Часть 6

Глава 5

      Рейнбоу Дэш рассекала воздух, ведя за собой телегу со спутницами. Как и было запланировано троица вскочила с первыми лучами солнца, собрала все вещи и помчалась на северо-запад.       - Спасибо, — сказала Дэш, закончив пить.       - Ты точно не хочешь есть? — спросила единорожка, левитируя флягу. Та помотала головой.       Аметист уселась в телеге и сама сделала несколько глотков, пока Дерпи доедала уже успевшие немного зачерстветь мафинны.       Тут перед единорожкой вновь образовался туман ярко синего цвета, через мгновение в котором появляться сундук.       - Новое письмо от Динки!       - Читай, - сказала Дэш.              «Аметист. Это Динки. На горизонте появилась горная гряда. Горы Кантерлота почти от сюда уже не видны. Много озер и рек. Подомной в основном равнинам местность. Ветер сильно ослабел из-за чего пузырь плывет куда медленнее.»              - Ясно, нужно взять еще немного западнее, - сказала Рейнбоу, смотря на карту и сопоставляя с компасом.       Она сделала легкий крен, корректируя курс.       - Там еще что-то написано?       - Нет, я зачитала все, что в нем имелось.       - Хорошо, мы доберемся до Голопинского ущелья к вечеру…       - И? — спросила Дерпи в предвкушении.       - И мы встретим Динки.       - УРА! — закричали пассажирки.       - Эй, эй! Не трясите телегу, мне и так тяжело вас везти.       Голубая пегаска в упряжке прибавила скорость.              

* * *

      Динки Хувс провела копытом по лбу, стирая пот. Она заметила, что в этот раз исполнение заклинания «Пространственного кармана» выдалось намного легче. Голова болела слабее. Она чувствовала, что была не настолько истощена. Да что уж там, в этот раз даже кровь из носа не пошла. Либо это крепким хороший сон, сравнимый со сном младенца, на нее так позитивно повлиял, либо ее уровень владения этим заклинанием значительно вырос. В любом случае, это не могло не радовать пленницу.       Но все равно, Динки решила не отходить от начерченного в голове графика. Записки с ее местоположением и направлением движения она решила отправлять только два раза в день: утром и вечером. Делать чаще она боялась, так как заклинание все же было невероятно сложным. Да, то что ей вообще удавалось его исполнять было невероятным достижением, но все же оно требовало слишком много сил и исполнение его хотя бы три раза в сутки могло вызвать у нее выгорание.       Единорожка смотрела в даль. Ей удалось привыкнуть находиться на такой большой высоте и сейчас ее голова почти не кружилась, когда та смотрела вниз, а она стояла на четырех копытах, не боясь, что ее тюрьма может исчезнуть от неверного движения.       «Это. Просто. Потрясающе!» - восхитилась единорожка, прильнув передними копытами и мордочке к оболочке пузыря. С ее высоты открывался прекрасный вид. Она видела простилавшуюся под ней Эквестрию. Она смотрела на леса и поля, которые разрезали нити рек. На холмы и горы, что были похожи на волны. И на огромные кучевые облака, что напоминали Динки величественные ледники, плывущие то в одиночестве, то целыми фронтами по небесному океану. Ветер продолжал ее толкать, заставляя шар качаться из-за чего пленница, вновь начала ощущать себя будто она плывет на лодке. Хотя нет. Она до этого момента ненавидела ту ситуацию, в которой по нелепой случайности оказалась и она собиралась, когда вернется к школьной жизни, никому не рассказывать куда она исчезла на целые сутки, да еще в самый важный открывающий день в учебном году. Но сейчас она предположила, что с ней приключилось это нечто потрясающее и уникальное, ибо кому еще из ее класса довелось полетать в мыльном пузыре? Толпе насмешников, что как будто специально собрались вместе, чтобы каждый день над ней издеваться? Какому нибудь учителю? Динки подумала, что, возможно, и да, ведь парадоксальная прочностью ее пузыря имело, очевидно, магическую причину. И кто знает, может в библиотеке Кантерлота действительно что-то подобное имеется. В любом случае, единорожка поняла, что это был неповторимый опыт, пусть она и хотела, чтобы ему как можно быстрее настал конец (она не должна была забывать, что находиться в плену и все еще в опасности). А если кто-то посчитает это новым прекрасным поводом, чтобы поглумится над ней, она просто покажет ему язык, ибо, что в таком случае с ней сделают? Побьют ее? Нет, такое заметить будет уже невозможно, а за драки в школе для одаренных единорогов наказывали очень строго, вплоть до того, что могли исключить за не подобающее поведение.       Да кто муже сильный и обладающий большим авторитетом в школе единорог Проуд Хейр все еще был в ее классе, а значит, если кто-то осмелиться над ней посмеяться и даже поднять копыто, то он заступиться. Он же до этого всегда так делал и после широко оповещал одноклассников рассказывая, как вновь отважно встал на защиту неспособной за себя постоять пони.       Динки помялась. Сейчас ей такое поведение со стороны неприятным. Она помотала головой. Ей не верилось, что она все больше видела недостатков в нем: в пони, что она до расставания обожала и благодарила саму Селестию, что им довелось встретиться.       Это заставило ее вновь вернуться к последующим событиям, после того как Проуд как гласил заголовок в «Вестнике Кантерлота» «ученик из школы имени Селестии поставил на место самого принца Блюблада!». Единорожка сейчас просто не могла не сравнивать это событие с обычными школьными буднями: параллели сейчас для нее были слишком очевидны и мысли, к которым сейчас приходила кобылка, были не в пользу ее лучшего друга и не состоявшегося мужа. После вечера «Гранд голопин Гала», в течении нескольких дней за ними охотились репортеры и они ловили ставшими звездами парочку, когда те в свободное от учебы время гуляли по городу. Единорог охотно давал им интервью. Он долго, во всех подробностях и крайним красноречием распинался об произошедшем. Динки стояла рядом и с внимала его словам, и восхищалась его харизме, и ораторским способностям. Однако сейчас она отмечала три вещи: первое, это то насколько горделиво он обо всем рассказывал, второе, он просто не давал ей даже рот открыть и в третьих, насколько она жалко, с его слов, выглядила в тот момент. Даже, когда пони из газеты хотели переключиться ко мне и меня о чем-то спросить, после того как настрочили кучу листов, пока Проуд распинался о том, какой он молодец. Хотя все чего она хотела так это своим словом лишь подтвердить какой он молодец. А большего она тогда и не могла сказать ведь: во-первых единорог сам все рассказал, а во-вторых единорожка была настолько застенчивой, что стеснялась дать комментарий корреспонденту.       Динки почувствовала как в ней закипал гнев. Только она злилась не на Проуда, что хвастался перед пони и даже не на его слова о ее спасении, которые можно было буквально перевести как «ха, бедная, глупенькая поняша попала в переделку и застыла, как статуя, не понимая, что ей делать дальше, но ничего я сейчас ей помогу», она злилась на саму себя. Она общалась с Проудом больше всех, она не на шаг от него не отходила, она все видела своими глазами, она все слышала своими ушами, но она ничего этого не замечала. Она даже за этот, казалось растянувшуюся на целую жизнь, год на одну минуту не остановилась и не подумала, что что-то не так. Да что уж, там она в него по уши влюбилась.       Динки захотелось закричать от ярости, когда ей пришла в голову мысль о том, что ее спасение могло лишь оказаться удачно выпавшим ему случаем, чтобы прославится.       И ради него, ради этого горделивого, тщеславного пони, ради этого лицемера она решила отречься от мамы, от сестры, от друзей, от всей ее прежней жизни и просто забыть все.       Динки вскочила на ноги и со всей силы ударила копытом по оболочке пузыря, но оно отскочило и влетела ей в лицо, от чело та упала.       «Ай», - жалобно простонала кобылка, массируя лоб, после удара, пока ее шар дребезжал, как желе.       Пока пони лежала остывая в ней проснулась ее более мягкая и рациональная часть.       - Но, Динки, вспомни уроки дружбы. Нельзя делать выводы о ком то только основываясь на своих суждениях.       «Хм, действительно, ты права, наверняка у него есть объяснение своему поведение, - подумала пони, а затем нахмурилась. — Нет. Нельзя просто так взять и все списать на мои фантазии. То что я увидела было на самом деле и это было все слишком странно».       На села выпрямившись.       «Что же, когда это история закончиться и я окажусь на свободе, а я веря, что друзья меня спасут, у меня будет к нему ОЧЕНЬ много вопросов», - сказала Динки с серьезным видом.                     

* * *

      - Вижу, это то место, куда летела Динки, - выкрикнула Рейнбоу Дэш, когда в поле ее зрения появилось «Голопинское ущелье».       - Ты видишь ее? — спросила вскочившая Дерпи.       - Нет.       - Может, она ее уже пролетела? — спросила Аметист.       Они пролетели весь день, в предвкушении ожидая услышать эту новость. Солнце вновь клонилось к закату, с каждым часом приближая сумерки.       - Возможно. Но нужно отметить, что сегодня ветер был особенно слабым. Всего около 5 крыльев в секунда. Да под вечер он снова усилился до 10-12 крыльев в секунду, тем не менее учитывая нашу скорость и слабость воздушного потока, температуру и концентрацию влаги в воздухе мы сократили дистанцию до минимума.       - Можно по понятней?       - Глядите в оба, говорю! Мы уже близко.       Во одушевленная Дерпи выскочила из транспорта, расправив крылья, и поравнялась с голубой пегаской. Аметист сняла висевший на шее бинокль и прильнула к окулярам.       «Так. Птицы, птицы, птицы. Облака, облака, синий туман, облака… Так! Стоп!»       Аметист отпрянула, когда вновь перед ней с шипением образовался сгусток магического тумана.       - Новое письмо от Динки! — радостно закричала она.       - Отлично, как раз вовремя — сказала Дэш.       Дерпи подлетела к борту повозки и тоже начала внимательно слушать.              «Аметист. Это Динки. Я сейчас все еще в воздухе. Позади меня осталась большая расщелина, примерно час назад. Много холмов. Местность стала более лесистой, если можно так сказать. Продолжаю двигаться на северо-запад»              - Она пролетела Голопинское ущелье и она сейчас совсем рядом с нами. Вы слышали?! Навострили глаза! — скомандовала Дэш.        Радостная Дерпи отпрянула от борта и взлетела чуть выше повозки, а Аметист снова подняла бинокль. Они были уже совсем близко.       Однако обстановка не играла им на пользу. Ветер вновь усилился. Вечерело. И что самое было плохим — над Голопинским ущельем было намного более облачно, чем большую часть их пути. Да к тому же мыльным пузырь был большим, только если пони станет с ним рядом, а на фоне неба, да еще со всеми выше перечисленными факторами, заметить его было сложнее, чем иголку в стоге сена. Но они должны были это сделать. Другого шанса могло и не представиться.                     

* * *

      Динки Хувс вытерла пот со лба.       Ее мастерство владения «Заклятием пространственного кармана» или как она начала его называть «ЗПК» действительно выросло и колоссально. Она прекрасно помнила каких невероятных усилий пришлось приложить, чтобы сделать это. Насколько она была слаба после его исполнения. Насколько тяжело она оправилась. Но сейчас все было иначе. Она была уставшей, но не обессиленной. Она чувствовала, что в ее роге еще есть магия. Единорожка была довольно. Единорожка была счастлива. Она левитировала к себе яблоко и начала его есть. Теперь можно было побездельничать.       Да именно побездельничать, в хорошем значении. Когда она жила в Кантерлоте она была постоянно на взводе. Не только из-за очень тяжелой школьной программы, требовавшего постоянного изучения материала, но из-за непрекращающейся суеты большого города. Динки жила так несколько нет и она привыкла все время спешить. Она считала, что каждая минута важна и откладывать на потом дела, чтобы просто полениться это преступно. Тем более она сама по себя была очень трудолюбива и когда погружалась во что-то отдавала себя всю, игнорируя отдых, пока физически ей это не потребуется.       Тем не менее этот мыльный пузырь начинал ей нравиться. Она провела в нем сколько? Два дня и две ночи? Учитывая, что солнце клонилось к закату, осведомляя о приближении нового темном времени суток, можно считать, что уже три. И все это время ей нечего было не делать. Она либо спала, либо лежала, либо сидела. И она бы никогда не подумала, что ей это настолько поможет. Она еще не разу за последние несколько лет не чувствовала себя настолько бодрой. Настолько отдохнувшей. Она действительно сейчас чувствовала себя счастливой.       А сам этот пузырь… Он так под действием ветра покачивался. Да и само ощущение, что ты плывешь по небо настолько необычно, настолько расслабляюще, что ничего не сможет повторить.       Единорожка положила огрызок в сумку и тут ее окружила пелина. Она осмотрелась. Шар влетел в облако. Динки улыбнулась: окруживший туман создавал атмосферу таинственности, а она таинственность часто связана с приключениями, а читать о приключениях она очень любила.       Когда ее пузырь вынурнул из облака, сиреневая кобыла обернулась, чтобы посмотреть, как формы была вата, в которой ей довелось побывать, но тут ее привлекло нечто другое. В прорехе в облаках она заметила несколько черных точек. Она напрягла глаза, пытаясь понять что это, а затем начала прыгать в пузыре, как маленькая кобылка на батуте, когда разглядела, телегу с запряженным пегасом. Вот оно — ее спасение.       Но вскоре она остановилась, поняв, что даже не думали разворачиваться в ее сторону. Они ее просто не видели. Нужно было что-то делать и срочно!       «Ну же, Динки! Думай! Думай!» - Единорожка напряглась, пытаясь заставить шестеренки в ее голове крутиться.       Ей сразу захотелось исполнить «ЗПК», чтобы отправить письмо этому пегасу в упряжке, но сделать это было не возможно. Она исполнила его всего какой-то час назад. У нее сейчас просто не было сил, чтобы создать еще один сундук.       «Селестия милосердная, что же делать? Что же делать? Думай! Думай!» - с панике проговаривала кобылка.       Тут ей вспомнилась сцена в коридоре. Динки виновата улыбается, после того как Скуталу указала на рог. Затем она закрывает глаза и зажигает рог, попытавшись заклинание телепортации. На какое-то мгновение зал озарился слепящим светом. Да, пузырь не позволит ей телепортироваться к пролетавшим мимо пони, но привлечь их внимание он никак не мог помешать.       Единородка была лучшей в классе в создании визуальных эффектов. Да что уж там, она получила кьютимарку после того как по заданию Твайлайт попыталась создать шар света, совсем не большой, размером с теннисный мячик, после чего произошел неконтролируемый выплеск магической энергии. Все что ей нужно было то это на каких-то пару секунд ярко зажечься. Да, это так же потребует колоссальной магической энергии, что сейчас была у нее в дефиците, но нужно было попытаться.       На секунду сквозь облачную пелену пробился мощный луч света.       Пытавшаяся отдышаться Динки, по лице которой катились капли пота, ошарашено смотрела на отдалявшуюся телегу.       «Нет! Они не заметили. Вспышка света оказалась слишком слабой, - расстроено думала Динки, - Что же мне делать?»       Она заглянула в сумки.       «Должно же быть что-то, что мне поможет! - жалобно молила она, - Ну же! Яблоки, яблоки, яблоки, АГА!»       На самом дне лежал большой красивый ограненный алмаз, подаренный Свитти Бель. У Динки появилась идея.       Она магией расположила драгоценный камень над головой.       Единорожка тверда стала на все четыре копыта и закрыла глаза концентрируясь.       - Все или ничего!       Она сильно зажмурилась. Ее рог обволокла магическая аура золотистого оттенка, затем образовался второй слой сияния окутавший первый, затем третий. Ее мордашка скривилась. Свет слепил сквозь веки. Голова взорвалась болью. Все ее тело было напряжено как никогда, а по лицу ручьями тек пот.       Пони резко выпрямилась и выстрелила из рога прямо в кристалл, что приломил свет, распространяя во все стороны настолько яркое сияние, что никакой облачный покров не мог его сдержать. Вечернее небо озарилось.       - Что? Что это? — ахнула Дерпи, заметив исходивший снизу свячении.       Она нырнула через облако и увидела пылающий светом сферу. Серая пегаска широко улыбнулась и устремилась ввысь, догоняя их транспорт. Она это уже видела в библиотеке Твайлайт. Она знала кто это сделал.       - Динки! Динки! Это Динки! — закричала пони, привлекая внимание остальных.       Рейнбоу Дэш и Аметист повернули голову и тоже увидели сияния исходивщее из-под облачного покрова.       - За мной! — взволновано выкрикнула она и вновь ушла в пике.       Дэш развернула телеги и помчалась за ней.       Ноги подкосились и Динки рухнула полностью обессиленной. Она тяжело болезненно дышала, пока ее тело покрывалось мелкой дрожью. Она никогда не чувствовала себя на столько слабой. Стук сердца отдавался в ушах, а из носа вновь шла кровь. В единорожка чувствовала, как в глазах темнело, у нее остались крупицы сил и их она отдавала, чтобы этого не случилось. Она не хотела поднимать голову. Она не хотела видеть как от нее все дальше отдалялся фургончик, с запряженным пегасом. Если бы она поняла, что тех усилий, что она вложила оказалось не достаточно, она бы навсегда в себе разочаровалась.       Но тут она услышала удары. Она подняла взгляд и увидела ее. Широко улыбавшаяся с сверкавшими от счастья косыми глазами, Дерпи Хувс парила рядом и копытом стучала по пузырю Динки, привлекая ее внимание. А рядом была Рейнбоу Дэш, запряженная в повозку, в котором сидела и махала ей Аметист Стар. Динки подняла ушки и широко, насколько хватало ей сил, улыбнулась, готовая расплакаться. У нее получилось. Оставалось совсем чуть-чуть. Теперь все зависело от них.       Рейнбоу Дэш остановила телегу над пузырем.       - Аметист, твой выход.       Та уверенно кивнула.       Она зажгла свой рог. Вокруг пузыря образовался кокон левитационного поля. Фиолетовая единорожица начала притягивать шар к повозке, а Дерпи помогая, толкала сферу сзади, пока та послушно приближалась. Хорошо. Теперь надо было, чтобы он оказался как можно ближе ней, тогда она одним резким, сильным движением проткнет пузырь рогом, как иглой лопают воздушный шарик, после чего она магией посадит Динки в повозку.       Сфера оказалась совсем рядом с транспортом. Обрадованная Динки в надеждой следила за сестрой. Оставалось совсем чуть-чуть.       Она наклонила голову. Ее рог оказался в сантиметрах от пузыря. Но тут внезапно ударил резкий порыв ветра.       - Нет! — закричала Аметист.       Она высунулась из телеги, чтобы успеть проколоть его, но не успела. Тут ее копыто соскользнула с борта и она выпала из телеги.       - Аметист! — закричала Рейнбоу.       - ААААААА!!!       Тут она почувствовала, что спиной упала на что упругое и мягкое. Она ничего не успела понять, когда она через это провалилась.       Она открыла глаза.       - А?       Аметист села. То на чем она сидела было твердым, однако ее окружали облака, выкрашенные в оранжевые цвета вечерним солнцем. Но с ними было что-то не так: они как будто были выкрашены в радужные цвета. Да и сама Аметист начала чувствовать себя странно. У нее было ощущение, будто ее тело ничего не весило.       - Где я? Это рай? Я сейчас сижу в пони раю?       Тут из-под нее раздался сдавленный голосок:       - Ты сейчас сидишь на мне.       - Динки? Это ты? — Она слезла с сестры. — Но если я с тобой, то это значит… Ой-ой.       - Блеск. Теперь у нас две пони нуждаются в спасении, - раздраженно выпалила Дэш.       - Что же нам делать? — спросила подлетевшая Дерпи.       - Для начала приземлим эту штуку. Дерпи, в сумке остался плед?       - Да.       - Ты берешься за один конец, я за другой. Мы накинем плед на пузырь и потянем его к земле. Но нужно действовать осторожно, чтобы самим не оказаться внутри этой штуки. Ты неуклюжая, а я не маневренная, из-за того что прицепленная ко мне телега сковывает движения.       - Поняла, - твердо сказала Дерпию       - Аметист. Я глазам не верю, что это ты. Я так рада тебя видеть, - со слабостью в голосе говорила Динки, обнимая сестру.       - Ох, и мы тебя тоже. Ты не представляешь, как мы все переживали за тебя. Это что кровь?       Динки провела копытом по мордочке. По ее носу стекали багровые струйке.       - Да. Не бойся, я в порядке. Это последствия использовании магии.       Аметист недоуменно моргнула.       - Долго объяснять, - мягко улыбнулась сиреневая пони.       - Что же, я думаю ты нам вскоре все расскажешь, тем более наше спасение уже над головой, - ответила Аметист, смотря на вверх.       Дэш и Дерпи накинули на сферу, в которой сидели пленницы плед и начали тащить вести шар к земле.       Пузырь был способен спокойно на себе одну пони, но он был не рассчитан на две, из-за чего никакой ветер был уже не способен его толкать, а сам он под тяжестью медленно спускался вниз.       - Знаешь, Динки я сейчас завидую тебе, я бы провела в этом пузыре побольше времени, отсюда открывается прекрасный вид, - сказала Аметист, прильнув к оболочке и смотря на «голопинское ущелье». Они двигались очень аккуратно, по сколько в шаре теперь было очень мало места.       Динка каком-то образом нашла в себе силы рассмеяться:       - Да, мне тоже понравилось на нем кататься, но поверь, тебе бы не захотелось пройти через то, что прошла я, пока сидела в нем.       - По тебе видно, - ответила Аметист с улыбкой, хотя в ее взгляде читалась взволнованность. Динки необходима была помощь. Она выглядела очень слабой, и даже больной.       Пегасы притянули большой мыльный пузырь, внутри которого было две пони к невысокому холму, с одиноко растущим дубом на вершине. Пони с радужной гривой отстегнула себя от телеги и сняла с шара плед.       - Теперь надо эту штуку уничтожить, - сказала она, потирая подбородок.       - Я знаю как это сделать. Дэш, можно мне.       - Конечно, Дитзи, поступай как считаешь нужным.       Дерпи взмыла, а затем влетала в крону дуба. Послышался грохот и треск, а с вершины стали сыпаться листья. Серая пегаска вылетела и подлетела к троице, держа в зубах сломанную ветку. Она взяла палку в копыта и мягко улыбнулась, а затем со всей силы ударила тюрьму Динки и Аметист острым концом.       Мыльный пузырь с тихим хлопком лопнув, а его пленницы рухнули на землю.       Динки громко засмеялась и начала кататься по траве. Никогда еще для нее падение на землю не было настолько приятным.       - Я свободна! Я свободна! — кричала та, чувствуя как травинки щекочат ее.       К ней присоединилась Аметист и тоже начала кататься смеясь. А затем и их мама. Рейнбоу сначала смотрела на это как на детские глупости, а затем смягчившись тоже присоединилась.       - Ох, Динки, звездочка, золотце, я так рада, что ты в порядке!       - Да, мам. Да! Я тоже тебя так рада.       - Ох, ты бы знала как мы переживали за тебя.       - Она знает, я ей уже это сказала, — кивнула Аметист.       - Это что кровь!? — ужаснулась Дерпи, смотря на багровые пятна на мордашке дочери.       Динки вместо слов снова ее крепко обняла.       - Ну ладно вам, - прервала Рейнбоу Дэш, она указала на телегу, - Знаю желанная встреча, но нам нужно возвращаться.       - Пойдем, - предложила Дерпи Динки, та кивнула, но не пройдя и пары шагов ее ноги подкосились.       - Динки!? С тобой точно все в порядке!? — встревожено спросила Аметист.       - Да, мне просто нужна минутка… передохнуть, - промямлила та.       Тут последние песчинки сил державшие сиреневую единорожку в сознании иссякли. В глазах у нее по темнело. Она рухнула на бок.       - Динки!? Динки!!! — раздался откуда то издалека голос, и все погрузилось во мрак.                     

* * *

      Пип-пип-пип, - стал доносится повторяющийся звук.       Динки, хотела, чтобы пиликанье исчезло, но оно, подобно солнечному свету, что по утрам падало ей на глаза, вырывая из мира сновений, не исчезало.       Пип-пип-пип.       Динки собрала все силы и открыла тяжелые веки.       «Где я?» - пробормотала она, смотря в разные стороны.       Это был не тот луг, на котором она решила отдохнуть, пока ее не окутала непонятная чернота. Она лежала на кровати, накрытая белоснежно-белым одеялом. Единорожка услышала какой-то шум с боку. Она перевела взгляд, в сторону шума. Слабый ветерок проникал в помещение через открытое окно, из-за чего колыхались жалюзи. Она была в какой-то комнате. Доволь приятной, чистой, сделанной так, чтобы пони могла себя комфортно чувствовать. За окном был теплый день с ярким солнцем, идеально голубым небом с редкими облочка и раздававшимся пением птиц.       Она повела копытом и почувствовала, на нем что-то. К ее ноге была прилеплена присоска, от которой исходил провод ведущий к без умолку пиликающей штуку с экраном.       Она перевела взгляд на потолок. Под ним висел светильник, который одновременно был и вентилятором. А еще она увидела неохотно болтающийся на ветру, примотанный к ее койке большой красивый красного цвета воздушный шарик в форме сердце с надписью «Любимой кобылке».       Динки повернула голову. Ее ушко уловили приближающийся цокот копыт.       - Я вас абсолютно уверена, мисс Аметист Стар. С ней все в порядке, - раздался из-за пределов комнаты незнакомый голос. Он был молодой, принадлежал очевидно кобыле, а еще та кто была за дверью умела говорить очень быстро, но одновременно очень четко, - на основе полученных анализов доктор заключил, что ее состояние стабильное. И даже больше. Она восстанавливается даже быстрее чем мы могли подумать. По нашим предположениям ее можно будет выписать уже через три дня.       Тут раздался звук проворачивающейся ручки и дверь отперлась. К ней в комнату вошла молодая единорожка с молочно-белой шкуркой и малинового цвета волосами. На голове у нее был колпак медсестры, а кьютимарка выглядела, как четыре сердечка, что образовывали медицинский крест.       - О посмотрите кто проснулся, - проговорила пони и одарила ее такой прелестной улыбкой, что Динки аж стало не ловко.       - Где… где это я?       - В больнице Понивилля. Вас доставила троица без сознания. Честно, когда персонал вас увидел, мы испугались.       - Правда?       - Угу, нам уже очень давно не попадались пациенты с выгорание, а у вас была такая тяжелая форма, что мы все впали в шок. Тем не менее доктор очень быстро оказал вам качественное лечения и могу вас смело заверить, ничего вашей жизни и здоровью не угрожает. Более того вы очень быстро идете на поправку. И по нашим прогнозам вы полностью выздоровеете уже через месяц.       - У меня случилось?       - Выгорание, - покивала медсестра стоя рядом с ней.       - Извините, а как к вам обращаться?       - Меня зовут Бьютифул Харт, но можете называть как пожелаете, я не обижусь.       Динки потрясла головой и попыталась стать, но медсестра быстро применила магия и пони оказалась скована телекинезом.       - Прошу, не делайте резких движений. Вы только пришли в сознание и если вы попытаетесь встать могут быть негативные последствия.       - Какие именно… Ладно, не берите в голову, могу я вас спросить?       - Конечно, - кивнула пони, освобождая пациентку от магического захвата.       - Я слышала вы за дверью с кем-то общались и вы обратились к Аметист Стар. Это та самая Аметист Стар, которая моя сестра? Вы с ней разговаривали?       - Да это ваша сестра и она не одна в больнице.       - А кто еще?       - Дерпи и Рейнбоу Дэш. Они привезли вас сюда, пока вы были без сознания, после чего они не покидали территорию больницы. Мы пытались уверить их, что все с вами хорошо и они должны вернуться в свои дома, но они отказывались и настаивали на том, что не уйдут пока вы не проснетесь. В итоге мы выделили им целую палату, чтобы они не спали в коридоре.       Динки почувствовала как ее групь наполняется теплом.       - Сколько? Сколько я была без сознание?       - Четыре дня.       - Четыре дня!?       - Сохраняйте спокойствие, мисс Динки. Вы конечно идете на по правку, но на данных момент, вам категорически не советуется подвергать себя стрессу и ярким эмоциональным реакциям. Они могут оказать не приятное воздействие на процесс вашего восстановления.       - Я могу их увидеть?       - Я бы посоветовала, чтобы вы оставались в покое.       - Это всего на минутку.       - Я сомневаюсь, что это займет минутку, так как в след за ними в вашу палату зайдут и другие знакомые.       - Кто?       - Сейчас в больнице присутствует Пинки Пай, Скуталу, Эппл Блум, Свитти Бель и Паллета Хамбл.       Динки улыбнулась, а затем с серьезным видом сказала:       - Я хочу их увидеть.       - Всех?       - Абсолютно всех.       - Но мисс Динки…       - Дайте мне их увидеть!       Бьютифул Харт мялась какое-то время, но затем выдохнув ответила:       - Как пожелаете.       Стоявшая все это время возле двери Аметист Стар услышав ответ вбежала в палату и заключила сестру в объятия.       - Святая Селестия, Динки! Я так рада, что с тобой все хорошо, - единорожка почувствовала что-то мокрое на груби, она поняла, что Аметист плакала, - Честное слово, Динки, если ты так продолжишь, то точно нас в могилу сведешь.       - Я тоже тебе рада, сестренка, - говорила Динки, крепко приживаясь к телу Аметист, чувствуя как у нее самой наворачивались слезы.       - Динки!       В комнату чуть ли не со скоростью молнии в летела Дерпи. Если бы не Бьютифул Харт, ловко поймавшую серую пегаску в левитационный кокон, то та снесла бы дочь вместе с кроватью и перевернула бы всю палату верх дном.       - Ох, звездочка, ты так меня напугала…       Косоглазая пони хотела начать распинаться, но единорожка ее схватила и начала обнимать, пока по ее лицу текли слезы.       - Я тебе это точно припомню. - сказала Рейнбоу Дэш. - Я рассчитывала на не спешный путь назад, но ты кинула такой прикол, что мне целые сутки пришлось гнать, что есть мочу, без еды и отдыха.       Динки заметила, что у пегаски были перемотаны крылья.       - Агась, растянула их, пока везла вас.       - Да?       - Борода! ОЙ! — Аметист осеклась, Рейнбоу Дэш залилась хохотом.       Тут из коридора раздались еще голоса:       - Дверь открыта.       - Может она проснулась?       - Иди проверь.       Тут в дверном проеме появилась голова Скуталу.       - Девочки, она проснулась!       Рыжая пегаска влетела в комнату и тоже заключила Динки в объятия.       - Ди, ты в норме? Блин, Ди, прости меня. Я не знала, что так получится.       - Не надо извиняться, Скуталу, я тебя ни в чем не виню. Как ты говоришь? Отпад?       - Ага.       - Я чувствую себя просто на отпад.       - Извини, Динки, но сленг тебя абсолютно не к лицу, - сказала Паллета, зайдя в след за Эппл Блум и Свитти Бель.       Динки расхохоталась:       - О, Паллета, ты такая зануда.       - Рада, что ты в порядке.       - Поверь, когда я подавилась твоими блинами, я чувствовала себя намного хуже.       Все пони засмеялись.       - Шутишь — это хороший знак, - мягко сказала Свитти Бель своим ангельским голосом, - мне жаль, что нам не удалось тебя спасти еще тогда, в замке.       - Поверь, если бы не ваши подарки я бы пропала. - Она переключилась к остальным. — Чтобы я в принципе делала без вас? — Внезапно ее лицо изменилось, а ушки прижались к голове, - Мам, прости, мне так стыдно. Я не должна была кричать на тебя тогда.       - Ох, не надо, звездочка, этом моя вина.       - А вот и …       - Нет! — рявкнула Харт, магией хватая Пинки Пай, не давая той выстрелить из своей праздничной пушки, - Мисс Пинки Пай, шуметь в строго запрещено! И как вас вообще пропустили с пушкой? Вы же буквально принесли в больницу оружие?       - О чем вы? Как она может быть оружием, если стреляет кексами и конфетти?       - Не имеет значения.       - Ой, ну хотя бы пообщаться с Динки можно? Я думаю ей понравиться новость. — Медсестра закатила глаза и поставила на копыта розовую пони.       - Пинки Пай, о чем ты? Какая новость мне понравится?       - Во-первых, - она схватила кобылку и начала душить в объятиях, - с возвращением! А во-вторых такое больше не повториться.       - Я по прежнему не понимаю.       - После того, как Спарклинг Хоуп узнала обо всем произошедшем, она отменила все выступления и приехала в Понивилль. А сказала, что все Бабл Паи» нужно выкинуть на свалку. А сама она забрала у меня все коробки со своим уникальным мыльным раствором.       - А кто это такая Спарклинг Хоуп?       - Не бери в голову, - ответила Эппл Блум.       - Я и метко искатели попытались ей восприпятствовать, но та рассказала, что заклинание, которое делает пузырь супер прочными, имело временный эффект и действовало всего три дня. И что тебя от смерти разделяли считанные часы.       Динки Хувс застыла, пораженная услышанным.       - Да, мы так же отреагировали, когда это услышали, - сказала Эппл Блум, - в общем, она забрала свое мыло для пузырей, и пообещала, что больше никому его не доверит. Так что хорошая новость в том, что никому больше не доведется пережить, что пережила ты.       Единорожка рухнула на кровать, переваривая все выше сказанное. Единственно вывод, что она извлекла то, что ей очень повезло, ибо задержись ее друзья хотя бы на день ей бы пришел конец.       Она отвернула голову и ее взгляд упал на висевший на стане календарь.       - Какой сейчас день недели?       - Четверг, - ответила Паллета.       - Ох.       - В чем дело, звездочка.       - Школа. Всем учащимся было необходимо приходить в первый день. А в этот раз в открытии нового учебного года принимала участия сама Королева Твайлайт. Я не только не оказалась на дне открытых дверей, но и прогуляла целую неделю и кто знает сколько я еще проваляюсь.       - Ты шутишь да? — спровила Рейнбоу, - Я конечно не эксперт в сфере образования, но мне кажется все, что ты пережила является более чем весомой причиной не явиться.       - Ты уверенна?       - Я не открою тебе секрет, но лично знакома с Твайлайт. Я думаю, когда она узнает обо всем произошедшем она отнесется с пониманием.       - Спасибо, Дэш, - мягко улыбнулась Динки, - я отлежусь денек и вернусь к учебе.       - Извините, мисс Динки, но о какой учебе вы говорите? - встряла медсестра, - вам еще нужно три дня лежать в больницы, после чего минимум неделя без магии. Вы слышали, мисс Динки? Вам необходимо пройти процесс восстановления, а для этого НИКАКОЙ магии.       Та кивнула.       - Вы правы. В таком состоянии я абсолютно никчемный маг. Спасибо, что думаете обо мне. Я вам бесконечно благодарна. Идите, я одна справлюсь.       - Уверенна, тебя нельзя оставлять одну, вдруг еще чего учудишь. Вдруг на этот раз ты на этом воздушном шарике захочешь полетать, - кивнула Аметист на шар, привязанный к койке.       Динки захихикала, а потом она стала неожиданно серьезной. Ее взгляд был приковал к шару. Ей захотелось сделать кое-что.       Она сконцентрировалась. Вокруг ее рога возник слабый, едва различимые свет. Единорожка притянула к себе шарик в форме сердца и крепко его обняла.       - Мисс Динки, вам категорически запрещается использовать магию. Процесс восстановления после выгорания медленный и постепенный, а на данном этапе использование даже базового заклинания левитации строго противопоказано!       - Простите, но я должна была это сделать… Я не могу объяснить это. Я просто чувствовала, что обязана была использовать свою магию.       - Что же, мисс Динки, я вас понимаю, но доктор строго сказал первые попытки колдовать только через неделю.       «Блин, и это я еще Паллету назвала занудой,» - подумала единорожка.       Внезапно в коридоре появился пони-охранник больницы. Он жестом подозвал медсестру.       - Извините, но я вынужденна вас оставить.       На какой-то период палату окутала тишина. Друзья Динки сидели смотря на нее, пока та держала, как подушку, в копытах шарик.       - Мисс Дерпи, мисс Аметист и мисс Динки, - обратилась подбежавшая Бьютифул Харт, - вам известен такой пони как Проуд Хейр?       Динки сильно удивилась.       - Да.       - Он сейчас стоит в ходе с полицией.       - Что!? — еще больше оказалась шокирована единорожка.       - Да, его задержали после того как он попытался проникнуть в ваш дом.       - Он что!? — уже в едином порыве закричали кобылы.       - В общем, он хочет поговорить с вами.       Лицо Динки стало серьезным. Она собрала в себе те мизерные силы, что у нее были и слезла с койки.       - Мисс Динки, вы только пришли в себя, вам категорически противопоказано вылезать из пастели.       - Плевать! — выругалась та, заставить в шоке других уже уставится на нее, - Я хочу его видеть!       Единорожка сделала шаг. Копыта задребежала и чуть не подкосились. Меткоискатели попытались взять ее, но та отбрыкнулась. Она сделала несколько шагов и твердо стала посреди палаты.       - Ведите его, - пригласила медсестра.       В комнату завели высокого коричневого единорога. На удивление первым делом Проуд обратился к полицейскому:       - Я ни в чем не виноват. Я знаю этих пони. Я жил с ними. Это просто абсурд. Снимите с меня эти наручники.       - Слушайте, сер, я уже устал вам повторять, вы проникли в чужой дом и это установленный факт. Вы были задержаны на месте и помешены в камеру для выяснения обстоятельств.       - Проуд, за чем ты проник в наш дом?       - Как будто это не очевидно? В нем были все мои вещи и билеты на поезд до Кантерлота. Твоя сестра и твоя мать не вернулись, поэтому мне пришлось телепортироваться в дом, но в нем оказалась какая-то странная до этого мне не встречавшаяся система безопасности. На всю улицу разразилась сирена. Я запаниковал и разбив окно вылез на улицу, а там уже стояла полиция.       - Эта система безопасности являлась изобретением мужа. Именно ее он повез представлять на конференции в Мейнхетоне. Правда перед этим одну из них установил в нашем доме, - пояснила Дерпи,       Внезапно в перед вышла Аметист но Динки это было не интересно, ее зацепило кое-что другое       - Погоди, но ты же сказал, что отправился на поиски Динки.       - Э? — запнулся жеребец, по его лбу скатилась капля пота.       Динки почувствовала как в ней закапает гнев.       - То есть я правильно? Ты знал, что со мной случилось. Ты знал, что я была в опасности. Но вместо этого, даже не попытавшись мне помочь, ты просто бросил меня и захотел уехать в Кантерлот в одиночку!       Динки не могла поверить в это. Она считала произошедшее в замке Твайлайт чем-то ужасным, но это был намного хуже.       Жеребец решил даже не пытаться вилять. Вместо этого он прямо сказал:       - Да.       Динки просто кипела от злости, но тут он выдал такое что ее обескуражило.       - Знаешь в чем твоя главная проблема? Для каждая неприятность эта катастрофа вселенских маштабов.       Динки поняла — вот он настоящий Проуд! Это была его настоящая речь. Никакого красноречия. Никакой лирики. Просто надменное, презрительная харканье в лицо пони, что готова была отдать что угодно ради него.       - Я была в опасности!       - Но ты же цела.       - Я могла умереть!       - Не драматизируй, я от этого устал еще в школе.       Динки скривила зубы от злости.       Что что, а Проуд был прекрасным психологом. Ему одного взгляда на Динки хватило, чтобы понять что перед ним уже не та глупая наивная единорожка, которую можно водить занос.       - Извините, сер, вы бы не могли нас оставить наедине. Это очень личный разговор, - сказала Аметист.       Полицейский кивнул и вышел за дверь.       - Как будто я не страдал. Вас не было несколько дней и все это время я просидел в холодной камере. Мне кажется у меня начинают появляться симптомы простуды. Более того посмотри на мои копыта, насколько сильно наручники их натерли.       Динки Хувс подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза. В них прекрасно читалось насколько ему было наплевать на нее сейчас. Она спросила:       - Гранд галопин Гала. Ты тогда заступился, потому что представился случай прославиться.       - Да.       - Черт! Все плохое о том, что я тебе думала оказалось правдой.       - Ты долго до этого додумывалась.       - Ладно. Последний вопрос. Зачем я тебе была нужна?       - Ну знаешь, здорово, когда за тобой ходит собачка.       - Я все это время была для тебя СОБАЧКА!?       - Если тебя это утешит, то ты четвертая. Остальные кобылы такие же были — не были одарены умом.       - Проуд! Между нами все кончена!       - Ну и ладно, я лишь жалею то время, что на тебя потратил.       Каким то образом, последнее, подобно кинжалу, вонзилось в сердце Динки. Весь ее гнев в момент улетучился. Она склонила голову.       - А теперь ответь на мой вопрос. Ты желала узнать правду? Ты узнала. Что теперь делать будешь? Ведь признай очевидный факт: все твои достяжения это мои заслуги.       - Даже тот сундук? - встряла Аметист.       Проуд посмотрел на нее с не пониманием.       - Ты о чем?       - Заклятие пространственного кармана.       - Динки, использовала это заклинание, чтобы мы могли выследить ее. Судя по твоей физиономии, ты ее этому не учил.       Лицо жеребца изменилось.       - Она несет полный бред. Ты не способна на такое. Если я им овладел с трудом, то куда уж тебе?       - Но это правда, - твердо сказала Динки, - хочешь верь, хочешь нет, - другие пони кивнули, подтверждая ее слова.       Тут Дерпи оттолкнула сиреневую пони и на лету замахнувшись ударила жеребца копытом прямо в челюсть. Проуд рухнул, забрызгав слюной весь пол. Динки была в шоке. Ее мама только что ударила другого пони!       Дерпи стала прямо над единорогом. Тот поднял голову, копытом держа за челюсть и ошарашенно смотрел на серую пони. Раскосые глаза пегаски сошлись и четко смотрели на него. Дерпи издала крик, но он похож был на командирский приказ:       -Еще раз посмеешь обидеть мою дочь и отправишься в травмпункт!       Повторять не нужно было. Проуд едва заметно кивнул и отполз от разъяренной пони.       Дерпи, подобно быку выпустила пар и развернулась.       Единорожка мягко улыбнулась матери. Они крепко обнялись.       - Спасибо. Мне ни вероятно повезло иметь такую маму как ты, - сказала пони.       Пони в палате разразились ликованием и аплодисментами.       Взгляд Динки остановился на Проуде. Коричневый жеребец, подобно вынурнувшей из воды рыбы, барахтался и корчился от боли, пока вошедший полицейский не взял того за подмышку и не увел.       Динки почувствовала невероятное воодушевление. Будто с ее плеч сняли огромный валун.       - Ну все хватит, - перебила Харт, топнув копытом, - я понимаю, насколько важно было это событие, но прошу, покинуть палату. Мисс Динки необходим покой.       - Да, я благодарна вам, но сейчас мне действительно нужен отдых.       Присутствовашие не стали протестовать и начали покидать помещение.       Медсестра проводила всех гостей.       - Аметист, Рейнбоу Дэш, мама, останьтесь.       - Я думаю, мне необходимо сходить за результатами ваших анализов, а в ответ мисс Динки обратно ляжет в кровать. Мисс Динки вы поняли намек? — Та кивнула.        Бьютивул Харт оставила их, и закрыла за собой дверь.       - Я не знаю как мне извиниться перед вами. Из-за меня вы так страдали.       - Да не переживай, подруга.       - Да, мы не злимся на тебя, Динки.       - Как ты вообще его повстречала?       - В школе я была совершенно одна. Я не справлялась. Мне было одиноко. Мне было страшно за свое будущее. Я тогда думала, что я слабая и бездарная.       - Я так не считаю.       - Почему, Аметист.       - Потому что я тебе завидовала всегда. В отличии от меня ты действительно одаренная.       - Ты так считаешь?       - Сестренка, ты в одиночку овладела невероятно крутым и явно сложным заклинанием и поставила на место его.       - Если тебе будет трудно. Если ты будешь чувствовать себя одинокой помни мы всегда любим и болеем за тебя, - сказала Дерпи.       - Спасибо вам, - Динки заплакала.       Они крепко обнялась.       Внезапно Аметист почувствовала что-то на своих боках.       Ее кьютимарка светилась. Как и кьютимарка Дерпи.       Они улыбнулись.       - Похоже ваша миссия дружбы оказалась завершена, - сказала Дэш, - Ладно, я вынужденна оставить вас, мне надо отправляться на вокзал,       - А куда ты?       - В Кристальную Империю. У меня еще не закончена своя миссия. Как ты видишь летать не могу, - она подвигала своими забинтованными крыльями, - поэтому придется ехать на поезде.       Пегаска начала движение, но прежде чем она пересекла порог ее остановила Динки.       - Рейнбоу Дэш, могу я тебя о кое о чем попросить? — радужно гривая пони навострила уши. - Ты не могла бы сообщить Твайлайт о обо всем произошедшем, чтобы меня освободили, пока я восстанавливаюсь. Я бы хотела провести это время со своей семьей и друзьями.       - Без проблем. Я залечу по пути в Кантерлот, - с ухмылкой подмигнула та.       Пегаска оставила их одних и она снова начали обниматься.       Тут вновь распахнулась дверь и в палату вошла медсестра. Она несла в копыте планшет и улыбалась, однако планшет быстро упал на пол, а улыбка исчезла. Она застыла, увидев как пациентка не смотря на ее рекомендации все еще стояла на всех четырех копытах. Она нахмурилась.       - Мисс Динки, ваша мама рассказывала о вас как о самой воспитанной пони, но, лично по моему мнению, вы бунтарка с совершенно отсутствующим инстинктом самосохранения.       Троица рассмеялась.