Часть 14: Отчёт

Сакура находила утешение в знании, что она не единственный изможденный член команды Семь проходящий через ворота Конохи на следующее утро. Измотанность Какаши-сенсея можно было увидеть даже через лицо, прикрытое маской. Наруто был подавлен, но всё ещё яркий, несмотря на волнение за её состояние. Он метался между ней и сенсеем, даже не останавливаясь, чтобы спровоцировать Саске на драку. Он должно быть мог понять, на каком-то уровне, насколько сильно Сакура нуждалась в тишине и позволил ей пытаться начать осмысливать то, что она сделала. Саске, с другой стороны, превратился в её тень. Она никогда не знала, что он способен быть навязчивым, но опять же, всё, что она думала о Саске больше не казалось правильным. Хотя она не ненавидела это. Он даже позволил ей держать себя за руку, пока они шли к башне Хокаге, чтобы сказать их отчёт о миссии. (Сенсей сказал, что позже понадобится в письменном виде, но он собирался заставить Наруто написать его, заявив, что из всех троих ему нужна практика.) — Вы трое подождите здесь, ладно? Я заведу вас, когда мы будем готовы. — Какаши-сенсей оставил их стоять за дверью кабинета отца Наруто, и спустя мгновение она ощутила лёгкое покалывание активации печати. Они явно не хотели, чтобы трио подслушивало. — Ты будешь в порядке, Сакура-чан? — Не задавай глупых вопросов, придурок. Она сильнее тебя, она будет в порядке. Верно, Сакура? Это… было самое большое количество слов, которые она слышала от Саске, с тех пор, как- ну, может быть, с последнего раза, когда она делилась с ним помидорами на обед в Академии? Если честно, она скучала по этой дружбе, и хотя она не могла сожалеть, что влюбилась в Саске, она хотя бы сожалела о своём поведении и о том, что прогнала его. — Д-да. Я просто… хочу поговорить с шишо обо всем. — Рин бы поняла, так, как никто другой, потому что она также была из гражданской семьи и не выросла невосприимчивой к смерти так, как её товарищи по команде. Она сжала руку Саске и попыталась не разрыдаться, когда почувствовала, как он сжал её в ответ. По её коже прошла волна статического электричества и дверь открылась. — Хорошо, вы трое, входите. — Какаши-сенсей пригласил их внутрь, держа дверь открытой. Сакура знала, что предстоящий разговор будет серьезным, ведь Обито точно видел, как она держала Саске за руку, когда они вошли в комнату, но не ухмыльнулся. Вместо этого он смотрел на нее с беспокойством и некоторым пониманием. Учитывая, что он почти наверняка был на той же миссии, что и Рин-шишо, когда она совершила свое первое убийство, вполне логично, что он мог почувствовать что-то из того, что она испытывала в тот момент. — Во-первых, Какаши сказал мне, что вы все выполнили свою миссию, так что поздравляю вас. — Минато-сама заговорил первым, как только они все оказались в кабинете. Его улыбка была не такой широкой и искренней, как обычно, когда ему докладывали. — Наруто, я жду, что ты вместе с Какаши напишешь полный отчет о миссии. Ты можешь предоставить его мне завтра до обеда. — Наруто немного поворчал, но не высказал никаких претензий. — Из-за трудностей, с которыми вы столкнулись, я повышу ранг миссии до B в ваших записях. — Хокаге явно старался быть хотя бы немного деликатным в отношении инцидента с ниндзя Ивы, что Сакура одновременно и ценила, и ненавидела. Да, она по-прежнему чувствовала себя ужасно и понимала, что ей нужно выговориться, но она все еще была шиноби и не хотела, чтобы с ней обращались, как с ребенком. — Вы все очень хорошо проявили себя на поле боя и являетесь примером для деревни. — Теперь Сакура не возражала. От похвалы в груди у нее расцвело тепло, и она уже не так нервничала, когда их отпустили получать жалованье. По крайней мере, она не нервничала до тех пор, пока голос Минато-сама не окликнул ее, когда она повернулась, чтобы уйти. — Сакура-чан, ты не могла бы остаться на минутку? — Рука Саске, все еще державшая ее, напряглась. Она слегка сжала ее, пытаясь успокоить его, а затем высвободила руку, чтобы вернуться и встать перед большим деревянным столом в центре комнаты. — Да, Минато-сама? — Позади себя она услышала, как Какаши практически вытащил Наруто и Саске из комнаты, закрыв за ними дверь с мягким щелчком засова. — Знаешь, нам действительно нужно поработать над тем, чтобы называть меня дядей, — попытался он немного разрядить обстановку, но, как и раньше, его улыбка была не такой искренней, как обычно. — Я хотел поговорить с тобой о том, что произошло, более подробно, и подумал, что ты, возможно, не захочешь присуствия толпы. И вообще, ты хочешь, чтобы Обито ушел? Я могу выгнать его, если хочешь. Обито, к его вечному сожалению, не стал протестовать, как мог бы в противном случае. Он явно понимал, насколько всё серьёзно, и это странным образом успокаивало её. — Нет, он… Я бы хотела, чтобы он остался. — Сакура посмотрела на Обито, который сидел за своим столом и пытался улыбнуться, но у него ничего не получалось. Однако он поднял ей большой палец вверх, что было приятно. Эмоции все еще были в таком смятении, что она почти забыла о манерах, лишь поспешно добавив. — Пожалуйста, — когда снова повернулась лицом к Минато-сама. — Конечно, Сакура-чан. Не хочешь присесть? — Он жестом указал на два стула напротив себя, и только тогда Сакура заметила, что ее руки дрожат. Она быстро сцепила их за спиной, хотя и понимала, что два шиноби уровня каге не могли этого не заметить. Тем не менее, это помогло ей немного успокоиться, ведь Саске не было рядом, чтобы за него ухватиться. Впрочем… об этом она подумает позже. — Нет, спасибо. — А затем, пытаясь снять напряжение, которое начало заползать в ее тело, она добавила. — Дядя Минато. Его ответная улыбка была куда более искренней, чем раньше, но в голубых глазах всё ещё читался оттенок жалости, который ей не понравился. — Почему бы нам не начать с засады. Какаши сказал, что ты почувствовала что-то неладное прямо перед тем, как это случилось? — Либо Какаши-сенсей был очень милосерден в своем описании, либо Минато-сама пытался приукрасить начало худшего дня в ее жизни, чтобы заставить ее больше раскрыться. Скорее всего, и то, и другое. — Да, за несколько минут до этого мы приняли белку за врага, так что, наверное, я все еще была в состоянии повышенной готовности, — она очень надеялась, что Наруто оценит то, что она намеренно не стала объяснять, как он испугался и попытался проткнуть бедное маленькое лесное существо сюрикеном, или то, что она не упомянула, что они с Саске препирались, как пара студентов Академии, когда произошло нападение. — Но я не успела сообразить, и Какаши-сенсею пришлось оттаскивать меня с дороги. Впрочем, ни один из мужчин, похоже, не осудил ее за это. Обито даже воспользовался случаем, чтобы вставить свои два рё, похвалив её. — Знаешь, я не думаю, что смог бы распознать сигнатуру врага даже на секунду раньше, когда у меня был первый С-ранг. — Сакура подумала, что он просто любезничает, ведь его первый С-ранг был получен в разгар настоящей войны (к тому же он был на несколько лет моложе). Должно быть, он увидел скептицизм на ее лице, потому что поднял руки в защиту. — Нет, правда! Разве это не так, сенсей? — Он не ошибается, — согласился Минато-сама, но в его глазах было что-то грустное. — Даже после твоего первого С-ранга. Если бы Генма не перерезал мост Каннаби в нужный момент… Ах, эта история. В общих чертах она услышала ее от Обито, когда впервые оказалась на ужине у него и Шисуи. — Что ж, по крайней мере, ты в лучшем положении, чем я! — Обито немного погрустнел после этого ободряющего заявления, но оно сделало свое дело — руки Сакуры наконец перестали дрожать. Однако на всякий случай она держала их сцепленными за спиной. — Итак, после первой атаки что произошло дальше? — мягко спросил Минато-сама. — Ну, мы все встали за спиной Какаши-сенсея, как он и велел нам делать в случае опасности, и тогда он начал сражаться с ними. Только… только один из них создал земного клона, наверное, чтобы сенсей думал, что они все еще сражаются с ним. А потом он подошел к нам сзади. Она почувствовала изменение чакры, то самое странное покалывание в затылке, но на этот раз она смогла действовать. У Сакуры даже не было времени на раздумья, она просто крутанулась на пятке и выдернула Наруто из-под удара большого ниндзя, замахнувшегося кунаем. Только Саске, не отвлекаясь на препирательства, тоже что-то почувствовал и прыгнул на то место, где стоял Наруто. При всех их спорах эти двое явно были лучшими друзьями. Это был бы милый момент, если бы они не боролись за свою жизнь. Кунай продолжал двигаться вниз, пока не уперся в плечо Саске. Саске застонал от боли, и она заметила, что его шаринган в какой-то момент был активирован. Это было логично, ведь опасные ситуации — это то, для чего использовался кеккей генкай Учих. Впрочем, это не имело значения, потому что, как только Сакура поняла, что его ранили, она увидела красный цвет. Никто не прикасался к её вроде как парню и жил. Кунай едва успел выйти из плеча Саске, как на лице ниндзя Ивы появилась тошнотворная ухмылка (несомненно, он замышлял, как убьет свою новую цель), а светящийся кулак Сакуры соприкоснулся с его грудью. Очевидно, ее недооценили, поскольку она была совсем юной девочкой с розовыми волосами. На лице мужчины едва успело отразиться потрясение, как ее покрытая чакрой рука прошла сквозь его спину, захватив с собой часть позвоночника. Лишь чистая, горячая ярость, проникающая в нее, удержала ее на ногах, когда труп соскользнул с ее руки. К ее коже прилипло немного крови и несколько кусков легких и сердца, но она не обратила на это внимания. Долгое время она слышала только звон в ушах и приглушённый голос Какаши-сенсея, справлявшегося с двумя другими шиноби. Лишь спустя мгновение, когда все звуки наконец прекратились, она полностью пришла в себя и поняла, что натворила. — Кажется, меня сейчас стошнит. Даже когда ее вырвало в ближайшие кусты, она знала, что никогда не пожалеет об убийстве ради защиты Саске. — После этого я мало что помню, — Сакура опустила взгляд в пол, стыдясь своего непрофессионализма. Она должна была быть лучше, чем какой-то слабый ребенок, теперь она шиноби! — Сакура-чан, — внезапно загорелые руки нежно обхватили ее плечи, и ох- когда она заплакала? «Я такая жалкая, они не разрешают мне остаться в Седьмой команде…» — Сакура-чан, — повторил Минато-сама, и когда ей удалось смахнуть слезы и по-настоящему посмотреть на него, она поняла, что он понимает. Только тогда она вспомнила, что он тоже гражданский. — Сакура-чан, плакать — это нормально. Это нелегко пережить, даже если бы ты выросла в большом клане и была более привычна к подобным вещам. Вот почему я взял за правило после первого убийства обращаться к целителю разума. О. Сакура забыла об этом — отец Ино как-то упоминал о том, что ей нужно пройти какую-то консультацию, но после ссоры с Ино она постаралась забыть все свои счастливые воспоминания о доме Яманака, пытаясь облегчить боль от потери лучшей подруги. Оглядываясь назад, можно сказать, что это было очень глупо. Но ей было десять, и принимать глупые решения в этом возрасте было вполне нормально. И все же, даже после ссоры, у нее было только два Яманака, которым она могла доверить все свои чувства. — Может Яманака Иноичи-сама сделать это, пожалуйста? Возможно, пришло время начать лечить больше, чем травму, полученную во время миссии.