Глава 3

Динки Хувс почувствовала теплые лучи на лице. Она не любила утреннее солнце. Не любила со времен, когда была еще совсем маленькой. Оно поднималось над вершинами гор и деревьев, пробивалось через стекло круглого окна ее комнаты и падало ей прямо на глаза, вырывая из мира сновидений. В таких случаях, она начинала водить копытом по кровати, ища сползшее за ночь одеяло. Когда она нащупывала уголок, то поворачивалась к стенке и накидывала его на голову, чтобы желтый диск не мешал ей дальше спать. Вот и сейчас повинуясь привычке она начала искать одеяло, но на сей раз его не нашла. Первое, что пришло ей в голову, что все произошедшее было всего лишь сном. Долгим, мучительным сном. Она села и открыла глаза, думая что проснувшись окажется в своей комнате, однако иллюзия быстро исчезла, когда она увидела лениво плывущие облака. Все, что с ней случилось за последние сутки произошло взаправду. И сейчас она действительно плыла по небу внутри большого мыльного пузыря! И что самое ужасное - до земли было очень, очень, ОЧЕНЬ далеко! Единорожка легла обратно, медленно и аккуратно, ощущая сильное головокружение, и пытаясь усмирить бешеный стук сердца. Ночью она билась в пузыре, толкала и колотила его, надеясь, что еще один удар и тот лопнет, освободив ее, но сейчас она боялась сделать хоть одно лишнее движение. Как? Как она могла в подобной ситуации заснуть? Или она потеряла сознание? Нет она именно заснула. Динки вспомнила эти тяжелые веки и слипающиеся глаза. Она прокрутила в голове воспоминания, с момента, как она улетала от замка, гонимая ветром, а дальше она, наверное, больше часа плыла по ночному небу, пока не решилась на пару секунд сомкнуть веки, а затем темнота. Видимо, все произошедшее за весь день ее настолько выбило из сил, что она сама не заметила как заснула. Единорожка начала массировать виски. Что ей делать? Как освободиться? Телепортировать себя она не могла, ведь пузырь блокировал это заклинание. Проколоть пузырь, а затем с помощью само-левитации спустить себя вниз? Сил не хватит - слишком высоко. Спрыгнуть на облако? Она не пегас — не удержится на нем. Какие варианты она не рассматривала, все ее попытки бы заканчивались одной сценой. Пугающей и жуткой. Которая каждый раз появлялась перед ее глазами. Она делает неверное движение и пузырь (как и подобает любому мыльному пузырю) лопается, а его пленница камнем падает вниз, под душераздирающий крик. Наверное, лучшим вариантом сейчас было, вообще, ничего не делать. Было утро. Внизу хоть чего-то отдаленно напоминающего Понивилль, или какое другое поселение не было, а значит не было пони или других существ, которые могли бы ей помочь. Если она не разобьется, то на веки останется в ловушке. Хотя нет. Президенты клуба «Искатели знаков отличия» сделали все возможное для того, чтобы пузырь не унес ее. Они однозначно уже всем рассказали. Наверное, сейчас весь Понивиль на ушах стоит. А значит ее ищут. Она глубоко вздохнула. «Итак, Динки, успокойся. Как мне говорила Аметист? Даже в самой плохой ситуации можно найти что-то хорошее? Да, примерно так. Я правда не могу вспомнить, когда она мне это сказала. Точно, тогда я была совсем маленькой. Ну хорошо, какие плюсы можно найти сейчас? Ну я выспалась и чувствую себя отдохнувшей. Сомнительно… но окей. Что еще? Я провела в этом пузыре всю ночь, а значит в нем точно не кончиться воздух. Это странно, однако я этому только искренне рада. Что еще? - Она тщательно копалась в горе минусов, пытаясь найти песчинки возможных плюсов, пока ей в голову не пришла мысль, заставившее ее покрыться мелкой дрожью, будто ее окатили ледяной водой. Ее подавленное, но вполне спокойное (и даже несколько умиротворенное) настроение, словно погрузили в кромешный мрак. Ее лицо изменилось. Она пробубнила. - Я сейчас одна.» Это была правда. Сейчас вокруг нее действительно не было ни души. Даже птицы, казалось, пролетали где-то там вдалеке. Это ведь то единственное чего она хотела, после того, как Проуд ее бросил. Она зажмурилась. К горлу подступил ком, только не от старого страха высоты, а от невыносимой боли. Ей снова хотелось плакать, но слез не было. Проуд ушел и она ощущала душащую пустоту, ведь исчез тот кто своеобразно дополнял Динки. Делал ее собой. Да, они будут дальше учиться в одном классе, но это будет в лучшем случае просто дружба, ибо произошедшее уже не отменить. А значит она снова станет жалкой, бездарной пародией на единорога, ибо, как всегда подчеркивал сам Проуд, все ее достижения были исключительно его заслугой и она не могла с этим поспорить. «Земная пони с вафельным рожком вместо рога,» - промямлила она. Динки сделала еще один глубокой вздох, но на сей раз он был опустошающим. Никогда она не чувствовала себя настолько… никем. Мыльный пузырь с пленницей продолжал плыть по холодному голубому небу, среди холмов из кучевых облаков. Маленькая одинокая лодочка посреди небесного океана. * * * Наступило утро. Только абсолютно не доброе. Небо над Понивиллем было затянуто плотной облачной завесой, которая окрашивала казалось райский для пони город в блеклые цвета. Рейнбоу Дэш закончила уже третий за эту длинную ночь облет и летела в сторону замка. На ступенях его порога нервно сидели пони. В воздухе не исчезало чувство тревоги и опасения. Как только группа заметила подлетавшую пегаску, то все вскочили на ноги и стали с надеждой ждать вестей. - Ну, ты видела ее? - уже третий раз спросила Аметист, приземлившейся Рейнбоу. - Ничего. Я снова облетела всю долину на всех высотах, - с печалью та ответила. - Ты не заметила, но может кто-то из пегасов точно ее видел. - Было бы это так, то Динки была бы уже здесь. Пони печально вздохнули. Дерпи села на ступеньки и начала смотреть в землю. - Не бойся, мама, мы обязательно ее найдем, - пыталась подбодрить дочь, гладя ту по плечу. - Направление ветра было северное, а значит она летит в сторону Кантерлота. Я говорила об этом еще ночью. - Хорошая внимательность Скуталу, но сторона может быть одна, а направлений целая куча, - ответила Дэш, потрепав за волосы рыжую пони. Та склонила голову. - Эй, веселей. По крайней мере, благодаря тебе мы знаем, что пузырь точно не полетел в сторону «вечнозеленого леса» или еще в какой-нибудь круп Эквестрии. - Она села на траву и начала разминать уставшие за долгое время поисков крылья. В воздухе повисла пауза. Никто не знал, что делать. Но внезапно у Скуталу поднялись уши торчком, а глаза округлились. - Рейнбоу Дэш, а как ты узнала о произошедшем? - От «кричащего письма Дискорда», которое отправила Флаттершай, - ответила пони с радужной гривой, потом недовольно фыркнула, вспомнив, как она рухнула с кровати с криками и нецензурщиной, когда оказавшийся вплотную к мордочке конверт заорал на весь ее дом, пока она спала, и видела наверное один из лучших снов за долгое время. - А как он работает? - Эм, Флаттершай? - Напиши на бумаге, что хочешь, затем кому хочешь отправить, положи в конверт Дискорда и твое сообщение отправится к тому кому ты написал, - своим мягким голосом пояснила желтая пегаска. - Давайте напишем Динки письмо и оно улетит к ней. - Ты думаешь, что можно отправиться вслед за конвертом и он приведет нас к Динки? - Ага. - Классная идея, Скуталу! - Он не летит. Он телепортируется, - робко сказала Флаттершай. Она не хотела рушить поднявшийся оптимизм и надежду среди окруживших их пони. - Ох, конские яблоки! - выпалила Паллета. - Эй, это же фраза Эпплджек. - Удивилась Рейнбоу. - А ты не знала? Семья Хамбл решила покончить с конкуренцией с Эпплами. Теперь «Солнце из теста» готовит пищу с яблоками. Теперь у нас шарлотка с яблоками, блины с яблочным повидлом, яблочный пирог... - У Радуги потекли изо рта слюни, а в голове появилась раздражение. Мало того, что она была уставшей и ни разу не выспавшейся, так теперь еще ею овладевал голод. Она не ела с полудня субботы, но из-за всего произошедшего не вспоминала. «Спасибо Паллета, что напомнила,» - процедила она сквозь зубы. - А еще у нас… - Пони, мы отвлеклись, - перебила ее Аметист. - Скуталу продолжай. - Значит телепортируется? - она сделала паузу, зажмурилась, помассировала виски, затем уверенно сказала. - Тогда мы напишем, письмо уйдет к Динки, а она напишет в ответ, где она на тот момент находилась! - А она сможет? - скептически спросила Дэш, хотя полет мысли рыжей пегаски, и почти что ее сестры, ей очень нравился. - Да. Когда пузырь ее поймал, на ней были сумки, а на празднике я подарила ей маркер и блокнот. - Потрясно, Скут! Круг взорвался ликованием и больше всех возрадовалась Дерпи. Она подлетела к пегаске с маленькими крылышками и заключила ту в крепкие объятия. - Стоп! А ведь можно просто Дискорду написать, - предложила еще лучше идею Эппл Блум. Все уставились на Флаттершай. - Он сейчас не может нам ничем помочь. У него сейчас неделя игр со Смузи. - Да ладно тебе Флаттершай! Ты, я, Рарити, Пинки Пай, мы все члены Совета Дружбы Эквестрии, и нас удается отвлечь от обязанностей. Да как Дерпи нас позвала мы сразу все откликнулись на ее просьбу помочь. - Но ты вчера так и не сделала Сверхзвуковую Радугу. - У меня были слишком веские причины, Пинки Пай. Ты там точно была. Ты что тогда все прослушала? - Она снова переключилась на Флаттершай. - Он не может найти пять минут? - Но он тогда расстроиться, - еще с большей неуверенностью сказала желтая пони. - Да ладно! У нас тут пони пропала! Она сейчас в беде! С угрозой жизни и здоровью! Хотя бы в этот раз! - Может последуем идее Скуталу? Рейнбоу Дэш раздраженно вздохнула и закатила глаза. Она достала конверт из нагрудного кармана, своей синей летной куртки и спросила: - Кто будет писать? Аметист взяла лист бумаги и карандаш. - Только, что мы ей напишем? - Пусть она опишет, где сейчас находиться и в каком направлении движется. Ну там реки, леса внизу, горы и тому подобное. - Точно. Динки — это Аметист. Не волнуйся, мы тебя ищем, однако без твоей помощи мы не сможем тебя спасти… - Записывай, - добавила Паллета. - Это письмо уходит тому кому напишешь… - Если местность под тобой трудно описать, то нарисуй, - встряла Рейнбоу. - Напиши снизу «Аметист Стар» и оно уйдет ко мне и мы тут же двинемся тебя спасать. Кто то хочет что-то добавить? - Я! - Дерпи вырвала из облачка магии листок с карандашом и вслух добавила. - Динки не бойся я с тобой. Мы тебе обязательно поможем. Я тебя очень сильно люблю! Она хотела исписать весь лист, но осеклась и протянула бумагу обратно старшей дочери. - Значит все? Мы отправляем? - Я хотела бы кое-что уточнить. - Спрашивай Пинки. Розовая пони подошла к Искателям знаков отличия и спросила: - Вы бы могли мне во всех подробностях рассказать, что случилось в тот момент? - Ты про момент, когда Динки оказалась в пузыре? - спросила Скуталу. - Не совсем. С момента и места, где нашли «Бабл Пай». - Пинки Пай, не сочти за грубость, но у нас нет на это времени, - встряла Паллета. - Это важно, - ответила пони с кьютимаркой в виде трех воздушных шаров. Скуталу, Свити Бель и Эппл Блум пересказали всю историю, параллельно отвечая на вопросы Пинки Пай, содержание которых сводилось к «опиши во всех подробностях и деталях этот определенный момент». Отдельно розовая пони попросила рассказать о моменте с машиной. Какие настройки показывали приборы на панели управления. Какая ракетка стояла. И на чем она отдельно жирно акцентировала внимание - сколько мыла залила Скуталу в машину. - Хорошо, - остановила Пинки Пай, троицу на моменте, когда они потеряли пузырь из виду, - Аметист записывай. Динки, это Пинки Пай, ты оказалась в необычной ситуации и я понимаю, что тебе очень и очень страшно. Ты боишься, что мыльный пузырь лопнет, но я тебя смело могу заверить — бояться абсолютно нечего. Скуталу залила в «Бабл Пай» всю бутылку мыльного раствора и поэтому пузырь вышел слишком прочным, чтобы ты могла его лопнуть изнутри. Можешь расслабится — ты точно по собственной неаккуратности или глупости не упадешь… - Погоди, - перебила ее Скуталу, - но если пузырь настолько прочный, как мы ее освободим? - Я же сказала, глупенькая, его нельзя лопнуть изнутри, но не снаружи. Для этого подойдет любой острый предмет. - Можно, дорогая, я поинтересуюсь? - спросила белая единорожица с седыми прядями в фиолетовой гриве. - Откуда ты это знаешь? - Ну конечно можно Рарити. Подобная ситуация уже была. - Была? - Да. Когда Торк Ренч ко дню города по моей просьбе сделала первую машину (я считала, что если появиться аппарат, что позволит бесперебойно создавать кучу пузырей, то он сделает любой праздник, еще более веселым) мы решили проверить ее возможности. В результате, я случайно поместила Торк в такой же крепкий пузырь, в каком и Динки оказалась. Благо вместе с нами была Спарклинг Хоуп. Она проткнула пузыри своим рогом. Для нее подобная ситуация была не впервой. - А кто эта Спарклинг Хоуп? - спросила Рейнбоу, подняв бровь. Пинки Пай ошеломленно взялась за сердце. - Ты не знаешь кто такая Спарклинг Хоуп?! - Эм, нет. Впервые слышу. - Пожала та плечами. - Да это самая великая пони-повелительница мыльных пузырей во всей Эквестрии! Неожиданно розовая пони достала из своего хвоста и развернула плакат, тыкая в лицо Дэш. На ней была изображена серая единорожка с вишневого цвета глазами, с черно-белым хвостом и гривой заплетенной в косички. На ней была белая рубашка с черной жилеткой и лиловый платок на шее. Ее изобразили нависшей над сценой, держа в копыте черную шляпу, окруженную мыльными пузырями и пони, чьи лица застыли в изумлении и восторге. На плакате было написано «Великая волшебница, артистка и повелительница пузырей Спарклинг Хоуп! Только сегодня на сцене в ресторане «Огненный скакун» в Мэйнхеттене со своим неповторимым представлением!». - Она красивая, добрая и умная. Именно она мне подарила коробку со своим уникальным мыльным раствором и рассказала как им пользоваться, - произнесла Пинки Пай спрятав плакат обратно в хвост. - Пинки продолжай, - обратилась Аметист Стар. - А точно. В общем, отдыхай, не волнуйся. Мы обязательно тебя найдем и вызволим из этой ловушки. Аметист поставила последнюю точку и положила листок в конверт. Зачеркнув Рейнбоу Дэш она написала на конверте Динки Хувс. - Хорошо. Теперь, как его отправить? - спросила единорожка у пегаски с длинной розовой гривой. - Запусти. - Что? - Подбрось его. - Эм… ладно. Лавандовая единорожка подкинула конверт. Тот завис над ее головой и… сгорел! Все ошеломленно застыли, уставившись на рассеивающийся по воздуху пепел. - Письмо ушло, - успокоила Флаттершай. Пони вздохнули с облегчением. Аметист посмотрела на серое от облаков небо. Теперь все зависело от Динки. * * * Мыльный пузырь лениво плыл по небу. Внутри него, свернувшись калачиком, лежала кобылка с сиреневой шерсткой. Динки чувствовала себя абсолютно разбитой. Ее голова была заполнена исключительно мрачными мыслями. Единственное, что ее сейчас немного успокаивало, так это сам пузырь. Потоки ветра толка шар, заставляя его покачаться. Единорожке это нравилось. Ей представлялось, что она сидит в лодке, которую качает на волнах. Однако это и волновало, так как оно смешивалось с ощущением абсолютной невесомости, что ввергало кобылу в легкое смятение — почему то ей это чувство казалось очень знакомым. Она аккуратно села и взглянула на облака. «О, Проуд, почему ты меня не смог простить, хотя я умоляла. Как мне без тебя быть?» - никак не хотела покинуть разум кобылы эта мысль. Голова Динки поникла, на душе было тяжело. Неожиданно раздался звук, заставивший пони навострить уши. Он был абсолютно не типичный для почти гробового молчания, окружавшего ее пространства. «Отдаленно похож на приглушенный хлопок. Это заклинание телепортации. Его я ни с чем не спутаю,» - только успела подумать единорожка, как вдруг… - Динки Хувс! Мерзкий, оглушительный крик, раздался за ее спиной. - АААААААА!!! Динки упала на спину. Примерно в метре за пределами пузыря появился конверт, из которого торчал рот и орал: - Тебе пришло письмо от Аметист Стар! - Ох... с-спасибо. Большое п-при большое спасибо, - ответила та, глубоко дыша, стараясь не дать сердцу выскочить из груди. Она вспомнила, что это за конверт. Это было одно из «кричащих писем Дискорда». Их показывали на одном из уроков в школе Кантерлота, тема которых была посвящена попыткам разных созданий использовать магию для передачи информации. Она ненавидела их, поскольку всегда, словно специально, те появлялись исключительно в самый неожиданный момент. Да еще этот противный голос просто сводил с ума. Но именно этому конверту кобыла была рада, как никогда. Наконец-то. Ее спасение стало на шаг ближе. Однако отсюда она не могла разглядеть, что было написано на листе, вылетевшего из конверта. Она зажгла рог и попыталась притянуть конверт. Бесполезно: пузырь блокировал телекинез. Динки вспомнила, что на уроке говорили, что если не забрать содержимое конверта или положить в него свое письмо, в течении 42 минут, то он с его содержимым сгорит. Нужно было что-то делать, но что? Она нахмурилась. Ей не нравилось то, что она собиралась сделать, но сейчас возможно был единственный шанс выбраться отсюда и упустить его нельзя было. Она глубоко вздохнула и медленно встала, растопырив копыта, чтобы распределить свой вес. Нужно было действовать аккуратно. Неверное движение и шар лопнет, а она полетит вниз. Пузырь спокойно ее выдержал. Хорошо. Кобыла прильнула к оболочке пузыря и напрягла глаза, пытаясь разглядеть слова. «Динки — это Аметист. Не волнуйся, мы тебя ищем, однако без твоей помощи мы не сможем тебя спасти. То с чем ты сейчас столкнулась — это «кричащее письмо Дискорда». Если ты положишь в этот конверт письмо и напишешь на конверте кому хочешь отправить (сначала зачеркни свое имя), то оно уйдет к нему. В одной из твоих сумок лежит блокнот и маркер. Вырви из блокнота лист и напиши, где ты сейчас находишься. Опиши местность под тобой и вокруг тебя. Если трудно описать, то нарисуй. Напиши снизу «Аметист Стар» и оно уйдет ко мне и мы тут же двинемся тебя спасать. Динки не бойся я с тобой. Мы тебе обязательно поможем. Я тебя очень сильно люблю! Динки, это Пинки Пай, ты оказалась в необычной ситуации и я понимаю, что тебе очень и очень страшно. Ты боишься, что мыльный пузырь лопнет, но я тебя смело могу заверить — бояться абсолютно нечего. Скуталу залила в «Бабл Пай» всю бутылку мыльного раствора и поэтому пузырь вышел слишком прочным, чтобы ты могла его лопнуть изнутри. Можешь расслабится — ты точно по собственной неаккуратности или глупости не упадешь. В общем, отдыхай, не волнуйся. Мы обязательно тебя найдем и вызволим из этой ловушки» - Ох! Хвала Селестии! - сказала Динки с огромным облегчением, после прочтения слов Пинки Пай. Она почти рухнула на пол своей темницы, больше не чувствуя никакого страха. Она какое-то время просто лежала, позволяя телу расслабиться, а уму освободиться от навязчивых мыслей, связанных со встречей ее хрупкого тела с землей. К тому же, Динки очень зацепили слова матери. Не смотря на их простоту и даже банальность, они излучали какую-то силу. Как Дерпи в жизни была способна поднять настроение кому угодно, так и эти три короткие предложения помогли единорожке заметно очистить голову от гнетущих и депрессивных мыслей. Единорожка села. Сейчас не было времени расслабляться. Она раскрыла одну из сумок и достала блокнот с маркером. Сейчас нужно было описать где она находилась. Она посмотрела вниз и приступ головокружения, подобно удару под дых, тут же из нее вышиб всю решительность. Слова Пинки Пай о том, что сидя в пузыре она находится в полной безопасности, кобылка не подвергала сомнениям, поскольку полностью доверяла розовой пони. Однако страх высоты никуда не делся. Но она должна была это сделать, а значит придется побороть свой страх. Молодая единорожица взяла в зубы маркер и раскрыла блокнот. Она вновь посмотрела вниз. Акрофобия не заставила себя долго ждать. Во рту возникла сухость, перед глазами появилась сцена, в которой тонкая хрупкая мембрана пузыря, являвшегося единственной гарантией безопасности для кобылы, исчезает, а она падает, пока ее тело не оказывается нанизано на ветви одного из деревьев, густого леса, над которым она сейчас пролетала. «Жутко. Как же… Нет! Ты должна успокоиться! С тобой все будет хорошо! Будь сильной!» - рявкнула Динки. Она подавила, чувство страха и начала записывать. - Густые леса. Множество холмов, - Динки огляделась. - Вижу Замок Кантерлота. Он стал значительно ближе. - Кобыла заметила, что страх начал отступать, а глаза привыкали к пейзажам, на которые сейчас смотрела с высоты птичьего полета. Она внимательно осмотрела местность и заметила разрыв в темно-зеленом пятне леса, посреди которого были две не прерывные линии. - Вижу рельсы. Еще за мной осталась река. Изгиб у нее чем-то напоминал голову слона. Она села, глубоко вздохнув. «Так, дело сделано, теперь этап редактирования,» - подумала Хувс, вырывая листок с черновиком. - Аметист. Это Динки. Со мной все хорошо. Я все еще плыву в пузыре. Двигаюсь на север. Где нахожусь не знаю. Вижу, что Кантерлот стал значительно ближе. Внизу была река. У нее изгиб похож на голову слона. Густые леса. Много холмов. Вдалеке есть рельсы. Какого либо поселения внизу не вижу. Она взглянула на лист. Да почерк был по прежнему не аккуратным, но явно лучше чем на черновике. Было непривычно выводить буквы держа маркер в зубах, до этого она при письме использовала только рог. Удивительно, как земным пони удается писать насколько аккуратно, но не важно. Динки смотрела на текст и ее терзало чувство какой-то недосказанности, затем она вспомнила чудесные слова Дерпи. Она вновь взяла маркер и на обратной стороне начала внимательно выводить новые слова. - Мама. Я знаю, что ты обязательно это прочтешь, поэтому я прошу тебя. Искренне прости за то, что я наговорила тебе вчера. Я не хотела. Честно. Внезапно в ее голове всплыл образ Проуда. Высокий, красивый, величественный жеребец. Он был идеальным пони. Добрый, уверенный, готовый всегда дать краткий и ценный совет. И в ответ всегда просивший лишь не подводить его. Перед глазами Динки вновь пролетели воспоминания минувших двух недель. То как она из шкуры лезла, чтобы не давать ее безрассудной маме попадаться на глаза Проду. То какой стыд она испытывала каждый раз, когда она его подводила. На самом деле, у коричневого жеребца был большой запас терпения, однако то какой позор он пережил в замке Твайлайт Спаркл явно сильно его задела. Такие великолепные пони, как Проуд всегда являются тонко чувствующими натурами. Он наверное колоссально страдал. И он просто не выдержал. И ведь все это из-за Дерпи. Из-за серой пегаски Динки подвела второго самого близкого пони. Она была готова на все ради него и сама на то не рассчитывая нанесла ему удар в самую спину. Она вернулась в реальность и обомлела. На маленьком листке блокнота были выведены жирными не аккуратными буквами слова «Мама! Для чего ты это сделала? Я же просила лишь одного — оставить меня и Проуд в покое! Теперь Проуд страдает! Теперь мы не будем вместе!» Динки была шокирована написанным. «Это же неправильно! Мама этого не хотела! Она была бы больше всех счастлива, если бы я и Проуд устроили свадьбу!» - корила себя Динки от написанных строк. Она пролистала блокнот. Искатели знаков отличия использовали его, чтобы составлять планы по получению своих кьютимарок. Видимо, Скуталу подарила его просто как подарок на память, а не предмет, которым Динки реально пришлось бы пользоваться. Он был исписан и изрисован неаккуратным детским почерком и в нем оставалось лишь с десяток чистых листочков. Если поиски сиреневой единорожки затянутся, то так безрассудно тратить драгоценную бумагу было неосмотрительно. Она решила не переписывать все заново, а лишь зачеркнула кусок и приписала большими жирными буквами «НЕ ЧИТАЙТЕ ТО, ЧТО Я ЗАЧЕРКНУЛА!». Письмо готово, но тут возникла новая и абсолютно неожиданная проблема, и до удивления очевидная, и глупая. Динки Хувс со своим письмом сидела внутри пузыря, а нужный ей конверт сейчас парил снаружи! «Ох, во имя Селестии! Что мне делать!? - в панике думала кобыла, схватившись за голову. Она натужно крутила шестеренками в своей голове, пока не вспомнила, как она легко попала в пузырь. Она посмотрела на желанную цель. - До конверта какой-то метр. Может полтора — два. Если мне удастся подлететь к нему, то его засосет в пузырь как и меня». Динки навалилась передними копытами на оболочку пузыря и стала нажимать на нее. Она прикладывала все усилия, пытаясь сделать сферу хотя бы на пару секунд управляемой, но безрезультатно. Пузырь лишь растягивался от ее натуги, будто был сделан из резины и ничего более. Тогда Динки навалилась всем весом на его бок. Пузырь закрутился, устроив своей пассажирке аттракцион. Динки лежала, пытаясь справиться с головокружением и приступом тошноты. Это было бесполезно. Даже если бы ей удалось затащить конверт в шар, какова была вероятность, что конверт сможет покинуть ее темницу, а не останется с ней за компанию? Сиреневая единорожка не знала из чего был приготовлен раствор для машины Пинки Пай, но у нее были ОЧЕНЬ большие подозрения (она могла даже сказать, что была уверена процентов на 50), что при приготовлении жидкости для этих пузырей использовалась магия единорогов. По крайней мере, она могла смело заявить, что блокировать магию, выдерживать удары копыт и спокойно нести на себе массу с молодую кобылу обычные мыльные пузыри не могли быть способны по определению. Динки раздраженно вздохнула. Нужен был другой план. Она начала массировать виски. Кобыла долго-предолго сидела и размышляла, пока в ее сознании не всплыла сцена. Разрыв в облаках, открывавший ночное небо. Свет луны. Журчание воды. Стрекотание сверчков. Развевающиеся флаги на ратуше Понивилля. Свет горящих окон домов и уличных фонарей. Каменный мост. Проуд наклонивший голову. Голубое сияние между ним и Динки. Одаренный единорог морщится, рог вспыхивает ярче, а в магическом облаке вычерчиваются белые линии. Перед оцепеневшей единорожкой возникает сундук. Он открывается и из него вылетает черный бархатный футляр с кольцом. Динки знала, что за заклинание исполнил Проуд на мосту. Оно называлось «Заклятие межпространственного кармана». Оно было создано «свирловцами» (так называли тех единорогов, чье владение магией вышло на высший уровень. Настоящие мастера среди мастеров. Один из них даже заявлял, что он преисполнился в своем познании и вся эта магия ему стало абсолютно понятна), на основе Заклятия Лимбо, с помощью которого Старсвирл и Столпы Эквестрии заключили Пони Теней и себя в межвременье. Заклинание создавало карманное измерение. Своеобразный мини Лимб. В отличии от телепортации, которое моментально переносило предмет или создание из одной точки в другую, «межпространственный карман» работал по другому принципу. Оно заключало предмет в межвременье. Это было не какое-то место или временной промежуток, оно было где-то между, а значит законы реального мира на этот предмет не действовали. С помощью этого заклятия можно было отправлять сообщения другому пони. А еще можно было использовать его в качестве самого надежного сейфа, ведь как мог хитрый воришка добраться до вашего добра, если его просто не существовало в обычной реальности. В сложившейся ситуации для Динки он мог быть единственный вариантом. По крайней мере была на это надежда. Однако она не могла использовать свой рог, пока находилась в заключении. Или нет? Динки расстегнула одну из сумок, в ней лежал алмаз Свити Бель и яблоки Эппл Блум. Единорожка зажмурилась концентрируясь, рог зажегся. - Да! - радостно крикнула единорожка, увидев парящий в облачке телекинеза перед ее носом большой, сочный, красный фрукт. Ее предположение подтвердилось. Пузырь не позволял пленнице совершать манипуляции за его пределами, однако она все еще могла использовать магию внутри него. Дальше… А дальше было самое трудное. Если бы Динки и Проуд не сидели вечерами за изучением толстенного тома «Большой сборник заклинаний Эмиральда Персевиранса», то единорожка бы наверное никогда не узнала о том, как исполнить это заклинание, ибо его упоминали только на последнем году учебы, и то только вскользь, ведь у него была одна особенность — его исполнение даже для опытного мага единорога было настоящим вызовом. А для молодых учеников его сотворение и вовсе было невозможным. Только Проуду оказалось по силам его исполнить и то с огромным трудом. Кроме него, наверное, только у единиц, самых одаренных и талантливых учеников, была способность успешно исполнить данный фокус. А для настолько жалкого и никчемного единорога, как Динки Хувс — это было безумием. Сиреневая пони долго мялась. «Но я же ничтожество. У меня ни за что не получится. Если даже бедному Проуду удалось его едва исполнить, то куда уж мне?» - терзалась кобыла. Она посмотрела вниз и увидела блокнот в копыте. «Хватит Динки! Хватит распускать нюни! По крайней мере, сейчас это единственный вариант, который имеет шанс на успех. Нужно хотя бы попытаться,» - сказал внутренний голос серьезно, даже сурово. Наконец она подняла голову, ее дыхание было полным волнения. Кобыла набла полный грудь воздуха и глубоко выдохнула. Она закрыла глаза и выгнула спину. - Хорошо… Успокойся… Сконцентрируйся! Динки Хувс начала зачитывать заклинание. Рог обволокла магическая аура. Она зажмурилась. Рог загорелся ярче, а его цвет стал меняться с золотого на синий. Кобыла сильно зажмурилась. Перед пони стал проявляться туман. Ветер, толкавший все это время тюрьму Динки все дальше от дома, умолк. Окружавшее пространство затянуло облаками. Будто сама природа решила помочь невольной путнице, оградив от остального мира, пока та все больше кривилась, чувствуя как из нее уходят силы. Единорожица оскалилась. Рог сиял. Казалось, магическое сияние слепило, даже сквозь веки. Образовался густой дым, но он не пытался заполонить весь шар, а оставался небольшим, концентрированным сгустком ярко синего цвета перед волшебницей. Одна за одной стали прочерчиваться белые линии, принимая узнаваемую форму, а Динки могла заявить, что заклинание к тому моменту приносило вполне физическую боль. Динки приоткрыла глаз. Перед ней сейчас парил магический сундук. Тот раскрылся, в нем переливалась всеми цветами синего воронка. Пони крепко сжала блокнот в копытах и вырвала листок. Она его смяла и кинула в воронку. Бумажка моментально исчезла. Сундук, по велению Динки, с хлопком испарился. Ветер вновь усилился, начав толкать пузырь с прежним упорством. Облака вокруг шара развеивались, открывая просторы Эквестрии. Глаза пони округлились. - Ни могу поверить! Во имя святой Лорен Фауст, получилось! У меня получилось!!! - закричала Динки Хувс на всю округу, затем разразилась восторженным смехом, пока не заболело горло. Она закашляла. Ноги стали ватными. По мордашке катились капли пота. - А теперь можно и отдохнуть. Она легла на спину, пытаясь перевести дух, ощущая невероятную слабость во всем теле. Голова гудела. Стук сердца отдавался в ушах. Динки едва хихикнула. Она вспомнила как недоумевала, когда узнав про «Заклятие пространственного кармана», над тем, что, казалось, настолько крутое заклинание не использовали пони взрослые в жизни. Ведь, если задуматься — очень классный и удобный способ доставки писем или посылок. Создал сундук, кинув в него подарок горячо любимому пони и он в момент оказывается у получателя. У учителей она не осмеливалась спросить, поэтому кобылка сама родила в своей голове варианты объяснения. Первый: заклинание слишком сложное ложное для большинства единорогов и недоступно для иных существ. И второй: (и Динки он ранее казался более правдоподобным) Королева Твайлайт, если бы решила внедрить заклинание в быт, закрепив его использование законодательно, могла одной подписью просто сделать сотни, если не тысячи пегасов и обычных почтальонов безработными. Сейчас же пони на своей шкуре убедилась, что первое. Единорожка почувствовала, как в ноздре набухла, а затем скатилась капля. Жидкость достигла высохших губ. Динки облизнулась и ощутила привкус меди на языке. Она взволновано провела копытом по носу. На сиреневой шерстке осталось алое пятно. Увиденное заставило ее оцепенеть. Еще ни одно заклинание не вызывало у нее кровь из носа. Она протяжно вздохнула. Не важно. Она положила блокнот себе на лицо, чтобы приближавшееся к зениту солнце не било ей в глаза. Опустошенная морально и физически, но все же невероятно довольная собой, кобыле хотелось сейчас лишь одного - немного вздремнуть. * * * - Ох, прошел уже целый час, а от Динки никаких вестей, - взволнованно вздохнула Аметист Стар, делая очередной круг, проходя по периметру главного зала замка. После отправления «кричащего письма» гости разошлись, по просьбе Старлайт и Аметист, которым удалось убедить пони в том, что дальше они справятся сами. Ушли все кроме Паллеты Хамбл. Официантка настаивала на том, что не успокоится, пока не убедится, что с Динки все хорошо. Сейчас группа из одиннадцати пони находилась в центральном зале замка. Как только письмо исчезло, все оставшиеся пони прибежали в просторное помещение, с висящими под потолком корнями дуба и окружили большой каменный стол, стоявший по центру. Старлайт Глиммер пустила стрелу магии и на столе появилась огромная карта, демонстрирующая всю территорию Эквестрии, а так же окружавшие ее земли. Плюс Рейнбоу Дэш и Флаттершай принесли из библиотеки несколько стопок книг с картами. Важна была каждая минута, поэтому пони готовы были выдвинуться в путь, как только получат ответ. - Как вообще долго это письмо идет от отправителя к нужному пони? - сидя за своим троном, спросила Рейнбоу Дэш у Флаттершай, доедая поднос с кексами и запивая какао. - Я не знаю, - ответила та, виновато пожав плечами. - Наверное, она не знает, как отправить нам свой ответ, - предложила свою гипотезу Эппл Блум. - В письме же вроде мы написали, что нужно делать, - сказала Скуталу, а затем зажмурилась и начала массировать виски, пытаясь вспомнить. - Подождите, а этот ведь конверт телепортируется? - задала неожиданный вопрос Свити Бель. - Ага, - кивнула Рейнбоу. - Динки попыталась выйти из пузыря с помощью заклинания телепортации, но оно не сработало. Зал окутала пугающая тишина. - Не надо унывать! - начала подбадривать пони с радужной гривой, - Вандерболты наверняка уже в курсе о произошедшем. Если Скуталу права, пузырь сейчас летит в направлении Клаудсдейла или Кантерлота. Они обязательно организуют патрули и если обнаружат Динки, то приведут домой, - затем добавила, - Пинки, ты сама говорила, что пузырь Динки супер прочный, поэтому ей ничего не угрожает. Мы обязательно ее найдем. Попытка оказалась удачной. По крайней мере, половина присутствующих улыбнулась искрой надежды, что разбавило воцарившую в зале гнетущую атмосферу опасений. Аметист Стар усмирила волнение и села на пол. Рейнбоу Дэш была права, все будет хорошо. Динки будет спасена, только что потом? Испорченный праздник и разбитое сердце Динки — это все не исчезнет бесследно, будто бы ничего не было. Еще до того как сиреневая пони вернулась в Понивилль, вместе с Проудом, по письмам было очевидно, что она заметно охладела к Дерпи. Она больше не любила свою маму так же безумно фанатично, чем раньше. А сейчас? Из-за неуклюжести и беспечности серой пони у ее дочери уже два раза разбивалось сердце, а то что случилось этой ночью втоптало его в землю. Нет, она не будет ненавидеть Дерпи: она не была такой. Только теперь она наверное будет окончательно ее избегать. А Проуд? Они так сильно виноваты перед ним. Аметист видела его по вечерам и по непродолжительным беседам поняла с кем имеет дело. Он был хорошим пони, пусть у Аметист и были к нему определенные вопросы. Но все же Динки повезло, что ей попался такой друг и будет очень сложно сделать так, чтобы он простил их. Аметист посмотрела на Дерпи, которая сидела на троне с кьютимаркой Пинки Пай, и поняла, что косоглазая пони думала о том же. Только по взгляду было понятно, что намного дольше и пугающее будущее, и чувство вины, приносили ей сильную боль. Все произошедшее за последние сутки было по ее вине и чем все закончиться она не знала. Единорожку саму порой раздражала безрассудность и беспричинный оптимизм матери. Она всегда хотела, как и Динки в последние годы, чтобы мама вела себя как-то по ответственнее. Или хотя-бы задумывалась о последствиях своих действий. Сейчас, она глядела, по сути на то чего желала, только оно разрывало ее сердце. Пони с бриллиантами на крупе хотела подойти и обнять мать. Погладить по голове, сказать, что все будет хорошо. Как никак серой пегаске удалось справиться с фиолетовой единорожкой, так почему же с Динки должно было сложиться по другому. Она согнула копыта, чтобы встать, но остановилась. Перед ней возникло облачко голубоватого света. Оно набирало силу становясь все ярче. Пульсировало и переливалось. Аметист попятилась, когда в магическом тумане стали появляться линии. Все пони в зале перевели внимание на необычное явление, которое прямо сейчас проявлялось перед мордочкой кобылы. Рарити и Свити Бель зажгли рога, не понимая, что происходит. Старлайт Глиммер подняла копыто сестрам: она узнала заклинание. Перед Аметист появилась белая фигура, приобретя форму сундука. Магический ящик открылся и из воронки вылетел комок бумаги, затем заклинание с хлопком рассеялось. Единорожка взяла сверток и развернула. Скуталу, Свити Бель и Эппл Блум широко улыбнулись, узнав листок бумаги из их блокнота. - Это письмо от Динки! - восторженно объявила кобылица. Зал взорвался ликованием, но его тут же оборвала Рейнбоу: - Это здорово, но еще рано праздновать. Аметист зачитывай. Единорожка прочистила горло и начала читать: «Аметист. Это Динки. Со мной все хорошо. Я все еще плыву в пузыре. Двигаюсь на север. Где нахожусь не знаю. Вижу, что Кантерлот стал значительно ближе. Внизу была река. У нее изгиб похож на голову слона. Густые леса. Много холмов. Вдалеке есть рельсы. Какого либо поселения внизу не вижу.» Рейнбоу Дэш парила над картой, ища подходящее по описанию место. Она написала, что столица Эквестрии стала ближе и круг поисков радужной пони сузился до области, как предполагалось, между Клаудсдейлом, Кантерлотом и Понивиллем. Она ткнула копытом по тонкой изгибающейся линии. Судя по всему, пленница описала реку «Слезы жеребенка». Однако масштаб на столе был слишком велик. Рейнбоу махнула Рарити и та левитировала ей книгу, в которой были более подробные карты местности. Голубая пони начала быстро проматывать страницы ища нужную, затем захлопнула и сказала: - Русло реки «Слезы жеребенка» хорошо подходит. Есть еще что-нибудь? Аметист перевернула листок и пробежалась глазами по тексту. Выражение ее лица изменилось. - Аметист, что-то не так? - спросила подлетевшая Дерпи. Она мялась с копыта на копыта, а косые глаза бегали. - Ну же не томи. Читай. Фиолетовая единорожица посмотрела на мать, закусив губу. Она выдержала долгую паузу, после чего обратилась к серой пегаске: - Мама. Динки просила передать, цитирую: «Мама. Я знаю, что ты обязательно это прочтешь, поэтому я прошу тебя. Искренне прости за то, что я наговорила тебе вчера. Я не хотела. Честно». - Но я не держала на нее никакого зла. Наоборот. Это я во всем виновата… - Нет, мама, ты не права, - перебила Аметист, - никто ни в чем не виноват. - Но… - Ты не виновата. Динки тоже. Никто ни в чем не виноват, - ответила Аметист, использовав свой самый спокойный, вкрадчивый и обаятельный тон. - Хорошо. Что еще Динки написала? - Оу… Эм… Больше ничего важного. - Я видела, что весь лист был исписан. - Да… Так и есть… но поверь мне на слово там больше не на что смотреть. - А я уверена, что найду. Дерпи внезапно выхватила листок из облака телекинеза Стар. - Нет! Мам, прошу! Тебе честно не следует! - произнесла Аметист, но приземлившаяся обратно на трон Пинки Пай косоглазая пони этого даже похоже не заметила. С широкой улыбкой Дерпи Хувс приковала взгляд к неаккуратно написанному тексту. Строки были зачеркнуты, но слова все еще можно было различить. «Мама! Для чего ты это сделала? Я же просила лишь одного — оставить меня и Проуда в покое! Теперь Проуд страдает! Теперь мы не будем вместе! НЕ ЧИТАЙТЕ ТО ЧТО Я ЗАЧЕРКНУЛА!» Дерпи выглядела ошарашенной. Косоглазая пони корила себя за прошедшую катастрофу и она была готова принять, да что уж там, она хотела, чтобы Динки на нее злилась, но все равно эти слова ошеломили ее. Дитзи Ду облокотилась на стол и положила копыта под голову. Ушки обмякли. Ее жизнерадостный взгляд потерялся в тени. Фиолетовая пони сделала шаг к матери, но тут раздался полный удивления голос Свити Бель: - Аметист… Твой… эм… круп светиться! Единорожка перевела взгляд на свои зад. Ее кьютимарка в виде трех ограненных голубых бриллиантов действительно пульсировал светом. - И у Дерпи тоже! - крикнула Пинки Пай. Дерпи Хувс пораженно посмотрела на свой бок. Ее метка, семь мыльных пузырей, тоже светилась. Кьютимарки зависли над картой и опустились на то место, куда ранее тыкала Рейнбоу Дэш. - Отлично. Это не только спасательная операция, но и «Миссия Дружбы» - разочарованно буркнула Рейнбоу Дэш. - Эм, что? - растерянно спросила Аметист беспокойным голосом. - Это карта дружбы. Если где-то проблема дружбы, то она сообщает об этом. - Ух ты! Карта никогда вас ранее не вызывала! - Пинки рывком оказалась рядом с недоуменной Дерпи и начала трясти ее за копыто. - Мои поздравления! - Нет… Стоп… Подождите… Я ничего не понимаю! - Ну мы сами не до конца понимаем. Все эти волшебно-магические штучки — это к Твайлайт. Карта вас призвала. И наше предположение, где может находиться Динки, похоже получило подтверждение. - Ну раз уж мы знаем где Динки, Рейнбоу, могла бы ты слетать за ней и привести обратно? - Нет. Не могла бы. - Что!? Почему? - Видишь ли, карта призывает тех кто может разрешить проблему дружбы, а она вызвала вас, - затем тихо про себя с легким раздражением буркнула, - И почему она заработала лишь сейчас? Это сэкономило бы кучу времени. - То есть … - сказала Дерпи. - Ага, - кивнула Рейнбоу, - ВЫ должны отправиться за Динки. - Но ты не могла бы сделать это за нас? - Карта призывает только тех кто может решить проблему дружбы. Не сомневайся Аметист. Мы на этом собаку съели. Повисла долгая пауза. Избранные ничего не говорили, затем Аметист спросила: - Только… Как мне быть? Она летит высоко в небе, а как ты видишь я единорог. У меня нет крыльев. - Не волнуйся, я тебя донесу, - сказала полная решимостью Дерпи. Она мялась с копыта на копыто: ей не терпелось уже рвануть в след за пузырем. - Не говори ерунду мама. Тебе не хватит сил донести меня. - Ты владеешь магией? - спросила радужная пони, потирая подбородок. - У каждого единорога есть своя подборка заклинаний. Ты умеешь сама себя левитировать, или что-то подобное? - Я не являюсь одаренным единорогом. - Ты сможешь, Аметист! Просто подумай про Динки и ты окажешься рядом с ней, и меня с собой возьми. - Дерпи, заклинание телепортации так не работает, - ответила Старлайт. - Нет. Я не умею телепортироваться. Да и самолевитация — это очень сложное заклинание и оно наверняка заберет все мои силы, а я даже не смогу себя поднять. - Ясно, - пробормотала Рейнбоу Дэш. Она обратилась к самому опытному единорогу, среди окружавших ее сейчас. - Идеи есть? Старлайт долго думала, затем начала в слух рассуждать: - Можно попробовать крылья бабочки или ненадолго поменять рог Аметист на крылья у одного из присутствующих пегасов… Аметист тоже думала, чтобы сделать в этой ситуации. Она даже хотела предложить, залезть в запертую лабораторию их отца, Доктора Хувса, и взять один из его изобретений - механические крылья, созданные по анатомии крыльев пегасов, но, пока он на конференции в Мэйнхеттоне, использовать хоть что-то из разработок было опасно. Но все же стоило попробовать? Лицо пегаски с радужной гривой просветлело. Она расправила крылья и воспарила над группой: - Я знаю, что делать. Все уставились на нее внимательно начав слушать. - Дерпи у вас же на почте есть фургоны? Аметист полетит в нем. Лицо Дитзи Ду расплылось в изумленной улыбке, будто Рейнбоу Дэш предложила нечто гениальное. Она начала трясти головой. - Но он слишком тяжелый. Дерпи тогда не догнать Динки. - неуверенно сказала до этого молчавшая Флаттершай. - Агась. Поэтому я полечу с ними. - Что? Но ты же сказала, что мы ДВЕ обязаны выполнить миссию? - пораженно спросила Аметист. - Миссию Дружбы да, но я ничего не говорила про спасательную миссию, - ответила Дэш, а на лице появилась ухмылка. - Когда мы приблизимся к Динки, я подлечу как можно ближе к пузырю и ты лопнешь его... - А дальше что? - Не перебивай. А дальше магией положишь Динки в фургон. А если вдруг, что-то пойдет не так, то либо я, либо Дерпи ее поймает. Зал взорвался ликованием.