Часть 1

      Несмотря на то, что прошло уже несколько месяцев с тех пор, как Игторн поменялся телами с ворчливым гамми, герцог был не ближе к тому, чтобы поймать свой приз, чем когда он потерял его у водопада; голубого мишку, известного, как Густо. И невзирая на то, что уже прошло немало времени, он всё ещё не мог выбросить из головы его прекрасный человеческий облик, который преследовал Игторна днём и, особенно, ночью. Поймать Густо, а иногда и других, стало ещё сложнее, когда гоблины Игторна дали понять, что «голубой гамми» — тема запретная. Гамми использовали это в своих целях и не раз сбивали с толку его и без того бестолковых тугодумов, заставляя их отпускать мишек. Игторн почти слышал голос Густо, уговаривавшего гоблинов освободить их с таким трудом добытых пленников: — Голубой гамми? Какой голубой гамми? Вас двое! Он говорил, какой оттенок? — Нет, нет, старушка гамми вам не нужна. Она одета в голубое, а ты же не хочешь неприятностей с герци? Большинство личных встреч Игторна с медведями даже не касались его цели. Впервые он увидел Густо, когда он с жёлтой девчонкой спас русалку и помешал ему использовать морское чудовище, чтобы уничтожить стены Данвина. Густо был в воде, так близок, но совершенно недосягаем, особенно после того, как морское чудовище отшвырнуло Игторна и его гоблинов одним взмахом хвоста.       Потом Густо побывал в Гаммадуне, появившимся всего на день. Если бы он добился успеха, то одним мигом получил оружие для завоевания мира и своего жениха. Похожая ситуация была, когда волшебная статуэтка гамми унесла его, Подлизу и мишек на Дальний Восток, но он отвлёкся на дракона, захват сувениров и поиск дороги домой, чтобы уж наверняка составить план по захвату этого дворца и найти способ сохранить свой приз таким образом, чтобы его сразу же не отняли другие медведи. Если бы только Густо оказался среди гамми, когда Игторн случайно захватил их с помощью волшебной волынки… Из всех них лишь Бабушка и Густо были теми, кого он хотел видеть больше всего, и единственными, кто не попал под чары инструмента. Если бы Густо повиновался его приказу, он был уверен, что они смогли бы найти способ сделать его человеком и сыграть свадьбу до того, как его планы будут разрушены… В конце концов, после переполоха с подводной лодкой, Густо удалось лишь мельком увидеть, как он с Подлизой спасаются от разваливающейся на части конструкции, будучи запущенными в воздух одним из её рычагов. Но день не был полностью потерян… Перед тем как украсть подводную лодку, Игторн увидел тот самый водопад, где и жил его желанный медвежонок гамми. Из их встречи, когда Игторн забрал тело Ворчуна, он узнал, что Густо живёт под водопадом совершенно один. Если он правильно и тщательно всё спланирует, то сможет вернуть Густо в свои объятия и воплотить мечту в реальность. С момента их судьбоносной встречи Игторн также искал способ вернуть Густо его идеальную человеческую форму. Большинство заклинаний и зелий являлись временными, и не было никакой гарантии, что он станет выглядеть так же, как на его набросках. Однако, ходили слухи о маге, что превратил единорога в девушку. После единорог вернулся в свой истинный облик только тогда, когда чародей сам этого пожелал. Поскольку это являлось наилучшим выходом для Игторна, он написал ему письмо, умоляя о помощи, которую могла оказать исключительно его магия. Он был уверен, что такой добрый волшебник сразу же отзовётся, так как Игторн не был известен в далёком королевстве, откуда он был родом, потому у него не было причин подозревать его в скрытых мотивах. Когда Игторн получил известие о том, что сам волшебник Шмендрик направляется в его замок, настало время действовать… Его гоблины следили за водопадом, и он знал, что в следующий раз, когда Густо окажется там ночью один, у него будет прекрасная возможность в действии. К счастью, Игторну не пришлось долго ждать, лифт оказался достаточно прочным, чтобы выдержать их с Подлизой вес и подняться в дом за водопадом. Он едва не рассмеялся, когда в жилом помещении оказалось темно, что свидетельствовало о том, что Густо, скорее всего, спит… В последний раз, когда Игторн был здесь, ему не дали толком осмотреться. Потребовалось несколько попыток, чтобы найти спальню Густо среди комнат, заполненных произведениями искусства. В отличие от остальной части дома с пещерными стенами, спальня была исключительно из дерева, почти как каюта корабля. Возможно, такому дизайну послужили для Густо проведённые долгие годы на острове. У него есть обычная кровать, но посреди комнаты был повешен гамак, в котором, на данный момент, он спал. Всё было почти идеально, а дополнительной вишенкой на торте стала бутылка сока ягод гамми на тумбочке художника. Запрятав её за пояс, Игторн принялся развязывать верёвку, удерживающую гамак над головой Густо. Мишка был достаточно лёгким, чтобы удалось поднять один конец и, с помощью Подлизы, освободить другой. Что-то: то ли движение гамака, то ли ощущение, что за ним наблюдают, внезапно разбудило Густо. Он открыл глаза именно в тот момент, когда ему удалось разглядеть ухмыляющееся лицо Игторна, после чего его самого завернули в гамак, как мешок с картошкой.

Ничто так не помогает проснуться, как ночное похищение…

Хотя Густо и знал, что это не поможет, он стал кричать, чтобы его отпустили, и изо всех сил пытался найти отверстие в своём импровизированном рюкзаке. — Наконец-то у герци есть его голубой гамми, — ликовал Подлиза, пританцовывая на месте и хлопая в ладоши. — Когда свадьба? — Этому не бывать! — Крикнул Густо из сумки. Но Игторн проигнорировал его слова, направившись к лифту: — Как только я смогу вернуть ему человеческую форму, поскольку я не намерен выходить замуж за медведя гамми. — А этот медведь гамми не намерен выходить замуж за тебя! — Выкрикивал Густо попутно произнося все оскорбления, которые он только мог придумать, используя все свои движения, чтобы ударить по тому, что, как ему казалось, было спиной герцога. — О да, это то самое место…~ — Подразнил его Игторн. — Немного левее. — Он улыбнулся, услышав разочарованный крик художника позади себя, затем повернулся к Подлизе. — Начинай очищать это место от всего, что сможешь, вплоть до вещей, чтобы отнести всё в замок, Густо это место больше не понадобится. Выпрямив спину, Подлиза отдал ему честь: — Как прикажете, герци. — И не называй меня герци! — Крикнул Игторн вслед Подлизе, раздражённо пыхтя, когда спускался на лифте вниз. Он забрался на плечо одного из своих гоблинов, чтобы тот отнёс его и его груз домой, в то время как остальные подчинённые остались позади, нагружая тележки для перевозки произведений искусства Густо и всего, что не оказалось прикрученным… Густо орал, боролся почти всю дорогу, остановившись лишь тогда, когда выдохся, а в горле пересохло, чтобы кричать дальше. Всё, что ему оставалось, так это сидеть в тесной темноте и молиться, чтобы кто-нибудь спас его.