Breaking Deth

      — Привет, утырки.       — Как жизнь, фанаты? Надеюсь, у вас всё хреново, но не ссыте — дальше будет только отборный полнейший мрачняк, — довольно заявил Мёрдерфейс, настраивая камеру и направляя её на Нэйтана, — потому что Дэтклок едет на свой первый в жизни фестиваль. Так-то!       — Правда, мы просирает все наши деньги на бухло... — заикнулся Сквизгаар, но его тут же прервал Пиклз:       — Да, мы решили хорошенько обмыть это дело. Выступаем на разогреве у каких-то важных шишек, блин. Но если всё пройдёт гладко, лейбл отвесит нам нехилых таких деньжат, — пояснил ударник.       — Поэтому... Поэтому Чарльз сказал, что до фестиваля мы будем добираться своим ходом. Никакого самолёта или хотя бы тур-автобуса с пьяными фанатками, — удручённо вздохнул Эксплоужен, — мы взяли в аренду автодом у какого-то чудилы-мексиканца из трейлерного парка за свои деньги. Мёрдерфейс, засними рум-тур для наших утырков.       Камера затряслась, и на экране отобразилось небольшое помещение. Фургон был обставлен скудно: маленький раскладной диван, две койки, лишь одна из которых была двухместной, заляпанная плита и рукомойник. Завершал композицию крошечный столик, напротив которого уже успел расположиться Токи.       — Dritt. Воняет, как в ебучий свинарник,— недовольно проворчал он, — если бы вы, придурки, не просрать весь деньга, мы бы уже лететь в комфортном самолёте! А вы даже не поделиться со мной выпивка!       — Мордашку попроще сделай, Токи. Не дорос ещё. — Кадр приблизился, показывая обиженную физиономию Вортуза во всей красе. — Ха, погоди, ты реально начал отращивать усы, чтоб выглядеть старше?       — Я сделает вид, что не слышать тебя.       — Бля, Токи прав. — Пиклз зашёл внутрь и тут же поморщился. — Пахнет, будто тут мет варили. А потом убили кого-то.       — Откуда ты...       — Мёрдерфейс, у меня было тяжёлое детство!       — Ладно, успокойся. А кто будет вести это корыто?       — Я не знает, — пожал плечами Токи, — у меня нет прав. У Сквизгаара тоже. Пикл обычно всё время пьяный...       — Ну уж нет! — перебил его басист, — я этой хреновиной управлять не собираюсь. Пусть Нэйтан ведёт, он же хочет быть главным. И пусть не выпендривается.                               ***       — Мы в дороге уже три дня... Блин. Как же хочется бухать. — Пиклз потёр виски и уставился в объектив. Всё то же тесное помещение автодома, всё тот же запах, который, к счастью, нельзя было передать на записи. — Кто-то из этих дебилов спёр мою заначку с водкой. Я даже догадываюсь, кто именно. — Он взял камеру и тихо подошёл к развалившемуся на двухспальной кровати Вортузу. — Спит как убитый, ни стыда не совести. Эх... — ударник вздохнул с горечью, — покажу, что ли, какая у нас тут обстановка. Я сплю во-от на этом диване, потому что, блин, единственный на него помещаюсь. — Пиклз показал диван, который находился в разложенном состоянии. — Ну или когда Нэйтан ведёт, занимаю его койку, а на диван кладём Мёрдерфейса. В остальное время этот придурок спит на матрасе на полу. А эти педики патлатые, — камера снова сфокусировалась на дрыхнущем Токи, — заняли единственное нормальное место и спят вместе. Только, блин, срутся постоянно.       Пиклз огляделся и почесал затылок:       — Нэйтан с ребятами вышли поссать на заправку, кстати. Возвращаются, походу. Чёрт, надо вырубать запись. До встречи на фестивале, утырки.