II. Неловкость.

      Рабочий день подходил к концу. За окном детского сада клёны приобрели багровые и золотые оттенки, небо заволокло серыми тучами, воздух охладел и появились лужи на асфальтах. Сегодня Келус с детворой много гуляли и собирали различные природные объекты для будущих гербариев, которые в будущем будут показываться как выставка для гостей. И почему-то именно сегодня было очень много родителей, которые опоздали забрать своих малышей, поэтому пришлось развлекать их веселой игрой на внимательность «угадай, на что я смотрю».       — Мишка на полке!       — Нет.       — Э-э… цветочный горшок?       — Тоже мимо.       Дети надулись, ибо уже достаточно времени пытаются понять, что же такого загадал их воспитатель. Перешептываясь между собой ака «мозговой штурм», Байлу вдруг взглянула из-под чёлки на Келуса, когда тот смотрел на их детские рисунки, размещенные на магнитной доске. Её рисунок, с зелёным папа-драконом и маленьким фиолетовым (позже дорисованный), был в верхнем правом углу, куда взгляд красивых золотых глаз молодого человека явно был устремлён с задумчивым выражением.       Понаблюдав ещё несколько секунд, она подняла свою ладошку для привлечения внимания.       — Это… мой рисунок?       Дети с удивленными лицами уставились сначала на неё, а потом перевели непонимающие глаза на воспитателя, смотревшего на Байлу с читаемым «не может быть».       — И это… — преподнес немного интриги, пощупав подбородок с толикой раздумий. — … правильный ответ! Умничка, Байлу.       Радостный смех разнесся по всей общей комнате, а малышку зажали в объятья добрые девочки. Спустя еще несколько раундов и вскоре прибыли оставшиеся родители, но мистера Дань всё еще не было. Келус уже начал немного беспокоиться, ибо этот молодой мужчина либо предупреждал об опоздании, либо отправлял других доверенных лиц для сопровождения его дочери. Сама же Байлу хоть и расспрашивала об папе пару раз, но всё же нашла себе занятие в разглядывании книги о растениях. Не устроила истерику, не заплакала, не попросила дозвониться, даже попытки сбежать домой не было. Просто отвлеклась на что-то другое, раз детишек нет рядом, а только воспитатель и несколько сотрудников.       Если так призадуматься, то с момента перевода сюда, Байлу стала несколько веселее и бодрее, чем в самом начале. Да, иногда она делала какие-то действия, имитируя взрослого человека, но в остальном была всё так же сдержанна и внимательна к окружающим. Будто ничего не хочет упустить из виду и всегда первая приходит на помощь. Келусу такая черта характера и импонировала, и немного напрягала. Повзрослеть так рано… это очень тяжело.       — О, вы всё еще тут? — из грустных размышлений его вывела появившаяся в дверном проеме воспитательница Сушан из комнаты напротив. Она учится на преподавателя физической культуры для младших и средних классов и иногда подрабатывает здесь для получения опыта работы с детьми. — Уже поздновато, мы же скоро закроемся!       — Мы ждём папу малышки Байлу, он задерживается.       — Так сегодня же пятница, Келус, — усмехается Сушан, подойдя к девочке и поглаживая её по голове. — Офисные люди доделывают важные задачи сегодня допоздна, если их еще не пригласил на попойку самый главный.       — И откуда у тебя такая уверенность…       — Поверь, я знаю, о чём говорю. Так что вам не следует тут надолго задерживаться.       — И что ты предлагаешь?

***

      — … а Вам точно можно вот так брать чужих детей из садика, Лус-сенсей? — из чистой любознательности спрашивает Байлу, идя под ручку с ним между жилыми домами в сторону метро. — Папа ругаться не будет?       — Господин Дань не отвечает на звонки и мне ничего не остаётся, кроме как отвести тебя к себе. А когда он станет доступен, то сможет забрать тебя уже вечерком.       И хотя слова Байлу заставили сердечко трепетать от неприятной тревожности за его действия, но Келус старается держаться уверенным взрослым, у которого «всё под контролем». Благо, на подобную авантюру у него есть расписка от старшей воспитательницы Наташи, что жизнь и здоровье Байлу в ответственных руках, так что в теории какие-то законы он не нарушает. Просто общаться с мелкими вне рабочей среды очень непривычно и более ответственно, нежели в стенах детского сада.       Толпы людей под вечер увеличиваются уже ближе к шести часам и Келусу пришлось взять девочку на руки, чтобы та не потерялась. Уже подходя к метро на светофоре, наблюдающая за машинами Байлу внезапно вскрикнула в сторону одной из стоящей по правой, ближе к ним, полосе.       — Лус-сенсей, стойте! Там дядя Юань!       Обернувшись, Келус и впрямь замечает за рулём уже знакомого мужчину с пышной шевелюрой цвета слоновой кости и рядом сидящую на пассажирском миниатюрную девушку с волосами цвета жвачки. Оба начинают им махать в знак приветствия, а эти двое уставятся на них, как на нечто нестандартное. Цзинь Юань тут же находит рядом с ними местечко для легальной парковки и оба взрослых выходят из машины.       — Дядя Цзинь! Тётя Сюань! — радуется Байлу, выбегая с рук воспитателя и подбегая к уставшим офисным начальникам своих отделов.       — Здравствуй, рыбка наша, — улыбается мужчина, беря на ручки девочку и немного подбрасывая.       — Юань, будь аккуратен, прошу тебя, — беспокойно-устало проговаривает Фу Сюань, кивая девочке и обращая внимание на Келуса. — Добрый вечер, спасибо за работу. Почему вы здесь одни с Байлу?       — «Как всегда, кратко и по делу,» — усмехается про себя Келус, имея возможность встретиться с ней лично несколько раз. — Господин Дань не отвечает на звонки и детский сад уже закрылся. У меня есть расписка на этот внезапный случай от начальства и сейчас мы с Байлу идём ко мне домой.       — А почему сразу не к ней домой?       — Сюань, дорогая, спокойнее, — чуть парирует деловой стиль общения вне рабочего времени, — Система их жилого комплекса не знает Келуса в лицо и вряд ли Дань Хен давал данные на то, что ему можно проходить на их территорию как гость, — буднично объясняет Цзинь Юань, понимающе кивая на начавшуюся нервозность молодого человека.       Девушка протирает глаза, выдыхает и молча соглашается на объяснения. Келус считывает молчаливое извините за дотошность, чуть расслабляясь. Ситуация с самого начала была непривычно странная, будто он лезет куда не надо.       Неловкую паузу прервала Байлу:       — Хочу кушать.       И молчаливая пауза на фоне шумного города сменилась легкой улыбкой у всех троих взрослых. Как только Келус уже хотел было попрощаться и развернуться, неожиданно Фу Сюань преградила ему дорогу взмахом руки.       — Сенсей, почему бы вам с нами не поужинать? — он замирает с недоумением, указывая на себя пальцем. — Да, вы. Дань Хен и так много хлопот вам доставляет, позвольте за него немного вас поблагодарить за помощь с Байлу.

***

      Оказаться в одном месте с офисными начальниками это вполне терпимо. Но оказаться в их общей квартире, наблюдая, как они по семейному пререкаются насчет соуса для ужина, вот это вверх неловкости. Он не знает, куда направить свой взгляд и замечает, как удовлетворенно Байлу смотрит на двух взрослых.       — Они только год встречаются, представляйте? — шепчет, хихикая с удивленной реакции Келуса. — Они знакомы очень давно, но быть вместе решили только сейчас.       — Вот это да… — данная новость не даёт сразу собраться. — Они всегда выглядели так, будто уже давно женаты…       — Папа говорил, что работа была на первом месте. А когда они стали главными, то поняли, что одиноки и решили быть вместе.       Келус задумывается над ее словами. Столько лет строить карьеру, быть лучшими в своих стезях и только сейчас задуматься о личном счастье? Сколько таких историй с одиноким финалом или сломанным стремлением к заработку… не счесть.       Ужин проходит на японский манер, много риса, много закусок и забавных историй из уст Цзинь Юаня, включающие в себя как всегда немного смутить расслабленную Суань и несколько случаев, где Дань Хен показался наивным простофилей. Келус под такую общую идиллию смог немного расслабиться, даже получилось несколько раз удачно пошутить.       Время перевалило за десять вечера. До недосягаемого отца они наконец-то смогли дозвониться, а он всерьёз застрял на встрече с клиентом, где после успешной сделки все почему-то переключились на подаренную выпивку.       — Если бы Байлу не знала нашу машину, она оказалась бы в другом конце города. Ты понимаешь, что чуть не натворил, Дань Хен?       Горе родитель сидел за рулём, выслушивая негодование Фу Сюань на полной громкости. Будто он сам не понимал своего отвратительного положения в этой ситуации.       — Я еду, минут через двадцать буду у вас.       — Заберешь двоих, как миленький.       — Двоих?       — Келус-сенсей был на нашем ужине в качестве извинений за неудобство.       Ему не хватает даже слов на то, как ситуация из отвратительной превратилась в кошмарную.       — И сейчас вместе с Байлу похрапывает на нашем диване.       Дань Хен поджимает губы, сворачивая на повороте. Он со слов дочери знал, что они хорошо ладят, но видимо данная ситуация вышла с довольно неплохой концовкой.       — Ждём тебя.       Дань Хен вздохнул, когда послышался телефонный гудок. Мало того, что чуть дочку не потерял абы где, так еще и воспитателя поставил в неудобное положение. Сегодняшний день преподносит всё больше сюрпризов, от которых голова трещит. Кошмарная пятница.       Как и обещано, он подъезжает вовремя. Его встречает чуть уставший Цзинь Юань, проводя в гостинную для обзора необычной картины: Байлу на коленях своего воспитателя уснули под пледом за просмотром уютного фильма о приключениях. Наличие около-знакомого человека вызывает неловкость, но никак не неприязнь. Скорее даже спокойствие, хотя в ином случае появились бы тысячи вопросов зачем да почему.       — Тебе невероятно повезло с воспитателем, ответственный молодой человек, — комментирует хозяин квартиры, стоя сбоку. — Байлу в нём души не чает, а он и рад ей угодить.       — Да… он хороший работник.       Мужчина вздыхает, понимая, что Дань Хен ничего не понял из сказанных им слов. Этот архивный трудоголик имеет множество связей и невероятный ум для работы, но совершенно лишен навыка заводить дружеские отношения. Он с Фу Сюань — это вся его компания, в которой он может вести себя чуть расслабленно и попросить помощи.       — Дань Хен, я бы тебе посоветовал наладить с ним контакт, — в люб ему говорит, пока девушка аккуратно будит молодого человека. — Тебе не помешает хороший знакомый, который может позаботиться о твоей дочери, пока нас нет рядом.       Он прислушивается, кивает, но ничего не говорит, но всё же наблюдает, как Келус сквозь сон аккуратно отдаёт малышку девушке, чтобы ту не разбудить. Встаёт, разминает затекшие мышцы под футболкой, которые не сразу увидишь под рабочей одеждой и встречается с взглядом с отцом.       Неловкий вечер сделался еще более странным, чем был до этого.

***

      — Благодарю, что помогли уложить Байлу.       — Не стоит.       Келусу от нервозности хочется сквозь землю провалиться. Волнение от тех двоих воркующих женатиков? Нет, вот настоящая неловкость, то самое дно ямы, с которого постучали и не знаешь, как правильно реагировать.       Переговорив с ним в объяснительно-тревожной манере, он было решил, что всё, может отправиться домой восвояси. Но нет! Вежливый господин Дань Хен предложил его подвезти до дома, но сонная девочка никак не хотела его отпускать, грозилась слезами на всю ночь. Пришлось наведаться в гости уже второй раз за сегодня.       И сейчас, после предложенного чая, они сидят на кухне и молчат. Келус нервно поглядывает на часы, боясь опоздать на последние точки транспорта. От Дань Хена не утаивается волнение напротив.       — Я хотел бы извиниться за сегодняшнюю ситуацию, — начинает он, поглаживая кружку. — Этого не должно было произойти.       — Всё хорошо, господин Дань. У всех бывают трудные дни.       Отец чуть насторожился лицом, но выдохнул, расслабив плечи.       — И, я бы хотел уточнить один момент.       — Да?       — Можно звать вас по имени?       Келус чуть не поперхнулся чаем. Подобные обращения для воспитателя и родителя — это немного нарушает устав субординации, но если он сам просит…       — Хорошо, я не против.       — Благодарю, Келус.       Мурашки по коже. Чуть уставший голос этого мужчины напротив, называющий его по имени… идеальное сочетание внешней составляющей, подобно золотому сечению. Даже чай стал немного слаще, хотя сахара там и не было.       — Го… Дань Хен, — собрав себя по кусочкам и преодолев неловкость, он решается спросить напрямую. — Возможно, я лезу не в своё дело, но… Вам нужна помощь?       Взгляд его будто прояснился, так и читалось «откуда знайте»? Келус улыбчиво хмыкает, гордясь своим навыком по чтению людей. Родителям одиночкам в большинстве случаев всегда нужно немного больше внимания, нежели целым семьям. Даже простая поддержка добрым словом дают им силы для того, чтобы расти маленькое дитя.       Дань Хен и без посторонней помощи понимает, что советы могут помочь облегчить ему быт с Байлу. Поэтому, с паузами, он всё же начинает задавать вопросы воспитателю, а тот охотно на них отвечает. Чашки пустеют, стол заполняется блокнотом с ручкой и рукописными инструкциями с аккуратным почерком офисного архивиста. Будто ученик, старательно записывающий новым материал для дальнейшего использования.       Время проходит значительно быстро и стрелки показывают одинадцать вечера. Их разговор прерывает внезапный дождь за окном и уведомление на телефоне, что все линии метрополитена заблокированы погодными условиями. Келус вспоминает, сколько сбережений у него осталось на счету, чтобы в такую погоду раскошеливаться на дорогое такси и негодование отчетливо отражается на его лице. И пока он думал, каким образом подкупить сестру с собственной тачкой, Дань Хен прерывает его мысли коротким:       — Вы можете переночевать здесь. У нас есть свободная комната, если вы не против.       Предложение повисает в воздухе на пару секунд. Отказываться глупо, соглашаться — неловко. Но тот невозмутимо смотрит, всем телом показывая, что не видит в этом проблему и Келус соглашается, получая обещание о вкусном завтраке и что его подбросят до дома.       Дождь за окном лишь усиливается, но вместо тревоги дает больше сонливости. Чудная пятница выдалась, будет о чём подумать.