Вернутся к фанфику

Неожиданное признание

30 мая 2025, 09:27
      - Господин судья, ко всему сказанному позвольте добавить, что подсудимый Е Цзунь активно сотрудничал со следствием, сполна возместил ущерб, нанесённый банкам и глубоко раскаивается в содеянном.       Новый адвокат Е Цзуня Ван Ю Хань бросил быстрый взгляд на Чжу Хун, сидящую в первом ряду зала судебных заседаний Лунчэна, и нервно поправил узел галстука. Лицо женщины оставалось таким же надменно-холодным, и Ван Ю Хань поежился. Черт знает эту бабу! Вроде он сделал всё, как надо, так хотя бы посмотрела по-другому. Среди адвокатской братии Ван Ю Хань славился своим красноречием и умением быстро, чётко, а главное, логично, отвечать на вопросы обвинения. Казалось, его ничего не может смутить. Вот и сегодня он, словно искусный фехтовальщик, отбил все выпады со стороны государственного обвинителя Ли Цзяо, но почему-то нервничал.       Наконец, судья, господин Гао Чун, тяжело поднялся со своего места для вынесения приговора. Посмотрел на людей, собравшихся в зале. Их было немного: вот заплаканная мать подсудимого, бледный, как сама смерть, брат. Через пару кресел от них, в гордом одиночестве, сидит красотка Чжу Хун. Женщина улыбнулась ему, и сердце господина Гао пропустило удар. Черт! Как же она ему нравится! Но... он женат. Да и разница в возрасте не даёт ему никакого шанса. Его внучка лет на пять младше этой Чжу Хун. Ну и пусть. Он будет любоваться ею, как произведением искусства и сделает всё, что она попросит. Сегодня она попросила его вынести этому парню приговор помягче и обещала поужинать с ним. Да не вопрос, как говорит молодёжь! Этот Е Цзунь не убийца и не насильник. Можно и помягче... Для неё Гао Чун способен на всё: он может дать этому мужчине пожизненное, а может освободить здесь же, в зале суда. Старик незаметно вздохнул. - Суд выслушал обе стороны: сторону защиты и обвинения и на основании всего изложенного постановил...       Гао Чун сделал паузу. За свои тридцать с лишним лет службы в качестве судьи он тысячи раз оглашал приговоры и всегда делал эту паузу, словно перед прыжком в воду. ... - признать подсудимого Е Цзуня виновным по статье 266 Уголовного кодекса Китайской Народной Республики - мошенничество и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года...       Гао Чун видел, как дёрнулся и побледнел подсудимый, как охнула, закрыв лицо руками его мать. Сделав секундную паузу, он продолжил: ... - но, учитывая, что подсудимый действовал по принуждению и стал жертвой шантажа со стороны осуждённого ранее по аналогичной статье Мо Бохая, суд постановил: заменить арест надзором. Кроме того, подсудимый, находясь под надзором, будет обязан отработать пятьсот часов на общественных работах. В случае совершения в течение указанного срока любых противоправных действий, господин Е будет немедленно заключён под стражу и отправлен в тюрьму для дальнейшего отбывания наказания.       Судья обвёл взглядом зал. Мать этого балбеса рыдала, обнимая второго сына. Теперь уже от счастья. Сам Е Цзунь с глупой улыбкой оглядывался по сторонам, словно, не верил своему счастью. И только красавица Чжу Хун оставалась всё такой же бесстрастно-спокойной. Она подарила Гао Чун лёгкую улыбку и вышла из зала, едва он направился к двери.       У выхода из зала суда её перехватил Чжао Юньлань. - Хун-Хун, ты - волшебница! Я - твой должник! Поужинаем сегодня вместе. Э-э-э... с продолжением. - Уже, - вздохнула женщина. - Плата за помощь твоему риелтору - ужин со стариком Гао. Вот только без продолжения. Так что сегодня мы не встретимся. - Чëрт! Мне уже начинать ревновать? - Расслабься. Он не в моём вкусе, - усмехнулась Чжу Хун. - Так. Вот сейчас не понял, - остановился Юньлань. - То есть возраст здесь не при чем, и дело только в том, что он не в твоём вкусе? А, если бы он тебе понравился... - А что, собственно, тебя удивляет? Это женщина с возрастом дурнеет. Мужчина же, как хорошее вино, с годами становится только интереснее.       Юньлань хотел было что-то сказать, но не успел, к ним подбежал Шэнь Вэй. Поклонился. - Госпожа Чжу, госпожа Чжу! Я... мы так вам благодарны! Спасибо вам за брата. Что мы можем для вас сделать? - Ничего. Вы помогли мне, а я - вам. Только и всего. Забирайте своё сокровище и смотрите, чтобы оно ни во что больше не вляпалось. - Да. Конечно. Спасибо! Вэй ещё раз поклонился женщине и исчез. - И мне пора, - Чжу Хун улыбнулась Юньланю. - Сегодня ночью не приедешь? - Нет. Думаю, что после пьянки со стариком Гао я буду неспособна на подвиги. Я так устала. Хочу напиться и отоспаться. - Может тебя забрать после ужина? - На байке? Сдурел? Я свалюсь с него на первом же повороте. Не переживай, - добавила она, видя, что Юньлань расстроился. - Вызову такси и доберусь до дома без потерь. Пока.       И, развернувшись, женщина направилась в холл. Юньлань посмотрел ей вслед. Эта её независимость... раздражала. "Ты же девочка! Почему не можешь сделать хотя бы вид, что нуждаешься в мой помощи и заботе?"       В этот момент из зала вышел Шэнь Вэй, поддерживая мать под руку. Женщина увидела Юньланя, всплеснула руками и заплакала. - Лань-Лань, мальчик мой! Спасибо тебе. Я в неоплатном долгу перед тобой. Ты для меня теперь тоже, как сын! - Тётушка, я готов быть вашим третьим сыном, только не плачьте. - Не буду. Обещаю. Теперь не буду. А-Лань, приходи к нам сегодня на ужин. У нас будет маленький семейный праздник. Позовём Ваншу с бабушкой. Ты не занят? Придёшь?       Юньлань хотел было отказаться, но вспомнил, что Чжу Хун сегодня вечером ужинает с судьёй Гао, и согласно кивнул. - Вот и славно! Будем тебя ждать.       Сидеть за одним столом с Е Цзунем, который, кстати сказать, в лёгких светлых брюках и зелёной футболке выглядел совсем по-домашнему, было непривычно. "Просто поем и свалю. Дома, всё равно, жрать нечего," - подумал Юньлань, садясь рядом с Вэем. - Вот, мальчики, открывайте вино. И я с вами сегодня выпью. Госпожа Шэнь принесла две бутылки желтого вина. - Мам, мне пить нельзя, - напомнил Шэнь Вэй, принимая из рук женщины бутылки. - Глупости! Это - женское вино! В нём так мало алкоголя, что даже старикам его советуют пить для здоровья. И потом, ты - дома! Что может случиться, когда все мы рядом? Шэнь Вэй вздохнул, но спорить с матерью не стал.       Сегодня стол ломился от разных блюд. Здесь был и курица Кунг Пао, и свинина в кисло-сладком соусе с тофу и молодыми побегами бамбука, и жареная лапша с какими-то остро пахнущими приправами, и закуска из битых огурцов, тушёные корни лотоса в креветрчном соусе... - Тётушка, неужели вы сами приготовили всё это великолепие? - Почти. Только вот за курицей пришлось отправить Вэя в закусочную, что на углу рынка. Там её вкусно готовят. Мальчики, давайте выпьем за то, что всё хорошо закончилось. Наш Цзунь-Цзунь теперь с нами. О чем мне ещё мечтать на старости лет? - Ну, теперь, наверное, о внуках? - улыбнулся Юньлань. Женщина только вздохнула: - Когда ещё это будет? Она бросила укоризненный взгляд на Вэя, а тот сделал вид, что не заметил.       Они пили, ели, болтали о пустяках. Е Цзунь в общем разговоре почти не участвовал, а где-то через час отставил в сторону свою тарелку. - Спасибо. Всё было вкусно. А теперь можно мне пойти отдохнуть? Я сегодня очень устал. - Да, конечно, сынок! Я постелила тебе в комнате Вэя. Пойдём, я тебе всё покажу. Следом поднялся и Юньлань: - Я тоже, пожалуй, пойду, тётушка. Спасибо вам за угощение. - Тебе-то куда торопиться? Посидел бы ещё. - Завтра на работу. И вам пора отдыхать. - Хорошо. Спасибо, что разделил с нами нашу радость. А-Вэй, проводи гостя. - Да, мама. Конечно.       Они вышли на улицу. Сегодня было свежо, и Юньлань поплотнее запахнул куртку. Ещё с утра небо хмурилось, а после обеда прошёл дождь и похолодало. Вечерний воздух был буквально пропитан сыростью. - Ты рад? - спросил Юньлань Вэя, когда они вышли на крыльцо. - Конечно. Зачем спрашиваешь? - Просто, по тебе этого не видно. Тётушка, вон, вся светится, а ты какой-то замороченный. Вэй улыбнулся и от его улыбки Юньланю, словно, теплее стало. - Всё хорошо. Я просто устал. - Кстати! А где твоя невеста? Тётушка говорила, что пригласит и её? - Невеста? А-а-а... Ты о Ваншу? Мы с ней... больше не встречаемся. - Вот как? Почему?       Юньлань прекрасно знал ПОЧЕМУ, но ему хотелось услышать это от Вэя. - Мы... Мы с ней разные люди. Ей скучно со мной, ну и... зачем тогда всё? А потом... у неё появился парень. А ты не знал? - Нет, - соврал Юньлань и покраснел. Хорошо, что в тусклом свете уличных фонарей это был незаметно. - Это твой напарник. - Дацин? - Наверное. Ты говорил, но я не помню, как его зовут. Тот, что хромал, тогда, в парке. Помолчали. - Переживаешь? - Нет. Сначала было обидно, а потом отпустило. Я больше недели не мог решиться сказать матери правду. Боялся, что она меня убьёт, но сегодня такой день... Так что я воспользовался ситуацией и признался ей во всём. - Очень ругалась? - Сегодня - нет, - опять улыбнулся Вэй, - но думаю, что всё ещё впереди. - Держись, дружище, - от души пожелал Юньлань. - Скажи, а я скучный? - спросил вдруг приятеля Шэнь Вэй. - С чего это? Ты - классный. Нет, правда! Если бы я был девушкой, ни за что бы не упустил такого мужчину. С тобой тепло.       Сказал и замер. Очень уж как-то откровенно получилось. А Вэй только смущённо вздохнул: - Ты необъективен. - Ещё как объективен.       Юньлань прислушался к себе и понял, что на этот раз он не солгал. Если бы он был женщиной, то хотел бы быть рядом с этим человеком.       Странно, но весь остаток вечера эта мысль не давала ему покоя. Юньлань слонялся по квартире и давил в себе желание позвонить Вэю. Зачем? Да просто так. Чтобы услышать его голос. Мягкий, с бархатистыми нотками.       Чтобы не делать глупостей, он решил отвлечься и посмотреть какой-нибудь детектив, но, попавшийся случайно фильм не отвлёк его. Наоборот. Это была драматическая история об усыновленном мальчике, который вырос и убил свою приёмную семью. Вот же гадство! Он смотрел на главного героя и почему-то видел перед собой Е Цзуня. Да нет же! Он, конечно, мошенник, но не убийца. Почему в голову лезут эти дурацкие мысли?! А Шэнь Вэй... Он такой доверчивый! Промаявшись так около часа, в конце концов Юньлань набрал Вэя. Когда пошли гудки, он случайно глянул на часы. Твою ж мать, первый час ночи! Он дёрнулся, чтобы нажать отбой, но Вэй уже ответил. - Да? Ещё не спишь? У тебя всё в порядке?       Голос тревожный и совсем не сонный. - Слушай, прости! Мне так неловко... Я не посмотрел на часы. Ты уже, наверное, спал? Черт! Я своим звонком весь дом разбудил? Так? - Нет, не так, - с лёгким смешком ответил Вэй. - Весь дом спит сладким сном, а я вышел во двор, подышать свежим воздухом. - Да уж! Не представляю, как вы с ним вдвоём помещаетесь в твоей комнатушке. - О! Не волнуйся. Он там один. Я буду спать пока в гостиной. - Пока? Это сколько? Три года? - Ну-у, не знаю. Мы ещё не решили эту проблему. Я уже думал: жить в одной комнате двум взрослым мужикам - плохая идея. У нас есть кладовка на первом этаже, рядом с магазином. Её вполне можно переделать под комнату. - Смеешься? Это та кладовка, где тётушка хранит всякие цветочные прибамбасы? Там же холодно, как в морге. Вэй фыркнул: - Зато не испорчусь. Но получилось как-то грустно. Помолчали. Потом Вэй произнёс негромко: - Знаешь, мне страшно... Юньлань напрягся. Спросил быстро, не дав договорить: - Что тебя в нём пугает? Вэй вздохнул. - Не волнуйся, ничего такого. И вообще, дело не в нём, а во мне... Я боюсь, что не смогу его полюбить, принять... как брата. Между нами, словно, стена.       Юньлань выдохнул. - Ну, это-то как раз понятно. Вам надо привыкнуть друг к другу, а тут нужно время. - Ты думаешь, мы сможем сблизиться? - Уверен. Наберись терпения. На это может уйти несколько недель, а может, несколько лет, но в конце-концов, всё будет хорошо. Вы же братья. Девяносто девять процентов - это вам не шутка.       Юньлань представил Вэя, сидящего на крыльце, представил, как тот, сняв очки щурится на свет фонарей, смешно морщит нос, и его затопила волна нежности. Захотелось прижать это чудо к себе, вдохнуть запах его волос...       Это было так неожиданно, что он испугался вдруг возникшего чувства. - Ладно. Давай, дуй спать, а то завтра опоздаешь на работу, - сказал грубовато, сворачивая разговор. - Слушаюсь, господин следователь. Ещё какие-то указания будут? - А как же! Лечь на правый бок и увидеть хороший сон. Приказ ясен? Выполняйте, господин Шэнь.       Когда Вэй отключился, Юньлань рухнул в постель, словно разом лишился сил. Что это? Что за херня с ним происходит? Почему рядом с этим человеком он плавится, как воск на солнце?       Лет в пятнадцать, когда его голова была забита всякой романтической чепухой, он услышал легенду о родственных душах, которая почему-то осталась в памяти. Вот стихи Ли Бая, классика китайской поэзии времён династии Тан, которые он зубрил в школе, Юньлань забыл напрочь, а эту сопливую легенду - нет. Там говорилось о том, что когда-то давно Боги разделили души людей пополам. И у каждого в этом мире есть своя половинка. Вот только найти её непросто. Если тебе повезёт, встретить свою родственную душу, ты будешь счастлив до конца дней, а если нет, то так и проживёшь свой век с половинчатой душой. И вот Юньлань, который не верил ни в Богов, ни в Демонов, искал свою половинку, в полной уверенности, что это - женщина. А вдруг, мужчина? Например, Шэнь Вэй? Да, нет же! Бред. Конечно, бред. Ему просто надо отдохнуть и переключиться. Например, съездить с Чжу Хун на природу или выбраться с Дацином на баскетбол. Давненько он не смотрел хорошую игру. Решено. Он так и сделает.             Ага. Так вот всё сразу и сделал! Прошло две недели, но максимум, куда он выбрался с Дацином, это на место очередного преступления, и всё, куда сходил с Чжу Хун, это в ближайшую лапшичную. И то, только потому, что есть хотели оба, а готовить не хотелось никому. А в понедельник вечером, когда он мчался домой, чтобы до прихода Чжу Хун успеть собрать разбросанные по квартире грязные носки и футболки, неожиданно позвонила мать. Ну, как неожиданно? Если он уже вторую неделю никак не связывался с родителями, можно было предвидеть, что матушка позвонит? Можно! - А-Лань, сынок, куда ты пропал! Мы с отцом каждый день тебя ждем.. - Прости, мам. Дел столько, что дышать не успеваю, - и, понимая, что эта причина для матери не оправдание, добавил. - Я тут с девушкой познакомился, мы встречаемся...       Вот не зря у них в колледже криминальной полиции преподавали психологию! Юньлань прекрасно знал, что, услышав такую новость, мать простит ему что угодно. - О-о-о, сынок! Это же замечательно! А кто она? - Мы работаем вместе. Мам, я обязательно вас познакомлю. В ближайшее время. Может даже мы придём к вам вместе на обед. - Это здорово! Только, А-Лань, предупреди меня заранее: я приберусь и приготовлю что-нибудь вкусненькое. - Договорились.       Идея познакомить родителей с Чжу Хун возникла вот прямо сейчас, но она Юньланю понравилась. А что? У него серьёзные намерения. В конце концов, ему пора когда-то остепениться и создать семью. Почему бы и не с Чжу Хун? Она красивая, умная, весёлая. Плюс ко всему - они служат в одной системе, а это важно! Ведь специфику работы полицейского может понять и принять только тот, кто и сам варится в этой каше. Итак, решено: в воскресенье он пригласит свою прокуроршу на обед и познакомит её с родителями.       Но знакомство состоялось раньше и совсем не так как представлял себе Юньлань...       В среду вечером, после работы, они с Чжу Хун заехали в супермаркет, тот, что рядом с площадью Согласия, чтобы купить чего-нибудь на ужин. И неожиданно в винном отделе столкнулись Чжао Синцы и его супругой, которые тоже выбирали вино. Юньлань смутился только на секунду. - О! Родители! Вот так встреча! Папа, мама, позвольте мне вам представить мою девушку - Чжу Хун. Она служит прокурором в окружной прокуратуре.       Мужчина увидел, как расцвела мама и побледнел отец. А Чжу Хун? Она пару секунд смотрела на родителей, словно, о чём-то размышляя, а потом подала руку сначала матери, а потом - отцу. И, если мамины рукопожатия были искренними, а лицо сияло улыбкой, то отец явно нехотя подал руку избраннице сына, а на его лице появилась гримаса, напоминающая улыбку весьма отдалённо. - Очень приятно, - поклонилась родителям женщина. - Я давно мечтала с вами познакомиться.       Мечтала? Юньлань бросил быстрый взгляд на Чжу Хун. Что-то он не помнил, чтобы она изъявляла желание встретиться с его семьёй. Ну, да ладно. Хорошо, что это уже случилось. Дальше будет легче.       А на следующий день утром позвонил отец. - Ты один? - сказал он вместо приветствия. - И тебе, доброго утра, папа. Да, я один. Чжу Хун ушла рано. Ей сегодня ехать в Саньян. А что? - Хотел поговорить без посторонних. - Пап, - осторожно произнёс Чжао (очень уж не хотелось скандалом с отцом испортить себе настроение на весь день), - Чжу Хун для меня - не посторонний человек. Отец помолчал, а потом произнёс с горечью: - И почему ты всё время во что-то вляпываешься? То проститутуки, то эта... госпожа прокурорша. Юньлань напрягся. Что он имеет ввиду? Ответил жёстко: - Отец, это сравнение неуместно. Выражайся яснее. Что не так с Чжу Хун? - А ты правда ничего не знаешь или просто прикидываешься? - Что я должен знать?       Спросил, и сердце проколола ледяная игла. Конечно, он слышал, о чем шептались у него за спиной. Говорили, что чтобы занять свой пост эта, никому неизвестная девчонка из провинции, побывала не в одной постели. Юньлань всем этим сплетням не верил. Чжу Хун умна и красива, а про таких как она, завистники всегда распускают слухи. Хотя... Может с кем-то у неё и был роман? Почему нет? Ведь не жила же она монашкой в ожидании Юньланя. В конце-концов, он тоже не ангел. - Отец, мне без разницы, что и с кем у неё было до меня. Сейчас мы вместе, и это - главное. Чжао Синцы помолчал, а потом, словно нехотя, произнёс: - Без разницы? Даже то, что она спала... со мной?       Юньлань застыл на месте, словно заледенел, а Чжао-старший продолжил медленно, с трудом подбирая слова: - Помнишь, четыре года назад мы с твоей матерью так крупно поссорились, что собирались развестись, и на два месяца я ушел из дома? Тогда эта девчонка только начинала работать в нашей прокуратуре. Ну и... Мы с ней прожили месяц. А потом она ушла к Тан Линь Луню. - Ну и что? Разлюбила и ушла. Обычное дело.       Юньлань старался говорить равнодушно, не выдавая того смятения, что царило в его душе. - Отец, мы обнулили всё, что было до нашей встречи и решили начать с чистого листа, так что... - Я понял, - ответил Чжао Синцы. - Просто подумал, что ты имеешь право знать...       Отец отключился, а Юньлань в изнеможении опустился на стул. Отставил недопитую чашку кофе. Вот же блядство! Да что же это такое? Почему в его жизни всё идёт через задницу? Даже если бы она переспала с этим стариком Гао Чуном, было бы не так обидно, но с отцом... Как теперь не думать об этом?!       Два дня, пока Чжу Хун работала в Саньяне, он сходил с ума от ревности и обиды. Не мог сосредоточиться на работе и всё время представлял Чжу Хун с отцом в постели. Но стоило в субботу вечером ей появиться на пороге его дома, свежей, улыбчивой и такой желанной, все обиды разом улетучились. - Хун-Хун, я так соскучился!       Юньлань у порога заключил женщину в свои объятия, скользнул ладонями под лёгкую блузку. Их губы встретились. Она обвила руками его шею, прижалась всем телом. Юньланя словно током шарахнуло от желания. Он стал, торопливо целуя Чжу Хун, стаскивать с неё блузку, бюстгалтер... И вот он уже с наслаждением целует её небольшую упругую грудь с затвердевшими сосками. Женщина вздрагивает, хватаясь за его плечи, шепчет не открывая глаз: - Хочу тебя... А Юньлань и сам сгорает от желания...       Он не помнил, как они оказались в постели. Простыни приятно холодили разгоряченные тела.Чжу Хун устроилась, как обычно, сверху. Она любила всё делать сама. Лаская его член, она заставляла Юньланя стонать и выгибаться от сладостного чувства. Наконец, когда его член вошёл в неё, женщина откинулась назад и, сдавив его бока бёдрами, ритмично задвигалась на нём. "Позиция номер семь - наездница, - вспомнил Юньлань информацию, которую вычитал где-то в интернете, - идеально подходит, если партнёр преклонного возраста". Он вдруг так чётко, со стороны, представил своего отца и сидящую на нём Чжу Хун, что замер. Широко открыв глаза, он смотрел на дергающиеся груди, прыгающий на нём Чжу Хун и с ужасом ощущал, как уходит эрекция. Наконец и женщина остановилась, почувствовав, как из неё выскользнул, ставший неожиданно мягким, член. Она замычала, упала рядом. - Ты всё? Кончил? Я не заметила. - Да, - смущённый Юньлань прижал её к себе, - сегодня как-то плохо получилось. Перегорел. - Может отдохнешь и попробуем повторить? Чжу Хун ласково провела пальчиками по коже живота, заставляя мышцы поджаться. - Не стоит рисковать. Давай лучше выспимся, как следует, - ответил он, осторожно перехватывая её руку.       Женщина коротко вздохнула, прижалась к нему голым телом и вскоре ровно задышала - уснула. А Юньлань лежал, смотрел в потолок, пытаясь понять, что произошло? Раньше таких осечек у него не было. Неужели это всё из-за отца? Ерунда. Он же сам сказал, что их прошлое не имеет отношения к их настоящему. Надо просто поменять позу. Именно! Почему она всегда сверху? В конце концов, он - мужчина! Мужчина... Юньлань закрыл глаза и почему-то вспомнил Шэнь Вэя. Представил, как тот улыбается, улыбнулся в ответ. И в этот момент пришла уверенность - у него всё будет хорошо.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!