2. Балкон (Москва/Санкт-Петербург)

      Он теперь даже выглядел как-то по-другому: острые, напряженные плечи, постоянно опущенные, сгорбленная спина. Он даже не пытался ее держать, будто сгибалась она от тяжелой жизни, что упала на них. Москве было совестно, даже странная тревога порой накрывала, когда взгляд опускался на плечи Саши. Миша не знает, но понимает. И от этого не легче.  Как раньше ничего не получается. Да и не хотелось, ведь столько всего случилось. Может, это к лучшему. Ведь все вокруг меняется, оставаться прежними — трудно.  Саша, кажется, тоже это понимал, но не хотел. Справедливости ради, пытался хотеть. Прошлое тянуло его, манило. Оно заставляло забыть о настоящем, мешая развиваться дальше. Миша вычитал подобное из какой-то книжки по психологии. Приходилось, чтобы понять новую жизнь.  В один из летних ночей начала нулевых, когда Москва зашел в коридор просторной квартиры на Невском, он заметил, что что-то не так. Чувство тревоги, из которого он выбрался только недавно, снова очутилось на душе. Слишком тихо, даже свет приглушен, хотя Питер темноту не любит, и Нева, сидевший в коридоре, казался странным.  Миша оставил пакеты в прихожей, снял обувь и прошел в глубь квартиры. Было свежо. Значит, окно открыл. Зайдя в гостиную он увидел пачку сигарет, небрежно, с отвращением, брошенную на пол. Он подобрал ее и зашел на балкон. Саша стоял, облокотившись локтями на подоконник, лениво разглядывая темные улицы. Волосы чуть взъерошенные, будто после сна. Между большим и указательным пальцем он зажал зажженную сигарету.  Москва подошел ближе и, отзеркалив позу Саши, проследил за его взглядом.  — Миш, — позвал Романов, стряхивая пепел.  — М?  — Как ты себя чувствуешь? — прямо спросил Саша. Миша даже сначала не понял, что этот вопрос адресован ему. Ведь это его фишка постоянно интересоваться самочувствием Питера.  — Не знаю, — честно ответил Москва, пожав плечами. — Нормально.  Саша понятливо угукнул и присосался губами к фильтру сигареты, неосознанно сгорбившись.  Приятная прохлада пронеслась вместе с ветром, освежая. Дым потянулся в сторону Миши и тот нахмурился. Бросил ведь только недавно.  — Хочешь? — будто прочитав мысли, Саша протянул ему сигарету.  Москва замялся буквально на пару секунд, но все же взял, мимолетно касаясь кончиками пальцев пальцев Питера. Холодные.  — Замерз?  — Немного. Но я хочу еще постоять, — осадил Саша.  Миша кивнул и прикурил. Приторный вкус разлился по горлу.  — Знаешь, у нас получился весьма интеллектуальный разговор, — усмехнулся Питер. — Впервые за последнее время. Москва тоже ухмыльнулся, закатывая глаза.  — Да я вообще на разговоры не рассчитывал, если честно.  Внезапно Саша отлип от окна и сделал пару шагов навстречу к Мише. Рука легла ему на щеку, мягко поглаживая. Москва совершенно не удивился такому резкому тактильному порыву и лишь сильнее прижался щекой к ладони. При этом взгляд Романова был такой родной и теплый, хотя улыбки на лице не было. Касанием, он будто пытался снова понять.  Спустя еще пару затяжек и объятий они зашли обратно в гостиную, закрыв балкон.