Глава 9. На сегодня достаточно, юноша

— Да что ж у Вас за привычка такая, Окделл! — усмехнулся Рокэ, глядя на застывшего гальтарской статуей оруженосца. — Знаете, есть такое создание: морская свинка. Если она в замешательстве, то растопыривает лапы, и напрягается, будто каменная становится. В такой момент ее очень удобно запускать туда-сюда по столу. Только надо, чтобы стол был лакированный. Мы с Лионелем однажды так делали… Ричард хмыкнул, представив себе дурацкую выходку эра и Савиньяка. Невольно расслабился даже и подумал — да ведь эр Рокэ специально это сказал, чтобы его оруженосец вел себя уж как-то… фривольнее. — Ну, так раздевайтесь и становитесь… этим… ну… — Окделл запнулся, так и не подобрав приличное слово. — Сами знаете... — Кем? — вскинул точеную бровь Алва. — Юноша, мы ведь с Вами уже это проходили: называйте вещи своими именами, чтобы я Вас понимал. Так кем же, по-Вашему, я должен стать? Вы верите в оборотней? Я, конечно, чудовище, но только в переносном смысле. — Раком, — сдавленно ответил Ричард. — Это ведь так делается… — Можно и так, юноша, — усмехнулся Рокэ. — Но скажите, у Вас что, вообще никакого опыта? Неужто вовсе ничего не было?.. — Ну… Я однажды видел… — Ричард стыдливо поднял глаза на эра. — В общем, на конюшне… Девка пришла, встала... ну, этим самым… Раком. Конюх ей юбку задрал и… вот. — Значит, никакого, — резюмировал Ворон. — Это и к лучшему, юноша. Давайте начнем с того, что я весьма люблю целоваться. Окделл в который раз мысленно обругал себя за глупость. Конюх, девка!.. Медведь надорский… С эром надо как в романах, что читал тайком от матушки: тискать и целовать. Да, пусть это были и не гайифские романы, но, видимо, в этой части все одинаково! Придвинулся, несмело потянул к себе эра, глянул в его прекрасное лицо… О, Создатель, эти бездонные синие глаза, эти полуоткрытые влажные губы… От прикосновения прострелило удовольствием до самого паха, Ричард, сам не зная, что делает, повалил эра на кровать, накрыл его послушные мягкие губы горячим ртом. Сердце рвано билось, в паху горело, сминал черный бархат колета, неумело пытаясь снять… Серебряные застежки впивались в грудь, но от этого болезненного ощущения почему-то было еще приятнее... Рокэ чуть отстранился, прервав этот сладостный поцелуй и Ричард нетерпеливо зарычал. — Разденьте меня юноша. Только не торопитесь, у нас вся ночь впереди… Потрогайте меня через одежду. В этом есть особая прелесть… Больше всего сейчас хотелось в несколько рваных движений дать себе разрядку рукой, как Ричарду и приходилось украдкой делать по нескольку раз в день с тех пор, как возмужал. Но оказалось, томиться желанием куда гораздо приятнее, чем вот так, быстро все закончить. Окделл помог эру снять черный бархатный колет и теперь гладил, изумляясь неизведанным ощущениям. Скользил пальцами по тончайшему нежному шелку рубахи, ощущая жар чужого разгоряченного тела… Зарделся от смущения, коснувшись набухших сосков, а эр вдруг бесстыдно выгнулся и застонал. — Эр Рокэ… — рвано выдохнул Окделл, прижимаясь изнывающим от возбуждения членом. — Еще, юноша… — едва слышно попросил эр. Фраза окатила огненной волной желания. Ричард хрипло зарычал, рванул нежный шелк, обнажая молочно-бледную грудь своего эра, припал жадным ртом к аккуратному нежно-розовому соску. Не знал, что делать, не знал, как правильно — но так хотел этого! — Ах!.. Дикон… — вскрикнул Рокэ, кода Окделл, забывшись, ощутимо прикусил нежную кожу. Снова окатило волной острого наслаждения. Ричард уже не мог остановиться. Не мог и не хотел. Терзал поцелуями грудь, нежную шею своего эра, оставляя бесстыдные алые метки, впивался жадным ртом в мягкие карамельные губы, вжимал в кровать… Терся налитым от возбуждения членом о бедро монсеньора, хотел снова услышать его стон, хотел, чтобы эр Рокэ кричал его имя — не важно, от боли, или удовольствия!.. В низу живота полыхнуло Закатным пламенем, Ричард низко зарычал, толкаясь в бедро монсеньора и рухнул на него, судорожно дыша. — Я… Эр Рокэ, простите… Я еще могу, и не раз! — виновато произнес Окделл, осознав, что не просто не «взял» своего эра — но даже не снял с него штаны. — Я… сейчас… — Рукой, — хрипло попросил Рокэ. — Сделайте мне приятно рукой, юноша. Ричард торопливо приспустил штаны Ворона — изящный член его эра сочился предсеменем. Обхватил пальцами, принялся двигать их так, как делал это себе… — У Вас есть и левая рука, юноша… — снова подал голос эр. Ричард завороженно смотрел на Первого маршала Талига, который сладко постанывал от его ласки. Скользил пальцами по головке, другой рукой гладил напрягшиеся нежные яички… спустился ниже по шелково-гладкой промежности, тронул тугое колечко мышц. Ворон вдруг вскрикнул, забился в конвульсиях и оросил грудь оруженосца жемчужным семенем. — Эр Рокэ… — растерянно произнес Окделл. Выждал пару минут, и снова позвал: — Монсеньор… Я уже готов еще! — На сегодня достаточно, юноша, — Ворон подобрал с пола рубаху и колет. — Сладких снов. Завтра мы с Вами едем во дворец, наденьте придворный костюм. — Но… эр! — воскликнул Ричард. Мягко хлопнула дверь. Ричард рухнул лицом в подушку. О, Создатель… Как теперь со всем произошедшим разобраться?!