Часть 1. Ледяное проклятие

      В далёком-далёком краю, где солнце лишь изредка пробивалось сквозь густые серые облака, лежало королевство вечной зимы. Здесь, среди ледяных гор и замерших рек, властвовала Снежная Королева, чья магия держала в ледяном плену всю страну. Снежные бури, подобно разъярённым зверям, ревели по равнинам, и каждое дуновение ветра приносило с собой холод, пронизывающий до костей.       Люди королевства жили в страхе перед суровой властью Королевы, но привыкли к этому климату, как привыкают к боли, которая не уходит. Они давно смирились с зимой, носили толстые меховые одежды, чтобы уберечься от неумолимого холода.       Для них был привычен вид скованных льдом рек и озёр, в которых можно было смотреться как в зеркало, мрачных лесов с голой корой деревьев и искрящимися длинными сосульками, тяжесть которых клонила ветви вниз к белоснежным одеялам сугробов. Дома всегда были засыпаны снегом по окна. И даже птицы не пели своих песен, потому что предпочитали облетать это замерзшее королевство стороной.       И все же, несмотря на неумолимый холод, жители были выносливыми и сплоченными, а дух их – таким же крепким, как окружающий лед. Каждый год, когда снег становился ещё глубже, они праздновали Зимнее Солнцестояние, вспоминая легенды о временах, когда весна ещё могла прийти в их земли, и, не теряя надежды, что в этом-то году это, наконец, случится.       Ведь когда то страна была прекрасным и цветущим местом, полным зелени и ярких красок, и правила ей добрая и справедливая королева Эддара. Подданные любили королеву, ценили ее доброе сердце и мудрое правление. Эддара славилась и своими целительскими знаниями, знала она, как лечить тяжелые хвори, как смешать целебные микстуры и варить настои.       Все подданные с нетерпением и радостным предвкушением ждали появления наследника – королева была беременна. Но однажды случилась в стране напасть – грозная болезнь прокатилась по домам, выкашивая и старых, и молодых, и совсем маленьких, и искали люди спасения от неё в умелых руках своей королевы. В одну такую мрачную ночь, когда королевский замок был переполнен нуждающимися в исцелении больными, и Эддара сбивалась с ног, чтобы успеть помочь каждому, к ней поспешила волшебница Марджери, дар которой часто выручал жителей. Глаза её горели отчаянием, а руки сжимали больную дочурку, чье лицо было бледно, а лоб горяч.       — О, Ваше Величество, — воскликнула она, протягивая королеве ребенка, — прошу, помогите моей дочери, спасите от неминуемой гибели! Я перепробовала все заклинания, но ничего не помогло, лишь на Вас вся надежда!       Но королева Эддара, занятая помощью другим, не успела вовремя сварить девочке целебного отвара, и та умерла той же ночью, не выдержав горячки. Сердце Марджери, сидящей у постели мертвой дочери, наполнилось черной злобой и неутолимой жаждой мести. Склонилась она над телом и поклялась отомстить королеве.       С того момента колдунья начала плести своё чёрное заклинание. Марджери взобралась на вершину заснеженной горы, где ветры завывали, словно плакали по её погибшему ребенку, разложила свои зловещие артефакты на древнем алтаре и начала читать заклинания на языке, который знали лишь одаренные магией.       Луна взошла высоко в небе, освещая вершину горы своим холодным светом. Марджери подняла руки к небу и произнесла слова древнего проклятия. Когда она закончила, в алтарь ударила молния, и ритуал свершился.       Затем Марджери появилась в тронном зале, окутанная мраком и холодными ветрами, которые следовали за ней попятам. С криком ярости и боли она бросилась к трону королевы Эддары.       — Ты посмела оставить мою дочь умирать! За твою холодность и безразличие я проклинаю твоё собственное дитя!       Стража выхватила оружие, стремясь защитить свою королеву, но было уже поздно. Поднялся снежный вихрь, окружив Марджери непроницаемой стеной. Голос её стал подобен острым клинкам, пронзившим воздух.       — Дочь твоя родится с осколком льда в сердце. Будет творить она холодную магию, красивую и опасную. Но чем больше будет пользоваться своим даром, тем холоднее станет её сердце, пока однажды не замерзнет! И тогда не познает она больше ни радости, ни печали, ведь судьба её — провести вечность в одиночестве, замерзнув в собственном холоде!       Королева Эддара взмолилась о пощаде:       — Мое дитя не виновно ни в чем! Прошу, сжалься!       Колдунья усмехнулась зловещей улыбкой, в которой не было ни тени сочувствия, лишь лютая ненависть.       — У неё будет шанс познать счастье, Ваше Величество. Сердце её сможет оттаять. Но лишь истинная любовь растопит этот лед.       С этими словами Марджери исчезла, оставив за собой лишь ворох снега и чувство обречённости, которое заполнило тронный зал. Королева Эддара опустилась на трон, осознавая тяжесть проклятия, которое нависло над её ребёнком. Душа была полна горечи и страха.       Прошли месяцы, и вот, в одну морозную ночь, когда луна ярко светила на заснеженные вершины, в королевском замке раздался первый крик новорождённой принцессы. Королева, обессиленная, но счастливая, прижала к себе дочь, которой дала имя Ильса.       Но радость Эддары омрачалась тревогой. Едва новорождённую принцессу принесли в её покои, вокруг младенца начала кружиться лёгкая морозная дымка. Первый признак её снежной магии. Несмотря на это, королева Эддара любила свою дочь безгранично и поклялась, что сделает всё возможное, чтобы сохранить в ней тепло и любовь. Она надеялась, что это поможет преодолеть ледяное проклятие в сердце дочери. Разве её любви, любви матери, не будет достаточно?       Принцесса Ильса росла необычайно красивой: с волосами белыми, как снег, глазами голубыми, как зимнее небо, и кожей бледной, как лунный свет. Каждый, кто видел её, был очарован. Ильса росла в заботе и любви, окружённая вниманием придворных и игрой со сверстниками. Её детство было полно радости и веселья. Она с раннего возраста была способна творить мощную магию. Могла заморозить воду в реке одним прикосновением, и её игры часто превращались в волшебные снежные забавы. Она любила кататься на санях по заснеженным холмам, строить ледяные замки и играть в снежки с другими детьми.       По мере того, как Ильса росла, она проявляла все больше доброты и теплоты. Её улыбка могла растопить даже самые черствые сердца, а смех был подобен звону сосулек на ветру, и каждый, кто слышал его, не мог не улыбнуться в ответ. Она смеялась, играла и радовалась жизни, не зная о проклятии, нависшем над ней. В те годы её сердце ещё было способно чувствовать счастье и любовь.       Жители королевства обожали ее, а королева Эддара лелеяла ее неистовой, покровительственной любовью. Она помнила слова мстительной колдуньи о том, что чем больше дочь будет колдовать, тем быстрее лед охватит её сердце, и запретила той пользоваться своей магией.       — Ты не должна колдовать, Ильса, иначе быть беде! — говорила она, и девочка со слезами на глазах пообещала, что не будет.       Но по мере того, как принцесса росла, её магия становилась всё сильнее и все неподвластнее. Когда она шла по траве, зелень леденела на глазах, а от прикосновений рук всё вокруг замерзало.       — Ты не должна колдовать, Ильса, иначе быть беде! — гневно повторяла королева и повелела дочери день и ночь носить перчатки из прочной кожи, которая не пропускала её магию.       Но, несмотря на всё это, тьма проклятия неумолимо сгущалась над Ильсой. Кожа на ощупь становилась холоднее и холоднее, а вся одежда покрывалась на ней инеем. С каждым годом силы росли, и вместе с ними росла и холодность её сердца.       Вначале это было едва заметно: Ильса становилась чуть более отстранённой, её смех звучал реже. Но постепенно холод заползал глубже, и вскоре её радость стала редкостью. Живой огонек в глазах потускнел. Когда-то теплый и ласковый ребенок стал отстраненным, а ее прикосновения обжигающе холодными. Королева Эддара в отчаянии наблюдала, как ее дочь замкнулась в себе, а проклятие неумолимо давало о себе знать.       Ильса уже не могла радоваться весенним цветам или смеяться вместе с друзьями. Её взгляд становился всё более холодным, а слова — резкими и беспощадными.       — Ты не должна колдовать, Ильса, иначе быть беде! — в отчаянии повторяла королева, и дочь, увидев боль матери, ощутила теплое чувство, которое уже начала забывать.       — Мама, я знаю, что ты стараешься помочь мне, но боюсь, что моё сердце уже почти замерзло и навсегда останется таким.       Королева Эддара, услышав эти слова, заплакала. Она обняла Ильсу и, несмотря на ледяной холод, исходящий от дочери, не отпускала её долгое время.       Вскоре, сраженная горем и отчаянием, королева захворала и умерла.       Наступило время, когда вся земля вокруг дворца была покрыта сверкающим льдом, и ветры зимы, казалось, пели песнь королевству, готовому встретить свою новую правительницу. В этот день Ильса, ставшая к своему совершеннолетию воплощением завораживающей красоты и ледяной отстраненности, должна была взойти на трон. Её сердце, уже практически полностью оледеневшее, всё ещё сохраняло малую толику человечности, оставшуюся от заботы и любви её матери, королевы Эддары.       Все королевство готово было отпраздновать восхождение новой королевы.       Великолепный тронный зал, расположенный в сердце замка, был украшен созданными Ильсой ледяными скульптурами и кристаллами, переливающимися в свете многочисленных факелов и люстр. Она трудилась днями и ночами, создавая удивительные фигуры изо льда: величественные львы, грациозные лебеди и изящные узоры, украшавшие стены и колонны.       В назначенный час Ильса в великолепных одеждах была торжественно сопровождена к трону. Её белоснежные волосы спадали волнами на плечи, а глаза, как два замёрзших озера, отражали холодное великолепие зала. Гости, собравшиеся со всех концов королевства, смотрели на неё с трепетом и благоговением, хотя в их сердцах жила тревога из-за ледяного взгляда принцессы.       Когда Ильса встала перед троном, зал наполнился тишиной. Верховный жрец поднял руки и начал произносить слова благословения, которые должны были закрепить её права на трон и даровать ей силу правления. Однако, в самый важный момент, когда корона, некогда принадлежавшая её матери, была почти возложена ей на голову, раздался громкий треск, и двери тронного зала распахнулись.       В тронный зал вошла колдунья Марджери, чтобы насладиться плодами своих злодеяний. Её глаза горели злобой и тьмой, а из-за её появления холод стал ещё более пронизывающим. В зале повисло тяжёлое молчание, все взгляды устремились на неё.       — Взгляните на свою Королеву! — насмешливо произнесла Марджери, и её голос сочился ядом. — Её сердце – лишь кусок острого льда. Она не принесет вам ничего, кроме боли и страданий. А знаешь ли ты, Ильса, почему твоя душа так холодна?       Ильса смотрела на колдунью с ледяным безразличием, но в её взгляде можно было уловить отблеск любопытства.       — Из-за твоего проклятия, которое лишило меня всего. Но оно же дало мне эту магию.       С этими словами она сняла перчатки с рук, и тут же вокруг них завораживающе заискрился в вихре снег.       — Ты получила силу, но потеряла своё сердце, — насмешливо ответила колдунья, нисколько не впечатленная её способностями. — И совсем скоро ты не сможешь наслаждаться даже чудесами своего дара.       Ильса почувствовала, как изнутри поднимается волна гнева, а воздух вокруг неё становился все холоднее.       — Ты прокляла меня, и теперь вернулась насладиться моими страданиями?       — Твои страдания – лишь малая часть того, что я испытала, потеряв дочь. А пустота и холод в твоей душе – лишь отражение моего пустого и холодного существования после. …Но твоя матушка, покойное Её Величество, умоляла сжалиться над тобой, и я обещала, что у тебя будет способ преодолеть проклятие.       Ильса жадно подалась вперед. Матушка никогда не говорила ничего об этом.       — Скажи мне, что это за способ! — властным нетерпеливым тоном приказала она.       Марджери лишь усмехнулась, наслаждаясь моментом осуществления мести.       — Твоё сердце может растопить только дева с чистым сердцем, какое было у моей милой дочери, которую ты искренне полюбишь. Но как ты можешь любить, если твое сердце – лишь кусок льда, а в душе пустота?       Слова колдуньи ударили Ильсу, как ледяной клинок. Она поняла, что та лишь жестоко насмехалась над ней, и ей не дано снять проклятие.       — Наслаждайся холодом, Снежная Королева, — расхохоталась над собственной шуткой колдунья, — ты обречена чувствовать его вечно!       С этими словами она вновь исчезла, оставив после себя зловеще затихающий в зале злобный смех.       Ильса стояла в центре зала, чувствуя, как ярость и отчаяние переполняют её. Она не могла больше сдерживать свою силу. С криком, полным боли и ненависти, она подняла руки и выпустила мощный поток ледяной магии.       Волна холода ударила во все стороны, выбив окна в зале, и разнеслась по всему королевству. В тот же миг всё вокруг начало замерзать, покрываясь слоем снега и инея. Леса и поля, реки и озёра — всё превратилось в ледяное царство. Не все сумели спастись от лютого холода, что сковал в одно мгновение страну.       Но тех пор королевство погрузилось в вечную зиму, а сердце Ильсы окончательно заледенело. Жестокость колдуньи и магия проклятия сделали своё дело. Отныне страной правила Снежная Королева, чья душа больше не знала ни радости, ни любви. И никто не знал, сможет ли когда-нибудь её сердце снова почувствовать тепло.