Часть 2

      Поклонившись главе фракции, Ровер и Скар покинули конференц-зал. К тому времени коридор уже был пуст, только один рядовой солдат прошёл мимо с большой ракетницей на плече. Ровер проводил его взглядом, вопросительно вскинув бровь, — насколько он помнил, в здании штаба все обязаны были сдавать оружие ещё на входе. Парень, как только неизвестный скрылся за ближайшим поворотом, переключил своё внимание на идущего рядом Скара — тот шёл слишком близко к нему при том, что они негласно соблюдали рабочий этикет в стенах главного штаба, привычно сцепив руки за спиной, только вот его глаза всё ещё выражали странную задумчивость. Таким его Ровер видел очень редко, да и то — стоило только заметить нахмуренные брови и чуть сжатые губы на его лице, как мужчина сразу нацеплял раздражающую ухмылку и говорил что-нибудь абсурдное, вроде: «Неужто овечка решила следить за своим пастухом?» Сейчас же Скар не смотрел в ответ, направляясь к лифту и сходу нажимая на кнопку вызова.              — Думаешь о завтрашнем дне? — спросил Ровер, как только они начали спускаться на первый уровень, мужчина ответил несколько долгих секунд спустя тихим, отрешённым голосом, чуть вскидывая голову и смотря куда-то в верхний угол кабины лифта:              — Да.              Беззвучно хмыкнув, Ровер заговорил снова:              — Должно быть это волнительно, когда идея, за которой шёл много лет, вот-вот воплотится в жизнь?              — В какой-то степени. — Прозвучало в ответ, после чего Скар слегка наклонил голову в сторону Ровера, скосив на него взгляд. — Мне больше интересно, почему ты так спокоен? Куда делись былые сомнения? Когда ты стоял около конференц-зала, тебя явно что-то тревожило.              Ровер мгновенно изменился в лице, вспоминая слова друга, пальцы сами собой сжались в кулаки; мужчина вскинул брови в немом вопросе.              — Вэй доложил мне о ситуации на линии фронта.              — И?              — От жителей деревни и солдат магистрата осталось только кровавое месиво.              — Мне казалось, что ты уже привык к этому, — выдохнул Скар, смотря на дверь ничего не выражающим взглядом. — Не вижу смысла переживать из-за них — те, кто не могут постоять за себя не больше, чем куча мусора, напрасно сжигающая кислород.              — Когда-то ты тоже был таким, — мягко сказал Ровер, интуитивно найдя пальцами крепко сжатую кисть в чёрно-красной перчатке. Было видно, как тот хотел уйти от прикосновения, но в последний момент передумал, шумно выдыхая. — Судьба дала тебе шанс выжить и стать сильнее, может, тем людям он тоже был нужен?              — Только прошу, — Скар закатил глаза, — не начинай снова читать нотации.              — И не собираюсь, — он фыркнул, — я знаю, что доказывать тебе что-либо бесполезно, если ты уже сделал собственные выводы. Просто не хочу, чтобы ты опять дошёл до крайности.              — Какой, например? — в голосе мужчины появились нотки игривого любопытства, а взгляд снова загорелся нарастающим желанием; он высвободился из хватки Ровера и приобнял его за талию, притягивая к себе и проходясь обтянутой тканью перчатки пальцами по косым мышцам пресса.              Рука Скара опустилась ниже, очерчивая контуры ширинки, вынуждая Ровера шумно выдохнуть носом, он прикусил губу, чувствуя, как к члену стремительно хлынула кровь, и, повернувшись в сторону мужчины, уткнулся лицом в изгиб шеи.              — Ты всюду сеешь хаос, — голос Ровера звучал приглушённо, то и дело прерываемый едва слышными вздохами, грозящими в любую секунду стать полноценными тихими стонами, — оставляешь за собой горы трупов простых солдат, которые всего лишь выполняли свою работу. Да даже то, как ты сбежал из тюрьмы, — Скар самодовольно усмехнулся, вспоминая этот эпизод своей обширной биографии, ладонь пришла в движение, то лёгкими прикосновениями скользя по ткани обтягивающих чёрных брюк, то сжимая основание члена, — нам пришлось несколько недель восстанавливать сгоревший дотла тюремный блок, а после…              — Вы тогда ещё легко отделались, — Скар поднял глаза на экран, где стремительно менялись номера уровней — им осталось подняться совсем недолго, губы мгновенно скривились от недовольства, за секунду до открытия дверей он нехотя отпустил Ровера и сделал два шага в сторону, привычно складывая руки за спину.              Ровер встрепенулся, услышав оповещение лифта, и быстро поправил чуть съехавшую с плеча куртку, благо, что возбуждение было не так сильно заметно.              — Если бы ты изначально не проник в библиотеку для очередной проповеди, то драки можно было и вовсе избежать, — сказал парень, закатив глаза.              — Но тогда у нас бы не было второго свидания, — протянул Скар с довольной ухмылкой и прищуренным взглядом. Он первый вышел из кабины, бросая через плечо. — Вернусь через пару часов, надеюсь, что это время ты проведёшь с пользой.              Он дважды двинул бровями. Дважды…              Не удержавшись, Ровер со вздохом накрыл лицо ладонью. Идиот.              

***

                    С ухода Скара прошло несколько часов, половину из которых парень потратил на завершение нескольких мелких миссий и на посещение лаборатории. Его всё ещё гложило то странное чувство — он был слишком вовлечён в процесс, он слишком сильно чувствовал себя на своём месте, даже зная, что совесть обязывала найти другой способ достижения цели. Именно поэтому часто пропадал в стенах технического и научного отделов, ведя с сотрудниками беседы о методе слияния генов человека и монстра, всё больше укрепляясь во мнении, что ужасы идеологии Фракцидуса сильно преувеличены — по крайней мере, со времени его вступления в организацию шансы на успех увеличились с тридцати до семидесяти пяти процентов. Это уже можно было считать хорошим знаком.              Ещё полчаса провёл под душем, проклиная Скара и его специфичные прощальные фразочки, от которых он едва способен сохранить обычно невозмутимое выражение лица.              А сейчас, спустя ещё час, Ровер проводил сам с собой сеанс психоанализа, задумчиво смотря в окно апартаментов Скара, в которых он поселился практически сразу после вступления в ряды Фракцидуса по настоянию мужчины.              И всё же Скара не было слишком долго — тот не любил надолго растягивать свои рабочие планы, предпочитая быстро и, главное, эффектно доводить всё до абсурда и каким-то магическим образом приходить к результату, на который рассчитывали члены совета фракции.              Слишком долго даже для тщательной разведки будущего поля б…              Двери апартаментов внезапно открылись, из коридора стали доноситься первые звуки шагов, что с каждым разом становились всё громче, отражаясь лёгким эхом в напряжённой тишине. Скар медленно приближался к Роверу со спины, он слышал его размеренное дыхание, почувствовал струю горячего воздуха, что по касательной прошлась кончику уха, и наконец приятную тяжесть, когда мужчина устало опустил подбородок ему на плечо. Он обхватил руками талию Ровера, забираясь ладонями под футболку.              — Как прошла подготовка? — парень положил свои руки поверх его, не сводя глаз с абстрактной точки за окном.              Скар вздохнул:              — Скучно. — Мужчина чуть наклонил голову и провёл носом по уголку челюсти, зарылся в короткие пряди волос за ухом, щекоча кожу шеи на каждом вздохе.              — А если серьёзно?              — Ах, Ровер, неужели тебе нужны все эти подробности? — Скар потянул Ровера за руку в сторону спальни, по пути расстёгивая множественные крепления плаща и костюма.              — Ты был слишком задумчивым после собрания, — парень не отводил взгляд от его лица, пытаясь прочитать малейшие изменения в мимике, но, кроме общей усталости и странной прикрытой нерешительности, не смог уловить ничего необычного. Только вот нерешительность ему уж точно была не свойственна.              Ровер нахмурился, сжимая в руках ворот футболки в то время, как Скар поставил правое колено на постель и с привычной ухмылкой протянул ему руку в приглашающем жесте. Видя, что Ровер замер, практически поглощая его взглядом из-под ресниц, мужчина склонил голову в сторону:              — Что конкретно ты хочешь услышать? — спросил он, со вздохом садясь на кровати и подпирая ранее вытянутой рукой щёку.              — Ты уверен, что всё просчитал? Точно?..              Последние лучи солнца осветили комнату яркой тёплой вспышкой, оранжевые блики заиграли в волосах обоих, а после за несколько мгновений погрузили спальню в полумрак. Они так и не изменили своих поз, смотря друг на друга испытывающим взглядом.              — Конечно, — брови Скара чуть приподнялись, — а есть поводы для сомнений?              Ровер дёрнулся, чтобы что-то сказать, но в последний момент передумал, заливаясь краской и отводя взгляд в сторону. Мужчина всё ещё смотрел на него с вопросом, едва сдерживаясь, чтобы не усмехнуться. Чувствуя, как неловкость начала давить в области грудной клетки, он, подумав и рвано постучав пальцами по своему бедру, встряхнул головой и резко повернулся в сторону Скара:              — Я беспокоюсь за тебя, придурок! Доволен?!              Он широко распахнул гетерохромные глаза, рот приоткрылся сам собой, от прежней усмешки не осталось ни следа. Все слова внезапно исчезли из головы, растворившись в ледяном вакууме. Ему только и оставалось, что сидеть и прожигать Ровера не моргающим взглядом. Спустя несколько десятков невыносимо долгих секунд, когда парень, пожалев о своих словах, стоял перед ним с опущенными плечами и ерошил рукой короткие чёрные волосы, его собственные плечи затряслись. Скар опустил голову, заходясь тихим хохотом, что постепенно становился всё громче и окончательно перешёл в открытый смех. Он откинулся назад, содрогаясь всем телом и прикрывая ладонью лицо; его смех звучал всё более рвано и порывисто, увеличиваясь в амплитуде, в то время, как щёки Ровера приобрели ярко-красный оттенок, уголки губ дёргались в нервной усмешке, парень всем своим естеством желал исчезнуть, сбежать из апартаментов как можно дальше, лишь бы избежать дальнейшей реакции партнёра, которая и так уже вышла за рамки всего того, что он ожидал.              Скар смеялся непозволительно долго, повалился спиной на кровать и перевернулся на бок, пытаясь остановиться, но, как внезапно всё началось, столь же быстро и закончилось: мужчина резко замолчал, глубоко дыша, а после вновь сел на постели и, потянувшись, схватил Ровера за руку и с силой дёрнул на себя. Парень упал ему на грудь, в последний момент успев выставить ладони вперёд по обе стороны от чужой головы. Их взгляды снова пересеклись: красно-серые глаза с прищуром уставились широко раскрытые янтарные, в них можно было легко прочитать привычное желание, но где-то глубже в них всё ещё отражался вопрос.              — О чём ты думаешь? — спросил Ровер, не выдержав неловкой паузы.              — О том, как хорошо мы проведём сегодняшний вечер, — ответил Скар, приторно растягивая гласные.              Парень хмыкнул, на секунду закатив глаза:              — Ты никогда не меняешься.              Ладони мужчины легли на обтянутые шортами бёдра.              — А разве это плохо?              

***

                    Стоя в самом центре хаоса, Ровер нервно кусал губы, он оглядывался по сторонам, видя, как всюду мигали вспышки энергии и разносились звуки ожесточённой битвы, где воины Цзиньчжоу остервенело пробивались через толпы монстров. Солнце неумолимо клонилось к горизонту, воздух сдавливал тошнотворный запах крови и разложения, все звуки мира обострились, впиваясь острыми иглами в пульсирующие виски. Сосредоточиться на противника было практически нереально. Единственное, в чём Ровер полностью отдавал себе отчёт, — это сила замаха, с которой он бил по неопасным для жизни местам, когда сталкивался с кем-то в схватке. Ровер не был солдатом, убивать всех тех, кто хотел защитить свой дом, не было его целью. Он старался оставаться на отданной им позиции, силясь сдержать линию обороны для того, чтобы Скар вместе с другими активировали устройство в выкрученными на максимум частотами Тасета.              Отбиваясь от атак, Ровер всё ещё самозабвенно рыскал взглядом в разношёрстной толпе бело-красные волосы. В один из таких моментов он не глядя рассёк воздух лезвием меча, чувствуя, как оно, соприкоснувшись с чем-то, замедлило скорость. Повернув голову в сторону, Ровер с ужасом отскочил назад. Перед ним, падая на колени, стоял молодой парень, на вид младшего его самого на несколько лет, ещё подросток, его руки, выронив лёгкий клинок, потянулись вверх, пальцы с силой сжали горло, из которого обильным потоком хлыстала кровь. Осознание произошедшего доходило до него слишком долго. Замерев на месте, он ощутил, как тяжёлый ком подступил к гландам, не давая вдохнуть, колени задрожали, руки зашлись сильным тремором. Видя, как юный воин прожигает его взглядом, полным мольбы о помощи, Ровер рванул к нему, накрывая его шею ладонью. Тёплые струи потекли по пальцам, окрасили запястья в красный и пропитали насквозь ткань рукава. Он безмолвно умолял парня потерпеть, держаться, пока другая рука, пытаясь превозмочь сильную дрожь, потянулась за маленькой аптечкой, которую всегда носил с собой ещё с первых дней своего пребывания в новом неизведанном мире, но так и не смог раскрыть её. Глаза защипало, когда парень перед ним издал последний булькающий звук и упал в лужу собственной крови.              В этот момент он, завидев движение справа, едва успел отбить атаку уже успевшем затупиться мечом в нескольких десятках сантиметров от своего лица. Лязг стали резанул по ушам, вынудив Ровера невольно зажмуриться на долю секунды. Снова открыв слезящиеся глаза, в поле зрения появился яркий бирюзовый свет. Длинное тело дракона извивалось в воздухе, летя хаотичной спиралью в его сторону.              — Г-господин Джиян?!              — Здравствуй, Ровер.