Осознание

Hi! Who me? Why?

‎Feet don't fail me now take me to the finish line

‎Oh, my heart, it breaks every step that I take

‎But I'm hoping that at the gates they'll tell me that you're mine...

В квартире была абсолютная тишина. Неоновые ленты в некоторых углах светились, создавая какую-то мистическую атмосферу. В приоткрытое окно задувал свежий ветер, слегка колыша занавески. Экран компьютера слабо освещал лицо спящего человека, который выглядел довольно потрёпанно: очки съехали на кончик носа, волосы в полном беспорядке, помятая одежда. Сам человек сидит за рабочим столом, слегка съехав с кресла. Под глазами залегли тени, он то и дело хмурится. Телефон на столе начал вибрировать и играть классический рингтон, высвечивая незнакомый номер. Дима вздрогнул и проснулся. Схватив телефон, он, не глядя на номер, приложил его к уху. — Да? — в тишине комнаты этот хриплый от сна голос звучал неестественно громко. — Здравствуйте, — раздалось из трубки. — Вас беспокоит стоматология… — Как же вы меня заебали, — пробурчал Масленников, «сбрасывая» эту стоматологию. Он огляделся. Поняв, что снова уснул на рабочем месте, Дима помассировал веки пальцами, и нацепил обратно очки. — Надо хоть чаю сделать себе, а то весь день почти ничего не ел, — прошептал он себе под нос, разминая напрочь затёкшую шею. Тишина в квартире была гулкой, давящей. Дима щёлкнул выключателем, залив кухню резким светом, и запустил на колонке первую попавшуюся англоязычную композицию — лишь бы разбавить этот мрак. В голову, как обычно, полезли отстранённые мысли. Дима подумал о том, что у большинства его команды есть вторые половинки. А он до сих пор один. Совсем один. А ведь ему тоже не хватает человеческого тепла рядом. Чтобы кто-нибудь следил за тем, как он питается, будил его, если бы он засыпал как сегодня. Да в конце концов стал причиной, по которой Дима хотел бы возвращаться домой… Но такого человека нет, поэтому Дима практически ничего не ест, а когда ест, то это что-то из фаст-фуда, плохо спит и не имеет мотивации возвращаться к себе домой, в пустую квартиру, предпочитая оставаться на ночь в офисе. Глубоко вздохнув, Дима увидел, что чайник закипел. Поднеся к нему кружку, он смотрел, как струя кипятка заливает чайный пакетик, заставляя его метаться и выпускать в воду тёмные облачка. «Вот так же и человек… В ловушке…» — мелькнуло бессвязно. И тут же, будто щелчок, — цельная, чёткая, ужасно интересная мысль: что будет, если начать заливать человека водой в большой ёмкости? Как он себя поведëт? «Если материала будет немного, то это можно будет залить в Телеграм-канал…» — подумал он. Зачем-то воровато оглядевшись, стал разговаривать сам с собой: — Разумеется, никто на такое добровольно не пойдёт… Поэтому, я никому не скажу, что конкретно мы будем делать, — довольно улыбнулся он, как злодей, который планирует свою «пакость». — А если спросят напрямую? Хм, надо придумать отмазку… — Масленников полез в заметки, чтобы вернутся к этому вопросу позже, на свежую голову. — Так, а кого звать буду? А чего думать, просто позову всю «Лигу». «А зачем всех-то? Не много ли?» — Давно не собирались вместе, да и вообще… Зачем я оправдываюсь перед самим собой?.. — нахмурился Дима, медленно помешивая сахар в кружке. «Потому что ты врёшь сам себе» — услужливо помог противный голосок в голове. — А ты вообще пасть завали, — пакетик полетел через всю кухню в ведро. Не попал. Похуй. Дима снял очки и потëр переносицу. Чем он вообще занимается?.. «Ты просто хочешь увидеть его» — Нет, — процедил сквозь зубы Масленников, сильнее сжав кружку. «Ай-ай-ай, снова враньё…» — Да хватит! — кружка с грохотом ударилась о столешницу, разлетелась на большие и маленькие осколки, брызги обжигающего сладкого чая оказались на столе и руках… — Да блять! Схватив тряпку со стола, он принялся лихорадочно вытирать жидкость, пытаясь как можно быстрее еë ликвидировать. Убрать осколки удалось той же тряпкой и совком для мелкого мусора. Не забыл убрать чайный пакетик, одиноко лежащий на полу около ведра. Музыка из колонки начала раздражать, текст был каким-то странным, свет стал казаться слишком ярким, поэтому он выключил всë, даже светодиодные ленты по углам. Легче почти не стало. — Попил, блять, чаю, — разочарованно прошептал он в тишину. Больше пить не хотелось. Хотелось лечь и отрубиться, чтобы не присутствовать в реальности. Чтобы не слушать этот голос в голове. Дима спиной лëг на диванчик, на котором еле как помещался, и накрыл себя пледом. «Вот бы меня накрывал кто-то, а не я сам…» В голове всплыло лицо одного члена «Лиги» — Эмиля. Это жизнерадостное загорелое лицо, с большими бровями, выразительными глазами, забавным носиком и пухлыми губами, заразительной белозубой улыбкой… Так и манит к себе. Дима вновь себя одёрнул. Ты о чëм вообще думаешь? Мы в России, а не в сказке. Тут не исполняются твои мечты. «Мечты?.. Интересно, когда у тебя прошла фаза принятия того, что ты мечтаешь об Эмиле?» — злорадствовал голос. — Блять, кто ты, и что делаешь у меня в голове? — не выдержал Дима. Он недавно проверялся у специалистов, поэтому точно знает, что шизофрении у него нет. Так почему он слышит какой-то голос? И почему тот возникает только когда он думает об Эмиле?.. «Я твоя Совесть, болван» — услышал он в ответ. — Ха, Совесть? Я-то думал, что тебя у меня вообще нет, — ухмыльнулся Дима, закидывая руки за голову. «Не порти парня» — Что ты?.. — это высказывание выбило весь дух так, что больше не получалось вздохнуть. «У него девушка есть» — Да, я… — Дима просто смотрел в потолок широко открытыми глазами, пытаясь ловить ртом воздух. «Ты его не достоин» — Я… «Одно неверное движение — и ты его потеряешь. Навсегда» Дима сглотнул образовавшийся ком в горле. «У него уровень «неприкосновенный», так что даже думать о нём не смей, чудовище» — закончил голос и затих. Времени на осознание того, что он на грани слëз потребовалось много. Только когда первая солëная дорожка побежала по разгорячённой щеке, Дима опомнился, и стал интенсивно тереть лицо обеими руками. Блять. Он сам себя довëл до этого. — Я сам решу, как мне поступать, ясно? — через некоторое время проговорил он севшим голосом. Но ответа не последовало. — Эй? — тихо окликнул он, лëжа в полной темноте. Никто не отозвался. — Ну и хуй с тобой. Проверив время на телефоне и узнав, что до будильника осталось спать каких-то два часа, Дима постарался ни о чём не думать и погрузился в беспокойный поверхностный сон, в котором ему снилось что-то очень расплывчатое.

***

На другом конце города, в тихой и такой же тëмной квартире проснулся Эмиль. Посмотрев на время, он так и не понял, почему проснулся в пять часов утра, когда ему вставать можно вечером, ведь никуда не надо. Рядом кто-то зашевелился и перевернулся на другой бок. Эмиль перевёл взгляд на свою спящую девушку. Приглушëнный зановесками свет уличных фонарей скользил по её идеальным чертам, но у него в груди не шевельнулось ничего, кроме тихой, привычной пустоты. Он осознал то, что не любит еë только со временем, когда они уже стали жить вместе. Эмиль боится ранить еë чувства, и пока сохраняет хрупкий мир, оставаясь в отношениях. Так будет спокойнее. Сложно ли это? Ни капли. Поняв, что сна уже ни в одном глазу, он тихо поднялся с кровати, чтобы не разбудить человека, которому больше повезло со сном, и направился на балкон. Он никогда не курил. Нет, ну, в подростковом возрасте пробывал, но ему не понравилось. Сейчас таковых вредных привычек за собой не имеет. Но дома у него всегда стоит пепельница. Эмиль просто любит крутить еë в руках во время раздумий, и водить пальцем по разным узорам, сделанным на ней. Вот и сейчас, выйдя на балкон, он первым делом схватил стеклянную пепельницу и уселся на кресло-мешок, которое использовал только он сам. Этот пуфик в хорошую погоду всегда лежал на свежем воздухе, чтобы Эмиль мог всегда выйти и отдохнуть. Утренний летний ветер подул в лицо, принося с собой различные городские запахи. Мягкие кудряшки закачались от лëгкого дуновения, и Эмиль зачесал их пятернëй назад, прикрывая глаза. Вдруг появилось фантомное ощущение чужой руки в волосах. Эмиль открыл глаза и никого не увидел. Когда же он снова закрыл их, то увидел лицо Димы Масленникова. У Димы красивое лицо: чëткая челюсть, выделяющиеся скулы, высокий лоб, яркие глаза, ровный нос, спокойная улыбка… Очень завораживающая картина. Тут образ в голове стал тянутся к нему рукой, чтобы привычным жестом потрепать по волосам. Эмиль автоматически потянулся за этой лаской, чтобы ещё раз ощутить шершавые пальцы у себя на голове. Но навстречу его лицу лишь снова подул прохладный ветер, как будто прогоняя видение. Поёжившись, Эмиль всë же сходил за пледом. Снова проводит пальцем линию выреза пепельницы. Снова мысли. Странно, наверное, что он назвал лицо Димы красивым, верно? А с чего такой порыв? Действительно странно. Интересно, а он вчера нормально хоть раз поел? Или снова на одном кофе живëт? Уехал ли домой по окончании рабочего дня? Или как обычно остался ночевать в офисе?.. Дима никому не говорит, что он часто ночует в офисе, но все это и так понимают по промятому дивану, скомканному пледу и тому, что он магическим образом оказывается там раньше всех. Почему он не хочет возвращаться к себе? Или просто не успевает? Нет, он волен уходить, когда ему захочется. Почему же… «Может, ему одиноко дома?» — подсказал голос в голове. — Вот только шизы мне не хватало… — скривил губы Эмиль. Но этот голос действительно оказался прав. У Димы есть команда, многомиллионная аудитория… Но у него нет того, кто бы был всегда рядом. Кто бы поддерживал в любой момент… Иманову стало тоскливо от таких мыслей. Он ещё раз вывел пальцем узор, откинул голову на стенку сзади и закрыл глаза. Перед собой он вновь увидел Масленникова, который на сей раз просто сел рядом на пол, молча смотря куда-то в даль. Эмиль улыбнулся и склонил голову к его плечу. Всë равно ему это только кажется, поэтому может позволить себе помечтать. Так он и не заметил, как провалился в сон. Ему снился Дима, который всë время сидел рядом и то и дело гладил его по голове. Наверное, это был самый странный и самый желанный сон за последние несколько месяцев.

***

Заиграл будильник, прогоняя сон. Дима наощупь нашëл телефон и отключил его. Всë. Семь утра. Пора планировать новый проект. Умываясь, Дима посмотрел на своë опухшее лицо и громко вздохнул. Если он хочет снимать, тот ему нужно выглядеть подобающе. Поэтому он позвонил менеджеру, с просьбой организовать подготовку: нанять рабочих, арендовать строительную технику, заказать водовозы и купить огромное количество брезента, чтобы застелить землю в яме… А сам решил нормально позавтракать, помыться и сообщить о съёмке «Лиге». В общем, Масленников решил привести себя в порядок, чем, собственно, и занимался последующие три часа.

***

Тëплая ладонь коснулась плеча. Эмиль посмотрел сначала на своë плечо, потом на протянутую руку, а затем перевëл взгляд на улыбающегося Масленникова, стоящего перед ним. Иманов улыбнулся в ответ. Тут Дима требовательно сжал его за руку и стал открывать рот, как будто что-то хотел сказать. Эмиль нахмурился. Почему он его не слышит? А ведь очень хочется снова услышать его голос… Вдруг у Димы прорезался голос. Только какой-то странный, не его. Слишком тонкий. Слишком резкий. Слишком не тот. — Эмиль… — сказал Дима, начиная трясти его за плечо. Теперь пальцы даже причиняли дискомфорт своим давлением. — Эмиль, — более резко произнес женский голос из уст Димы. Эмиль молча смотрел в хмурые серые омуты, и пытался сообразить, что же происходит. Масленников сурово свëл брови к переносице и почти крикнул: — Эмиль! Иманов вздрогнул и открыл глаза. Перед ним стояла Аля, его девушка, и неприветливо хмурилась. Как только он проморгался, то понял, что звал его совсем не Дима. — Ну наконец-то, блин, — цокнула языком Аля. — Не буду спрашивать, что ты забыл на балконе ночью, — сказала она и уже собиралась выйти с балкона, но остановилась и снова посмотрела на ничего не понимающего Эмиля. — Ах, да, у тебя телефон без перерыва пиликает минут десять. Написано, что сообщения из чата «Лиги». — И тебе доброе утро, — лишь просипел он в ответ, слабо улыбнувшись. Аля закатила глаза и ушла, оставив парня в одиночестве. По дороге в ванную он забрëл в комнату за телефоном, чтобы во время умывания мочь параллельно читать сообщения. Посмотрел время: 9:52ᴀᴍ. Открыл чат.

КДМ «Лига»

Дима М. Доброе утро, команда. Я хочу записать ролик со всеми вами. Сегодня вечером собираемся в офисе. 9:34ᴀᴍ Сударь😎 А возможности отказаться нет?)) 9:36ᴀᴍ Лëха💪 А что за ролик? 9:36ᴀᴍ Яночка💜 Дим, ко скольки приезжать? 9:37ᴀᴍ Супер Стасик🍑 А мне одному уже страшно? 9:38ᴀᴍ Даник😈 А я только встал… 9:38ᴀᴍ Егорик🤙 Ахахахах, Дима умеет заинтриговать 9:38ᴀᴍ Дима М. Ребятки, успокойтесь. Встречаемся в офисе в 17:00. Все подробности расскажу на месте. И нет, отказы не принимаются, ясно? 9:40ᴀᴍ Сударь😎 Ясно… А чë Эмилька молчит? 9:41ᴀᴍ Яночка💜 Может спит ещë? 9:41ᴀᴍ Даник😈 ЭМИИИИИИЛЬКАААААА 9:41ᴀᴍ Супер Стасик🍑 АХААХАХАХАХАХА 9:42ᴀᴍ Дима М. Ну что вы творите? Дайте поспать человеку 9:42ᴀᴍ Егорик🤙 Да ладно тебе, Дим. Ты чего о нëм так печёшься, а? Мы тоже хотим спать в 9… Ладно, в 10 9:43ᴀᴍ Дима М. Вам никто не запрещал прочитать моë единственное сообщение позже 9:43ᴀᴍ Даник😈 Ладно, тут по фактам 9:43ᴀᴍ У Эмиля возникла дилемма: либо написать в чат, чтобы шумиху зря не поднимали, либо промолчать и подумать. Выбрав второй вариант, Иманов отложил телефон и умыл себя холодной водой. В голове всплыло сообщение Димы, в котором он просил ребят не беспокоить его. Эмиль невольно улыбнулся. Тут сердце пропустило удар. Он вспомнил, что всю ночь думал об этом человеке, и ему стало жутко стыдно. «Да-да, он о тебе заботиться, а ты о нëм уже думаешь не как о друге… Как не хорошо, Эмильен» — Да что ты такое?.. «Ха-ха, когда ты увидел его, совсем меня потерял… А ведь я твоя Совесть» — Ха… — по ванной гулко разнёсся одинокий нервный смешок. «Думаешь, что это нормально, мечтать парню о парне, а?» — Нет… «Но всë равно продолжаешь это делать, потому что ты влюбился, как дурак» Лёгкие съёжились, больше не пропуская воздух. Ничего не видящие глаза смотрят в пустоту. Пальцы на руках непроизвольно сжались на бортике раковины. Кровь стучит в самых ушах. Секундная слабость. Мимолётная мысль. Что за ужасное чувство, раздирающее все внутренности? Эмиль всë же смог сделать судорожный вдох. Затем резкий выдох. Он налаживал дыхание и бешенное сердцебиение. «И как ты теперь ему в глаза посмотришь?» — била по самому больному Совесть. — Эмиль? — как сквозь толщу воды, Иманов услышал голос. Снова женский. Из-за двери. — У тебя всë хорошо? Ты там уже полчаса. — Д-да-да, у меня всë нормально… — незамедлительно отозвался он, чтобы не вызывать подозрений, но, кажется, начал заикаться. — Ладно, выходи тогда скорее, — за дверью послышалось отдаляющиеся шаги. Когда они стихли, Эмиль только сильнее сжал раковину, пытаясь не свалиться с дрожащих ног, которые его не слушались. — Блять… — прохрипел он и всë же обессилено осел на пол, зарываясь пальцами в волосы и загнанно дыша. Через несколько часов съёмки. Встреча с командой. И главное — с Димой. Как он будет смотреть ему в глаза?.. Когда он всë же смог подняться обратно на ноги, Эмиль опрометью покинул ванную и отписался в чат, что он в деле. Хотя отказы всë равно «не принимаются».