Вернутся к фанфику

1. Серия 1. Церемония знакомства

26 февраля 2025, 11:23
Драко никогда не чувствовал себя настолько не в своей тарелке. Он стоял в центре роскошного холла, залитого мягким золотым светом, и безупречно держал осанку. Вокруг — сверкающие люстры, высокие колонны и расставленные магические камеры. На нём — идеально сидящий чёрный костюм, отполированные до блеска ботинки, привычно холодное выражение лица. Он знал, что камеры ловят каждый его жест, каждую эмоцию — вернее, их отсутствие. Здесь всё было выверено до мелочей. Все должно было быть идеально. Он должен был быть идеальным. Еще час назад — наследник богатого чистокровного рода, успешный бизнесмен, бывший Пожиратель смерти, который исправился, хозяин собственного магического бренда, а с этой минуты — главный приз дешёвого реалити-шоу. Что, чёрт возьми, пошло не так? Малфой даже не моргнул, когда раздался голос одного из его лучших друзей и, по-совместительству, ведущего этого тупого проекта — Блейза Забини. — Добро пожаловать на самый обсуждаемый магический проект года — «Холостяк»! Драко сдержал желание закатить глаза. — Десять недель. Десять прекрасных ведьм, — Блейз сделал небольшую театральную паузу, словно смакуя каждое слово. — И один мужчина, которому предстоит сделать выбор. Камеры-сферы летали вокруг него, ни на секунду не выпуская парня из фокуса своего внимания, а Драко всё ещё не двигался. — Любовь, страсть, преданность… или опасные интриги? — продолжал ведущий. — Сможет ли наш герой найти ту самую? Ох, если бы они знали. Малфой не стал скрывать лёгкой усмешки, едва тронувшей уголки губ. Он здесь не для любви, не для страсти и, уж точно, не для преданности. Но сейчас он должен был выглядеть так, будто всё это — именно то, чего он хочет. — Итак, встречайте, наша первая участница! Игра началась. Перед ним открылись двери, и первая девушка вошла в зал. Она двигалась с безупречной грацией: шёлковое платье обнимало её точёную фигуру, светло-русые волосы ниспадали гладкими волнами, а глаза, глубокие и внимательные, блестели таким же холодом, как и его собственные. Камилла была женщиной, которая точно знала, какое впечатление производит. Она остановилась перед ним и на секунду сделала лёгкую, почти театральную паузу, а затем изящно протянула руку и вложила в его ладонь маленький антикварный ключ. — Мое имя Камилла Бонне. Насколько я знаю, в этом шоу есть традиция, когда героиня преподносит подарок, который помогает холостяку лучше узнать ее за столь короткое время. Этот предмет хранит в себе историю, — произнесла она мягко, голосом, в котором скользил французский акцент. Драко опустил взгляд на крошечный предмет. Ключ был старым, потемневшим от времени, и его, наверняка, можно было бы найти в каком-нибудь антикварном магазине в Париже. Он не выглядел функциональным, но, впрочем, это было бы слишком просто. — Здравствуй, Камилла, — целомудренно поцеловал он ее протянутую руку. — Ты уверена, что он вообще что-то открывает? — скептически оглядел ключ Малфой. Камилла слегка склонила голову, её улыбка напоминала его собственную — едва заметная и обжигающе холодная. — Разве ты не знаешь, что ключи иногда важнее дверей? — Это так по-французски — сказать что-то, ничего не сказав, — тихо усмехнулся блондин, скользнув взглядом по её лицу. — C’est un art,— дрогнули ее губы в едва уловимой улыбке, а потом девушка так же грациозно отступила, уступая место следующей. «Драко Малфой в женском обличии»,— составил короткое резюме их знакомства в своей голове парень. Новая кандидатка была предвестницей той ситуации, когда стоило напрячься. Не потому, что перед ним стояла угроза в её очевидном виде, а потому, что именно такие женщины всегда представляли собой самую коварную опасность. Темные волосы ниспадали по плечам, оттеняя голубые, лисьи, чуть прищуренные глаза. Она не просто шла — скользила. Как будто знала, что на неё будут смотреть, будто была уверена, что он будет смотреть. Девушка подошла ближе, и едва уловимый аромат её духов накрыл его тонкой, почти осязаемой сексуальной горечью. Драко не пошевелился. Она остановилась всего в шаге от него — слишком близко для приличий, но не настолько, чтобы он мог отступить. Изящным движением она протянула небольшую коробочку, едва уловимо улыбнувшись. — Меня зовут Ванесса Риддл. А это: особый подарок для особого мужчины. Драко развернул упаковку, распустил тёмную ленту и достал шарф. Гладкий, как вода, он заструился между его пальцев, пропитывая кожу ароматом брюнетки. — Ты надеешься, что я начну думать о тебе при каждом вдохе? — он чуть приподнял бровь, медленно переведя взгляд с шёлка на неё. Ванесса не отвела глаз, а молча чуть склонила голову набок, словно оценивая, затем кончиками пальцев неторопливо коснулась его рукава. — Я надеюсь, что ты сам этого захочешь. В этом не было ни просьбы, ни требовательности. Она произнесла это как уверенность в неизбежности. Малфой не отвёл её руки сразу, не сделал шага назад, не дал ей удовлетворения в виде мгновенной реакции. Вместо этого медленно, лениво прищурился. — А что, если все же «нет»? Ванесса приблизилась ещё на миллиметр, её губы дрогнули в тени лёгкой улыбки, а голос стал чуть тише, плавнее, опаснее. — Тогда ты просто ещё не раскрыл свой вкус. Она отстранилась, развернулась, и, тем же безупречно грациозным шагом, направилась к выходу в другой зал. Малфой медленно скрутил шарф, убирая его на столик рядом. «Интересно? Разумеется, — подумал он. — Но достаточно ли?» Прошло ещё несколько девушек. Брюнетка в алом платье вручила ему серебряный браслет и кокетливо намекнула, что ему стоит сделать правильный выбор, чтобы получить вторую часть подарка. Блондинка с сияющей улыбкой оставила ему маленькую стеклянную бутылочку с магическим песком, который якобы показывал истинные чувства, если встряхнуть. Девушка с короткой стрижкой преподнесла золотое перо феникса, по её словам — символ возрождения и новых возможностей. Все они были прекрасными. Идеальными. Говорили ровно то, что от них ожидали, двигались так, как будто это был их бал, и каждая надеялась, что станет его королевой. Драко сохранял ровное выражение лица, играя роль и отвечая с той самой тщательно выстроенной харизмой, которой требовало шоу. Двери снова открылись, и на пороге появилась ещё одна идеальная невеста. Драко знал, что она придёт. Не потому, что ждал, не потому, что хотел, а потому что женские сплетни иногда бывают полезными. Она поделилась с сестрой, Дафна рассказала Пэнси, а Пэнси, конечно, не смогла удержать язык за зубами и сообщила ему. Астория Гринграсс выглядела, как всегда, великолепно. Атлас её платья глубокого синего оттенка мягко струился по фигуре, длинные серьги сверкали в свете люстр, отбрасывая золотистые блики на бледную кожу. Волосы уложены в безупречные волны, а в глазах читалась та самая искренняя преданность — именно в этом и крылась проблема. — Драко. Она произнесла его имя так, будто оно было чем-то значимым. Он кивнул, удерживая на лице безупречно сдержанное выражение, и Астория остановилась перед ним, протягивая небольшую коробочку, перевязанную серебристой лентой. — Дар без смысла — просто вещь. Драко развязал ленту и открыл коробочку, из которой выпорхнул лунный мотылёк: хрупкий, светящийся изнутри, он осторожно шевелил крыльями, будто ощущая на себе их взгляды. — И что это значит, Астория? — нахмурился Малфой. — Он летит только к тем, кто ему дорог, — чуть приподняла подбородок Астория, а в уголках губ мелькнула лёгкая улыбка. Драко перевёл взгляд с мотылька на неё. Он всегда считал Гринграсс слишком мягкой, слишком наивной, слишком «из его мира». Но мать прожужжала ему все уши, что он чего-то не видит, что не все люди кричат о своих чувствах. Он всю жизнь, по какой-то нелепой причине, должен был кому-то что-то. Это просто выводило его из себя, а Астория была очередным «надо», которое не уставала вдалбливать ему мать. Но, глядя на Асторию сейчас, невозмутимую, открытую, не прячущую своих эмоций, он задумался: а может, действительно что-то упускает? — Ты всегда так отвечаешь? — он закрыл коробочку, как бы между делом. — Никакой конкретики, только намёки? — У меня были хорошие учителя, — коснулась ее губ легкая улыбка, когда она заглянула ему прямо в глаза. Она не дала ему времени на ответ. Просто улыбнулась, коротко, мягко, почти прощающе, и направилась дальше. Следующее знакомство было и правда необычным. Девушка, вошедшая в зал, отличалась от всех этих холёных принцесс и холодных королев. Она выглядела… иначе. Не как соблазнительная Ванесса, не как статная Астория, не как холодная Камилла: в ней не было намеренной игры или тщательно спланированного образа. Она не выглядела так, будто всю жизнь готовилась к этому моменту. Большие серо-зелёные глаза за тонкими очками, мягкие каштановые волосы, небрежно собранные в пучок, лёгкое хлопковое платье в полоску. Дейзи Вудворт выглядела так, словно случайно зашла не в ту дверь. Драко заметил, как она сделала глубокий вдох, прежде чем наконец подошла ближе. — Добрый вечер, мистер Малфой, — быстро выдохнула она, протягивая коробку. — Мистер Малфой? — склонил голову набок Драко, изучая её. — Я… я просто… ну, да. Я волнуюсь, — мгновенно вспыхнули щеки Дейзи. — Не заметил. Она захлопала ресницами, явно не поняв — он издевается или нет? Драко перевёл взгляд на коробку. — Полагаю, вы что-то мне принесли. — Пирог! — слишком быстро, слишком громко. — Я сама испекла! Он не сразу понял, что его больше поразило: сам факт, что кто-то принёс ему пирог, или то, насколько искренне она это сделала. — Вы испекли мне пирог? — поднял бровь Драко. — Он… домашний, — кивнула девушка, нервно кусая губу. — Ну, потому что я подумала, что все принесут что-то вычурное, а вы, наверное, устали от всего этого, — она говорила быстро, сбиваясь, глядя то на него, то на коробку, то снова на него. Драко открыл коробку и прищурился, снова переводя на девушку взгляд. Он всегда считал такие открытые эмоции слабостью: слишком легко обратить доброту в ненависть. Он умел это делать и помнил, как легко ему это удавалось с одной девушкой в школе. Но Дейзи… Она была настолько искренней, что ему даже не захотелось её добивать. Драко взял из коробки, предусмотрительно оставленную, десертную вилку и надломил пирог. — Вы знаете, где находитесь? — Да… — тихо ответила она. — Тогда вам стоит быть осторожнее, Дейзи. Иначе вас тут съедят, — он поднёс кусочек ко рту, бросив на неё играющий взгляд и дернув бровью. — Но ведь не вы, верно? — прикусила девушка губу, но не отвела взгляда. Драко замер. Она сказала это не как вызов, а как факт. Будто искренне верила, что по какой-то нелепой причине Драко Малфою должно быть не плевать на чувства какой-то Дейзи Вудворд. — Пирог очень вкусный. Спасибо, — только и ответил он, получив в ответ широкую улыбку, прежде чем девушка скрылась. «Может стоит сразу ее отпустить, чтобы девочка не получила психологическую травму?» — пронеслось в его голове. Прошло уже около полутора часов и оставалась последняя девушка перед экватором, после которого его ожидал такой долгожданный перерыв. Все, о чем мечтал Малфой: закрыть глаза. Закрыть, чтобы не видеть слепящих софитов, блеска драгоценностей, искусственных улыбок. Чтобы хоть на секунду стереть с лица эту безупречно отработанную маску и стать собой. К сожалению, возможности передохнуть не дали, а лишь ударили под дых. Когда двери снова открылись, воздух в зале изменился. Она не просто вошла: вломилась, как вихрь, как пожар, как стихия, которую невозможно остановить. Инес Монтес. Драко помнил, что она была похожа на пламя, заключённое в человеческую оболочку — яркую, притягательную, опасную. Чёрные, как смоль, волосы были заплетены в длинную косу, но даже в ней чувствовалась дикость — несколько прядей выбились, мягко обрамляя лицо. Гладкая кожа с оттенком солнечного загара контрастировала с глубоким алым цветом её платья, а тёмные глаза, миндалевидные, выразительные, смотрели с чересчур пристальным вниманием. Инес двигалась с вызовом, каждым шагом заявляя, что это её сцена, и Драко знал, что этот пронзительный взгляд черных глаз предназначался только ему. — Ну здравствуй, Малфой. Она даже не попыталась скрыть ярость в голосе. Драко едва заметно склонил голову, ощущая, как в груди разгорается интерес, потому что понимал, зачем она здесь. Инес пришла мстить. Она всегда была страстью, огнём, вспышкой, которая ослепляет, но не греет. Он никогда ничего не обещал, и все же она восприняла их мимолетный роман слишком серьёзно. Испания наскучила. Солнце стало раздражать. Она — тоже, когда ее стало слишком много. Драко просто ушёл. Без объяснений, без сожалений, а теперь этот огонь вернулся, в попытке сжечь его заживо. — Инес, рад видеть. Ты в порядке? — усмехнулся он, поднимая бровь. — В полном, — её губы изогнулись в улыбке, слишком хищной, чтобы быть искренней. Она сделала шаг ближе, и его накрыло ароматом её духов — терпким, пряным, обжигающим. — Я принесла тебе подарок, — протянула сверток девушка. Драко забрал его, зеркаля ее хищную улыбку, и развернул ткань. Кинжал. Тонкий, безупречно отточенный, с выгравированной фразой «Ты научил меня резать по живому» на лезвии. — Всегда знал, что ты не из тех, кто прощает, — сказал он, склонив голову в бок и рассматривая ее. Лед в пламя. — А ты всегда знал, что я не из тех, кого бросают, — вскинув подбородок ответила девушка. Малфой рассмеялся — коротко, глухо. — Тем не менее, тебя здесь не было бы, если бы ты уже со всем смирилась. — Ты знаешь, что самое забавное, Драко? — Просвети. Она приблизилась ещё на шаг, так, что между ними почти не осталось расстояния. — Я даже не уверена, хочу ли отомстить… или повторить. Он знал, что ей нравится играть. И знал, что может делать вид, что поддается, потому что всегда любил игры на грани. «Что ж, это может быть любопытно», — мелькнуло в его голове, когда она скрылась в проеме.

***

Драко медленно захлопнул за собой дверь, оставив позади этот фарс. Хрустальные люстры, шелест дорогих платьев, безупречные улыбки — всё это было позади, хотя бы на пару минут. Он шагнул на балкон, вдыхая прохладный воздух. Здесь было тише, чем внутри, и это было единственное, что имело значение. Изящным движением он достал из кармана пачку сигарет, привычно щёлкнул маггловской зажигалкой, прикуривая. Первый вдох — и вот уже никотин заполняет лёгкие, давая иллюзию контроля. Маггловская привычка. Он приобрёл её в двадцать два, исключительно чтобы взбесить мать. Нарцисса Малфой всегда презирала всё маггловское, и именно поэтому Драко в какой-то момент начал разбираться в автомобилях, носить итальянские костюмы, пить маггловский виски и, в конце концов, закурил. Сигарета в его пальцах была достаточным поводом, чтобы на лице Нарциссы появлялось выражение величайшего разочарования. Она никогда ничего не говорила, но её ледяное молчание било сильнее, чем любые слова. Любил ли он свою мать? Скорее, не желал ей смерти. А она его? Ровно настолько, насколько способна любить холодная миссис Малфой. Нарцисса любила как аристократка — сдержанно, аккуратно, ровно настолько, чтобы никто не заподозрил, что внутри у неё вообще есть чувства. Её любовь была выверенной, как идеально скроенное платье, где каждый шов и каждая деталь находились на своём месте. Она могла обнимать, но только в тех случаях, когда это полагалось делать. Она могла волноваться, но только так, чтобы это не испортило причёску. Она могла называть его сыном, но никогда не произносила это слово так, как мать, а скорее как совладелица семейного бизнеса. Если бы он сейчас упал с этого балкона, она бы не заплакала. Но прокляла бы всех, кто допустил, что это произошло. — О, Драко, милый! Всё просто потрясающе! Его мыслительный поток разорвался, как тонкая нить. Долбанная Рита Скитер. Она появилась буквально из воздуха, переливаясь золотым блеском своих нелепо-вульгарных украшений и источая запах дешёвых интриг. Драко едва заметно сжал челюсти. — Твоя бывшая просто огонь! — восхищённо воскликнула Скитер, полностью игнорируя его явное раздражение. — Когда она достала нож, я едва не закричала от восторга! Это было потрясающе! Я уже вижу заголовки! — С чего ты взяла, что я её оставлю? — медленно выпустил дым Малфой. Рита сложила руки на груди и посмотрела на него с видом раздражённой учительницы, объясняющей тупому ученику очевидные вещи. — Мальчик мой, у тебя есть хоть капля инстинкта шоу? — Женщина мне подарила нож. — И? — Обычно после такого не зовут на второе свидание, — сделал он еще одну затяжку. Рита засмеялась, хлопнув его по плечу так, словно он только что рассказал ей самую смешную шутку за всю ее жизнь, а затем продолжила. — Инес — это буря, огонь, настоящая мексиканская драма! — Она испанка. — Кого это интересует, — фыркнула Рита. Драко молча смотрел на неё, прикидывая, сколько ещё сможет выдержать её голос, прежде чем сбросится с балкона. Он никогда не понимал, кто додумался сделать её продюсером. Хотя… Если кто и мог плести интриги так, что даже Слизерин нервно курил в сторонке, то это была именно Скитер. Она превращала хаос в искусство, из которого выходили заголовки, слухи, скандалы. Она знала, куда копать, как вытаскивать самое грязное на свет и как сделать из этого конфетку для зрителя. Она была самой беспощадной хищницей в этой игре. И именно поэтому она делала его жизнь адом. — Дальше… Твоя милая Астория. Классическая трагедия: «Я влюблена в него с детства, но он меня не замечает». Прекрасная история! Мы просто добавим пару печальных взглядов, замедленные кадры, и зрители растекутся от умиления. — Вы хотите сделать из неё жертву? — скептически фыркнул Драко. — Нет, мы хотим сделать её идеальной. Драко глубоко вдохнул, не понимая, сколько еще выдержит. — Дейзи — будет любимицей народа и всех женщин типа Молли Уизли: простая, милая, девчонка-соседка. Камилла — ледяная королева. С этим тоже можно работать. — Тебе нужна та блондинка? — равнодушно спросил Малфой. — Блондинка, — задумалась Скитер. — Красива как дьявол, но, кажется, глуповата. Хотя, знаешь… Это можно использовать. Люди любят девушек, которые искренне верят в глупости. Добавим наивности, невинности — и вуаля, образ готов. — Брюнетка с браслетом? — Хм. Соблазнительница, но недостаточно интересная. Кокетство — это хорошо, но оно должно быть чем-то подкреплено. Ванесса лучше, хоть они и похожи: ее реакции будут ярче. Как продюсер, я бы советовала оставлять ее из них двоих. — Девушка с короткой стрижкой? Рита закатила глаза. — О, золотое перо феникса? Символ возрождения? Она уже играет в глубокие смыслы! Люди любят это дерьмо. Ей просто нужна правильная история. Что-нибудь про тяжёлое прошлое, про поиск себя… Мы можем работать с этим, но она быстро наскучит. Раздался звук открывающейся двери, и в проёме показался один из ассистентов продакшена — молодой волшебник с растрёпанными волосами и неуверенным видом. — Мистер Малфой, нам пора продолжать. Драко медленно затушил сигарету о мраморный парапет. Не торопясь. Хотя готов был заказать салют в честь этого парнишки, который остановил словесный поток Скитер. — Иду, — коротко ответил он, разворачиваясь и шагая назад в софитовое чистилище. Драко вошел в основной холл, а там, совершенно расслабленный, в своей идеальной тёмной рубашке и с фирменной ухмылкой, его ждал Блейз Забини, привалившийся к колонне. — Я уж думал, ты сбежал. — Не успел, — вздохнул Драко. — Скитер вцепилась в меня. — Ты бы хоть немного порадовался, — цокнул языком мулат, — двадцать женщин, восхищённые взгляды, полная власть. Честно, я не понимаю, на кой чёрт ты вообще так страдаешь. — Ты сам прекрасно знаешь, что мне плевать на это все. Я здесь не ради… любви, прости Салазар. — Да-да, слизеринец решает свои смертельные проблемы, придя на шоу, — ухмыльнулся мулат, но в его взгляде не было веселья. Блейз прекрасно понимал, что к чему. — Люблю небанальные решения, — стряхнул с рукава пиджака невидимую пылинку Драко. — Знаешь, я всё ещё жалею, что отдал это место тебе. Надо было самому стать холостяком. — Не дотягиваешь. — Прошу прощения? — Для пилотного сезона нужен кто-то культовый, Забини, — подарил ему напускно снисходительный взгляд Драко. — Культовый? — Блейз фыркнул. — Какой ты, Малфой, всё-таки скромный. — Не скромный, а реалист. — Нет, ты просто мелкий змеёныш с завышенным самомнением. Драко ухмыльнулся. — Ты всё равно ведёшь себя так, будто это твоё шоу. — Потому что я умею вести шоу. В отличие от тебя, мистер мраморная статуя. Драко покачал головой, но ничего не сказал. В конце концов, спорить было бесполезно: Блейз всегда находился там, где находился успех. Он начинал как журналист, ведя популярное вечернее ток-шоу в магическом мире — «Сквозь чары», где с язвительным остроумием разбирал политику, скандалы, аристократические драмы. А затем, когда продюсеры искали кандидата для нового шоу на магическом телевидении, кандидатуру Забини рассматривали всерьёз на роль холостяка. Ведь он обожал женщин, а женщины обожали его. Но в последний момент он передумал: «Я слишком умен, чтобы сидеть на одном месте десять недель, пока десять женщин грызутся за кольцо. Пусть этим займётся Малфой. Он красивый, богатый, а ещё он умеет играть нужные роли», — именно так он объяснил это продюсерам, скрыв истинную причину. Блейз Забини был хорошим другом. — Ну, удачи тебе, друг. — Она мне не нужна. — О, ты ещё не осознал, в каком аду оказался. Но ничего, скоро поймёшь. — Ты что-то знаешь? — бросил на него взгляд Драко. Блейз рассмеялся. — Я ведущий, Малфой. А значит, я тут знаю все, но не хочу портить интригу, — хлопнул он его по плечу, вставая на свою точку. Когда двери снова открылись, Драко уже знал, кто войдёт. Пэнси Паркинсон двигалась по залу с той самой ленивой грацией, которую оттачивала годами. На ней было изумрудное платье, чётко очерчивающее фигуру. Гладкие чёрные волосы подстрижены идеально ровным бобом, подчёркивающим линию её скул. Глаза — холодно-зелёные, с хищным прищуром. Губы — глубокого алого оттенка, как всегда, безупречно очерченные. Она остановилась на мгновение, давая ему насладиться картиной. Драко едва заметно приподнял бровь, позволяя себе мгновение притворного изумления. — Пэнси? — медленно произнёс он, будто действительно не ожидал её здесь увидеть. — Не может быть. — Может быть, и даже должно было быть, — Пэнси остановилась перед ним, приподняв подбородок. — Признай, ты рад. — Ты не представляешь, насколько, — он усмехнулся, беря её руку и чуть задерживая пальцы на запястье. — В школе у нас с тобой не задалось, — лениво сказала она, и в её глазах вспыхнула тень усмешки. — Но, возможно, весь этот антураж располагает к… новым поворотам? — Звучит, как намёк. — Звучит, как приглашение. Они выдержали секундную паузу, давая зрителям всё, что нужно, а затем изящно подняла небольшую коробку и протянула ему. — Ты знаешь, у меня всегда был идеальный вкус. — Конечно, раз ты здесь, — лениво отозвался Драко, принимая подарок. Он открыл коробку, и взгляд заскользил по идеально сложенному галстуку. Чёрный шёлк, но с лёгким отливом — и он уже знал, что это не просто ткань. — Цвет меняется по твоему настроению, — пояснила Пэнси. — Так что теперь всем будет сразу понятно, когда ты в ярости. Драко усмехнулся, пробегая пальцами по гладкому материалу. — В таком случае он всегда будет тёмным. — Ты же знаешь, что тебе идёт чёрный. Он поднял взгляд, встретившись с ней глазами. — Это восхитительно, Пэнси. Чертовски приятно удивлён. — Ты ведь знаешь, я люблю быть частью лучшего. А это шоу… — её ногти едва заметно прошлись по его запястью. — Есть ощущение, что это будет хорошая история. Драко чуть сильнее сжал её ладонь. — Я не сомневаюсь. Он провёл её в другой зал, прекрасно зная, что зрители уже сделали свои первые выводы. Он хотел, чтобы они видели в Пэнси фаворитку с самого начала. И они это увидели. Следующая девушка была контрастом, а скорее всего — его будущей головной болью. Драко понял это ещё до того, как увидел её. Лёгкое, пружинистое цоканье каблуков, короткий смешок кого-то из команды. Затем — легкомысленный, но уверенный шаг. Когда она наконец появилась в поле зрения, его брови чуть приподнялись. Она не выглядела как типичная участница этого шоу. Красивая, безусловно, но с другими стандартами красоты. Она откинула крашенные блондинистые прямые волосы, а молочного цвета платье на тонких бретелях облегало её пышные формы, подчёркивая, что она не просто не стеснялась их — она ими наслаждалась. Её тело не подчинялось модным стандартам, оно диктовало свои. Но первым, что бросалось в глаза, была её улыбка: открытая, ослепительная, слишком настоящая для этого места. — Лорд Малфой! — протянула она с таким преувеличенным придыханием, что кто-то за камерой тихо прыснул от смеха. — Мое имя Флоренс МакКиннон, но друзья называют меня «Фло». Ты тоже можешь, — подмигнула она. Драко едва заметно склонил голову набок. — Так ты пришла за другом, Фло? — прищурившись спросил он. Она картинно вздохнула, покачав головой. — Честно говоря, я думала, ты сам догадаешься. — И? — Я здесь, чтобы развеять один миф. — И какой же? — поднял бровь Драко. Фло наклонилась чуть ближе и заговорщицки понизила голос: — Что ты способен поддержать разговор не только с красивыми куклами. Кто-то за камерой снова прыснул, но на этот раз Драко не среагировал. Он смотрел прямо на неё, а она смотрела ему в глаза. Драко выдал ей ровно одну секунду ожидания, прежде чем медленно, лениво усмехнуться. — Отличное начало, Фло. Ты всегда так входишь в комнаты или это только для меня специальное представление? — О, для тебя особенная версия. Со спецэффектами и живым оркестром, — отбросила Фло с плеча светлую прядь и наклонила голову набок, улыбаясь. — Но вот в чём вопрос, Драко. Что интереснее — быть тем, кто задаёт вопросы, или тем, кто на них отвечает? Драко чуть склонил голову, притворяясь задумчивым. — Это зависит от обстоятельств. Обычно правила во всех играх в которых я участвую, пишу я сам. — Скажи мне честно, что выберешь: — резко переняла она инициативу, а её голубые глаза блеснули азартом, — прожить всю жизнь в хижине с женщиной своей мечты… или во дворце, но с полным набором раздражающих родственников? Он моргнул. Она смотрела на него с откровенной заинтересованностью, будто это был не просто шуточный вопрос, а действительно ключевая жизненная дилемма. Он впервые за вечер чуть не рассмеялся. Почти. Но вовремя сдержался, позволив себе только едва заметную усмешку. — Я вырос практически во дворце, знаешь ли. И компания была не из тривиальных. — Так какой ответ? — не поддалась она на политически выверенный ответ. — Хорошо. А в хижине есть винный погреб? Фло сложила руки на груди. — Ну, конечно же, нет. Там только ты, твоя настоящая любовь… и больше ничего. — Тогда, конечно, хижина: ведь я здесь именно за этим — найти свою любовь. «Салазар, сам не верю, что несу» — Как же ты скучен, Малфой, — взмахнула руками Фло. — А ты что выбрала бы? — Дворец. Разумеется, — она ухмыльнулась. — Но я бы выставила всех родственников за дверь. — Отличный план, — хмыкнул Малфой. — Знала, что ты оценишь, — довольно кивнула она. — Ладно, не буду мучать тебя дальше. Подарок, — она протянула ему небольшую склянку с янтарной жидкостью. — Зелье, которое спасёт тебя от хмурости. Драко покрутил бутылочку в пальцах, прищурился. — Ты уверена, что это не яд? — Может, и так, — пожала плечами девушка. — Но ведь иногда лучше рискнуть, чем всю жизнь быть красивой гипсовой статуей, не так ли? Драко хмыкнул. Она была ураганом. Весёлым, шумным, совершенно неподходящим для него, но чертовски заразительным. Он кивнул в сторону прохода. — Ладно, Фло, ты меня заинтриговала. Иди дальше, устраивай хаос. Она подмигнула и, не раздумывая, развернулась, гордо удаляясь в зал для участниц. «Хоть кто-то живой», — подумал он, когда она скрылась в дверях. Фло подняла ему настроение, но это длилось ровно три секунды. На четвёртой дверь снова открылась. И вошла она. Опасность всегда приходила в шёлке. Её алые волосы каскадом спадали на плечи, огненные волны струились по спине, и свет зажигал в них отблески крови. Чёрное платье обтекало тело, шелк касался кожи, как обещание — или предупреждение. Губы — того же оттенка, что и волосы, глаза — слишком внимательные, слишком проницательные. Драко знал её. Слишком хорошо, чтобы желать её появления здесь. И слишком плохо, чтобы понимать, чего она хочет. Хотя… это было очевидно. Она пришла не за любовью. Она пришла с проверкой: соблюдает ли он договорённости? Не замышляет ли что-то? Она была чёртовой огромной проблемой. — Малфой, ты как всегда бесподобен, — улыбнулась Селена — медленно, лениво, будто смакуя момент. Её голос был низким, обволакивающим, напоминая дорогое вино, которое оставляет горечь после последнего глотка. Драко принял коробку из её рук, развернул упаковку, достал перчатку — тонкую, из гладкой чёрной кожи. — Против яда? — медленно натянул он её на руку, разминая пальцы. Селена качнула головой, её алые локоны колыхнулись, как пламя. — Я подумала, тебе пригодится. В конце концов, в мире столько ядов. — Да, но самые опасные проникают не через кожу, — сжал ладонь в кулак Драко, заставив кожаный материал натянуться. Селена сделала шаг ближе, её взгляд скользнул по его лицу. — Некоторые яды — вопрос доверия, — она протянула руку, слегка коснулась его запястья — тонкое, почти неуловимое касание. — Другие достаточно просто вдохнуть. — Ты хочешь, чтобы я задохнулся? — Я хочу, чтобы ты не забывал, каково это — дышать рядом со мной, — ее улыбка стала шире, но в ней не было тепла. Их взгляды встретились и застыли в напряжённом поединке. Со стороны это выглядело как флирт, как соблазнительная игра двух сильных личностей, но на самом деле это была угроза, покрытая позолотой интриги. Селена отступила на шаг назад, будто давая ему возможность сказать последнее слово. Драко медленно стянул перчатку, сжал её в руке. — Я не из тех, кто боится отравиться. Змея не может умереть от своего же яда. Селена склонила голову чуть набок, её алые губы изогнулись в зеркальном отражении его усмешки. — Значит, удачно, что я не змея, а скорпион: яд вдвое сильнее, а жалю сразу, без предупреждения, — она наклонилась чуть ближе, едва заметно, но достаточно, чтобы только он уловил этот тонкий, почти недосягаемый жест. — Как думаешь, Малфой, этот яд способен прикончить? — Зависит от того, кто делает первый укус, — подарил он ей холодную улыбку. Селена рассмеялась, откидывая волосы назад, как будто только что не бросила завуалированную угрозу. — Ну что ж, посмотрим, у кого хватит смелости. Она развернулась и направилась к выходу, оставляя за собой шлейф запаха жасмина и ощущение надвигающейся катастрофы. Драко не помнил тех пятерых девушек, что пришли после Селены. Их образы были размыты, их голоса — белый шум. Он даже не потрудился запомнить их имена. Всё, о чём сейчас думал его мозг — это шахматная доска, которую за секунды перевернули к чёрту. План А? Смыт. План Б? Отменён. План В? Никогда не существовал. Селена не должна была оказаться здесь. Она была слишком опасной фигурой, слишком рискованным манёвром. Его король оказался в ловушке, но игра не закончилась: мат ещё не поставлен. Он был зажат. Не в угол, но в ситуацию, где у противника было больше времени на просчёт, больше пространства для контроля. Драко мог предвидеть ходы наперёд, но все они вели к жертвам. Все, что он понимал: ему придется оставить ее, чтобы сделать победный ход позже. — Драко? Её голос прозвучал мягко, но с легким укором, и Малфой осознал, что завис. Он моргнул, вернувшись в реальность, и сказал первое, что пришло в голову: — Падма? Лёгкая тень удивления промелькнула в глазах девушки, но уже в следующее мгновение она улыбнулась. — Парвати, но я привыкла, что нас путают. Она сделала шаг вперёд и протянула ему небольшую колоду карт, завязанную алой лентой. — Карты Таро. Ты же знаешь, что судьба всегда любит шутки. Вытяни одну. Драко недоверчиво посмотрел на неё, но всё же взял верхнюю карту, не глядя, и перевернул. Башня. — О, это судьбоносно, — вскинула брови Парвати, но потом улыбнулась, явно наслаждаясь моментом. — Башня — карта разрушения, хаоса, но и перемен. Того, что кажется катастрофой, но ведёт к освобождению. Раз уж мы в шоу про любовь, то, возможно, это знак того, что ты столкнёшься с чем-то неожиданным, что разрушит твои представления о будущем. Она подняла на него глаза, слегка прищурившись, будто пытаясь заглянуть за фасад его безупречной маски. — Возможно, даже с кем-то, кого ты не ожидал бы здесь увидеть, — а потом широко улыбнулась и добавила: — Ну, или это намек, что избранница будет как-то связана с Башней. Например, башня Гриффиндора? — кокетливо проморгалась девушка. Драко смотрел на карту, но видел не её предсказание. Разрушение. Хаос. Катастрофа. Он мог бы усмехнуться, но что-то в этом резануло его сильнее, чем он ожидал. Парвати имела в виду любовь, игру, интриги шоу, но он знал, что его Башня уже рушится: Селена. — Буду иметь в виду, — кивнул Малфой, возвращая карту в колоду. — Всегда доверяй картам, Драко, — загадочно улыбнулась Патил. — Я доверяю только себе, — холодно ответил парень. Ему нужна была пауза. Всего минута. Выйти, закурить, вдохнуть ночной воздух и позволить себе хотя бы одно искреннее выражение лица. Но дьявол сегодня не дремал. Сначала он подумал, что ему показалось. Что глаза, уставшие от бесконечных вспышек камер, решили сыграть с ним злую шутку, но Драко Малфой не ошибался. Никогда. Он выпрямился, резко сжав пальцы, ощущая, как ногти впиваются в ладонь. Неужели это розыгрыш? Или, может быть, предсмертное видение? Но нет, она была реальной. Ему хотелось истерически рассмеяться. Конечно. Конечно, именно она должна была стать последней. Конечно, судьба не могла просто позволить ему пройти через этот вечер без последнего удара. Гермиона Грейнджер — ещё одна его давняя война, ещё одно напоминание о том, что он не всегда выигрывал. Драко ожидал чего угодно. Он привык, что люди меняются. Знал, что школьные враги могли превращаться в союзников, а старые друзья — в ничтожество. Он видел, как мир перестраивался, как все пытались найти новую реальность после войны. Но он не был готов к тому, что Грейнджер изменится так. Она всё ещё была чертовой занудой, всё ещё смотрела с вызовом, всё ещё держалась, будто у неё было право находиться в любой комнате, куда бы она ни вошла, но теперь к этому добавилось нечто новое — уверенность. Раньше её бойкость напоминала вызов, теперь — неоспоримый факт. Волосы больше не выглядели неухоженными, хоть и остались источником хаоса. А хаос Драко Малфой ненавидел. Она больше не пыталась их укротить, как в школьные годы: теперь её локоны длиной до талии, беспорядочно завиваясь, ниспадали каскадом, в котором запутывался свет, создавая иллюзию пламени. Они выглядели дикими гордыми, неподвластными — как и их хозяйка, насколько понимал Драко. Губы, чуть приоткрытые, выглядели мягче, чем хотелось бы Малфою признать, а янтарные глаза смотрели с вызовом, смешанным с каким-то опасным весельем. Её кожа сияла золотистым оттенком и яркими веснушками, будто солнце само решило отметить её своим поцелуем, что резко контрастировало с блестящим серебряным платьем на тонких бретелях, которое выгодно обтягивало девичью фигуру, подчеркивало внешне хрупкие плечи, тонкие руки и выпирающие ключицы. Она больше не казалась той правильной, идеальной Грейнджер, вечно смотрящей на него сверху вниз. И, если раньше он помнил её с вечно нахмуренными бровями и книжной пылью на пальцах, то теперь… Теперь она была красивой. От этой мысли у Драко свело скулы. — Малфой, ты выглядишь так, будто увидел привидение, — сказала она и улыбнулась. Эта улыбка была самой вызывающей, самой наглой, самой… театральной, как и всё её появление здесь. Он медленно вдохнул через нос и с нажимом выдохнул. — Грейнджер, я бы скорее поверил в привидение, чем в то, что ты пришла сюда искать любовь. — Разве это не очаровательная концепция? — её голос был легкомысленным, но в глазах плясало пламя. — Ты, я… борьба за твоё сердце. Кто знает, может, вся эта наша школьная вражда была просто моей попыткой привлечь твоё внимание? — О, не сомневаюсь, — хмыкнул Драко, — ты ночами не спала, гадая, как бы украсть моё сердце. Наверняка вела списки, придумывала схемы. — Ах, ты видел? Как неловко, — её тон был тягуч, словно карамель, но в её глазах читалось безразличие. Или желание довести его до грани. Драко чуть склонился ближе, изображая задумчивость. — И как же ты решила действовать? Сначала — испепеляющие взгляды, потом — удушающие лекции о морали, а в конце — беспощадные зубрёжки в библиотеке? Ты выбрала нестандартный путь, Грейнджер. Она улыбнулась ему — медленно, почти мило. — Ну, а ты что хотел? Прилюдное признание? Записку в твой учебник по Зельям? «Дорогой Малфой, ты самый надменный сноб в этом замке, давай встречаться?» — Думаю, мне бы понравился такой подход, — он сделал паузу, будто действительно представляя, как разглядывает подобную записку. — Как минимум, это было бы честно. Гермиона наклонила голову, её волосы скользнули по плечу, и на мгновение у него возникло иррациональное желание дотронуться до них, чтобы проверить, такие ли они мягкие, как кажутся. — Прости, Малфой, но честность — это слишком скучно. — Вот уж не думал, что услышу это от тебя, — усмехнулся парень. — А вот видишь, — она чуть подалась вперёд, будто делясь великой тайной, — в жизни так много неожиданных открытий. Её взгляд говорил одно: «Я здесь, чтобы испортить тебе вечер». Драко знал это. Чувствовал. Она дразнила его. Смело, без страха, без колебаний, и, что хуже всего, знала, что делает. Парень медленно наклонил голову в сторону, изучая её, будто это могло помочь ему понять, какого чёрта она здесь делает. — Так ты пришла за моим сердцем, Грейнджер? — Ты так нервничаешь, Малфой. Что, боишься, что я выиграю? — сложила она руки на груди, чуть склонив голову. — Это не соревнование, Грейнджер. — Для тебя — все соревнование. Она произнесла это так легко, будто знала его лучше, чем он сам. Будто понимала. Драко сжал челюсть, а потом на его губах появилась идеальная, приторная улыбка — та, которой он встречал каждую участницу. — Можешь попытаться, если я вообще дам тебе такой шанс. Гермиона улыбнулась так широко, что на секунду это даже показалось искренним. — О, значит, мне ещё предстоит заслужить твоё внимание? Какая честь. Драко все прекрасно понимал: она не пришла искать любви. Она не пришла играть в игру, которую придумали продюсеры. Она пришла, чтобы довести его до грани. Гермиона сделала шаг вперёд, удерживая его взгляд, и протянула небольшой свёрток, обёрнутый в пергамент. — Надеюсь, ты оценишь мой выбор, — протянула она с преувеличенной любезностью, но её глаза блестели от злорадного предвкушения. Драко не торопился принимать подарок. Ему даже не нужно было разворачивать бумагу, чтобы понять, что там внутри. Грейнджер не упустила бы случая испортить ему этот момент. Но он всё же взял свёрток, неспешно развернул и… Книга. Ещё до того, как его взгляд упал на обложку, он уже знал, что это будет что-то издевательское. Но даже его подготовка не спасла от короткого, едва уловимого всплеска эмоций, который тут же сменился невозмутимой маской. «Как перестать быть снобом и начать жить. Инструкция для начинающих. Персональное издание для Драко Малфоя.» — Я подумала, что тебе пригодится, — мило наклонила голову Гермиона. — Всё-таки такие шоу про трансформацию, верно? Драко медленно поднял взгляд от книги и встретился с её торжествующим выражением лица. — Ты действительно потратила своё время на это? — Разве это не трогательно? — всплеснула она руками. — Это восхитительно, Грейнджер, — он хмыкнул, пробежав пальцами по обложке. — Ты хоть понимаешь, что теперь мне придётся сделать ответный жест, чтобы показать, как глубоко меня тронул твой подарок? — Потрясена и польщена,— прошептала она с насмешливым придыханием. Драко сжал книгу в руках. — Что ж, тогда не будем тянуть. Добро пожаловать в игру, Грейнджер. Присоединяйся к остальным, а я подумаю, оставить ли тебя. Гермиона чуть склонила голову, её взгляд был ясным и непоколебимым. — Подумай-подумай. Надеюсь, ты стал принимать более разумные решения со времен школы. На этих словах, взметнув своими волосами, Гермиона развернулась и скрылась в проеме.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!