Часть 4

Спустя час мы уже сидели в приятном ресторане при отеле. Уютный тёплый свет и живая музыка. Не думала, что эта миледи так богата, чтобы жить в таких апартаментах. Заказали на покушать и белого вина, чтобы расслабиться после тяжёлого и явно стрессового дня. — Ты часто здесь останавливаешься? — Практически всегда. Не люблю новые места. — Понимаю. Бюджет, видимо, позволяет. — Покамесь да. Разговор не ладился то ли от того, что мы слишком долго ждали наши блюда и вино, то ли от того, что мы привыкли общаться под прицелами видеокамер. Но как только в наших бокалах очутилось белое полусладкое, диалог зашёл в нужную колею. Мы болтали обо всём подряд: о работе, магии, моих шаманских ритуалах и о сложных испытаниях на битве у Вики. Но одно поле мы не трогали всё это время. И от этого была некая недосказанность. — Вик, не сочти меня за психолога, но я заметила, что ты не очень-то любишь заходить на тему семьи. — С чего ты это взяла? Я люблю свою семью и всем об этом часто говорю. — В том-то и дело, ты об этом говоришь, но это так не искренне. Не знаю как другим, но мне это заметно, — как мантру протараторила я, уже ожидая агрессию от моих слов. — Может, ты и права. Я уже сама не знаю. Всё так сложно. Я вижу, что лицо Вики изменилось с радости на беспокойство. Я вместе с ней почувствовала эту неловкость. — Прости, если затронула ненужную тему. — Да нет, Марьян, всё нормально. Может, пошли наверх в номер. Здесь слишком много глаз, ушей и, в принципе, людей — мешает их энергетика. — Согласна, пошли. Мы поднялись в номер, достаточно просторный, но скромненький. Кроме кровати, мини-бара и прекрасного вида из окна, я ничего не приметила. Я подошла к окну. Не успела рассмотреть этот прекрасный вид, как до моего плеча дотронулась горячая ладонь. Она мягко погладила плечо и поднялась по шее вверх, убирая мои огненные волосы в одну сторону. Я ощутила горячее дыхание на своей шее, но ничего более. — Ты тоже мало правды рассказываешь о личном. — Я что-то рассказываю? — делая вид, что её дыхание в шею не вывело меня из себя, спрашиваю я. — Ну, про мужа, где он? Что-то он не позвонил ни разу за вечер узнать, где ты. Чувствую, как она приобнимает меня сзади. И в этот момент я готова растечься в мокрую лужицу. Слишком близко Райдос, слишком горячо! Она начинает медленно проводить носом по моей шее, жадно вдыхая запах духов, которыми я побрызгалась специально для неё. — Мои любимые. — Вик, ты кажется перебрала с алкоголем сегодня. — Ты правда так думаешь? Она одним движением поворачивает меня к себе. И я вижу этот огонь в глазах — он не сравним ни с чем. Секунда, и вот она уже оставляет влажные поцелуи на моей шее. Я перестаю контролировать своё дыхание, которое сейчас слишком шумное для этой тишины. — Вика, не вынуждай меня отвечать тебе. Я знаю, что ты об этом завтра пожалеешь. — Романова, заткнись уже и наслаждайся. Я полностью согласна с этой, пускай и грубой, но просьбой. Запрокидываю голову назад, открывая поле для поцелуев и неосознанно закатываю глаза. Решаю, что я сказала и сделала достаточно, чтоб переубедить Вику; я ведь тоже не железная. Приобнимаю её за талию и смотрю с вопросом в глаза. И мне разрешают. — Давай уже, целуй. Я мягко касаюсь своими губами её, втягивая нас во влажный и нарастающий, развратный поцелуй. Темп нарастает, а я уже нащупываю рукой молнию на её платье. Это не доставляет труда, и спустя несколько движений чёрное одеяние летит прочь. Я слегка отдаляюсь, как бы осматривая свой объект вожделения. — Марьян, ты долго глазеть будешь? — А ты куда-то торопишься? — Хочется поскорей услышать твои стоны. — А ты так уверена в своих навыках, замужняя женщина? — Злишь меня? Поняла намёк. Она резким движением перемещает меня на кровать. Наседает сверху, от чего я уже готова стонать, но это только начало. Она медленно спускается от моей шеи, отодвигая часть платья и оголяя грудь. Влажными поцелуями она проходится по груди и слишком пошло лижет сосок. От удовольствия увиденного я закрываю глаза и теперь полностью отдаюсь этой женщине. Вика стягивает с меня платье и всё остальное, так мешающее нашему тесному контакту. — Ну что, Романова, хочешь отработать свои десятки? От такого внезапного вопроса я впадаю в ступор, но быстро отхожу: — А ты свои? Вика снимает своё нижнее бельё и предстаёт передо мной в полной красе. Изящная грудь, больше моей в два раза, завитые волосы, струящиеся по оголённой спине — что может быть лучше? Возбуждение берёт надо мной вверх, и я решаю показать питерской ведьмочке, кто здесь актив. Беру за талию и резко меняю нас местами. Этот вид даже лучше. Увлекаю нас в страстный поцелуй, но быстро отдаляюсь от губ, спускаюсь вниз, заставляя Райдос шумно дышать мне в шею. Бедняжка пытается держаться на локтях и держать первенство, но не здесь и не сейчас ей быть первой. Я толкаю её на кровать и держу руки над её головой. Спускаюсь вниз и дохожу до уже разгорячённого места. Ехидно поднимаю взгляд на Вику, улыбаюсь и опускаюсь между её сочных ляжек, устраиваясь поудобнее. Ведьмочка послушно раздвигает ноги и подаётся вперёд, к моему уже скользящему по её клитору языку. Я ловлю первые полустоны, что даёт мне подпитку энергии. Я делаю плавные движения языком и решаю добавить пальцы. Не входить, но стимулировать клитор. Тактика работает. Ускоряю темп и вижу, как Виктория извивается подо мной. Желание поиграться берёт вверх. — Что мы там говорили насчёт стонов? — Марьяш, быстрее. — Что прости, не расслышала? — Быстрее. — Нет, дорогая. Уже сама вскипаю от возбуждения и не имею возможности мучить Вику. Я сажусь на неё сверху так, что наши клиторы отлично и мокро трутся друг о друга. Смотря в глаза ведьмы, полные непонимания, наращиваю темп и чувствую, как Вика явно была не готова к этому. Она одной рукой сжимает мою грудь, а второй — одеяло. Слышу слишком громкие стоны, которые не заглушить. Пару движений и тело подо мной судорожно содрогается, а ноги сжимают меня, прижимая к себе, отчего импульс оргазма доходит и до меня. Я содрогаюсь и без сил падаю на Вику, сплетаясь нашими телами в один большой пожар. — Марьян, ты кончила? — ... — Ээй, я сейчас с тобой разговариваю! — Недавно ты мне говорила обратное.