Вернутся к фанфику
part 2
25 февраля 2025, 21:53Поместье Чонгука оказалось именно таким, каким Тэхён его представлял — роскошным, но удивительно уединённым. Идеальное место для того, что должно было произойти.
Когда они вошли в просторный холл, Тэхён уже едва держался на ногах. Жар течки разгорался внутри с такой силой, что каждый шаг давался с трудом. Перед глазами плыло, а запах Чонгука — теперь, когда они были в замкнутом пространстве его дома — казался почти невыносимо притягательным.
— Ты в порядке? — голос Чонгука доносился словно сквозь вату.
Тэхён покачал головой.
— Я... мне нужно... — он не мог сформулировать мысль, не мог объяснить ту отчаянную потребность, которая охватывала всё его существо.
Чонгук понимающе кивнул и в одно мгновение подхватил его на руки. Тэхён даже не успел возразить — его тело, казалось, растеклось в руках альфы, и он невольно прижался носом к шее Чонгука, вдыхая его запах, который теперь казался спасительным якорем в море безумия.
— Я подготовил для тебя комнату, — сказал Чонгук, поднимаясь по широкой лестнице. — Специальную комнату для течки.
В любое другое время Тэхён возмутился бы от мысли, что у Чонгука есть "специальная комната для течки", предполагая, что тот приводит сюда разных омег. Но сейчас ему было всё равно. Его тело горело, между ног было мучительно пусто, и каждая клетка кричала о необходимости быть заполненным, помеченным, взятым.
Чонгук толкнул двойные двери и внёс Тэхёна в просторную комнату. Даже в полубессознательном состоянии Тэхён отметил явные признаки подготовки: затемнённые окна, звукоизоляция, огромная кровать, застеленная мягкими простынями, и множество подушек и одеял — всё, что могло понадобиться омеге в течке для создания гнезда.
Чонгук бережно опустил его на кровать, и Тэхён застонал от дискомфорта — его одежда казалась наждачной бумагой на сверхчувствительной коже.
— Давай избавимся от этого, — мягко сказал Чонгук, начиная расстёгивать его пальто.
В любой другой ситуации Тэхён сопротивлялся бы, защищал бы своё достоинство. Но сейчас он лишь приподнялся, помогая Чонгуку снять с него одежду. Каждое прикосновение альфы к его коже вызывало волны удовольствия, смешанного с болезненной потребностью в большем.
Когда Тэхён остался полностью обнажённым, Чонгук замер, глядя на него с таким голодом, что в любое другое время Тэхён почувствовал бы смущение. Но сейчас он лишь выгнулся навстречу этому взгляду, бессознательно раздвигая ноги, демонстрируя свою готовность.
— Чонгук, — прошептал он, и это было больше похоже на стон. — Пожалуйста.
Чонгук глубоко вдохнул, явно борясь за самоконтроль.
— Тэхён, — его голос звучал напряжённо. — Ты уверен? Это последний момент, когда ты ещё можешь принять осознанное решение.
Даже сквозь туман похоти Тэхён оценил этот жест. Чонгук давал ему последний шанс отступить, хотя это, должно быть, стоило ему невероятных усилий. Альфа, окружённый феромонами омеги в течке, особенно совместимого омеги, испытывал почти непреодолимое желание спариться.
— Я уверен, — выдохнул Тэхён. — Пожалуйста, Чонгук. Помоги мне.
Этих слов было достаточно. Чонгук начал торопливо раздеваться, и Тэхён жадно следил за каждым его движением. Дорогой костюм полетел на пол, обнажая тело, которое превзошло все ожидания Тэхёна — идеально сложенное, с чётко очерченными мышцами, смуглой кожей и...
Тэхён невольно облизнул пересохшие губы при виде впечатляющего размера члена Чонгука. У основания уже начала формироваться характерная для альф припухлость — предвестник узла, который свяжет их во время спаривания.
Чонгук опустился на кровать рядом с Тэхёном, и тот инстинктивно потянулся к нему.
— Я хочу сделать всё правильно, — прошептал Чонгук, проводя руками по разгорячённому телу Тэхёна. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо.
— Тогда возьми меня, — выдохнул Тэхён, теряя последние остатки сдержанности. — Пожалуйста, альфа, я не могу больше ждать.
От этого обращения — "альфа" — глаза Чонгука потемнели ещё сильнее. Он наклонился и наконец поцеловал Тэхёна — не осторожно, как в машине, а по-настоящему, глубоко и требовательно. Его язык проник в рот Тэхёна, исследуя, доминируя, заявляя права.
Тэхён ответил со всем пылом, на который был способен. Его руки скользнули по широким плечам Чонгука, ощущая твёрдость мышц под гладкой кожей. Он обвил ногами талию альфы, притягивая его ближе, отчаянно желая почувствовать его вес, его силу, его твёрдость.
Чонгук оторвался от его губ и начал прокладывать дорожку поцелуев вниз по шее, задерживаясь в особенно чувствительных местах. Когда он добрался до места между шеей и плечом, где альфы обычно оставляли свою метку, Тэхён напрягся. Чонгук почувствовал это и нежно поцеловал это место, не используя зубы.
— Я помню наш договор, — прошептал он. — Никаких меток. Хотя это будет сложнее всего.
От признания Чонгука внутри Тэхёна что-то сжалось — странная смесь благодарности и, как ни странно, разочарования. Часть его, та примитивная, инстинктивная часть, жаждала метки альфы, жаждала полной связи. Но его сознательное "я" всё ещё сопротивлялось.
Чонгук продолжил своё путешествие вниз по телу Тэхёна, осыпая поцелуями его грудь, задерживаясь на сосках, которые в период течки становились невероятно чувствительными. Тэхён выгнулся дугой, когда Чонгук взял один из них в рот, легонько посасывая и дразня языком.
— Боже, Чонгук, — выдохнул он, зарываясь пальцами в волосы альфы.
Чонгук продолжал свой неторопливый спуск, целуя и покусывая живот Тэхёна, его бёдра, нарочито избегая самого нуждающегося места. Тэхён извивался под ним, инстинктивно раздвигая ноги ещё шире, демонстрируя свою готовность, свою потребность.
— Пожалуйста, — умолял он, не узнавая собственного голоса — такого отчаянного, такого нуждающегося.
Чонгук поднял взгляд, встречаясь глазами с Тэхёном, и то, что Тэхён увидел в этих тёмных глазах, заставило его задрожать — чистый, неприкрытый голод хищника, нашедшего свою добычу.
— Ты такой красивый, — прошептал Чонгук. — Такой готовый для меня.
И с этими словами он наконец опустил голову, проводя языком между ягодиц Тэхёна, где тот был уже совершенно мокрым от естественной смазки, которую вырабатывало его тело в течке.
Тэхён закричал, ощутив прикосновение языка Чонгука к самой своей сути. Никто и никогда не делал с ним такого, никто не доставлял ему такого удовольствия. Он вцепился в простыни, чувствуя, как его тело непроизвольно выгибается, раскрываясь ещё больше, предлагая себя.
Чонгук продолжал свою сладкую пытку, вылизывая и посасывая, иногда проникая языком внутрь, заставляя Тэхёна стонать и умолять. Его руки крепко держали бёдра Тэхёна, не позволяя тому двигаться, полностью контролируя ситуацию, как и положено доминирующему альфе.
— Чонгук, пожалуйста, — взмолился Тэхён, чувствуя, как его тело балансирует на грани оргазма. — Я больше не выдержу. Мне нужно... мне нужен ты внутри.
Чонгук оторвался от своего занятия, его губы блестели от влаги.
— Ты уверен? — спросил он хрипло. — Я могу довести тебя до разрядки так.
— Нет, — Тэхён помотал головой. — Мне нужен ты. Твой... — он запнулся, смущённый даже в своём нынешнем состоянии.
— Мой что? — Чонгук улыбнулся, явно наслаждаясь его смущением. — Скажи это, Тэ. Скажи, чего ты хочешь.
— Твой член, — выдохнул Тэхён. — Твой узел. Пожалуйста, альфа.
Глаза Чонгука вспыхнули от этих слов. Он поднялся, нависая над Тэхёном, его член тяжело покачивался между ног, крупный, твёрдый, готовый.
— Я должен использовать защиту, — сказал он, словно напоминая себе. — Я обещал тебе.
Тэхён кивнул, хотя часть его хотела закричать "нет, возьми меня полностью, дай мне всё". Но даже в полубессознательном состоянии он понимал важность этого решения.
Чонгук потянулся к прикроватной тумбочке, достал презерватив из лежащей там упаковки. Тэхён наблюдал, как он надевает защиту на свой внушительный орган, и невольно облизнул губы.
— Повернись на четвереньки, — хрипло скомандовал Чонгук. — Так будет легче для первого раза.
Тэхён подчинился, становясь в самую уязвимую, самую покорную позу — позу, которая инстинктивно правильна для омеги, принимающего своего альфу. Он чувствовал себя полностью открытым, полностью отданным на милость Чонгука. И странным образом это ощущение было не унизительным, а... правильным.
Чонгук встал на колени позади него, гладя его по спине, по бёдрам, успокаивая и одновременно возбуждая ещё сильнее.
— Я буду осторожен, — пообещал он. — Но всё равно может быть немного больно вначале.
Тэхён кивнул, покачивая бёдрами, безмолвно умоляя о большем. Чонгук провёл головкой члена между его ягодицами, собирая естественную смазку, дразня чувствительное отверстие.
А затем он начал входить — медленно, осторожно, преодолевая сопротивление мышц. Тэхён задержал дыхание, ощущая, как его тело растягивается, принимая внушительный размер альфы. Было немного больно, но эта боль смешивалась с таким острым удовольствием, что он не мог сказать, где заканчивается одно и начинается другое.
— Боже, ты такой тесный, — выдохнул Чонгук, его голос дрожал от напряжения. — Такой идеальный.
Он продолжал медленно продвигаться вперёд, пока не вошёл полностью, и Тэхён почувствовал, как его бёдра прижимаются к его ягодицам. Ощущение заполненности было невероятным — словно кусочек пазла наконец встал на своё место, словно он всю жизнь был неполным, и только сейчас стал целым.
— Ты в порядке? — спросил Чонгук, наклоняясь, чтобы поцеловать его между лопаток.
— Да, — выдохнул Тэхён. — Боже, да. Пожалуйста, двигайся.
Чонгук послушался и начал медленно отстраняться, почти выходя полностью, а затем толкаясь обратно. Каждое движение посылало электрические разряды по всему телу Тэхёна, заставляя его стонать и выгибаться, подаваясь навстречу.
Постепенно ритм ускорился. Чонгук крепко держал бёдра Тэхёна, контролируя каждое движение, задавая темп. Его толчки становились всё сильнее, глубже, быстрее, и Тэхён принимал их все, отвечая стонами и мольбами о большем.
— Ты создан для меня, — шептал Чонгук между толчками. — Ты мой, Тэхён. Мой омега.
В любое другое время Тэхён возмутился бы такой собственнической риторике. Но сейчас он мог лишь кивать и стонать "да, да, твой", потому что в этот момент это была единственная правда. Он был создан для Чонгука, а Чонгук — для него.
Тэхён почувствовал, как узел Чонгука начинает увеличиваться, растягивая его ещё сильнее. Это было смесью боли и самого острого удовольствия, которое он когда-либо испытывал.
— Я... я близко, — выдохнул Чонгук. — Ты готов принять мой узел?
— Да, — Тэхён едва мог говорить от накатывающего удовольствия. — Дай мне всё, альфа. Всё.
С громким рыком Чонгук сделал последний, особенно глубокий толчок, и его узел полностью раскрылся внутри Тэхёна, связывая их вместе. Это ощущение — ощущение полного заполнения, полного единения — толкнуло Тэхёна за край. Он закричал, когда его тело сотрясла волна самого мощного оргазма в его жизни. Его внутренние мышцы пульсировали вокруг узла Чонгука, выжимая из альфы всё до капли.
Чонгук тоже кончил, его тело напряглось, а затем он упал на Тэхёна, осторожно поворачивая их обоих на бок, чтобы не раздавить его своим весом. Их тела всё ещё были связаны узлом, который мог спасть только через пятнадцать-двадцать минут.
Они лежали, переплетённые, тяжело дыша, приходя в себя после общего удовольствия. Чонгук нежно обнимал Тэхёна, касаясь губами его шеи, но тщательно избегая места для метки.
— Это было... невероятно, — прошептал Тэхён, всё ещё не доверяя своему голосу.
— Только начало, — ответил Чонгук, его голос звучал почти сонно от удовлетворения. — Твоя течка только началась, помнишь?
Тэхён помнил. Течка означала три дня почти постоянной необходимости. Три дня, когда его тело будет требовать Чонгука снова и снова. Странным образом, эта мысль не пугала его, а лишь вызывала предвкушение.
Узел Чонгука начал спадать, и они медленно разъединились. Чонгук осторожно вышел из Тэхёна, снял и завязал презерватив, бросил его в корзину у кровати. Затем вернулся к Тэхёну, притягивая его к себе, обнимая со спины.
— Отдохни, — прошептал он, целуя Тэхёна в плечо. — Скоро начнётся второй раунд.
Тэхён кивнул, чувствуя, как его веки тяжелеют. Странным образом он чувствовал себя в безопасности в руках Чонгука — человека, которого раньше считал своим тюремщиком. Но что-то изменилось. Что-то важное.
Когда он проваливался в сон, последней его мыслью было: "Может быть, быть истинной парой — не так уж плохо".
***
Следующие два дня прошли как в тумане. Тэхён помнил их отдельными вспышками — Чонгук, берущий его на кровати, на полу, в душе; еда и питьё, которые Чонгук заставлял его принимать в короткие периоды просветления; нежные прикосновения, когда Чонгук омывал его тело влажным полотенцем, смывая пот и другие жидкости. Чонгук был неутомим, но при этом невероятно заботлив. Он всегда останавливался, когда Тэхён казался слишком изнурённым, всегда следил, чтобы омега пил достаточно воды, всегда проверял, не слишком ли сильно растягивает его своим внушительным размером. И самое удивительное — он сдержал своё обещание. Ни разу за все эти безумные дни Чонгук не попытался оставить на нём метку, хотя Тэхён чувствовал, как сильно тот этого хотел. Иногда он ловил Чонгука на том, как тот долго смотрит на место между его плечом и шеей, где должна быть метка. Но каждый раз Чонгук отводил взгляд и продолжал ласкать другие части его тела. К вечеру третьего дня жар течки начал спадать. Тэхён проснулся с ясной головой впервые за эти дни. Его тело всё ещё ныло, особенно в определённых местах, но неистовая потребность утихла. Он повернулся и увидел, что Чонгук наблюдает за ним, лёжа рядом. Его взгляд был тёплым, почти... нежным. — Течка заканчивается, — сказал Чонгук, проводя пальцами по щеке Тэхёна. — Как ты себя чувствуешь? — Измотанным, — честно ответил Тэхён. — Но... хорошо. Лучше, чем когда-либо после течки. Это была правда. Обычно течка оставляла его разбитым, опустошённым, с болезненными спазмами от неудовлетворённости. Сейчас же он чувствовал приятную усталость и странное спокойствие. — Я рад, — Чонгук улыбнулся, и эта улыбка преобразила его лицо, делая моложе, мягче. — Ты был... потрясающим. Тэхён почувствовал, как его щёки вспыхнули. Он помнил не всё, но достаточно, чтобы понимать, что вёл себя... не слишком сдержанно. Благодаря инстинктам, он был ненасытным, требовательным, иногда даже грубым в своей потребности. — Ты тоже, — тихо ответил он, не глядя Чонгуку в глаза. — Спасибо за... за всё. — Не благодари меня, — Чонгук придвинулся ближе. — Я получил не меньше удовольствия, чем ты. Они лежали в тишине некоторое время, просто наслаждаясь моментом спокойствия. Затем Чонгук заговорил, его голос был тихим, почти уязвимым: — Что будет дальше, Тэхён? Тэхён вздохнул. Это был сложный вопрос. Теперь, когда течка закончилась и разум прояснился, он должен был принять решение. Вернуться к своей прежней жизни, к борьбе за выживание, к трём работам? Или... — Ты действительно считаешь, что мы истинная пара? — спросил он, глядя Чонгуку прямо в глаза. Чонгук не отвёл взгляд. — Да, — просто сказал он. — Я никогда не чувствовал ничего подобного. Никогда не хотел никого так, как хочу тебя. И дело не только в сексе, Тэ. Я хочу знать, о чём ты думаешь, что ты чувствуешь. Я хочу заботиться о тебе, защищать тебя. Я хочу... всего тебя. Тэхён задумался. В течение двух лет он видел в Чонгуке только безжалостного кредитора, манипулятора, человека, который использовал его долг, чтобы контролировать его жизнь. Но за эти три дня он увидел другую сторону альфы — заботливую, внимательную, даже нежную. — Ты говорил, что если я захочу уйти после течки, ты не будешь меня удерживать, — медленно сказал Тэхён. — Это всё ещё в силе? Лицо Чонгука на мгновение исказилось от боли, но он кивнул. — Я держу своё слово, — сказал он. — Если ты хочешь уйти, я не буду тебя останавливать. Я даже перечислю тебе пятьдесят тысяч, как обещал. Уменьшу твой долг. Тэхён внимательно смотрел на него, пытаясь разглядеть правду в этих тёмных глазах. — А если я не захочу уходить? — тихо спросил он. Чонгук замер, его глаза расширились. — Ты... ты останешься? — Я не знаю, — честно ответил Тэхён. — Я всё ещё боюсь, что это только течка говорит во мне. Но... я хотел бы попробовать. Узнать, что из этого получится. Без давления, без манипуляций с долгом. — Долг, — Чонгук сел на кровати, провёл рукой по волосам. — Забудь про долг. Я спишу его полностью. Тэхён тоже сел, в шоке глядя на Чонгука. — Что? Но это полмиллиона долларов! — Деньги, — презрительно махнул рукой Чонгук. — У меня их достаточно. Ты думаешь, я забочусь о деньгах больше, чем о тебе? — Но ты два года держал меня на крючке из-за этого долга, — возразил Тэхён. — Ты использовал его, чтобы контролировать меня. Чонгук вздохнул, его плечи опустились. — Я знаю, и я сожалею об этом, — сказал он тихо. — Я... я не знал, как иначе удержать тебя рядом. Я боялся, что если просто скажу тебе правду — о том, что чувствую, о том, что мы предназначены друг для друга, — ты посмеёшься и уйдёшь. Или, ещё хуже, испугаешься. Он посмотрел на Тэхёна с таким уязвимым выражением, которое совершенно не вязалось с образом жёсткого бизнесмена-альфы. — Я знаю, что поступил неправильно, — продолжил Чонгук. — Я манипулировал тобой, использовал твоё положение. Я не горжусь этим. Но я не мог... я не мог позволить тебе просто исчезнуть из моей жизни. Тэхён молчал, не зная, что сказать. Чонгук только что признал свои ошибки, свои манипуляции. Это было... неожиданно. И странным образом делало его более человечным, более настоящим. — Дай мне шанс, Тэхён, — тихо сказал Чонгук, глядя ему в глаза. — Дай нам шанс. Без долга, без принуждения. Просто... ты и я. Посмотрим, что из этого выйдет. Тэхён глубоко вздохнул, рассматривая все варианты. Он мог сейчас уйти, вернуться к своей прежней жизни, зная, что долг списан и Чонгук больше не имеет над ним власти. Или... — Хорошо, — наконец сказал он. — Я останусь. На некоторое время. Мы посмотрим, что из этого выйдет. Лицо Чонгука озарилось такой радостью, что Тэхён почувствовал, как что-то внутри него смягчается. Возможно, его внутренний омега всегда знал, что этот альфа — его судьба. Возможно, он просто боялся признать это. — Но никаких меток, — добавил Тэхён, касаясь своей шеи. — По крайней мере, пока. Я хочу быть уверен, что это не просто биология говорит во мне. Чонгук кивнул, его взгляд был серьёзным. — Я понимаю. Никакого давления. Мы будем двигаться в твоём темпе. Он протянул руку, и Тэхён, после секундного колебания, принял её. Их пальцы переплелись, и Тэхён почувствовал странное тепло внутри — не бушующий огонь течки, а что-то более глубокое, более настоящее.***
Шесть месяцев спустя Тэхён стоял у панорамного окна в спальне, наблюдая, как осеннее солнце медленно скрывается за горизонтом. Поместье Чонгука — теперь уже их общее поместье — купалось в золотом вечернем свете. Прошло полгода с тех пор, как он принял решение остаться. Полгода, которые изменили всю его жизнь. Поначалу было сложно. Тэхён всё ещё с подозрением относился к Чонгуку, всё ещё боялся, что тот вернётся к своим манипулятивным привычкам. Но день за днём Чонгук доказывал, что его намерения серьёзны. Он не только полностью списал долг, как и обещал, но и убедил Тэхёна вернуться в университет, чтобы закончить образование, которое тот бросил из-за финансовых проблем. Чонгук никогда не давил на него, не требовал интимности, не пытался контролировать его. Он просто был рядом, поддерживал, заботился. И Тэхён, вопреки своим опасениям, начал оттаивать. Начал видеть в Чонгуке не врага, а партнёра. Начал открываться ему — рассказывать о своих страхах, своих мечтах, своих надеждах. Они провели вместе ещё одну течку, а затем ещё одну. И каждый раз Чонгук сдерживал своё обещание — никаких меток, никакого давления. Хотя Тэхён видел, каких усилий ему это стоило, особенно когда инстинкты альфы брали верх. Тэхён услышал шаги позади себя и улыбнулся, не оборачиваясь. Он узнал бы этот ритм шагов где угодно. Руки Чонгука обвились вокруг его талии, и Тэхён откинулся назад, прижимаясь спиной к груди альфы. — О чём задумался? — спросил Чонгук, нежно целуя его в висок. — О нас, — честно ответил Тэхён. — О том, как всё изменилось за эти полгода. Чонгук тихо хмыкнул, его руки нежно поглаживали живот Тэхёна. — К лучшему, я надеюсь? — Определённо к лучшему, — Тэхён повернулся в его объятиях, глядя Чонгуку в глаза. — Я никогда не думал, что скажу это, но... я счастлив, Чонгук. Действительно счастлив. Чонгук улыбнулся, и эта улыбка была такой открытой, такой настоящей, что у Тэхёна перехватило дыхание. Как далёк был этот тёплый, заботливый мужчина от холодного, расчётливого бизнесмена, которого он впервые встретил в стеклянной башне Jeon Industries. — Я тоже счастлив, — сказал Чонгук, прижимаясь лбом ко лбу Тэхёна. — Более счастлив, чем когда-либо думал, что могу быть. Они стояли так некоторое время, просто наслаждаясь близостью друг друга. Затем Тэхён отстранился немного, внимательно глядя на Чонгука. — У меня для тебя сюрприз, — сказал он. — Вернее, новость. Чонгук приподнял бровь, его глаза заинтересованно блеснули. — Я весь внимание. Тэхён глубоко вдохнул, собираясь с духом. — Моя следующая течка должна была начаться три дня назад, — сказал он, наблюдая за реакцией Чонгука. — Но она не началась. Чонгук замер, его глаза расширились, когда он начал понимать, что это значит. — Ты... — он не смог закончить фразу, его взгляд опустился на живот Тэхёна. — Я сделал тест сегодня утром, — подтвердил Тэхён, его сердце колотилось от волнения. — Он положительный. Я беременный, Чонгук. Чонгук выглядел так, словно его ударили. Он открывал и закрывал рот, не в силах произнести ни слова. А затем он упал на колени перед Тэхёном, обнимая его за талию, прижимаясь лицом к его животу. — Боже, Тэхён, — его голос дрожал. — Ты уверен? — Да, — Тэхён запустил пальцы в волосы Чонгука, нежно перебирая мягкие пряди. — Врач подтвердил. Около шести недель. Чонгук поднял голову, глядя на Тэхёна с таким обожанием, с такой любовью, что у того защемило сердце. — Но как... — Чонгук запнулся. — Мы всегда использовали защиту. Даже во время течки. Тэхён улыбнулся, немного смущённо. — Помнишь нашу последнюю течку? Третий день? Когда презерватив порвался, и ты запаниковал, а я сказал, что всё в порядке? Чонгук медленно кивнул, его взгляд стал задумчивым, когда он вспоминал тот момент. — Ты знал? — спросил он тихо. — Ты хотел этого? — Не сознательно, — признался Тэхён. — Но... да, думаю, какая-то часть меня хотела. Часть меня была готова. Он опустился на колени рядом с Чонгуком, беря его лицо в свои ладони. — Я люблю тебя, Чон Чонгук, — сказал он, произнося эти слова впервые за всё их время вместе. — Я не знаю, когда именно это случилось, но это правда. И я хочу этого ребёнка. Нашего ребёнка. Глаза Чонгука подозрительно блеснули, и Тэхён с удивлением понял, что видит в них слёзы. Чонгук, всегда такой сильный, такой контролирующий, плакал от счастья. — Я люблю тебя больше всего на свете, — прошептал Чонгук, притягивая Тэхёна для поцелуя. Их губы встретились в нежном, почти целомудренном поцелуе. Когда они отстранились, Тэхён принял решение, которое зрело в нём уже несколько недель. — Я хочу твою метку, — сказал он, глядя Чонгуку прямо в глаза. — Я хочу быть твоим, полностью. Сейчас, когда я ношу нашего ребёнка... это кажется правильным. Чонгук смотрел на него с таким выражением, словно не мог поверить в своё счастье. — Ты уверен? — спросил он. — Метка — это навсегда, Тэ. Это не отменить. — Я никогда не был так уверен ни в чём, — Тэхён наклонил голову, обнажая место между шеей и плечом, то самое место, которое Чонгук так жаждал отметить все эти месяцы. — Сделай это, альфа. Сделай меня своим. Чонгук не нуждался в дальнейших приглашениях. Он наклонился, его губы коснулись чувствительной кожи Тэхёна, а затем его зубы — острые зубы альфы — прокусили кожу, оставляя метку, которая свяжет их навсегда. Тэхён задрожал, когда ощутил укус. Это было больно, но лишь мгновение. Затем боль сменилась чем-то другим — ощущением тепла, распространяющегося по всему телу, ощущением правильности, завершённости. Чонгук зализал метку, очищая её своей слюной, которая содержала особые вещества, ускоряющие заживление и предотвращающие инфекцию. Затем он отстранился, глядя на свою работу с таким удовлетворением, с такой гордостью, что Тэхён не мог не улыбнуться. — Теперь ты мой, — сказал Чонгук, его голос звучал глубже, чем обычно. — А я твой. Навсегда. — Навсегда, — согласился Тэхён, прикасаясь к свежей метке. Он чувствовал, как что-то изменилось внутри него — не просто физически, но и на каком-то более глубоком уровне. Словно между ним и Чонгуком протянулась невидимая нить, связывая их крепче, чем могли связать любые клятвы или обещания. Всё, против чего он так отчаянно боролся, всё, чего так боялся — оказалось самым естественным, самым правильным в мире. Его природа, его инстинкты знали лучше, чем его сознательный разум. — Я должен тебе кое-что показать, — вдруг сказал Чонгук, поднимаясь и помогая встать Тэхёну. — Я готовил это как сюрприз к нашей полугодовщине, но сейчас кажется подходящим моментом. Он взял Тэхёна за руку и повёл его по коридору, к комнате, которая всегда была заперта. Тэхён никогда не спрашивал, что там — уважая личное пространство Чонгука. Но сейчас, когда Чонгук достал ключ и открыл дверь, Тэхён не мог скрыть своего любопытства. Комната оказалась... детской. Идеально оборудованной, с мягкими пастельными цветами, с красивой деревянной кроваткой посередине, с мобилем из звёзд и луны, с мягкими игрушками на полках. — Чонгук, — выдохнул Тэхён, не веря своим глазам. — Когда ты успел всё это сделать? Чонгук выглядел немного смущённым. — Я начал сразу после нашей последней течки, — признался он. — Я знал, что презерватив порвался, и хотя ты сказал, что всё в порядке... я надеялся. Я так на это надеялся. Тэхён обошёл комнату, касаясь мягких игрушек, разглядывая маленькие детские вещи, которые уже были аккуратно сложены в комоде. — Это слишком много, — прошептал он, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Ты даже не был уверен... — Я был уверен в тебе, — просто сказал Чонгук. — В нас. Я знал, что рано или поздно ты захочешь этого так же сильно, как и я. Семью. Настоящую связь. Он подошёл к Тэхёну сзади, обнимая его, кладя руки на его всё ещё плоский живот. — Я хочу дать тебе всё, Тэхён, — прошептал он ему на ухо. — Всё, что ты когда-либо хотел, и даже то, о чём ты ещё не знаешь, что хочешь. — У меня уже есть всё, что мне нужно, — Тэхён повернулся в его объятиях, глядя ему в глаза. — Ты. Наш ребёнок. Наша связь. Наше будущее. Он прижался к Чонгуку, чувствуя, как их сердца бьются в унисон. Как далеко они ушли от тех напуганных, недоверчивых людей, которыми были полгода назад. Как много изменилось. Как много ещё изменится. Природа, против которой он так долго боролся, оказалась мудрее его самого. Она привела его к тому, кто был предназначен для него — к его альфе, его паре, его будущему. И впервые в жизни, Тэхён не чувствовал страха перед этим будущим. Только предвкушение. Только радость. Только любовь.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!