Вернутся к фанфику

Глава двадцатая. Мемфис

14 сентября 2025, 14:40
      Мемфис       Мне не нужно было даже смотреть на Тристана, чтобы чувствовать его беспокойство. Я пытался сосредоточиться и собрать дорожную сумку, но это оказалось непросто… зная, как он был расстроен.       Особняк Барретти на острове мы покинули ранним утром, чтобы успеть вернуться в Сиэтл до начала рабочего дня у Бреннана. Я довез его до квартиры, но Тристан вернулся со мной в отель, собираясь забрать свою машину. Машина Бреннана оставалась там же, но я знал, что Кейн подбросит его до работы, а вечером и до парковки отеля.       Я думал, что Тристан попрощается, сядет в машину и уедет. Но вместо этого он попросил разрешения подняться со мной в номер. Мы по-прежнему сидели в моей машине, я держался за руль и не сразу отреагировал. В конце концов он схватил меня за руку. Его голос дрожал и срывался, он так сильно сжимал мои пальцы, что до меня наконец дошло, как он был расстроен. Я ответил «да», даже зная, что в итоге, скорее всего, он расстроится еще больше.       Но почему-то отказывался признать, что рисковал расстроиться не меньше его.       А ведь после Нью-Йорка, где собирался разобраться с Рэем, я планировал вернуться в свой дом в Орегоне. Оставалось лишь дождаться подтверждения, что двое ублюдков-ростовщиков покинули штат. Таким образом Бреннан с Тристаном больше не нуждались в защите, а у меня больше не было причин задерживаться в Сиэтле. Я собирался поручить Финиксу и Кейну очередные задания, а сам сосредоточится на руководстве группой.       По пути в номер Тристан следовал за мной по пятам, как только мы вошли в лифт, я взял его за руку. Меня не смутило даже присутствие в кабине посторонних — я не отпускал его, пока мы не попали в номер. Он прошел за мной в спальню, сел в кресло в углу и не проронил ни слова, пока я пытался собрать вещи.       Я повернулся и вздрогнул, увидев, что он сжимал ладони в кулаки. Его нервное напряжение передалось мне.       — Тристан, тебе, наверно, пора идти, — мягко сказал я.       Он пожевал нижнюю губу       — Ты же вернешься, да?       Я повернулся к нему спиной, уложил последнюю одежду в сумку и стал разряжать пистолет перед полетом.       — Мне нужно кое-что проверить дома, — уклончиво ответил я.       Я услышал, как Тристан встал, но был уверен, что он не направился в сторону выхода. Конечно же, он не собирался облегчать жизнь ни мне, ни себе. Я ждал, что он прикоснется ко мне или заговорит, но воцарилась тишина. Оглянувшись через плечо, я его не увидел. Я иррационально испугался и стал вращать головой пока не обнаружил его в дверях спальни. Он стоял лицом к гостиной, я заметил, как дрожали его плечи, но, когда услышал тихий всхлип, внутри у меня все оборвалось.       — Тристан, — позвал я, он обернулся и вытер слезы на лице.       — Я... я знаю, что это, наверно, еще больше все испортит... — Прошептал он. — Но я люблю тебя, Мемфис. — Сердце пропустило удар потом забилось в бешеном ритме, в груди разлился жар. Я боялся не устоять на ногах, так задрожали колени. — Я просто... просто подумал, что ты должен знать на случай... — Тристан глубоко вздохнул и повернулся обратно к выходу. — Пожалуйста, будь осторожен в Нью-Йорке, — тихо добавил он и быстро зашагал прочь.       Мне следовало отпустить его. Следовало набрать Финиксу и предупредить, что он уже спускался. Следовало взять сумку, решить вопрос в Нью-Йорке, а потом вернуться домой и жить дальше.       Последнее я даже не успел мысленно сформулировать, как рванул с места. У меня сдавило горло, поэтому, вбежав в гостиную, я не окликнул Тристана. Я просто догнал его и с грохотом захлопнул дверь, которую он уже открыл. Я прижался к его спине, но он не повернулся. Он продолжал тихо плакать, а мне так хотелось развернуть его и крепко обнять. Но я просто не мог…       Потому что это изменило бы все. Это означало бы мое согласие на то, что три года назад разрушило всю мою жизнь. Это дало бы Бреннану с Тристаном такую власть надо мной, какой обладал только один мужчина. Мужчина, который использовал ее как самое эффективное оружие, медленно разъедавшее мою сущность и в конечном итоге лишившее меня всего, чем я дорожил.       Но был ли у меня выбор? На самом деле я уже миновал точку невозврата.       — Я вернусь, Тристан, — сумел вымолвить я вопреки всепоглощающему страху. — Я вернусь.

* * *

      Я был на взводе и ненавидел это ощущение. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы сохранять неподвижность и не обращать на себя внимание людей за соседними столиками в уличном кафе. В какой-то мере волнение было связано с предстоящей встречей, но главным образом меня тревожило другое. Единственным местом, где я хотел находиться в данный момент, не считая Сиэтла, — было кресло самолета, вылетающего туда ближайшим рейсом. Это стало полной неожиданностью, по идее меня должна была пугать перспектива снова оказаться лицом к лицу с Тристаном и Бреннаном. Как бы сильно я ни хотел этого отрицать, наша связь с обоими мужчинами вышла далеко за рамки плотских наслаждений.       После того как я пообещал Тристану вернуться в Сиэтл, он резко всхлипнул, развернулся в моих объятиях и обхватил меня за талию. Он продолжал плакать, я несколько минут просто обнимал его, а потом нежно поцеловал в надежде успокоить. Он улыбнулся сквозь слезы и снова признался в любви. Как и в случае с Бреннаном, когда тот произносил то же самое, я растерялся. К счастью, Тристан спустил все на тормозах. В итоге мы вернулись в спальню и немного поговорили, пока я проверял, не забыл ли что-нибудь взять в полет. Я сказал, что не буду выписываться из номера, и они с Бреннаном смогут пользоваться им при желании. При этом умолчал, что сам хотел этого... что надеялся по возвращении из Нью-Йорка застать их обоих там, ожидающих меня.       Тристан, однако, пошел еще дальше, предложив съездить в Орегон и забрать Тинк, чтобы кошке не пришлось так надолго оставаться в одиночестве. Зная, что в этом отеле разрешено пребывание с домашними животными, я согласился, хотя никогда и никому не позволял заходить в дом в отсутствие хозяина. Но главным было не это. Своим согласием на переезд кошки я давал понять, что видел некую перспективу в происходившем между мной и моими мужчинами.       Моими мужчинами.       Мысленно я осмелился так называть их, но терялся в догадках, кем мы приходились друг другу в реальности.       Мы с Тристаном вместе вышли из номера, я снова взял его за руку и не отпускал пока получал дополнительные карты-ключи для них с Бреннаном на ресепшене отеля. Финикс уже ждал на парковке, но я наклонился и сладко поцеловал Тристана. Мне было все равно, что член моей команды наблюдал за нами. Направляясь к машине, Тристан оглядывался через плечо. Радость в его глазах стоила всех страхов и переживаний, которые продолжали одолевать меня.       Добравшись до Нью-Йорка, я планировал по-быстрому найти Рэя и как следует припугнуть его, но план полетел к чертям, стоило мне сойти с самолета и ответить на звонок. Я поручил нашему IT-специалисту, Дейзи, попытаться найти Рэя, поскольку тот пропал из поля зрения после побега из Сиэтла. Накануне его телефон ненадолго появился в сети в Нью-Йорке, но вскоре снова пропал. Вероятно, Рэй выключил его, опасаясь слежки. На основании этой информации я принял решение лететь, но по прилету Дейзи сообщила, что нашла мужчину. Только вопреки моим ожиданиям не в его квартире или в подпольном казино. Нет, ей удалось отследить его лишь потому, что его имя всплыло в полицейском отчете.       Оказалось, Рэй занял деньги не только у двух ростовщиков, напавших на Тристана. Он попытался водить за нос серьезных дядечек, а когда пришел срок платить по счетам, расплатился жизнью. Тело мужчины обнаружили возле заброшенного подземного перехода в Нью-Джерси. С пулевыми ранениями обоих коленей, обоих локтей. Непосредственной причиной смерти стал выстрел в затылок. Скорее всего, он пытался продать собственного сына парням, которых вздумал надуть на этот раз, но те очевидно не повелись. Тем не менее я приказал Финиксу и Кейну быть начеку и в обозримом будущем продолжать присматривать за Тристаном и Бреннаном. Двое ростовщиков покинули Сиэтл через несколько часов после моего визита. Они приехали на машине, а не прилетели, а у меня хватило мозгов установить на их тачку GPS-трекер. Поэтому я точно знал, что они даже не успели пересечь границу штата, когда Рэй был убит.       Я пока не рассказал Тристану о случившемся и не знал, как он отреагирует. Меня беспокоило не то, что он будет опустошен потерей — я сомневался, что он любил этого человека — скорее, он стал бы оплакивать любого, кто пришел к такому финалу. Таков был его характер.       Новые обстоятельства вынудили меня задержаться в Нью-Йорке дольше, чем планировал, хотя мне не терпелось вернуться в Сиэтл по причинам, которые я старательно игнорировал. Но дело было не только в смерти Рэя, иначе бы я не сидел в кафе в ожидании единственного человека, который мог ответить на вопросы, которые я боялся даже задать. Я надеялся, что он мог…       Я взглянул на часы. Наверное, уже раз в десятый за несколько минут. Из-за угла наконец показался мужчина, которого я ждал. О чем, черт возьми, я только думал?       Я неоднократно работал в паре с Мейсом Кэлхуном, когда тот еще был членом группы Ронана. Он покинул организацию почти полгода назад, влюбившись в молодого человека, которого ему поручили убрать. К счастью, вовремя выяснилось, что улики были сфабрикованы одним из наших людей. Но Мейс полюбил не только молодого художника Джонаса Дэвенпорта. Он увлекся еще одним мужчиной по имени Коул Бриджертон, и, насколько мне было известно, эти трое продолжали состоять в отношениях.       По пути в Нью-Йорк я решился поговорить с Мейсом, но теперь задумался, не совершил ли ошибку.       — Мемфис, — поприветствовал меня Мейс, подходя к столу и протягивая руку. Я поднялся, пожал ее и тотчас напрягся, когда он обнял меня и похлопал по спине. — Рад тебя видеть, — добавил он, опускаясь в кресло.       Я подвинул через стол кофе, который заказал для него.       — Уже с корицей, — пробормотал я.       — Спасибо, — улыбнулся он и сделал глоток. Он напомнил мне Ронана... нынешний Мейс совершенно не походил на холодного, безэмоционального человека, с которым мы познакомились два года назад перед первым совместным заданием. Если до этой встречи я не был уверен, что он влюблен, то теперь не испытывал ни малейших сомнений. — Слышал, тебя можно поздравить, — продолжил он, проводя ладонью по густой копне темных волос. Я был слишком поглощен настоящей целью нашей беседы, чтобы сообразить, о чем он говорил. Должно быть, он поймал мой недоуменный взгляд: — Ронан сказал, что теперь ты возглавляешь команду.       — О, да, — сумел я ответить.       — И, как я понимаю, свадьба Ронана и Сета прошла великолепно, — без сомнения, Мейс пытался разрядить обстановку и заполнить паузу, понимая, что я с трудом собирался с мыслями. Возможно, я не хотел получить ответы на свои вопросы... вдруг эти ответы означали, что мне не следовало возвращаться в Сиэтл? — Мы надеялись прилететь на свадьбу, но Коулу пришлось работать...       — Мейс, — перебил я, мой голос звучал глухо и хрипло. — Я сейчас не выдержу, пошлю все к хуям и свалю… мне нужно срочно кое-что выяснить, мне, блядь, нужна помощь, чтобы разобраться с одним дерьмом... — Я поднял взгляд от стакана с кофе, Мейс пристально наблюдал за мной. Он быстро кивнул, и я со вздохом спросил. — Джонас и Коул... как ты понял? Как ты понял, что это твое?       — Что это? — растерянно переспросил Мейс.       — Делиться.       — По-твоему, я это делаю?       Меня охватило раздражение.       — А разве нет?       — Наверное, я никогда не рассматривал это под таким углом, — неопределенно ответил он.       — Знаешь что, забудь! — рявкнул я, порываясь встать, но Мейс крепко схватил меня за запястье.       — Мемфис, пожалуйста, сядь, — попросил он. — Я вообще-то серьезно.       Из-за моей вспышки гнева несколько человек повернулись в нашу сторону. Я почувствовал себя дебилом и сел обратно.       — Прости, — пробубнил я.       — Могу я спросить тебя кое о чем?       Я угрюмо кивнул. Будучи чертовски уставшим и расстроенным, я решил, что Мейс не скажет ничего дельного, а любые его слова только больше заморочат мне голову.       — Ты состоишь в отношениях с двумя мужчинами?       Меня затошнило при слове «отношения», но я кивнул, потому что устал врать самому себе о том, чем это было.       — С двумя, — подтвердил я.       — И эти двое мужчин были вместе до того, как ты вступил с ними в связь?       Я покачал головой.       — Они долгое время были друзьями. Но между ними ничего не было, пока мы не оказались втроем.       — Ты боишься потерять каждого из них? — спросил Мейс.       Поколебавшись немного, я ответил:       — У меня был жених много лет назад... мы были вместе очень долго. Он хотел открытых отношений. А я боялся его потерять, поэтому согласился. Но он перешел все границы... стал приводить парней домой. Он трахал их у меня на глазах. Иногда позволял им трахать меня. Он говорил, что наша связь достаточно прочная, и я должен без опасений делиться им с другими.       — Но тебе это не нравилось? — Я вновь покачал головой. Совершенно не хотел рассказывать, как меня разрывало изнутри, когда видел Дрейка с кем-то еще. Зная, что сам согласился на такие мучения. — Значит, с этими двумя парнями ты пытаешься понять, сможешь ли делиться и не чувствовать того же самого?       — Наверно, — пробормотал я. — Я подумал, если в этом присутствует какая-то хитрость, то, возможно, у меня все получится.       — Эти мужчины действительно важны для тебя?       Я кивнул, хотя слово «важны» едва ли в достаточной мере описывало мои чувства к Тристану и Бреннану.       — Как их зовут?       — Тристан и Бреннан.       — Тогда позволь спросить тебя, Мемфис. Кого и с кем из них ты делишь?       Его вопрос привлек мое внимание, я поднял глаза и встретился с ним взглядом.       — Что?       — Ты делишь Тристана с Бреннаном или наоборот?       Я открыл рот, чтобы ответить, но ответа у меня не было. Я начал встречаться с Бреннаном, так что, теоретически, делил его с Тристаном. Но это звучало неправильно. Такой расклад сделал бы Тристана похожим на тех парней, с которыми на моих глазах трахался Дрейк. А это не шло ни в какое сравнение… даже отдаленно. Потому что я заботился о Тристане. Когда мы были втроем...       Я замер, осознав, наконец одну истину.       Когда мы были втроем, это было правильно. Даже правильнее, чем с кем-то из них по отдельности. Я уже смирился с тем, что влюбился в Бреннана, но что насчет Тристана?       Мысли в голове неслись галопом, я отчаянно пытался разобраться в своих эмоциях. Наконец я вспомнил вопрос Мейса и покачал головой.       — У меня нет ответа.       — Они оба сейчас в Сиэтле? Вместе? — Я кивнул. Через несколько часов Бреннан приедет с работы… если все пойдет, как я надеялся, то по возвращении в отель они оба будут ждать меня там или — что еще лучше — спать в моей кровати, обняв друг друга... — Тебя не беспокоит мысль, что они вместе, пока тебя нет рядом?       Я интуитивно понял, о чем говорил Мейс. Что, если, вернувшись вечером в отель, я застану Бреннана с Тристаном в моей постели за занятием любовью друг с другом? Стало бы это для меня сродни предательству? Однозначно нет. Единственное, что я почувствовал бы, застав их вместе — непреодолимую потребность присоединиться к ним.       Но захотят ли они этого?       Я откинулся в кресле, поняв, что задал не тот вопрос. Мне не нужно было знать, смогу ли я разделить одного из них с другим, потому что я уже знал ответ — дело было вовсе не в готовности делиться. Делиться означало, что я ценил одного из них больше, чем другого.       Я должен был почувствовать себя лучше. Должен был с радостью поспешить в аэропорт и вернуться в Сиэтл, зная, что с Бреннаном и Тристаном у меня все было совершенно иначе, чем с Дрейком. Но теперь меня терзал новый вопрос — гораздо болезненнее того, из-за которого я обратился за советом к Мейсу.       Я не мог выбрать между Бреннаном и Тристаном, но могли ли они сказать то же самое? Они знали друг друга много лет, и почти столько же любили. Да, они оба признались мне в любви, но неужели эти чувства могли сравниться с их чувствами друг к другу? Черт, они даже не знали обо мне многого, но при этом между ними не оставалось секретов...       — Мне нужно идти, — пробормотал я, поднимаясь на ватных ногах.       Как, блядь, так вышло? От попыток принять отношения, которые ошибочно сравнивал с одними из прошлых, я перешел к беспокойству о том, что, возможно, даже не смогу быть их частью. Насчет Дрейка я знал, что у него не было никаких чувств к мужчинам и женщинам, с которыми он трахался на стороне. Помимо, естественно, ревности я испытывал лишь удивление от того, что ему постоянно не хватало меня. Но с Бреннаном и Тристаном... мои чувства к ним были намного глубже, чем к Дрейку, но они любили друг друга — они не были вместе только для удовлетворения каких-то физических потребностей. А это означало, что третьим лишним потенциально был я.       — Мемфис...       — Спасибо, Мейс, — я оборвал его, потому что не нуждался ни в его жалости, ни в словах утешения.       Я уже не знал, чего, черт возьми, хотел.       Нет, это было неправдой... Я наконец-то понял, чего хотел. Вопрос заключался в том, знали ли Бреннан с Тристаном, чего хотели они, и каково было мое место в их желаниях?       И было ли вообще?

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!