Апокалипсис в пост-каноне

Яркий свет резанул по глазам, выдирая из небытия. Джонни поморщился, переворачиваясь на другой бок, после чего со вскриком вскочил, больно ударяясь о потолок. Вернее, какой-то ящик, зачем-то лежащий на балке над ним, но кому какая разница? — О, проснулся, — заключил незнакомец, ранее незамеченный рыжим мироходцем, — Что у вас тут происходит? Ну и стрёмное местечко. Джонни отпрянул, в очередной раз ударившись, не рассчитав усилий, на этот раз о стену. Стена ощущалась ровно, словно на спине больше не было противных острых наростов, что так больно впивались в плоть. Мироходец судорожно вдохнул, наконец заметив собственные конечности. Руки были здоровыми. Не испещренными фиолетовыми разводами, не затронутыми богопротивными кристаллами оскверненного скинта. Ногти перестали быть когтями, снова радуя нормальным, не фиолетовым цветом. Рыжий, позабыв о неизвестном, оглянулся в поисках зеркала, находя то на тумбочке. Тело вновь его слушалось. В гладкой поверхности отражался заурядный человеческий подросток, вовсе не выглядящий непонятной кракозяброй, которой мироходец просуществовал неясное количество времени. Отвратительные ощущения, ноль из десяти. Незнакомец с явно дорогими, витыми из не осквернённого скинта, кошачьими ушками на ободке закатил глаза, явно недовольный, что ему не оказывают достаточно внимания. Не то чтобы Джонни было до этого какое-то дело, но сам факт он заметил. Да и в целом понял, что знать не знает этого яркого парня. Смуглый, синеглазый и синеволосый - странное сочетание, нечасто встречавшееся на улицах Анеопы, куда ещё в детстве перебрался мироходец - если точнее, то его, прихватив за шкирку, перенесла туда ма- наставница, но это уже детали. — Эй, ты меня слышишь? — синеволосый парень пару раз щёлкнул пальцами, привлекая внимание, — Странная реальность. Что у вас здесь за зомби-апокалипсис? Джонни опустил взгляд на сжатые в кулаки пальцы, даже на его взгляд заметно подрагивавшие. Говорить не хотелось, но, учитывая, что этот парень и вытащил его из... из- прошлого состояния, это было меньшим, что мог сделать рыжий для своего спасителя. — Однажды в мирах начали появляться монстры. Вернее, нет, сначала появился оскверненный скинт - я не знаю, правда не знаю, откуда это взялось, но выглядело... Д-думаю, ты уже знаешь, как это выглядит. Фиолетовые кристаллы, осквернение, и все в таком духе. Сначала мы не придали этому особого значения - большинство просто перестало ходить в миры, где п-появились оскверненные, а- а потом чистых миров не осталось. Гарант объявила карантин, и мы оказались заперты в Анэопе. И, конечно, часть мироходцев забила, эти идиоты вернулись в заражённые миры - уже не помню, что именно им понадобилось, но принесли они только катастрофу. Осквернение. И безопасных мест не осталось. Рыжий мироходец судорожно вдохнул, сжимая руки в кулаки. Сморгнув слезы, накатившие от травмирующих воспоминаний, он продолжил. — Э-это ужасно, я имею в виду, что когда ты заражён, то становишься тварью, одержимой голодом. Друзья, родственники - не имеет значения, кто попадется тебе под руку, осквернённая тварь сожрёт любого, особенно если у жертвы есть Искра. Как ты- скажи, как ты снял с меня проклятье? Синеволосый озадаченно моргнул, не спеша отвечать, осмысливая полученную информацию. — Тупо бил, пустотной магией в том числе, — наконец, пожав плечами, ответил синеволосый, — Ну вы тут и затейники. Парень с кошачьими ушами достал из внутреннего кармана пальто детализированный рисунок, показав тот Джонни. — Знаешь его? Эо, архитектор, тоже должен обитать в вашей Поэ- Анэопе. Сейчас скорее всего сварливый старик, который бубнит себе что-то под нос, молодежь поучает, и все в этом духе. Возможно, к нему еще Дороти подкатывает, тоже из погасших, но здесь не уверен. Ну? Джонни вгляделся. На рисунке был среднего возраста мужчина с проглядывающейся в волосах сединой, серьезным взглядом и усталым выражением лица. Взгляд зацепился за головной убор этого "архитектора Эо". — У нас первый гарант такую же шляпу носит, — от удивления брякнул вслух рыжий. Ему самому, как и, наверное, всей Анэопе, такие шляпы не нравились - у магов явно круче - но Арду нравилось. Настолько, что миропроходимец был готов бить за любые попытки воровства своей драгоценной шляпы. Странный, — Только он горящий пустотник. И среди погасших нет архитекторов с похожими именами. Или Дороти. И вообще архитекторов. Их, погасших, всего семнадцать на весь город. Не то, чтобы рыжий был таким знатоком погасших, и не то чтобы по своей воле - но мам- наставница не желала оставлять в его образовании пробелы, а потому водила экскурсии даже по антискинтовым кузням, отчего мироходец упирался всеми силами - антискинт ему, как и всем порядочным горящим, не нравился вне зависимости от силы Искры и количества зелий-аптечек, выданных в поход. Спаситель Джонни от выданной информации заметно погрустнел и убрал рисунок обратно в карман пальто, после чего задумался. — А как первого гаранта звали? — получив ответ, синеволосый решительно сверкнул взглядом, — Веди к нему. Рыжий на миг замер, лихорадочно просчитывая ситуацию. В последний раз, когда он слышал про Арда, тот, по слухам, отбивался от монстров в городе и возводил (неудачно) какие-то то ли бункеры, то ли пентаграммы безопасных зон, за что его пытались обозвать чертилой, но, как бэ, это пустотник. Тут без шансов - первый грант никого из крикунов не отпускал обиженными - только избитыми, оплёванными и полуглухими от криков и нотаций. За обиды в их паре отвечала Пуговица, и вплоть до собственного осквернения делала это ответственно. ...с бункерами у Арда даже, по слухам, что-то начало получаться, но чем дело кончилось, Джонни так и не узнал - его осквернили раньше. Мироходец сжал кулаки, выдохнув, отстраняясь от противных, омерзительных воспоминаний и фантомного привкуса чужой крови. Отвратительно. Джонни глубоко вдохнул и выдохнул, сосредотачиваясь на настоящем. Ард, согласно все тем же слухам, был в Анэопе, а раз так, то и путь держать следовало туда. Неожиданный спаситель на это лишь пожал плечами, явно не против сходить в Безнадёжный город, как тот стали иногда называть после осквернения. — Так, — рыжий собрался с мыслями, вспоминая правила поведения в осквернённом городе, — Чтобы нормально зайти и выйти из Анэопы нужно не выделяться. То есть не шуметь, не сверкать, массивными атаками по пол квартала не сносить, и, упаси тебя всё, во что ты веришь, не молиться, — на скептичный взгляд мироходец пояснил, — Большинство богов осквернены. Большинство междумирцев осквернены. Давай просто не будем звать их к нам, хорошо? Существа такого рода... слышат, кто и куда их зовёт. На последнем предложении незнакомец согласно кивнул, словно вспомнив что-то из собственного опыта. Джонни зябко поежился. Перед глазами до сих пор стояло мрачное, берущее за душу зрелище осквернения ма- наставницы, безуспешно пришедшей на его крики защитить его. Не получилось. Синеволосый вывел Джонни из мрачных воспоминаний, потрепав по голове. — Все забываю спросить, а зовут тебя как? — Джонни. А тебя? — Эдуард. Портал в Анэопу открылся как и всегда легко, пропуская двух мироходцев в город вечной ночи. — Это квартира Арда, — через полтора часа осторожных перебежек от одного укрытия к другому, наконец сказал Джонни, указывая на дверь квартиры, — Не думаю, что первый гарант стал бы бегать по квартирам. Скорее всего тут безопасно. Под натиском магии дверь беззвучно открылась, выпуская на волю очередного оскверненного, тут же набросившегося на горящих. — Ага, "безопасно". А это, блин, что? — прошипел Эдуард, прибив осквернённую мироходку к земле вовремя замеченной лопатой, на что та рычала и норовила хоть как-нибудь задеть домушников, — Сейчас я шкафом ее придавлю и продолжим. Черт с тобой, где дальше этого гаранта искать будем? — Уже и не надо и-искать, — запнулся рыжий, смотря за спину синеволосому. — Доброго времени суток, — согласно откликнулся Ард, — Не стойте на пороге, заходите. — А там больше никого нет? — покосившись на прибитую к земле осквернённую, уточнил Джонни, и, не получив ответа, поднял глаза от мироходки. Первый гарант и синеволосый мироходец молча уставились друг на друга с крайне потерянными лицами. — П-папа? — услышав сказанное Эдуардом, Джонни захотел оказаться как можно дальше от семейных разборок. Хорошо ещё, что ныне осквернённая Пуговица сейчас была не в состоянии усугубить семейный скандал. Рыжий мироходец тихо шмыгнул за распахнутую дверь. Шумоизоляция была никакой, и если бы Ард вдруг захотел прибить спасителя Джонни, тот мог бы попытаться ударить в спину. Хотя, зная первого гаранта, там максимум скандал будет - поговорить или покричать Ард любил куда больше, чем подраться. Рыжий взвизгнул, по широкой дуге обходя стеклянный короб с осквернённой Эшли внутри, бросив косой взгляд сначала на дверь, а затем на окно. Может, ещё не поздно уйти..? С другой стороны, это пустотник, догонит. Джонни сглотнул и сел, пытаясь успокоиться. Вряд-ли Ард специально допустил осквернение своих жены и дочери, как маньяк, после чего оставил тех в квартире, где живёт, словно какой-то маньяк-психопат. Верно же..? — ...Пуговица меня убьет, когда я ее расколдую, — донеслось из-за двери, из-за чего рыжий немного выдохнул. Вроде, первый гарант маньяком не стал, — Как я ей объясню? — Можешь сейчас попробовать, — фыркнул синеволосый, — Джонни сказал, что осквернённые помнят, что с ними происходило, так что она тебя хотя бы выслушает. Повисло неловкое молчание, прерванное рычанием и визгом, когда пустотник на слух метнул снаряд куда-то вниз, после чего буквально закинул Эдуарда в квартиру. Джонни старался не думать о сходстве первого гаранта с маньяком, затащившим в свое логово очередных жертв. — Консьерж филонит, — себе под нос цыкнул пустотник, пояснив на два вопросительных взгляда, — Я поразгонял местных по квартирам, там и запер, но некоторых пришлось наугад разводить - я же не у всех адрес помню. Так что снизу есть консьерж. Я его так называю, потому что он на каждый шорох визжит. — Второй гарант что-ли? — вырвалось у рыжего, на что Ард только смерил того тяжёлым взглядом и закатил глаза. Но он не сказал "нет"! Это тревожно, так-то! — Посидите тихо пару минут, — первый гарант закинул связанную Пуговицу на плечо и пошел в соседнюю комнату. Рыжий мироходец поморщился - было понятно, что Ард не, кхм, это-самое с осквернённой делать пошел, но ассоциации были. Фу. Судя по доносившимся обрывкам речи, пустотник пошел всё-таки объяснять ситуацию с Эдуардом. Только объяснять, и ничего другого, да! Джонни готов был признать, что и сам не прочь послушать про эту Санта-Барбару, но распрошенный Эдуард отвечал хоть без стеснения, но непонятно. — ...короче, таймлайн сбился, и там через схождение в альтернативу прыгнули, кто смог, ну все то есть, но кто где - я хз, я с кентами в пустыню тепнулся. И я смотрю там на Эо, который не Эо, и здесь Эо не Эо, треш короче. Хотя в пустыне хоть гонять местных можно было. А, нас с френдами потом ещё местная крыша пыталась дудосить, ну бестис мои вступились конечно, и хотя наш босс-альтушка и бесился, но тоже ультанул по тем тварям... Джонни понял, что ничего не понял, но переспрашивать постеснялся. — Говори на человеческом, — возмутился просунувший голову в дверной проем гарант, видимо, тоже подслушивавший, — Мы же оба мироходцы, ты как умудрился сказать так, что тебя не понять никак? Эдуард закатил глаза, но пересказывать нормальней не стал, из-за чего Ард тихонько свинтил обратно к Пуговице, бормоча что-то о подростках и чудовищах хуже осквернения. Хотя это было странно - что вообще может быть хуже осквернения? Разве что сам Тадмавриэль, не к ночи будь помянут.

***

— Это искаженный наблюдатель. Сейчас тихо- а, поздно, нас заметили. Бежим! — Так это ж простой эльф, что он сделает-то? — не понял Эдуард, нагоняя бегущего со всех ног напарника. — Он сейчас всю округу на нас натравит! Ещё остальных именных призовет! — Синеволосый, услышав аргументы, условно переобулся в воздухе, подхватив Джонни и запрыгнув в портал. Влетевший за ними через портал осквернённый эльф в планы не входил. Эдуард цыкнул и открыл новый портал. — Нет времени объяснять, я держу, ты расколдовываешь, ок? — прокричал синеволосый, не нарочно сжав ношу чуть сильнее, из-за чего рыжий мироходец пискнул. — Ну допустим, — согласилась желтоглазая шатенка в бикини и клетчатом желто-черном шарфе. Сиганувшего через портал эльфа оперативно спеленали пустотной магией и приложили сеансом "экзорцизма" до осмысленной речи. Расколдованный тут же полез обниматься, и если шатенка против не была, даже засосав блондина-эльфа, то Эдуард отбивался как мог. — Чача, это не смешно, ты- ХРЕНА ЛИ ТЫ РЖЕШЬ?! — перешёл на крик синеволосый.

***

Тот эльф, придя в себя, выдал квест. Естественно. Эдик мысленно зарёкся спасать подобных хитрожопых личностей, зная, что от зарока все равно ничего не изменится - узнать ДО лечения, что личность хитрожопа, было просто нереально. — Так. Кого, ещё раз, спасать? — эльф повторил свою велеричивую, блин, поэму. Мироходец мысленно плюнул в блондинистого остроухого, — Джонни, переведи. — Нам нужны: павший междумирец, оскверненное божество, утеряный жрец и опустошенный страж. Синеволосый перевел взгляд на Чачачашку. Пустотница одобрительно кивнула, отчего её объемные груди колыхнулись, притягивая взгляд, а Эдуард четырхнулся. — Междумирец с вами, веди, — Эдуард поймал взгляд шатенки, — Но расколдовываешь ты! Я просто приведу к тебе этих тварей! Чача обидно рассмеялась, взяв обещание, что синеволосый постоит на подхвате. — ...стара я уже стала, чтобы проворачивать подобное в одного. Эдик мудро промолчал, не став ломать психику рыжему шкету, удивлённо вытаращемуся после этих слов на Чачачашку. Видимо, парень и предположить не мог, что рядом с ним находится что-то на уровне многомерзких многомерных междумирцевых междумирцев. Счастливый.

***

— ЭТО, МАТЬ ТВОЮ, ЧТО?! — вспылил Эдуард, уворачиваясь от челюстей оскверненного эндер-дракона, запрыгивая тому на спину и пиная отростки-кристаллы, из-за чего скотина издала болезненный и вроде как даже обиженный рев. — А. Это оскверненное божество. — ПИЗДЕЦ! С хрена ли это дракон?! В СМЫСЛЕ БОЖЕСТВО?! ДЖОННИ!! — Что сразу я? Она всегда такой была! Да и про божество больше для красного словца... — отмахнулся рыжий. — На фотке она полторашка! А НЕ ГРЕБАНЫЙ ДРАКОН, ДЖОННИ! КАК МНЕ ЭТО, БЛИН, РАСКОЛДОВЫВАТЬ?! Джонни предусмотрительно отмолчался - за слова "руками" или же "с божьей помощью" его вполне справедливо могли побить... а потом с криком отпрыгнул на максимальной скорости. На месте, где мироходец был до этого, осталась просека скукожевшейся травы и полного отсутствия жизни. — А это ещё что за попугай?! — успокоившись, спросил синеволосый. После дракона он воспринял неизвестного оскверненного куда спокойнее. — Это утерянный жрец, — выглянул из-за его спины переместившийся двойным порталом Джонни, — Бен Ави, он иссушение жизни кидает. — Блядь. У нас босс-альтушка таким же жахвет, ливаем. Заражённый дракон заложил пирует и врезался спиной в камень, явно надеясь перетереть нелегальных пассажиров в кровавую кашу. У синеволосого, впрочем, было свое виденье на эту ситуацию. Уронить на не-альтушку дракона было сложно, но пустотники сложносткй не боялись.

***

— Я туда не полезу, — махнул ногой в сторону проруби Эдуард, — Я южанин, египетское божество, хули мне там делать?! Убери свои таблетки! Джонни, пожав плечами, убрал адаптационные таблетки Банана обратно. Ну и ладно, ему больше достанется. — Как вариант ещё стриптиз станцевать, — пожал плечами рыжий, заранее закрывая уши руками. — КАКОЙ, К МЕЖДУМИРЦАМ И ОТВЯЗАННЫМ, СТРИПТИЗ?! Лёд пошел трещинами, а из проруби высунулась массивная пасть какого-то хтонического морского чудища, словно пробитого насквозь кристаллами оскверненного скинта. — Звуком тоже получилось. Отлично, Эд, теперь никуда и лезть не надо! — обрадовался мироходец. Прорубь ему тоже не сильно нравилась.

***

Юникрол, как и всякий приличный босс, попалась в самом конце, грызя оторванный у какого-то заражённого довольно большой кристалл осквернённого скинта. Междумирский плащ красиво развивался позади нее безо всякого ветра, а стильная маска, расколотая на острые куски, разъезжалась по бокам, открывая огромную монструозную пасть. — Это чё за хуйня? — от удивления даже не заорал синеволосый, — С хрена ли Пуговица, эльф и тот птиц выглядели нормально, а тут у нас какая-то хтонь? — Так павший междумирец же, — пожал плечами Джонни, старательно пытаясь не замереть от плачевного вида ма- наставницы. Которая точно не выглядела бы так, если бы он не позвал ее за собой в тот день. — Так грудь же есть. Разве не междумирка тогда? — не понял синеволосый. — Не междумирка, а женщина-междумирец, суффикс не добавляется, — поправил Джонни, уже давно просвещенный на эту тему рыжей, — Междумирка это пространство. Как бог Времени с его Тюрьмой Времени, только Пространства и без тюрьмы. — Нифига они себе самоназвание взяли, — присвистнул Эдуард, не отрывая взгляда от пока не заметившей их, как выяснилось, женщины-междумирца. — Ты как ее расколдовывать будешь? — поинтересовался о насущном рыжий. — Магией дружбы. Из открывшегося портала вышла Чачачашка, исключения ради надевшая вместо бикини ультра открытый спортивный костюм с защитными вставками и элементами доспеха, и смуглые вроде как божества, все как один в египетских доспехах. За ними торопливо выбежал Ард, закрывая портал. С той стороны послышалась ругань знакомого тембра - видимо, Пуговице не пришлась по душе идея отправить благоверного непонятно куда вместе с откровенно одетой Чачачашкой, пусть и в компании инореальностных божеств Рсима-Мисра. Кхм, тем более в компании инореальностных божеств. — Итак, мы с Чачей на средней дистанции, Кнеф, как и договаривались, танкуешь на переднем плане, Спенсер, ты ассасинишь, Ронас как обычно на баффах, Джонни, ты следишь, чтобы этот котяра не запутался в расходниках и зельях. Сель, на тебе стратегия, координация и все такое, — отдал цу условно своим юнитам Эдуард, кося взглядом в сторону пустотников, уже доставших расходники. Чачачашка удивлённо присвистнула, глядя на осквернённую Матильду. — Мда, парнем был краше, — пустотница словно задумалась на миг, — Крашем, в принципе, тоже. — Чт- фу! — на два голоса раздался полный омерзения ответ папаши и сына, на удивление солидарных в оценке. — Плевать, вяжем эту мухоловку, — отозвалась Чачачашка, запуская по противнице призванным непонятно откуда сервизом, взрывающимся в самый неожиданный момент. Джонни предпочел проигнорировать крики первого гаранта - там было что-то про горящих, шило в попе, альтернативную одаренность и, внезапно, сковородки. Последнее явно выбивалось, хоть и звучало с куда большей эмоциональностью. Ситуацию прояснил ещё один пустотник, справедливости ради, действительно свалившийся на них, вернее, на осквернённую, как снег на голову. В плане, что снег тоже был, а Нононожик скользил по тому на явно скинтовой сковороде. Джонни перевел взгляд с пустотника в фиолетовом на ругавшегося первого гаранта. Возмущения последнего внезапно перестали казаться набором случайных слов. — О, обрыганчик, — обрадовалась существу с не менее странным именем Чачачашка, — Заходи справа, дед если что захиллит. — Я не дед! — запротестовал Ард, на миг отвлёкшийся от ругани и построения пентаграммы чтобы раскинуть по группе серию лекарских заклинаний. Видимо, остальные слова он понял. Странный. Джонни вот не понял. Да и не особо пытался - сейчас мироходца куда больше интересовала наставница, чья осквернённая форма издала последний вой, прежде чем пустотники окончательно оплели ту сдерживающими заклинаниями. До сих пор не верилось, что тот кошмар, в котором он пребывал с того самого случая, из-за которого их с мате- гарантом и оскверили, наконец подходит к концу. Матильда, вновь вернувшая себе человеческую форму, жадно вдохнула, отчего Джонни на миг замер. Да, определенно, впереди их может ждать другой кошмар, но этот - закончился.