II

***

Месяц назад... На улице лето, и солнце слепит прямо в сонные глаза. Вокруг не жарко — душно. Хочется снять с себя всю одежду и прыгнуть в ванну, желательно прохладную. За окном такси мелькали редкие деревья и постепенно нарастающие дома. Наконец-то Минхо едет домой. Феликс не отвечал последние несколько дней, хотя прежде и заснуть не мог, пока брат не позвонит. Из-за этого пришлось быстрее сдать все экзамены, раньше однокурсников Ли выбежал из аудитории и заказал себе транспорт прямо до подъезда квартиры Ёнбока. Дорого, другой город ведь, но было плевать. Хо лишь хотелось узнать, что с братом всё в порядке и работа ещё не довела хрупкого омегу до судорог при одном её упоминании. К счастью, водитель попался понимающий и быстро вёз их по трассе. Через несколько часов Ли вышел из машины, но увиденное заставило его застыть на месте. Вся семья полным составом собралась у входа в подъезд и наблюдала за скорой помощью. Альфа сдвинулся с места и подбежал к брату. Тот печально оглядел его и тяжело вздохнул. — Что здесь происходит, Бин? Где Ликс? — Хо отошёл в сторону со старшим. — Его как раз и увозят, — Чанбин снова вздохнул. — Почему? Что с ним случилось? — обеспокоенно расспрашивал младший. — Пока не знаем, но сказали, что произошли потеря сознания и сильное истощение. — Дожил со своей работой. Я говорил ему отдыхать и не брать на дом, — Минхо сжал руки в кулак и направился в сторону скорой. — Подожди ты. Тебя всё равно не пустят к нему, — схватив брата за руку, остановил Чанбин. — А я всё равно попробую, — младший выхватил ладонь и даже не оглянулся. Минхо подошёл к одному из фельдшеров, что закрыл дверь входа к больному прямо перед носом. Завидя альфу обернулся на него. Лицо, закрытое маской и чепчиком, показалось Ли очень знакомым, но он пришёл не за этим. — Вам что-то нужно? — подал голос парень. — Хочу пройти к Феликсу. Я его брат. — Простите, но пока не разрешается. Его должен осмотреть врач, — тот коротко ответил, собираясь уходить. Хо не раздумывая схватил его за руку, но остался с одной перчаткой, слетевшей с ладони. Маленькая. Значит, омега. Ли подозрительно покосился на фельдшера, ведь по правилам на эту профессию брали только альф с их крепким здоровьем. Промолчал и вернул перчатку, извиняясь, что отвлёк. Парень только кивнул и сел за руль, уезжая. — Ну как? Убедился? — подошёл старший, сложив руки на бока. — Не нравится мне всё это, Бин, — манерно поджал губы Хо, провожая взглядом скорую. — Ты всегда ко всему так относишься, — Чанбин вздохнул и положил ладонь на плечо брата. — Потерпи и тебя пустят к Феликсу. Нам всем за него тревожно, но он ведь не умрёт. Старший повёл их в сторону дома, пока в голове Минхо всплывала та картина маленькой ладони омеги и знакомых карих глаз. Где-то он уже его видел. Стоило над этим задуматься. • • • Минхо всё-таки догадался, что это был за парень. Провёл небольшое расследование, вспоминая всех знакомых с карими глазами, парнями по первичному и омегой по вторичному полу. Выявилось всего четыре человека. Первые два сразу вышли из списка подозреваемых, ведь ими оказались его однокурсники с другого города, которые на тот момент только экзамен собирались сдавать, не то что Феликса куда-то увозить. Остались только один из друзей Ёнбока с универа, что какое-то время пытался строить глазки Хо, и новый официант их любимого кафе. С первого подозреваемого начинать совсем не находилось желания, поэтому Ли направился во вторую локацию. Убедиться, что тот парень всё ещё там работает. И попал прямо в цель, когда обнаружил, что омеги там нет. Пообщавшись с администратором выяснил, что так называемый Хан Джисон уволился ещё пару дней назад. Но молодой человек оказался достаточно общительным, чтобы рассказать сплетню о том, что директора их заведения подкупил один крупный босс, заставив силой взять парня на работу, а потом незаметно разорвать контракт, будто его здесь и не было никогда. Минхо только сильнее стала напрягать ситуация. Пазл никак не складывался, но некоторые детали уже были в его руках. Из крупных боссов он знал только одного владельца сразу нескольких компаний. Хван Хёнджин. Тогда и удалось сложить два плюс два. Ли окончательно всё понял. Не зря этот Джин последнее время проводил с Феликсом. Он явно тут замешан, а этот Джисон, скорее всего, его помощник. Оставалось только найти этого несчастного омегу, чтобы растрясти информацию о настоящем местоположении брата. Ведь не просто так уже две недели их с семьёй не пускали в «палату Ёнбока», аргументируя тем, что больной впал в кому и навещать его строго запрещено. Вероятно, ничего этого на самом деле не происходило. Всё — лишь хорошо продуманный план. Вернее, был бы этот план таким, не попадись на путь Минхо. Пришлось искать себе сторонников. Хо давно знал, что, имея много денег в кармане, можно легко откупиться и от полиции, и от закона, поэтому подозревал, из-за чего его брата ещё не начали считать пропавшим. Всех вокруг просто подкупили, ведь даже коллеги на работе отказывались разговаривать о Хване. Это тоже часть плана Хёнджина, который Минхо давно раскусил. Он уже подозревал о теневой жизни господина. И Феликса требовалось срочно спасать. Удача улыбнулась совсем скоро. Ровно в тот момент, как Ли подошёл ко второму господину за принятием отчётов. — Ты серьёзный последнее время, — заметил Ким, складывая бумаги на столе. — Я всегда такой, господин, — Хо спокойно за всем наблюдал. — Нет. Обычно ты просто сосредоточен на работе, а теперь совершаешь мелкие недочёты, — продолжал Сынмин, теперь что-то печатая на компьютере, на что Ли недовольно свёл брови к переносице. — И хмуришься чаще. Ты устал, возьми отгул. — Боюсь, придётся отказаться, господин. Я ведь вполне работоспособен, — возражал альфа. — И чтобы я видел ещё больше недочётов? — Ким скептически оглядел его, приспуская очки. Хо на это только сжал губы в полоску и отвёл взгляд. — То-то же. С завтрашнего дня у тебя мини-отпуск на неделю, — сказал как отрезал Сынмин, поправляя очки и продолжая печатать. — Но, господин Ким, я не могу так. Оставить всю контору... — Ли тяжело вздохнул. — Так объясни, в чём проблема. Хо хотел было что-то сказать, но заткнул себя. Спрятал язык за зубами, крепко сжав их. Две недели бестолковых поисков приводили ни к чему и хотелось поделиться с кем-то личным горем, но то родных нельзя расстраивать, то знакомые могут проболтаться. Что уж говорить про начальство. — Слышал, твой брат впал в кому, — как что-то обыденное сказал Сынмин, не отрывая взгляда от монитора. — Это правда? — Правда, — Ли кивнул, сжав ладони за спиной. — Но ты так не считаешь, — теперь Ким глянул на альфу, а тот только сглотнул. — Откуда вы?.. — Дело в том, что мои люди недавно доложили, как видели так называемого Ли Ёнбока рядом с господином Хваном, — совершенно бесстрастно сообщил Ким. — Так этот... — Хо мгновенно закрыл себе рот ладонью. Он достаточно долго сдерживал себя, чтобы суметь не гневаться на Хёнджина. — Всё в порядке, я понимаю твоё возмущение. Мне и самому неприятно. В конце-концов Хван мне кровный родственник, — Сынмин оторвался от компьютера и прикрыл глаза, тихо вздохнув. — Я бы мог предложить тебе свою помощь. Ли замер на месте. Подобное предложение его насторожило. Ещё никто не говорил ему о помощи, Ким был первым, начавшим такую инициативу в его сторону. Глаза невольно сщурились в подозрении. — Разумеется, не просто так. Хо чуть выдохнул. И правда. Выгода не бывает односторонней. Сынмин определённо должен был взять что-то взамен за услугу. — И что Вы от меня хотите? — Ли всё ещё недоверчиво держал руки за спиной. — Конкретно от тебя — ничего. Мне понадобится помощь Феликса. — Что мой брат может для Вас сделать? — Минхо только шире раскрыл глаза, не переставая хмуриться. — Он послужит приманкой для Хвана, — на этих словах Ли дрогнул. — Мне всего лишь нужно остаться с братом наедине. — Вы даёте гарантии на безопасность Феликса? — Несомненно. Хван и пальцем его тронуть не сможет, а я тем более не намерен как-то навредить. Минхо кивнул. Альфы пожали друг другу руки, договорившись на временное сотрудничество. Со спокойной душой Ли впервые удалось выйти из кабинета начальника. Всю следующую ночь он не спал, пересматривая фотографии Ёнбока, сделанные шпионами Кима. Что-то странное было в нём, но Хо всё не мог понять, что же именно. Главное, что с братом пока ничего не случилось. А дальше он обязательно его освободит. • • • Не освободил. Весь план пошёл коту под хвост, когда Хван появился с оружием и направил его на Кима. Минхо видел, он наблюдал за всем со стороны. Сердце за Феликса в тот момент билось, как сумасшедшее. Но не зря у альфы с рождения развито шестое чувство. Изначально он дал Сынмину записку для Ёнбока на случай, если не получится встретиться сразу, а оказалось, она побудет с братом ещё какое-то время, пока они не придумают новый план по спасению. А ведь даже этот дался им с трудом. А точнее, именно Хо. Он в любую свободную минуту на работе подходил к Киму, и спрашивал о состоянии брата, и интересовался, не выходил ли тот на улицу. Но постоянно получал одну и ту же информацию. Через неделю таких похождений закрались сомнения по поводу желания Сынмина помочь, но, потерпев ещё неделю, тот сообщил, что его люди доложили о том, как Хван вместе с его братом отправились в торговый центр. Требовалось срочно выезжать. Но, видимо, готовиться стоило куда лучше. В следующий раз Минхо не позволит случиться такой ошибке, ведь ушёл он, однако не с пустыми руками. Как кстати попался застрявший в уборной Джисон. Ким с такой силой хлопнул дверью, пока убегал с Феликсом, что она не могла не запереться. Это послужило на руку Ли, который легко смог побороть ошарашенного омегу в вольной борьбе. Выхватил у него пистолет и прижал лицом к стене. Выбора, кроме как сдаться, у Хана не оказалось, Хо даже рацию с уха успел снять и выкинуть в мусорку. Сигнал о помощи так и не был передан Джисоном. Он оказался в ловушке рассерженного альфы, что без лишних слов надел ему на голову мешок и утащил в машину. Омега пусть и вырывался, старался снова вывести Ли на борьбу, но тот абсолютно игнорировал всю активность и бесстрастно пристегнул ремнём к сиденью.

***

Весь оставшийся день Феликс был как на иголках. В палату срочной реабилитации его так и не пустили, сказав, что омега может впечатлиться и упасть в обморок. Хотя теперь из-за бо́льшего стресса он и сейчас вполне мог. Ходил по коридору из стороны в сторону, поджимал нижнюю губу и скрещивал потные ладони в замок. Чуть с ума не сходил от беспокойства, пока над Джином работали врачи. Пуля в груди и месиво крови его и впрямь впечатлило, что скажешь. Ли понимал, что братья между собой совсем не в дружеских отношениях, но чтобы доводить друг друга до такого, в голове не умещалось. Хорошо, что хотя бы Хван не выстрелил в ответ, Ким остался цел и невредим. За него можно не переживать. А что будет с Хёнджином, Ёнбок не знал и изматывал себя плохими мыслями. Но, с другой стороны, зачем? Судьба Джина должна быть ему абсолютно безразлична, учитывая всё, что тот с ним сделал. Наверно, и правда большое сердце не позволяло поступать иначе. Феликс не ушёл до сих пор, просто потому что не мог по-другому. Внизу живота сильно ныло и будто резало ножами, стоило отойти от палаты на несколько шагов дальше и потерять внутри ощущение чужих феромонов. Чонин же единственный, кто прекрасно наблюдал за нервным состоянием омеги. Джисона так и не удалось найти, но Ян не стал говорить Ли об этом прямо. Не хватало, чтобы и за него он стал так же переживать. Надорвётся ведь и не откачаешь потом. А альфе велено беречь омегу господина ценой собственной жизни, и про ребёнка не забывать. Поэтому Чонин как мог старался отвлечь Ёнбока от глубоких дум. — Феликс, присядь. Не устал ещё ходить? — продолжал наблюдать со стороны Ян. — Если я присяду, боюсь, не сдержусь и рожу прямо так, — Ли продолжал своё занятие, пропуская мимо проходящих врачей и медсестёр. — Я понимаю твоё беспокойство, но с господином Хваном точно всё будет в порядке. Его оперируют только лучшие врачи, — с ноткой гордости в голосе старался успокоить его альфа. — Тогда почему прошло уже пять часов, а они всё ещё не вытащили эту несчастную пулю? — омега приостановился, чтобы легко топнуть ногой, но позже продолжил ходить. — А вдруг заражение крови? — в голове тут же отразились картинки, казалось, даже Чонин их смог увидеть. — Какое ещё заражение? Феликс, вы, беременные, все такие запущенные? — О чём ты? — Ёнбок нахмурился, переведя на него взгляд. — Я о том, чтобы ты наконец успокоился. Пойдём, я налью тебе чай. Врач говорил, жидкость для твоего организма очень востребована. Ян подошёл к Ли и, приобняв его за плечи, повёл по коридору к другому ответвлению, где стояло несколько диванчиков и небольшой столик. Посадил омегу, а сам стал разливать им чай. Ёнбок и правда начал успокаиваться, стоило тёплой кружке коснуться ладоней. Он не помнил точно, сколько выпил, но обратно они вернулись куда более спокойным шагом. Феликс даже придерживал низ живота, снова вдыхая аромат вина. • • • Зайти к Хвану стало возможно только через час после успешного завершения операции. К этому времени Ли успел расплакаться на плече Яна, который совсем растерялся и не знал, как успокаивать омегу, лишь мысленно умолял стрелки часов на стене двигаться быстрее. Но выдержка Чонина всё-таки смогла дожить до момента, когда Феликса пустили в палату. Ему самому пришлось остаться в коридоре. Не хотелось мешать и увидеть ещё больше слёз. Ёнбок, закрыв за собой дверь, тихо подошёл к спокойно лежащему Хёнджину. Тот, кажется, спал, глаза его закрыты, а дыхание ровное. Ли решил не будить его и просто сел рядом, разглядывая альфу. Он не выглядел как обычно. Прежде прямые и уложенные назад волосы теперь волнами лежали на подушке, длинные ресницы чуть подрагивали, и омега впервые разглядел родинку под глазом, которую раньше, к слову, никогда не видел. Ёнбок и не заметил, как пододвинул стул ближе, положив руки на край кровати, головой расположившись поверх. Просто смотрел и разглядывал на удивление красивое лицо. Прежде ему казалось, что только брюнеты способны привлечь его внимание, но, детально рассматривая блондина с вьющимися волосами, оказалось, и в этом есть своя красота. — Долго будешь так сидеть? Хоть бы поцеловал, — снова этот хриплый голос потёк по ушам Ли. Он мгновенно выпрямил спину и отвёл пристальный взгляд. Теперь уже смотрели на него. Хван протянул руку, кладя её поверх крошечной ладошки, что всё ещё лежала на краю кровати. — Удивлён, что мы так похожи? — Вовсе нет, — Феликс краем глаза взглянул на альфу, но руку не отобрал. — Почему ты скрываешь свои настоящие волосы? — Главе мафии и владельцу компании не очень подобающе выглядеть барашком перед своими людьми и подчинёнными, — Джин хило усмехнулся. — Отец говорил, нужно быть соответствующим дресс-коду, но у меня единственного в нашей семье волосы завиваются сами собой. Вот и приходится укладывать в причёску. Ли помолчал. С одной стороны, он был согласен с отцом Хвана. Если бы сам Феликс увидел его в первый же день с волнистыми волосами, не стал воспринимать всерьёз, ведь в таком виде альфа больше походил на подростка с бушующей и широкой душой, а прямая причёска накидывала ему ещё пару лет, визуально делала старше и строже. Но, с другой стороны, лучше бы их общение началось с настоящего Джина, а не слепленной самостоятельно маски. — А родинка? — тихо поинтересовался Ёнбок, смотря прямо в глаза. — А она просто мне не нравится, — Хёнджин только пожал плечами. Ли понятливо кивнул головой. Совсем не знал, о чём можно было поговорить с только что перенёсшим операцию альфой. Старался не смотреть ему ниже шеи, ведь дальше шла перевязанная грудь и небольшое пятно крови на том самом месте. Воспоминания всё ещё открытой раной оставались внутри омеги, но мягкий аромат вина всё же делал своё дело, успокаивая. — Так ты уже решил? — Что решил? — Феликс с вопросом раскрыл глаза. — Поедешь со мной в старый особняк или останешься здесь? — Джин стал невесомо поглаживать ладонь. Ёнбок замер, не зная, что и ответить. Здесь у него брат, который в любой момент мог бы спасти и вытащить на свободу, а в особняке останется один Хёнджин с дыркой в груди, о котором наверняка нужно будет позаботиться. Ли во всю боролся с собственными мыслями, не дающими расслабиться и на секунду. Он не хотел отвечать Хвану ровно ничего. Зачем тот дал ему право выбора? Лучше бы сделал как обычно и без слов увёз с собой. — Поеду, — на выдохе прошептал омега, а альфа чуть больше раскрыл глаза, словно не ожидая такого ответа. — Я поеду с тобой.

***

Джисон сидел с опущенной к полу головой. Он понятия не имел, что ему делать. Точнее, инстинкты заставляли вырываться из привязывающих его к стулу верёвок, а разум твердил, что всё бесполезно. Ему не выбраться самостоятельно. Слишком туго он прижат к одному месту. Даже техника по освобождению не спасала, ведь узел находился на животе, а раскладной нож в рукаве куда-то пропал. Омега пытался незаметно втягивать живот, чтобы верёвка проскальзывала вниз, но всё тщетно. Хан корил себя за съеденную лапшу перед выходом. Но ситуацию усугубляла боль в животе. Месячные шли полным ходом. Так не вовремя это всё. Поездка в магазин, закончившаяся казусом и похищением, так теперь и альфа оставил в какой-то комнате, привязав для надёжности. Джисон даже не нащупывал телефона в заднем кармане брюк. Неужели, и его потерял? Или этот альфа успел обчистить его всего, пока не снял мешок с головы. Зато затянул рот ещё одной верёвкой, чтоб не кричал лишний раз. У него кинк на такое или как это понимать? Хан теперь просто раскачивался на стуле в надежде добраться до входной двери и выйти из неё. И омеге почти удалось. Но, будь он менее медлительным, точно смог бы сбежать, вот только теперь ему открыл тот сам альфа. Джисон не удержался и упал прямо так набок. Парень на это лишь закатил глаза и, заперев за собой, подхватил омегу и понёс обратно к стене. — Ты идиот или реально считал, что сможешь сбежать? — он наконец-то развязал верёвку на лице. Хан ничего не ответил, а только со всей силы плюнул ему в лицо. Он сразу узнал, кто перед ним стоит. Брат Феликса. На такую же манеру Ли жмурил глаза и хмурил брови. Но, кажется, зря омега так поступил с ним. — Нет, всё-таки идиот, — Минхо шикнул и полностью развязал Джисона. Тот, не ожидая подобного, резко побежал в сторону двери, но его в ту же секунду схватили и оттолкнули к стене. — Где мой брат? Отвечай, — суровым взглядом смотрел на обомлевшего Хана Ли. — Я не имею права об этом говорить, я же уже предупреждал тебя в машине, — омега повернулся к нему и схватил за воротник, надеясь снова начать борьбу и прорваться к двери. — Сколько ещё мне нужно повторить, чтобы ты меня услышал? Джисон еле успел договорить последние слова, как его с силой прижали спиной к стене. Вид у альфы стал только более яростным, он со всей мощью давил на плечи, заставляя невольно зажмуриться и скривить губы. Омега схватился за его грудь, но терпел боль. — Уверен, что не хочешь рассказывать? — так же холодно продолжал Минхо, не отнимая глаз от лица Хана и продолжая давить. — Уверен, — раздалось сквозь зубы с шипением. — Тогда не жди, что я выпущу тебя, — альфа отобрал руки и поставил по обе стороны от головы омеги. — Будешь сидеть здесь ровно столько, сколько понадобится. И молись о том, чтобы я нашёл Феликса раньше, чем ты сдох тут от голода. Ли резко отстранился и так же быстро ушёл к двери. Только за спиной ему послышался тяжёлый вздох и подобающее шипение Хана, спустившегося по стене вниз и держащегося за больные плечи: «Мерзкий кот... » Но Хо на это даже бровью не повёл, только хмыкнул и хлопнул дверью. Джисон, как ошпаренный, подбежал к ней и стал дёргать ручку. Заперто.

***

Не прошло и получаса, как Феликс уже сидел в машине. С Хёнджином рядом они ехали по направлению к старому особняку. Ли всё воображал в голове его себе. Рисовал старое здание, местами потёртое. Наверное, придётся и уборку в нём устроить. А пока за окном простиралась только трасса, постепенно начинавшая скрываться за деревьями. Так особняк был посреди леса? И ответ оказался очевиден. Хван за рулём в какой-то момент съехал с дороги и поехал по тропинке. Ли на секунду задумался о своём решении. А вдруг альфа увезёт куда-то не туда, убьёт и бросит? Ёнбок ему не то что бы доверять не мог, а оставаться наедине в такой глуши тем более. Один Джин сидел совершенно спокойный в этой машине, явно думающий о чём-то своём. — Добро пожаловать, Феликс, — Хёнджин припарковался рядом с большим двухэтажным домом, стоявшим посреди поляны. Омега только и мог, что с раскрытыми глазами осматриваться. И правда поместье. Но совсем не старое. Может, здание и было построено из брёвен, но выглядело это вполне современно и стильно. А чёрные рамы окон и аккуратная крыша только подчёркивали всё богатство наследства Хвана. Тогда Ли подал ему руку и вышел из машины. — Нравится? — лёгко улыбнулся Джин, завидя сияние в глазах Ёнбока. — Нравится, — он сразу отвёл взгляд, неловко поджав нижнюю губу. — Но почему ты называешь его старым? Омега продолжал разглядывать особняк, пока альфа аккуратно положил ладонь ему на спину и провёл их дальше ко входу. — Не знаю, просто привык. Этот дом принадлежал ещё моему прадедушке. Раньше Хваны жили тут, но теперь только на отдых приезжают, — он открыл дверь и пустил Ли внутрь. — У твоего дедушки явно был вкус, — подметил Феликс, осматривая теперь планировку внутри. Везде так просторно, что дышать стало легче. — Не буду спорить. Они ещё походили вместе по дому, пока Хёнджин показывал гостевые комнаты, пару гостиных и широкую кухню. Забравшись на второй этаж, объяснил, где находится ванна и спальня Ёнбока. Правда она оказалась единственной во всём поместье. Тогда Ли недоверчиво взглянул на Хвана, который только хмыкнул и сказал, что сам он будет спать на первом этаже. — Ты уверен, что тебе стоит проводить собрание в таком виде? — Феликс принял чай от Хёнджина, сидя в одной из гостиных. — А что такого? Просто накину пиджак, чтобы пятно не просвечивалось сквозь рубашку, — Джин сел рядом на диване, отпивая со своего стакана. Ёнбок начинал смущаться, ведь это, вообще-то, он должен присматривать за пострадавшим, а выходило совсем наоборот. Это Хван сейчас заботился о нём и практически пылинки сдувал, только бы омега чувствовал себя комфортно рядом с ним. А налитый чай начинал остывать, приходилось быстрее с ним управляться. — Не думай ни о чём и просто ложись спать. На второй этаж я их не поведу, мы соберёмся здесь, за большим столом, — продолжал альфа, закинув ногу на ногу. Феликс кивнул, но так ничего и не ответил. Допив чай, он всё-таки решился сам помыть их кружки, сказав Хёнджину, чтобы тот лучше готовился и привёл свои растрёпанные волосы в порядок. Хван с ухмылкой согласился, краем глаза наблюдая за стоящим у раковины омегой. Он так правильно смотрелся здесь, в его доме за его кухонным гарнитуром. Но вскоре Ли поднялся наверх, и Джин в одиночестве стал ожидать гостей для общего собрания. В груди продолжало болеть, и он старался уловить носом ускользающий аромат роз, который действовал на него успокаивающе. Альфа понимал, что вряд ли сможет отпустить омегу, даже когда тот всё-таки родит ему. Осталось чуть больше трёх месяцев до этого момента, но Хван упорно не хотел думать, что его ждёт с течением времени. Хотя и так понятно. Жизнь никак не изменится, всё снова встанет на свои места. Тогда не придётся голову ломать о том, как бы не навредить Ёнбоку и сделать его времяпровождение здесь более спокойным. Не придётся думать о том, что Сынмин в любой момент может пойти против него и убить либо Феликса, либо его самого, чтобы взять под власть компанию Хван. Ведь на тот момент у Хёнджина уже будет законный наследник на его место. И только в том самом месте, где пуля почти дошла до сердца, но чудом остановилась в нескольких сантиметрах, Джин чувствовал тяжесть. Совсем не физическую, ведь тело альфы способно регенерироваться куда быстрее обычного человека. Наоборот, в душе что-то кололо и тянуло на дно. Хван откинулся на кресле и глубоко вздохнул. Он не знал, что будет дальше, но точно понимал, как сильно желает Феликса рядом с собой. Тогда-то и послышался шорох колёс. С панорамного окна на выходе на террасу просвечивался свет фар. Первое, о чём подумал Хёнджин — это чтобы машины не разбудили Феликса. Он и так вымотался за этот день, а альфа позвал с собой за город. Пришлось быстро накинуть на себя рубашку, прикрывая красное пятно, и пойти встречать гостей. Коллеги всем табуном из десяти человек уже стояли за дверью. Хван вышел за порог и любезно пропускал всех внутрь, изредка поглядывая наверх, где на втором этаже виднелись зашторенные окна в комнату Ли. Значит, свет не мог его разбудить, и альфа выдохнул. Прошёл к столу, где его с бурными обсуждениями ожидали остальные. Наконец строгим взглядом оценил коллег и сказал быть тише. Феликс тем временем не спал. Сон никак не шёл в глаза, перед лицом всё мелькали события сегодняшнего дня. Он помнил слова Сынмина о том, что Минхо его ищет. Значит, брат с самого начала заподозрил неладное. Оставалось только верить, что прощальные слова Кима были правдой, и он ещё отведёт его к Хо. В руках при свете ночника омега вертел записку. У брата не самый ровный почерк, ведь обычно он печатал на компьютере. Но главное, что это его. Частичка дома находилась рядом с Ёнбоком, и он не переставал рассматривать каждое слово, будто мог найти в них своё спасение или разгадать какую-то загадку. Минхо любит его. Эти слова грели душу и заставляли верить в лучшее. Раз брат сказал, что вернётся, значит, так и будет. Он просто не умел врать старшему. Последний раз взглянув на записку, Феликс легко поцеловал её и убрал глубоко в карман шорт. Перевернулся на живот и прикрыл глаза. Спать совсем не хотелось. И тогда он услышал посторонние голоса в бурных разговорах и звук подъезжающих машин. Спрыгнул с кровати и подошёл к окну. Внизу стоял Хван и принимал гостей. Но как только альфа перевёл короткий взгляд на него, Ли тут же отошёл от закрытой шторы и сел обратно, вслушиваясь, как теперь голоса были под ногами. Он всё ещё надеялся, что Джин действительно не пустит никого на второй этаж. Не хотелось бы пересекаться с кучкой огромных альф. Омегу и так мутило от чужих запахов, он сторонился порой даже Чонина, когда тот принимал недостаточное количество подавителей. Но Хёнджин сдержал слово. Правда, несмотря на это, феромоны смогли пробраться и в его комнату. Феликс скрутившись лежал на кровати, прикрывал рот рукой, предотвращая позывы, но с каждой минутой становилось всё тяжелее себя сдерживать. Он прикусывал край подушки, открывал окно, зарывался лицом в своей футболке, на которой пока осталась капелька аромата Джина. И всё равно всё бесполезно. Пришлось выйти наружу. На свой страх и риск Ёнбок направился к лестнице. Мутило слишком сильно, чтобы он был в силах продолжать себя сдерживать. Как назло, именно туалетная комната находилась на первом этаже. В ванну или джакузи, находящиеся напротив его двери справлять нужду не очень-то хотелось. Поэтому выбора не оставалось. — Боже... Хван Хёнджин... — без сил бубнил Феликс, хмурясь и на трясущихся ногах спускаясь по ступенькам. К счастью, альфы находились в самой дальней гостиной, чтобы Ли мог спокойно пройти в нужную комнату. Схватившись руками за ручку двери, омега потянул её на себя и зашёл внутрь. Свет включить уже не находилось сил. Он с трудом дошёл до унитаза и склонился над ним. — Надо же, кого у себя держит Хван, — раздался мужской голос, и Ёнбок повернулся на него. В проёме стоял альфа. Один из гостей Джина. Ли уже успел проклясть сам себя за то, что разрешил взять ему себя с собой. Встать он не смог, да и ответить не в состоянии. Сдерживал позывы из последних сил, но тут его схватили за руки и подняли. От мужчины отвратительно воняло цитрусом, будь Феликс не таким слабым сейчас, легко врезал альфе и просто сбежал. Но его прижали к себе, заставляя только больше давиться запахом, отчего голова и живот невероятно заныли. — А ты красивый, — продолжал мужчина. — Правда, слишком хилый какой-то. Ли взглянул на него, как на последнего ублюдка, но на это в темноте даже не обратили внимания. Альфа потянул к нему свои губы, и тут омега не выдержал. Вышло всё, что в нём было. Прямо на чистый костюм. Мужчина резко отпустил его, а Ёнбок почувствовал только облегчение после сделанного. Сил всё ещё не было, но он уже в состоянии выбежать из комнаты, пока альфа не пришёл в себя. Правда, он вскоре выбежал за Феликсом, знатно ругаясь на весь особняк. — Хван, что себе позволяет этот мальчишка? — альфа схватил помятого Ли за локоть и чуть не швырнул перед собой. Хёнджин, прежде сидевший со спокойным и бесстрастным выражением лица, дрогнул, а огонь в его глазах готов был прожечь всех насквозь. Он быстро встал и подошёл к дрожащему Ёнбоку, почувствовав, как тот насквозь пропах чужими феромонами, и теперь выглядел совсем беспомощным. Взял его на руки, укладывая голову на своё плечо. — Ты что делал рядом с моим омегой? — Хван зло обернулся на мужчину в испортившемся костюме. Со стороны стола послышались перешёптывания, а сам мужчина ошарашенно раскрыл глаза. — Господин, но я даже не знал, что он Ваш... — Незнание не даёт тебе права оставаться безнаказанным, — Джин рычал. Яростно и громко, пока Феликс прижимался к груди и прятал лицо в его шее. — Простите, господин, я виноват, — в торопях проговаривал альфа, ведь никто не хотел нарываться на гнев Хвана. — Вон отсюда. Извиняться будешь, когда обдумаешь свой поступок, — снова прорычал Хёнджин. — Собрание окончено. Все последовали примеру уходящего мужчины, стоило Джину мельком взглянуть на них. Уже через пару минут машины выезжали с территории поместья. Хван дышал тяжело и старался выпускать как можно больше феромонов, пока Ли всё ещё прижимался носом к железе. С омегой на руках он поднялся на второй этаж, попутно уничтожая чужие запахи. Даже в комнате Ёнбока чувствовались не его феромоны. Тогда Хёнджин снова зло вспыхнул, и ароматы разом пропали. Теперь омегу окружали только феромоны вина и сам альфа. Он, заметив, что Феликс не хочет опускаться на ноги, сел с ним на кровать, удобнее держа в руках. Такой крошечный, легко помещался на коленях в объятьях. Джин на мгновение подумал, что хотел бы продлить этот момент на целую вечность. Ли спокойно дышал ему в шею, ладошками трогал грудь и всем телом прижимался ближе. Хвану начало казаться, что он сейчас поплывёт. — Не уходи, — с закрытыми глазами тихо прошептал омега, когда Хёнджин пытался уложить его на кровать. — Но я здесь, — он уже потянулся за одеялом, как его схватили за плечи и заставили лечь на спину. — Молчи, глупый ты альфа, — ещё тише сказал Ёнбок, забираясь на того сверху. Хван чуть не умер от приступа. Омега сам лёг на него, прижимался и нюхал всего. Понадобилось время, чтобы сердце перестало так быстро биться и наконец успокоилось. Ли к тому времени уже спал. Альфа только обнял его одной рукой за талию, вторую укладывая на подросший животик. Впервые за долгое время он уснул в спокойствии и блаженстве. • • • Солнце пробиралось сквозь небольшую щель в шторах. Свет попал прямо в глаз Хёнджину, который тут же открыл веки. В голове было пусто ровно до того момента, как он не вздохнул, почувствовав внутри этот душистый запах роз. В который раз убедился в том, как же они подходят под его вино. Довольный улыбнулся и потянул руку к груди. Но вместо повязки наткнулся на чужую макушку. Раскрыл глаза шире и, недолго думая, прошёлся пальцами по мягким волосам. Они отросли за время и теперь касались плеч Феликса. Джину это нравилось. Светлые и волнистые пряди делали омегу только более красивым и лёгким, словно он мог в любой момент запрыгнуть на облако, и то унесло бы его далеко в небо. Однако альфа бы не позволил. Не хотел остаться без Ёнбока. Губы того чуть приоткрыты, ловили воздух, но вдыхали только феромоны Хвана. Он продолжал со всей нежностью гладить волосы Ли, вслушиваясь в тишину. Но в какой-то момент Феликс всё-таки пошевелился, лениво переворачиваясь на другой бок. Теперь он лежал не сверху, а сбоку обнимал руку Хёнджина, который только и мог любоваться сонным его видом. — Уже утро? — хрипло произнёс омега, неожиданно проснувшись и пытаясь раскрыть веки. — Уже да, — альфа осторожно убрал ладонь, прежде трогающую макушку, и посмотрел в глаза. Ёнбок глядел в ответ. Его зрачки такие тёмные, затмевающие радужку. А глаза полуоткрытые, узкие и ещё не пробудившиеся до конца. Пол-лица смято после рубашки Джина, а губы чуть припухли. Хван сглотнул, не в силах сказать и слова. Он просто любовался Ли перед собой, пока тот так близко, совсем рядом, и так легко его сейчас можно было поцеловать. Но и так запретно. — Прости, Хёнджин, — часто заморгав, омега отодвинулся от альфы, сев на краю кровати. Вот и снова он на расстоянии. — Ничего страшного, — смог выдавить из себя незаметную улыбку он. — Не знаю, что вчера на меня нашло... — Феликс озадаченно прикрыл пол-лица ладошкой. — Не стоит, — Хёнджин тут же остановил его. — Лучше расскажи, что тот альфа с тобой сделал? — Он... ничего, — теперь Ли потирал шею, смотря в сторону. — Мне резко стало плохо из-за чужих феромонов, и меня затошнило. Поэтому я спустился в туалет, но туда подошёл альфа, и я нечаянно... прямо на него. Но я не хотел, я не специально. — Феликс, — Хван обратил внимание заволновавшегося омеги на себя, положив ладонь поверх его. — Ты уверен, что он ничего не делал? Джин смотрел прямо в глаза. И Ёнбок не увидел в них злобы или осуждения. Только лёгкую обеспокоенность. Вдруг и сам он расслабился, сглотнув и расправив плечи. — Он схватил меня за руки и, — Ли не сдержался и неловко отвёл взгляд от глубоких глаз, — хотел поцеловать. Губы Хёнджина чуть дрогнули. Но давить он не стал, только понятливо кивнул и что-то быстро напечатал в телефоне. Тогда-то Феликс насторожился. — Что ты?.. — Я уволил его, — бесстрастно сообщил альфа. — Что? Зачем? — забегал глазами Ёнбок, ошарашенно поднявшись на колени. — Он покушался на тебя, я не мог иначе, — как что-то очевидное выдал Джин. — Я не хочу видеть рядом с собой людей, которые трогают что-либо мне дорогое. Ли замер после этих слов, но не перестал удивлённо разглядывать альфу. Взялся за его плечи, но руки предательски дрожали. Хван же спокойно погладил одну из ладоней, невесомо коснувшись её щекой. Что-то непонятное внутри дрогнуло, но Феликс так и не отстранился. Как бы ни старался, а Хёнджин уже не казался ему противным и пугающим. Наоборот, хотелось остаться с ним, прижаться к горячему телу и дышать этим ароматом вина. Он так сильно к нему привык, что, кажется, не сможет прожить без. — Как твоя грудь? — Ёнбок перевёл взгляд ниже, пальчиком указывая на место пятна. — Не болит? — Ни капельки, — Джин легко улыбнулся, вздохнув. — Нужно сделать перевязку, — губа сама собой стала прикушена. Альфа только кивнул и отошёл в сторону шкафа, снимая с себя рубашку. Достал оттуда аптечку и поставил рядом с омегой. Хотел было сам взять перекись, но его опередили. Ли аккуратно посадил Хвана обратно на кровать, а сам стал кружить вокруг него, пока снимал старые бинты. Обошлось не без помощи, тело слишком большое для крошечных рук. Но Феликс всё же смог справиться. Теперь обнаженная грудь постоянно находилась перед глазами, пока Ёнбок обрабатывал место попадания пули. Шов, на удивление, почти зажил. Ли начинал понимать, что значит непробиваемое здоровье альфы. Хёнджин же для удобства всё-таки расставил руки в стороны, когда Феликс вновь накладывал бинты. Взгляд продолжал невольно цепляться то за подкачанный живот, то за широкую грудь, то за тёмные соски Хвана. Ли старался не смотреть, но это просто невозможно, пока он склонялся над альфой и держал в руках бинт. Резкое желание потрогать плечи и светлую кожу не покидало омегу ровно до того момента, пока он всё-таки не закончил и не убрал аптечку обратно. — Ты прямо настоящий врач, — Джин разглядывал новую повязку, аккуратную и гладко расправленную. — Да ну, — Ёнбок отвёл взгляд, чувствуя, как странно припекало уши, и постарался закрыть их волосами. — Не устал? Хочешь поплавать в бассейне? — Хван поднялся с места, быстро заправив постель и подошёл ближе. Ли лучше разглядел тело перед собой. Большое и мужественное, подобающее альфе. Омега мог бы поместиться у него на плече и сидеть там всё время. Теперь припекало и на щеках. — Хочу, — тут же отозвался Ёнбок и был взят за руку. — Тогда пойдём. Хёнджин вывел Феликса из комнаты и повёл выше. Сначала Ли растерялся, ведь думал, что в особняке только два этажа, но, оказалось, крыша тоже занята. Добравшись, он увидел перед собой широкий бассейн. Настолько большой, что можно было бы плавать на перегонки. От удивления губы чуть приоткрылись, и омега вздохнул свободнее. Их со всех сторон окружал лес. Вид простирался великолепный. — Заходи в воду, — Хван не переставал легко улыбаться, указывая в сторону бассейна. — Ничего страшного, можешь и в одежде. Я тогда схожу тебе за новой. Альфа уже отошёл и собирался уходить, как его остановил немного робкий голос. — А ты не?.. — Пока рана не зажила, думаю, мне не стоит, — Джин обернулся и дёрнул головой в сторону, чтобы волосы не лезли на лицо. — Просто посижу и что-нибудь почитаю. И как он мог предугадывать вопросы, Феликс, кажется, никогда не сможет понять. Хёнджин явно внимательно ко всему относился. Как только он скрылся из виду, омега подошёл к воде. Потрогал ладошкой, и она оказалась слегка прохладной. То, что нужно в жаркий летний день. Ли и правда не стал снимать одежду, поднялся по ступенькам и зашёл в воду прямо так. Дно оказалось неглубоким, он спокойно прошёлся до другого конца бассейна. Поплавал пару раз то на спине, то на животе, чувствуя невероятную лёгкость. Шагая по земле ощущалось, как рос живот и вес постепенно увеличивался, но в воде всё это пропадало. Волосы и кожа приятно мочились, омега иногда нырял, наблюдая за размытым небом. Он любил плавать. Когда-то Бин и Юна, что вдвоём ходили в спортивную школу, учили и его с Хо познавать искусство пловца. Ёнбоку с братом тогда только исполнилось шесть и пять лет, но они уже умели держаться на плаву и передвигать ножками для движения. Таким образом они быстро привыкли выходить с семьёй вместе в море, купаться в бассейнах и нырять на дно ванны. Воспоминания улыбкой отражались на лице Феликса. Почему-то он точно верил, что обязательно встретится и с Минхо, и со всей семьёй. Невольно нащупал на шее подвеску и потёр её между пальцев. Да, он совсем скоро вернётся обратно. — Красиво плаваешь, — раздалось сзади. Ёнбок обернулся, заметив свесившего с бортиков ноги Хёнджина. В руках у него была раскрытая книга, которую он поспешил отложить в сторону. — Тебя учили настоящие профессионалы, — Хван улыбнулся, когда Ли подплыл к нему и ухватился за бортик. — Спасибо, можно и так сказать, — омега отвёл взгляд, улыбнувшись в ответ. Феликс старался не смотреть на полуобнаженного альфу. Тот сидел в одних плавках и с бинтом на груди, хотя сам говорил, что не залезет в воду. Только ноги мочил. — А я вот не умею плавать, — честно признался он, даже не стесняясь. — Правда? Ли прищурил глаза и посмотрел Хвану в лицо. Не очень-то верилось, чтобы глава мафии, способный держать в руках оружие и внушать страх всем без исключения, не умел делать самые обыкновенные вещи. Он же альфа. — Правда, — Джин прикрыл глаза и расставил руки в стороны, облокотившись на них и подставляя тело солнечным лучам. — Сколько бы отец с папой ни пытались меня научить, я не поддавался. Просто боюсь, и всё. Поэтому дно тут такое маленькое. Наверно, тебе не очень удобно? — Меня всё устраивает, — Ёнбок положил ладошку поверх руки альфы, легонько поглаживая. — У всех свои страхи. Хёнджин вдруг почувствовал тепло на сердце. Чуть не растаял от нежных прикосновений к себе. Так странно, что вот совсем недавно омега боялся его и видеть не хотел, а теперь, когда понял, что и сам может управлять альфой, расслабился и вёл себя естественно. Хвану хотелось, чтобы так всё и продолжалось. Даже если придётся во второй раз встать перед Ли на колени. — Но не у всех есть силы их преодолевать, — Джин провёл ногой по поверхности воды, образуя волну. — Я вот боюсь насекомых, — чуть подумав, начал Ёнбок. Хёнджин раскрыл глаза, переведя взгляд на Феликса. Тот как-то неловко почесал плечо и, наконец, вышел из воды, сев рядом. — Даже бабочек. Альфа продолжал в немом удивлении разглядывать омегу. Такого он точно не ожидал от бесстрашного парня. — Не смотри так, мне некомфортно, — Ли стал отворачиваться спиной, оттягивая мокрую кофту от груди и живота. — Прости-прости, — зачесав волосы пятернёй, Хван выдохнул и посмотрел в сторону леса. — Не думал, что в свои годы ещё могу чему-то удивляться так же искренне, как в девятнадцать. Ёнбок только тихо посмеялся на это. И правда. Джин совсем немаленький мальчик, но на внешний вид и поведение омега не дал бы ему больше двадцати пяти. Хотя порой истинный возраст проскальзывал в поведении и властных феромонах. Действительно, он был мужчиной, в отличие от крошечного Ли, который только благодаря ребёнку под сердцем может управлять Хваном. — И ты никогда не мечтал о том, — начал Феликс, задумчиво вглядываясь в гладь воды, — что однажды поплывёшь самостоятельно? — Почему же? Мечтал, — Хёнджин последовал его примеру. — А ты не думал, чего конкретно боишься? — теперь омега повернул голову в его сторону. — То есть? — альфа с вопросом обернулся на него. — Ты ведь боишься не самой воды. Тебя пугает её глубина, — подытожил Ли, как что-то очевидное. Хван отвёл взгляд, на секунду задумавшись. Он и правда никогда не рассуждал на эту тему, но Ёнбок оказался прав. — Так и есть. — Я могу помочь тебе с этим, — чуть тише добавил омега. — Но на мне ведь повязка, — Джин указал на свою грудь. — Рану это не заденет, только бинт мне придётся заменить. Хван вздохнул. Не хотелось показывать перед Ли, как сильно он сейчас напрягся такой идее и боится даже спуститься в воду, пусть она была ему всего по пояс. Но, как только нежные розы окружили его, а омега потянул ладошкой за собой, альфа забыл обо всём на свете. Он уже стоял на дне бассейна. — Ложись на спину, — начал Феликс, всё ещё держа широкую ладонь у себя. — Прямо так? — Хёнджин немного рассеяно оглядел воду кругом. — Ам... Держись одной рукой за бортик, а я придержу тебе спину. Ладошка Ли теперь переместилась на место между лопаток. У Хвана даже мурашки по коже пробежались, прежде чем он с глубоким вдохом постарался лечь. С первого раза не получилось. Только воду расплескал и чуть не попал на рану. Вторая попытка тоже прошла не совсем удачно. Спину положить удалось, вот только ноги с трудом отрывались от дна и, не чувствуя твёрдости под собой, начинали хаотично двигаться. Ёнбок только озадаченно вздохнул и взглядом примерил Джина. Решил попробовать по-другому. — Главное, не думай ни о чём. Я не дам тебе утонуть, обещаю, — Феликс вдруг встал сзади, неспеша пробравшись руками к груди альфы и сцепляя ладони на его плечах. — Ложись на меня. Хёнджин только и мог, что бессловесно кивать и на всё соглашаться. Теплая грудь омеги и его округлый животик упирались ему прямо в поясницу, а ладошки крепко держали. Сердце не могло не дрогнуть от подобного. Он послушно стал наклоняться и на удивление спокойно поднимать ноги над дном. Снова получилось не сразу. Но уже после пары попыток Хван смог лежать спиной на воде. А точнее, на Ли. Джин не видел, но по радостному голосу Ёнбока мог понять, что тот улыбался. Вместе они начали плыть. Не спеша альфа приноравливался к тому, как правильно грести ногами. Грудь его лежала на поверхности и, как и обещал омега, не тонула вместе с ним. В какой-то момент Хёнджин даже прикрыл глаза и просто наслаждался прикосновением чужого тела сзади. Хотя бы так Феликс был ближе к нему. — Как первые впечатления? — Ёнбок широко улыбался, выходя из воды совершенно мокрым, вся одежда липла к телу. — Волшебно, — Джин тоже вышел, пошатнувшись на ногах, когда резко почувствовал притяжение земли. — И так... тяжело. — Скоро привыкнешь, — Ли склонился над бассейном, выжимая волосы от влаги. Хван же как заворожённый наблюдал за стекающими с него каплями. Протёр себя полотенцем и подал второе омеге, пока сам осторожно снимал повязку. Пришлось отвернуться, когда Феликсу понадобилось время на переодевания в сухую одежду. И Хёнджин соврёт, если не признается в том, как же хотелось помочь с этим беременному. Наверняка после невесомости в воде ему поначалу было нелегко. Но вот они уже вдвоём спускались на первый этаж. Ли быстро развесил вещи вместе с плавками альфы сушиться, а полотенца повесил на батарею в ванной. Хван тем временем стоял у плиты и что-то готовил. Омега, спустившись к нему, принюхался. Приятный аромат кофе стоял по всей кухне. Он подошёл ближе и стал наблюдать. Джин вдруг тяжело вздохнул, обращая на себя внимание. — Я только сейчас вспомнил, что тебе нельзя такое. — Ничего страшного, я просто приготовлю печенье, — Ёнбок огляделся по сторонам, заглянув в один из шкафчиков и сразу примечая взглядом муку. Альфа только кивнул и продолжил варить, пока омега лепесточком порхал из стороны в сторону по всей кухне. Иногда застывал на одном месте, упорно что-то размешивая. На предложения Хёнджина о помощи отказывался, тогда ему оставалось только наблюдать. Хван сидел за кухонным столом с кружкой кофе, изредка его отпивая. В основном его интересовала картина хлопочущего Феликса. Ему так шло находиться здесь, в этой кухне и в этом доме рядом с Джином. Так шла его большая одежда, где стройную фигуру можно легко разглядеть. Всё выглядело идеально, альфа просто не мог перестать любоваться. Наконец-то Ли сел рядом. Весь запыхавшийся поставил перед Хёнджином приготовленные печенья. От них вкусно пахло шоколадом. Хван взял одно и попробовал. Тогда и понял, насколько у Ёнбока золотые руки и огромные способности к кулинарии. Это не могло не вызвать улыбки. — Нравится? — перенял манеру Джина Феликс. — Нравится. И альфа не врал. Ему правда нравилось всё, что делал омега. Каждое его действие и каждое новое ласковое движение заставляло низ живота трепетать. На душе становилось легко, как и на заживающей ране у самого сердца. — Не хочешь сходить погулять в лес? — наконец спросил Хёнджин, допив кофе. — В лес? С тобой? — Феликс не успел откусить печенье, только донеся его до рта. — Со мной, — кивнул Хван. — Но там же... — Ты помог мне научиться держаться на воде и даже немного плавать, — Джин взглянул в тёмные глаза. — Так позволь мне отплатить тебе тем же. Я покажу тебе бабочек. Ёнбок всё же откусил печенье, не став отводить взгляда. Только прожевав он дал ответ. — Хорошо. Пойдём. Перед самым выходом Феликс вновь наложил Хёнджину повязку. Тот не переставал улыбаться и благодарить его, за что омега вскоре несильно стукнул по плечу. Ему было приятно от этих слов, но всё же альфа переусердствовал. Хван надел толстовку, и тогда они, наконец, вышли на улицу. Летнее солнце припекало голову, тело постепенно потело, но, как только Ли зашёл в тень, стало в разы легче. Он рассматривал деревья, поднимал взгляд и наблюдал за покачивающимися кронами. Листья приятно шуршали от ветра, заставляя невольно расслабиться. Ёнбок присел на траву, как только Джин привёл его к небольшой поляне. Здесь было прохладно, он раскинул ноги, наблюдал за ходящим вокруг да около Хёнджином. Тот что-то искал. А сам Феликс прикрыл глаза и облокотился о ствол дерева. Тишина ласкала уши, и он стал не спеша поглаживать низ живота, попутно вдыхая витающие в воздухе феромоны вина. Но когда они усилились, пришлось раскрыть глаза и увидеть перед собой Хвана, на чьём пальце сидела маленькая бабочка. — Боже, Хёнджин! — Ёнбок резко прижался спиной к дереву, огромными глазами вглядываясь в насекомое. — Тише, Феликс, не спугни её, — Джин плавно провёл ладонью по поджатой к телу лодыжке омеги, пока тот тяжело дышал. — Просто смотри. Ли сжимал губы в полоску, но всё-таки смотрел. Тёмные крылья бабочки не спеша двигались в размахах, тельце на их фоне казалось совсем крошечным, а тонкие лапки продолжали держаться за вытянутый палец Хвана. Он выглядел совершенно спокойно, но ладони так и не отпускал от омеги, окутывая его своим ароматом. Тогда Ёнбок немного расслабился. Привык к насекомому перед собой и теперь приближал лицо, чтобы получше разглядеть. Красивая, и правда. Прямо как на картинках, только вживую наблюдать куда захватывающе. Спина перестала напрягаться, и Феликс сел в прежнее положение. Джин только легко улыбался, наблюдая за картиной перед собой, и совсем не двигался, сидя на корточках. — У-вау... — прошептал омега. — Видишь? Она совсем не кусается, — альфа вновь невесомо погладил лодыжку. — Возьмёшь? Но Ли только отрицательно покачал головой. Пока он не готов к такому, и вскоре бабочка просто взяла и улетела, вспорхнув прямо над головой. Ёнбок вздрогнул и невольно прижался к Хёнджину, который только аккуратно положил ладонь на его спину. Они наблюдали, в какую сторону улетает бабочка, но, когда та скрылась за деревьями, Феликс отстранился. — Спасибо, Хёнджин. Раньше я никогда не был так близко к насекомым, — он слабо улыбнулся, заправляя прядь волос за ухо. И альфа обманет, если не признается, насколько красиво это выглядело. Ли намного прекраснее любой бабочки. Пусть он и боится их, это ничего не меняет. — Тогда вечером я покажу тебе ещё кое-что, — Хван поднялся на ноги, помогая и омеге. Так они ещё пару часов бездумно бродили по лесу. К счастью, альфа легко ориентировался, не зря провёл здесь всё детство. Показывал разные красивые места. Где можно было наблюдать за звёздами, где вглубь спускался овраг, а где находилось небольшое озеро. Ёнбок с удовольствием слушал его и следовал по пятам. С интересом разглядывал всё, что ему показывали. Так необычно, но с Джином ему было хорошо. До лёгкости внизу живота и слабости по всему телу. Нельзя не признаться в этом. Он вёл себя очень вежливо и учтиво, хотя иногда Феликс мог допустить мысль, что это забота. Но старался не думать об этом, ведь, наверно, Хёнджин просто не хочет, чтобы он куда-то сбежал. Да и куда омеге теперь бежать? Постепенно начинало темнеть. Тогда Ли стал держаться ближе, и Хван всё-таки взял его за руку, ведя по лесу в неизвестном направлении. Совсем скоро они вышли к озеру. Гладь воды покрывалась зыбью от ветра, становилось прохладнее. Ёнбок сел, поджав ноги, и старался согреться. Джин, заметив это, снял с себя толстовку, под которой, на удивление, оказалась футболка, и помог одеть её омеге. Теперь в одежде альфы становилось тепло. — Так что ты хотел показать? — Феликс оглянулся на Хёнджина. — Сейчас, совсем скоро. Подожди ещё пару минут. Хван держал интригу и до последнего не рассказывал ничего. Ли попытался ещё пару раз выведать, что от него скрывают, на что получал один и тот же ответ. Фыркнул, отвернулся от Джина и продолжил так сидеть, пока со стороны озера не показалось шевеление. Ёнбок тут же взглянул в сторону воды, замечая, как у самой поверхности медленно летят крохотные огоньки. — Светлячки? — не веря своим глазам Феликс чуть приподнялся, лучше вглядываясь в озеро. — Верно, — Хёнджин не сдержал лёгкой улыбки, наблюдая за омегой. — Красиво, правда? — Красиво... Они помолчали. Тихо сидели, пока маленькие создания в темноте вечера продолжали кружить над гладью воды. Свежий прохладный воздух в перемешку со сладким вином расслабили Ли окончательно. Он с тихим вздохом положил голову на плечо альфы. Глаза сами собой закрывались, но красота природы продолжала завораживать. Хван тоже наблюдал. Но, почувствовав на плече тепло, перевёл взгляд на омегу. Тот такой красивый и окружённый лишь тишиной и самим альфой. Всё выглядело так правильно и так непринуждённо, что Джину удалось обнять одной рукой Ёнбока за талию. Сердца, кажется, у обоих начали биться чаще, но никто ничего друг другу не говорил. Феликс тихо шуршал на траве, прижимаясь сбоку. Всё-таки замёрз, но совсем не жаловался. Только потирал носик рукой и прислонялся щекой к широкому плечу. Дышал этими смешавшимися ароматами и даже не подозревал, как сводил с ума этим Хёнджина, так беспомощно сейчас поглаживающего его бок. — Когда мы вернёмся домой? — тихо и как-то сонно прошептал Ли. — Пойдём сейчас, — Хван уже собирался встать, но его остановили, прислонив ладошку к груди. — Я не про особняк, — так же тихо продолжал омега, совсем устало моргая. Альфа замер. Неужели Ёнбок назвал место его задержания «домом»? У Джина в голове не укладывалось. Кажется, всё это просто сон, и он всё ещё лежит с температурой в операционной. — А тебе уже хочется? — Хёнджин чуть касаясь провёл кончиками пальцев по талии Феликса. — Не нравится здесь? — Нравится, — почти перебив, ответил Ли. — И твоей ране лучше будет заживать здесь. Хван краем глаза заметил, как омега закрыл глаза и стал посапывать. Вымотался ходить на ногах целый день. Альфа, конечно, мог взять его на руки и нести так всё время, но вряд ли бы ему позволили. — Спасибо, — на выдохе прошептал Джин, не надеясь, что его услышат. — За что? — еле слышно отозвался Ёнбок. — За то, что не бросил тогда, — Хёнджин отвёл взгляд в сторону от сонного лица, продолжая обнимать тёплое тело. — Без тебя я бы и прийти в себя так быстро не смог. Феликс только вздохнул. Под ладонью Хван чувствовал, как раздувается и сдувается его подрастающий животик. Хотелось нащупать в нём крошечные пяточки и пухлые ладошки, да и самого малыша в целом. Но, жаль, альфа не мог себе этого позволить, как бы внутри всё ни распирало в желании. — И тебе спасибо, что спас от того альфы, — после этих слов Ли осторожно провёл пальцем по груди, но в лицо так и не посмотрел. — Ещё немного, и я бы в обморок упал от чужих запахов. Всё вокруг видело, как Джин себя сдерживал. Но он был уже не в силах, когда такой бархатный аромат роз пробрался в самые отдалённые уголки лёгких. Хёнджин подобрал Феликса, усаживая себе на колени. Сонный вид того трогал сердце и заставлял замирать. В сумраке Хван не мог разглядеть покрасневшего лица Ли, но точно чувствовал его медленное и глубокое дыхание. Омега непозволительно близко сейчас. Его губы всего в паре сантиметрах. Пухлые и чуть приоткрытые они ловили воздух, пока Ёнбок уложил ладошки на плечи Джина. От него так вкусно пахло вином, так опьяняюще давило на сознание. Но оба прекрасно понимали, что происходит. Хёнджин не спеша оглаживал стройную талию с двух сторон своими широкими ладонями, пока Феликс смотрел ему прямо в глаза. — Джинни, — Ли обвил шею Хвана руками, а у того снизу всё напряглось от такого обращения к себе. — Джинни, отнеси меня на кровать. И альфа послушался. Не думал ни о чём, только об омеге в своих руках. Ёнбок всю дорогу смотрел в глаза и водил пальчиками то по щекам, то по губам, но не смел касаться своими. Только прижимался ближе, держась ногами за талию Джина, пока тот готов был в любой момент сорваться от такой близости. И вот он уже нёс Феликса на второй этаж. Поднимался по ступенькам, с каждым шагом чувствуя, как Ли легонько подпрыгивал, но всё равно держался ровно. Хёнджин, наконец, уложил его на кровать и навис сверху. Он наблюдал за таким сонным и возбуждённым омегой, пока у самого внутри всё рвало на куски. Хван наклонился ближе, когда его притянули к себе за шею. Альфе дышали прямо в губы, и он почувствовал ими мягкость других губ. Ёнбок целовал его. Мягко и почти невесомо, одними губами касаясь чужих. Он закрыл глаза и всем телом прижимался к Джину, пока тот еле сдерживал себя и отвечал в ответ. Разгорячённый Феликс извивался под Хёнджином, ластился ближе и опускался тазом к паху альфы. Омега начал скулить, когда от него оторвались с тихим чмоком и легли рядом. Хван не мог. Он понимал, что Ли на утро может снова пожалеть о своём поступке. Как бы ему ни хотелось быть ближе, без ясного согласия он не мог. Только укутал всего пропахшего им Ёнбока в объятья и старался не прижиматься к нему возбуждением, хотя омега делал это сам. Он хотел повернуться к Джину, но тот не позволил. Уткнулся в тонкую шею и, опьяняя феромонами, убаюкал в сон. • • • Всю неделю они провели только вдвоём. Хёнджин постоянно просыпался с небольшой тяжестью на груди, обнаруживая на ней Феликса. Как и говорил Чан, пока Хван находился всё время рядом, он и правда смог сблизиться с Ли. Тот теперь совсем его не боялся, делал, что хотел прямо при альфе и даже спокойно мог рассказать историю из жизни, не загоняясь и не начиная грустить по семье. Джин чувствовал себя куда свободнее. Мог подшутить или дать колкое замечание на несерьёзные обиды беременного Ёнбока. Часто заваривал ему и себе чай, так они вместе за всё время облюбовали веранду, не переставая дышать свежим воздухом. Оказалось, омега больше любил мятные напитки, в то время как сам альфа отдавал предпочтение классике. Хван и не заметил, как всё чаще стал находиться в воде. Наблюдал за правильными движениями Ли в бассейне, за развевающимися волосами и мокрым лицом, что постоянно приходилось протирать полотенцем. Омега всё время пытался взять его за руки и утащить с собой под воду. Смеялся и расплёскивал капли, пока альфа глупо улыбался и всё-таки ложился на спину, теперь самостоятельно пытаясь грести ногами. По вечерам они так же выходили гулять на улицу к озеру. Пусть Ёнбок уже мог ориентироваться, ладонь Джина до последнего не отпускал и шёл так с ним всю дорогу чуть позади. Уже стало привычкой Феликсу засыпать на берегу, а Хёнджину потом нести его в спальню. Это ведь так естественно и так правильно. Никогда прежде они оба не чувствовали такого спокойствия с кем-то рядом. Но, жаль, ничто не вечно. Как и своеобразный отпуск Хвана. Однажды проснувшись с Ли на груди он понял, что рана уже зажила, оставив после себя только небольшой шрам. Значит совсем скоро им придётся уехать обратно в новый особняк компании. И снова Джин будет засиживаться на работе, а Ёнбок сидеть в своей комнате да прогуливаться по парку. В душе что-то кольнуло, и альфа вздохнул. Медленно вплёл пальцы в волнистые светлые волосы и нежно погладил затылок просыпающегося омеги. Он, не открывая глаз, потянулся на Хёнджине сверху и только после этого привстал на локтях, сонно разлепив веки. Такой тёплый и по-ангельски красивый в лучах утреннего солнца. Можно легко засмотреться на такое чудо. — Доброе утро, Джинни, — Феликс привык теперь так обращаться к альфе, мило ему улыбаясь. — Доброе, — Хван не мог скрывать своего большого счастья рядом с ним, поэтому уже поглаживал мягкую талию. Ли, как и обычно, неторопливо поднялся с него, спускаясь на пол. Подошёл к шкафу и достал оттуда аптечку. Уже взяв перекись с ваткой в руки, оказался посажен на колени Джина, что придерживал его за спину, вторую руку поместив на бедре Ёнбока. Лицо того только покрылось румянцем, но он никак не отталкивал чужое тело от себя. — Боюсь, это всё уже не понадобится, — Хёнджин взглядом указал на предметы в ладошках, погладив поясницу. — Думаешь, рана зажила? — Феликс поглядел на него. После положительного кивка отложил вещи на кровать. Дотронулся пальчиками до груди альфы и стал снимать ему повязку. Так быстро и так аккуратно. Приноровился за все эти дни и теперь совершенно спокойно, наверно, и с закрытыми глазами мог справиться. За омегой же продолжали наблюдать и подглядывать, как изредка он облизывал губы. — И правда зажила, — Ли осмотрел шрам, заторможено прикоснувшись ладошкой. — Значит, сегодня стоит вернуться? Теперь он перевёл взгляд на Хвана. Они смотрели друг другу в глаза и не знали, что ответить. Оба понимали, какой ждёт ответ и оба не хотели его услышать. Ёнбок слабо держался за грудь альфы, пока Джин продолжал гладить талию, большими пальцами касаясь и животика. Он совсем подрос, пока омега регулярно впитывал его феромоны. До родов оставалось всего три месяца, а Хёнджин совсем не хотел отпускать так правильно расположившегося на нём Феликса. — Стоит, — наконец ответил Хван. — Сегодня вечером выезжаем. — Как скажешь, — Ли отвёл взгляд, начиная сворачивать бинт, и как же альфе в этот момент хотелось предложить остаться, быть с ним ещё какое-то время здесь, но что-то не позволяло. После завтрака они, как и всегда, направились на крышу. Ёнбоку так нравился бассейн, что он, не оглядываясь, побежал к нему, придерживая животик. Встал на краю бортика и, нагнувшись, нырнул прямо так, проплывая до другого конца бассейна. Джин улыбнулся такой живости и сел с краю, сложив перед этим сухие вещи. Феликс не переставал плавать из стороны в сторону. То кружился под водой, то выплывал на поверхность и снова погружался на дно. А порой, оттолкнувшись от бортика, мог без помощи рук одним движением плавно проплыть до другого конца. Как же хорошо он задерживал дыхание и владел телом. Но в какой-то момент будто вспомнил о своём наблюдателе и вынырнул прямо у ног Хёнджина. Весь мокрый и улыбчивый. Капли стекали с волос, попадая на глаза. Тогда Хван взял полотенце и помог высушить чёлку. Ли пару раз попытался утащить альфу с собой, а тот только зашёл по пояс, но не нырял. Ему нравилось просто наблюдать за расслабленным омегой, что становился таким счастливым в эти моменты. Нет, он точно не хотел, чтобы всё заканчивалось. — Жарко сегодня, — выдохнул Ёнбок, сев на бортик. — Зато быстро обсушишься, — Джин расположился рядом и сжал мокрые волосы над водой. — Как так вышло, что они у тебя единственного в семье завиваются? — поинтересовался омега, хотя этот вопрос мучил его уже какое-то время. — Есть предположение, что у папиных родителей было так же, — альфа облокотился назад на руки, прикрыв глаза. — Но никто не знает точно, ведь он сирота. Феликс раскрыл веки и кивнул, не зная таких подробностей из жизни Хвана. Тот редко о себе рассказывал, в основном выступал слушателем. Но вдруг Ли осознал, как хочет узнать о нём получше. И Хёнджин понял его без слов. — Мой отец познакомился с ним, когда тот ещё был подростком, — продолжал Джин. — Тогда папа с друзьями отправился на благотворительность. Они собирали деньги на обустройство своего детского дома. Отец на семь лет старше, поэтому уже зарабатывал в нашей компании и мог позволить себе оставить папе несколько миллионов. И с тех пор пошло общение, ухаживания. Папа забеременел мной в восемнадцать, поэтому отцу пришлось поторопиться с предложением и свадьбой. Вот, они до сих пор живут вместе... — Это так красиво, — Ёнбок прикрыл лицо ладошками, и Хван заметил, как он покраснел, но старался прийти в себя. — Твой отец настоящий мужчина. Ли всё продолжал прятать щёки, обдувая их руками. Хёнджин улыбнулся такой реакции омеги и стал слегка дуть на него, нагоняя прохладу. Феликс постепенно расслабился, и румянец практически сошёл с лица, но на ушах продолжали виднеться пятна. — Я не знаю твоего папу, но уже завидую ему, — широко улыбаясь, тихо хихикнул Ёнбок. — Да ладно? — Джин только усмехнулся и брызнул каплями в омегу, отчего тот засмеялся. — Да-а, — протянул Ли, останавливая Хвана и прижав его ладони к полу, укрывая своими. — Какой омега бы не мечтал о красивом и добром альфе? — Вот оно что, — Хван замер, начиная понимать, что вовсе не миллионы его отца привлекли внимание. — Но Хваны не ко всем такие. Феликс наклонил голову вбок, сделав вопросительный взгляд и готовясь слушать дальше. — В большинстве случаев мы безэмоциональны, безжалостны и жестоки к врагам. Не даём предателям ускользнуть и убиваем их при первой возможности, — Хёнджин смотрел прямо в глаза, и зрачки его становились холодными. — Но тогда, — Ёнбок не отводил взгляда, а только наклонился вперёд, — почему ты оставил Сынмина в живых? — Хах... — Джин опустил голову в ухмылке, скрывая её за волосами, но потом вновь поднял лицо. — Семья Ким — ответвление семьи Хван. И если кто-то из нас убьёт другого, разразится скандал больших масштабов, и тогда семье-убийце придёт конец. — Выходит, Сынмин ходит по краю? — Ли совсем не заметил, как стал гладить мягкими пальчиками широкую ладонь и пододвинулся ближе. — Чувствует свою безнаказанность и сходит с ума от алчности, — Хван пожал плечами и легко взял крошечные ладошки в свои. Омега всё смотрел на него. Лицо альфы напряжено, вероятно, он не любил разговаривать на такую тему, но почему-то продолжал отвечать на вопросы. Его светлые волосы волнами спадали на глаза, но он не убирал их, не хотел отстранять рук от Ёнбока. Тогда тот сам это сделал. Потянулся и заправил пряди волос Джину за уши, невольно улыбнувшись аккуратному виду. — Значит, ты не выстрелил в него тогда, — продолжал Феликс немного тише, — потому что... — Потому что боялся, что он может закрыться твоей грудью, и тогда бы умер ты, — на одном дыхании хрипло выдал Хёнджин, переведя взгляд ниже. Омега мгновенно покраснел, не став больше медлить. Он коснулся губами губ альфы и робко смял нижнюю. Хван по началу замер на месте, но уже в тот момент, как Ли хотел отстраниться, ответил на поцелуй. Он был нежным и трепетным. Самый запоминающийся из всех, что уже были между ними. Но тогда Ёнбок боялся Джина, а теперь... теперь неясно, но хотелось продолжать. Чувствовалось, как Феликс изо всех сил старался не сделать что-то не так, неумело водя языком по пухлым губам, пока его собственные аккуратно сминали. Никто и не заметил, как на коленях Хёнджина оказался омега. Альфа, почувствовав согласие, гладил стройную талию, пробираясь под мокрую одежду. Маленькие капли с волос Ли иногда попадали на лицо Хвана, контрастируя своей прохладой с жаром между ними.Тогда Джин просто убирал их назад широкой ладонью, а Ёнбок, тяжело дыша, принимал эту помощь и цеплялся ладошками за плечи и шею. Когда удалось отстраниться друг от друга, у обоих грудь тяжело вздымалась, а скулы окрасились румянцем. Хёнджин только открыл рот, чтобы что-то сказать, как крошечный пальчик лёг ему поверх губ, а сам Феликс накрутил светлую прядь альфы, чуть оттягивая и любуясь ею. Хван замер и почти не дышал, как и Ли. Они только заворожённые друг другом дышали смесью феромонов. — А мне нравятся твои волосы, — прошептал совсем близко к лицу омега, отчего Джин почувствовал напряжение внизу. — И родинка тоже. Хёнджин совсем растаял. И не жаркое солнце послужило тому причиной, а слова, что ему говорили впервые в жизни. А их владельцем стала первая любовь. Феликс оказался плотно прижат к телу альфы, отчего невольно простонал, тогда и удалось почувствовать липкую влагу на бёдрах. — Ты тоже, — Ёнбок наконец услышал ответ. — Тоже мне нравишься. И губы вновь слились в поцелуе. Теперь более страстном и в разы более сладком. По языку тёк аромат вина и роз, переплетаясь между собой. Хван только приоткрыв глаза заметил, как Ли снимал с себя липнущую к телу футболку. Он не смог удержаться и перешёл поцелуями на шею. Ласкал её языком и остановил ладонь с задней стороны, пока омега выгибался и промежностью упирался альфе прямо в пах. Низ живота сводило в возбуждении у обоих, организм реагировал на беременного Феликса, а у него самого на повязавшего когда-то Хёнджина. Вот о чём отец альфе не рассказывал, так это, что, один раз посадив омегу на узел, можно привязаться к нему навсегда. Хитрые, однако, у него родители. Но Джин, встретив Ёнбока, пожалуй, готов благодарить их бесконечно. — Джинни, — тяжело вздохнул Ли, когда Хван уже был у него между грудью и готовился слегка прикусить пухлую часть. Но Хёнджин не ответил, а продолжил своё дело. Теперь под властью его языка и губ находился весь Феликс. Он дорвался до него, перешагнул грань между ними и теперь со всей уверенностью мог позволить себе такое наслаждение. Готов вылизать всего целиком. — Джинни, — с тихим хныканьем вырвалось из уст Ёнбока, и тогда Джин поднял на него взгляд, не отстраняясь от тела, а только ближе прижимая к себе. — Да? — прохрипел он. — Отнеси меня уже на кровать. Я стесняюсь здесь, — выдал всю правду омега, прикрывая щёки ладошками. — Глупый ты альфа. Бурчание в конце заставило Хвана только расплыться в действительно глупой улыбке. Эта фраза теперь навсегда останется в сердце. Он поднялся на ноги и, накинув на прижавшегося к нему всем телом Ли полотенце, направился на второй этаж. Открывая дверь в спальню он понял, насколько же оказался счастливчиком. Укладывая желанного Феликса на постель, альфа и подумать раньше не мог, что это станет правдой. Но ведь стало. Значит, не зря всё было. Омега в привычной манере обхватил его шею и целовал. Долго, нежно, пока Хёнджин не мог им насытиться и водил ладонями по каждому участку чувствительной кожи. Иногда натыкался на эрогенные зоны, но не мог нащупать их точное местоположение, отчего стоны снизу звучали хаотично. А внизу только сильнее давило и приятно тянуло. Поцелуями Джин добрался до того самого места, что всё время было ему недоступно. Он пару секунд глотал слюну и любовался округлым животиком, уже представляя перед глазами их будущего малыша. Как повезло, что его родители сейчас близко друг к другу, и он сможет вырасти быстрее и крепче. Ёнбок почувствовал крепкие ладони на животе, что трепетно его гладили и целовали. Альфа, как защитник, склонился над ним и всё не мог отойти и на пару миллиметров. Потирался щекой, ласкал языком и не переставал разглядывать, пока омега не увидел искры в потемневших глазах. Тогда под напором феромонов он не мог сдержаться, расставив ноги перед альфой. Хван только вздохнул, оказавшись лицом между стройных бёдер. Ли зарылся ладошками в его светлых волосах и оттягивал всякий раз, стоило наткнуться Хёнджину на особо чувствительную зону. Феликс в голос стонал бархатным голосом и прижимался текущей промежностью. Но Джин вовремя спустил мокрые шорты и с замиранием сердца наблюдал открывшуюся перед собой картину. Ёнбок только стеснительно прикрыл лицо руками, не желая смотреть в глаза. Тогда альфа наклонился к нему и стал целовать крошечные пальчики один за другим. Возбуждением он уже сквозь одежду надавливал между ног, заставив омегу беспомощно отобрать ладошки. — Джинни, — Феликс вздохнул в самые губы, — как это было в первый раз? — Но первый раз сейчас... — Нет, — Ли краснел слишком сильно, скрестив ноги за спиной Хёнджина. — В самый первый раз. Что ты чувствовал? Тут уже Хван смутился. Он продолжал тяжело дышать и смотреть в тёмные глаза напротив. — Чувствовал, как сильно хочу тебя всего, — честно признался Джин, утыкаясь носом в шею. — Тогда я был в разгаре гона и не мог тобой насытиться, но твой прекрасный вид заставил меня одуматься. Я очень жалею, что поступил так. Прости, Феликс, но отец поставил мне ультиматум тем, что исключит из семьи, не принеси я ему наследника. Ёнбок чувствовал и видел, как тяжело альфе говорить об этом. Он действительно не врал и говорил ему только правду и ничего больше. В самом деле, у Хвана не оставалось выбора. Правда почему он решил связать судьбу именно с ним, Ли не мог понять. Он только пробрался руками к спине Хёнджина и обнял его. Ласково и нежно, гладя чуть влажные волосы и целуя в лоб. От такой заботы Феликса внутри что-то дрогнуло. — Ты всё ещё держишь меня при себе только ради наследника? — тихо, будто боясь, что кто-то кроме Джина может услышать, прошептал Ёнбок. — Нет, — Хван сумел побороть себя и снова взглянуть в глаза. — Теперь я держу тебя при себе, потому что не могу отпустить. Ли только кивнул, прежде чем альфа не накинулся на него с новой волной поцелуев и поглаживаний. Омега дотянулся до плавок того и смог спустить их. Перед глазами показалась вся возбуждённая плоть Хёнджина, легонько стукнувшаяся о животик. Головка истекала смазкой, и Феликс весь сжался в предвкушении. Но у Джина на него были свои планы. Он одним движением подхватил Ёнбока за бёдра и приподнялся на коленях, взглядом поедая текущую промежность. Ли только и мог, что простонать от неожиданности и мокрого поцелуя между ног. Такой желанный Хван сейчас послушным мальчишкой прижался щекой к нежной коже. Он чуть покусывал, облизывал и целовал бёдра на пути к заветному месту. Когда же язык первым прошёлся вокруг колечка мышц, Феликс не сдержался и, сжав простынь, гортанно простонал. У Хёнджина от подобного возбуждение резко дрогнуло и стало только больше истекать смазкой, но он не планировал останавливаться. Язык ещё немного подразнил извивающегося в невозможности сдвинуться с места омегу и сразу же вошёл в него. Джин сначала чуть не задохнулся, когда голову сжали мягкие бёдра. Он только нежно погладил округлый животик, прежде чем начать двигаться в Ёнбоке. Альфа умело водил языком, облизывал стенки, пока Ли безостановочно стонал и впитывал в себя полюбившиеся феромоны. Они теперь навсегда с ним. Толчки с каждым разом становились всё быстрее и не сдержаннее. Хвану так нравилось чувствовать вкус роз не только в лёгких, но и на языке, что он совсем увлёкся, не сразу заметив, как омега весь дрожал от оргазма. Альфа ещё минуту вылизывал промежность, глотая смазку и слизывая потом её с губ. — Ах, Джинни, — Феликс стыдливо прикрыл лицо ладонью. Что не скажи, а даже во время секса он выглядел мило. — М? Что такое, Бок-и? — Хёнджин плавно опустил бёдра на постель и навис сверху, потеревшись щекой о тонкую шею. — Ты слишком смущаешь, глупый альфа, — Ёнбок ладошкой отстранил лицо Джина, что не переставал глупо улыбаться. Тогда-то Ли почувствовал горячую головку на промежности. Хван целовал его пальчики, не переставая провоцировать, а омега совсем беспомощен против него такого. Шире раздвинул ноги и позволил в себя войти. Хёнджин был аккуратен и нежен. Постоянно спрашивал, как себя чувствует Феликс, пока тот не сказал ему двигаться. Джин вошёл до самого основания, хлюпнув яйцами о липкую смазку. Чувствуя заполненность, Ёнбок начинал дрожать и цепляться то за плечи, то за шею и спину альфы. Тот постепенно начинал двигаться, стараясь не расшатывать животик омеги и не попадать разбухнувшим возбуждением по плоду, хотя прекрасно чувствовал шейку матки. Ли весь размяк, окутанный феромонами вина и начинал двигать тазом навстречу. Толчки становились всё глубже, но такие же размеренные и аккуратные. Хван сдерживал себя, чтобы не навредить, и чувствовал, как доходит до пика. Горячие и скользкие стенки обвалакивали плоть, заставляя сжать губу и прорычать в удовольствии. — Бок-и, как хорошо... От нового обращения Феликс чуть не потёк сильнее. Он наслаждался этой желанной заполненностью, Хёнджин так правильно в него входил и так правильно целовал для расслабления. Омега весь дрожал, доведенный до нового оргазма, пока альфа, прижав его к себе не ускорил толчки. Ли готов был кричать от того, как сильно теперь чувствовался напор внутри. Хван нежно держал животик, сжимал талию и целовал плечо, а плотью вбивался в простату. Сложно было сдержать себя рядом с таким любимым омегой. Наконец-то альфа мог попробовать его на вкус, так близко и так страстно.

***

Настало утро. Или день, или вечер. Хан уже не знал, он совсем не ориентировался во времени и, кажется, в пространстве тоже. Вокруг только четыре стены, кровать и дверь. Ничего лишнего, даже часов или полки какой-нибудь. Просто пустота. Покрашенные в серый цвет стены давили своим однообразием. Джисону в какие-то моменты начинало казаться, будто сейчас комната его расплющит. Он лежал на матрасе и смотрел в потолок. Думать ни о чём не хотелось, омега слишком много сил потратил на то, чтобы как-то выбраться. Бился и стучался в дверь, после рвал простынь от безнадёжности. Но ему не отвечали. Вокруг только тишина и собственные крики. Голова от них начинала гудеть, а низ живота напрягаться и тянуть в боли. Все брюки уже насквозь пропитаны красными пятнами, а поменять их просто нет возможности. Как и кушать. А организм требовал, он с ума сходил без еды. От этого становилось только ещё тяжелее. Тогда-то закрались сомнения, что, вот они, последние дни, проведённые Ханом в сознании. В какой-то момент он смиренно закроет глаза и тихо уйдёт из жизни. И уже вряд ли кто-нибудь узнает о его мучениях. Но, пока он жив, продолжал верить, что выход найдётся. В конце-концов кто-то из компании должен спохватиться на отсутствие Джисона. Как минимум Феликс, если, конечно, он сам ещё дышит на этой земле. В последний день, когда они были рядом, Сынмин нагло украл омегу прямо из-под носа. Хан корил себя за такую оплошность. Наверно, вернись он к Хвану с пустыми руками, тот бы пытал его куда сильнее, чем есть сейчас. Минхо, который и запер омегу в этой пустой комнате, даже не появлялся на глаза. Как вышел однажды, так его и след простыл. Забыл о том, что хотел выведать информацию о местоположении брата? Или специально испытывает терпение? Настолько жестокий, что взял и оставил человека в деликатном положении без пропитания на медленную смерть. Джисон уже ненавидел Минхо, как бы сильно ему ни был приятен Феликс. Всё-таки они очень разные. Но хотелось верить, что со старшим всё хорошо. Хана ведь буквально отделили от мира и он не знал абсолютно ничего, что могло происходить за скучными стенами этой комнаты. Нужно выбираться отсюда. Омега сполз с кровати на пол. Силы держаться на ногах давно пропали, приходилось сквозь боль по всему телу ползти к двери. Он не переставал удивляться, как до сих пор не терял сознание и мог шевелиться. Желание жить всё же преодолевало любые препятствия. Джисон старательно игнорировал все попытки организма остановить его и рухнуть прямо так на пол. Он наконец оказался у двери. Но дотянуться до ручки — совсем другая цель. Пришлось отдышаться, опустив голову, а только после со стиснутыми зубами потянуть ладонь. Как же тяжело это казалось. В прежнее время Хан наверняка бы смог просто взломать замок. Но он лишь шпион, а не техно-разработчик, как Чонин, поэтому не умел управляться с электронной защитой. Будь Ян на его месте, уже давно находился в компании. Повезло же омеге оказаться в сетях Ли. Наконец ладонь схватилась за ручку. Джисон с трудом держался за неё и смог подняться на колени. Раз не выходит взломать, он просто выломает. Кулаком Хан стучал и бил из последних сил. Они довольно быстро покидали тело, но он не останавливался. Врезался костяшками так, что ладонь успела онеметь и перестать чувствовать боль. Он просто бездумно продолжал действия. И в какой-то момент его услышали. — Ты что это делаешь? — низкий голос пробрал до самых костей, а в горле застрял ком. Альфа легко открыл дверь и посмотрел на откинувшегося на пол омегу. Джисон ещё как-то держался на трясущихся руках и не переставал зло хмуриться. Он понимал, насколько сейчас беспомощен, но пусть уж умрёт от рук похитившего его, чем позорно от голода и менструации. — Точно, я и забыл, какой ты, — Минхо вошёл внутрь, закрыв за собой дверь. Как оказалось, та ни капельки не пострадала после нашествия Хана. — Пойдём, строптивый омежка, — Ли одним движением схватил его на руки и понёс в сторону кровати. Тот пытался сопротивляться, но это получалось совсем обессиленно. Хо уложил его на кровать, а сам сел на корточки, всматриваясь в исхудавшее тело. Живот совсем плоский, грудь редко и тяжело вздымалась, а прежде пухлые щёки теперь остались на лице одним воспоминанием. Настоящий предсмертный вид. — Так и будешь упрямиться и ничего не говорить? Ли продолжал смотреть в карие глаза. Подбородок облокотил для удобства на руку. А Хан молчал. Ему с трудом удавалось не закрывать веки и прожигать взглядом лоб альфы, который уж слишком спокойно с ним общался. — Джисон, — Минхо наклонил голову на другой бок, изменив тембр голоса на менее холодный, — если ты расскажешь мне, где Хван держит Феликса, я отпущу тебя. Можешь не сомневаться. Омега только похрустел пальцами, пока сумел сжать ладони в кулаках. Получилось не очень крепко, но вполне сурово, насколько это могло быть. — Я давал клятву перед господином и не могу выдавать его тайны без разрешения, — прохрипел наконец Хан. Казалось, скажи он ещё хоть одно слово, и провалился бы в обморок. — Но сейчас от твоего ответа зависит не только судьба Хвана, но и твоя тоже, — продолжал Ли в своей манере. — Неужели ты выбрал служить злу, пресекая все попытки в возможности помочь добру? Джисон в ярости. Виски гудели и раскалывали голову, кости ломило, а внизу живота резало острыми ножами. Омега без единого звука поджимал губы и выгибался от боли. Даже испытывать бурные эмоции оказалось невыносимо в таком состоянии. Единственным желанием сейчас было умереть. — Ты и есть зло, — последнее, что смог выдавить из себя Хан, прежде чем закрыть глаза.

***

Хёнджин сидел в кабинете и просматривал отчёты. За последнее время много работы накопилось, и нельзя было откладывать её на потом. Материал быстро копился, что не разгребёшь. Только Чан иногда подходил и разбавлял обстановку разговорами. Пусть Хван и любил тишину в работе, старому другу позволялось многое. — Ничего не хочешь мне рассказать? — сев за один из стульев вытянутого стола, с почётного краю которого сидел Джин, Бан сложил ногу на ногу. — А что ты хочешь услышать? — бесстрастно отозвался альфа, не отрывая взгляда от монитора. — Как минимум пояснения о том, чем вы там с Ёнбоком занимались всю неделю в старом поместье, что теперь ты так рано уходишь с работы и запираешься в комнате. Хван на это только выпрямил плечи. Что-что, а Чана никогда нельзя было обвести вокруг пальца. Они слишком хорошо знали друг друга. Хёнджин, наконец, закрыл ноутбук и обратил внимание на альфу. Тот уже настраивался слушать. — Ничего особенного, — с усмешкой выдал он. — Тогда бы ты так не улыбался, — продолжал Бан. — А может, это потому что я закончил с проверкой? — А может, потому что кое-кто тебе дал? Чан манерно подвигал бровями, на что Джин только закатил глаза. Раньше он бы пригрозил пулей в лоб, но теперь и правда не мог сдержать улыбки. Что-то в нём изменилось. — Слишком мерзко сказано, — Хван зачесал волосы пятернёй. — Я бы предпочёл: «Открыл свою душу и добровольно пустил в неё». — Ты у нас в любом возрасте поэт и мечтатель, — посмеялся альфа, сложив руки по локоть на столе. — Не удивительно, что Феликс на тебя клюнул. — Я даже не соблазнял его, — возразил Хёнджин, чуть нахмурив брови. — Ну да, это ведь ты первым попался в сети этого омеги, — Бан откровенно ухмылялся, а вот Хван вдруг снова начал испытывать прежнее желание пригрозить ему, но только сложил руки в замок. — Не торопишься с предложением? — Предложением? — Джин тут же изменился в лице, распахнув веки. — Это любовь тебе так мозги затормозила, или я должен всему тебя учить? — Чан... — альфа грозно покосился в сторону пистолета в кармане, а Бан только покорно поднял руки вверх. — Так и быть, можешь не торопиться с этим. Но повидаться с родными хоть отпустишь? Наверняка он давно по ним скучает. Хёнджин опустил взгляд на свои руки. Он даже не задумывался над этим. Рядом с Феликсом становилось так хорошо, что забывалось всё на свете. Но ведь Чан был прав, как Хван мог не беспокоиться о чувствах Ли? Хотя он не мог быть уверен, что омега не попытается сбежать. На нём даже нет метки, чтобы окончательно принадлежать альфе. — Я подумаю над этим. • • • Лёжа на кровати, Феликс всё не переставал думать. Так быстро пролетело время с тех самых пор, как он оказался в логове Хвана. А ведь прошло уже два месяца, и он так и не сбежал. Пусть первое время и правда хотел, кожу рвал в желании попасть домой. Но сейчас что-то изменилось. Не чувствовалось прежнего отвращения к Хёнджину и не хотелось больше бежать от него. Ли с недавних пор стал жить в комнате господина всех подчинённых. Как только Джин признался, что Ёнбок ему нравится, они не отходили друг от друга. Хван постоянно лез к нему с поцелуями, носил на руках и гулял по парку. Ли же каждый вечер ждал возвращения альфы, чтобы наконец утолить жажду по нему. Впитывал его феромоны и постепенно животик омеги рос всё больше. Казалось, сможет родить и раньше срока. Вот только, что будет после этого срока? Хёнджин правда отпустит его и заберёт себе ребёнка? Не может быть, он же фактически присвоил Феликса себе и точно не откажется от него. Но, ведь, с самого начала Джин говорил, что отпустит его. Так почему не сделает это сейчас, раз между ними всё выяснено и нечего бояться? Ёнбок ведь никуда от него больше не денется. Просто повидается с родными и вернётся обратно. А встретиться с ними правда хотелось. Омега так давно не видел ни отца, ни маму, ни брата с сестрой, ни Минхо с племянниками. Хотелось подбежать к ним и обнять так крепко, чтобы восполнить всё потраченное время, проведённое вдали. Хотелось утешить, что теперь всё хорошо они снова все вместе. Но сейчас только одни подвеска и записка были напоминанием. — Бок-и? Не спишь? — дверь открылась, и в комнату вошёл Хёнджин. Феликс тут же встал и подбежал к нему. Повис на шее, обнимая, пока альфа взял на руки и нёс обратно. Целовал шею, спускался по ней ниже, пусть одежда и мешала. Но омега быстро избавился от неё, теперь подставляя тело горячим губам. Хван уложил Ли на кровать и со всей нежностью гладил животик. Мягко ощупывал его, пока Ёнбок хихикал от щекотки и поджимал ножки. Джин только разводил их в стороны, дразня, и ложился между. Продолжал рассматривать пузико и с любопытством мальчишки трогать его. Пока вдруг не почувствовал пинок. — Ой, — омега удивлённо раскрыл глаза, взглянув на не менее удивлённого альфу. — Какой борец, — выдохнул он. — Покусился на собственного отца. Хёнджин начал намеренно щекотать пальцами животик, пока Феликс выгибался от смеха и зажимал лицо Хвана между бёдер. А тот выглядел самым счастливым, пока Ли так широко улыбался, а малыш внутри него отвечал почти на каждое действие. Зашевелился. Давно пора было сходить на узи. — Я так рад, что у него всё-таки есть отец, — тихим шёпотом начал Ёнбок, перебирая волнистые пряди, когда Джин положил голову ему на животик. — Хотелось бы, чтобы и дедушка с бабушкой это увидели. Альфа напрягся. Вот оно. То, о чём говорил Чан. — Хочешь к родным? — Хёнджин продолжал лежать и легонько поглаживать талию. — Ну, — Феликс отвёл взгляд, прикусывая губу, — я давно их не видел. Интересно, как у них дела. — Боюсь, пока я не смогу тебя к ним отпустить, — тяжело выдохнул Хван. — Почему? — еле слышно поинтересовался Ли, практически выдавливая слова. Что-то грузом легло на встрепенувшуюся грудь. — Сынмин всё ещё гуляет на свободе, — продолжал альфа. — Он может проследить за тобой и, когда увидит всю семью, станет угрожать ими. Ему нужна либо моя смерть, — тут он на мгновение остановился, но всё-таки закончил, — либо твоя. Омега ничего не ответил. Молча продолжал гладить светлые волосы и смотреть в сторону. Не хотелось принимать, что он ещё долго не встретится с семьёй, а сердце болело за них, ведь Минхо даже связался с Кимом, чтобы вызволить его отсюда. Только стоит ли говорить об этом Джину? А сам альфа прекрасно понимал, что на самом деле, даже если бы Сынмин угрожал родным Ли, он смог их защитить. Просто боялся отпустить Ёнбока. Не хотел с ним расставаться и знать, что он где-то за пределами его дома, что там за ним может наблюдать противный двоюродный брат. Хёнджин был собственником и никак не мог принять этот факт.

***

Джисон помнил только отрывки. Небольшие кусочки действий, что с ним происходили. Вот он на руках альфы, а голова прижата к груди, вот у него во рту детская соска с какой-то смесью, а вот он уже лежит в другой комнате, как прибитый к кровати, хотя ничего не останавливало встать и пойти. Только сил не было. Живот уже не болел и кости не ломило, как прежде. Видимо, цикл подошёл к концу. Хоть какие-то хорошие новости. Глаза удалось открыть не сразу. Так и тянуло обратно в сон. Обессиленный организм требовал отдыха и восстановления, но Хан приучен действовать. Он через силу раскрыл веки, и лёгкая боль прошлась по вискам. Омега приподнялся на локтях и огляделся по сторонам. И правда, он находился в другой комнате. Тут уже стоял шкаф и письменный стол с книгами и ноутбуком. Чуть дальше зеркало, а справа от кровати окно. Не долго думая, Джисон попробовал подняться. Стало намного легче, чем было прежде, боль была терпимой. Он медленно поднялся, сначала привыкая к равновесию на ногах, а после направился к двери. Может, хоть эта без замка. Потянувшись к ручке, омега мысленно надеялся, что не встретит больше Минхо. Его вид теперь заставлял сжаться и дрожать. Пусть Хан не боялся его, что-то внутри говорило опасаться Ли. Но, стоило омеге потянуть ручку двери и обрадоваться тому, что не заперто, на его пути встали коты. Или, вернее, котики. Сразу трое, и своей компанией, заметив Джисона, они тут же направились к нему, потираясь боками между ног и заставляя терять от этого равновесие. Хан ещё не мог полностью управлять телом, поэтому попросту упал на пол, приземлившись почти на копчик. Он ошарашенно разглядывал двух котов, что продолжили тереться о ноги и подходить ближе, пока третий сидел в стороне и лениво поворачивался на спину. — Я даже удивлён, что ты смог им понравиться, — в дверном проёме показался Минхо, и Джисон дрогнул, подняв на него круглые глаза. — Хотя их реакция была очевидна. Ли сел на корточки и погладил одного из котов — самого тёмного — за ушком, когда тот подошёл к нему и стал мурлыкать. Хан чуть икать не начал, наблюдая перед собой картину легко улыбающегося альфы, так заботливо обращающегося с котиками. Настоящий отец. — Что, Суни? Будем помогать этому несчастному? — теперь он обращался к другому, самому пушистому коту. Тот только прошёлся спиной по колену хозяина и запрыгнул ему на плечи. Джисон ещё пару секунд потупил взгляд на добром выражении лица Хо, прежде чем альфа взял его на руки и понёс, уложив на кровать. Так называемый Суни продолжал сидеть у него на плечах, пока Ли спокойно отошёл в другую комнату. Хан и сдвинуться с места не мог. Лежал прикованный цепями и не двигался. Ждал, вернётся ли альфа. А тот и правда снова показался в проёме двери. Теперь с детской бутылочкой в руках. Джисон резко встал и покосился на присевшего рядом Минхо, который, в свою очередь, убрал с плеч кота и сказал ему сидеть на животе омеги. Тот лёг обратно. — Ч-что ты делаешь? — совсем хрипло выдавил из себя Хан. — Собираюсь кормить тебя, — равнодушно отозвался Ли. — Из детской бутылочки? — он свёл брови к переносице. — Как ещё? Думаешь, сможешь в рот ложку взять? Тебя стошнит с потрохами, — Хо спокойно положил собирающегося подняться омегу обратно за плечо. — А я не намерен убирать за кем-то ещё, кроме своих котов. Джисон без сил вздохнул и теперь наблюдал за пушистым рыжим котиком на себе. Тот лежал послушно клубочком с закрытыми глазами. Ещё бы, как ослушаться такого сурового хозяина. Хотя с питомцами он вёл себя более чем дружелюбно. Значит, они банально любили друг друга. Этот серьёзный альфа правда способен любить? Но мысли Хана прервались на том самом моменте, когда у губ он почувствовал что-то мягкое. По рефлексу открыл рот и сглотнул густоватую смесь. Ту самую, что обычно дают грудным младенцам. Вкусно конечно, но он ведь взрослый омега. Мгновенно перевёл взгляд на альфу, держащего в руках бутылочку перед ним. Начал откашливаться. — Что тебе не нравится? — нахмурился Ли, вскинув бровь. — Племянник мой ест и не жалуется. Ты что, хуже ребёнка? — Но я же, — Джисон старался остановить кашель, вытирая рот ладонью, — не ребёнок. — Я вроде объяснил тебе. Выбора нет. Либо так, либо я оставляю тебя в той комнате наедине с проблемами. Омега замер. Ему правда не хотелось возвращаться обратно. Да и вспоминать, как всё было, нет желания. Теперь он лежал молча и позорно, как сам считал, глотал детскую смесь. Иногда Минхо делал перерывы, подтирая края губ Хана салфетками из кармана штанов. Тогда Джисон только больше чувствовал себя маленьким младенцем. Становилось совсем стыдно, но что он мог с этим сделать? Кушать сильно хотелось, и спасибо, что Ли вообще не оставил его умирать в одиночестве. Ведь там, с огромным красным пятном на брюках... а, кстати, где они? Хан посмотрел вниз и обнаружил на себе светлые бежевые штаны. Захлопал глазами и перевел взгляд на Хо. Тот словно не обращал внимания и продолжал держать у губ бутылочку, пока омега сам не убрал соску изо рта. Сглотнул смесь и только тогда возмущённо вздохнул. — Куда ты унёс мои брюки? — В стирку конечно, — как что-то очевидное сказал альфа. — Когда ты успел? — а омега всё ошарашенно хлопал глазами. — Когда заметил на них пятно, тогда и переодел тебя, — Ли недовольно сжал губы и пихнул соску Хану за щёку. — Всё услышал? А теперь ешь. — Ты переодевал меня? — Джисон снова выплюнул её. — Да почему ты такой идиот? — Минхо беспомощно закатил глаза, потерев висок двумя пальцами. — Не смотрел я на тебя, успокойся. И компромата на тебя у меня нет. Кому ты вообще нужен? — и продолжил кормить неугомонного парня, теперь всем видом игнорируя другие его расспросы. Вскоре альфа ушёл, оставив, к слову, кота греть живот омеги. Хан не стал сбегать, всё равно Ли запер дверь. Он только усталым взглядом наблюдал за подрагивающими от дыхания усами Суни, который, кажется, успел заснуть на нём. Джисон всегда мечтал завести котёнка, но не думал, что встретится с ним лицом к лицу при таких обстоятельствах. Ладонь невольно потянулась к пушистой рыжей спине, и омега продолжал гладить её, пока не уснул сам. • • • Хан совсем привык к тому, что три раза в день к нему приходит Минхо и кормит этой детской смесью. Омега уже не обращал внимания, как это выглядело со стороны. Никто, кроме Ли, ведь больше не знал. Да и Джисон, если честно, не особо понимал, почему альфа вдруг решил не оставлять его и помочь с восстановлением сил. Омега ведь всё равно ничего ему не сможет рассказать. Он и сам не знал, где сейчас может быть Феликс. Удалось подружиться даже с некоторыми котами Хо. Суни и Дори хорошо относились к Хану, в то время как Дуни лежал только на коленях хозяина или вообще на отдельной подушке. Такой ленивый и отрешённый от мира. Чем-то напоминал Джисону самого себя, не способного дать отпор Минхо. Он всё ещё не знал, сколько времени прошло с тех пор, как попал сюда. Только ел, спал и ходил в ванну, пока Ли был дома и что-то печатал на ноутбуке в своей комнате. Оказалось, он довольно занятой человек. Постоянно работал, отвлекаясь разве что на кофе. Этим он напоминал старшего брата, отчего у Хана иногда проскальзывала лёгкая улыбка. Нет, кажется он не ненавидел Хо. Альфа просто искренне любил Феликса, беспокоился за него и пытался всеми силами, что у него есть, отыскать и вернуть омегу домой к семье. Так Джисон и не заметил, как уже сам начал варить для Минхо кофе и ставить на стол, пока тот не отводил глаз от монитора. Все люди, работающие в компаниях, такие задроты? Или, может, Хан слишком эмоциональный для своей работы, раз стал оправдывать Ли и видеть его в собственной голове иначе. Пусть манера общения того грубовата и полна колкостей, это ничуть не смущало Джисона, привыкшего к жёсткой дисциплине среди коллег-альф. Там каждый второй мог выругаться матом и ничуть не стесняться своих слов. Минхо, можно сказать, ещё сдерживал себя рядом с омегой. — Что делаешь? — осторожно спросил Хан, пока сидел на полу и гладил Дори в руках. — Работаю, — странно взглянул на того исподлобья Ли, снова вернувшись к ноутбуку. — Господин Ким назначил срочные дедлайны, раз ты работаешь дома? — не переставал интересоваться Джисон. — Господина Кима уже давно не видели в компании, — бесстрастно отозвался Минхо. До омеги не сразу дошли его слова, но после он поднял удивлённый взгляд. — Его убили? Альфа только нахмурился и прошёлся глазами по всему Хану, прежде чем положить ногу на ногу. — Откуда мне знать. Он не выходил на связь с тех пор, как сбежал. Может, его убили, а может, и нет, — Ли пожал плечами. — Главное, чтобы Феликс жив остался. — А ты... — более осторожно начал Джисон, надеясь не вызвать гнева Минхо, — не думал, что он мог тебя предать? — Я не такой идиот, как ты, — альфа наконец отложил ноутбук и тоже спустился на пол, почесав Суни за ушком. — Я изначально не доверял ему. Думаешь, какой родственник станет доверять собственного брата любителю бдсм? — Но ты ведь... — Что я? Позволил Киму схватить Феликса? — Хо тут же напрягся, стиснув зубы и подозвал Дуни сесть на колени. — Но я же видел, что там есть Хван. Он бы ни за что не отдал Ёнбока, пока находится рядом. Мне нужно было просто узнать местоположение брата и запомнить номер машины Хвана. — Ты прямо стратег, — Хан и не знал, что сказать, только удивлённо таращился в пол. — Так, значит, и я часть твоего плана? — А зачем мне всё тебе рассказывать? Ли выглядел холодным. С рыжим котом на коленях и ещё одним на плечах он не переставал излучать тяжёлую ауру. За его спиной уже в таком раннем возрасте, кажется, было немало всего. Хан поймал себя на мысли, что хотел бы узнать, какие у альфы феромоны. Наверняка под стать характеру. Жаль, плохое обоняние не позволяло их учуять, или он просто принимал подавители. — А может, я хочу помочь тебе? — И говоришь это так несмело? — Минхо только усмехнулся. Тогда Джисон вдохнул глубже. Выпрямил спину и настроил голос, смотря альфе в глаза. — Я правда хочу помочь тебе, Ли Минхо.

***

Феликс гулял. Целый день, и совсем не устал. Только бродил по парку в одном и том же направлении. Чонин, шедший сзади, не начинал разговор. Однажды попробовал, но на него посмотрела пара печальных глаз, поэтому дальше он лезть с расспросами не стал. Терпеливо шёл за Ли, пока он всё же не сел на скамейку. Тогда Ян устроился рядом. Молчание начинало напрягать. — Как думаешь, почему он такой задумчивый? — выглянул в окно Бан через плечо Джина. — Я знаю, что ты сейчас скажешь, Чан, — только вздохнул Хван. «А я говорил, что нужно сделать ему предложение», — одновременно выдали альфы. — О, и правда знал, — улыбнулся старший. — На самом деле, — Хёнджин отошёл от окна в сторону ящика у рабочего стола, — ты прав. Бан с интересом поглядел ему вслед. Как только Джин взял что-то в руки, он подошёл ближе. Улыбка стала в разы шире. — Да ну? Когда успел? — Чан манерно задвигал бровями. — И когда планируешь делать предложение? Джин только вздохнул. В руках он держал раскрытую коробочку с обручальным кольцом. Одно из самых дорогих, слито из белого золота и украшено плавными узорами. Гордость семьи Хван. Когда-то ещё прапрадедушка отца выкупил его на аукционе, чуть не обанкротив компанию. С тех пор им и делали предложения все из семьи, кто вступал на управленческую должность. Пришло время и Хёнджина. — Хоть сегодня, — голос Джина звучал уверенно. — Тогда сделай это достойно, — Чан похлопал его по плечу. • • • Хван настраивал себя. Никогда ещё ладони прежде так не потели. Он шёл по коридору в свою комнату, чтобы дождаться там Ли. Предложение всё-таки — дело серьёзное, и никогда нельзя знать наперёд точный ответ. Может, Феликс скажет, что он ещё не готов, может, поставит условие, а может, согласится, и сделает Хёнджина наисчастливейшим из всех. Раскрыв двери в комнату, альфа застыл на месте. Омега сидел перед зеркалом и расчёсывал волосы. Вид у него был не из самых радостных. Тогда Джин сглотнул. Ёнбок же повернулся в его сторону, а на лице появилась лёгкая улыбка. Он подошёл к Хвану и стал снимать с него пиджак, пока тот незаметно засунул коробочку в задний карман брюк. — Как себя чувствуешь, Бок-и? — альфа обнял его за талию и заправил светлую прядь за ушко. — Плохо без тебя, Джинни, — вздохнул и надул нижнюю губу Ли. — Ты постоянно на работе. Ладошки омеги пробрались к широкой спине, начиная гладить её и водить пальчиками. Хёнджин вздрагивал и целовал его губы. Сминал в своих и вылизывал языком. Аромат роз мгновенно проник в лёгкие, и оба чувствовали, как начинала кружиться голова. Феликс легко прервал поцелуй, позволяя теперь перейти на шею и подхватить себя на руки. — Мне стоит просить прощения? — шептал Хван, теперь нависая над полуобнажённым Ли, чья футболка уже успела оказаться на полу. — Да, но тебе придётся очень постараться, чтобы получить мою милость, — Ёнбок соблазнительно водил пальчиками по груди альфы, расстёгивая пуговицы на белоснежной рубашке. — Я буду самым покорным, господин моего сердца, — Джин сверкнул глазами, тяжело дыша и целуя в губы. Он осторожно перевернул омегу на бок, придерживая за животик. Одним движением стянул штаны сразу с нижним бельём. Спустился языком к промежности и зубами несильно прикусил пухлую ягодицу. Феликс выгнулся и задрожал. Хёнджин же продолжал сминать в ладони мягкую половинку и всячески помечать её языком и поцелуями. По усилившимся феромонам Хван понимал, что Ли нравилось. Тогда он не стал долго мучить его и провёл языком по колечку мышц, пробуя на вкус всё те же прекрасные розы. Если аромат вина действовал на Ёнбока опьяняюще, то сам он сводил Джина с ума. Напряжение внизу давало о себе знать и подрагивало всякий раз, стоило омеге подвинуться ближе к лицу или простонать от стимуляций альфы. Язык быстро проскользнул внутрь. Хёнджин не сдержался и закатил глаза в полном удовольствии. Промежность пульсировала, и Феликс, казалось, мог кончить ещё в самом начале. Но он только сминал в ладошках простынь, двигался навстречу длинному языку и прикусывал губу, если звуки становились слишком громкими. Он до сих пор стеснялся людей вокруг. Всё-таки у мафии повсюду уши. Но Хвана это никак не волновало. Он продолжал вызывать дрожь по телу Ли и изгибаться в наслаждении. Замечая, как краснеет лицо омеги и распухают губы, альфа сменяет язык на пальцы. Два из них без проблем входят в промежность, и Ёнбок мгновенно закрывает рот ладошкой. Слишком громко вырвалось. Джин навис над ним, целуя пальчики и сразу переходя на губы. — Ну же, Бок-и, не сдерживай себя, — шептал Хёнджин между поцелуев. А Феликс и не в состоянии теперь. Когда его губы заняты губами Хвана, он не мог по-другому. Звонкие стоны вырывались всякий раз, стоило альфе попасть по простате. Омега весь дрожал, находясь в предоргазменном состоянии. Джин же параллельно успел расстегнуть брюки и потираться возбуждением о ягодицу Ёнбока. — Ах, Джинни, — оторвавшись от глубокого поцелуя, прогнулся в спине Ли. Хван чувствовал, как сильно стенки сжали его пальцы, а у самого головка вся налилась кровью. После ещё пары движений и тяжёлого дыхания в тонкую шею, Хёнджин излился. Подставил ладонь, чтобы не попало на омегу, и последний раз поцеловал его в губы, прежде чем лечь сзади. — Надеюсь, теперь я прощён? — Джин уткнулся в светлую макушку, переводя дыхание. — Можешь не сомневаться в этом, — Ёнбок поцеловал его в подбородок, чувствуя, как крепкая рука прижимала к себе. Пока Ли уже провалился в сон, Хван всё думал, как сделать предложение. • • • Но так и не придумал. Приходил каждый день после работы и всякий раз был невольно утащен в постель. Омега словно не мог им насытиться, постоянно вис на шее, целовал и научился не сдерживать свой бархатный голос. В один момент начал соблазнять Хёнджина разнообразной одеждой. Кружева и провокационные наряды смотрелись на нём особенно вызывающе. И когда он только успевал их покупать? Так каждую ночь после работы Джин засыпал в обнимку с Ёнбоком полностью расслабленный, и только на утро они вдвоём посещали душ. Однажды во время мытья пришлось вставить пальцы в промежность омеги. Перед сном альфа успел кончить в него, и белёсая жидкость начинала стекать по бёдрам, стоило Ли встать под струи воды, поэтому пришлось растягивать, чтобы вышло всё. И Хван соврёт, если не признается, что после излился и во второй раз, когда почувствовал на пальцах пульсацию тугих стенок, а у уха тихие стоны. Чан же только смеялся над ним. Всё повторял слова о том, как легко, оказывается, вскружить главе мафии голову. Феликс явно действовал на него и заставлял витать в облаках время от времени. Хёнджин на это чуть с цепи не сорвался и готов был пристрелить друга на месте, но, к счастью Бана, его спасли розы в вазе на столе босса. Джин смягчился сразу же, стоило ему вдохнуть любимый аромат. И вот сегодня, сидя в кресле и мечтательно глядя на раскрытую коробочку с поблёскивающим на свету кольцом, альфа представлял, как сделает предложение. Перед глазами всплывало счастливое лицо Ёнбока. Он радостно хихикал и с румянцем на щеках позволял надеть на палец колечко. Оно такое же маленькое, как его крошечные пальчики, поэтому точно должно быть в пору. — Джинни, — раздалось со стороны входа в кабинет. Хван мгновенно захлопнул коробочку и убрал её в ящик под столом. Выпрямился, завидя Ли и улыбнулся ему. — Ты просто сидишь тут, пока я грущу один? — Феликс подошёл ближе, придерживая животик. Совсем вырос. — Я как раз собирался к тебе, — честно ответил Хёнджин, взяв омегу за бёдра и усадив перед собой на стол. — Что-то случилось? — Ты ушёл сегодня утром, оставил меня одного на целых двенадцать часов, — Ёнбок сложил руки на груди, а ступни поставил на колени альфы. — Прости, Бок-и, у меня были неотложные дела, — Джин снял обувь с Ли и массировал его пяточки, позже переходя на животик. — Насколько они неотложные, что ты всё время откладываешь это? — Феликс вдруг открыл шкафчик, и в нём показалась бархатная коробочка. Хван широко раскрыл глаза, с приоткрытым ртом взглянув в тёмные глаза. Хёнджин не понимал, откуда омега знал о предложении и постоянном его оттягивании. Неужели среди подчинённых нашёлся стукач? — Я заметил это ещё в первый день, — перед глазами теперь вертелось колечко. — Запомни, глупый ты альфа, что от меня ничего скрыть невозможно. Сколько бы ты ни пытался, а я рано или поздно обо всём узнаю. Ёнбок пальчиком закрыл челюсть Джина, заставляя того сглотнуть. Его застали врасплох и теперь он сбит с толку. Но всё же кто из них старше и властнее? Пришлось взять себя в руки. — Тогда ответь мне на вопрос, — Хван плавно перехватил колечко и теперь держал свободной рукой ладошку Ли. — Готов ли ты жить в моём доме, — он провёл большим пальцем по тыльной стороне, — встречать рассветы со мной, — теперь поднёс пальчики к губам, — готов ли стать мне верным мужем и родить нам малыша? — наконец поцеловал ручку омеги, нежным взглядом смотря снизу. Феликс не дышал. Он наблюдал за каждым движением Хёнджина. За его уложенными волосами, за чуть приподнятыми бровями, за такими пухлыми губами. Не верилось до конца, что этот альфа теперь будет принадлежать только ему. Единственному омеге в сердце главы мафии. Ёнбок без слов взял ладонь Джина и надел колечко на пальчик. В самый раз. — Давно готов, — прошептал Ли, когда ладошку сжали в замке. Хван потянулся к нему и накрыл губы своими. Целовал как в первый раз. Почти не дыша, так трепетно, что хотелось сделать пируэт от восторга. Хёнджин поглаживал пальцами колечко, наконец-то оказавшееся у Феликса. Отстранился совсем нехотя, с лёгким чмоком, и вновь посмотрел в глаза. — Ты не представляешь, насколько счастливым человеком сделал сейчас меня, — выдохнул в самые губы. — Ты тоже, Джинни, — улыбнулся ему омега. — Ты тоже. И Хван уже не пускал крошечное тело с того момента. Пододвинул кресло ближе и удобнее сел между ног Ли. Целовал его губы и оглаживал стройные бёдра. Только животик мешал Ёнбоку наклоняться к Джину, но тот сам тянулся к нему и не отбирал рук. Всё трогал, сминал между пальцев нежную кожу и чуть сжимал, когда омега прикусывал губу, и тихий рык доносился из уст альфы. Феликс сел на самый край рабочего стола, упираясь ступнями на колени Хёнджина, пока он в нетерпении снимал с него всю одежду. Как ни странно, а под ней Хван обнаружил шёлковые, совсем мягкие кружева. Ли так сильно любил наряжаться и соблазнять его, что альфе оставалось только сглатывать потёкшие слюни. — М-м, Джинни, — омега прогнулся в спине, когда почувствовал поцелуи и редкие укусы на припухлой груди. Мужчина всё не переставал гладить его бёдра, поднимаясь к талии и лопаткам, затем снова спускаясь и несильно шлёпая Ёнбока. Хотелось его всего. Такого горячего, такого красивого и такого соблазнительного прямо на рабочем столе в его кабинете. И пусть кто-то из подчинённых только посмеет их прервать. Альфа не глядя прострелит ему живот. А омега тем временем стимулировал его возбуждение. Водил носочком вдоль разгорячённой плоти, а после очередного несдержанного рыка и рваного дыхания на груди и шее, сжал её между ступнями. Вызывал только большую эрекцию своими действиями, даже умудрился расстегнуть ширинку. Хёнджин помог ему со снятием брюк и сидел так беспомощный в блаженстве под властными касаниями и сверхбыстрой стимуляции, издавая всё более непонятные звуки, пока сам не отходил губами и языком от тела Феликса. Ли и сам готов был задрожать в оргазме от одного рта Хвана на себе. Подставлялся ему и весь истекал. Белоснежные трусики успели намокнуть и пропустить сквозь себя ароматную смазку. Джина от большего аромата роз понесло. Лёгкие заполнились только Ёнбоком, и альфа поднял голову к его лицу, нежно и в нетерпении целуя пухлые губы. Омега отвечал на каждое его действие и не мог не обвить всё тело руками и ногами, ближе прижимаясь. — Бок-и, я так хочу тебя, — раздалось у самых губ, и Феликс почувствовал обжигающее кожу дыхание. — Я тоже, Джинни, — дрожащим голосом, почти что сорванным от стонов, ответил Ли. Хёнджин в тот же момент встал с кресла и, укладывая беременного на спину, навис сверху. Стал спускать с него нижнее бельё, пока оно не оказалось на полу вместе с его брюками и боксерами. Хван не расставил ног омеги, он сразу уложил их на плечи. Теперь только слушал, как приятно всё давило на низ живота Ёнбока, пока альфа наклонялся в таком положении к нему и целовал от губ и до груди. Плоть альфы успела набухнуть и теперь потиралась о текущую промежность. Собственный предэякулят капал на колечко мышц, и Джин сам начал постанывать с соском во рту. Облизывал его и нежно покусывал, вызывая дрожь Феликса. Он только и мог, что вцепиться в плечи Хёнджина и сквозь тяжёлое дыхание произносить его имя. Тогда Хван и вошёл. Плавно, во весь размер, и яйца манерно хлюпнули о раздвинутые ягодицы Ли. Он, чувствуя прикосновения к простате, готов был излиться в тот же момент, но его остановила широкая ладонь. — Не торопись, омега, — хриплый голос альфы раздался у уха. — Ещё успеешь. Я не планирую отпускать тебя до самого утра. Так и случилось. Джин начал движения внутри Ёнбока. Сначала медленные, потом плавно ускоряющиеся. Не позволял Феликсу затрястись в оргазме, когда тот уже был на пике. Только продолжал вбиваться в горячее тело. Прижимал к себе, обнимал за талию и целовал. Ли готов был умолять его дать кончить, но Хёнджин только просил ещё потерпеть. Сам Хван уже с ума сходил и только после того, как излился в омегу, позволил и ему. Но на этом дело не закончилось. Альфа уложил своего беременного на бок, аккуратно держа в руках одну ногу, чтобы удобнее было устроиться. Ёнбок находился так на его рабочем столе и был залюблен до глубокой ночи. Джин входил с разных углов и с разных сторон, слушая такой желанный и бархатный голос любимого, дрожащего в очередном оргазме. Только утром им удалось остыть, и альфа понёс своего омегу в спальню через всю рабочую контору.

***

— Ну что, готов? — встал в дверном проёме Хан, облокотив руки на бока. — К чему? — бесстрастно отозвался Ли, сидя за ноутбуком на кровати. Джисон только закатил глаза и подошёл к нему ближе. Кинул рядом картонную коробочку, всю оклеенную символами почты. Минхо взял её и начал открывать. Внутри лежала пара чёрных беспроводных наушников. Он поднял вопросительный взгляд на омегу. — Если это такой подарок на день рождения, то ты ошибся на несколько месяцев. Сейчас только конец августа, — альфа манерно вскинул брови и прищурил глаза. — И кто из нас должен называть другого идиотом? — Хан цокнул языком и перевёл вес на одну ногу, стоя прямо перед сидящем Ли. — В этой комнате я не вижу больше никого с такими характеристиками, кроме тебя, — Хо закрыл ноутбук и преспокойно отложил его в сторону, после вытащив из коробочки один наушник. — Но за подарок спасибо. — Я оплачивал его через твой телефон твоей картой. Мой ведь ты забрал и сжёг, — Джисон сел рядом на кровать и взял второй наушник себе. — Сделаю вид, что не слышал этого, — Ли понимал, что его начинали подкалывать в ответ, и стал уходить от темы. — Как они работают? — Просто зажимаешь пальцем и, пока держишь, нужно говорить. Слушать и так всегда можно. А чтобы послать сигнал «SOS», кликни два раза, — легко пояснил Хан. — И как ты смог достать такую шпионскую аппаратуру? С какой преступностью ты меня связываешь? — альфа недоверчиво провёл холодным взглядом. — Своим всегда доставляют, нужно только ввести специальный код, — пожал плечами омега. Минхо ещё рассмотрел получше наушник. С виду самый обычный беспроводной. Он зажал его и попробовал что-то сказать. Джисон отошёл в другую комнату, и так они проверяли исправность. Правда в какой-то момент Ли решил удостоверится во всём до самых мелочей, поэтому палец сам собой кликнул два раза. Хан мгновенно забежал к нему с руганьем о том, что посылать сигнал можно только в экстренных случаях, ведь звук от него идёт душераздирающий. Омега отобрал у альфы наушник и, продолжая поучать, скрылся за дверью. Хо только усмехнулся и снова сел за работу. В полной тишине и спокойствии, надеясь на их длительность хоть в пару часов. • • • Но продлилось это счастье недолго. Джисон с ноги ворвался в комнату, держа в руках какой-то чертёж. Минхо скептически оглядел его и вновь убрал ноутбук в сторону. А так не хотелось расставаться. Омега снова сел рядом, теперь более воодушевлённый, чем раньше. — Давай, рассказывай, что это, — Ли облокотил голову на ладони и с лёгкой заинтересованностью прошёлся глазами по бумаге. — Ты ведь говорил, что господин Хван забрал Феликса с собой? Значит сейчас держит в поместье. Так вот, это схема, по которой обычно идёт твой брат, — начал объяснять Хан. — Вот это его комната, — он поставил палец на квадратик, — дальше коридор, — он провёл змейкой, — и тут выход в парк, — остановился на на удивление хорошо нарисованной аллее. Здесь он постоянно проводит свободное время. Там стоит и искать, если в комнате пусто. — А если ни там, ни там его не будет? — Хо выпрямился, поправляя волосы. — Я, на секундочку, первоклассный шпион и меня все хотят. Поэтому смогу всё разузнать, когда вернусь к Хвану, скажу, что смог сбежать из твоего плена, и продолжу работать телохранителем Феликса. А ночью буду приходить к тебе и строить новый план, — продолжал Джисон, явно продуманно подходя к этому делу. — Как я могу тебе доверять, если отпущу к нему? — альфа положил ногу на ногу, закинув подбородок. — Вдруг ты скажешь, где я? Его мафиозники схватят меня и убьют. — Раз ты, зануда, спрашиваешь меня об этом в лицо, значит, доверяешь, — омега нагнулся корпусом к нему, подмигивая. Ли закатил глаза, но всё-таки не сдержал улыбки. Хан был прав, с его впечатлительностью и добрым сердцем можно легко привязать к себе и сделать верным щеночком. Они ещё немного обсуждали детали плана, чтобы казусов на рабочем месте не возникало. Но время шло быстро, поэтому Джисон начинал клевать носом. Минхо только отправил его в гостиную на диван. Раз теперь омега здоров, можно не держать в своей постели.

***

Феликс вновь гулял. В этот раз не с грустным лицом, и Чонин мог, не боясь, к нему подойти. Правда, вид у Ли всё равно был задумчивым. Он незаметно разглядывал колечко на пальчике, а в голове вертелись мысли о том, когда же свадьба, когда вернётся Джисон и когда уже поймают Сынмина, чтобы встретиться с родными. Пусть всё было прекрасно, на душе всё равно неспокойно. И животик теперь начал быстрее расти. Неужели придётся рожать раньше срока? Это казалось пугающе, ведь с Ёнбоком ещё никогда такого не происходило. Последние пару дней они с Джином смотрели уроки о том, как можно не больно принимать роды. Хван пообещал Ли, что будет присутствовать при рождении, чтобы омега не беспокоился лишний раз. Но волновало не только это. Во-первых, с каждым днём Феликс всё больше скучал по родным, а во-вторых, и по Хану тоже. Правда, Хёнджину об этом не рассказывал. Не хотел снова услышать отказ альфы. На глаза стали наворачиваться слёзы. И куда делась вся его решительность? Неужели беременность так влияет на уровень сентиментальности? Омеге требовалось срочно остаться наедине, чтобы пролить пару слезинок. — Чонин, — Ёнбок остановился и обернулся, прежде шагая по парку. — Что-то случилось, Феликс? — Ян быстро подошёл к нему с обеспокоенным видом. Давно они не разговаривали после ухода Джисона. — Можешь сейчас пойти на кухню и принести мне в комнату чай, пожалуйста? Жди меня там, я ещё погуляю пару минут, — омега положил ладошку ему на плечо, чуть похлопывая. — Конечно, я всё сделаю, — глаза альфы вдруг загорелись. — Только будь осторожен. Ли кивнул ему и проводил взглядом. Когда Ян скрылся из виду, он направился в самый отдалённый угол парка, весь обставленный деревьями. Здесь камер не было, поэтому можно не бояться, что Хван узнает. Не хватало ему ещё бить тревогу и запрягать Чонина работой. Такими темпами он из телохранителя превратится в персонального клоуна для Ёнбока. Наконец удалось сесть в кругу деревьев. Феликс поджал к себе ноги, обхватил их руками и уткнулся в колени. Слёзы пошли сами собой, он уже долго их сдерживал. Всё не прекращал думать о семье, о Минхо. Хорошо ли с ними всё, не волнуются ли они о нём. Родители ведь уже не молодые, и вдруг кто-то из них слёг в больнице от переживаний. Вспомнил о подвеске и, взяв в ладошки, начал разглядывать. Серебряный кот всё ещё так сильно напоминал о брате, что послышались даже тихие всхлипы. Он помнил тот день, когда Хо сделал такой подарок, будто это произошло вчера. Так хорошо момент отражался в воспоминаниях, так тепло и одновременно больно отзывался в душе. Сидя так на газоне, Ли вытирал мокрые дорожки с щёк ладонями, чтобы капли не попали на одежду. Тут пришла мысль, что стоит попросить Хвана хотя бы послать шпионов, чтобы те доложили о состоянии его родных. Хорошая идея, Ёнбок сразу зацепился за неё. Но слёзы всё продолжали идти, он не мог их остановить, хотя пора бы уже. Нельзя было, если кто-то увидит красное лицо омеги. — Не отморозишь себе тут всё, пока сидишь на земле? — знакомый голос послышался совсем близко. Феликс резко поднял голову. Этот приятный льющийся мужской тембр он узнал бы из тысячи. Прямо перед ним на одном колене расположился Сынмин. Смотрел сверху вниз своими узкими, доставшимися от семьи Хван, глазами. — Уходи отсюда, — Ли нахмурился и прижался спиной к дереву, скрывая страх и зачем-то пряча падающее с пальца колечко в карман штанов. — Вот так просто прогоняешь меня? — наигранно расстроенно строит брови домиком Ким и склоняет голову на бок. Но Ёнбок только сильнее хмурился и поджимал губы. Он знал, что Сынмин ему никакой не спаситель или помощник. Хёнджин ведь говорил, как тот желает его или Хвановой смерти. — Феликс, — выдохнул альфа, потянув к нему ладонь и пальцами коснувшись светлой пряди, пока омега не одёрнул голову от него. — Я ведь просто сдержал обещание и пришёл, чтобы отвезти тебя к родным. Ли замер. Умел ведь Ким давить на больные точки. И как он так появился в нужное для себя время и в нужном месте? Явно всё не просто так. — Уходи, — твёрдо повторил Ёнбок, поднявшись на ноги. Теперь он смотрел сверху. Как бы сильно ни хотелось к семье, а предавать будущего мужа и сбегать с его главным врагом Феликс не собирался. Он был выше этого. Развернулся к альфе спиной и начал уходить сам. — Я хотел с тобой по-хорошему, — Ким не спеша направился за ним. — Но ты вынуждаешь меня идти на не самые приятные для тебя меры. Ли готов был сорваться с места и убежать, чтобы звать близ находящихся подчинённых Хвана, как его схватили, оттаскивая назад. Ёнбок начал кричать и вырываться, но Сынмин только ловко завязал рот омеге и подхватил на руки сзади. Феликс не мог освободиться от крепких рук, напрасно тратил силы на то, чтобы отцепить от тела чужие ладони. Его только крепче прижимали спиной к груди. Так Ким перелез с ним ограду и открыл дверь в машину. Стоило ему опустить омегу на заднее сиденье, как запястье укусили, заставляя одёрнуть руку и прошипеть. Тогда-то Ли, воспользовавшись моментом, выскользнул из двери и побежал в сторону поместья, придерживая животик. Это оказалось непросто, ведь через каких-то пару метров его снова схватили. Теперь Ёнбок не мог воспользоваться зубами, ведь Сынмин наложил вторую повязку на рот. Омега в его руках барахтался и пытался весом повалить на асфальт. Но альфа оказался сильнее, и за секунду успел пристегнуть Феликса к сиденью, и захлопнуть дверь на замок. Всю дорогу Ли что-то мычал сквозь ткань, пока не смог избавиться от неё. Выплюнул изо рта и прокашлялся. — Тебе это с рук не сойдёт, — низким бархатом сурово отозвался Ёнбок. — Хёнджин обязательно найдёт меня. — Только этого я и жду, Феликс, — Ким ухмыльнулся, взглянув на злого беременного через зеркало. • • • Ян тем временем преспокойно шёл с подносом, на котором расположились кружка и заварочный чайник. Он выполнил просьбу Ли, как тот и просил. Зашёл в их с Хваном комнату и поставил всё на стол. Сам встал у двери и начал дожидаться прихода омеги. С чаем он провозился, на удивление, около пятнадцати минут и ожидал, что Ёнбок придёт первее. Но не через пять минут, не через десять его так и не было. Тогда Чонин решил проверить своего подопечного. Если тот где-то неудачно застрял или поранился, Хёнджин вряд ли будет обрадован и заставит работать на тренировках, не покладая рук. Но и в парке Феликса не оказалось. Альфа встревожился. По нескольку раз проверил каждый угол, в котором мог или не мог попасться омега. И нигде его не находилось. Тогда Ян ещё какое-то время стал искать Ли по коридорам. А его словно след простыл. Стоило доложить о пропаже Хвану. Это долг его как подчинённого. Сглотнув, пришлось взять себя в руки и направиться к кабинету босса. • • • — Когда мне уже посчастливится увидеть тебя в костюме жениха? — Чан рассеялся на кресле Джина, держа в руках кружку чая с блюдцем. — Скоро, скоро, — альфа стоял у окна и смотрел на аллею, в надежде увидеть там гуляющего Ёнбока. — Ты успеешь дожить до этого момента, не состарившись. — Эй, твои шуточки про старого деда давно не актуальны, — Бан усмехнулся, отпив из кружки. — Ты и сам через пару месяцев станешь отцом. Поймёшь, какого это. — Не буду спорить, — Хёнджин пожал плечами и заметил в окне ходящего быстрым шагом из стороны в сторону Чонина. Тут же напрягся. — Как поживает твой омега? Не грустит больше? — продолжал интересоваться Чан. — Рядом со мной он ведёт себя как всегда, но, — Хван проводил глазами теперь убегающего куда-то Яна, — у меня такое чувство, что внутри у него бушует ненастье. Что-то не даёт покоя. Джин скрестил руки на груди, одной из них задумчиво почесав подбородок. И правда, Ли явно не договаривал. Может, ему не хватало чего-то или кого-то. В последний раз он грустил из-за родных, так, наверно, сейчас происходит то же самое, просто он не хочет расстраивать альфу. Об этом Хёнджин мог лишь догадываться. — Так поговори с ним. Дай то, чего ему не хватает, — подытожил Чан. Хван только кивнул. Давно пора. — Надо отвезти его к семье. В конце концов, нельзя вечно скрывать от них беременность Феликса, — Джин вздохнул как-то тяжело, и Бан встал с кресла, подходя ближе. — Надеюсь они смогут принять тебя, — похлопал друга по плечу альфа. Вместе они потупили взгляды в окно. Хёнджин был благодарен Чану. Всё-таки их дружба прошла через многое. Начиная с подросткового возраста и заканчивая нынешним временем. Пусть обоим уже было за тридцать, рядом они не переставали вести себя как в прежние времена. Только так можно было разбавить рабочие будни. Но мысль прервал стук в дверь. Бан быстро обернулся и подошёл к ней, открывая. В проёме показался Ян. Он восстанавливал дыхание после бега и быстро поправлял галстук в присутствии босса. Поклонился обоим альфам, и Хван жестом впустил его внутрь. Развернулся к окну спиной и вопросительно оглядел пришедшего. — Господин Хван, у меня не очень хорошие новости для вас, — Чонин старался не показывать волнения, хотя и так всё стало понятно. — Не медли, — пробасил Джин, напрягаясь только сильнее. — Господин Ли, он... — альфа всё же сглотнул. — Пропал. — Ты не уследил за ним? — зарычал Хёнджин, сжав ладони в кулаках и сделав шаг вперёд, отчего Ян дрогнул. — Погоди, Хван, — остановил его Чан, поворачиваясь к телохранителю. — Расскажи всё как было. Чонин мысленно благодарил судьбу, что в кабинете оказался старший. С ним рядом было не так страшно отчитываться перед боссом. Поэтому он вздохнул и настроил голос. — Господин Ли гулял по парку, как и всегда. Но под конец сказал мне сделать ему чай, а сам пошёл дальше. Я сделал всё, как велел господин, но он не возвращался в свою комнату. Поэтому я отправился за ним. И не смог найти. Если бы не Бан, Хёнджин шкуру содрал бы с него. Глава мафии в этот момент выглядел устрашающе. Глаза горели, феромоны резали нос, а грудь тяжело вздымалась. Как хищник, он готов был напасть на Яна и разорвать на куски. — Готовь взрывчатку, Чонин, — переведя дыхание, грозно приказал Хван. — Я подложу её прямо к ногам Кима и мне плевать на последствия. Он с хлопком вышел из кабинета, а молодой альфа боязливо покосился в ту сторону. Чан подошёл к нему и положил руку на плечо. — Делай, как сказал босс, Айен, — услышав кодовое имя, Ян понял, что началось серьёзное задание, — а я соберу людей. — Да, Крис, — он кивнул и выбежал вслед господину. • • • День довольно солнечный. На улице душно и ветра совсем нет. Минхо готов проклинать погоду, но той, кажется, было абсолютно всё равно на его страдания. Он сидел за рулём машины, которую одолжил у сестры, и ехал по дороге уже весь потный целый час. А проблему усугублял только сидящий рядом омега. Джисон в руках держал бумажный пакет и пихал за обе щёки булочки с кремом. Это начинало раздражать. — Ты можешь не чавкать? — сквозь зубы процедил Ли, не отрывая взгляда от дороги. — Прости, — Хан замер и одним движением засунул в рот ещё одну булочку, чему нельзя было не удивиться. — Просто жена Хаюны так вкусно печёт. — Я уж думал, это ты такой голодный. Со своим бездонным желудком, — Хо закатил глаза и повернул за угол. Джисон не стал отвечать на колкость. Продолжал есть, не чмокая больше языком и губами. Ел более аккуратно и не клал в рот сразу всё. Смотрел в окно на дорогу и терпеливо ждал, когда они уже приедут на нужное место. Михно даже стало не по себе от такой резкой тишины, но вскоре он привык. Сжал руль в руках и перебрал по нему пальцами. Сглотнул слюну. Они направлялись прямо ко второму офису Хван и по совместительству его поместью. Там сейчас находился Феликс, и нужно было его вызволить на свободу. Ли, можно сказать, ещё очень повезло с напарником. Попадись какой-нибудь здоровенный альфа, он бы вряд ли смог уговорить его помочь ему. Но Хан не такой. Он явно прогрелся к Ёнбоку, раз самостоятельно предложил план. Осталось только действовать. — Чёрт, — выругался омега, встряхнув плечами. Альфа чуть не вписался в столб от неожиданности. Быстро вырулил в сторону и свернул обратно на дорогу. — Следи за языком, идиот, — шикнул на него Хо. — Я вспомнил, что мы забыли сделать, — проигнорировал его Джисон, с энтузиазмом повернувшись корпусом в сторону водителя. — И что же? — бесстрастно отозвался он. — Нам нужно подобрать тебе кодовое имя. — Зачем это? — На заданиях всегда так делается. — Нас всего двое. — Зануда ты, — не зная как на это ответить, Хан отвернулся обратно к окну. Ли вздохнул и заставил себя спросить. — Что ты предлагаешь? — Моё кодовое имя — Хан. А вот тебя бы я назвал, — пробубнил омега, всё ещё не поворачиваясь, — камнем. — Ну камень, так камень, — усмехнулся альфа, после чего на него уставились два огромных глаза. — Даже сопротивляться не будешь? — У меня не настолько богатая фантазия, чтобы уметь придумать себе «кодовое имя», — Минхо лишь пожал плечами и ненадолго задержал взгляд на Джисоне. — Предоставь это дело профессионалам, зануда, — тот закатил глаза и широко улыбнулся, кинув в рот очередную булочку. И как они до сих пор не кончились? • • • Феликс сидел на месте. С абсолютно спокойным видом он и на сантиметр не двигался. Только положил ногу на ногу, придерживая одной рукой животик, а второй облокотившись на подоконник. Сынмин привёз его в какую-то каморку в амбаре. Не связывал и не угрожал. Ли сам выбрал больше не сопротивляться. Лишнее волнение заставляло низ живота только сжиматься от боли. А он точно знал, что Хван не оставит его, найдёт и заберёт обратно. Правда, с другой стороны, лучше бы Хёнджин не приходил. Меньше всего Ёнбок хотел увидеть его смерть. И снова эту пулю в теле. Ким однозначно настроен решительно и недружелюбно, раз пошёл на отчаянный шаг и похитил Ли. С самого начала в его глазах читалось какое-то безумие. Хван оказался прав. Его брат слишком сильно жаждет власти, и не знаешь, чего от него ждать. Можно только бесконечно страховаться. Но всё-таки сидеть на месте омеге тоже некомфортно. Спина начинала болеть от тяжести животика — приходилось своеобразно откидываться на спинку стула, чтобы хоть как-то дать себе отдохнуть. Тело уже ныло от нехватки феромонов своего альфы и этого витающего в воздухе фруктового аромата. Феликс хмурил брови и старался сильно не вдыхать их, чтобы сохранить приличный вид. Время шло невыносимо медленно. Маленькая стрелка часов на стене сдвинулась только до следующего числа. Прошёл всего час, а по ощущениям целый день. Становилось дурно от посторонних запахов, и Ёнбок всеми силами старался вытеснить их собственными феромонами, но получалось плохо. Альфа даже здесь сильнее. Поскорее бы пришёл Джин. Дверь в коморку открылась. Ли встрепенулся, сердце забилось быстрее. Правда, пришлось тут же разочароваться, увидев совсем не желанного Хвана. К нему пришёл Ким. Держал руки за спиной, заставляя тем самым напрячься и надеяться, что прячет он не пистолет. Омега виду страха не подал. Равнодушно оглядел альфу и отвернул голову обратно к окну. Ничего там не было видно, но он продолжал упорно смотреть. — Опять отворачиваешься от меня, — Сынмин покачал головой и не спеша подошёл ближе. — Я пришёл с хорошей для тебя новостью. Сердце Феликса замерло. О какой такой «хорошей новости» ему может говорить человек, желающий его смерти? Разве что она будет мгновенной и не больной. За спиной Ёнбок услышал шорох. Кажется, мужчина опускался на пол перед ним. Совсем близко. Фруктовые феромоны с силой дали в нос, и омега чуть не закашлялся, стараясь сдерживать себя изо всех сил. Сжал кулачки, пока ладошку вдруг не взяла ладонь Кима. Пришлось повернуть к нему голову и со всей злостью свести брови к переносице. — Я предлагаю тебе выйти за меня замуж, Феликс, — спокойно проговорил мужчина. Ли оказался в замешательстве. Все эмоции как в одну кучу сгребли и перемешали. Предложение Сынмина казалось сумасшедшим. Неужели он рассчитывает на согласие? — Если твой ответ будет положительным, то, клянусь тебе, я не стану убивать Хвана, — продолжал Ким. Но Ёнбока это ничуть не успокоило. Он понимал, что никогда бы не смог на такое согласиться. Уж лучше пусть его застрелят на месте, чем сделают мужем не Джина. Он верен только ему и не отдастся врагу. — Только представь, — не останавливался Сынмин, будто ему всё равно было на ответ омеги, — ты наконец-то встретишься с семьёй, будешь управлять компанией вместе со мной. Я стану прекрасным отцом, Феликс, куда лучше Хвана, который даже на улыбку скуп. Буду относиться к рождённому тобой ребёнку, как к своему собственному. Если захочешь, даже позволю тебе жить с родными и обеспечу всем, чего только твоя душа пожелает, чтобы ты ни в чём не нуждался. Буду выполнять каждую прихоть. Ли продолжал ничего не отвечать. Смотрел на Кима, как на последнего ублюдка, и сейчас напоминал этим сурового Хвана. Он явно успел перенять его манеру, правда как, непонятно. Сынмин продолжал держать крошечную ладошку в руке, пока её не выдернули и не вернули обратно на животик. Мужчина сжал зубы, понимая, что так и не дождётся ответа и зря теряет тут время. — Я ещё вернусь, Феликс, — он поднялся на ноги и направился в сторону выхода. — Запомни, от такого предложения не отказываются. Дверь с хлопком закрылась. Ёнбок снова остался один, наедине с мыслями. Они, к слову, были не самыми приятными. Перед глазами стоял на одном колене Ким. Как же хотелось в этот самый момент дать ему вместо руки и сердца пощёчину. Омега сжимал ладони в кулаки и не переставал ждать прихода любимого. Поскорее бы оказаться у него на руках и быть унесённым отсюда. • • • — Айен, как идут поиски? — альфа в костюме натягивал на широкие ладони перчатки и стоял сзади подчинённого, который активно прослеживал глазами монитор компьютера. — Почти нашёл его, босс, — Ян кликал мышкой и наконец остановился. — Господин Ли в амбаре на окраине города. Склад во владениях семьи Ким. — Прекрасно. Пусть эта тварь только пальцем его тронет, и я заставлю его глотать собственную кровь, — Хван ухмыльнулся в оскале. — Крис, прикажи готовить оружие. Выезжаем прямо сейчас. Альфа кивнул боссу, и тот вышел из небольшого тёмного помещения. Это считалось секретной комнатой для отслеживания номеров машин и поиска пропавших или сбежавших. Предателей Хёнджин находил только так. Расправлялся с ними тоже самостоятельно. Никто не видел, но все понимали, что их ждёт, встань они у босса на пути. Только отчаянные или тронувшиеся умом переходили черту. Чан и Чонин направились быстрым шагом в сторону охраны. Бан взял с собой ещё десяток человек, и вместе они направились к выходу. Казалось бы, ничего нового. Очередной выезд на задание по приказу господина Хвана, но ощущалось всё совсем иначе. Теперь даже самый близкий друг Джина напряжённо стискивал зубы и сжимал кулаки, пусть с виду и держал плечи так же ровно, а спину прямо. Ян всегда этим восхищался. Сам он выходил на поручения не так часто. В основном раз работал на второго господина, выполнял только его поручения. В редких случаях первый господин звал его на миссию. И то отдалённо, сидя за компьютером и отслеживая нужные объекты, параллельно докладывая обо всех изменениях Хёнджину. Можно считать, это дело его первое серьёзное, от этого сердце стучало чаще. Такова судьба технологического разработчика. — Хван, — обратился к шедшему в сторону выхода альфе Бан. — Как ты меня назвал? — всё с тем же оскалом обернулся на него Джин, но замедлять шаг не стал. Во время задания он словно превращался в другого человека. — Извините, — тот сразу поклонился, стараясь идти наровне. — Босс. — Чего ты хотел? — Хёнджин перевёл взгляд на дорогу, где до машины оставалось примерно десять шагов. Вид у него был как никогда яростный. — Мне тут доложили о том, что видели странных людей у входа... Но Чан не успел договорить. Они резко остановились, завидев, как охрана ведёт с собой двух человек. Хван пригляделся и узнал в них знакомые лица. Как не вовремя. Обязательно что-то должно было ему помешать. Подчинённые подошли к нему и остановились. — Вот же встреча семьи и друзей, — захлопал глазами Бан, но в такой атмосфере на него не обратили внимания. — Господин Хван, мы как раз к вам, — начал один. — Среди нас обнаружен предатель и с ним соратник, — продолжал второй альфа. Хёнджин прошёлся леденящим нутро взглядом по Джисону и вырывающемуся из рук Минхо. Ему перчаткой закрыли рот, пока Хан стыдливо отводил глаза от босса и не решался сказать и слова. Джин тяжело вздохнул, открывая дверь в машину. — Отведите их в мой кабинет и держите до моего прихода. Позже разберусь, — отмахнулся он и собирался сесть, как его остановили. — Ты, Хван! — кричал вслед Ли. — Что ты сделал с Феликсом?! В голосе ещё совсем молодого альфы слышалось отчаяние. Хёнджин и сам его прекрасно понимал. Прямо сейчас он испытывал то же самое. Но тормозящие обстоятельства выводили из себя. — Ничего я с ним не сделал, — он прорычал в сторону Хо. — Если так хочешь узнать, что с твоим братом, садись в машину и не сопротивляйся. — Так и сделаю! — с вызовом отвечал младший, и тут его по приказу отпустили. Он без раздумий сел рядом с водительским сиденьем. Джин пару секунд поглядел на Хана. Тот обеспокоенным взглядом провожал Ли. Пришлось вздохнуть ещё раз. — И его тоже, — босс махнул рукой на омегу. Парень совсем не сопротивлялся, когда его схватили за руки крепче и посадили на заднее сиденье. Он вообще самый тихий здесь. Хёнджин сел за руль, когда и Чан устроился сзади, и резко надавил на педаль газа. Ехали они быстро, Хвана всего выворачивало наизнанку. Хотелось как можно скорее взять Ёнбока на руки и унести домой. • • • Ким заходил так в коморку каждые двадцать минут. Ли уже устал сидеть, хмурить брови и молчать. Мучило желание ответить какой-нибудь дерзостью своему похитителю, но он понимал, что добра этим не наживёшь. Продолжал спокойно смотреть в окно и поглаживать животик, откуда изредка чувствовались толчки. Хоть движение малыша заставляло уголки губ немного подниматься. И снова этот стук в дверь. Феликс уже даже не оборачивался в ту сторону, а просто продолжал своё прежнее занятие. Сынмин тем временем только подошёл и встал рядом, не став садиться на колено. Ёнбока это немного смутило, но виду он не подал. — А теперь плохие новости, — начал Ким слишком торжественно для себя. — Сюда едет Хван. Ли не прекратил гладить животик, пусть сердце пропустило удар. Он дождался его. Знал, что Джин придёт за ним и спасёт. Нельзя было сомневаться в своём альфе. — Я убью его, — спокойно продолжал Сынмин. — Ты не сможешь, — вдруг подал голос Феликс, повернув к нему голову. — Ещё как смогу. И всё зависит от тебя, — мужчина достал из кармана кольцо. — Повторяю последний раз. Ты выйдешь за... — Нет, — твёрдо ответил Ёнбок. Теперь он уверен в том, что может не бояться. — Я услышал тебя, — кивнул Ким и направился к выходу. Ли сорвался с места и хотел проскользнуть наружу, но дверь захлопнулась прям перед носом. Тогда он схватился за ручку и стал дёргать её. Заперто. Но омега не прекращал. Собрал в себе все силы и пытался сломать замок, вот только мышцы у него вовсе не натренированны. Только альфа мог бы справиться. Пришлось оставить дверь в покое и направиться обратно к стулу. Фруктовые феромоны теперь ощущались острее. От них живот крутило так, что хотелось сжаться. Феликс так и не смог сесть обратно. Упал на колени и держался руками за стул, пытаясь отдышаться. Удавалось с трудом, ведь кроме чужого запаха и не было ничего. Вслед за болью пошли позывы. Невыносимо требовалось облегчения. Но Ёнбок сдерживал себя. Хоть с чем-то он должен справиться. Нужно только потерпеть. Ещё немного, и Хёнджин вызволит его из этого места, уткнёт в шею и даст вдыхать свои феромоны. Тогда и станет легче. А пока омега держался за низ живота и одновременно прикрывал себе рот ладошкой. От воздержания даже глаза заслезились. — Вставай, чего расселся на полу? — и снова этот противный голос. Ли поднял на него взгляд. На нём так и читалась все злоба и гнев, что накопились в омеге. — Надо быстренько приукрасить тебя для Хвана, пока он не объявился, — Ким поднял его за локоть, заставляя держаться на ногах. — Что ты собираешься со мной сделать? — практически плюнул мужчине в лицо Феликс, будь у него сейчас больше сил. — Сейчас узнаешь, — Сынмин отошёл в сторону и включил свет. Тут же стало светло и, оказалось, комнатка куда больше, чем думал Ёнбок. Повернув голову в сторону он заметил просторную кровать и рядом стеклянный шкаф. Он весь был переполнен разнообразными предметами. И все относились к интимным игрушкам. По спине прошёлся холодный пот, а ноги вдруг подкосились. — Не стесняйся, — альфа бесцеремонно подхватил его и понёс. — Тебе понравится. Ты же хочешь впечатлить Хвана? — Пусти меня, сумасшедший извращенец! — Феликс мгновенно ожил и больше не сдерживал себя. Выбивался из рук и кусался. — Да замри ты уже, — Ким бросил Ли на кровать, выпуская больше феромонов. Голова закружилось, и в животе снова почувствовалась эта невыносимая боль. Омега зажмурился и скулил, лёжа на спине. Краем глаза наблюдал, как альфа подошёл к шкафу, открыв его и взяв верёвку с кляпом. Повернулся снова к Ёнбоку. — Не трогай меня ты, — Феликс с трудом отполз на край, — противный! Хёнджин не простит тебе этого! — Ему уже будет не до этого, поверь, — с ухмылкой Сынмин смог натянуть на лицо затычку, пусть в грудь отчаянно били ногами, а ладони кусали до царапин. Он только усилил собственные феромоны. — Но для тебя я сделаю поблажку. Не стану его мучить. Смерть будет мгновенной. Ли уже не мог соображать. Он находился в сознании, но управлять телом был не в состоянии. Фруктовый аромат заставлял конечности неметь, Ёнбок теперь не чувствовал боли. Только тяжесть, грузом свалившуюся на него всего. Сопротивляться нет возможности. Осталось только ждать чуда. А по щекам текли слёзы. Сынмин начинал обвязывать омегу верёвкой. Но вселенная будто услышала его. За дверью послышались звуки выстрелов. Ким странно улыбнулся и, закончив своё занятие, оставил Феликса лежать на кровати, пока сам вышел из комнаты. Мучения в какой-то степени прекратились. Вот только сердце забилось чаще. Ли в невозможности встать лежал ещё какое-то время. Прекрасно слышал всё, что происходило за стеной. И выстрелы, и крики Сынмина, и голос Хёнджина. Такой холодный и властный. По телу прошлись мурашки. Его альфа здесь, совсем близко. Нужно показать себя ему. Нужно срочно увидеть его. Не хотелось верить, что Ким так легко убьёт Хвана. Невозможно. Но сердце продолжало тревожно биться. Ёнбок не знал, как смог встать с постели, но дальше он оказался на полу на четвереньках. Пополз так, пока ноги и руки по отдельности связаны. Узлы неприятно сдавливали кожу и приходилось часто останавливаться, чтобы проскулить от боли и пойти дальше. Наконец удалось оказаться у выхода. Феликс с тяжёлым дыханием свалился на бок. Стал стучать кулачками по двери. Сжимал их до покраснения и бил по дереву до онемения. Костяшки пальцев вскоре тоже ломило от дискомфорта. Но омега не останавливался. Он желал прийти к своему альфе. Нуждался в нём, как никогда раньше. Но, вскоре поняв, что всё бесполезно, решил подняться. Сначала перевернулся на животик, но тут же поджал к себе ноги, чтобы не давить на малыша. Затем стал держаться на трясущихся руках. В самом низу у пола фруктовые феромоны не чувствовались, но стоило подняться выше, и голова закружилась. Ли снова свалился на бок. Сил не было, возможности не было. Он просто лежал беспомощный и страдал от этого. Корил себя за то, что родился таким слабым. И одновременно переживал за Хвана. Вдруг его уже убили? Хотя выстрелы ещё слышны, у Кима явно оказалась своя команда. Но Джин не может уступать ему. Это не в характере альфы. Феликс мысленно готовился к тому, что пришёл конец. Если Хёнджин и выживет, то Ёнбок уже вряд ли. И тут замок двери зашевелился. — Есть тут кто-нибудь? — раздался нежный голос сверху. Ли не мог поднять глаз, но сразу понял, кто перед ним стоит. В нос дал свежий, пусть и с привкусом гари, воздух. Всё лучше, чем проклятые чужие феромоны. Стало чуть легче. — Ах, Феликс! — омега опустился на колени, осматривая всего измученного беременного и убирая изо рта кляп. — Подожди, сейчас я тебе помогу. Джисон торопливо засунул пистолет в задний карман штанов и взял Ёнбока на руки, оглядевшись по сторонам. Зацепился взглядом за кровать и понёс Ли туда, аккуратно уложив. Феликс почувствовал огромное облегчение, когда пришли его спасать. — Хан... — хрипло выдавил омега, наблюдая за тем, как друг развязывал с него тугие верёвки. — Хан, это правда ты? Ты живой? Ты мне не снишься? — Тише-тише, Феликс, — парень провёл холодной ладонью по горячему лбу, укладывая приподнявшегося с места Ли обратно. — Тебе нельзя напрягаться. Конечно, это я, и это всё не сон. — Я скучал, — не унимался омега, теперь чувствуя полную свободу в теле. Джисон, прежде с серьёзным и обеспокоенным лицом возившийся над Ёнбоком, теперь тепло улыбнулся. Сел рядом и наклонился корпусом к другу. — Я тоже скучал, — и тут же оказался в объятьях. Хан слегка похлопывал Ли по спине, пока тот прижимался к нему и некрепко держался руками за спину. Ясно ослабел после всего, что с ним случилось. Но, несмотря на это, в душе обоих теперь было облегчение. Феликс наконец-то узнал, что с Джисоном всё в порядке, а он смог помочь ему. — А Хёнджин? Он здесь? — Ёнбок отстранился, всё ещё державшись за друга и хлопая глазами. — Даже больше. Минхо тоже пришёл, — Хан вдруг широко улыбнулся. Ли тут же попытался встать. Его остановили, удержав от падения. Джисон что-то говорил о том, чтобы Феликс поберёг себя и не мчался так, но Ёнбок только невероятно печальными глазами посмотрел на омегу, и тот не выдержал. Помог другу подняться на ноги и перекинул одну руку себе через плечо, чтобы помочь идти. Вместе они вышли из двери, а Хан был наготове взять пистолет из кармана на крайний случай. Сердце ускорило ритм, стоило Ли завидеть Хвана, стоящего прямо и уверенно с оружием на вытянутой руке. Живой. Ким не смог оправдать своих слов. Не зря Феликс верил в силу своего альфы. Ноги понесли его быстрее, и Джисон начинал запинаться по дороге, попутно отстреливаясь от противников и пряча Ёнбока за спиной, пока на самом был бронированный жилет. Хёнджин в какой-то момент заметил Феликса. Зацепился за него взглядом и замер на месте. Они находились на большом складе и пришлось спрятаться за одной из куч, чтобы перестать стрелять и направиться навстречу омеге. Они уже смотрели друг другу в глаза и оба почти не дышали, как вдруг раздался выстрел. Альфа схватился одной рукой за плечо и сильно прикусил губу. Сердце Ли чуть не остановилось в этот момент. — Джинни! — он вырвался из рук Хана и побежал к Хвану. Чуть не врезался в него, но проскользнул ладошками к спине и отвёл в более безопасное место, медленно опускаясь на пол. Хёнджин смотрел ему в глаза, пока грудь шла ходуном, а широкая ладонь сдерживала кровь. Феликс вновь столкнулся с этой картиной, и что-то внутри дрогнуло. — Бок-и, — Джин улыбнулся краешком губ и заправил светлую прядь Ёнбоку за ушко, — с тобой всё в порядке? — Со мной всё хорошо, Джинни, — Ли весь задрожал и всхлипнул. — Тогда почему мой омега плачет? — Хван провёл пальцами по щекам Феликса, стирая слёзы. — Потому что с моим альфой не всё в порядке, — хрипло отвечал он. Тогда Хёнджин уткнулся носом в тонкую шею. — Пока ты рядом, всё со мной будет хорошо, — и стал вдыхать любимый аромат. Феликс только шмыгнул и слабо улыбнулся. Снял с себя футболку, а с Джина пиджак и перевязал ею раненое плечо, делая тугой узел. Хван после этого, поглядев на полуобнажённое тело Ли всё в следах от верёвки, нахмурился и одел его в свой пиджак, застёгивая все пуговицы. Поцеловал в губы, прежде чем Ёнбок не заметил за спиной альфы Кима. — Решили спрятаться от меня? — Сынмин взглянул на обоих, оценивая взглядом. — Как мило. Но пришёл твой конец, брат. — Ты чересчур самонадеянный, — Хёнджин поднялся на ноги, повторяя за Кимом и также направляя дуло в его сторону, пока Феликс держался за его спиной. Братья смотрели друг другу в глаза. Каждый мог выстрелить, и тогда погибли бы оба. Но, несмотря на это, вид у них был суровый и решительный. Хван стиснул зубы, а Ли сзади дрожащими руками сжимал его рубашку. Правда в один момент пришло нежданное спасение. Минхо, подоспевший из-за угла, одним рывком ноги выбил у Сынмина пистолет и схватил за плечи. Ударил коленом по солнечному сплетению, отчего альфа упал на пол с несдержанным стоном. От кого Джин не ожидал помощи, так от Хо точно. Но, скорее, он делал всё ради Ёнбока. — Хо-я? — выглянул из-за плеча Хёнджина Феликс. Младший обернулся на него и широко раскрыл глаза. Хотел подойти, но даже ничего не успел ответить, как его схватили за лодыжку и заставили упасть. Ким был неугомонен. Ничто его не останавливало, и Ёнбок начинал понимать, как сильно его это раздражало и злило. Сжав кулачки и вдохнув напоследок аромат вина, он вышел вперёд. — Минхо, отойди в сторону, — ласковым голосом пролепетал Ли, а младший послушался его и отполз в сторону, где Чан и Чонин помогли подняться на ноги. Феликс подошёл ближе к сидящему на полу и держащемуся за грудь Сынмину. Джин сзади и Хо сбоку напряглись и готовились к действию. Но Ёнбок только легко ударил ступнёй по больному месту Кима, после чего альфа начал откашливаться. — Вы же знаете о том, что Хванам не положено убивать Кимов? Как и наоборот, — омега повернул голову, наблюдая перед собой пять пар раскрытых глаз. — Так не значит ли это, что любому другому можно? Он подошёл обратно к Хёнджину, плавно взяв из его рук пистолет. Не отходя, прямо так развернулся и направил дуло в сторону Сынмина, держа указательный палец на курке. Альфа перед ним замер и на глазах у всех стал отползать назад. Всех его людей и сторонников уже перестрелял Хван, остался он один. — Ты не сможешь, — Ким отрицательно покачал головой, пока сам весь дрожал. Раздался звук выстрела. Присутствующие невольно закрыли глаза. Хёнджин первым заметил, как пуля впечаталась в стену прямо около виска Сынмина. Подумалось, что Феликс просто промазал, но, на удивление, он выглядел совсем естественно, словно так и должно было быть. Подошёл к Киму ещё ближе, наклонившись телом вперёд. — Ты прав, — Ли хитро улыбнулся, приподняв голову альфы за подбородок. — Но не потому что не могу или не хочу. Просто я и есть Хван. Ёнбок в ту же секунду достал из кармана обручальное колечко, лёгко надев его на безымянный пальчик. Сынмин только и мог, что ошарашенно за всем наблюдать. Тогда омега выпрямился и более равнодушным взглядом прошёлся по нему. Скрестил руки в замок на груди под стать манере Хёнджина. — Увезите Кима в другую страну на перевоспитание и лишите наследства. Мне плевать, как вы это сделаете, но чтобы завтра же я и тени его здесь не видел, — холодно отдал приказ Феликс, резко выдохнув фруктовые феромоны из лёгких. Чан мгновенно подозвал людей, которые утащили что-то голосящего вслед Сынмина, но никто уже его не слышал. Все под впечатлением смотрели на Ёнбока, стряхивающего с себя невидимые пылинки. Но тут на него с объятьями напали. Ян и Хан чуть на шее не повисли, пока сжимали омегу в руках. Как же Ли по этому скучал. Да и не только. Сразу после, как его отпустили, он подбежал к брату. Не видеть близкого человека больше двух месяцев оказалось не так уж просто. Так много о чём хотелось рассказать и так много о чём спрашивать. Минхо так же крепко обнял Феликса, чуть приподнимая над полом. Старший ещё какое-то время не мог отойти от него, пока остальные деликатно разошлись в стороны. Нужно было ещё разобраться с трупами — Ты так... изменился, — младший быстро глянул на округлый животик брата, тут же переводя взгляд обратно. — Хо-я, мне нужно тебе кое о чём рассказать, — Ёнбок неловко поджал нижнюю губу. — Я слушаю тебя, Ликс-и, — тот сделал внимательное и серьёзное лицо. — У нас с Хёнджином скоро родится малыш, — начал Феликс, хотя Минхо это и так понял. — И он позвал меня замуж. Младший посмотрел в сторону Джина, о чём-то разговаривающего с Чаном. Внутри что-то сжалось, но Хо не подавал виду, а только повернул голову обратно к старшему, не выпуская из рук. — Ты его любишь? — наконец задал вопрос альфа. — Люблю, — омега тут же покраснел, отведя глаза в сторону. — Правда люблю. Минхо всё внимательно разглядывал то брата, то Джина. Молчал какое-то время, стараясь усвоить информацию. И всё-таки издал вздох и мысленно стукнул себя по лбу за такое огромное терпение. — Мне будет нелегко это принять, — честно ответил младший. — Но я постараюсь. Только ради тебя. Старший вдруг ожил. Широко улыбнулся и чуть не запищал от восторга. Куда крепче стал обнимать брата и благодарить его. Хо только гладил его по спине и уже настраивал себя на новую страницу жизни. Ещё немного, и он в который раз испытает счастье быть дядей для очередного малыша. И именно его он будет обхаживать больше всех. Дарить подарки, играть и приглашать к себе на ночёвку. Пока, конечно, старшие и сами его не женят. — Что же ты скажешь родителям? — вдруг поинтересовался альфа, как только хватка крошечных рук ослабла. — Я тоже об этом думаю, — омега прищурил глаза, о чём-то рассуждая. — Но точно придётся рассказать всю правду. — Возьми с собой Хвана, — Минхо кивнул в его сторону, — а я, если что, встану на вашу сторону. — Я говорил тебе, насколько ты лучший братик? — Поверь, много раз, — младший закатил глаза в улыбке, когда его вновь обняли. Сразу после того, как они отстранились друг от друга и пошли к остальным, в их сторону оглянулся незнакомый Феликсу альфа. Расплылся в улыбке и подошёл ближе. — Я Бан Чан, приятель и верный соратник вашего мужа. Как мне обращаться к вам, господин? — первым отозвался мужчина, взяв ладошку омеги и легко поцеловав её. Минхо вдруг напрягся. — Просто Феликс, — Ли мило улыбнулся, завидя нового для себя человека. Приятный. — Приятно познакомиться, Феликс, — альфа всё не отпускал его руку, пока её не отобрал пришедший Хёнджин. — Крис, не приставай к нему, — Хван нахмурился, прижав к себе Ёнбока. — Поехали обратно. Он поглядел на Ли, который только кивнул ему. Тогда Джин подхватил беременного на руки и понёс к выходу. Остальные за ним, а Феликс в смущении уткнулся своему альфе в шею, млея от такого любимого и единственного успокаивающего аромата вина. Хёнджин так и не отпустил его. Сел в машину рядом с водительским сиденьем, а Ёнбока усадил на колени, повернув в сторону окна, чтобы лишний раз не заставлять краснеть. Ли прижался к нему и, уложив голову на широкое плечо, гладил ладошкой раненое. По возвращении надо показать Хвана врачу и поговорить о семье. Теперь уж Хёнджин не сможет отказаться. Пусть попробует, и Феликс перестанет с ним разговаривать. Изведёт себя, но добьётся своего. Но вдруг ухо зацепилось за разговоры на задних сиденьях. Омега прислушался. — У меня чуть сердце не провалилось, когда последовал выстрел, — начинал Ян, как сплетню рассказывал. — Феликс так крут, правда, Лино? — продолжал Хан, пытаясь ввести в разговор и молчаливого Ли рядом. — Лино? — Ёнбок оглянулся на них через плечо. — Это долгая история, — только вздохнул Минхо. — Могу рассказать, — оживился Джисон, и Чонин с Феликсом его поддержали. — Я придумывал ему кодовое имя, и...