Часть 2

      В какой-то момент Густо, должно быть, немного задремал, от нечего делать развалившись в своём гамаке-рюкзаке, пока его уносили в Дрекмор. Именно тогда, когда непрерывное движение при ходьбе прекратилось, он проснулся, и его быстро вынули из мешка на кровать, от которой тут же отскочил на пол с другой стороны. Игторн рассмеялся, сидя на стуле рядом с кроватью: — Никогда раньше не видел, чтобы гамми так подпрыгивал. Потирая затылок, Густо сел, и зло посмотрел на герцога. На что Игторн улыбнулся: — Что, язык проглотил? Несмотря на раздражение, Густо попытался ответить, постучав себя по горлу. — Ах, — кивнул Игторн, — я вижу, ты орал до хрипоты, — он улыбнулся, в его глазах сверкнуло зло. — Я с нетерпением жду возможности заставить тебя кричать гораздо более приятным способом в ближайшем будущем~. Широко раскрыв глаза, Густо вскочил на ноги, чтобы увеличить расстояние между ними. — Расслабься, — отмахнулся Игторн от его опасений, — я не собираюсь ничего с тобой делать, пока ты мишка гамми. Я не нахожу твою забавную мордашку привлекательной. Это было лишь слабым утешением, Густо изо всех сил старался говорить своим скрипучим голосом: — Но что, если ты найдешь способ превратить меня в человека? Я по-прежнему останусь собой, и ты бы меня даже так не интересовал. — Он нерешительно продолжил. — Ты на многое способен, Игторн, но ты действительно настолько обделён? Напевая, Игторн погладил бородку, с удовольствием наблюдая за тем, как он обдумывает это: — Я полагаю, что нет. — Облегчение Густо было недолгим, когда Игторн улыбнулся и приклеил скотч к собственному виску. — Думаю, мне также придётся найти способ переубедить тебя. Когда Игторн встал, сердце Густо ушло в пятки. Хоть его и трясло, он бегом последовал за Игторном, добравшись до двери, как только тот закрыл её, стуча лапами по дереву: — Не делай этого, Игторн! Пожалуйста! Пожалуйста, не делай этого! Игторн улыбнулся Густо через верхнее зарешечённое окошко в двери: — О, а я так и сделаю. Я получу тебя, Данвин, и мы будем править как людьми, так и гоблинами с гамми. Не в силах сдержаться, Игторн счастливо рассмеялся, что только для ушей Густо это прозвучало слишком дьявольски, и заставило его похолодеть всем телом. Как только Игторн перестал быть видимым в поле зрения на дверном окне, Густо осмотрел свою новую комнату. Она была маленькой, в ней находились только кровать, стул и крошечная ванная комната, в ней было окно, которое вдобавок ещё и зарешечённое. Хоть Густо и знал, что не сможет пролезть через решётку, он подбежал к ней, и выглянул наружу, оглядывая заполненный гоблинами двор, понимая, что перепрыгивать через неё было бы риском серьёзных телесных травм, даже если бы у него был гамми сок. Опустившись на пол, Густо ухватился за одну из перекладин и взмолился в воздух: — Ворчун, пожалуйста, найди меня…. Художник просидел там всё утро, отоспавшись, прижавшись к стене камеры, но вскоре услышал движение в коридоре, которое разбудило его. Он поднял глаза как раз в тот момент, когда дверь распахнулась. Впереди шёл Подлиза, указывая другим гоблинам позади себя, куда класть предметы, что они несли, а именно вещи Густо. У них было его кресло для рисования, несколько его скетчбуков, обычные книги, тумбочка, туалетные принадлежности для ванной и даже шкаф со всей его одеждой. — Вот, голубому гамми должно быть комфортно в его новой комнате, пока он не станет человеком и не переедет в комнату герци, — Подлиза кивнул другим гоблинам, и все, кроме одного, вышли, последний взял тарелку с фруктами, передав её Густо. — Голубой мишка голоден? Густо уставился на тарелку, но ничего не взял. — Густо. Сбитый с толку, Подлиза наклонил голову: — Густо? Глупый Подлиза не знаком с этим видом фруктов. Какого он цвета? — Нет… — Густо покачал головой, — Меня зовут Август «Густо» Гамми. Я не хочу быть человеком. Я не хочу выходить замуж за Игторна…. Это заставило Подлизу кивнуть головой в ответ: — Неважно, чего хочет Густо Гамми, — он принял серьёзное выражение лица, — Всё, что имеет значение, это то, чего хочет Герци, и он хочет тебя. Хотя Густо и не был удивлен, он вздохнул, отводя взгляд от маленького гоблина: — Я так и думал. Кивнув, Подлиза снова пододвинул тарелку, но художник даже не взглянул в его сторону: — Итак, что Густо Гамми хочет на завтрак? — Я не голоден, — Густо повернулся лицом к стене. — Хорошо, Подлиза оставит тарелку здесь на случай, если Густо Гамми передумает. — Зелёный поставил тарелку на тумбочку. — Как насчет медовухи? — спросил гоблин покрупнее. — Медовухи? — Повторил Густо, удивленно поворачиваясь к гоблинам. — Не рановато ли для этого, ребята? Особенно в Дрекморе? — Медовуха лучше всего подходит для питья, — сказал Подлиза — по крайней мере, для людей и гамми. Вода здесь идеально грязная для гоблинов. Как бы Густо ни хотелось пить, он побледнел при мысли о том, что придётся пить грязную воду, а медовуха, вероятно, была опасным вариантом в его ситуации. Он параллельно задавался и вопросом, был ли Игторн пьяным на постоянной основе, или заражённым, выпив гоблинскую воду: — Да, нет, спасибо, Подлиза. Маленький гоблин уставился на него: — Нет, спасибо? — Да, я предпочитаю воду, но не грязную, — объяснил Густо, скорчившись, чтобы подчеркнуть свою неприязнь. — Так что, спасибо, но нет, с-спасибо… Подлиза только улыбнулся: — Густо Гамми благодарит бедного, ничтожного Подлизу! О, какой счастливый день! — Это довольно низкая планка, приятель. — Не смог удержаться от комментария Густо. Это только заставило Подлизу ахнуть: — Густо Гамми — приятель Подлизы? День становится всё лучше и лучше! Не сказав больше ни слова, гоблин чуть ли не выскочил из комнаты. Гоблин покрупнее тоже ушёл, и Густо услышал, как за ним закрывается дверь. Вздохнув, он прижался лбом к стене камеры: — По крайней мере, хоть у кого-то здесь день выдался на славу… Как скоро кто-нибудь заметит, что он пропал? Арти улетел на поиски тропических фруктов, чтобы удовлетворить свою тягу к родному острову, и кто знает, как долго он будет бороздить в их поисках. А Густо не планировал пропускать встречу с Ворчуном, ведь этот трудолюбивый медведь никогда не приезжал под водопад, если его специально об этом не попросят… Честно говоря, Густо думал, что выплакал все слёзы, которые у него оставались за первые несколько лет, проведенных на том острове. Как выяснилось, у него снова появилась возможность пролить ещё несколько таких.