорогу крутилось чужое оголённое тело. И не стыдно ему вот так ходить? Впрочем, тут повсюду альфы, зачем такому же альфе, тем более боссу, их стесняться. Резко захотелось пнуть Хвана, ведь он всё это время скрывал свою силу за скучными пиджаками. Таким телом обычно гордятся, выставляют на показ, а не закрывают офисной одеждой. Ёнбока мутило всё больше. С Ханом они сели в небольшом кафе, больше напоминающим столовую, ведь у Джисона по расписанию начинался обед. Кушал он быстро, как в армии, складывая еду за щёки, чем напоминал белку. Ли этому невольно улыбался, но не переставал держаться за живот и останавливать себя в позывах. Запахи альф и правда невыносимы. Но, к счастью, мужчины постепенно уходили, и феромоны их переставали действовать. Самочувствие становилось всё лучше. Когда и Хан доел, Феликсу вдруг тоже захотелось кушать. — Не мог бы ты принести мне сока? — Какой ты хочешь? — поинтересовался Джисон, унося тарелки со стола. — Любой на твой вкус. Омега кивнул и направился в сторону кухни. Ёнбок проводил его взглядом и тут же сорвался с места. Держался за чуть побаливающий живот и бежал в сторону главного выхода. Уже там замедлил темп, осмотрелся по сторонам. Сердце стучало быстро, и действовать нужно было соответствующе. Вблизи стояла машина, собирающаяся выехать, и Ли, долго не думая, запрыгнул в её открытый просторный багажник, сразу спрятавшись за вещами. Стал ждать и почти не дышать. Неужели правда удалось сбежать? Он не верил своему счастью, весь дрожал и крепко держался за колени, прижимая их к себе. Постепенно салон стал заполняться феромонами альфы. Кажется, один. Снова начало мутить, теперь Феликс закрывал рот в позывах. Но терпеть пришлось недолго, ведь багажник закрыли, а машина тронулась. Вот и всё, настал тот самый момент. Ли уже мысленно хвалил и поздравлял себя, воображал встречу с родными. Минхо наверняка весь извёлся в его поисках, а тут брат придёт живой и невредимый, пусть не совсем здоровый. Упадёт в родные объятья и будет окутан заботой. Как же приятно мечтать об этом. Ёнбок и не заметил, как начал потирать подвеску кота между пальцев. Вздохнул и улыбнулся, поцеловал серебряный кулон. И тут машина остановилась. Снаружи послышался знакомый голос, а сердце замерло. — Куда это ты едешь, Чонин? — Хван подошёл к водительскому окну, и ему открыли. — Ко второму господину, Хван Хёнджин, — альфа вышел наружу и почтенно поклонился боссу. — Что везёшь ему? — Личные документы, пару пистолетов и, — Ян на мгновение запнулся, но тут же продолжил, — бдсм-игрушки. — А он всё так же помешан на этой ерунде, — Хван покачал головой, выдавив ухмылку. — И не сложно тебе с ним? Выполняешь все приказы? — Не сложно, господин, Вы же сами направили меня к нему. — И то верно. — У Вас ко мне дело? — наконец поинтересовался Чонин, явно торопясь уйти. — Есть одно, не то слово, — Джин направился в сторону багажа. — Ты забрал у меня кое-что. Подчинённый только удивлённо вскинул брови, ведь ничего он у господина взять не мог. Ошарашенно наблюдал за тем, как Хван открывает люк багажника и с совсем открытым ртом видел, как босс на руках вытащил омегу, перекидывая через плечо. Крепко держал бёдра, пока из рук вырывались, били кулачками по спине и кричали. Чонин откровенно пялился на Хёнджина, что абсолютно спокойно закрыл люк и подошёл к нему. — Будешь наказан за свою невнимательность. Все здесь должны быть всегда на чеку, никогда нельзя зевать, — строго произнёс Хёнджин, раздражённо шлёпнув омегу по попе, и тот перестал брыкаться, стыдливо пряча лицо за ладонями. — Да, господин Хван, — Ян поклонился ему, мысленно начиная ненавидеть парня на плече босса. — Что меня ждёт? — Станешь его телохранителем. Я распоряжусь, чтобы об этом доложили твоему господину. А пока доделай, что велено, — альфа указал на Феликса, потом на машину, развернулся и ушёл. Феромоны от него исходили страшной силой. Ёнбок весь размяк на плече Хёнджина, пока тот нёс его куда-то. На глазах у всех Ли чувствовал себя позорно, пытался слезть, но его опять шлёпнули. Тогда он надул губы и хмурый всю дорогу бурчал что-то несвязное. Наконец они оказались в комнате. Охранники мгновенно выбежали из неё, оставляя двоих наедине. Господин Хван был явно не в духе. Повалил омегу на кровать, не дав опомниться навис сверху. Смотрел хищным взглядом, так и пожирал Феликса, который только нос от него воротил и что-то несвязно бубнил. Ли пытался встать, но его тут же остановили. Джин распускал повсюду феромоны только сильнее. Омега чувствовал, как начинал резко течь, сам того не ожидая. Внизу живота совсем не болело, только тянуло в возбуждении. Ёнбок тут же схватился за широкие плечи и свёл ноги. — Зачем это? — Хван беспардонно поставил колено между бёдер Ли, глядя в самую глубь тёмных глаз. — Что ты делаешь? — омега заскулил, как только на промежность начали легко надавливать. — Тебя в детстве не учили, что за любым проступком следует наказание? — Что значит наказание? Я пытался спастись, — брови свелись в переносице. — Сбежав прямо у меня на глазах? В следующий раз придумай что-нибудь получше, — лёгкий смешок от Джина. — Так говоришь, будто в следующий раз пристрелишь меня, — Феликс сильнее сжал чужие плечи, начиная царапать. — Как плохо ты обо мне думаешь. В детей и беременных я не стреляю, — Хван смотрел в самые глаза, нагибаясь ближе к лицу. — Только в непослушных и грубых. Так что будь хорошим мальчиком. — Ни за что. Хёнджин тихо рыкнул. В самое ухо пробирался шёпотом до мурашек. Голос его хрипел в возбуждении, заставляя выгибаться и сжимать плечи сильнее. Феликс задавался вопросом, как остановить течку. Он не хотел быть послушным. Решил не дышать, чтобы чужие феромоны никак на него не действовали. Но альфа оказался умнее. Он впился с поцелуем, проникая языком в маленький рот. Вылизывал его, пихался за щёку и целовал так, что слюни текли. Аромат вина только больше пробирался внутрь, в самое нутро. Но розы, кажется, тоже действовали на Хвана. Внизу во всю бушевало возбуждение, Ли чуть не подавился от увиденного. Омега не переставал пытаться оттолкнуть альфу, а тот лёг на него, как в прошлый раз, и продолжал впиваться в губы. Его язык горячий, приходился по всему пространству, заполняя собой. Внизу Ёнбок чувствовал, как всё горело, сжималось и скручивалось. Но нет. Нельзя. Он не может так легко отдаться Джину. Тот украл его, без разрешения зачал ребёнка, а теперь домогался. Ли обхватил ногами талию Хвана и стал бить по спине ступнями в кроссовках. Альфа только рыкнул на это, отстранился от губ и перешёл на шею. Феликс еле сдерживался от стонов, пусть Хёнджин и вжал его в кровать, обходился нежно и совсем не больно. Наоборот, действия мужчины заводили только больше. Но Ли вновь опомнился. Разум затмевала пелена возбуждения, однако он не переставал пытаться вырваться. Упёртый. Хван дошёл до того, как поднял футболку омеги, оголяя мягкие грудь и живот. Он облизнулся, но его тут же оттолкнули пощёчиной. Тогда Джин снова поднялся до лица Ёнбока, стал шептать глухо, хрипло. — Я же видел, как ты смотрел на меня в тренажёрном зале, — в глазах его сверкнула искра. — Меня не обманешь, омега, я знаю, что тебе нужно и чего ты хочешь. — Не хочу я тебя, — выдохнул тому в губы Ли, зло хмурясь. Дышать стало трудно, внизу всё тяжестью тянуло. — И это мне говорит течный? — Хван чуть надавил коленом между ног, вызывая тихий стон. — Ты беременный от меня, повязан моим узлом. Ты не можешь не желать меня. — Прекрати говорить об этом. Феликс, как только заметил пространство между собой и Джином, проскользнул в него и убежал от альфы. Тот рывком выпрямился и догнал омегу, пока тот растерянно промедлил у окна. Придавил лицом к стеклу всем телом, заставляя дышать только собственными феромонами. Целовал мочку уха, шею, плечи. Наконец снял с омеги футболку и провёл большими ладонями по талии. Погладил живот так ласково, что Ёнбок даже на миг перестал вырываться. Хёнджин всё продолжал оглаживать место развития их плода, касался губами позвонков шеи, спускаясь вниз. Ли почувствовал, как возбуждение упирается ему прямо между округлых ягодиц. Хван начинал немного потираться и водить между ними плоть. Тогда-то Феликс и заплакал. По щекам потекли горячие слёзы, оставаясь следами на окне. Джин вдруг напрягся, выпрямляясь. — Оставь меня, — сквозь всхлипы умолял омега, понимая свою беспомощность. — Я не люблю тебя. Я боюсь тебя. — Отчего же ты боишься меня? — альфа и сам почувствовал ком в горле, с трудом проговорив. Он заправил прядь светлых волос Ли за ухо, вытер слёзы и взял на руки. Отнёс на кровать и навис сверху, всматриваясь в заплаканные глаза. Что-то странное не давало ему покоя. — Ты украл меня, поэтому боюсь, — заикаясь, начал Ли. — И всё? Но я же не как разбойника тебя держу, и ты скоро выйдешь на свободу, — Хван вытер очередную слезу с покрасневшей щеки. — Заставил меня забеременеть, — продолжал омега, не переставая плакать и дрожать всем телом. Вид у него был жалкий, альфа чувствовал себя максимально некомфортно, но всё же слушал невнятную речь. — Я всегда мечтал о ребёнке. Крошечном и похожем на своего отца, чтобы ухаживать за ним и воспитывать. Но я хотел его от любимого, от альфы, который любит меня, а не использует, как инкубатор для своих яиц. Хёнджин помолчал. Он и не понимал, что сказать. Обо всём этом он и так знал, ведь следил за Ёнбоком давно. Шпионы постоянно докладывали о чём-то новом. Впервые встретил омегу, когда тот только начинал поступать в универ. Заинтересовался им, но подойти так и не осмелился, слишком молод и неопытен тогда был. Шли дни, за ними месяцы, а Ли всё не выходил из головы Хвана. Слишком понравился ему Феликс, зацепил сердце своей улыбкой, доброй душой и ласковым характером. Настоящий эталон омеги, его нельзя было не желать к себе на руки. Его хотелось укутать в плед, посадить себе на колени и проводить так вечера в беседке или кровати за ноутбуком. Его хотелось уменьшить ещё, такого крошечного, и посадить в кармашек, чтобы таскать везде. Ёнбок был прав. Он не для того родился, чтобы его красть и насильно принуждать к беременности. Но у Хёнджина не было выбора. Отец всего несколько месяцев назад поставил перед выбором. Либо сын рождает наследника, либо его место переходит другому. Другими словами, отец бы отказался от него, не будь сейчас в утробе Феликса его ребёнка. Безусловно, были варианты и полегче, например, взять любого другого омегу, как суррогатную мать, но Хвану не нужен был кто попало. Он горел сердцем только к Ли. Вот и как в такой ситуации сказать, что он любит? Правда влюблён в Ёнбока и хочет создать семью, но его слишком поторопили с этим, не оставляя другого выхода. Оставалось только молчать и поджимать губы. Чувствовался невероятный стыд перед омегой, который альфа удачно скрывал за маской безразличия. — Не спорю, я не любимый тебе, и понимаю, как тяжело бывает принять обстоятельства. Но и ты попробуй встать на моё место и понять меня, — совершенно спокойно выдохнул альфа. Наконец Хёнджин поднялся. Не хотел больше видеть слёз Феликса и ушёл. Разумеется, его терзало желание прижать Ли к себе и успокаивать, признаваться в любви и целовать. Но не сейчас. Омега нуждался в другом мужчине. В своём брате.

***

Проснувшись рано утром Феликс не чувствовал собственных ног. Так устал за вчерашний день, мысли слились в одну большую кучу, что всё никак не хотела разгребаться. Он начинал смиряться со своим пребыванием в этой комнате. Спросонья даже начало казаться, будто омега сможет пережить это всё ещё четыре оставшихся месяца, а после сразу вернуться домой. Но подобное заставляло считать себя сумасшедшим. Нет, Ёнбок не намерен оставаться здесь добровольно, он всеми силами ещё постарается сбежать. Пойдёт против слов Хёнджина и даже вслед ему не оглянется, когда будет убегать домой. Но вот с Джисоном и охраной придётся повозиться. Теперь они совсем с него глаз не спустят, придётся втираться в доверие заново, проделывать эту работу с самого начала. А ведь должен прийти и новый телохранитель со вчерашних пор, перед которым он уже успел опозориться. Феликс лениво поднялся с кровати, сел за туалетный столик и без сил посмотрел в отражение. Всё такой же светлый и худой, только волосы чуть отросли, в отличие от практически плоского живота. Ребёнок совсем не планирует развиваться, или так у всех обычно происходит на начальных стадиях? А может, дело в сбившихся гормонах и этой несчастной вероятности выкидыша. Можно было и цепляться за неё, ведь при таком раскладе его, скорее всего, просто отвезут домой и, может, дадут денег за молчание, но Ли так не мог. Намеренно лишать даже не появившегося на свет младенца жизни не в его характере. Это Хван и остальные тут мафиози, чтобы легко убивать, а он простой человек из самой простой семьи. Вновь взгляд перешёл на кулон брата. Да когда это дерьмо закончится? — Феликс, можно войти? Омега повернулся на источник звука. В дверном проёме стоял Хан, а он только сейчас заметил, что охраны не было всё это время. — Никогда не спрашивал и вдруг начал, — Ли отвернулся обратно к зеркалу. — Входи. Джисон прошёл внутрь, закрыв за собой дверь. Его губы сжаты, плечи собраны вместе. Он пару секунд потупил на месте, но всё-таки подошёл, встав сзади. Ёнбок нутром чуял, как ему хотят что-то сказать, но отчего-то Хан лишь молчал и пялился на него. Стало неловко находиться рядом. — Как… как самочувствие? — не смело поинтересовался омега, и Феликс через отражение заметил опасение в чужих глазах. — В норме, — он поправился, удобнее сев на стул. — Сам как? — Тоже. Всё хорошо, — Джисон отвёл взгляд и посмотрел в пол, постоянно дёргая правый край рукава рубашки. Подозрительно. — Что ты там прячешь? — Ли повернулся к нему лицом, склонив голову на бок. — Мне нечего от тебя прятать, — поспешил ответить тот. — Что с твоей рукой? — Ёнбок чуть прищурился. — Просто рубашка не самая удобная, постоянно приходится поправлять, — Хан только пожал плечами, спрятав руки за спину. — Раз всё в порядке, помоги мне расчесать волосы. Феликс вновь повернулся к зеркалу. Джисон послушался его и, взяв расчёску со столика, покрутил её в руках. Давно ему не поручали такие повседневные задачи. Обычно господин Хван гонял на задания, не давал физического отдыха, постоянно заставлял своих телохранителей работать. И теперь Хан совсем неумело водил расчёской по светлым волосам, стараясь не сделать больно. — Я пришёл передать тебе приказ господина, — начал Джисон, нечаянно зацепив спутанный узел и стараясь аккуратно с ним справиться. — Что он задумал? Хочет повесить меня? — совершенно равнодушно отозвался Ли. — Господин Хван не желает твоей смерти, Феликс, — омега вздохнул от того, как, оказывается, тяжела техника расчёсывания. — Наоборот, чтобы тебе было удобнее, он назначил меня твоим телохранителем. И Ян Чонина тоже. Ёнбок не стал уточнять, кто это. И так понял. Новость всё же не такая плохая. Всё лучше, чем эти качки у двери, сравнимые только с несдвигаемыми скалами. — Кем ты работал до этого? — вдруг поинтересовался Феликс. — Я же говорил, что пробовал много работ: продавец, курье… — Нет. Кем ты работал, пока тебя не направили ко мне? — А-а… — Джисон замялся, заканчивая расчёсывать непослушные кончики. — На задания меня отправляли шпионом, а так я был главным телохранителем. — Выходит, из-за меня твоя должность понизилась? — Ли посмотрел ему в глаза через зеркало. — Что ты, это очень почётно, когда господин Хван доверяет самое ценное у себя, — Хан выпрямился, расправил плечи, будто и правда гордился новой должностью. — А вот вчера он представил меня Чонину как наказание. Джисон тут же запнулся, краснея кончиками ушей. Ёнбок издал смешок, смотря на себя в зеркало и поправляя теперь не растрёпанные волнистые волосы. Для себя отметил, что стоило бы помыться. — Кстати о нём. Где он? — Ли с благодарностью забрал расчёску у омеги и отложил обратно, оборачиваясь. — Скорее всего, уже едет сюда, — Хан пожал плечами. — А что за «второй господин», к которому Чонин вчера ездил? — Ли с интересом раскрыл глаза, позволяя Джисону присесть на кровать. — Он… как бы тебе сказать. — Про увлечения бдсм я уже знаю. — Да, — протянул Хан, будто не очень хотел рассказывать. — Феликс, — выражение лица омеги вдруг стало серьёзным. — Что такое? — Запомни только одно: второму господину нельзя доверять. Он желает только власти, несколько раз уже пытался захватить клан. И однажды предал господина Хвана, когда в компании случился кризис. Но работать остался, не на самой престижной должности, конечно. По факту, он остался жив только благодаря огромной милости и родственным связям между ними. — Родственным связям? Так поэтому его называют вторым господином? — Ёнбок встал со стула, чувствуя, как внизу снова начинало болеть. — Верно. Они с Хваном Хёнджином двоюродные братья. Но младшему, второму, по закону нельзя стать главой мафии. Просто потому что его папа — родной брат отца Хёнджина — был омегой и перешёл в другую семью, когда вышел замуж, — продолжал пояснять Джисон. — Почему «был»? — Родители господина погибли в автокатастрофе, когда ему было шесть лет, — голос омеги немного затих. — Это было ожидаемо, учитывая, сколько денег они тратили на алкоголь. Рано или поздно это должно было случиться. С тех пор, кстати, второй господин и капли в рот не брал. Феликс задумался. На мгновение стало жалко брата Хёнджина. Он потерял родителей, оказался не в приоритете семьи и просто осел на дне. Наверно, будь Ли на его месте, тоже стал желать захватить власть. Но, увы, это не его история. Вскоре он уйдёт и благополучно обо всём забудет. — Как же зовут… этого господина? На самом деле, Ёнбоку было всё равно на его имя. Но раз Хан начал рассказывать, стоило поинтересоваться и этим. — Ким Сынмин. Глаза Феликса в мгновение округлились. Имя оказалось очень даже знакомым. Точно так же звали последнего парня в списке женихов родителей. Неужели правда он? Как мир тесен. Вот почему Хван казался каким-то странным, увидев их вместе. — Тридцатилетний высокий альфа с красиво уложенными каштановыми волосами? — Д-да, — Хан округлил глаза, готовые в любой момент выпасть. — Ты его знаешь? — Доводилось как-то встречаться, — Ли поджал губы, замечая, как Джисон снова поправлял рукава рубашки. — Не волнуйся, я уже всё увидел. Омега замер и более удивлённо начал пялиться на Ёнбока, который, к слову, совсем спокойно подсел рядом. Взял руку Хана и закатал мешающий рукав. Рука у него была в следах от плети, которые тянулись поперёк до самого локтя. Ли невольно вздрогнул от увиденного, правда успел заметить небольшой порез ещё во время расчёсывания волос. — Не смотри, Феликс, это выглядит уродливо, — Джисон свёл брови к переносице, только ему одному это так казалось. У Ёнбока же сердце кровью обливалось. Он догадывался, что эти порезы станут шрамами из-за него. — Нужно обработать руку, иначе не заживёт. Ли уже не стал слушать отнекивания, а просто нашёл в одной из полок аптечку. Взял щипки, вату и йод, снова сел рядом. Аккуратно проходился по каждой ране, вспоминая, как омега расчёсывал ему волосы. Хан даже не пикнул за всё время, тогда-то стало понятно, насколько он терпеливый. Его отучили, наверно, даже от слёз. — Кто это с тобой сделал? — Феликс… — Кто? Ответь мне, кто это сделал? — голос Ёнбока опустился бархатом вниз, но звучал холодно. Джисон сжал губы сильнее, отводя взгляд в сторону. Молчал и упорно не поднимал взгляда, пока глаза напротив испепеляли его лоб. — Господин Хван… — Этот ублюдок ещё поплатится за свои действия, — Ли сжал в руках бинт и начал аккуратно повязывать им чужую руку. — Всё в порядке, Феликс, это абсолютно нормально, — совсем тихо пролепетал Хан. — Избивать омегу — нормально? — Ёнбок направил на него взгляд полный злости и негодования. — Здесь я такой же подчинённый, как все. И, если совершаю ошибку, — он запнулся на мгновение, — следует наказание. — Наказания тут заслуживает только один человек, — Ли нахмурился, наконец закончив с работой. — Надеюсь, больше нигде нет царапин? Хан, кажется, успел подавиться от столь пристального взгляда. Он понимал, что Феликс так рассержен вовсе не на него, но всё равно продолжал чувствовать дискомфорт. Мало ли, что беременный может натворить. — Разве что на груди немного… — Напомни мне убить Хвана, как только попадётся мне на глаза. Ёнбок на протяжении всего времени что-то бубнил себе под нос, пока омега перед ним с растёгнутой и спущенной на одно плечо рубашкой сидел и терпеливо ожидал, когда с обработкой ран закончат. Ли правда старался делать не больно, совсем аккуратно проходился ваткой, но кожу всё равно щипало, совсем не «немного». Но боль постепенно проходила, грудь теперь обвязывали бинтом, чтобы йод не пачкал одежду. Джисон с благодарностью улыбнулся хмурому Ёнбоку, который тоже не сдержал улыбки. Стало намного легче находиться рядом после такой помощи. Может, получится подружиться заново. — Господин Ли... — дверь открылась, и в ней показалась чёрная макушка. Альфа оглядел омег и полуголого Хана, чью грудь прикрывала только повязка, и тут же захлопнул дверь обратно. — Извините, что помешал. — Кто это? — складывая вещи обратно в аптечку, обернулся Феликс. — Ян Чонин пришёл. — Отлично. Давай, входи! — прикрикнул тому Ли. — Но Джисон, он... — послышалось из-за двери, но альфу сразу перебили. — Я уже оделся, — Хан быстро застегнул рубашку, поправляя рукав. Чонин неспешно зашёл внутрь, огляделся и, удостоверившись в словах омеги, закрыл за собой дверь. Вид у него был самым обычным. Среднестатистический альфа с тёмными волосами, высоким ростом (правда всё равно пониже Хёнджина), с фигурой тоже ничем не отличающейся и всё в таких же пиджаке и брюках. Ёнбок невольно закатил глаза. Один Джисон здесь считался разнообразным, иногда просто не надевая пиджак. — Господин Ли, я Ян Чонин, Ваш новый телохранитель. Рад знакомству, — альфа поклонился ему, не выражая на лице ни единой эмоции. Однако, у Феликса таилось чувство, что, будь его воля, он бы сбежал из общества одних только омег. — Я тоже рад, — Ёнбок постарался улыбнуться такому мрачному виду. — Давай на «ты». Зови меня просто Феликс. — Как скажет... как скажешь, — тут же поправил себя Ян. — Присаживайся, нужно осмотреть тебя, — Ли махнул головой в сторону кровати. Чонин вопросительно поглядел, но ничего не сказал. Послушно сел и наблюдал за тем, как омега закатывает ему рукав рубашки. Невольно вздрогнул, когда маленькие пальчики прошлись по свежим ранам. Взглянул на лицо Ёнбока, а на нём отражалось полное недовольство, омега будто готов взорваться в любой момент, так сильно покраснел его лоб и сжались губы. — Это ведь Хёнджин сделал? — серьёзно поинтересовался Феликс. — Да, — Чонин не сразу понял, куда Ли так резко ушёл и зачем вернулся обратно с аптечкой. — Что вы... ты, не стоит. Я альфа, мне не нужна помощь. Это всего лишь мелкие порезы. Ян поспешно встал с кровати, стараясь как можно быстрее поправить рукав, но ладошка, прежде казавшаяся невесомой, легла на плечо тяжёлым камнем, тянущим на дно, и ему пришлось сесть обратно. — Я считал, ты должен меня слушаться. — Да, госп... Феликс. Прошу прощения, — Чонин напрягся и не прекращал поправлять себя, на что омега только чуть закатил глаза и взялся за ватку. Джисон тем временем сел рядом, наблюдая, как рука альфы постепенно зеленела, а в голове всплывали мысли, что Ёнбок так просто не сдастся и заставит альфу показать и грудь. Наверняка Ян не захочет, но выбора у него уже не будет. — Он хороший, правда. Просто слушайся его, если не хочешь гнева господина, — прошептал Чонину Хан, как только Ли отошёл за новой ваткой, на что альфа только вздохнул и потёр переносицу, приподнимая очки. Для него Феликс и правда считался наказанием.

***

— Как дела с Феликсом? Ты давно к нему не заходил, — мужчина чуть отпил с бокала и бросил очередную карту на стол. Хёнджин задумчиво поглядел, решаясь, чем же ходить ему. Ни одного туза, только тройки да восьмёрки. Последовал примеру друга и тоже отпил со своего бокала. Тепло разнеслось по горлу и глотке, стало куда легче думать, но Хван продолжал не отбирать взгляда от колоды карт. Решился взять оттуда одну, вполне удачно. — Никак. — То есть? — мужчина снова сделал ход. — Просил оставить его, сказал, как боится меня, и что я использую его «инкубатором для яиц», — Джин нахмурился, снова задумавшись над картами в руках. И снова взял одну с колоды. — Он прав, — альфа только пожал плечами, не переставая делать удачные ходы. — Я бы на его месте сразу выхватил твой пистолет из штанов и пристрелил тебя. — Ты на чьей стороне? — Хёнджин зло приподнял бровь, сомкнув губы. — Ты знаешь, я привык смотреть на ситуацию в целом. И пока всё говорит о твоём провале. — Чан, я тебе самому сейчас пулю в лоб дам, — Хван выпрямился на кресле, кидая очередную карту на стол. — И не посмотрю, на то, что ты старше и мудрее. — Раз я мудрее, по твоему скромному мнению, так позволь дать совет, — Чан положил ногу на ногу, удобнее усаживаясь. Нет, он не боялся босса. Они давно знакомы, ещё до момента, как Хёнджин получил свой новый статус. Отчасти только ему разрешалось близко общаться с Хваном, а давать советы тем более. Джин выслушивал всё, кивал и хвалил, но потом всё равно большую часть делал по своему. Чан с тех пор нередко называл его самонадеянным. — Мне теперь интересно послушать, — Хёнджин сделал ход, довольно ухмыльнувшись. — Феликс не твой подчинённый и не твой враг. Он твой знакомый и заложник, — Хван после невольно поджал верхнюю губу. — Будь ты на цепи другой мафии, как бы поступил? Я более чем уверен, что начал сбегать и не уважать похитителя. Может и просто убил бы его. Ли такой же. Убить он не может, но сбежать и бояться тебя — вполне. — И что ты предлагаешь делать? — Хёнджин теперь совсем равнодушно перебирал карты, понимая, что все тузы достались не ему. — Дать ему больше свободы в передвижении. Пусть он почувствует себя гостем. И будь постоянно рядом. Ты же не знай где ходишь, но только не с ним. Таким образом он никогда к тебе и к этому месту не привяжется, — закончил Чан, оставляя на столе победную последнюю карту. Хван только тяжело вздохнул. Ходить было нечем. Облокотился на кресло, откинул голову и посмотрел в потолок. Пусто, прямо как в голове, но в то же время проблемы не давали покоя. Зачесал волосы пятернёй и, наконец, посмотрел в сторону альфы рядом. Тот выжидающе смотрел в ответ и скрестил руки на груди. — Мне и не нужно, чтобы он привязывался. От него требуется только ребёнок. — Ты серьёзно? Мне казалось, он тебе нравится, — Бан Чан только развёл руками. — С чего ты так решил? — Хёнджин взял бокал и покрутил у лица совсем задумчиво. — А зачем тогда тебе было посылать нас с Ханом следить за ним? — Потому что отец пригрозил, ты знаешь, — он сверкнул глазами в сторону Чана, но альфа и не думал останавливаться. — Это было ещё задолго до этого. Он не может тебе не нравиться, — Бан прищурился, словно искал ответ. — И что с того? Что это даст? — Хван отвернул голову, не желая больше бороться взглядами и отпил коньяка. — Нашёл кого спросить. Новую семью конечно. — Семью... но он боится меня. — Вот поэтому ты должен с ним сблизиться. Дай ему хоть свою карточку, пусть в шоппинг поиграет. Омеги такое любят, — как что-то очевидное выдал Чан. — У него и так есть вещи в шкафу. — Твои огромные вещи? Не смеши меня, — но так и не посмеялся под пристальным взглядом босса. Хёнджин поднялся с места, ещё покрутив бокал перед собой. Так и не допив, поставил обратно на стол. Прошёлся по другу глазами и обречённо вздохнул. Не хотелось признавать, но Чан был прав. Другого выхода и не оставалось. Нужно было как-то сблизиться с Феликсом, пока не стало поздно и враги не вмешались. А они точно вмешаются. Но когда — вопрос времени. — Хорошо. Я сделаю по-твоему, — Хван направился к двери, но его остановили в проёме. — И ещё кое-что. — Что? — Джин недовольно обернулся, стискивая зубы. — Не вздумай запугивать его и приставать. Я знаю, у тебя это получается случайно, просто потому что он беременный от тебя. Но держи своего альфу в руках, — совершенно спокойно добавил Чан. — Я и сам был таким, когда жена впервые забеременела. Ты справишься. Хёнджин только кивнул, прежде чем выйти и захлопнуть за собой дверь. Он прекрасно понимал, как хочет Феликса. Просто потому что успел повязать и оплодотворить. Беременность всегда сближала пару, ведь организм омеги во время неё не мог без феромонов альфы, а сам он не мог без близости с омегой. Вот только у Хвана всё сложно. И Ли ему не давал, и он сторожился к нему подойти. Те пару недель назад, когда Ёнбок с ненавистью и страхом в глазах говорил уйти, Джин всё думал об этом. С каждым разом воображение прокручивало эту сцену ещё и ещё. Он словно мучил сам себя. Начинал думать, что зря затеял похищение и уж лучше бы использовал суррогатного омегу. Своим поступком только испортил жизнь Феликсу и себе самому тоже. Следовало с самого начала познакомиться с Ли, ещё в универе подойти и завязать разговор. Но даже до сих пор у альфы таились страх и стеснение перед ним, несмотря на то, как он вырос с тех пор. Да, омеги его и правда не привлекали. Только Ёнбок. И Хёнджин даже не думал, на что рассчитывал, когда опьянил феромонами и зачал ребёнка, когда украл его и оставил одного в комнате. Он просто смотрел на красоту и доброе сердце Ли, считая теперь самого себя недостойным его. Феликс никогда не полюбит его, и после таких поступков Хвана уж точно не захочет остаться. Джин продолжал корить себя, но никому об этом не рассказывал. Наконец показалась дверь в комнату омеги. Альфа старался выпрямиться, настроить голос. Нельзя было показать задумчивости и несобранности. С Ёнбоком хотелось быть спокойным. Хван потянул ручку двери и зашёл. — Что тут происходит? — Хёнджин оглядел комнату с совершенно недовольным видом. Перед собой он увидел, как Чонин сидел на краю чужой кровати, оголив верх, а Феликс стоял перед ним, склоняясь над грудью с ватой в пинцете. Оба обернулись при появлении босса. Ян мгновенно встал и поклонился, пока Ли, сжав губы и сведя брови, даже не взглянул в сторону Хвана. — Фел... господин Ли помогает мне с заживлением ран, господин, — поспешил ответить Чонин. — Ясно, — Джин последний раз прошёлся взглядом по оголённой и полностью обмазанной йодом груди альфы, сморщил нос и закрыл глаза. — Оставь нас. — Слушаюсь, господин, — Ян быстро забрал рубашку с пиджаком и вышел, стараясь не глядеть на босса. Повисла тишина. Ёнбок повернулся боком, тогда Хёнджин заметил немного округлённый живот, и что-то внутри вздрогнуло. Омега продолжал не смотреть на него и так же молча выкинул использованную ватку, пинцет и йод сложил обратно в аптечку и убрал её в нижний шкафчик столика. Выпрямившись, почувствовал сзади чужие феромоны и невольно сглотнул, что показалось очень громко в звенящей тишине. Альфа стоял совсем близко. — Зачем ты пришёл? — Феликс начал первым. — А ты как думаешь? — после долгого молчания с трудом выдал Джин. — Понятия не имею. Обычно я вижу тебя после того, как натворю что-нибудь. Но я ничего такого не делал, — омега опустил глаза на руки, медленно перебирая пальцами. — Я пришёл, чтобы увидеть тебя, но увидел нечто другое, — Хван невольно потянулся к волнистым волосам, но одёрнул себя. В голове вертелись слова о том, чтобы он сдерживал внутреннего альфу. — И как тебе картина, которую ты увидел? — Не по душе, — честно признался Хёнджин. — Ты был с другим альфой. — Сам его ко мне направил, — совсем холодный голос Ли морозил уши. — Но даже не думал, что он снимет с себя одежду. Между вами что-то есть? Ёнбок почувствовал тяжёлое дыхание на своей шее и резко обернулся на Хвана. Выражение лица того серьёзное и суровое, хотелось дёрнуться в сторону, но столик сзади не позволял. Ли только облокотился на него руками, отстраняя лицо назад. — Какое тебе дело, что между нами? — лёгко прищурился Феликс. — Ты ведь беременный моим ребёнком, так что мне есть до этого дело, — Хёнджин только свёл брови к переносице, сцепив зубы, чтобы не сказать лишнего. Оба чувствовали, как напряжение росло, а феромоны вина и роз сплетались, заполняя всё пространство. Джин подходил ближе, заставляя Ёнбока нагибаться назад и сильнее держаться руками за край столика и пристально смотреть в глаза. — Но мы даже не женаты, чтобы ты такое заявлял, — Ли выгнул бровь, взяв эту манеру с уверенного в себе Минхо, которому и пытался подражать. — Не женаты, но, — протянул альфа, ставя ладони по обе стороны от бёдер омеги и облокачиваясь вперёд, — фактически ты мой омега. — Фактически ты должен мне миллионы за моральный и физический ущерб, а ещё возвращение домой, — Феликс сел на столик, стараясь отойти от Хёнджина подальше, но тот становился только ближе, загоняя в угол. — Ты вернёшься домой, но не сейчас, — сказал как отрезал Хван. Ёнбок уже не успел ответить. Дверь в ванну открылась, и в проёме показался Джисон. Протирающий лицо полотенцем, он не сразу заметил взгляды на себе. Лишь повернувшись в их сторону, замер на месте с раскрытым ртом, но сразу поклонился. — Выйди отсюда, — рыкнул Джин, и Хан тут же скрылся за входной дверью. Альфа повернулся обратно к омеге. Тот сидел недовольный, скрестив руки на груди. Нижнюю губу вытащил вперёд, отчего она казалась куда объёмнее, но глаза отражали холод и гнев. Хван напрягся. — Ты жесток, — Ли поджал губу обратно. — Я глава мафии и босс. Каким ещё мне нужно быть? — Хёнджин наклонил голову вбок в вопросе. — Даже с омегами. — Если ты про Джисона, то он один из подчинённых. — Это даёт тебе право его избивать? — процедил сквозь зубы Ёнбок. — Так ты и ему раны заживлял? — вопрос Хёнджина не нуждался в ответе. — И что теперь? Хочешь и на мне оторваться? — Ли поджал к себе на столик и ноги, выглядя уверенно. — Нет, — твёрдо ответил Хван. — Но я же омега. — Ты не подчинённый. — Вот именно. Всё куда хуже. Я заложник. Меня можно даже трахать, пока я сплю, верно? — Феликс всё продолжал отвечать, задрав подбородок вверх. Джин еле себя сдерживал. Чувствовал, как каждое слово ножом впивалось в живот и заставляло выдержку трещать по швам. Но он стоял ровно, так же непоколебимо смотря в глаза омеги. Крепче взялся за стол и стиснул зубы от непонятной боли. — Я не держу тебя в заложниках. Я дал тебе право гулять по всей территории. — И это ты называешь «не держу в заложниках»? — Феликс взглядом прошёлся по комнате. — Мне нужно больше свободы. Я зол на тебя невероятно. — И что мне сделать, чтобы ты не злился? — Хёнджин вдруг заметил, как омега изменился в лице. Стал смотреть с интересом, но головы не переставал опускать. — Извиниться. Хван чуть не подавился, услышав такое заявление. И это всё, чего хочет Ёнбок? Альфа недоверчиво оглядел Ли, который всё ещё поджимал к себе ноги. Опустил голову, вздохнул и покрутил головой, прежде чем снова поднять взгляд. — Извини, — выдавил из себя Джин, совсем не чувствуя облегчения. — Не так, глупый ты альфа, — Феликс только закатил глаза, наконец расслабляя ноги и выпрямляясь в спине. — Тебя совсем не учили извиняться? Хёнджин сщурил глаз в вопросе, совсем не понимая, чего от него хотят. Тогда Ли положил ладошку на грудь и, надавив, легко отстранил мужчину от себя. Спрыгнул со столика и лёг на кровать. Выглядел он подозрительно спокойно. Нашёл другой метод, чтобы сбежать? Хван сильно напрягся и пытался подавить в себе желание, когда омега чуть раздвинул согнутые ноги, опираясь ступнями на край кровати, а сам приподнялся на локтях, смотря точно в глаза. — Подойди, — Феликс немного выгнулся, разминая шею. Джин сначала не поверил, что он обращался к нему, хотя в комнате кроме них обоих никого и не было. Если, конечно, кто-то вроде Джисона не сидел сейчас так же в ванной. Сжав кулаки и зубы крепче, Хван медленно подходил ближе, но резко давший в голову аромат розы заставил остановиться. — Подойди ещё, — и Хёнджин незамедлительно послушался, правда шаги становились всё тяжелее. — Встань вплотную к кровати. Альфа встал. Прямо напротив стройных ног омеги. В таком положении он мог разглядеть не только промокшие в зоне паха штаны, но и округлый животик. Внутри снова что-то сжалось и вздрогнуло. Он как заворожённый глядел на Феликса, пока в глазах того таилось что-то непонятное. Загадочное. Тогда-то Джин понял, насколько он беспомощный сейчас и какое же влияние на него имели феромоны роз. Прежде он подавлял Ли, но теперь пришёл его черёд. Ещё раз взглянув на омегу перед собой, альфа вздрогнул, когда крошечная ступня прошлась по животу вверх. — Со мной ты научишься извиняться. И лучше всего начинать с ног, — в глазах Ёнбока промелькнула искра. Хван теперь даже не в состоянии сглотнуть ком в горле. Казалось, это всё ему снится. Расставленные бёдра Феликса с текущей промежностью походили на сон, но не более. Самый невероятный сон в жизни Хёнджина. Разве это могло быть реальностью? Но он уже не понял, как оказался на коленях между ног Ли и хотел было поцеловать тонкую лодыжку, как на плечо надавили. Несильно, но достаточно для того, чтобы Ёнбок поднялся и сел, глядя сверху вниз на Джина, что весь сжался под ним из-за своего роста. — Глупый. Глупый-альфа-Джинни, — омега усмехнулся и щёлкнул растерянного Хвана по носу, заставляя зажмуриться. — Не о том думаешь. Хёнджин как воды в рот набрал, не мог и двух слов связать, чтобы что-то ответить. Да и не знал, что мог сказать. Ли снова возбудил, заставил встать перед собой на колени и снова прекратил всё, не успев оно начаться. Альфу как холодной водой окатил бархатный голос практически у уха. — Что мне тогда сделать? — прохрипел Джин, сам не понимая, как смог выдавить слова. Аромат роз с каждой секундой всё больше усиливался. Хван чувствовал, как сердце колотилось быстрее, а голова неимоверно кружилась. Если он сейчас не уйдёт, то набросится на испытывающего его терпение омегу. Ли как по острию бритвы шёл, играясь с ним. — Дай мне денег и разреши выехать в город, — спокойно ответил Феликс, не прерывая зрительный контакт. — Сбежать от меня решил? — Хёнджин с трудом даже глаза прищурить смог. — Снова не о том думаешь, — и Ёнбок щёлкнул пальцем теперь по лбу. — Хочу обустроить комнаты Джисона и Чонина. Они живут как в армии, а моим друзьям должны предоставлять те же удобства, что и мне. — Так вы дружите? Ли лишь вздохнул и закатил глаза, немного помассировав ступнёй напряжённое плечо Хвана. — Дружим, доволен? Джин кивнул, расплываясь в улыбке, отчего веки закрылись. Под воздействием феромонов он не казался страшным и пугающим, каким прежде его наблюдал Ёнбок. Теперь, с растерянным взглядом полным ревности, а после мягкой и такой счастливой улыбки он выглядел... мило? Ли зажмурился и резко выдохнул, настроив голос. — А теперь иди, — он быстро убрал ногу с чужого плеча, поджимая колени под себя и отворачиваясь от Хвана. Тот послушно встал и тихо вышел. После хлопка двери Феликс, прежде прямо держащий спину, тут же рухнул лицом в подушку. Внизу во всю распирало возбуждение, одни феромоны вина заставляли виски гудеть, живот расслабляться, а промежность истекать смазкой. Ли прекрасно знал, почему так происходит, но смиряться не хотел. Продолжал вдыхать висящий в воздухе аромат до тех пор, пока не провалился в сон, и всё не выветрилось.

***

Уже к утру Ёнбока трясли две пары рук. Точнее, одна пара мотала за плечи, а вторая стаскивала одеяло. Ли округлил глаза и резко спрыгнул с кровати. Казалось бы, за последние пару недель пора и привыкнуть к такому пробуждению, но омега всё никак не мог. Перед ним стояли необычно радостные и улыбчивые лица Хана и Яна. Он с вопросом в глазах оглядел обоих в костюмах. — Как тебе удалось уговорить господина Хвана? — парни встали с двух сторон от Феликса и взяли под руки. — Ох, вы об этом, — Ли потёр губы между собой, слегка задумавшись. — Что поделать, у меня талант, — и пожал плечами. — Да не может быть, — возражал Ян. — Может-может. Феликсу удалось разговорить даже молчаливого Ин-и, правда же? — Джисон улыбался во весь рот и успел подмигнуть альфе. И это действительно было правдой. Первые несколько дней, пока Ли обрабатывал раны Хану, то же самое проделывал и с Чонином. Тот хоть и сидел послушно, всё равно чувствовал себя не в своей тарелке. Он помнил тот момент, когда Хёнджин суровым взглядом лишил его привычной работы и направил к «нервному» — как успели прозвать Ёнбока — омеге. Правда Феликсу удалось разговорить Яна и поменять своё мнение о нём. Точки соприкосновения удалось найти в том, что у Чонина тоже полно братьев, даже есть сестра, и все омеги. Оставшись единственным альфой в семье, он решил пойти зарабатывать по крупному. Нацелился сразу на компанию Хван, только не рассчитал силы. Его не приняли и с позором заставили уйти. Но Ян не хотел жить бедно, не хотел оставлять семью, лишившуюся отца, без благ. Поэтому упорно нанимался стажёром, пока Хёнджин всё-таки не заметил его и не взял к себе. Направил сразу ко второму господину со словами, что тот особенно любит упёртых. Так, получая немаленькую зарплату, Чонин наконец стал доволен. Терпел на работе всё, в том числе странности господина Кима, связанные с игрушками-бдсм. На расспросы об этом внимательно слушающих его историю омег только пожимал плечами, ведь Сынмин никогда не показывал, чем занимался в своей комнате. Тогда Феликсу и Джисону оставалось только переглянуться на завершение повествования альфы о том, как вскоре он нашёл себе невесту и вот уже несколько лет они живут вместе. Правда теперь Чонин и сам удивлялся тому, как смог так легко сдружиться с этими двумя. — Ладно, это правда, — поправив очки на носу, хмыкнул Ян. — В любом случае, — Ёнбок обернулся на часы. — Когда можно будет выезжать? — Господин сказал, что к обеду машина будет готова, — сообщил Хан, не переставая улыбаться. Под руки они так и вышли гулять, правда, завидя скопление альф, тут же расцепились и шли более спокойно. Обсуждали всё, что можно, словно лучшие подружки прогуливались по парку между деревьев. Хотя бы с ними Ёнбок чувствовал себя лучше, чем могло быть. Позже позавтракали и в нетерпении ждали обеда. Время, на удивление, пролетело быстро, и Хан с Яном уже провожали Ли до ворот. Там их ждала чёрная лакированная машина. Хван питал особую страсть к транспорту, поэтому всё в компании было под его вкус. Чонин открыл дверь, и Феликс сел на заднее сиденье. Как оказалось, Ян с Джисоном поедут в другой машине для большей безопасности. Наконец-то они тронулись. Сердце Ёнбока дрогнуло, когда ворота за ними закрылись. Внутри вертелось чувство освобождения, хотя он прекрасно понимал, что ещё вернётся обратно. Но, может, сможет насладиться свободой какое-то время? — Куда едем? — послышался знакомый голос спереди, выводя омегу из мыслей. — Хёнджин? — Ли только сейчас удосужился взглянуть на водителя и почувствовать феромоны. — Что ты тут делаешь? — Как что? Везу тебя за «обустраиванием комнат Джисона и Чонина». Сам ведь просил, — хмыкнул альфа, держась одной рукой за руль. И только сейчас Ёнбок догадался, что уже ездил в этой машине. — Но я не думал, что ты... — Феликс резко остановил себя, поджимая губы. День начинал скатываться вниз по его терпению. — Едем в главный торговый центр. — Давай не туда, — Хван покачал головой, на что Ли поднял свой вопросительный взгляд. — Я знаю место, где есть товары куда интереснее. Ёнбок вздохнул, но так ничего и не ответил. Всю дорогу молчал и смотрел в окно, будто там крутили самое захватывающее в его жизни кино. А у Джина в голове всё крутились слова Чана с их недавнего разговора. «Что? Ты вот так просто поддался его феромонам и готов на свой страх и риск выпустить отсюда? Да он манипулятор покруче тебя», — не унимал смеха Бан, за что получил суровый взгляд и выстрел над головой. Но всё же приятель был прав. Ёнбок не так прост, он легко мог задумать план и сбежать прямо из-под носа, пока бродил бы по магазину. Однако Хван успокаивал себя тем, что и сам лично будет следить за омегой. Может, это пойдёт только на пользу. Ему ведь посоветовали начать сближаться с Ли, так пусть совместный поход послужит толчком в их отношениях. Доехали они быстро. Хёнджин вышел первым и открыл нетерпеливому Феликсу дверь, правда омега проигнорировал протянутую руку, спустившись с высокой машины самостоятельно. Огляделся вокруг, замечая с виду дорогой магазин. Лучше бы возразил альфе и сказал вести его в торговый центр. Там куда привычнее и, может, встретился бы кто знакомый. Уже через пару секунд подошли и Джисон с Чонином. Вчетвером они вошли внутрь здания. Ли разглядывал витрины, о чём-то шептался с телохранителями, пока Хван шёл сзади них. За последний час они успели пройтись по всему первому этажу, и Джин боялся поднять взгляд вверх, понимая, что ещё два таких же ждут их впереди. Когда им удалось остановиться в одном из магазинов, альфа со вздохом развалился на диванчике. Двое его подчинённых бегали за омегой и пылинки с него сдували. Удивительно, как Ёнбок умел так быстро очаровывать людей. Хван бы и сам бегал, если бы ему позволили. Хотя, вроде и не запрещали. Наоборот, он должен был искупить вину перед Ли, пусть мог только догадываться, за что именно. Ещё немного, и впредь подчинённых он начнёт наказывать только словами и работой. — Подвинься, Хёнджин, я тоже устал, — Феликс хотел было сесть рядом, но чужое колено осталось на месте. — Эй, Хван... — Посиди так, мне лень двигаться, — альфа драматично закатил глаза, показывая, как сильно он вымотан. Ёнбок только цокнул и хотел уже встать, как его удобнее усадили теперь на двух коленках. Омега молча пытался вырваться, стараясь не цеплять взгляд прохожих, но, как только Джин понял это, стал вести себя смелее. Обхватил тонкую талию руками и склонился над ухом, шепча: «Вчера ты поступил нечестно и одурачил меня, так что теперь терпи, раз пришёл первым». Ли только махнул ему на лицо волосами, прежде чем к ним подошли. — Вот вы где, — держась за галстук, выдохнул Хан. Оба странно посмотрели на пару. Феликс выглядел совершенно недовольно, вцепившись в широкие ладони Хёнджина, который спокойно держал его у себя на коленях и с вопросом смотрел на подчинённых. Те быстро переглянулись. — Как тебе такая картина, Ликс? — Ян повернул к ним лицом холст в раме, где красовался пейзаж небольшого озера и лодочки. — Прекрасно, оживит серые стены, — подытожил омега. — Что у тебя, Джисон? — Я нашёл красивую клетку, — и протянул ему белоснежную вещь. — Всегда хотел завести котёнка. — Мы зверинец разводим или комнату украсить хотим? — Хван скептически оглядел Хана. — Ты вообще молчи, это не твои телохранители, — высказал Ли, чуть хлопнув альфу по тыльной стороне ладони. Джин только сжал губы и погладил омегу по талии, выпуская еле уловимые феромоны. Живот под руками тут же расслабился, но Ёнбок всё не поворачивал головы в его сторону. — Берём. Посмотрите что-нибудь ещё, — наконец ответил Феликс, и оба быстро ушли, скорее оттого как Джин на них посмотрел. — Долго будешь меня на руках держать? — Пока ты не насытишься мной, — от этих слов Ли напрягся, но противиться не мог. — Врач говорил, тебе каждый день нужны мои феромоны, но ты уже долго их не вдыхал. А вечером я не смогу тебя навестить. — Почему? — бесстрастно поинтересовался омега. — Нужно съездить на собрание, — Хван положил голову на плечо Ёнбока, разглядывая шею. — Хочешь со мной? Оно пройдёт в старом особняке. Там и бассейн, и поляна для прогулок есть. — Я подумаю, — так же холодно ответил Ли, смотря куда-то в сторону. Он спокойно вдыхал аромат вина, совсем этого не стесняясь. Джин же радовался, что омега, наконец, сидит на нём. Так правильно и так красиво. Их отношения должны были начаться именно с этого, с нежности друг к другу, а не ненависти и непонимания. Но, что сделано, то сделано. Время шло, и Хан, и Ян по очереди подходили показывать выбранные вещи, получая то одобрение, то отрицание. И так по кругу. Изредка Феликс шевелился, удобнее усаживаясь на бёдрах, а Хёнджин и не заметил, как начал гладить округлый животик. Малыш быстро рос, стоило отвезти Ли на узи и попробовать узнать пол ребёнка. Ёнбок сам хоть ждёт его? Этот вопрос вдруг засел в голове. Хван легонько нащупывал бока омеги в надежде наткнуться на ножку или ручку сына. Почему-то альфа верил, что родится именно он. Ли весь хрупкий и нежный, но внутри у него прочный стержень, такой способен родить здорового и сильного малыша, может даже альфу. Но об этом они узнают позже. В конце-концов пришлось отпустить Феликса. Он спрыгнул с Хёнджина, как только телохранители подошли с пакетами полными вещей, и оплатил покупки его же карточкой. Пожалуй, ближайший месяц Хван не будет просматривать счёт на ней. Дальше он мог только наблюдать довольное лицо Ли и движения его округлой попки, вечно мелькающей перед глазами. Они загрузили вещи в обе машины. Их оказалось не так мало, чтобы уместить в один багажник. И тут-то Джисон не вытерпел, подбегая к Ёнбоку и потянувшись к его уху. — Мне... мне срочно надо, — быстро шептал омега. — Срочно? Тогда иди, мы подождём, — Ли обернулся и увидел облокотившегося о машину и скрестившего руки на груди Хвана, после повернулся обратно к Хану. — А, знаешь, я с тобой пойду. — Тогда давай быстрее, — тот поджал губы и скривил брови. Вместе они добежали до входа в магазин. Джисон мучеником терпел ещё поездку на лифте, ведь уборная, как назло, работала только на последнем этаже. Заметив заветные двери он пулей сорвался с места. Феликс только издал смешок и остался ждать его у раковины. Определённо оставаться наедине с Хёнджином ещё раз ему не особо хотелось. Уж лучше он подышит запахом свободы, чем феромонами вина. Больно часто он от них пьянеет. — Тут всё серьёзно, — из кабинки раздался вздох. — Что случилось? — Ли подошёл ближе. — У меня это... — Хан запнулся, и послышался звук рвущейся туалетной бумаги. — По лунному календарю пришло время. — Как ты так прозевал, Джисон? — Ёнбок только закатил глаза и отошёл обратно. — Мне сходить за прокладками? — Нет-нет, я тут временную защиту делаю, — омега торопливо рвал бумагу. Ли вздохнул. Подобные казусы раньше и с ним встречались, поэтому положение Хана он понимал как никто другой. Решив всё-таки сходить в магазин, он на слова Джисона, чтобы никуда не идти, бросил короткое: «Скорое вернусь» и закрыл дверь. Но не успел Феликс и двух метров от уборной пройти, как раздались выстрелы. Вопль и визг раздались по всему магазину, и люди (к счастью, их было небольшое количество в столь дорогом центре) стали бежать с этажей, образуя панику. Ли и сам испугался, прижавшись к стене. Нужно добраться до Хана, у него наверняка есть хотя бы пистолет в наличии. — Здравствуй, Ли Ёнбок, — раздалось слева. Омега обернулся. Именно с этой стороны и раздались выстрелы в первый раз. — Кто Вы? Прошу, не трогайте меня, — он старался разглядеть силуэт мужчины в тени и молился о том, чтобы Хан скорее вышел. — Не бойся, я не убивать тебя пришёл, — незнакомец сделал шаг вперёд, и голос его показался каким-то знакомым. Только Ли уже не успел разглядеть. Дверь из уборной распахнулась, а его самого схватили и утащили бегом. Вслед послышались выстрелы и ругань Джисона. Феликс в страхе зажмурился и пытался вырваться из рук альфы, что скрылся с ним в неприметном углу одного из магазинов. Всё-таки опустил на ноги. Ёнбок сорвался с места, чтобы сбежать, но его крепко схватили и прижали к себе. — Пусти! Ты хоть знаешь, кто меня охраняет?! — вырывался и кричал омега. — Знаю. Мой неумёха старший брат, — спокойно раздалось сзади. Ли мгновенно замер и обернулся на похитителя. Хаос тут устроил Сынмин, сейчас с улыбкой на лице отпуская Феликса и позволяя оглядеть себя с ног до головы. — Это правда ты? Но что ты здесь делаешь? Зачем устроил переполох? — Ёнбок забегал глазами, отходя от испуга. — Это правда я, — альфа выпрямился и поправил галстук с пиджаком. Всё тот же офисный костюм, успевший надоесть за этот месяц. — Твой брат просил меня о помощи. — Мой брат? Минхо? Он ищет меня? — омега оживился, округлив глаза и напав с вопросами. — Да, именно Минхо. — Как всё было? Он тут? Я хочу с ним встретиться, — не унимался Ли. — Погоди, не всё сразу, — Ким порылся в кармане и вытащил оттуда что-то, протягивая. — Это от него. Просил тебе передать. — Записка? — Феликс взял листок и развернул его, прочитав выведенное почерком брата «Не бойся Ликс-и, скоро я верну тебя домой. Люблю. Береги себя». На глаза вдруг навернулись слёзы. Ёнбок скучал по нему, скучал по родному голосу и прикосновениям. Не хватало любимого плеча рядом, повсюду его окружали только члены мафии. Один Хо мог подарить настоящую защиту и любовь. Хотелось как можно быстрее вернуться к нему. — Он сразу понял, что тебя похитил Хван, поэтому нашёл меня и попросил помощи. Я не мог отказать, мы ведь с тобой уже были знакомы, — альфа аккуратно подошёл сзади и положил руку на плечо. — Да и у нас с братом отношения не такие тёплые, как у вас. Моё сердце чуть не разбилось, когда я узнал всю историю. — Значит ты отвезёшь меня домой? — шмыгнув, повернул к нему голову Ли. — Почему мы тогда всё ещё не в машине? — Опасно было сразу выходить. Там твой телохранитель задел мне плечо. Ёнбок только сейчас заметил небольшую рану на руке Сынмина, вздрогнул и спрятал записку в карман. — Не больно? — он обеспокоенно поглядел на кровь. — Вовсе нет. Бывало и хуже, — Ким только посмеялся и отмахнулся. — Готов пойти домой? Я отвезу тебя к брату. Альфа протянул руку в предложении. Омега вдруг замер и поджал губы. Так страшно снова сбегать от Хвана. А вдруг он совсем с катушек слетит и не то что плетями накажет Джисона с Чонином, а сразу убьёт их? А вдруг доберётся и до Минхо? Наверняка и с ним разделается, и Сынмина не пощадит. Придётся всю жизнь провести с мужем-тираном. По спине прошёлся холодок, хотя Ли и сам не понимал, почему будто отговаривал себя. Ему предложили оказаться вновь на свободе, так зачем медлить? Семья ждала его и наверняка волновалась не меньше его самого. Рука всё-таки потянулась к Киму. — Только тронь моего омегу, и я за себя не ручаюсь, — низкий голос Джина как гром прошёлся по стенам. — И Вам добрый день, господин Хван, — Сынмин спрятал руки за спиной, улыбаясь. — Подлец, отойди от него на два метра, чтобы я пристрелил тебя, — альфа за долю секунды вытащил из кармана пистолет и направил в сторону брата. — Хёнджин, ты не посмеешь, — вскрикнул Ли, заставляя повернуть голову в свою сторону. Раздался выстрел. Омега прижался к стене и закрыл уши. Всё тело дрожало, он не успел осознать, что произошло. По комнате прошёлся смешок Кима, его голос в манере крикнул на прощанье: «Мы ещё встретимся, Ёнбок». Вокруг мгновенно стало тихо. Так, что уши закладывало. Но до Феликса дошли тяжёлые вздохи. Он приоткрыл один глаз, и увидел Хвана, боком лежащего на полу. Рядом с ним и лужа крови. Сердце неожиданно заколотилось, выбиваясь из груди. Мёртв? Нет, дышит, но встать самостоятельно не может. За спиной альфы выход. Та свобода, о которой Ли грезил всё это время. Стоило сбежать прямо сейчас. Он подорвался с места и побежал к выходу. Но аромат вина, пробравшийся в лёгкие, заставил притормозить. Сжав губы, Ёнбок остановился и обернулся на Джина. Тот беспомощный валялся на холодной плитке, и грудь его тяжело поднималась. Внутри Ёнбока что-то дёрнулось. Нет. Он не должен подходить к альфе. Ноги пошли дальше. Несли до выхода, но с каждым шагом становились всё тяжелее. Ли снова обернулся на Хвана. Просто лежал и не двигался. Феликс готов был умолять его встать. Встать и пойти за ним, но альфа был не в силах. Сердце забилось быстрее, теперь стуча по ушам. Омега сглотнул. Эта минута тянулась вечность. Теперь ноги несли обратно. Ёнбок встал на колени и наклонился над Хёнджином. Ранен в грудь. Как бы не задело сердце. Он положил ладошку, проверив, стук идёт. Омега в испуге думал, что делать. Телефона ведь у него нет. Тогда-то и подбежал запыхавшийся Чонин. — Что с господином Хваном? — альфа подошёл ближе. — Сынмин выстрелил в него, — Ли почувствовал, как руки затряслись. — Я уже вызвал нашу скорую, — Ян быстро нажал кнопку на телефоне. — Поищи Джисона, мы расстались с ним в туалете, — дрожащим голосом сообщил Феликс. — А ты не... — Да куда я денусь? Без него... — Ёнбок опустил глаза на окровавленную грудь, так и не договорив. Чонин уже не мог увидеть обречённости в глазах омеги, но по голосу всё сразу стало понятно. Он только кивнул и убежал на поиски, включая рацию в ухе. Ли всё продолжал склоняться над Хваном, для удобства обхватил широкие плечи и держал так. — Надо же, — прохрипел Джин, откашливаясь. — Сначала я тебя на коленях держал, а теперь ты. Феликс весь передёрнулся, не веря, как альфа ещё мог говорить в таком состоянии. Нахмурился, но продолжал держать. — Тебе бы только шутки шутить, — он тяжело вздохнул и закатил глаза. — Это не шутки, — Хёнджин говорил с трудом, но продолжал. — Мне правда нравится. Ты не бросил меня, хотя мог сбежать. — Это не потому что я люблю тебя, — омега сжал губы и отвёл взгляд. — Просто у меня большое сердце. — Я верю, что оно большое, — альфа слабо улыбнулся, снова кашляя. — Прямо как наш малыш. Хван осторожно положил ладонь на животик, закрывая его на половину. Ли вдруг почувствовал, как кончики ушей припекло, хотел убрать руку, но не стал. Дождался приезда скорой, тогда Джина у него забрали, а самого Ёнбока по его же просьбе посадили рядом. Всю дорогу он не переставал смотреть на альфу, вдыхать его витающие в воздухе феромоны и поглаживать живот, где на прежнем месте располагалась широкая ладонь.