2.

—Ты как? — спрашивает Нат Жана, когда тот наконец одевается. —Нормально, — Жан чувствует, как у него горят щеки от этой ситуации. — Спасибо большое. —Не за что. Если они тебя тронут снова, иди ко мне, — хмурится Нат, разворачиваясь к двери. — И об этом, — он показывает на свое тело. — Никому. * —Натаниэ~эль, — тянет Марисса, вешаясь на парня. Жан заметил, что Натаниэль уже второй день сидит один. Самое главное, что делает это намеренно. Жан же, в отличие от Ната, не хотел сидеть один. С ним просто никто не хочет сидеть. В отряде много тех, кто знает, что парень изгой в лагере. Тут и со школы есть пару человек. — Почему ты не садишься со мной и Джеком? Жан внимательно наблюдает за столиком. И за Натом. Последний, кажется, сейчас сломает вилку у себя в руках. —Марисса, ты и Джек мне нахуй не всрались. — звучит довольно агрессивно и громко. Теперь на них оборачиваются уже все. Уже завтрак третьего дня. Уже третий день вокруг Ната крутится компашка, которая никак не отвалит. Джек, его подружка Марисса и другие. Забавно, что эта же компания максимально гнобит Жана. Правда, когда рядом Нат Жана не трогают. Поразительно, как этот рыжий парень 14 лет привлекает к себе внимание просто своим существованием. Жан рад, что Натаниэль не хочет общаться с Джеком. —Ну, Ниэль.. — тянет девушка, обнимая парня. Жан в первый раз видит Ната настолько раздраженным. В первый день Жан лишь отметил то, что тот необычный: красивый, со стороны умный, но далеко не со всеми общительный. Нат сразу хорошо пообщался с парнем из старшего отряда, которого возможно уже знал. В отряде тоже сразу со всем познакомился, хоть и не был слишком дружелюбный. Всё в меру. Легкая улыбка, но внимательный взгляд. Подвижный, не скованный, но плечи напряжены. Вроде отдыхает, но замечает каждого. Будто воин какой-то. Жан такое только в книгах видел. На второй день Жан понял, почему парень так себя ведёт. Шрамы не говорили подробно, но было видно, что Натаниэль за свои 14 настрадался в меру. Даже больше: помимо полостных шрамов, содранной кожи, Жан видел ожоги. Запомнился большой треугольник на плече. Однако Натаниэль не стрелял негативом. Лишь на общем сборе подкалывал, да и просто шутил. Хоть он и не создавал образ приветливого, очень доброго парня, люди все равно тянулись к нему. Даже сам Жан вчера купился на эти голубые глаза. В первый день Ната утащили за общий стол, Жан не особо смотрел за ним, так как был занят мыслями о том, какой же ад его ждёт, однако рыжий вроде точно общался со всеми. Но на второй день Натаниэль уперто уселся один. Правда, на ужине он сидел со старшими. Вот с ними он действительно общался. Улыбался, смеялся. На одного парня даже сам запрыгнул на спину, когда выходили из столовой. Кажется, его друга зовут Кевин. И вот, после дня полного игнорирования отряда во время приемов пищи, Натаниэль снова садится один. В этот раз от него так просто не отлипают. —Да отвали ты от меня! — рявкнул Нат, резко вставая. — Че пристала? Марисса, на самом деле, та ещё стерва. Она и Джек как раз из школы Жана. —Эй, Натаниэль, ты че так с моей девушкой разговариваешь? — теперь встал уже Джек, до этого просто наблюдавший за ними. Теперь уже точно весь отряд на них смотрел. Вожатый, как назло, ушёл к поварам. —Так она твоя девушка? — усмехается Нат. Жан спокойно попивает молоко, хотя внутри его трясет. Кулаки и лицо Джека и Марисы снялся ему в кошмарах уже долгие годы. Он их с младших классов знает.. — Даже ожидаемо: у такой шлюхи обязательно будет никчёмный парень, строящий из себя кого-то важного. Жан поперхнулся. Лицо Джека скривилось, а Мариссу характеристика её как шлюхи не удивила. Та лишь глаза закатила. —Что? Задело? — усмехается Нат, собирая свою посуду. — Джек, тупой ты баран, я прекрасно знаю, кто ты такой. Просто ничтожество. Знаешь, из моего окружения никто не стал бы с тобой общаться, ведь ты ничего не стоишь. Думаю, я предпочту общение с 5-ти годовалым ребёнком, чем с тобой. С этими словами он взял поднос и ушел. У Жана сейчас внутри всё взорвётся. Еще никто при нем не унижал так Джека. Лицо последнего исказилось, покраснело, а на глазах накатывались слезы ярости и стыда. Потому что он знал, что Нат прав. А еще он слышал смешки позади себя. * Единственное, про что не вспомнил Жан в столовой, так это то, что Джек свои обиды вымещает на других. Именно поэтому у двух его дружков была небольшая отметина под глазом, а Марисса обиженно протирала свое запястье. А Жан.. Пытался убрать кровь с разбитых губ. Снова появятся синяки поверх старых. Сегодня он в шортах, поэтому коленки содрал основательно. —Этот рыжий… сученыш.— бормотал Джек, рассматривая свои сбитые костяшки. —Почему ты вообще к нему присосался? — спрашивает дружок Джека. —Натаниэль пиздецки богатый, — отвечает за него Марисса. Они с Джеком из семей среднего достатка, им мало. Погодите, Натаниэль богатый? Что он тогда тут делает? — А еще классный. Я б ему дала. — иногда Жан забывает, что им всего 14. Марисса лишь языком трепать умеет. —А ещё он общается с самим Кевином Дэем. — Дэй? Теперь Жан понял, почему имя было знакомо. У него мать создала новый вид спорта, а отец профессиональный тренер. Дэвид Ваймак прославился еще до того, как Кейли объявила о том, что он – отец её ребёнка. — Вы же видели его компашку в старшем отряде. Жан просто вжимался в стену, радуясь, что про него забыли. Однако ненадолго. Джек, прежде чем уйти, еще раз пинает его в живот. Жан так и остается сидеть там, просто пытаясь прийти в себя. * —Нат, почему ты не в нашем отряде? — слышится голос. Жан раскрывает глаза. О, черт. Натаниэль идет со своей компашкой. —Какого черта вы вообще здесь? Я бы вернулся к вам после смены, у вас там лучше варианты были. — недовольно буркает блондин чуть ниже Натаниэля. — Нат, ты говорил, что попросишь дядю… —Да помню я! Хватит. Итак накапали на мозги сегодня утром, вы сами видели, — вздыхает Нат устало. Они приближаются, но Жана не видят. Может, уползти?... — Мы бы тебя не оставили тут одного. Аарон то не поехал, Эндрю. А дядя сказал, что мне надо найти больше друзей, а то я…— фраза обрывается, а рыжий парень встает в ступор, ошарашенно глядя на парня перед собой. Эндрю и Кевин тоже застыли. Жан виновато улыбнулся и помахал им рукой. —Жан! — Нат рванул к нему, тут же плюхаясь на асфальт рядом. Жану стало больно за его коленки. Судя по лицам парней позади, им тоже стало больно. — Какого черта? — спрашивал Нат, растерянно осматривая парня. — Надо позвать вашего вожатого…— Начал было Кевин, но Жан его остановил, попросив этого не делать. — Почему? —Вчера я его нашел в отрубе на поляне, — усмехнулся Нат, поднимая Жана. Дико болели колени, вот черт. — Аккуратней, — поддержал парень, когда тот на него чуть не упал. Разница в росте.. Мешала. — Я только вчера тебя перемотал. Эндрю вздохнул. Они втроем помогли дойти Жану до своей комнаты. —Что ж делать.. — задумался Нат, разглядывая побитого подростка. У Жана аж уши горели, было невероятно стыдно перед ним. —Чини его, — усмехнулся Эндрю. — Встретимся на обеде. Ну или напиши нам. Блондин отсулютировал, и они ушли. Натаниэль снова вернул свой взгляд к ранам парня. —Подожди, — вздохнул он, а потом побежал в свою комнату. Вернулся он уже с аптечкой. — С лица начну. Говори, если будет больно. Нат мягко вытирает его губы, а потом и все лицо влажной салфеткой. — Только колени пострадали. — говорит Жан неуверенно. Нат недоверчиво на него смотрит, клея пластырь на скулу. — Ладно, просто посмотри. — все же сдается Жан. Нат приподнимает его футболку, мельком осматривая синяки. —Скажи мне кто это, —уперто говорит Нат, убирая грязь и запёкшуюся кровь с коленок. Жан шипит, когда на них льется перекись. — Почему ты не говоришь? —Это не твои проблемы. — хмурится Жан. —Однако я сейчас сижу и обрабатываю тебе твои коленки. —Прости. — краснеет Жан. —Господи, — вздыхает Нат. Он присаживается чуть ближе, наклоняясь к Жану. Последний сейчас взорвётся от такого близкого взгляда. Кажется, Натаниэль становится проблемой. — Не извиняйся. Они из нашего отряда? — Жан молчит, виновато опустив голову. Его потряхивает от такого. Он попросту не привык, что о нем заботятся. Нат отползает, выглядя грустно. —Эй, — он прикасается к руке парня, Жан поднимает взгляд, ожидая увидеть злость или жалость в чужих глазах, однако там лишь сочувствие и грусть. — Как долго они тебя достают? Жан молчит, пожимая плечами. Тяжело на это ответить. — В лагере несколько лет. В школе…долго. Не захотел он уточнять насколько долго. Нат лишь вздыхает, сочувственно похлопал его по плечу. —Отвратительно, — мычит он. — Помни, что можешь сказать мне и я решу проблему. С такими людьми легко разобраться. На крайняк попрошу Кева и Эндрю. — Ты с ними в одной школе учишься? — решил моментально сменить тему Жан. Хотя ему было в правду интересно. —С Кевином, да. Но мы с детства знакомы и дружим. А Эндрю.. Там родители познакомились. —Расскажи?— спрашивает Жан, подтягивая коленки. Он всматривается в эту голубизну в чужих глазах. Она утягивает за собой, помогая успокоиться. — Вообще, меня дядя взял под свою опеку из-за потери родителей… —А что с ними? — вопрос бестактный, Жану сразу стало стыдно, однако ему было интересно, были ли они причастны к шрамам на теле парня. —Эм.. — парень замялся. Жан уже начал было извиняться, но Нат его остановил. — Нет, все в порядке. Может, обмен, чтобы было честно? — улыбнулся Натаниэль, а внутри Жана всё перевернулось. Эта улыбка… —Обмен? — Ты мне что-то про себя, а я тебе про себя. —Ну…— Жан задумался. Выдать секреты = довериться человеку. Стоит ли оно того? Парень взглянул на рыжего. Посмотрел на этот теплый взгляд и улыбку. Да. Это того стоит. —Хорошо. — кивнул Жан. — Ты первый. Натаниэль снова улыбнулся. — Моя мать сошла с ума, а потом совершила самоубийство, — Нат сглотнул, глядя в пол. Видно, что воспоминание не из приятных, однако он продолжил. — Причина была в отце. Он был тираном, даже монстром. Хоть мама и любила его сначала, но потом уже не смогла. А я.. Знаешь, его копия? Сейчас отец в тюрьме, но если смотреть по фото… то глазами и цветом волос я точно похож на него. Мама в какой-то момент начала думать, что я как он: хочу убить её и причинить ей боль. В момент, когда она душила меня, мама очнулась. Она сбежала, а потом её нашли трупом у высотки. Свидетели сказали, что она сбросилась. —Я…Соболезную.. — сказал тихо Жан. — Сколько тебе было лет? — Девять. Она умерла в девять и тогда же меня забрал дядя, посадив отца. —Нат…— перед глазами Жана встал образ маленького ребёнка: с синяками и ранами на теле и душе, с отцом начальником и матерью, ненавидящая и боящаяся собственного сына. Он представил маленького Ната, которого никто не защитил. —Забей, — отмахнулся Нат. У Жана сердце кровью обливается. — Сейчас всё в прошлом. Я с дядей. —Почему он не помог раньше? — единственный вопрос. — Моя мать оборвала все связи с ним, — вздыхает Нат. — он знал про мое существование, так как видел меня маленького. Дяде позвонили сообщить, что его сестра покончила с собой. В то же время кто-то из соседей пожаловался в полицию на насилие в нашей семье. Дядя приехал, нашел отца и избил его. Всё в той же полиции по настоянии Стюарта, так зовут моего дядю, решили проверить остатки нашей «семьи». На моем теле было куча синяков и ран от побоев. А еще папаша пытками увлекался. Я сдал его, как только дядя мне сказал, что если его обвинят и посадят, я буду свободен и никто не будет меня бить. —На…сколько посадили? — Пожизненно. — усмехнулся Нат. — так и надо этому ублюдку. — Натаниэль лег на кровать, рядом с Жаном. —Можно…. Эм, как бы спросить. — Можно. — кивнул Нат, не уточняя. Жан вздохнул, а потом сделал то, для чего руки чесались: провел ладонью по чужим волосам. Такие мягкие. — Ха, у моего отца волосы были очень хорошие. Единственное, что в нем было выдающегося. — Зато в тебе не единственное, — улыбнулся Жан, продолжая сидя рядом, перебирать чужие пряди. — Что? — спросил он, заметя, как Нат покраснел. —Ничего, — выдохнул Нат. — Дядя забрал меня в 9 лет, и очень рад этому. — А Кевин? Вы тогда же познакомились? —Не-а, раньше. — улыбнулся Нат. Искренне, тепло. — Тогда я еще в частную школу не ходил, однако старался как можно больше быть на улице. На самом деле, ситуация смешная. Я потерялся и случайно забрел на их…участок. Он был больших размеров, там как раз был ремонт. Короче, я ворвался на его территорию, когда мне было 6. Он нашел меня, пытающимся вылезти из бассейна. —Ты как туда попал? — усмехнулся Жан. Он все еще перебирает чужие волосы, закручивая прядки. Нату комфортно или он не замечает? —Да хотел глянуть, насколько он глубокий, а в итоге шлёпнулся, — вздыхает Нат. А Жан вспоминает слова Ната о том, что тот проблемный парень. — Он вытащил меня из бассейна, а там и тёть Кейли подоспела. —Мать Кевина? —Ага. — И как вы дальше продолжили общение? —Ну, теть Кейли пригласила меня высохнуть, а там я заигрался с восьмилетним Кевином. Потом бегал к нему. Когда мне было 8, они, к сожалению, переехали. Там Дэвид Ваймак, отец Кевина и проф тренер Экси, объявился. Грустно было. Как сейчас помню, как мы с Кевином долго прощались. Он еще так волновался за меня. —Он знал, что творится в твоей семье? —Да, я ему рассказывал. Всё. Поэтому он и боялся, — усмехается Нат. — Кейли не знала, так как я ходил в свободной одежде и синяки было видно разве что на лице. Но этому всегда было оправдание. А Кевина я просил не говорить, так как слишком любил маму и боялся отца. —И.. Как потом воссоединились? —А это удача. Невероятная. Дядя Стюарт был спонсором Дэвида Ваймака, они общались. Дядя рассказал Дэвиду о том, что поедет забирать меня, хранит Мэри, мою мать, а еще садить отца, — погрузился в воспоминания парень. Жан разглядывал его ресницы, такие длинные и красивые. У Ната была небольшая россыпь веснушек на лице. — одиннадцатилетний Кевин подслушал и ворвался в их разговор, рассказывая, что знает меня и мы друзья. Даже подробности рассказал, так что Дядя поверил ребёнку. Думаю, Кевин сделал большой вклад в то, кто я сейчас. Плюс дядя решил, что будет жить где-то неподалёку от Дэй-Ваймаков. Я был зашуганным, так что он думал, что будет лучше, если рядом будет Кевин. —И он не ошибся. — улыбается Жан. Нат улыбается в ответ и кивает. —Ага. Счастья у меня были полные штаны ха-ха, — все еще улыбался парень. —Ладно, на самом деле, я расплакался, когда увидел его. А потом опять, когда узнал, что мы живём рядом и будем ходить в одну школу. —Это вы сколько дружите.. —Ну, мне сейчас 14.. 8 лет общаемся. —Крутяк. — вздохнул Жан, искренне радуясь за Ната. Он лег рядом.— Классно, наверное, иметь такого друга… А Эндрю? —Об Эндрю потом расскажу, — подмигнул Нат, усмехнувшись. Он повернулся набок, случайно уткнувшись в плечо Жана. Место контакта словно жаром облило. Оба парня своего местоположения решили не менять. —Твоя очередь. —Моя? — Жан взглянул в голубые глаза. В них был искренний интерес. —Да. Обмен, помнишь? —Хорошо, — вздохнул Жан, устремив взгляд в потолок. Родители… — Мои родители… Они меня не любят, — Натаниэль сочувствующе вдохнул под плечом. — Они не особо любят уделять мне время. Я езжу в этот лагерь не потому, что хочу, а потому, что они просто хотят от меня избавиться на каникулы. —Ужасно, — пробормотал Нат. Жан удручающе кивнул. — Ты один в семье? —Нет, у меня есть сестра. — улыбнулся Жан. — Вот её действительно любят. Она с родителями вроде уехала на море. — А ты её любишь? — спросил Нат. Жан понимал, почему возник такой вопрос. —Да. Всегда любил, — пробормотал Жан. — Она не ненавидит меня. Но у нас не прям теплые отношения, так как родители сразу начали нас разделять. Сестра с самого начала знала, что её любят больше. Мы можем нормально поговорить, но тех самых идеальных отношений нет. —Завидуешь ей? —Да, но не желаю зла. Хоть какой-то ребенок в нашей семье любим. Родители хотели девочку. Я должен был родиться девочкой. Однако это было врачебной ошибкой. Он неправильно определил мой пол, и я был сюрпризом для родителей на конце беременности… — Они должны были любить ребёнка вне зависимости от его пола. — негодующе прогудел Нат, хмурясь. —Должны. — тихо согласился Жан. Они лежали так пару минут. Рядом, смотря в потолок. —А друзья? У тебя есть лучший друг? Или компания? — приподнялся Нат на локтях, заглянув в глаза парня. Жан молчал, тупо глядя в потолок. — Жан. У тебя точно есть хоть один друг. —У меня нет друзей, — повернулся к нему Жан. — В школе меня гнобят, а в начальных классах просто не замечали. —Гнобят? Ладно эти придурки в лагере, но в школе.. За что, Жан? — Жан не понимал, почему Натаниэль выглядит таким неверящим и удивленным. — Сначала за рост, — вздохнул Жан, вспоминая первые насмешки. — Я всегда был переростком. Знаешь, уродом называли… —Ты не урод! — подскочил Нат. Жан аж испугался. — Знаешь, я бы всё отдал за рост как у тебя или Кевина. —Конечно, ты же…сколько ты? — усмехнулся Жан, игнорируя странное тепло внутри. — 160, — вздыхает Нат. — Я все еще растущий организм.. —Верю. — усмехается Жан. —Подожди, но ведь не могут издеваться только из-за этого? Это быстро надоело бы. —Да, это лишь одна из причин, — Жан наблюдает, как Нат возвращается в прежнее положение, ложась рядом. — Еще.. Из-за одежды. Я всегда был в старой, а иногда и малой мне, так как родители не любили на меня тратиться, — Жан показал на свою заношенную кофту. — А еще моя сестра в той же школе, что и я. Она популярная, все сравнивают её с собой. —Из-за этого насмешки? —Да. Все знают, что меня родители не любят. — Не может быть, что это все причины. — Нат заглядывает в чужие глаза. Жан непонимающе выгибает бровь. — Точнее, я не обесцениваю то, что ты мне рассказал…просто… я тоже знаю таких мразей. Меня пытались гнобить за мой рост, я знаю людей, над которыми тоже за это издевались, — что-то Жану подсказывало, что речь об Эндрю. Тот еще ниже Ната. — Всем быстро надоело. И за семью меня гнобили. В новой школе была компания, которая сразу прознала про мою мать и отца. Все еще есть смешки, но они не выливаются во что-то серьёзное, ведь мы уже не такие дети. Они лишь самоутверждаются за счет этого. Жан, есть еще причина? Нет, Жан не может ему в этом признаться. Не может признаться ему в том, за что от него отворачиваются. —Нет. — врет Жан. — Мы просто отличаемся. —И чем же? Лишь деньгами, но жестокость нашего общества растет вместе с этим. Не ври мне, Жан. — хмурится Нат. — Я не люблю, когда мне врут. У Жана екнуло сердце. Однако врать во благо.. Лучше, чем просто так, верно? Натаниэль все равно не узнает об этом. —Я не вру, — сказал Жан, сглотнув. —Почему ты мне не веришь? Помимо того, что Жан уродлив ( со слов тех, кто над ним издевается ), над ним издеваются за его предпочтения. За то, что он не выбирал. За то, что он бы изменил, если бы мог. За то, что он принял в себе только спустя годы. И то, не до конца. Он любит парней. «Мерзкий пидор» — как говорил всегда Джек. Как об этом все узнали? Сначала был слух, ведь еще в начале Жану не нравилась ни одна из девочек. Он и не стремился даже общаться с ними, ведь они смеялись над его ростом. Плюсом в первом-втором классе у него были сложности из-за языка. Они переехали из Франции в Штаты и это стало проблемой на первое время. Даже при том, что язык он знал хотя бы на среднем уровне. А потом, уже чуть позже, Жану понравился парень. Тогда он и сам осознал, что этот его «интерес» не был простым. По глупости признался, ведь парень казался добрым и толерантным… никогда не издавался над Жаном. А сегодня он в первых рядах, когда надо поиздеваться. —Я верю, — ответил Нат, вырвав Жана из собственных воспоминаний. — Просто… наверное, я воспитан не так? — Ну, с виду не скажешь, что ты любишь издеваться над людьми. — фыркнул Жан. —Люблю, — усмехнулся Нат. — Но только словесно и только над теми, кто полный мудак. По типу Джека, он тот еще гандон. — Жан закивал. — Про воспитание…я неправильно выразился, наверное? Просто, я считаю, что высокий рост — прекрасно. —То есть? — Жану стало приятно от комплимента. —Ну, у тебя много возможностей в спорте. Да и выглядеть ты можешь грозно. — усмехнулся Нат, глядя на краснеющего Жана. Выглядеть грозно? И это сказали про Жана? Про того самого Жана Моро?— А еще.. Я бы восхищался тем, что у тебя есть крутая сестра. Если ты не вел бы себя, как подонок, то вообще вопросов к тебе не было. Да и не урод ты вовсе. — Нат сел, повернувшись к Жану. — Очень даже красивый парень. Уверен, все девчонки тайно обожают тебя. О боже. Мир Жана сейчас взорвётся. —Ты чего? — Смеётся Нат, смотря на краснеющего, закрывшего лицо руками Жана. — Всего лишь правду сказал. — Спасибо. — смущённо пробормотал Жан, улыбнувшись. —Жан, давай будем друзьями? —Что? — Жан не понял. Ему послышалось? — Давай будем друзьями. — улыбнулся Нат. —Ты…будешь первым другом…– пробормотал Жан, будто не веря. —Ну и хорошо, — усмехается Нат. Он протягивает руки севшему Жану. — Главное, что настоящим? —Мы правда будем друзьями? — Жан сейчас расплачется. От счастья ему кажется, что Нат хочет обняться. —Да! Официально. А что такого? Раны твои я уже перематывал, мои друзья уже тебя знаю. Представлю вас хоть нормально. — улыбается Нат, по-прежнему держа руки. —О… да. Я хочу быть друзьями. — тепло улыбается Жан. —Объятия? — спрашивает Нат, тоже улыбаясь. Жан кивает, ныряя в чужие объятия, крепкие, теплые. Искренние. Жан совершенно забыл о том, что Нат не любят, когда чужие его касаются. Но они больше не чужие. Они друзья. А еще Жана впервые по-настоящему обнимают.