Вернутся к фанфику

Сон

25 мая 2025, 11:47
      Но сразу спросить Вэя, что не так, не удалось, а потом Чжао Юньлань настолько завертелся в круговороте повседневных дел, что просто забыл о намерении поговорить с приятелем. Да и, честно сказать, эта проблема ушла на второй план. Надо было срочно закрывать дело Е Цзуня, но тот не спешил сдавать дядюшку даже после встречи с ним. Хотя они поговорили на повышенных тонах.       Юньлань прослушал весь разговор и остался доволен. Ему показалось, что отношения дядюшки с племянником далеки от идилии. Тот признался: все эти годы он знал, что Е Цзунь - приемный ребёнок, но молчал, поскольку поклялся сестре никому не выдавать этой тайны. А ещё он заявил, что все претензии Е Цзуня на наследство необоснованы и он, как прямой наследник, в случае необходимости, оспорит их в суде. Правда, из наследства осталось не так много: два дома - родителей и бабушки, но и на эти жалкие крохи претендовал дядя Бохай. - Ты абсолютно никчёмный! - кипятился мужчина. - Единственное, о чем я тебя просил - вытащить меня отсюда, и то не сумел. Через год я выйду, а ты не смей даже на пороге появляться! - Не переживай, дядя. Мне ничего от тебя не надо. Я недавно встретился со своей биологической матерью, а ещё у меня есть брат. Близнец, между прочим. - И что? Ты был не нужен им тогда, неужели ты думаешь, что нужен будешь сейчас? - Тогда меня просто украли у моих родителей. - Чего ты гонишь?! Ты - отказник! Тебя отдали на усыновление. Твой приёмный папаша, между прочим, двести тысяч юаней за тебя отвалил. Это он мне как-то по-пьяни рассказал.       Наверное, дядюшка Бохай думал этим откровением смутить племянника, но ни тут-то было. У Е Цзуня ни один мускул не дрогнул на лице. - А кто спорит? Вот только заплатил он не моей семье, а врачу, который торговал детьми. Моим же родителям сказали, что я умер. - Откуда ты знаешь? - Я видел документы.       Какие именно документы он видел и где, мужчина уточнять не стал, но дядюшка после его слов как-то сразу сник и больше ни о чем не спрашивал племянника.       Поначалу Юньланю показалось, что после первой встречи с семьёй господин Е не захочет больше с ними видеться, но нет! Он ошибся. Мужчина охотно ходил на свидания с матерью и братом, общался с ними, брал передачи. Он даже покруглел за эту неделю. Так, по крайней мере, казалось со стороны. Но дело вперёд не продвинулось ни на шаг. Наконец, Чжао Юньлань не выдержал и, когда довольный Е Цзунь вернулся в камеру с очередной передачей от матушки, сказал: - Всё. Лафа закончилась. У вас было достаточно времени подумать, а нам надо закрывать дело. Формально всё просто: вы совершили преступление и должны понести наказание. А вот какое - это зависит от вас.       Е Цзунь положил пакет с передачей на маленький столик, привинченный к стене, опустился на стул. Сел вальяжно, нога на ногу. - И что вы можете мне предложить? - Я?! - картинно выразил своё удивление сыщик. - Лично я - ничего. Завтра я передаю дело в прокуратуру, и все предложения вы получите от них. Боюсь только, что выбор будет невелик: лет пять или шесть. - Чего так много-то? - насупился Е Цзунь. - Поверьте мне, это немного. Хотя, даже месяц в тюрьме для вас может стать адом. - Это почему? Что со мной не так? - С вами-то, как раз всё замечательно. Вы - такой красавчик, а в местах заключения... как бы это вам объяснить? Ну, там, где нет женщин, мужская красота особенно ценится... Е Цзунь дёрнулся. - О чëм это вы? - Я думаю, что вы и сами понимаете о чём.       Е Цзунь опустил голову. Долго молчал. Юньлань его не торопил. Наконец, тот заговорил: - Я не хочу в тюрьму. Не то, чтобы я очень боялся, но всё же. Вам нужен этот старый мошенник - дядя Бохай? Забирайте. Я отдам вам его. - А вот это уже деловой разговор! Вот вам бумага и ручка. Я уйду, а вы пишите. Чем подробнее вы изложите всю историю на бумаге, тем для вас лучше.       Юньлань поднялся и, не оглядываясь, вышел из камеры. И только, закрыв за собой железную дверь, выдохнул: "Ëу! Мы сделали это!"       Чжао был уверен, что старик Чу обрадуется, но тот только снисходительно похлопал его по плечу - неплохая работа и убежал к начальству.       В кабинет неслышно просочился Дацин. Скинув кроссовки, уселся с ногами на широкий, нагретый солнцем подоконник. Блаженно зажмурился. Ну, истинный кот. – Чего такой довольный? - не выдержал Юньлань. Он давно смирился со странными привычками своего напарника и теперь даже не ворчал на него. Дацин помолчал, улыбаясь своим мыслям, а потом ответил: - Сегодня мы с Ваншу вечером идём в кино. - Да? А ты - шустрый парень, хвостатый. Как тебе удалось так быстро завоевать сердце этой девчонки? Счастливо улыбаясь, Дацин пожал плечами. - Сам не знаю. Как-то так получилось. Она такая классная и, кстати, обожает кошек. - Ну-у, тут тебе конкретно подфартило. Звезды сошлись. Давай, дерзай. А я тоже сейчас встречаюсь с обалденной женщиной. Она такая-я! - Какая? Расскажи. - Мал ты ещё знать все подробности. Дацин сел, спустив с окна ноги в белых носочках, и опять Юньланю подумалось, что они очень похожи на кошачьи лапки. А парень усмехнулся. - Да ладно тебе! Тоже мне тайны развëл! Я вас с ней видел. Это - госпожа пркурорша. - Где?       Для Юньнань было несвойственно краснеть, но тут краска прилила к лицу, огнем вспыхнули уши. А мелкий, похоже был доволен, что ему удалось смутить своего старшего товарища. Он опять залез на подоконник с ногами и пояснил: - У твоего дома. Вчера. Вы вышли из подъезда, сели на байк и усвистали. Я даже сказать ничего не успел.       Юньлань крякнул от досады. Они с Чжу Хун не очень-то скрывались, но и афишировать свои отношения не спешили. - Видел и молчи, - проворчал сыщик. - Скажи, а какого хрена ты болтался в такой неурочный час под моими окнами? - Вообще-то я шёл к тебе по делу: хотел просить тебя одолжить мотоцикл. Тётя Сюин просила съездить в Ханьшу за внуком. - Тëтя Сюин, тётя Сюли, тётя Мэйли... Не затрахали там тебя твои бабки? - А что делать, - улыбнулся парень, - если на весь подъезд я - единственный мужчина. Дедушка Мо не в счёт. - А тот мужик, что живёт над вами? - Его бессмысленно о чем-либо просить: он всё время на работе. - А ты, выходит, у нас свободный? - Нет, но... А чего это ты съехал с темы? У вас с это прокуроршей всё серьёзно? Она - красотка. - Дацин! - Юньлань оглянулся на дверь. - Предупреждаю: если кто-то узнает о том, что мы встречаемся, ты - труп! - Да молчу я, молчу. Просто, я рад за тебя. Мне кажется, что тебе уже давно пора задуматься о семье. - Ой, вот только не начинай! Мне родительских нравоучений хватает.       Дверь приоткрылась и в кабинет заглянул Го Чанчэн. Кивнув Дацину, он отрапортовал: - Господин Чжао, охрана просила передать, что подследственный Е Цзунь всё написал и ждёт вас. - Хвала Богам! Юньлань быстро поднялся и бросив на ходу: "Кошак, займись делом", вышел из кабинета.       На город опускалась ночь. Тёплая, весенняя ночь. С россыпью звёзд на чёрном небе, с ароматом цветущих вишен и персиков. Шэнь Вэй неторопливо шагал по переулку, любуясь осыпающимися лепестками цветов, которые, кружась, словно крупные хлопья снега, падали ему под ноги. Сегодня пришлось задержаться на работе допоздна. Если честно, то в последнее время он подзапустил дела, потому что почти каждый день мотался с матушкой на свидания к Е Цзуню. Странно, но он уже не испытывал того щенячьего восторга, как в первые дни, когда узнал, что у него есть брат. Этот человек... Всё же он был для него чужим. Вэй успокаивал себя, что это временно, что, когда они станут общаться ближе, это чувство исчезнет, но шли дни, а ничего не менялось. Он почти физически ощущал, что между ними - стена. И это пугало. Шэнь Вэй пока не думал о будущем, но в настоящем ему было некомфортно рядом с братом. Тот тоже не делал шагов навстречу и, похоже ощущал нечто подобное. Он замечательно общался с матерью, а вот с Вэем за каждое свидание перебрасывался разве что парой фраз.       Сегодня на встречу с Е Цзунем матушка поехала одна. Вэй отговорился завалом на работе, что было недалеко от истины. И у него возникло странное ощущение облегчения, словно он избежал тяжёлой повинности. Может Юньлань был прав, когда предупреждал его о том, что не стоит сразу доверять этому человеку? Ведь что-то напрягало в нём Вэя. Случайные фразы, жесты, интонации... Этот взгляд исподлобья...       Мужчина остановился, провёл ладонь по лицу. А может, он просто устал и всё себе надумал?       Неожиданно, в десяти шагах, за трансформаторной будкой послышался мужской голос и женский смешок. Шэнь Вэй хотел ускорить шаг, чтобы не мешать влюблённой парочке, но в последний момент что-то заставило его замереть на месте. Он не видел парня с девушкой, но прекрасно слышал... - Давай завтра махнем на озеро. Там сейчас такая красота! Я возьму у приятеля мотоцикл. - Я не могу каждый день исчезать из дома. Бабушка и так допытывается, почему я постоянно прихожу поздно. - Тогда давай скажем бабушке, что мы встречаемся. - С ума сошёл? Она убьёт меня! - Почему? Девушка помолчала. - Как тебе объяснить? Помнишь того мужчину, с которым мы были тогда в парке? - Твоего соседа? Ну да. Юньлань сказал, что он тебе, как старший брат. - Именно. Брат. А бабушка с его матерью хотят нас поженить. - Да? А ты? Ты... хочешь за него замуж? Вэй услышал, как разом изменился голос парня. - О чем ты? Конечно, нет! Он для меня... старый. Нет. Он хороший. Заботливый, милый, но мне с ним скучно. У нас в начальной школе был учитель. Так вот Вэй-гэ очень похож на него: такой же педант и зануда. Знаешь, когда он подрезает цветы в магазине, он это делает по линейке. Они стоят у него, как солдаты на параде - один к одному.       Молодые люди засмеялись. Кровь прилила к лицу, замершего в тени старой сливы, мужчины. Так это Ваншу?! А парень? Напарник Юньланя?! Тот самый, который тогда хромал в парке? Как такое возможно? Они встречаются? А Ваншу называет его, Вэя, старым занудой? Охренеть!       Первым желанием было - развернуться и уйти, но какая-то неведомая сила, буквально, пригвоздила его к этому месту, лишив возможности двигаться. А молодые люди, не видя его, продолжали болтать... - А я не зануда? - Ты - нет. С тобой легко и весело.       Возникла пауза, и Вэй так ярко представил, как они там, за будкой, целуются, что даже головой мотнул. Он ревновал? Нет. Это было другое. Скорее, обида от обмана. Ну, сказала бы Ваншу, что ей с ним скучно, и он не стал бы навязываться. - Мне пора, - вздохнула девушка, и опять возникла пауза. Шэнь Вэй отступил назад, за сливу, прижался спиной к забору. Парочка вышла из своего укрытия. - Пока. - Пока. Можно, я тебе позвоню? Вэй видел, как Ваншу взяла парня за руку. - Только давай часов в двенадцать, когда бабуля уснёт. - Договорились.       Парень потянулся было к Ваншу, но поцеловать её посередине дороги не решился, а, развернувшись с коротким вздохом, зашагал прочь. Девушка направилась к калитке, и только Вэй, не дыша, стоял в своём укрытии, прижавшись к забору. Ржавый металлический болт упёрся в спину, но он даже не шелохнулся. Было бы стыдно, если бы его сейчас увидели эти двое. Но они ушли, и Вэй зашагал к дому. Нельзя сказать, что он был расстроен. Была обида, а ещё, как это ни странно, облегчение. Да. Именно так. Перспектива стать мужем Ваншу его изначально не вдохновляла. Он мог её представить на кухне, в саду, в магазине, но никак не в постели. При всех её девичьих прелестях она его не возбуждала. "Ну и пусть, - окончательно успокаиваясь, подумал Шэнь Вэй, - значит так распорядилась Судьба, и Ваншу просто-напросто не мой человек."       Он решил пока ничего не говорить матери. У неё сейчас и без того хватает переживаний.       А ночью ему приснился сон. До дрожи сладкий сон. Такие сны снились ему только тогда, когда Вэй был нескладным прыщавым подростком.       ... Он, абсолютно голый, сидит на стуле. Руки связаны за спиной, ноги примотаны к ножкам стула. Чем? Похоже на скочт. Прочно, надёжно, не разорвать. На глазах - повязка. Она-то как раз прилегает неплотно и, скосив глаза вниз он может видеть свой голый живот и член. Он чувствует, как подходит человек. Стоит рядом. Вэй не видит его, но слышит прерывистое возбуждённое дыхание. Становится страшно. Что ему нужно? Вэй замирает, вжимаясь в спинку стула. Чужая рука касается его груди, скользит вниз, опускается на член... Вэй дёргается, мычит, но понимает, что это бесполезно - ему не вырваться. А рука умело ласкает его бёдра, член, щекочет мошонку... Это возбуждает. Страх уходит, и в глубине живота рождается желание, заставляя член стремительно наливается кровью. Теперь Вэй ждёт каждого прикосновения, а рука, как назло, ласкает его бедра, колени. Ну же! Он нетерпеливо скашивает глаза вниз и вдруг понимает, что рука мужская! Его ласкает мужик? Новая волна возбуждения сотрясает тело. Теперь его член полностью в чужой ладони, которая ритмично скользит вверх-вниз, размазвая обильно выделившуюся смазку. Вэй стонет от скрутившегося в тугой узел желания. Ему кажется, что если он сейчас не кончит, его просто разорвёт на части. Пальцы мужчины осторожно касаются головки, а в следующий момент уже опять пробегают по коже живота. Он словно играет с Вэем, держа его на грани и не давая кончить. - П-пожалуйста... - выдыхает измученный Вэй. Рука замирает на секунду, словно, его мучитель размышляет, выполнить ли просьбу или поиграть ещё, а потом решительно забирает член в ладонь и уже не выпускает до самого последнего момента, когда тело Вэя сотрясает мощный оргазм. Он выгибается, мычит, закусив губу. Горячая сперма пачкает грудь и живот. Сломанной куклой Вэй повисает на стуле, дыша тяжело, со всхлипами. Неожиданно с глаз сползает повязка и он, словно в тумане, видит... спину мужчины, который, не оглядываясь уходит от него. Только сейчас Вэй ощущает, что его руки и ноги свободны, но пошевелить ими он не может. Нет сил. Он падает со стула и... просыпается.       Долго лежит на спине, тупо глядя в потолок и медленно возвращаясь в реальность. Его трахнул мужик. А ему было приятно. Он испытал оргазм и не прочь был бы повторить ещё раз. Так... Ничего не упустил? Ничего. "Поздравляю, Шэнь Вэй! Отсутствие секса довело тебя до точки. Ты стал геем!" Бред. Это сон. Просто сон помноженный на физиологию организма.       Вэй осторожно встал. А оргазм-то был настоящим (руки и ноги до сих пор дрожали), стащил мокрую от пота и спермы пижаму, сунул под кровать. Переоделся. Осторожно открыл окно. Свежий ночной воздух приятно холодил разноряченное тело. "Почему мужчина, и кто он?" - в сотый раз спрашивал себя Шэнь Вэй. Раньше в его эротических снах присутствовали только женщины. Мужчина появился впервые. Может и правда, пора жениться, чтобы подобная чушь не лезла в голову? Мама предлагала свидание вслепую и даже оставила ему газету с номером агентства. Послезавтра - выходной. Надо позвонить и сходить. Чем чëрт не шутит, а вдруг именно там он встретит свою Судьбу?

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!