Вернутся к фанфику

13. Серия 7. Неконтролируемый занос

25 марта 2025, 09:03
Фло стояла, моргая, явно в шоке: она была уверена, что уйдёт, была уверена, что его выбор очевиден. Пэнси поджала губы, но промолчала. Селена медленно провела кончиком пальца по своей шахматной фигурке, лениво наблюдая за тем, как разворачивалась сцена. Инес хмыкнула, но это был нервный хмык, а не насмешливый. Блейз выгнул бровь, но ничего не сказал, только скользнул взглядом между Драко и Гермионой, задержавшись на нём чуть дольше. И тогда зал разрезал голос Скитер. — ВЕТО! Все замерли. Гермиона не шевельнулась: просто стояла, глядя на Малфоя, и теперь она выглядела не растерянной, а… настороженной. Она уже знала, что он собирался сказать, видела его следующий шаг, и это злило. — Мне насрать на твоё вето, — развернулся Малфой к Рите, и его голос был ядовито-ровным. — Принести тебе контракт? — сжала губы в довольной усмешке Скитер. Драко резко выдохнул, качнув головой. — Единственное вето. И ты хочешь потратить его на неё? — сказал он таким тоном, будто Гермиона была просто насекомым на его ботинке. Скитер снова улыбнулась — шире, мерзко. — Она фаворитка в глазах зрителей. Драко напряг челюсть и посмотрел Гермионе в глаза, потянув уголок губ в злой ухмылке, а затем медленно произнес фразу, которая заставила всех замереть: — Она не фаворитка в моих глазах. Пэнси чуть приподняла бровь, но промолчала. — Какое счастье, что тебя никто не спрашивает, — Скитер пожала плечами, с нарочитым высокомерием. — Это шоу, Драко, и оно должно работать. Драко молча сжал кулак. — Мы переснимем сцену, — добавила Скитер. Блейз незаметно выдохнул, а Фло растерянно покосилась на Гермиону, которая все это время не двигалась. Грейнджер разжала пальцы, осознавая, что всю последнюю минуту держала кулаки так крепко, что ногти оставили полумесяцы в ладонях. Драко медленно склонился ближе к ее лицу, так, что она чувствовала его дыхание на своих губах. — Что ж… — его голос был ледяным, яд капал с каждой буквы. — Я слышал, что ты подружилась с Фло, — перевел он взгляд на растерянную Флоренс на подиуме. Гермиона замерла, а Драко вернул холодные стальные глаза назад к ее теплой радужке. — Так что теперь просто наблюдай, как я вышвырну её отсюда, чтобы Золотая девочка осталась. Ведь все так тебя любят, потому что не знают, какая ты лицемерная сука. Гермиона почувствовала, как внутри всё взорвалось. Это была не обида, не боль. Гнев. Чистый, выжигающий, сжигающий её изнутри. Её рука сорвалась с места, а на губах уже почти сформировалось беспалочковое заклинание, но Драко был быстрее: он поймал её запястье, сжал, а его глаза блестели холодной насмешкой. — Рукоприкладство? — протянул он. — Я вот думаю, может, Тео просто защищался? — голос был тихим, ледяным, ядовитым, пока его глаза прожигали ее. Эти слова будто ударили Гермиону в живот. Она вырвала руку, не раздумывая, призвала ближайший бокал с красным вином и с размаху плеснула ему в лицо. Все ахнули: Пэнси прижала ладонь к губам, а Фло испуганно вздохнула, но Гермиона не видела их реакций. Она была ослеплена собственным гневом. — Иди нахер, Малфой. Громко. Чётко. Звонко. А потом развернулась и ушла. Драко медленно стёр капли вина с подбородка, глядя ей в спину, пока его губы искажала кривая усмешка. Блейз догнал её быстро. — Грейнджер, подожди. — Отвали, — даже не сбавила она шага. Забини закатил глаза и, не церемонясь, схватил её за локоть и резко дёрнул в сторону, завлекая в ближайший пустой коридор. — Остынь. — Остынь?! — Гермиона вырвала руку, зло сверкая глазами. — Ты серьёзно? Он только что назвал меня лицемерной сукой, приплёл к этому Тео и вдобавок пригрозил вышвырнуть Фло просто назло мне! Какого чёрта я должна «остыть»?! — Ну, честно говоря, мне казалось, что ты немного его изучила, — прищурился Блейз, скрестив руки на груди. — Ты издеваешься?! — её голос звенел от злости. — После всего этого… после того, что он сказал? Ты реально думаешь, что после такого я буду пытаться ему помочь? Да пошёл он к чёрту! — Помочь? — непонимающе моргнул Блейз. Гермиона замерла на долю секунды, но потом вскинула голову, выражение лица было вызывающим. — Я знаю о его проблеме. О его бизнесе. О его партнерах. Блейз осторожно выдохнул, медленно качнув головой. — Твою мать. — Да, лучше и не скажешь! — она шагнула ближе, ярость её не утихала. — Я знаю, что он в дерьме. Я знаю, что он не просто так здесь. И знаешь, что самое поганое? Я пыталась. Я реально пыталась помочь, а он только что просто растоптал меня. — Угу, — медленно кивнул Забини. — Теперь вопрос — ты ожидала чего-то другого? Она открыла рот, чтобы ответить, но не смогла, а Блейз хмыкнул, раздражённо проведя ладонью по волосам. — Серьёзно, Грейнджер. Ты правда думала, что Малфой — это человек, который скажет: «Спасибо, что спасла меня, Гермиона»? — Нет, но я не ожидала такой истерики, — её голос сорвался на шипение. — Может, ты просто слишком хорошо сработала? — поднял бровь Блейз. — Драко сложно вывести из себя и вызвать такую ярость. — О, конечно, — язвительно выплюнула она. — Это всё из-за меня, да? Не из-за того, что твой гений-друг вляпался в ситуацию, из которой не может выбраться? Какого чёрта вы вообще допустили это?! Почему не помогли раньше?! — Ты видела его реакцию на подобные предложения, — медленно выдохнул мулат. — Блейз… — Ты видела, — он шагнул ближе, понизив голос. — Когда его загоняют в угол, он идёт ва-банк. Нападает первым, прежде чем кто-то нападёт на него. Ему легче сжечь мосты, чем допустить мысль, что кто-то действительно хочет ему помочь. Гермиона сжала зубы, борясь с раздражением, с болью, со всем сразу. — И что ты предлагаешь? Чтобы я смирилась с этим? Чтобы я позволила ему вышвырнуть Фло, потому что он не способен держать себя в руках? — Я предлагаю тебе думать дальше одной сцены. Она подняла на него настороженный взгляд. — Ты же умная, Грейнджер, — слегка усмехнулся Забини. — Так будь умной. Если ты уйдёшь, кто останется, чтобы докопаться до сути? Гермиона опустила взгляд, пальцы её непроизвольно сжались, а Блейз наклонился чуть ближе, его голос стал мягче, но в нём всё ещё сквозила серьёзность. — Помоги моему другу, Гермиона. Когда Грейнджер вышла назад в зал церемоний, все взгляды разом устремились на неё. Драко стоял неподвижно, а следов от вина на нем уже не было, руки сцеплены за спиной, выражение безмятежное, но в глазах буря. — Переснимем эту истерику нашего Холостяка, — вернула она ему такой же взгляд. В зале пронёсся приглушённый шёпот. Блейз медленно поднял бровь, явно уговаривая себя не вмешиваться. Драко не моргнул, и только уголок его рта дёрнулся вверх, но в этом движении было чистое раздражение, приправленное хорошо скрываемым бешенством. — Грейнджер. Она шагнула вперёд, держа голову высоко. Малфой взял со стола шарм в виде маски и протянул его медленно, будто наслаждаясь этим моментом. — Символично, правда? Голос ровный, лёгкий, почти дружеский, но слишком гладкий, слишком контролируемый. Гермиона приняла шарм, чувствуя, как в ней поднимается ярость, но удержала себя в руках. — Спасибо за потрясающее свидание, — его губы растянулись в идеальной для камер улыбке. — Никогда не забуду этот вечер. Она не ответила. Только сжала пальцы на шарме и, выдавив безупречную улыбку, вернулась на своё место. Драко даже не смотрел ей в спину. — Фло. Она вышла вперёд, встречаясь на секунду взглядом с Гермионой, словно проверяя, всё ли с ней в порядке. Драко глубоко вдохнул, собираясь с мыслями, и наконец выдавил: — Ты очаровательная, Фло. Девушка улыбнулась, но без своей привычной яркости, словно улавливая его усталость. — Смешная, лёгкая. Это было… приятно. Фло хмыкнула, покачала головой. — Ой, Драко, дорогой, прости, но у нас ничего не выйдет, — её голос прозвучал слишком громко на фоне напряжённого молчания. По залу прокатилась волна приглушённых смешков. — Ты слишком серьёзный, — она ткнула его в грудь, как старого приятеля. — Но я рада, что подарила тебе хоть пару улыбок. — И что, нет ни одного шанса тебя удержать? — усмехнулся он. — Неа, — она весело пожала плечами. Фло задержалась на секунду дольше, чем требовалось, не торопясь отступать, словно взвешивая слова. Затем слегка качнула головой и усмехнулась — легко, непринуждённо, будто вообще не находилась в центре чьей-то игры. — Знаешь, Драко, гнев делает тебя резким, холодным, опасным. Но когда ты улыбаешься, пусть даже редко, это делает тебя намного симпатичнее. Она чуть склонила голову набок, её взгляд был мягким, но в нём читалась поддразнивающая мудрость. — Думаю, кому-то стоило бы сказать тебе это раньше. Она видела, как едва заметно напряглась линия его челюсти, как в глазах мелькнуло нечто, что можно было принять за лёгкое раздражение… или за тень мысли, с которой он сам не хотел сталкиваться. — Но ничего, главное, что теперь ты знаешь, — улыбнулась шире Фло. И прежде чем он успел что-то ответить, она развернулась и ушла, и на секунду в зале стало слишком тихо.

***

Прошло три дня с церемонии. Три дня, за которые Драко Малфой не появлялся на горизонте, и это заметили все. Формально он присутствовал — на бумаге, в расписании шоу, но физически и эмоционально он словно растворился. Блейз раздал девушкам задания: на этой неделе каждая самостоятельно устраивает свидание с Холостяком. Разумеется, Драко поставил Грейнджер последней. Вчера первой пошла Пэнси. Вернулась расслабленная, довольная, сияющая самодовольной уверенностью. Всё прошло так, как она и планировала. Драко тоже, судя по всему, не возражал. И вот теперь, прямо перед глазами у Гермионы, в дверях появилась Инес: алое платье в итальянском стиле, глубокий вырез, огонь во взгляде. Она скользнула взглядом по девушкам, задержалась на Гермионе, а затем усмехнулась и, приподняв подбородок, бросила: — Время добавить огня. А затем развернулась и исчезла в проёме.

***

Драко стоял в полупустом, приглушённо освещённом баре, неохотно ожидая Инес. Если бы он мог выбирать, он бы сейчас не наряжался, не играл роль, не выслушивал вопросы, не делал идеальные жесты для камер. Всё, чего он хотел — взять бутылку огневиски, закрыться в доме, где он жил, и пить и курить всю ночь напролёт. Но вместо этого он был здесь. Вчерашнее свидание с Пэнси слегка остудило гнев. Она устроила ему день в магическом спа: ароматические масла, расслабляющий массаж, приглушённый свет, мягкая музыка. И, конечно, она сама — красивая, уверенная, в правильный момент касающаяся его руки, плеча, подбородка. Это было как из картинки: лёгкий смех, идеально отточенные фразы, идеальные улыбки. Поцелуй, как из маггловского романтического фильма — неспешный, правильный, мягкий, оставляющий лёгкий привкус цветов и шампанского. Всё, что нужно для будущей победительницы. Но даже после всего этого, даже после целого дня расслабления, ароматов и касаний, внутри него всё ещё оставался огонь, потому что ни одна ванная с эфирными маслами не могла его потушить. Он до сих пор чувствовал вкус гнева, горечь ярости, пульсирующую боль в мыслях, которые не могли оставить его в покое. Он видел под закрытыми веками, как Грейнджер, не задумываясь, плеснула ему в лицо вино и помнил её замах — чёткий, выверенный, злой. Он слышал, как хлынул воздух из её лёгких после его слов о том, что может, она сама напросилась, и Тео ни в чем не виноват. Драко знал, что это было ложью, но всё равно сказал. Потому что хотел сделать ей максимально больно. Потому что был настолько в ярости, что не видел разницы между истиной и оружием. Потому что он мог позволить себе любой удар — и он его нанёс. Он отложил её свидание на самый конец недели, потому что хотел, чтобы это стало последним, что она здесь сделает, а на следующий же день он её выгонит. Но пока что он отбросил все эти мысли, потому что в бар вошла Инес. Она шла уверенно, словно была хозяйкой этого пространства, её платье подрагивало при каждом движении, сверкающие тени падали на ключицы, губы были растянуты в довольную, почти ленивую улыбку. Она была огнём, а он последние дни горел, и ему было плевать на правила шоу, плевать, что вырежут, а что нет. Сегодня он собирался развлечься. Бар был закрыт только для них двоих. Инес сидела напротив него, закинув ногу на ногу, её алое платье будто жило собственной жизнью, мягкими складками обнимая её тело. Глубокий вырез открывал точёные ключицы, которые в приглушённом свете казались почти золочёными. — Помнишь наш вечер в Испании? — её голос был мягким, с той ленивой тягучестью, которая всегда действовала на него безотказно. Драко молча поднял бокал, рассматривая глубокий рубиновый оттенок вина. — Может уже хватит жить прошлым, Инес? Посмотри, как отлично в настоящем, — окинул он взглядом помещение. Она улыбнулась, проведя пальцами по краю своего бокала. — Без прошлого нет будущего. — Если уделять слишком много внимания прошедшему, никогда не построишь чего-то нового, — усмехнулся парень, сделав глоток. Вкус вина был насыщенный, терпкий, с оттенками миндаля и тёмных ягод. Инес знала толк в удовольствиях. — Ты хочешь построить со мной что-то новое? — выгнула бровь девушка. — Я хочу забыть настоящее сегодня, — лениво покрутил он бокал в пальцах, наблюдая, как тёмно-бордовая жидкость играет бликами. — Поможешь? — И какая мне от этого выгода? — ухмыльнулась Инес, делая глоток. Драко закурил, и тёплый, пряный дым окутал пространство между ними, Инес, не торопясь, наклонилась вперёд, положив локти на стол. — Что ты можешь мне предложить, Драко? Он стряхнул пепел, ухмыляясь. — Себя? — И как долго я буду обладать тобой? — рассмеялась она мягко и лениво. — Мной невозможно обладать, и ты это знаешь. Вопрос лишь в том, хочешь ли ты хорошо провести этот вечер или нет, — Драко поставил бокал на стол, наклонив голову в бок. — Ни капли не изменился, — фыркнула испанка. Они снова выпили. И снова. Напиток обжигал горло, но греющим, тягучим теплом, и Драко позволил себе расслабиться — по-настоящему, впервые за всю эту чёртову неделю. Разговор тек легко, без напряжения, как музыка на фоне. Он чувствовал ритм, чувствовал её ожидание, чувствовал игру, и Инес, как всегда, играла красиво. — Так что у вас произошло с Грейнджер? — спросила она вдруг, переворачивая бокал и наблюдая, как вино медленно стекает по стеклу. Драко напрягся. — Наши личные дела. — У вас с ней уже есть личные дела? — приподняла она бровь. — Давай сосредоточимся на наших делах, — стряхнул пепел в пепельницу Малфой. — Ты хочешь танцевать, Инес? Она улыбнулась, повела плечами, позволяя платью чуть съехать вниз по линии ключиц. — Я не просто хочу, Драко. Я жду. Он поднялся, подошёл к ней, потянул за запястье — без лишней силы, но уверенно, так, что её бокал чуть накренился, но не пролился. — Тогда пойдем. Инес медленно поднялась, давая ему полюбоваться этим моментом, когда её платье скользнуло по её ногам, а затем она мягко вписалась в пространство рядом с ним, разделяя с ним один и тот же воздух. Драко понимал, что Инес играет в свою игру. Он видел её точные, хищные движения — она не уступала контроль даже музыке, будто хотела подчинить его себе так же, как этот зал, этот танец, это пространство, заполненное жаром и гулким эхом каблуков по деревянному полу. Драко решил не торопиться: он всегда умел ждать. Инес кружилась вокруг него, алые воланы её платья разлетались, будто пламя, раздуваемое ветром. Она подходила всё ближе, каждым шагом сокращая расстояние, каждым взмахом запястья словно закидывая сеть. Драко знал этот взгляд. Она хотела напомнить, кем была для него когда-то. — Ты всё такой же, — бросила она в его сторону, притворно-лениво, но слишком уверенно. Драко смотрел прямо в её раскалённые тёмные глаза, не двигаясь. — Смотришь, но не трогаешь, — продолжила Инес, её губы тронула насмешливая улыбка. Он знал этот трюк. Провокация. — Я просто выбираю момент, — ответил он ровно. Она фыркнула, вздохнула, будто разочарованно, и качнула бёдрами в такт. — Вдруг момент уже прошёл? Драко усмехнулся уголком губ. Она всегда пыталась управлять ритмом, но именно в этом он был лучше. Парень подался вперёд — резко, неожиданно — и перехватил её руку. Инес едва успела охнуть, прежде чем он закружил её в танце, заставляя идти в такт ему. Каблуки загрохотали по полу, зал снова наполнился звуками страсти и битвы. Она пыталась вырваться, сделать выпад, но он не дал ей этой свободы. — И чего ты ждешь? — шепнула она, её пальцы скользнули по его подбородку в вызывающем жесте, и тогда он толкнул её назад — не грубо, но резко — но так, что её спина ударилась о стол. Стекло зазвенело. На секунду она замерла, но потом Драко увидел, как расширились её зрачки, и понял, что это не страх — это азарт. Он наклонился и поцеловал её. Не осторожно, не плавно — он взял этот поцелуй так, будто это ещё один удар в танце, ещё одна комбинация, ещё один захват. Инес сразу же ответила — яростно, требовательно, с силой. Её пальцы скользнули в его волосы, дёрнули, её губы двигались в том же бешеном ритме, что и их дыхание. Она отдалась этому мгновению, как привыкла делать всегда — без сомнений, без тормозов. Границ не было. Он слышал, как зашуршала ткань её платья, как её рука сомкнулась на его воротнике, но прежде чем она успела потянуть его ближе, он сделал то, чего она точно не ожидала: Драко отстранился. Медленно, чуть отодвинув лицо, едва позволив воздуху проскользнуть между их губами. Инес выдохнула — тихо, прерывисто, затем наклонилась к нему вновь, но он внезапно посмотрел вверх, на парящие в воздухе камеры. — Съёмка окончена, — бросил он хрипло. — Плевать, — её губы коснулись его скулы, жаркие, мягкие, пахнущие вином. — Всё равно вырежут. Его пальцы обхватили её бёдра, и одним движением он поднял её и усадил на стол. Она обхватила его талию ногами, и её платье разъехалось по бёдрам, обнажая ноги. Драко вжался в неё, чувствуя её смех, её дыхание, её нетерпение. Инес провела кончиками пальцев по его щеке, затем скользнула вниз — по шее, по линии ключиц, вниз по груди, медленно, соблазняюще. Он почувствовал, как затрещала ткань её платья, когда потянул его вниз, спуская с плеч. — Ты же не выберешь меня? — тихо спросила она, смотря ему в глаза. Драко замер на секунду. Его взгляд скользнул по её лицу, по её губам, по её глазам, где не было ни иллюзий, ни ожиданий — только принятие. Он провёл пальцами по её щеке, наклонился к самому уху и тихо выдохнул: — Сейчас я выбираю тебя. — Ты понял, о чём я, — закрыла глаза на мгновение Инес. Драко глухо выдохнул и убрал её волосы с плеч, оставляя на коже огненные поцелуи. — Это всё, что я могу тебе предложить, Инес, и, если тебя это не устраивает, я пойму. Она посмотрела на него: прямо, смело, без сожалений, а затем её губы искривились в лукавой улыбке. — Плевать. Она стянула с него рубашку, и в следующий момент их губы снова столкнулись. Поцелуй был жадным, требовательным, жестоким. Инес отдавалась ему полностью, без пауз, без раздумий, так, как всегда жила — с голодом, с огнём. Её ногти скользнули по его спине, оставляя красные дорожки, а бёдра сомкнулись вокруг него ещё сильнее. Драко не терял времени. Платье сползло вниз, а его губы скользнули по её шее, задержались у ключицы, прошлись ниже. — Не медли, — сказала она хриплым от желания голосом, расстегивая его брюки. Он провёл ладонями по её талии, к бёдрам, чувствуя, как она дрожит под его пальцами, ощутил ее пальцы на члене и выдохнул ей в губы. Драко перехватил ее руку и направил себя в нее. Громкий вдох в его ухо, касания ее губ на его шее, она, схватившая его в тиски. Малфой сразу взял быстрый темп: так любил он, так любила она. Стоны разбивались о стены бара, бокалы упали со стола, не способные удержаться от их движений. Драко снова нашел ее губы и зашипел, когда она прикусила нижнюю. — Кусаешься? — сильнее сжал он ее бедро, пока вторая его рука упиралась в стол. — Тебе же нравится, — хищно улыбнулась она. Остались только движения, стоны, царапины, поцелуи, вино, запах магии и горячие, обжигающие волны удовольствия. Было только двое, и ночь, в которой не было ни прошлого, ни будущего, ни последствий.

***

Драко не был уверен, чего ожидать от Селены. После той ночи в баре с Инес он успел сбросить напряжение, выпустить пар, но не избавиться от проблем. Селена была другой партией, и Драко жизненно необходимо было разыграть ее правильно. Если Инес жгла, не давая думать ни о чём, кроме желания, то Селена плела паутину, и он не сомневался, что сегодня она попытается затянуть его глубже. Она появилась издалека, грациозная, собранная, в идеально сидящем тёмном платье, подчёркивающем тонкую линию талии, ее красные губы искривились в лёгкой ухмылке. — Я думала, что ты можешь отказаться. — Я могу. — Но ты здесь, — наклонила она голову, изучая его. — Пока что, — подарил ей ухмылку Драко. — Тогда давай проверим, как долго ты продержишься, — хрипло рассмеялась Селена. Она сделала движение рукой, и пространство вокруг них изменилось: магия вспыхнула, окутывая их тёмными, искрящимися нитями. Драко почувствовал лёгкое давление на запястьях, словно невидимые путы скользнули по коже. — Мы связаны, — спокойно объяснила Селена. — В буквальном смысле, — едва заметно дрогнули ее губы в улыбке, но взгляд оставался холодным. — Если ты ошибёшься, я почувствую это. Драко посмотрел вниз. Между их руками растянулась магическая нить, мерцающая бледным, живым светом. Она легко вибрировала, словно живая. — Значит, если я сделаю что-то не так — ты почувствуешь боль? — прищурился он. — И наоборот. — Прекрасно, — сладко улыбнулся Малфой. Он чуть потянул на себя запястье, чтобы проверить, насколько она чувствительна к этому контакту. Селена не дрогнула, и только ее глаза засветились особым огнём. — Готов подчиняться? — хитро спросила она. — Посмотрим. Пространство вокруг ожило. Задание было не только в стратегии, но и в тактике, в контроле — Селена хотела вести. И Драко позволял ей это делать. Пока что. Она проверяла его: раз за разом мягко перетягивала власть на себя, ведя за собой, но не осознавая, что он начал другую игру. Они двигались, как в танце, магия пульсировала между ними, и Драко чувствовал, как напряжение растёт. — Доверяешь мне? — бросила она ему, не прерывая движений. — Нет, — ухмыльнулся он. Селена рассмеялась, но в следующий момент он вырвался из-под её контроля. Резко. Неожиданно. Она на долю секунды потеряла хватку, и магическая связь взвизгнула болью, Драко почувствовал короткий, острый укол, как и Селена. Они остановились, глядя друг на друга. — Значит, ты тоже умеешь играть? — дрогнули губы Селены. — Я всегда играю, — улыбнулся в ответ Драко. И партия продолжилась. Они кружили вокруг друга друга около десяти минут, обмениваясь двусмысленными и язвительными репликами. — Смотри, как бы ты не прикипела ко мне, Селена, — мимоходом обронил фразу Драко. — Мне кажется, тебе нравится игра. — Думаешь, я способна к чему-то привязаться? — скептично выгнула она бровь. — Мы с тобой связаны магическими нитями, — хмыкнул он. — И ты сама это сделала. Если хотела, чтобы я был поближе — просто попросила бы. — Ты так уверен в себе? — она наклонила голову, делая шаг ближе, проверяя границы. Драко не отступил. — Можно подумать, тебе это не нравится, — лениво усмехнулся он, не двигаясь с места. — А может, ты просто боишься подойти поближе? — бросил он ей вызов. — Ты думаешь я так глупа и не понимаю, что ты делаешь? — осталась стоять на месте Селена, пронзая его взглядом. — А что я делаю? — невинно пожал плечами Малфой и сделал шаг вперед. — Это твое свидание, твой выбор, — сделал он еще один шаг к ней. — Ты так яро не хотела уходить, — сверкнул он белоснежной улыбкой. — Аккуратно, я могу решить, что ты хочешь остаться тут… из-за меня. — Ты прекрасно знаешь, что это не так, — все еще не двигалась она, когда Драко остановился в шаге от нее. — Ты боишься, Селена. — Я? — хмыкнула она. — Тебя что ли? — Нет, — покачал головой Драко. Он ощущала магию между ними, слышал ритм их дыхания, чувствовал, как в воздухе накапливается напряжение, а затем наклонился к ней и шепнул в ухо. — Ты боишься себя, — и медленно поднял руку и коснулся её лица. Не резко. Не требовательно. Ровно настолько, чтобы она почувствовала. Селена замерла. — Боишься провала, боишься испытывать что-то кроме ненависти. Я понимаю, Селена, — медовым голосом произнес он. — Я сам такой же, — его пальцы скользнули к её шее, задержались у линии ключиц. Контроль? Власть? Они были в её руках до этого момента. Она чуть приоткрыла губы, будто собираясь что-то сказать, но Драко сделал ход первым. Драко наклонился и поцеловал её. Не резко, не грубо, а именно так, как этого требовал момент. Настолько выверено глубоко, чтобы зрители перед экранами затаили дыхание, но не настолько, чтобы это выглядело как откровенная демонстрация власти. Просто красивый, романтичный поцелуй. И первые секунды… Она ответила: её губы поддались ему. Селена влилась в это, словно это было логичным развитием их танца. Это изменило всё: потому что на камерах это выглядело так, словно она закрыла глаза, позволила ему. Для её семьи это выглядело так, словно она была скомпрометирована. Селена резко отшатнулась, будто очнувшись. Глаза вспыхнули, губы дрогнули, дыхание было сбито — возможно, не только от поцелуя, но и от осознания, что только что произошло. — Ты…! — сорвалось с её губ. — Не стоит сдерживать свои желания, — спокойно посмотрел он на нее, но в его взгляде читалась явная победа. Драко взмахнул рукой и нити исчезли. Он всегда мог их убрать, просто до этой секунды они были ему выгодны. А затем развернулся и ушёл, не давая ей шанса взять реванш. Селена осталась стоять среди сверкающих огней с осознанием, что она проиграла. Она проиграла не шоу, а свою безопасность, потому что теперь её семья видела. И они не поверят ей.

***

Малфой шел в её сторону с самым недовольным выражением лица, которое она только могла себе представить. На секунду ей показалось, что он действительно развернется и уйдёт, но вместо этого он остановился перед ней, скрестил руки на груди и прищурился. — Что, Грейнджер, решила затащить меня в свою комнату, чтобы довести план до конца? — в его голосе был чистый яд, обёрнутый в ленивую насмешку. Гермиона глубоко вдохнула, проглотив желание влепить ему пощечину прямо сейчас. — Нет. Я попросила тебя прийти в наш дом, чтобы аппарировать вместе. — Очень заинтригован, — произнёс он таким тоном, будто предпочёл бы выпить чаю с Беллатрисой вместо того, чтобы стоять здесь с ней. Гермиона проигнорировала его настроение и протянула руку, на что Драко закатил глаза, но всё-таки взял её ладонь, и в следующее мгновение они пропали с хлопком. Они оказались перед длинной гоночной трассой: две спортивные машины — одна чёрная, вторая серебристая — сверкали на солнце, словно готовые рвануть с места. Жара дрожала в воздухе и отражалась от раскаленного асфальта, обрамлённого высокими пальмами. Малфой молча оглядел трассу, а затем перевёл взгляд на неё, и его губы скривились. — Хочешь, чтобы я тебя покатал? Эмоциональных качелей тебе уже недостаточно? — Нет, — поджала губы Гермиона. — Я хочу, чтобы ты убрал это выражение лица и сел в машину. — Значит, мы здесь, чтобы ты снова почувствовала себя у руля? — не сдвинулся он с места. — Нет. Мы устроим заезд. Малфой моргнул. — О, Грейнджер, давно не соревновалась? — с холодным сарказмом поинтересовался он. — Мне это зачем? — Ты любишь машины, — скрестила она руки на груди. — И откуда такие выводы? — фыркнул парень. — Дейзи сказала. Малфой откинул голову назад и закатил глаза. — О, прекрасно. Дейзи сказала. — Ты злой, как чёрт, всю неделю. Выпусти пар, — стиснула зубы Гермиона. — Я уже выпустил пар, спасибо, — усмехнулся он, облокотившись на капот одной из машин. — Инес мне очень помогла. Жар поднялся к лицу Гермионы, но не от смущения, а от ярости. — Значит, мы здесь, чтобы я выпустила пар, — произнесла она это медленно, раздражённо. Затем её губы изогнулись в усмешке, а голос наполнился чистой дерзостью. — Просто восприми это как возможность меня нагнуть. Гермиона увидела, что Драко удивился, а затем его глаза медленно сузились. В следующую секунду он выпрямился, отбросив шутливую маску, и теперь смотрел на неё с явным вызовом. — О, Грейнджер… — медленно обошёл он её, словно оценивая жертву, которой собирался поужинать. — Ты уверена, что хочешь сыграть в эту игру? — Я всегда уверена, — подняла она подбородок. — Посмотрим, — наклонился Малфой чуть ближе и хрипло усмехнулся. Он повернулся, открыл дверь серебристого спорткара и сел за руль, и одна из камер устремилась за ним в салон. Гермиона вдохнула глубже, развернулась и направилась ко второй машине. Двигатели заревели так громко, что, казалось, воздух сам замер в ожидании. Гермиона сжала руль, краем глаза видя, как Малфой склонился вперёд, вцепившись в свой. Он не выглядел расслабленным, скорее нацеленным на победу. «Чёрт, он воспринимает это серьёзно», — чуть прикусила она губу. Гонка началась. Колёса взвизгнули, оставляя тёмные полосы на асфальте, и машины сорвались с места, рывком уносясь по трассе. Первый поворот. Гермиона идёт шире, не сбрасывая скорость, но Малфой обходит её, словно загоняя в ловушку, и она резко делает манёвр, оказываясь рядом. — Так просто не отделаться, придурок, — выдохнула она, едва не смеясь. Драко посмотрел в боковое зеркало, наблюдая за второй машиной, и серые глаза вспыхнули азартом. Ещё один поворот. Теперь он был впереди, но Гермиона чувствовала трассу и выждала момент. Газ. Машина рванула вперёд, резко обходя Малфоя с левой стороны, и она опередила его, на пару секунд получив преимущество, и как только Гермиона развернула голову, то нашла его взгляд в окне… и медленно подняла средний палец. Прямо на скорости. Гермиона была уверена, что у Малфоя дернулся глаз. Да, Драко заметил, и его пальцы сжались сильнее на руле, а губы изогнулись в хищной ухмылке — он принял вызов и переключил передачу, заставив мотор зарычать и вырывался вперед. Ее план был отчаянным. Нет, даже хуже — он был абсолютно безумным, импульсивным и в духе лучшей гриффиндорской глупости, но она не видела другого выхода. Драко ненавидел её: он не хотел слушать, не хотел видеть, отказывался разговаривать. Всё, что он чувствовал к ней сейчас — злость, холодная, колючая, прожигающая её насквозь, а Гермионе нужен был любой другой оттенок эмоций. Любой. И если для этого ей нужно было разыграть спектакль с небольшим «чрезвычайным происшествием» — то так тому и быть. Она заранее наложила на машину чары, чтобы в случае чего не сгореть к чертям и точно знала, как сымитировать занос, как сделать так, чтобы всё выглядело натурально. А дальше? Дальше — реакция. Она знала, что Малфой контролировал всё в своей жизни, что терять контроль — для него было равносильно падению с высоты без метлы, и она хотела, чтобы он почувствовал этот момент, чтобы его бесконтрольная реакция дала ей шанс наконец-то с ним поговорить. Они шли почти наравне, и вперёди приближался поворот — идеальный момент. Гермиона нажала на газ.

***

Грейнджер его бесила. Нет, правда, до остервенения, до скрежета зубов. Это продолжалось всю его жизнь — в школе, потом после войны, потом во время каждого их грёбаного разговора на шоу. Но особенно ярко это чувство вспыхнуло после их «свидания» на пляже. Но сегодня… он поклялся себе, что лучше разобьётся, чем даст ей выиграть. Машины шли почти наравне. Он видел её в боковом зеркале — сосредоточенную, злую, глаза горели азартом. Чёртова ведьма, даже за рулём не могла не пытаться его обойти. Впереди был поворот, и Драко сосредоточился. Ещё немного, ещё пара секунд — и он уйдёт вперёд, но краем глаза он заметил, как её машина дёрнулась. — Грейнджер, какого чёрта?.. И в следующий миг она резко затормозила: колёса взвизгнули, машину слегка занесло, но она удержала её под контролем. Драко выругался, выжал тормоз и развернулся назад к ней, и, когда он подъехал, она сидела, крепко сжимая руль, её дыхание было сбито. Он опустил стекло, прищурившись. — Ты, что, решила разбиться, Грейнджер? — его голос был язвительным, но в нём сквозило напряжение. — Я бы с радостью понаблюдал, — добавил он с усмешкой, но внутри всё ещё чувствовал то чёртово неприятное чувство под рёбрами.

***

Всё происходило за доли секунды, и она правда собиралась это сделать. Ещё миг назад её пальцы крепко сжимали руль, она рассчитывала угол, время и точку, где должна была сорвать машину в управляемый занос. Но в последнюю секунду что-то в ней щёлкнуло. «Рисковать жизнью, чтобы с ней заговорил этот грёбаный Малфой?» Гермиона резко затормозила: колёса взвизгнули, а она откинулась на сиденье, бешено дыша, ощущая, как сердце грохочет в груди. Это его жизнь в опасности. Это ему одни уже подбирают могилу, а вторые готовят камеру в Азкабане. И он не хочет с ней говорить? С человеком, который пытается его спасти?! А потом он подкатывает и спокойно заявляет: «Я бы с радостью понаблюдал». И вот тогда Гермиона сорвалась. Вылетела из машины, громко хлопнув дверью, разозлённая до дрожи, шагнула к его окну, нагнулась, упёршись обеими руками в дверь его машины, и злобно посмотрела на него. — Ты, блять, серьёзно?! — её голос сорвался в гневный смешок. — С радостью бы посмотрел, как я разбиваюсь? — Ну, ты сама же чуть не подарила мне это зрелище, — спокойно посмотрел на неё Драко. — Да, почти, Малфой. Почти, — её глаза сверкали бешенством. — Знаешь, что я собиралась сделать? Я собиралась устроить этот чёртов занос, чтобы ты хотя бы секунду испытал что-то кроме ёбаной злости! Чтобы ты, может, вспомнил, что умеешь чувствовать что-то, кроме желания кого-то уничтожить! — Ты что, больная? — Ага, а знаешь почему? — она наклонилась ближе, её голос теперь был низким, отрывистым. — Потому что я, в отличие от тебя, пытаюсь хоть что-то сделать. Я не убегаю, не прячусь, не закапываюсь в своё грёбаное самолюбие. Она тяжело дышала, пытаясь успокоиться, но злость захлёстывала её с головой, а Малфой смотрел на неё холодно, оценивающе и это бесило ещё больше. — Я пыталась помочь, — дрогнул ее голос, но не от слабости. — Я пыталась с тобой говорить. Ты мог хотя бы сделать вид, что тебе не плевать на то, что происходит вокруг. Не плевать на себя. Она оттолкнулась от его машины, развернулась, собираясь уйти, но дверца его машины распахнулась с глухим стуком, и через секунду он уже был рядом с ней, словно гроза в человеческом обличье. — Не плевать на себя?! — его голос был резким. — А тебе, Грейнджер, что за дело до того, плевать мне на себя или нет?! — Да потому что все вокруг пытаются тебе помочь! — она оттолкнула его в грудь, но он даже не шелохнулся. — Ох, да, конечно! — он усмехнулся, но в этом смехе не было веселья. — Ты и Поттер, спасители, мессии, носители светлого будущего! — А ты, Малфой, просто чёртов идиот! — она шагнула ближе, их лица оказались в опасной близости. — Ты мог бы вылезти из этого дерьма, но твоё грёбаное эго тебя погубит! — А тебе не приходило в голову, что, может, мне плевать?! — он перехватил её запястья, сжал, не больно, но достаточно крепко, чтобы удержать её на месте. — Что, может, я не хочу, чтобы кто-то «помогал»? Что меня заебало, что каждый второй считает, что знает, что для меня лучше?! — Ага, конечно, зато ты прекрасно знаешь, что для всех остальных лучше, да?! И не смей хватать меня! — она вырвала руки, дыхание сбивалось от бешенства. Между ними повисла тяжелая, наполненная гневом тишина. Ненависть искрила в воздухе, подогреваемая жаром от раскаленных машин и палящего тайского солнца. И в этот момент Гермиона поняла, что в следующий миг либо врежет ему, либо… Драко опередил её. Рывок — он запустил пальцы в ее волосы и поцеловал. Жёстко, без предупреждения, в ярости. В полном грёбаном безумии. Гермиона судорожно вдохнула, но не оттолкнула его. Ее руки схватили его за волосы, дернули, их тела ударились друг о друга, и если в этом и была битва, то с обеих сторон. Он кусал её губы, она царапала его спину. Он держал её крепче, чем следовало, а она тянулась ближе, чем полагалось. Они ненавидели друг друга, но в этот момент — дьявол бы побрал все, кроме этого поцелуя. Гермиона резко вскрикнула и подпрыгнула, когда почувствовала, как её кожу обжигает раскалённый капот машины. — Ауч, твою мать! — она дёрнулась, но Драко всё ещё держал её за талию, их тела были слишком близко. Они оба тяжело дышали, их губы ещё горели от яростного поцелуя, но в следующую секунду всё сжалось: напряжение, бешенство, ненависть. Гермиона прикрыла глаза, сделала глубокий вдох, стараясь взять себя в руки, и, когда снова посмотрела на него, её голос был ровным, но твёрдым. — Просто поговори со мной. — О чем? — замер Драко. Она медленно высвободилась из его рук, но не отстранилась полностью. — Просто расскажи, — её голос остался тихим. — Мы найдём выход, — она облизнула губы, будто смывая остатки его поцелуя. — С учётом всего, что ты уже сделал. Драко пристально смотрел на неё. Его грудь тяжело вздымалась, взгляд метался — между губами, глазами, её шеей, на которой были видны следы его поцелуев. На секунду в воздухе снова повисло напряжение, а потом он медленно выдохнул и разжал пальцы. Отпустил. Отступил. Но ещё не ушёл. — Ты просто сумасшедшая, Грейнджер, — устало провел он по волосам рукой. — Что за маниакальная страсть к спасению? — Я такая, какая есть. Я не трачу свою энергию на кого попало, Драко, — твердо сказала она. — И с каких пор я не «кто попало»? — скептически выгнул он бровь. — С тех пор, как я так решила, — провела она кончиками пальцев по его скуле, а затем сделала шаг назад к своей машине. — Подумай. Я буду ждать твой ответ на церемонии. На этих словах она села в машину и уехала, оставляя на обочине парня, который нервно закурил.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!