7. Утопия (Варг)

      Межмирье пусто, в нём нет ветра или какой-либо температуры. Но почему-то по спине струится противная холодная змейка, покалывает ледяные ладони.       Одиночество ещё никогда не казалось таким страшным и болезненным.       Один в этом темном пространстве, бесконечно огромном. Свое дыхание звучит отовсюду, пугает громкостью. Как будто кто-то хрипит за спиной, беззвучно пытается шептать что-то на ухо.       Под подошвой разжигаются звезды, сияют миры над головой, расцветает белый туман между пальцев.       Всё иллюзия, мягкое видение, упрощение, доступное человеку.       Времени нет. Часы тянутся как мгновения, а секунды летят подобно векам. Начнёшь считать про себя, монотонно отбивая минутную стрелку, сводя ритмом остатки своего сознания с ума, и окончательно потеряешься в пустоте.       Нет дороги, нет пути. Нет желания странствовать.       Цель потерялась среди чёрных нитей, прошивших мироздание насквозь, спряталась между грубых стежков. Они бросаются в глаза, раздражают своей неаккуратностью.       Кто-то сделал их искусственно?       Спустя целую вечность раздается голос. Нет, не голос, межмирье по-прежнему безжизненно и молчаливо. Чужая мысль звучит в голове тёплым переливом.       — Подобный тебе уже встречался с реальностью.       Пустота хранит в себе много секретов. Рано или поздно сюрпризы входят в привычку, перестают удивлять. Становятся данностью.       — Странник без цели, потерявший свой щит, с глазами цвета вселенной. Такой же забывший о предназначении своей природы, потерявший умение видеть и слышать.       Возможно наконец-то пришло безумие. Разум обратился к подсознанию, зашептал в предсмертной агонии, попытавшись разбавить тишину и создать собеседника. Друга без голоса и образа, но с твёрдой идеей.       — Тень прежнего Нуктуриаса, не достойный знания.       У идеи нет языка и интонации, нет тембра или пола. Есть только чёткий посыл, непонятный самому рассудку.       — Нуктуриас? — свой голос ударяет по ушам, обжигает связки после вечного молчания, навсегда уничтожает их, — что это значит?       Незнакомое, но такое близкое слово рождает образы. Тёплый девчачий смех и сияние аметистов во тьме, дальние звезды и что-то знакомое, но забытое.       Забытое имя вертится на губах, но ускользает в лабиринтах памяти.       Имя...       Не получается вспомнить или поймать, не получается прошептать по привычке.       Теперь это чужое имя.       Ненужное.       — Ничего. Названия — звуки, придуманные кем-то, наделённые смыслом, но смысла не имеющие. Песчинки в пустоте, как и нынешние странники.       Миры мерцают, выбиваются из черноты. Манят и пугают. Едва освещают древние руины и развалины уничтоженных построек, когда-то привлекавшие внимание.       — В чем суть твоего путешествия?       Мысль смеётся над своими же пустыми и глупыми вопросами без конкретики, сама же отвечает.       — Бесцельно блуждать во мраке и не замечать плач мироздания.       Идея крутится в висках, простреливает болью затылок.       — Вам нельзя доверить реальность. Ткань мироздания рвётся. Действительность погибает.       Воспоминание печёт нестерпимо, загорается маленьким огоньком в пустоте. Протягивает ниточку к разуму — тоненький трос надежды.       — Действительность не может погибнуть. Это не имеет смысла.       — Ничто не имеет смысла. Законы измерений, рамки межмирья, границы реальности — всё пустой звук. Когда-то вы понимали эту концепцию лучше, чем самих себя.       Шёпот в мыслях оттаивает и обретает полутона, наливается жизнью.       Напоминает о ней.       О личности.       Свой голос, окрепший, раздается вновь.       — Мироздание слишком сложно для живых и далеко для мёртвых. Никто не может ему навредить.       — Никто. Его нельзя повредить, нельзя уничтожить или порезать, но оно умирает. В реальности нет жизни, как нет и смерти, она пуста для тех, кто не способен видеть ткань.       — То есть для тех, кто живёт?       — Живёт, умирает, существует или потерялся в пространстве — разницы нет. Ведь нет смысла быть. Ничто не может видеть ткань.       — Но я её вижу.       Слова лишены смысла, но пустые буквы и звучания напоминают о себе.       Он есть и он существует.       Он жил когда-то. До того, как попал в пустоту.       Личность вспоминает себя, заставляет по привычке вдыхать отсутствие воздуха и слышать полную тишину.       — Ты видишь ткань?       Мысль не удивляется, но в ней появляется что-то иное.       — Я вижу нити в черноте вокруг себя. Они будто держат лоскутки материи. Держат границы.       Идея замолкает и выскользает из сознания, а перед глазами разливается бесцветное свечение.       — Нуктуриасы больше не видят и не слышат. Реальности придётся отойти от заданных правил.       В Межмирье появляются люди без лиц и тел. Пустые подделки лишь напоминающие настоящего человека, но обладающие своими образами и придуманными личностями.       Фальшивки, без которых его рассудок их не поймёт.       — Вы стали людьми. И говорить можете только с людьми       Юнец в серебряных мехах и золотых нитях улыбается не по-настоящему. Несуществующий ветер шевелит пряди тёмных волос и перья, покачивает драгоценные подвески.       — Но вы заинтересовали реальность. Ты...       Прямое обращение болезненно отзывается обоим — слишком неправильно, бессмысленно. Но без него им друг друга не понять.       — Ты правда можешь понять одну из концепций? Что ты видишь?       Вокруг только ... Ничего. И в этом ничего имеются стенки, наспех кем-то сшитые чёрными нитями, сияют далёкие точки и светятся сферы измерений.       — Я вижу миры и границы Межмирья.       Мальчик — оболочка, призрак, силуэт — молчит. Рисует эмоции на своём лице.       — Ты осознаешь реальность. Шагающий в пустоте, потерявшийся в пустоте, познавший пустоту. Ты правда Нуктуриас. Даже если не можешь слышать и видеть, реальность тебя принимает. Реальность будет с тобой говорить так, чтобы ты понял.       Юнец берёт его за руку — ладонь не ощущает касания — и над головой смыкается вода.       Он всё больше ощущает свою человечность и начинает видеть её в чужом образе.       — Что есть реальность?       — Всё, что есть, и то, чего нет. То, что когда-то было и то, чего никогда не будет.       — Ты и есть реальность?       Мальчик улыбается. Его серьги звенят.       — Теперь реальность понимает, почему вы так цепляетесь за личность. Я — часть реальности. Я есть Время.       — Почему Время обратилось маленьким мальчиком?       Юнец хохочет. Перья и меха сияют.       — Чтобы ты, маленький потерявшийся человек, меня понял. Я люблю детей. Они лучше всего понимают Время и так далеки от моей сути.       Слова застревают в горле, медленно рассудок покидает понимание. Капля за каплей, как крупицы в песочных часах. Ускользают мысли.       — У тебя есть вопросы, Шагающий в пустоте.       Малец хмурит густые брови. Понимает, что скоро всё закончится.       — Куда мы идём?       — А разве мы идём?       Вокруг ничего не меняются, не исчезают руины, не удаляются звезды.       — Взгляни же, познавший вечность: время скоротечно и не постоянно. Скоро у тебя не останется мгновений, так посмотри взглядом вселенной. Как Нуктуриас.       Вместо лоскутов чёрной ткани разгораются образы. Расплываются фиолетовые пятна и новые нити, ослепительной вспышкой проносятся лица и письмена. Воспоминания... Его воспоминания смешиваются с новыми образами, обретают объём и форму.       Больно, но незабываемо       — Это не Время. Не только Время...       — Если упрощать всё до вашего понимания, то реальность — Пространство и Время. Четыре координатных прямых, четыре основных столпа. Я есть Время, но я не Пространство. Пространство не хочет говорить как человек.       Всё зримое окутывает свечение. Куда ни повернешься — везде белая стерильность. И куски множества жизней.       В одной из самых близких иллюзий покачивается лаванда с аметистовым оттенком. Исчезает, растворяется с белизной, оставляет давящее чувство.       Что-то важное, нужно что-то вспомнить, что-то...       — Ты познал реальность, Шагающий в пустоте. Ты сможешь помочь мирозданию.       Юнец растворяется в свету, улыбается в последний раз. Сверкает золото его глаз.       — Как я смогу помочь?       Он кричит. Срывает голос, пытается достучаться до Времени. Нет, до Реальности.       — Ты поймёшь, когда придёт Время. Я не оставляю тебя одного.       Под ногами расцветают голубые бутоны, покачиваются под каплями дождя. Вместе с листьями на земле гуляют вороньи перья.       Снова раздаётся девчачий смех.       — Ты познал реальность как Нуктуриас, но увидел её как человек. Не забудь свою цель.       Пропадают картины.       Белый свет становится болезненно ярким.       — Не забудь себя, Шагающий в пустоте.       Смолкает голос.       По краю блекнущего сознания в последний раз проходится лаванда.       Нет, не лаванда.       Другой цветок, с более острым запахом, с более крупными бутонами.       Марган       И он вспоминает имя.       — Калле.       Варг шепчет его перед тем, как окунуться в привычную темноту. И наконец-то вспомнить и себя.