Вернутся к фанфику
33. Братский кодекс
19 июня 2025, 23:58Как только Селена скрылась за дверьми, Драко устало прикрыл глаза, запрокинув голову наверх, и двинулся в сторону выхода. Пройдя через фойе, он вышел на балкон, достал сигареты и подкурил одну, выпуская дым в небо.
«Чёрт побери, как же я устал от этого спектакля».
Первая сигарета уже догорала, но вместо облегчения Драко почувствовал только нарастающее напряжение. Он неохотно достал вторую, поджёг её и снова вдохнул.
— Ты так долго не протянешь, — раздался рядом знакомый голос.
— Фло? — удивлённо повернул голову Малфой.
— Скучал? — её губы растянулись в привычной дерзкой полуулыбке, а бровь слегка изогнулась вверх.
— Безусловно, — хмыкнул он, сбросив пепел. — Без тебя мир совсем не тот: никто не шутит, никто не пытается влить в меня какое-то сомнительное зелье или познакомить с говорящим животным.
— Приятно, чёрт возьми, — хлопнула она его по плечу со смехом.
Драко лениво улыбнулся, делая ещё одну тягу. Наконец-то среди событий этого безумного дня появился хоть один настоящий человек.
— Тебя уже фотографировали?
— Да, я была перед Селеной, — опёршись о каменную ограду, сказала девушка. — Спасибо за украшения, — указала она на набор из серег и чокера, усыпанных разноцветными камнями.
— Пожалуйста, — просто ответил Малфой. — И почему ты всё ещё здесь?
— Жду кое-кого, а тут увидела тебя и решила, что будет преступлением не подойти, — откинула, упавшие на лицо волосы девушка. — Кстати, отличный выбор, — многозначительно подмигнула она парню.
— Выбор чего?
— Выбор кого, — сделала она акцент на последнем слове с улыбкой.
— Фло!
— А вот и выбор, — перевела она взгляд за спину Драко. — Гермиона, красотка, сколько лет, сколько зим!
Флоренс обогнула Малфоя и уже через секунду заключила Гермиону в объятия.
— Я так надеялась тебя увидеть! — сказала Гермиона, отстраняясь. — Прости, у меня завал, так и не ответила на твоё письмо… но обещаю исправиться.
— Ну уж не переживай, я не из обидчивых, — махнула рукой Фло и хохотнула. — Что я за подруга, если начну соревноваться с Малфоем? В нём метр девяносто секса, во мне — метр семьдесят шуток. Тут как бы всё очевидно.
Гермиона засмеялась, взглянув на Драко, а затем снова перевела взгляд на подругу.
— Я всё же найду для тебя пару часов, не волнуйся. Ты же меня поддержишь в этом, Драко? — кокетливо проморгалась она.
— Я здесь лишь для того, чтобы тебя поддерживать, — ухмыльнулся парень. — Ты же знаешь.
— Ого, Гермиона, — нацепила шокированное лицо Флоренс. — Ты должна научить меня своим приёмам: как ты сотворила такое с нашим ледяным принцем? — указала она пальцем на Драко.
— А что, уже есть на ком тренироваться? — подалась вперёд Гермиона с глазами полными любопытства.
— Ну… — замялась Фло.
— Какие люди! — раздался бодрый голос сбоку.
— А ты что здесь забыл? — вскинул брови Малфой.
— Вы только посмотрите, и после такого приветствия он ещё надеется, что у него останутся друзья, — возмутился Забини. — Грейнджер, моё почтение, — насмешливо поклонился мулат.
— Привет, Блейз, — улыбнулась девушка. — Ты сегодня в роли модели? Драко не говорил, что ты тоже участвуешь.
— К сожалению House of Malfoy, моей милой мордашки в этой коллекции не будет, — похлопал по плечу друга он. — Я сегодня не модель, а с моделью, — поиграл он бровями.
— И что это должно значить? — со скепсисом уточнил Малфой.
— Фло, ты уже закончила? — проигнорировал Забини последнюю реплику.
Гермиона и Драко переглянулись, а потом одновременно уставились на Фло, которая стояла с невинной улыбкой.
— Вы… вы встречаетесь? — ошеломлённо спросила Гермиона.
— Грейнджер, я бы был непроходимым тупицей, если бы упустил женщину, которая смеётся с моих шуток так, будто я не человек, а заклинание щекотки, — с гордостью заявил Блейз и приобнял Фло.
— МакКинон, — покачал головой Драко. — Ты могла бы найти кого-то получше.
— Знаю, — протянула она, смотря с весельем на Забини, который открыл рот от возмущения. — Но он так старался меня впечатлить, что я решила дать ему шанс. Конечно, он и вполовину не такой симпатичный, как я, зато у него огромное хранилище.
Она отвернулась от Блейза, закатившего глаза, и придвинулась к Гермионе, заговорщески продолжая:
— Под «хранилищем» я имею в виду не только банковскую ячейку, но и…
— Я поняла, — перебила её Гермиона, выставляя руку вперёд. — Не стоит продолжать. Если я сегодня ещё хоть раз услышу слово «хранилище», у меня случится истерика.
— А что не так с этим словом? — недоумённо посмотрела на нее Флоренс.
— Долгая история, — отмахнулась Гермиона. — Ну, раз вы теперь официальная пара, надо как-нибудь поужинать вчетвером. Что думаешь, Драко? — перевела она взгляд на парня.
— В целом, нам хватит и Фло, — подарил он Блейзу свою издевательскую улыбку, которую понимают лишь лучшие друзья. — Забини обычно не затыкается, когда в него попадает капля алкоголя.
— Ты просто не слышал, как я пою, когда капля алкоголя попадает в меня, — подалась вперед Фло.
— Ты поёшь как серена, дорогая, — чмокнул её в щеку Забини. — А Малфой просто придурок.
— За этого кандидата я голосую, — усмехнулась Гермиона. — Здравые слова.
— Вы токсичны, — пробурчал Драко.
— А ты милый, как котёнок, — сладко улыбнулась Грейнджер.
— Так может сегодня и поужинаем? — предложила Фло.
Гермиона украдкой взглянула на Драко, на лице которого отпечаталась вековая усталость от этого дня.
— Отличное предложение, — снова вернула взгляд к Флоренс она, — но у нас ещё есть пару дел сегодня, и, к сожалению, мы не сможем. Давай лучше свяжемся позже и выберем удобную всем дату?
— Без проблем, — ни на секунду не смутилась девушка. — Мы тогда пойдём.
И, взяв под руку Забини, она махнула им рукой, скрываясь за поворотом.
— Слава Салазару, ты выкрутилась, — устало опёрся об ограждение балкона Малфой, прикладывая руки к лицу и потирая глаза. — Если мне придётся поговорить ещё хоть с одним человеком сегодня — я спрыгну с метлы.
— Как всё прошло с Селеной? — поинтересовалась Гермиона.
— Все по-плану, — скользнул он одной рукой в платиновые волосы. — Скормил ей официальную версию.
— Она поверила?
— Всё, что могу сказать: она в шоке. Но, думаю, да.
— Ладно, пойдём, — взяв его за руку, потянула она парня в сторону камина. — Ты выглядишь как инфернал: тебе надо поспать.
Драко смиренно шагал за ней, не выпуская её пальцы из своих.
— Я обещал вернуть долг, но я правда уже ничего не соображаю, — глухо пробормотал он. — Давай я провожу тебя, и встретимся завтра.
— Хорошо, — подойдя к камину, ответила Грейнджер.
Она взяла в руку горсть летучего порошка и, назвав свой адрес, кинула его в ноги. Через пару секунд вслед за ней из камина вышел Малфой.
— Ты голоден? — кидая сумку и пальто на кресло, спросила девушка.
— Если честно, да, — ответил Драко, падая на диван.
Живоглот тут же оказался рядом, запрыгнув ему на колени.
— Я посмотрю, что у меня есть, — двинулась она в сторону кухни.
— Попросим Санни, — откидывая голову на спинку дивана и прикрывая глаза, сказал он, параллельно лениво гладя кота. — Ещё не хватало, чтобы после всего, что мы сегодня пережили, ты этим занималась.
— Ладно, — усмехнулась Грейнджер. — Пойду пока переоденусь, а ты не засыпай, — легко похлопала она его по колену.
— Мг, — не открывая глаз, ответил Малфой. — Санни!
Дав указания домовику, Гермиона быстро приняла душ и переоделась в любимые мягкие штаны и тонкий свитер. Волосы она собрала в небрежный пучок и вышла назад в гостиную, где уже витали невероятные ароматы.
— Всё готово, мисс Грейнджер, — гордо сообщил Санни, указывая на стол, накрытый с домашней заботой.
— Спасибо, Санни, ты просто чудо, — тепло улыбнулась Гермиона. — Драко, ужин на столе!
Она прошла в соседнюю комнату — и замерла. Малфой уже полулежал на диване с мерно вздымающейся грудью и закрытыми глазами, а на его животе развалился её бессовестный кот. Гермиона медленно подошла ближе, улыбаясь — не в силах сдержать нежность от этой сцены. Присев рядом на корточки, она провела пальцами по светлым волосам, поправляя выбившуюся прядь.
— Драко… — тихо позвала она.
Он не ответил: только слегка нахмурился. Грейнджер мягко коснулась его плеча и прошептала:
— Драко, ужин готов. Пойдём?
Он только что-то неразборчиво пробормотал в ответ.
— Ясно, — поджала губы она.
Девушка встала и подняла на руки кота, который издал недовольный «мяу» от того, что его лишили насиженного места.
— Не мучай его, — шепнула Живоглоту она, и опустила того на пол.
Гермиона начала расстёгивать его рубашку, а затем достала запонки из манжет, кладя их на кофейный столик.
— Иди сюда, — прошептала она, обняв его за плечи, помогая приподняться.
Он послушно прижался, положив голову на её плечо, как будто только этого и ждал весь вечер. Она аккуратно сняла с него одежду и положила рядом, а затем, зарывшись пальцами в его волосы, сказала еле слышно.
— Драко, тебе надо лечь нормально. До кровати дойдёшь?
— Мне домой надо… — пробормотал он сонно.
— Оставайся, — прижалась она щекой к его виску. — Я не против.
Драко приоткрыл один глаз, посмотрел на неё, пытаясь сфокусироваться, а потом кивнул. Гермиона провела его в спальню, сняла одеяло, помогла лечь, расстегнула брюки, дождавшись, пока он с последним усилием приподнимется.
— Я уже говорил, какая ты невероятная? — пробормотал парень, зарываясь лицом в подушку и переворачиваясь на бок.
Гермиона мягко улыбнулась и, поколебавшись всего секунду, легко коснулась губами его щеки.
— Спокойной ночи, Драко, — прошептала она.
Он не ответил, и только мерное глубокое дыхание показывало, что он снова крепко заснул.
***
Семь дней до аукциона Утро встретило его монотонным звуком дождя. Открыв глаза, Драко прищурился пытаясь понять, где находится. «Спальня Грейнджер? Да, точно, я отрубился вчера». Он медленно перевёл взгляд на соседнюю сторону кровати: простыня была уже чуть прохладной, а Гермионы рядом не было. Он медленно потянулся, перекатываясь на спину, и застонал, чувствуя, как тело отвечает глухим напряжением. Ещё один вдох — и вот тогда он услышал звуки: что-то шипело, шуршало, стучало. Кухня. Драко скинул с себя одеяло и, в одних боксерах и босиком, направился на звук. Кухонный свет резал глаза, но картина, которая предстала перед ним — стоила этого. Гермиона стояла у плиты спиной к нему, и в утреннем свете, который сочился сквозь полупрозрачные занавески, её кожа казалась такой притягательной. На ней был белоснежный хлопковый комплект — лёгкий, почти девчачий — короткий топ и высокие шорты с мягкими оборками по краям, открывающие вид на полушария подтянутой попы. Она была босиком и стояла на одной ноге, прислонив стопу второй к внутренней стороне бедра. Её обнаженная талия была такой тонкой, будто её можно было легко обхватить ладонями. В одной руке она держала деревянную лопатку, и прищуренно разглядывала обжариваемый тост. Волосы собраны в свободный узел, из которого уже давно выбились пряди и щекотали её шею. Малфой стоял у дверного проёма, облокотившись на косяк, не подавая голос, просто позволяя себе посмотреть, и отчётливо осознавая, как сильно он её хочет. Прямо сейчас. Она повернулась за полотенцем, и тогда заметила его — в её глазах мелькнуло удивление, а потом мягкая, светлая улыбка. — Доброе утро, — сказала она чуть хрипловатым голосом, какой бывает после сна. — «Доброе» — это мягко сказано, — ответил он. Гермиона рассмеялась и отложила лопатку. — Завтрак почти готов. У нас есть кофе и омлет с тостами. Ты предпочитаешь в такой последовательности — или наоборот? — Я предпочитаю… вот это, — кивнул он в сторону её сегодняшнего выбора одежды. Гермиона закатила глаза, но щеки у неё вспыхнули розовым. — Если хочешь принять душ, на комоде лежат чистые полотенца, — решила она вернуться к безопасной теме. — Сколько времени? — Уже десять, — посмотрела она на часы. — Я решила тебя не будить, ты выглядел таким… — Каким? Гермиона попыталась подобрать слово, но плюнула на это, решив, что хуже от её искренности уже вряд ли станет. — По-ангельски безмятежным. Драко выгнул бровь, и Гермиона мгновенно захотела себя ударить за такой выбор характеристики. Ну что ей было поделать, если он действительно выглядел как ангел, лежащий на её белых простынях? — Это я даже не старался, — всё же отозвался он, усмехнувшись. — Ладно, утро всё равно безвозвратно потеряно, так что не буду торопиться. Он легко оттолкнулся от косяка и вернулся назад в комнату. Быстро приняв душ, парень трансфигурировал вчерашнюю одежду в черные шорты и, немного подумав, решил не надевать майку. Гермиона уже сидела на стуле, закинув ногу на ногу, и ждала, пока его высочество закончит банные процедуры. Вода стихла, и через пару минут в дверях показался Драко: босой и в одних шортах. Девушка сглотнула, заметив, что пара капель на его плечах и груди всё ещё не высохли. — Выспался? — решила заполнить она неловкую паузу, пока он садился на стул рядом. — Да, — делая глоток кофе, ответил он. — Спасибо, что разрешила остаться. — Я только рада, — машинально ответила Гермиона, а затем резко подняла глаза, поняв, что произнесла. Разумеется, губы парня расплылись в самодовольной улыбке. — Приятного аппетита, — буркнула она, кладя омлет в рот и снова опуская голову, чтобы хоть как-то скрыть румянец. Драко ничего не ответил, приступая к завтраку. — Как прошла встреча с Гарри позавчера? — решила разбавить молчание девушка. — Нормально, — прожевав, ответил Малфой. — Я показал заклинание, алхимик был в восторге. Ты сообщила ему про договор? — Да, он ждёт, когда ты передашь ему оригинал, — кивнула она, делая глоток кофе. — На выходных встретимся с ним, чтобы ты передал ещё и план обоих зданий. Обсудим детали. — Нам надо показаться где-то вместе в ближайшие дни. — Как насчёт завтра? — предложила Гермиона. — Ты мог бы забрать меня из кофейни, а дальше что-то придумаем. — Хорошо, — кивнул он. — Во сколько ты заканчиваешь? — В районе семи. — Договорились, — отложил он приборы, закончив. — Ты планируешь сегодня пойти на работу? — Да, соберемся и можем отправляться. Гермиона встала, чтобы убрать тарелки, и глаза Малфоя сразу же хищно впились в её задницу, которую еле прикрывали шорты. Парень машинально облизнул губы, когда она наклонилась, чтобы выбросить в ведро остатки еды с тарелок. — Отличный комплект белья, — хрипло сказал Драко, не отрывая взгляда. — Специально для меня выбирала? Гермиона замерла, а затем медленно развернулась. — Это пижама, — отчеканила она. — И нет, Малфой, это моя обычная домашняя одежда. Гермиона врала. Безбожно, нагло лгала, смотря прямо в его бездонные серые глаза. А что ей оставалось делать? Рассказать, что она минут десять выбирала, в чём его встретить с утра? Еще чего. Она знала, как сидят эти шорты; знала, как спадает эта тонкая бретелька, но признаться ему в этом? Никогда. Поэтому она нацепила самое невинное лицо и смотрела на парня, сидящего на её стуле, с абсолютной уверенностью. По крайней мере, она надеялась, что выражение её лица именно такое. Драко молчал, и Гермиона уже было подумала, что пронесло, но тут тишину разрезал его голос. — Иди ко мне. Гермиона на секунду задержала дыхание. Это было сказано так… властно, так сексуально, что её ноги сами задвигались по направлению к нему. Упёршись в его колени ногами, она остановилась, смотря на парня сверху вниз. — Ну вот, я около тебя. Что дальше? Гермиона не могла поверить, что ей удалось не сорваться на писк, потому что всё внутри неё просто звенело от напряжения и от того, как он смотрел. Его руки скользнули вверх по её бёдрам, оставляя за собой мурашки. — Дальше… — тихо произнёс он, — ты остаёшься здесь. Её дыхание сбилось, а сердце заколотилось в груди. Гермиона всё ещё стояла между его ног, напряжённая и неподвижная. — А если я не хочу? — тихо спросила она, хотя сама не двинулась ни на миллиметр. Драко чуть усмехнулся краем рта, словно был убеждён, что она врёт — так же как знал, что солнце поднимается на востоке. — Тогда скажи мне уйти, — прошептал он в её живот. Он оставил лёгкий, почти мимолётный поцелуй чуть выше пупка, затем ещё один рядом. И ещё. Его губы опускались вниз вдоль линии шорт, и с каждым движением Гермиона будто переставала дышать. Его руки неподвижно лежали на её бёдрах, но тепло от них разливалось по ней, посылая электричество по всему телу. — Я хочу тебя, — произнёс он хриплым, низким голосом, не поднимая глаз. Вот так просто. Малфой сказал это так, будто это было неоспоримым фактом. Будто он заявил, что небо голубое, а цвет Слизерина — зелёный. Гермиона смотрела на него, затаив дыхание. Она чувствовала, как внутри неё рождается буря — не из страсти, нет, а из этого странного, опасного желания сказать ему, что она чувствует. Сказать всё. — Я не хочу, чтобы ты уходил, Драко, — прошептала она, чуть касаясь его щеки пальцами. Он поднял на неё глаза, и в этом взгляде было всё — лукавство, напряжение, беззащитность и что-то, что она не смела предположить даже в самых смелых мечтах. — Я… устал притворяться, — честно сказал он. — Что мне всё равно. Что это просто игра. Что ты просто часть схемы. Гермиона медленно провела пальцами по его волосам, будто запоминая ощущения. — Но ты же знаешь, что мы вынуждены, — ответила она чуть слышно. — Таковы наши отношения: сначала мы притворялись, что влюблены друг в друга; потом я притворялась, что не знаю ничего о твоей настоящей жизни; а теперь ты притворяешься, что предаёшь меня. — Да, — кивнул он, целуя её ладонь. — Но сейчас здесь больше никого нет, а у нас осталось так мало времени до конца нашей игры. Так давай создадим хоть что-то честное хотя бы на одно утро. Гермиона не ответила — она потянула его, позволяя ему медленно подняться и выпрямиться, и тут же скользнула руками вверх, обхватывая его шею. Она смотрела ему прямо в глаза, так глубоко, что, казалось, видела его насквозь. — Давай, — прошептала она. Он не мог отказать. Их губы встретились — мягко, почти осторожно. Драко целовал её медленно, вдумчиво, так, будто им больше никуда не надо было спешить. Он касался её губ, прикусывал их. Гермиона отвечала так же нежно и неторопливо, приоткрывая губы и позволяя его языку проникнуть глубже, сливаться с её дыханием. Его пальцы осторожно погрузились в её волосы, распуская их и перебирая непокорные пряди. С каждым мгновением поцелуй становился глубже, жарче, страстнее. Дыхание участилось, и Драко больше не мог сдерживать себя — он скользнул руками вниз, обхватил её талию и, не отрываясь от её губ, решительно подтолкнул девушку назад. Гермиона почувствовала, как её спина упёрлась в холодильник, и невольно издала тихий стон, когда он прижал её сильнее к твёрдой поверхности. Он скользнул рукой вниз и забрался ей под шорты, начиная выбивать у неё стоны. Его пальцы уверенно касались её ровно там, где это было необходимо, пока он не прекращал её целовать. Волна жара охватила её тело, и Гермиона сама начала скользить по его пальцам, усиливая ощущения. Она сбивалась с дыхания, отрываясь от его губ, но Малфой каждый раз снова требовательно возобновлял их борьбу языками, пока доводил её до исступления. Гермиона не знала, сколько это все продолжалось: ей было так хорошо, что думать было катастрофически сложно. — Ох! — вздрогнула она, когда почувствовала его пальцы внутри себя. Драко резко замер, отрываясь от её губ. — Тебе больно? — прорвалось беспокойство в его расширенных от возбуждения зрачках. — Мерлин, Драко, — хриплым голосом сказала она. — Пожалуйста, не останавливайся. Я так близко. Он не сказал ни слова, и продолжил входить в неё двумя пальцами, касаясь основанием ладони её клитора. Гермиона уже ничего не соображала, она просто действовала на инстинктах и, упёршись в его обнажённую грудь лбом, подкидывала бёдра, насаживаясь на его пальцы. Её пресс напрягся от подступающего оргазма, и она, стоя на носочках, прикусила ключицу парня и замычала ему в кожу, когда волна жара поднялась от его рук по всему телу. Дыхание девушки стало быстрым, громким и через пару секунд, она обмякла. Драко достал пальцы из её шорт и, смотря ей прямо в глаза, бесстыдно засунул их себе в рот, а затем подмигнул. Гермиона только улыбнулась и покачала головой, а затем высвободила его из шорт, медленно двигая рукой по его уже полностью готовому к продолжению этого завтрака члену. Через пару минут она уже сидела абсолютно голая на столе, прислонив согнутые ноги к его бокам, а Драко, жадно целовал её, двигаясь внутри. Выставив руки назад, она приподнялась на них, и Малфой, сразу же среагировав, притянул её ближе. Теперь она буквально зависла в воздухе — упираясь ладонями в край кухонного стола, и с другой стороны удерживаемая руками Драко. Парень глубоко дышал, смотря на место соединения их тел, и продолжал двигаться в ровном контролируемом темпе. Гермионе хотелось большего, и она начала подаваться ему навстречу, перекатываясь на руках. — Ты сводишь меня с ума, Грейнджер, — сквозь зубы прошипел парень, пока она насаживалась на него. Кухню наполняли характерные шлепки, сбитое дыхание и периодические стоны, а потом Драко, сделал шаг вперёд и посадил её назад на столешницу, за что Гермиона была чертовски благодарна, потому что руки ужасно затекли. Она упала лопатками на стол, а Драко наклонился, возобновляя поцелуй и касаясь её обнажённой груди своей. Гермиона слезла со стола и повернулась к нему спиной, ложась на столешницу верхней частью тела и призывно покрутила бёдрами. Драко застыл, когда она проделала всё это, а затем мучительно медленно откинул её волосы на одну сторону, провёл кончиками пальцев по её лопаткам, талии, ягодице. — Драко, пожалуйста, — повернув голову через плечо, низким голосом сказала Гермиона. — Иди ко мне. Она почувствовала, как он проводит членом по её складкам, а затем головка погрузилась внутрь — и это соприкосновение мгновенно зажгло тысячи искр, что побежали по венам. В этот раз он был более резким: Драко входил до конца и назад. Затем снова. И снова. Его бедра ударялись о её задницу, каждый раз, когда он проникал так глубоко, как было возможно. Гермиона задыхалась, уже не стесняясь стоная на каждой фрикции. Его руки лежали на её талии, и, когда ощущений снова стало слишком много, Гермиона выгнула руку назад и вцепилась в его кисть. — Да-да, Мерлин. Да, — уткнувшись лбом в стол, тихо стонала она, пока Драко ускорялся всё сильнее, сам уже подходя к краю. Она закинула одну ногу на стол, упираясь в него коленом и давая Малфою ещё больше пространства для его действий, чем парень мгновенно воспользовался, ускоряясь, а его свободная от её хватки рука скользнула на её живот, а затем ниже, помогая ей финишировать раньше, чем это сделает он. Это стало последним барьером между Гермионой и звездами, и её ноги затряслись в оргазме, а в голову ударила волна чистейшего удовольствия. Драко сделал ещё несколько быстрых резких движений внутри неё и, отстранившись в последний момент, кончил, усыпая её спину белыми каплями. Его руки упёрлись в стол по бокам от неё и лопатки опалило его горячее дыхание. — У меня, похоже, тахикардия, — усмехнулся парень, переводя дыхание. — Это называется оргазм, — с притворной заботой поправила его Гермиона. — Да? — выгнул он бровь, властно сжимая пальцами упругие ягодицы. — Как удачно, что я заполучил самую умную ведьму Британии. С тобой каждый день узнаю что-то новое. Гермиона развернулась, вынуждая Драко подняться. — Если будешь хорошим мальчиком, я ещё и не такому тебя научу, — соблазнительно пообещала она, улыбаясь почти по-слизерински хищно. Драко наклонился к её губам так близко, что она ощутила его дыхание на своей коже, и низко прошептал: — Только если ты пообещаешь быть очень плохой девочкой. Гермиона медленно улыбнулась уголком рта, нежно провела пальцами по его щеке, слегка задевая нижнюю губу, а затем притянула его ближе, шепнув с интимной дерзостью: — Я приложу максимум усилий.***
Шесть дней до аукциона — Мисс Грейнджер, все столики очищены. — Спасибо, Майкл, — улыбнулась Гермиона, отвлекаясь от кофемашины. — Я уже могу идти? — Да, конечно. Я помню, что ты просил отпустить пораньше. Передавай от меня поздравления своей маме. И, подожди минутку, — она быстро вышла из-за стойки и вернулась с коробочкой в руках. — Вот, возьми чизкейк. За счёт заведения. Майкл удивлённо посмотрел на неё и тут же расцвёл в улыбке: — Спасибо огромное! Она будет в восторге, когда узнает, что это подарок от самой Гермионы Грейнджер. — Иди уже, льстец, — рассмеялась Гермиона, аккуратно поправляя прядь, выбившуюся из её хвоста. Майкл подмигнул и быстро направился к выходу. До закрытия кофейни оставался час, и Гермиона осталась лишь с одним официантом, чтобы обслужить последних посетителей. Она внимательно осмотрела зал, и убедившись, что все гости получили свои заказы, решила воспользоваться моментом, чтобы привести в порядок прилавок и стойку. Она аккуратно расставляла чашки, стирала с деревянной поверхности последние капли кофе и невольно поймала себя на мысли, как сильно она любит такие спокойные вечера. Когда мягко светят подвесные лампы, кофейный аромат пропитывает воздух, а в больших окнах, выходящих на улицу, отражается медленно угасающий вечерний Косой переулок. Такая монотонная работа успокаивала её мысли. А их было немало. Во-первых, со дня их тихого ограбления прошло почти двое суток, и тот факт, что ни к ней, ни к Драко не ворвались авроры, успокаивал. Во-вторых, несмотря на сумасшествие последних недель, Гермиона на удивление для самой себя была… счастлива. И причина этому была одна — Малфой. Все было просто и сложно одновременно. С одной стороны, логика беспощадно напоминала, что всё это лишь игра; что он по-прежнему вынужден быть её парнем; что все его жесты, все слова и поступки были лишь частью тщательно продуманного сценария. С другой — сердце, упрямое и наивное, шептало совершенно другое: оно шептало, что он не обязан был засыпать рядом с ней; не обязан был говорить утром на кухне, что хочет её, когда рядом не было ни камер, ни чужих глаз; ему не обязательно было смотреть на неё так — глубоко, долго, словно пытаясь запомнить каждую черту лица. Гермиона хотела верить, что Драко видит в ней больше, чем вынужденную подружку, ведь фиктивные парни не целуют так нежно, как он целовал её на той карусели. Они не говорят с дрожью в голосе, что она «невероятная», и не оберегают от назойливых журналистов с такой яростной заботой. Гермиона снова и снова прокручивала в голове эти моменты, цепляясь за них, словно утопающий за спасательный круг. Но тут же возникала другая едкая мысль: может быть, это просто его природное очарование? Ведь она не могла знать наверняка, как именно Малфой вел себя с другими девушками. Всё, что она помнила о его личной жизни — редкие статьи в журналах, где он попадал в кадр с разными эффектными женщинами, никогда не появляясь с одной и той же дважды. Может, это просто его стиль жизни — легко, без обязательств, без глубоких чувств? Может, он и правда просто привык брать от жизни всё, не оглядываясь назад и не обещая ничего взамен? Гермиона не знала, и от этого ей становилось ещё тревожнее. Она думала о его прошлом. В двадцать пять лет он ни разу не был замечен в серьёзных отношениях. Способен ли такой человек, в принципе, к настоящим чувствам? Может ли Драко захотеть большего? Хотел ли он большего с ней? А потом всплывали воспоминания о вечере под сывороткой правды, когда он смотрел ей в глаза и говорил, как испугался; что не хочет, чтобы кто-то видел в ней очередную глупую девушку, падкую на статус и внешность — эти слова, сказанные без возможности соврать, стали её якорем надежды. И сейчас это было достаточными аргументами, чтобы не думать, не просчитывать наперёд дальше одного дня. Но что будет, когда закончится апрель и она больше не будет нужна ему как часть плана? Гермиона боялась. Слишком свежи были воспоминания о том, как больно ей сделал Тео. И всё же её решение следовать за сердцем, игнорировать логические доводы, казалось единственно правильным. Она была искренне счастлива, просыпаясь вчерашним утром рядом с Малфоем; она была счастлива, стоя на кухне и готовя ему завтрак, чувствуя себя обычной девушкой, которая просто хочет порадовать любимого человека; она была счастлива, когда он отводил её на работу и когда вечером провожал до дома. Но с каждым новым днём, с каждым поцелуем, взглядом, прикосновением она чувствовала, как погружается всё глубже в эту иллюзию. Иллюзию, где Гермиона Грейнджер и Драко Малфой действительно могли быть вместе. Иллюзию, где чувства взаимны. В глубине души Гермиона прекрасно понимала, что строит замки на песке, но остановиться уже не могла. И самое глупое — она не могла прямо спросить, что он чувствует, потому что страх услышать, что она ошиблась, что это всего лишь игра, что он никогда не планировал оставаться с ней, был сильнее, чем любопытство и желание узнать правду. Гермиона боялась увидеть в его глазах снисходительность, услышать слова о том, что она всё неправильно поняла, потому что, если он скажет это вслух — она потеряет даже ту иллюзию счастья, которую создала сама. Иллюзию, в которую она уже успела поверить так сильно, что сама мысль о её разрушении казалась невыносимой. Из раздумий её вывело что-то розовое, огромное и пахнущее… пионами. Гермиона подняла глаза и увидела картину, которая могла бы свести с ума абсолютно любую женщину, а сейчас проверяла на прочность её собственную психологическую устойчивость. С другой стороны стойки стоял Драко. На нём было идеально сидящее серое пальто, подчёркивающее широкие плечи, черная водолазка, брюки, и он выглядел до невозможности элегантным и одновременно небрежным. Волосы, как всегда, безупречно уложены, глаза привычно притягательно серые, а губы изогнуты в едва заметную улыбку, которая мгновенно заставляла её сердце биться с удвоенной скоростью. А в руках у него был букет пионов. Нет, даже не букет — целая охапка нежно-розовых и кремовых цветов, которые он, очевидно, добыл, ограбив теплицу. Пионы были собраны так плотно и так искусно, что казались огромным пушистым облаком из лепестков и запаха весны. — Это тебе, — не здороваясь, протянул он ей этот палисадник. — С-спасибо, — Гермиона растерянно заморгала, выходя из-за стойки и потянувшись за букетом. — Ого, тяжёлый, — пробормотала она, принимая его из рук парня. — В честь чего это? — У нас сегодня свидание, — пожал он плечами, будто сообщая очевидное. — Вот принёс своей девушке букет. — Раньше ты «своей девушке» букетов не дарил, — с улыбкой поддразнила она. — Как только я осознал, что ты моя девушка, сразу же решил это исправить. Гермиона растерянно моргнула и посмотрела на него внимательнее. «И что это вообще должно значить?» Но она не успела сказать ни слова, как Малфой перевёл тему. — Ты уже закончила? — Нет, мне надо остаться хотя бы на полчаса, бариста ушёл, — попыталась поудобнее перехватить огромный букет она. — Салазар, Грейнджер, ты явно проигрываешь в этой борьбе. Давай я помогу. Драко аккуратно забрал цветы у неё из рук и бережно разместил их на столешнице. Его глаза вдруг стали озорно-насмешливыми, а улыбка приобрела хитроватый оттенок. — Не хочешь поцеловать своего парня в качестве приветствия? Или благодарности за цветы? Или… ну, можно и просто так… — Потому что мы в общественном месте и все смотрят? — выпалила она, совершенно не подумав. Драко замер. Глаза его на секунду сузились, а взгляд быстро окинул зал, где оставшиеся посетители действительно с нескрываемым любопытством наблюдали за знаменитой парой. Но уже через мгновение его лицо снова приняло равнодушное выражение. — Или из-за этого, — произнёс он ровно, слишком ровно, и Гермиона поняла, что сказала совсем не то, что нужно было. И это было так несправедливо глупо, ведь правда заключалась в том, что с первой секунды их встречи ей хотелось поцеловать Малфоя так, чтобы у него подогнулись пальцы на ногах, но её упрямая контролирующая натура снова взяла верх над влюблённой половиной. Решив исправить положение, она решительно шагнула к нему, обвивая его шею руками, прижимаясь ближе и заглядывая в глаза: — Привет, — мягко сказала она, коснувшись губами его правой щеки. — Спасибо за цветы. Это очень неожиданно… и невероятно приятно, — прошептала она, поцеловав левую щёку. — И несмотря на то, что все действительно смотрят… — её голос слегка дрогнул, — вот тебе поцелуй просто так. На этот раз она осторожно, почти невесомо коснулась его губ — Драко не двинулся, его руки остались свободно висеть вдоль тела. Гермиона улыбнулась и провокационно прошептала: — Ну, не будь таким строгим. Возможно, поцелуй за то, что я просто рада тебя видеть, поможет улучшить твоё настроение? И прежде чем он успел ответить, она прикусила его нижнюю губу. Драко выдохнул, явно сдаваясь, и уголок его рта изогнулся в знакомой, слегка дерзкой ухмылке. — Возможно, — пробормотал он тихо, прежде чем ответить ей глубоким, медленным поцелуем, от которого у неё самой задрожали пальцы. Они неохотно оторвались друг от друга через минуту, когда к стойке подошли новые гости. — Прости, мне надо их обслужить, — виновато улыбнулась девушка. — Всё в порядке, я пока покурю снаружи, — мягко ответил Драко, ещё раз касаясь быстрым поцелуем её губ. Вечер выдался неожиданно холодным, несмотря на начало апреля. Драко вышел, сел за уличный столик и рассеянно достал пачку сигарет, прикуривая одну от кончика палочки. Честно говоря, он с нетерпением ждал этого момента. Они виделись утром, когда он пришёл проводить Гермиону на работу, но последующие часы оказались куда менее приятными. Беккеты. Эта проклятая семейка целый день мастерски испытывала его самообладание. После полудня, проведённого в лаборатории за подготовкой «украшений», он отправился в их поместье, чтобы обсудить план с двумя аукционами. Они, конечно, уже всё знали, и, разумеется, засыпали его бесконечными вопросами и не скрывали недоверия. Однако неожиданно на его стороне оказалась Селена. Драко не мог разгадать замысел этой женщины. Сначала она тайно помогает Гермионе пробраться в кабинет, затем спокойно соглашается на участие в съёмке. Потом неожиданно молчит о его проникновении в хранилище и краже договора — хотя здесь немалую роль сыграли его угрозы рассказать о её предательстве. А теперь она ещё и откровенно лоббирует его план перед остальными Беккетами. Малфой ненавидел чего-то не понимать, но ещё сильнее ненавидел чувство долга перед кем-то, а в случае с Селеной у него сложилось ощущение, что однажды она обязательно придёт за оплатой. Зная её происхождение, он бы не удивился, если бы ценой оказался его первенец. Впрочем, сейчас важнее всего было убедить Беккетов согласиться на двойной аукцион, поэтому размышления о Кейпл пришлось отложить. Выдержав мучительный сеанс легилименции и получив наконец их согласие, вымотанный Драко вернулся в офис. До встречи с Гермионой оставался всего час, и у него совершенно не было плана на вечер. Сейчас требовалось показное свидание в магической части Британии, чтобы журналисты получили желаемое, хотя на самом деле всё, чего он хотел, — запереться с ней дома, пить вино и не вставать с кровати до утра. Увы, они оба не могли позволить себе такой роскоши. После того памятного утра на её кухне Драко принял важное решение: он будет вести себя так, словно они действительно пара. Возможно, за оставшиеся две недели Гермиона сама не захочет расставаться, когда их договор закончится. Именно поэтому он поручил Санни достать лучший букет пионов, тщательно выбрал место для свидания и уже через час стоял возле её кофейни. Грейнджер была очаровательна. Когда она увидела его, её глаза цвета янтаря расширились от удивления, а губы слегка приоткрылись. Драко мысленно похвалил себя за идею с букетом и решил, что будет дарить ей цветы как можно чаще, раз она так реагирует. Но потом… он едва сдержал раздражённый рык, когда она спросила про поцелуи на публику. Это задело его. Но уже в следующую секунду эта невероятная женщина сама прижалась к нему, прошептав, что рада его видеть. Он поверил. Очень хотел верить. Поэтому позволил себе сдаться, хотя где-то внутри всё равно тлело желание наказать её за эту дерзость. И вот теперь он сидел на холоде, докуривая сигарету и глядя сквозь стекло кафе, как его… девушка? ставит букет в наколдованную огромную вазу и улыбается, переговариваясь с официанткой, помогающей ей с цветами. Драко невольно улыбнулся, наблюдая за этой трогательной картиной, а затем перевёл взгляд на улицу. И замер. Напротив, у входа в кафе, стоял Теодор Нотт, держа в руках роскошный букет алых роз. Зубы Драко непроизвольно сжались. Он лениво поднялся, медленно шагнул навстречу парню, который, заметив его, остановился в метре от входа. — Тео, — произнёс Драко ледяным тоном, выпуская облако дыма, — кажется, ты ошибся заведением. — Драко, — прикусил в раздражении щёку Нотт, остановившись напротив. — Адрес верный: я его хорошо помню, потому что забирал отсюда свою девушку пару месяцев назад. — Ты очень верно использовал прошедшее время, — сделал Малфой ещё один шаг навстречу, глядя прямо в глаза бывшему другу. — Не стоит беспокоиться, её есть кому встречать. Теодор замолчал на мгновение, изучая парня пристальным взглядом, затем медленно ухмыльнулся: — Помнится, у нас был братский кодекс: не отбивать друг у друга девушек. Забыл о нём? Драко растворил сигарету в воздухе и невозмутимо ответил: — Я никого не отбивал. Насколько я помню, вы расстались до того, как она пришла на шоу. Более того, я даже не знал, что вы встречались — так что кодекс здесь не работает. — А пункт про бывших, если кто-то против? — выгнул бровь Нотт, раздражённо перехватывая розы другой рукой. — Ты против? — насмешливо спросил Малфой, скрестив руки на груди. — Я против. Из груди Драко вырвался холодный смешок: — Мы всё ещё друзья, чтобы я учитывал кодекс, придуманный в двенадцать лет? — поинтересовался он. — Это ты выбрал её, а не меня, и теперь говоришь о дружбе? — раздражённо бросил Нотт, сузив зелёные глаза. — Тео, — серьёзно произнёс Драко, теряя насмешливый тон, — какого хрена ты там вытворял? С каких пор ты стал таким ублюдком? Теодор рассмеялся сухим и жёстким смехом: — Ты собираешься учить меня морали, Малфой? Серьёзно? — его улыбка стала ледяной. — Ты, человек, который бросал женщин чаще, чем успевали меняться заголовки газет? — Я никогда не состоял с ними в серьёзных отношениях и не давал ложных обещаний. И уж точно никогда не поднимал руку ни на одну из них, — глаза Драко сверкнули холодным гневом. — Я пытаюсь понять, в какой момент мой друг стал моральным уродом. — Друг? — презрительно усмехнулся Тео. — А где был этот «друг», когда моего отца поцеловал дементор? Где ты был, когда министерство разбирало по кирпичику моё поместье? Когда я тонул в алкоголе? Ты никогда не был моим другом, Малфой — мы были просто собутыльниками. Драко резко шагнул ближе, в глазах полыхнула ярость, голос упал до низкого рыка: — Где я был? Пока ты страдал по отцу, я хоронил своего, и что-то не помню, чтобы от тебя пришла хотя бы паршивая открытка с соболезнованиями. Он резко выдохнул, и пальцы судорожно сжались в кулак. — Когда твой дом опустошали, я бегал по судам, вытаскивая себя из петли Азкабана, — его голос стал жёстче. — Я пахал, как проклятый, чтобы вытащить имя Малфоев из грязи, восстановить бизнес, не зависеть от настроений матери и не быть насильно женатым на ком-то вроде Гринграсс. Я восстанавливал свою жизнь из руин, потому что нет ни одной другой семьи в магической Британии, которая после войны оказалась бы в таком же дерьме, как моя. Нотт молчал. Лицо его напряглось, губы сжались в тонкую линию, но он не отводил взгляда. — Вот чем я занимался, Тео! — рыкнул Драко, и в этот момент в его голосе дрогнула настоящая злость. — Ты говоришь, что был только собутыльником? А кем ты хотел стать? Моим братом по крови? Ты хоть раз, хоть раз, спросил, как я? Хоть раз подумал, нужна ли мне помощь? Он почти выплюнул эти слова, а затем резко разжал кулаки, откинул назад плечи, пытаясь взять себя в руки. — Нет. Зато знаешь, кто был рядом? — в голосе появилась горечь. — Блейз. Он выволок меня за шкирку в Сардинию, когда я уже не сильно отличался от инфернала. Пэнси работала у меня моделью практически бесплатно, потому что я не мог ей заплатить так, как полагалось. Милисента ездила со мной на заключение первых сделок, а Грегори инвестировал в первую коллекцию украшений. Они не жаловались. Не ныли. Просто были рядом. Теодор отвёл взгляд, чуть дёрнув щекой, но молчал. — Так что избавь меня от этих дешёвых манипуляций, Тео. Пока мы пахали и брали на себя ответственность за собственные жизни, ты с упоением тонул в алкоголе, зельях и постельных приключениях на одну ночь, — голос Драко сбавил громкость, но стал ещё опаснее. — Прибереги свои драматичные выступления для очередной наивной дурочки, которая согласится это слушать, потому что у меня нет для тебя ничего: ни жалости, ни вины, — Драко выпрямился, с ледяным спокойствием встретив взгляд Нотта. — Пусто. Теодор коротко усмехнулся, но в его глазах не было прежнего огня — только глухое раздражение. — Рад, что мы всё выяснили, — это было единственное, что он сказал. Драко скривил губы в презрении. — Забудь про Грейнджер, — произнёс он тихо, почти ласково. — Я не хочу, чтобы ты приближался к моей девушке ни на шаг, потому что, если я увижу тебя рядом с ней, если узнаю, что ты продолжаешь её терроризировать — я не посмотрю на то, что раньше мы были друзьями. Он сделал полшага вперёд, и его голос его стал тише — и страшнее. — Если она сообщит, что испытывает из-за тебя хоть тень дискомфорта… Ты пожалеешь, Нотт. Я обещаю. — И что ты сделаешь? — Тео оскалился, голос его дрожал от презрения. — Не советую проверять, — прищурился Драко, а его голос стал почти змеиным. — Ты понятия не имеешь, на что я способен, когда по-настоящему зол. Мы уже не друзья, Тео. А враг я на редкость отвратительный. Нотт отвёл взгляд на секунду, но его губы растянулись в подлой улыбке: — А ты не думал, что она рядом с тобой просто чтобы отомстить мне? — произнёс он, мягко. — Мы только расстались — и вот она уже на шоу. Какое удобное совпадение, правда? Малфой даже не моргнул. — Ты переоцениваешь свою значимость, Нотт. Ты понятия не имеешь, что происходит между мной и Гермионой, и тебе лучше не надеяться, что я поведусь на эти дешёвые провокации. — Ты никогда не мог пережить, что у кого-то игрушки лучше, чем у тебя, слизеринский принц, — фыркнул Тео, но тут же добавил с мерзкой ухмылкой: — Ладно, так уж и быть — донашивай. Это было последней каплей. В висках Драко запульсировало на этих словах, и, если до этого он держался, то сейчас по его венам тёк только чистейший ослепляющий гнев. Без предупреждения он резко шагнул вперёд, плечи напряглись, рука рванулась к палочке. Но прежде чем он успел сделать следующий шаг, кто-то резко встал между ними и ладони упёрлись ему в грудь, останавливая. — Драко, нет, — донёсся до него знакомый голос. Он не сразу понял, кто это. Был только один инстинкт: уничтожить. Его грудная клетка ходила ходуном, пальцы дрожали на палочке, а во взгляде осталась только одна эмоция — ледяная, безжалостная ярость. Как только Драко вышел из кофейни, Гермиона, проведя его взглядом, не смогла сдержать глупой, совершенно девчачьей улыбки. Она развернулась, медленно провела по лепесткам пальцами и зашла за стойку. Обслужив новых гостей, она наколдовала вазу и наполнила её водой. — Мисс Грейнджер, давайте помогу, — возникла рядом официантка. — Спасибо, — Гермиона передала ей охапку цветов, и подняла вазу на стойку. — Мистер Малфой, конечно, просто принц, — протянула девушка, зарываясь носом в пионы. — Я никогда в жизни не видела такого великолепного букета. — Да уж, — усмехнулась Гермиона, забирая букет и аккуратно погружая его в вазу. — «Принц» — это ещё мягко сказано. — Но и ему с вами повезло, — добавила девушка. — Быть парнем Гермионы Грейнджер — это надо соответствовать. Гермиона улыбнулась, качая головой. — Спасибо, Оливия, мне очень приятна твоя высокая оценка нашей пары. — Нет проблем, — широко улыбнулась девушка, — просто познакомьте меня с одним из его друзей и будем квиты, — подмигнула она. — Ты своего не упустишь, да? — рассмеялась Грейнджер. — Ну а что? Просто использую все доступные способы, — прикусила губу в улыбке официантка. — Кто знает, как встретишь судьбу. Вы вот на шоу его разглядели, а в кофейню парни, которые таскают целые палисадники, не заходят, знаете ли. — Ну как же не заходят? Вот один стоит за дверями, — не оборачиваясь, указала в сторону выхода Гермиона. Девушка рассмеялась, переводя взгляд на улицу, и замерла. Улыбка сползла с её лица, и она сдавленным голосом сказала: — Мисс Грейнджер, там ваш парень с… это что, Теодор Нотт? С букетом… Гермионе показалось, что её сердце стукнуло так громко, что зазвенели стаканы. Она резко развернулась и замерла: два бывших слизеринца стояли лицом к лицу. Гермиона не думала. Она моментально рванула к выходу, и, когда открыла дверь, поняла, что вышла в ад: Драко был в абсолютной ярости, он уже поднимал палочку, когда Гермиона втиснулась между ними, положив руки на его грудь, обтянутую водолазкой. — Драко, нет, — выдохнула она, но голос дрогнул. Он не отреагировал. Она чувствовала, как ходит ходуном под её пальцами его грудь, как он шумно дышит. Гермиона никогда не видела его таким злым: даже на переговорах с Беккетами он был холоден, сдержан, а сейчас — почти потерял контроль. Но Гермиона знала Тео лучше, чем хотелось бы: знала, как он умеет играть на чужих слабостях и насколько искусно умеет провоцировать. — Драко, пожалуйста, не надо. Он того не стоит, — быстро заговорила Гермиона, поднимая руки выше и обхватывая его лицо. — Посмотри на меня. Малфой не двигался, он смотрел только на Тео, который сделал шаг назад, роняя букет на мокрый асфальт. — Что бы он ни сказал, — прошептала Гермиона, мягко касаясь его скул, — это всё просто манипуляция. Не поддавайся. Драко всё ещё молчал. Его дыхание стало чуть медленнее, но глаза по-прежнему не отрывались от бывшего друга. Девушка сильнее сжала пальцы на его скулах и приподнялась на носочках, шепча ему в губы. — Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Пожалуйста, Драко, остановись. Ради меня. Пальцы Гермионы дрожали, когда она удерживала его лицо. Она чувствовала, как что-то меняется в нём: Малфой ещё не расслабился, но ярость начала отступать, и в этот момент он, наконец, моргнул. И впервые — посмотрел на неё. — Зайди внутрь, — сказал он хриплым голосом. — Только если ты пойдёшь со мной, — молниеносно ответила она. — Грейнджер, зайди, пожалуйста, назад в кофейню. — Нет, — упрямо замотала она головой. — Ни за что. — Гермиона… — Малфой, — резко перебила она. — Ты хочешь сесть в Азкабан из-за этого придурка? Оставь его. Пойдём. Гермиона потянула Драко за руку в сторону двери, но проще было сдвинуть Биг-Бен с места. — Драко, тебя посадят в Азкабан только в одном случае: если ты зацелуешь меня до смерти, — снова потянула она его на себя. — Пойдём. Парень пристально вглядывался в её глаза, а затем хмыкнул, окончательно приходя в себя: — Может, к чёрту это свидание? Давай переместимся ко мне. — Переместимся, куда скажешь. Главное — уйдём отсюда, — снова потянула она его, и в этот раз он поддался. Гермиона открыла дверь и втянула его внутрь, так ни разу за всё время не взглянув на Нотта, который остался стоять, обдуваемый холодным апрельским ветром, с букетом в ногах и выражением на лице, которого даже розы, казалось, сторонились.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!