Пыль и тени Душанбе

Хани Андой. Двадцать два года, родилась и прожила девятнадцать лет в городе-курорте, не выйдя замуж, и не начав второе обучение в университете. Окончила только юриспруденцию в Северо-Кавказском федеральном учреждении, два года десять месяцев на базе девятого класса. Девушка, авось, стала бы отличным прокурором или юристом, получив бакалавриат, ей нравилась эта профессия. Однако, хотя, как показалось потерпевшей, «всё произошло на ровном месте», на самом же деле, нет. Она отчаянно погрузилась в свой внутренний мир, в свою придуманную персону, пытаясь сделать её совершенной, что, неся ведро с тряпками в подвал большого дома, одной ночью, она поскользнулась на, мало того, что, лакированной, так ещё и мокрой от протекающей в потолке трубе, лестницы. Собственно, этот потоп девушка и устраняла в ту ночь, в большом доме постоянно что-то прорывало, даже если трубу починили только вчера, на ней снова образовывалась дыра. Хм, смерть? Нет, тело её, пропало с места происшествия. Очнулась девушка, как странно, в том месте, о котором думала перед падением, чего она, собственно, уже не помнила. А думала она, о Ниндзяго-несуществующем, мультипликационном городке, вдруг ставшем явью. Все догадки о смерти, как она происходит, и что следует после-развеялись, заменяясь точной уверенностью, что перерождение существует. Сначала, да, её осчастливил этот факт. Теперь, она сможет жить вечно? Да ещё и не одна, ах! Сестра, рядом. Она тоже умерла? Где, когда, почему? Как она может не знать? Ой, так ведь девушка, не одну себя представляла в Ниндзяго-сити… То есть, нагнала смерть не только на себя, но и на младшую. Что насчёт, фамилии и имени-Ясмин, вот, настоящее её имя, а фамилия, также, как и фальшивая, начиналась на «А», и в какой-то степени, является укороченной версией её подлинной фамилии. Мастера стихий, только вчера бывшие в полном составе ниндзя, собрав по городу союзников, вернулись в большой дом, скрываясь от армии, которая, не особенно яро, начала охоту за ними. На этот раз, Хани не стала заниматься хернёй, запираясь в королевской комнате от маньяка, ведь его уже точно нет. Но и в одиночку она спать не собиралась. — Эта комната наша. — Ллойд подошёл к голубоглазой сзади, рука скользнула по плечу, а вторая-открыла деревянную, явно сломанную в петлях, дверь. Комната шефа-элегантно застеленная бело-синим, пушистым одеялом. Двуспальная кровать, деревянные шифоньеры вдоль входной двери влево, а впереди-столик с зеркалом, не занимающий много места, после него, прямо под окном-столешница с небольшим, плоским телевизором, по бокам кровати маленькие тумбочки, также изготовленные из древесины. Одеяло бросалось в глаза дорогостоящим видом-качественный, яркий цвет, аккуратный отделочный шов. Сразу видно, люди с каким статусом жили в этом доме. — Э-э… — Ребята даже слова вставить не успели, как их лидер завёл младшую в спальню и закрыл дверь. Присутствующие также свободно позволили себе лечь в комнатах, на нормальных кроватях, укрываясь тёплыми одеялами. Место хватало всем, хоть отбавляй. Ния и Джей расположились рядом с комнатой шефа, которая являлась угловой. Если бы они с Ллойдом одновременно открыли двери-столкнулись бы, головой побившись! Их комната бола огромной, оформленной в конструктивном стиле, очень большой, примерно как «королевский зал» на нижнем этаже. Мебель и паркет со вкусом подобраны в светло-коричневых и тёмно-коричневых тонах, влево по стене-включатель, и на метра четыре от входа, небольшая, качественно-дорогая, двуспальная кровать, изголовьем прижатая к стене, а в длину три-три с половиной метра, над которой висят старые часы со сломанным, от руки одной голубоглазой негодницы, маятником. Основное пространство комнаты пустое-зайдя прямиком с двери, входящий застанет всего два шкафа в трёх шагах от него, а за ними солидный, открывающийся диван, спинкой прижатый к стене, и, также вдоль неё, такой же диван, а пустое пространство между ними занимает небольшой кофейный столик, над которым висит картина с вышивкой Арабских букв. Открыв оба дивана, в этой комнате расположились не только Уолкер и мастер воды, но и Кай, Коул, Зейн и Нару. Кай и Зейн на одном диване, а Коул и Нару на втором. Энзо, Ронин и Джилл разместились в последней жилой комнате на втором этаже. Не большой, за то усыпанной спальными местами-их как раз было три. Одна небольшая кровать у окна, вдоль изголовья которой идут пустые стеллажи, а перед кроватью большой шкаф, закрытый дверцой, состоящей из зеркала. В левой стороне от кровати небольшой тёмно-коричневый стол, а после него махровый, чёрный диван с узорами из цветов, находящийся от входной двери в правой стороне, а в левой-тёмно-розовый, спальный диван с большими подушками. На чёрный диван легла Джилл, на кровать у окна-Ронин, а на малиновый диван-Энзо. Двери в каждые комнаты закрылись, не выпуская наружу происходящее, словно весь день ждали этого момента, чтобы обсудить тайны.

________________

Хани лежала спиной к Ллойду, подложив правую руку под голову, выдавая ненароком своё негодование. Парень, разумеется, вздыхает и разочаровывается, не привыкший к такой холодности от партнёрши. Пару минут он инстинктивно молчал, будто выжидая определённый момент, чтобы подать голос. Он смотрел в потолок, потом осторожно, стараясь не задеть девушку, перевернулся на бок, созерцая её, грустно отвёрнутое к стене, тельце. В боевом кимоно рельеф её горизонтально лежащего силуэта был неточно утолщён или исковеркан складками одежды, лишь талия за счёт пояса, приятно отвлекала ум от постороннего, занимая мысли только этой девчонкой. — Ты злишься, что я не спас тебя? — Монтгомери привстал на локоть, так и не увидев лица младшей. — Нет. Мне всё равно. — Вкрадчиво. Отрепетировано. Чётко. Враньё. Теперь было легче отличать правду от лжи из уст мастера времени-когда она говорит уверенно, словно ожидала вопрос и заранее отвечала на него, она явно брешет, а когда заикается, не может подобрать слов, цокая в последствии языком-вот это всегда было правдой. Как бы она не скрывала свои мысли от парня, книга для него уже открыта и прочитана. И он запомнил каждое слово. — Я вижу. — Саркастично вздыхает зеленоглазый, непривычно видеть её расстроенной и наглядно обиженной. — Тогда, раз всё хорошо, почему бурчишь, как будто я виноват? — Ты ни в чём не виноват. — Девушка начала набирать обороты раздражения по всему телу, с одной стороны стараясь не конфликтовать, а с второй-желая высказать все недовольства. — Я такого не говорила. Ты сам придумал. — Вот что бывает если тебя не накормить с утра. — Пытаясь хоть немного развеять обстановку, Ллойд сел на кровати, на этот раз, полноценно нависнув лицом над младшей, глянув ей в глаза. Его пальцы осторожно убрали волосы с её бледной щеки и шеи, забирая на свою сторону кровати. Затем, не получив сопротивление на это действие, перевернул мастера времени на спину, приближаясь к ней лицом к лицу, отчего его волосы небрежно спадали вниз, закрывая лик от всех, кроме девочки. — Зейн остановил меня. Я не знал как помочь, испугался за тебя. Прости. — Зелёный ниндзя едва сглотнул ком, вспоминая свой беспомощный взгляд на крышу. Снова. Хах. Всю жизнь, по какой-то психологической, видимо, причине, когда перед темноволосой извинялись, ей хотелось плакать. Наверное, жалость к себе, которую она скрывает даже от самой себя и игнорирует, выдаётся наружу, подавая людям сигнал о напряжённом эмоциональном состоянии. Хани поджала губы, чёрт, она должна ответить достойно. Она не может сказать ни слова, потому что знает, что голос будет сдавленным и выдаст о её слабости. — Хани… — Монтгомери нежно провёл рукой по её щеке. А ведь, сегодня она так раздражённо отворачивалась от его прикосновений, словно он стал чужим. С самого утра, между ними искрилась напряжённость, натянутая, как кнут. — Правда, мне очень жаль… Пожалуйста давай поговорим… Тебе станет легче… Хочешь, разозлись на меня, как следует? Хани вздохнула, проморгавшись и сжала край пояса, закручивая его в рулетик, как, собственно, всё время делала в школе с лямками рюкзака-это отвлекало её от нервозности, это помогало контролировать хоть как-то мысли и слова. — Ничего страшного… — Снова утверждает младшая. — Не важно кто спас меня от смерти. Просто, я… Ну… — Вот. Уже не может сказать. Не может заставить его чувствовать вину за происшествие. Заставить почувствовать себя плохо. Это всё, травма от матери, она-то не стыдясь говорила девочке всю грязь в лицо, и теперь, даже если человек перед ней-явно не прав, она не может сказать о нём плохо. — Подумала… Ллойд кивнул, не прерывая её мысли ни единым звуком. Он так редко это слышит. Он так редко слышит правду. Искреннюю. Ему всё время приходится заставлять её говорить. Только вот, иногда, правда… Жестока, грубо говоря. — Что мы с тобой… — Девушка стыдливо отвела глаза, она не сможет сказать это в лицо парню. — Не так уж и любим друг друга… Монтгомери расширил глаза. Чего-чего, этого он услышать не ожидал. Шок поглотил парня на несколько секунд, его сердце болезненно сжалось, ища причину для таких мыслей в её голове. Он сделал что-то не так? Ну если она говорит, что не обижена, тогда что могло сподвигнуть на эту мысль? — Ты меня больше не любишь? — Ллойд попытался оставаться сдержанным, старался скрыть негодование, старался не показать обиду. Но не получилось. Это абсурдное заявление задело его честь, чувства, доверие. — Я этого не говорила. — Девушка нахмурилась, задаваясь вопросом, почему так сложно понять её, или, хотя бы, дать изъясниться, а не сразу преувеличивать ситуацию по десятибалльной шкале. — Хватит додумывать за меня! — Я не додумываю! — Парень отвёл взгляд, привстав с тела младшей и вернулся на свою сторону кровати, облокачиваясь спиной на изголовье, и отворачиваясь к шифоньеру. Тон голоса стал тише. — Ты сказала, что мы не так уж и любим друг друга. Может ты ещё и ребёнка пыталась убить? Выпила что-то? Скажи сразу, чтобы я потом не шокировался. — Нахмуренное лицо, которое редко увидишь таким серьёзно настроенным, обратилось на девушку как издевательство. Как же ей надоело, что её не слышат. Что её слова коверкают и превращают в то, что выгоднее им. Что после этого она ещё виновата, и должна доказывать человеку обратное. Надоело. Достало. Хани села на край кровати, спиной к старшему, её глаза уже превращались в стекляшки от слёз, она просто изнемогала от этих чувств. Злость, боль, грусть, обида, усталость. Перечислять можно бесконечно, но от этого ничего хорошего в список не прибавится. — Зачем ты просишь меня сказать тебе что-то, если потом реагируешь как… Биполярный… — Девушка резко встала с кровати, пытаясь при этом подобрать мягкое слово. Это была их первая ссора за всё время отношений. Хани старалась избегать конфликтов, но её терпению пришёл конец. — Ублюдок! — Мастер времени разворачивается к парню, даже слегка топнув ногой, второй слез с кровати, обходя её и вставая лицом к лицу с младшей. — Потому что я не знал, что ты, оказывается, всё это время играла со мной в любовь. — Зелёный ниндзя скрестил руки на груди, ещё чуть-чуть, и он может не сдержать ярости. Хани просто не выдержала. Не нашла слов. Ей надоело напрягать своё горло, чтобы человек напротив понял её позицию. Девушка просто закрыла лицо руками, пряча слёзы, она не хотела сейчас реветь, она так старалась, понимая, что это неуместно. С другой стороны, она имеет право и кричать, и злиться, и плакать. Ллойд дёрнулся, испугавшись, что с ней вдруг произошло. Его руки обхватили запястья девочки, пытаясь убрать преграду между их лицами. — Н-не смотри на меня… — Плечи девушки задрожали. Чёрт. Он не хотел так довести её. — Хани, ты плачешь? — Мастер энергии взял её за плечи, его брови сложились домиком. Она стала часто плакать. Она стала слабой. Она стала уязвимой ко всему. Она стала пугливой. Лёгкое движение Ллойда вперёд заставило младшую столкнуться с плечом партнёра, руки не открывали лица, пряча мокрые глаза и щёки. Монтгомери запустил руку в чёрные волосы голубоглазой, чтобы прижать ближе к себе, обнять крепче. Он и не замечал, сколько на неё навалилось. Эго — то, что уводило его от истинных чувств, не позволяя думать о безопастности других. — Не плачь… — Блондин и сам был на грани, однако ему немного легче совладать с собой, чем ей, во время беременности, всё так обострилось. Она больше не была той сдержанной и сильной пацанкой, она… Она стала, женственнее. Такой, какой должна быть обычная девушка. Губы тронули висок девочки. — Прости… — Я больше ничего не расскажу тебе. Слова резанули по сердцу, неожиданно, сильно. Ллойд зажмурился, крепче сжимая её в объятиях. Она ведь… Только начала доверять ему. Только открылась. Видимо, не судьба ему узнать о её боли. — Хани, ну я же извинился… Девушка сделала шаг назад, но сильные руки не позволяли отлепиться от крепкой груди. Смирение пришло быстро. Усталый вздох, тишина. Хани убрала руки с лица, пару десятков секунд просто держа их по швам, однако, не удержавшись, всё-таки обхватила талию старшего, обнимая в ответ. Молча. Ничего пока не сказала. — Я тебя люблю. — Негромкий голос парня прерывает тишину, девушка спокойно кивает, принимая его слова. — Я тебя тоже… — Темноволосая вздохнула, и всё же, ей нельзя быть такой мягкой, но, что поделать, она не может дуться дольше положенного. Выдержав паузу около семи секунд, её голос вновь прозвучал возле уха зелёного ниндзя. — Только когда ты меня не бесишь. Ллойд сдержанно улыбнулся, тело заметно расслабилось, даже сердцебиение умиротворилось, рассчитывая между стуками одинаковые доли секунд. — Прости. — Да не извиняйся уже. Проехали. Не до этого сейчас. Нужно людей людьми сделать, самим выбраться отсюда. — Вздохнув, перечисляет младшая, отстраняясь и взглянув на лицо парня. Ллойд кивнул, садясь на кровать, а Хани устроилась рядом, они оба устремили внимание на окно, находящееся на метр правее кровати, поэтому приходилось немного поворачивать голову. — А если Нанами найдёт нас здесь? — Монтгомери нахмурился, не отводя глаз от полумесяца в синем небе. — Пока он это сделает, нас уже не будет. — Хэй… Не говори так, мы обязательно выживем. — Парень глянул на девушку, сводя брови к переносице. — … — Голубоглазая усмехнулась, поворачивая голову и покрутила пальцем у виска. — Нас в городе не будет. Ничуть не прояснившись в ситуации, блондин приоткрыл рот, однако, не придумал что спросить-непонятным было всё. Он почесал затылок, выгнув правую бровь. — Ц… — Девушка повернулась к нему всем телом, положив ладонь на кровать, чтобы удерживаться на ней. — Уедем мы отсюда! — А-а-а… — Теперь-то дошло, что она имеет ввиду! Эм… Стоп, уехать? — Э-э…! На чём и куда?! Дурная что ли? — В Мин. Воды, на электричке. — Мастер времени заявила так, будто для неё это дело «раз плюнуть». — Что?! — Парень ударил себя по лбу, всплеснув руками. — Ты прикалываешься блин?! — Да там всего лишь питание восстановить и всё будет ок! — Утверждает младшая, на грани смеха от реакций зеленоглазого. — Может ещё скажешь что ты машинистом поезда как раз работала?! — Ха-ха! Ну-у… Немного… — Хани кашлянула в ладонь, глядя на шокированного парня. — Не работала прям! Просто одноклассник один, короче, который в меня влюблён был, мне рассказывал как он на РЖД тусуется после выпуска. Ну, мы с ним кенты были. Во-от… Там не сложно. — Девушка махнула рукой, пытаясь самоутвердиться. — Да ты альфа-самка оказывается… — Подмечает парень, слегка надувая щёки и хмуря брови. — Так у меня же ещё жених был помимо всех. — Прозвучало так, будто Ллойд должен по идее знать эту информацию, а она просто напоминает. Мастер энергии опешил. — Жених…? — Неужели у них завязывается откровенный разговор про её прошлое. Парень не настолько чувствовал ревность, сколько интерес, ведь после его непонимающего вопроса, лицо Хани удивлённо вытянулось. — Ты не знаешь про Таджикистона?! — Досадно удивилась младшая, приложив руку к сердцу, в ответ получая отрицательное покачивание головой. — Боже Правый… Ну… Короче. Начну, с даты… — Ты говорила что больше ничего не будешь рассказывать. — Парень усмехнулся, шутя, схватил её в объятия и уложил на кровать, а сам устроился на её груди, понимая, что история будет долгой и красноречивой. — Валяй. — Зеленоглазый провёл рукой по, слегка заметному, животику, в котором едва начал расти их малыш. Это давало ощущение, что девушка принадлежит ему, и история про бывшего жениха так и останется в прошлом. Хани улыбнулась, положив руку на голову старшего, приятно играясь с его волосами пальцами. — Это произошло в сентябре две тысячи двадцать пятого года, понедельник, двадцать девятое число. Её сознание плавно отошло от нынешнего мира, заглядывая в тот день, в тот вечер, готовясь вновь прожить это.

__________________

— Яська, сходи в Магнит за ништяками. — На удивление, у матери девушки сегодня было хорошее настроение, она дала дочери пятьсот рублей, не отрывая глаз от телефона, быстро печатая ответы троюродной сестре. — Как обычно возьми. Девушка кивнула, взяла деньги, и направилась в другую комнату одеваться. Темноволосая тоже была не грустна-её «тётя», собиралась наведаться к ним с детьми и мужем. Хани же, эта троюродная сестра-Зиша, являлась четвероюродной, ей около сорока лет. Девушка воспринимала её как тётю, это, наверное и потому, что у неё уже было трое детей. Старшему четырнадцать лет-Рахим, самый бесячий её племянник. Они всё время воюют, хоть начинают по шутке, потом, бывает, забываются. Средний-Исмат, десять лет, маленький, щупленький мальчик, Хани старается выбирать осторожный подход к нему, он чувствителен и обидчив, однако его старший брат этого не понимает-ругает его, часто, по мелочам, за что получает подзатыльники от девушки. Она в серьёз отчитывает старшего племянника, когда он начинает задирать Исмата, ведь потом успокоить его будет сложно, особенно ей. Он не подпускает к себе близко никого, кроме тех, с кем он живёт, как бы голубоглазая не была добра к нему, он не примет её сочувствие. И младшая-четыре годика, Зарина, самая беззаботная из трёх племяшек. Ничего ей в жизни не надо, кроме Хани, когда заиграется с ней. Девушка её очень любит, и, слава тебе Господи, Рахим сестрёнку не обижает, иначе бы темноволосая с ума сошла всех от него защищать. Ей бы самой от него, защищаться-выкручивает ей все руки, пацан! Она его называет: «Узурият». С лакского означает: «Грязный народ», однако этот смысл давно забыт, на сегодняшний день используется как оскорбление, по типу; Негодяй, мерзавец. При этом они с Рахимом гоняют в магаз только так, и пусть попробует он ей отказать. Чуть ли не за ручку шпыняют туда-сюда, да и Рахим её ниже всего на три сантиметра, иначе бы не брала с собой-позориться. А так и не скажешь, что родственник.

__________________

— Тогда, я была покрытая. — Это… Как, мусульманка? — Да… Ллойд кивнул, глядя на стену и внимательно слушая рассказ.

_________________

На часах двадцать один двадцать четыре. Довольно поздно для похода в магазин, обычно Хани редко выходит в такие часы на улицу. В это время город бывает пустым и безлюдным, за весь путь можно встретить максимум одного человека, поэтому голубоглазая особо не парилась над внешним видом. Она даже не стала снимать домашнюю чёрную водолазку и светло-голубые джинсы-одела сверху бордовое платье длинной до щиколотки, напоминающее худи, с капюшоном и манжетами из кашкарсе (тянущаяся ткань с отделкой-лапшой, предназначенная для обработки низа рукава в изделиях из трикотажных полотен), довольно качественное и красивое, волосы собрала в пучок, не стараясь над аккуратностью. Затем, одела бордовую шапочку, а сверху, на тон темнее по цвету, платок, зацепив его под подбородком специальной брошкой. Её лицо становилось выразительнее, глаза ещё больше казались светящимися, чёрные, не очень тонкие брови, подчёркивали взгляд, делая его, в какой-то степени, стервозным, с этими интересными ресничками, создающими эффект стрелок. Макияж девушка никогда не наносила, во-первых, потому что покрытые с макияжем-это абсурд, а во-вторых, она считала, что в этом нет необходимости, нет смысла. Хани не хотела прятать свою внешность, даже если она ей не нравится. И те, кто посмотрят на неё, увидят настоящее лицо, а не стандарт, который присутствует на каждой встречной. А там уж решат-нужна им такая, или нет. Темноволосая положила в карман платья телефон, деньги и наушники, а затем вышла из маленького дома, на пороге одевая чёрные кроксы с высокой подошвой. Джинсы, как и вся, в основном, поясная одежда, не держались на талии голубоглазой, по меркам она была шестьдесят два сантиметра, а по бёдрам девяносто четыре, поэтому джинсы, спав с тонкой талии, висели на линии бёдер, впоследствии их было немного видно из-под платья. Девушка воткнула наушники в уши, включая своё голосовое из чата с сестрой, в котором Хани жаловалась на хозяйскую Марину, ведущую себя так, будто темноволосая прислуга её семейства. У девочки была привычка переслушивать свои голосовые, когда не было настроения на музыку, она словно слушала скандальные новости от родственников. На пути к «Магниту», Хани предстояло пройти по новому, плиточному тротуару мимо; Дома Тани-торахтушки, после которого сразу же начинается мост, приблизительно пятьдесят-шестьдесят метров длинной, и как только перила моста оборвутся, ей предстоит пройти ещё пару десятков метров, оказавшись на «Пятёрочке». Преодолев всю длину магазина снаружи, она проходит метров двадцать пять-тридцать, а затем сворачивает направо-её встречает отель «Традиция», мимо которого она также проходит, на этом месте нужно преодолеть совсем незначительный подъём тротуара, который начинается с отеля, и заканчивается на Грузинском ресторане; «Колорит». Далее, идёт мимо хранилища строительных материалов «Домас», которое делит одну стену с магазином надгробных камней на могилы. Затем, скромная, не очень известная, стоматология, и после неё около трёх-четырёх домов с дворами. На финишной прямой она проходит мимо местного «Хозмага», доходит до остановки «Ул. Седлогорская», переходит дорогу, и вот он «Магнит». Идя по тротуару, девушка видит тёмно-фиолетовый джип, припаркованный на дороге возле дома Тани, обычно, там стоит белый минивэн, и девочка инстинктивно начала думать насчёт того, кто мог приехать к соседке Танюхе, в последствии, голосовое стало фоном, который она уже не понимала. Поскольку тротуар был слегка дугообразным, из-за машины она не сразу увидела мужчину, стоящего на пути, прямо около джипа. Не-е-ет, не таких гостей Тани представляла голубоглазая. Она продолжила думать о соседке, вспоминая, сколько людей ошивается в её саду, который, кстати, мог увидеть любой прохожий из-за отсутствия забора. Чем ближе Хани оказывалась к этому мужчине, тем больше начинала осознавать, что, кажется, он ждёт не Таню… Его взгляд был крепко приклеен к ней, в какой-то степени ей стало не по себе, а в какой-то-смешно. Он стоят так, словно ждёт маршрутку. Руки девушки покоились в карманах боковых швов платья, она не любила сверлить взглядом мужчин, и предпочитала обходить, насколько позволяет ширина тротуара, далеко. И вот, она уже заранее отходит в сторону, ближе к двору Тани, как неизвестный привлекает её внимание. — Девушка. Хани остановилась, не особо занервничав, предположительно она догадалась, что он просто спросит где та или иная улица. А подумала она так, ещё и из-за внешности молодого человека-темнокожий, акцент не русский, и на Армянина сильно не похож. Возможно, Азербайджанец какой-нибудь. Да и рост, пф. Хани пришлось слегка наклонить глаза, визуально он казался ниже на сантиметров шесть-семь. Она впервые его встречает. — Я тут проезжаю часто, — Начинает незнакомец. — Несколько раз тебя видел, и сейчас, набрался смелости. Голубоглазая едва успела уменьшить громкость, чтобы услышать парня, и его слова заставили её сердце забиться быстро и волнительно. — Можно с тобой познакомится? Девушка опешила, стараясь не показывать, что её застали врасплох. Глаза бегали мимо парня, ему за плечо, но не на лицо. Он только что сказал; «познакомиться»…? Первое, что всплывает в мыслях-уход из дома, ребёнок, семья. Ох чёрт… Соблазн пересиливает разум, и она перестаёт бороться между дьяволом на правом плече и ангелом на левом. Её ответ будет беспрекословно; «Да». При этом, ей уже казалось, что всё напрасно и мать не позволит ей общаться с ним. Но лучше она пожалеет оттого, что согласилась, чем оттого, что упустила шанс. Выдержав удивлённую паузу, с расширенными глазами, Хани достала из кармана телефон. — Ну давайте… — Тихонько отвечает темноволосая, мужчина достал телефон, готовясь записать её номер. — Девятьсот восемьдесят восемь… Парень записал контакт и сразу же отправил гудок, Хани дёрнулась от звука в наушниках, блять! Зачем сейчас звонить?! Шокированная от резкого шума, она быстро отклонила звонок. — Двадцать три двадцать четыре появилось в конце? — Спокойно интересуется мужчина, не замечая, что собеседница чуть не оглохла от его «гудка». — Да… — Девочка вытащила из ушей наушники, закинув их в карман и поправила платок. Нет, блин, не появилось. Не вы же сейчас мне позвонили. — Как зовут? — Ясмин. — А кто по нации? — Я-я Лачка. — Девушка смотрела на него мельком, пытаясь разглядеть внешность. Но то, что он ниже ростом, она отчётливо заметила. — А… — Понятливо кивает мужчина. — Из Дагестана. Пару секунд, Хани натянула улыбку, пытаясь казаться вежливой. Что-то ей подсказывает, что он Армянин-она просто обязана убедится в обратном. — А вы…? — Таджик. Девочка чуть не уронила нижнюю челюсть, едва сдержав рефлективное, удивлённое; «Таджик?!». Она остолбенела, нервно усмехнувшись. — Хах, поня-ятно… — Наигранно заверяет вторая, пытаясь не выявить шок через выражение лица. Короткая усмешка сорвался с губ, и она тут же повернулась вполоборота, будто что‑то заметила у себя за спиной лишь бы на секунду отвести взгляд хоть под каким-то предлогом, развернулась обратно, хлопнула ресницами и неестественно кашлянула. Её сердце посетило щекочущее волнение. Для неё нация «Таджик», означала какую-то шутку или мем. Везде, где не лень, люди добавляют Таджиков и Узбеков, впоследствии Хани перестала воспринимать их всерьёз. — Ты в магазин? Идём? — Ах? А-а… Да… В Магнит… Хани сделала пару шагов к мосту, однако парень не пошёл за ней, поэтому она повернулась, увидев, что он что-то сказал человеку в машине через окно переднего сиденья. Только вот, не в джипе сидел второй неизвестный. Молодой человек догнал девушку и они двинулись в сторону «Магнита». — Ты близко живёшь? — Парень пристально следил за, идущей рядом, высокой, стройной девушкой, и лишь иногда кидал взгляды на дорогу перед собой. Прямое платье подчёркивало эти сто семьдесят семь сантиметров, делая её настоящей моделью. Хани было не по себе от такого внимания. Она нервно ковыряла мешковину кармана, бросая взгляды в противоположную от него, сторону, отворачивалась, а сердце-выпрыгивало к чертям, ей казалось, что она старая бабка, поднявшаяся по лестнице. Сердце не унималось ни на секунду, и девочка даже испугалась, что он заметит, как неестественно подпрыгивает её грудь. — На Минеральной… — Отвечает младшая, после того, как её слух блаженно растаял от его голоса. Хотелось ущипнуть его за щёчку, не смотря на их пятиминутное знакомство. Этот акцент, такой сладкий, приятный, при этом русский, учитывая его Таджикское происхождение, можно было назвать чистым. У Хани же, нет акцента, родилась она среди русскоязычных, некоторые, даже, узнавая, что она Дагестанка, поражались, что акцент отсутствует от слова совсем. Она должна, по идее, ещё и называть вещь не своим полом; «Масло он…», по типу такого, просто ей повезло, что в семье кроме бабушки никто из Лакского села не происходил. — Понятно. — Мужчина кивнул. — Учишься где-то? — Да… В Пятигорске… — Она нервно поправила брошку на платке. — На юриста. — Это хорошо. — Парень улыбнулся. — А так свободное время бывает? — Бывает, конечно, иногда. — Ясно. — Молодой мужчина остановился перед поворотом на углу, ведущему к отелю «Традиция», а Хани, не сразу заметив это, сделала на шаг дальше него, затем развернулась, когда он осторожно добавил, словно опасаясь спугнуть новую знакомую: — Я сейчас отвезу там, человека. Ты долго в Магните будешь? Перед тем, как ответить, буквально в один миг, она представила картину, если скажет, что ей нужно всего лишь взять три вкусняшки с первой в магазине, полки: «Хани стоит на кассе, оплачивает покупку, поворачивается-а там Таджикистон! Хватает, уносит в машину, крадёт, связывает. Бр-р-р!» — Да. Я буду долго. — Без тени сомнения. Правдоподобно. Внушая доверие. Теперь, он рассчитывает на это; «Долго», и спешить, как правило, сильно не должен. — Хорошо. Увидимся. Пока. — Парень до последнего не оборачивался в противоположную от неё сторону. Уже сделал пару шагов назад, но всё равно не отводил глаз. — До свидания… — Девушка оборачивается и идёт своей дорогой. Чёрт! Она боится остановиться по среди улицы, но это волнение, посетившее её сердце, при ещё хоть одном шаге, заставило бы задохнуться. Первое знакомство. Первый контакт с мужчиной. Ночью. Никто не видел. Словно вся улица принадлежит им. Словно все подстроились под них, чтобы не смущать, не мешать, запрятались в домах. Он хочет погулять с ней? Хочет догнать? Что ей делать?! Подольше походить по магазину, как она и сказала, или быстро скрыться из виду? Пойти домой, или встать за каменной лестницей, ведущей в Магнит, и рассмотреть его беспаливо? Чёрт! Чёрт! Руки дрожат, колени дрожат! Ей нужно срочно подвигаться. Адреналин прилил к венам, не позволяя стоять на месте. Невероятное волнение, которое нельзя унять просто так. Ни горячий душ, ни крепкий сон-не снимут это ощущение. Не оставят в прошлом. Оно доставляет дискомфорт, оно доставляет неприятную щекотку по телу, по нервам, будто вокруг столпились люди, не давая дышать. Не давая пройти. Ей хотелось куда-то убежать от этого кошмара, но она не могла-он преследовал её, создавая ауру беспомощности. Она набрала воздух ртом, носовая полость атрофировалась-в ней появился невидимый клапан, жар в теле поднялся, пот потёк по лицу. Она быстро вытерла его рукавом и двинулась вперёд, мечтая, чтобы дунул ветерок и развеял её состояние. Это невозможно было терпеть. Казалось, единственным лекарством может стать только встреча. Встреча с ним снова. Объяснения. Узнать его имя. Узнать его возраст. А затем, плавно влиться в разговор, стать родственными душами-пошутить, рассказать дурацкие истории. До этого момента, до сегодняшнего дня, до этих чёртовых двадцать одного тридцати семи ночи, она могла представить подобное общение только с сестрой. И больше ни с кем. Только что появляется человек, который… Хочет, просто, познакомится с ней. Или не просто…? Она движется дальше. Вопросы заваливают голову, делая её тяжёлой, чугунной. Рассказать маме? Рассказать сестре? Оттянуть? Отложить на завтра? Отложить на месяц? Отложить до точного решения? Что делать? Так стыдно! Он увидел её домашний, неопрятный вид? Что подумал? Голова болит! Как долго он будет делать дела? А если он успеет в Магнит за ней? А если на обратном пути застанет?! Что она скажет? Как в таком виде позволит снова себя увидеть? Эти джинсы, предательски спавшие с талии, заметные под подолом платья! Чёрт, пятно! Тапки домашние! Духи не набрызгала! А вдруг он пожалеет? Скажет, что спутал с кем-то, отвяжется? Она не привлекательна! Ну как же так! Если бы знала, прихорашивалась бы хоть немного! Ему точно нельзя видеть её сейчас. Ни в коем случае! Она должна избежать встречи, если нужно, драпануть от него до дома! Но только не позволить снова застать врасплох в таком ужасном, домашнем виде!

_____________________

— Я не успела пройти пять шагов, как сразу записала матери голосовое. Всё выдала-каждое его слово, каждый свой ответ. — Прискорбно признаётся младшая, вздыхая, проживая вновь это чувство, хоть и не так ярко, но что-то щёлкает в сердце. Рука непрерывно гладит волосы парня, ища успокоение. Ллойд понимал, как трудно ей, наверное, было рассказать матери о новоиспечённом женихе. И всё же возник у него вопрос; если мать она не любит, то почему рассказала? Почему доверила такую информацию, с учётом её агрессии? Однако любопытство блондин оставил при себе. — Ты испугалась? Хани улыбнулась-какой догадливый у неё парнишка. — Нет. В тот момент-не испугалась. Я не успела нормально разглядеть его. Было темно, я стеснялась. Зелёный ниндзя кивнул, обняв рукой талию мастера времени.

____________________

Мама; Зачем дала номер? 😂 Красивый хоть был?

Хани;

Не знаю😅

Не разглядела нормально

Мама; Идём быстрее домой

Хани;

Ассаляму алейкум написал

Мама; Зиша щас приедет с детьми Не отвечай на сообщения Аа Валейкум напиши и выходи

Хани;

Ок

Скрин

Девушка взяла с прилавка вкусняшки, направилась к кассе, находящейся возле выхода и встала в очередь, написав ответ на сообщение нового знакомого. Она не добавила его в контакты, во-первых-не знала имя, во-вторых, слишком нервничала от сообщения, от ситуации. Он написал первым, в ватсапе. +7 9***; Ассаляму алейкум Есть время прогуляться?

Хани;

Валейкум ассалям

Голубоглазая, печатая ответ, получила сообщение от матери, и сразу после отправления, зашла в её чат. Мама; Скажи нет А хотя не говори Не пиши ничё Выйди просто из сети, разберёмся потом

Хани;

Ок

Темноволосая как-то наплевала на отношения с матерью, рассказала ей эту новость, потому, что, как бы то ни было, выйти замуж она хотела достойно, не побегом или тайными отношениями-мало ли, какой там попадётся. Девушка прекрасно осознавала, что ещё не стала зрелой взрослой женщиной, чтобы здраво анализировать партнёра и принять нужное решение. Её подростковые чувства явно будут нестабильно волнительными, поэтому импульсивные решения-это ещё малость всей проблемы. Да если дать ей волю, она бы спокойно встретилась с этим парнем, только переодевшись. Ей нужен был совет взрослого человека, хотя в глубине души Хани сомневалась, что мать вообще позволит общаться с кем-либо в этой жизни. Но это пока ей шестнадцать лет. А дальше, она и постарается полагаться на себя, взвешивая все «за» и «против», будет принимать правильные, обдуманные решения. Сейчас, она не способна на это. Девушка показала продавщице на телефоне кьюар-код своей скидочной карты «Магнита», отдала пятьсот рублей, и забрала сдачу с покупкой. Руки сразу в карманы, она даже не хотела втыкать наушники-кажется, у неё «травма». Теперь всегда будет казаться, что кто-то позовёт, а она не услышит. Опозорится. Обратный путь простирался ещё более безлюдным, одиночным. «Пятёрочка» уже закрылась, пока она была в «Магните», стукнуло десять часов ночи. Вывеска не горела, стало темнее. Она оказалась полностью беззащитна-путь до дома кажется бесконечным, сердце ёкает от любого звука со стороны, её жизнь не станет прежней. Сейчас девочка это осознала. Теперь, выходя на улицу, она просто не сможет думать о чём-то, кроме этого мужчины. Всё это время, темноволосая шныряла по городу, а машины были для неё лишь ветерком. Она недооценивала людей. Считала, что их нет. Прошли-забыли. Ну вот зачем она им нужна? А нет. Её тут, оказывается, кто-то высматривал. Как же она оплошала! Почему не следила за внешним видом, почему одевалась как босяк, не смотря на то, куда следует? Не будет ей покоя-да ещё и Зиша приедет с детьми и мужем! Не было беды! Казалось бы, девушка вычеркнула вариант встречи с ним из головы. Однако, уже идя по мосту, она останавливается, и, оборачивается. Она наврала ему… Отчего-то сердце щемило, Хани представила себя на месте этого парня-как же было бы неловко прийти в магазин и лихорадочно искать человека, с которым, вроде как, назначил встречу. Она вздохнула, взгляд метнулся на дорожку вниз, под мост. Девушка быстро пошла туда, спряталась за деревом, подняла платье вверх и расстегнула джинсы, снимая их. Голубоглазая сложила поясную одежду, максимально компактно и положила в пакет с вкусняшками. Чёрт, что она творит… Вновь вернувшись на тротуар, девочка смотрит в сторону, откуда пришла, с Магнита. Затем в сторону дома. Губы поджимаются. Руки теребят ткань платья. Темноволосая, разворачивается, и идёт домой.

___________________

Ллойд сжал кулаки. После первой встречи она ещё и помышляла о таком!

___________________

Хани зашла через ворота во двор, и на неё тут же обращается толпа взглядов, а на большой площадке уже красуется белая легковушка. — Ва-а-ай Яська ты какая высокая! — Зиша подошла к «сестре», обнимая её, девушка радостно ответила объятиями. — Ты чего маме женихов собираешь? — Шуточно, добро усмехается старшая. — Да он сам подошёл! Таджик! Ещё спросил сколько я в Магните буду, я быстро убежала, сказала долго. — Чурх буккан жалин! (Растёт невеста!) — Тиккун шиккун-(уходить, убегать) я ему сделала. — С наигранной гордостью заявляет голубоглазая. — Ха-ха-ха! — Зиша крепко потёрла спину девочки, обнимая за плечи и ведя с собой. — Зарина смотри буттарси (тётя) твоя пришла! Помнишь Ясю? — Буттарси (тётя)! — Малютка захихикала и потопала к старшей, на ножках были сандали, серые лосины, а сверху длинная розовая футболка с принтом звезды. — Моя Заришка! — Хани присела на корточки, отдала пакет брату, а девочку подозвала за спину, чтобы покатать. Младшая обняла её за шею, ножками обхватила за талию, голубоглазая встала на ноги и покружила племянницу, потом присела снова. Девочка слезла, встала перед ней и села на корточки. — Теперь ты! — С детской радостью сообщает девочка, вызывая смех у всего тухума-(≈объединение нескольких поколений/семейство). — Зари не надо тётю катать! — Усмехается муж Зишы-Мамед, доставая из машины напиток, находящийся близко к сидению водителя. Ай-Яй-Яй, энергетик. — Я же тяжёлая, ты меня не поднимешь. — Хани нежно улыбнулась, подхватывая младшую на руки и, устало выдыхая, идёт в сторону дома. — Э-э подожди, руки где помыть можно? — Рахим направился за старшей, не ведя себя язвительно или грубо. Просто, по-дружески. — Мне тоже помыть надо! — Их догоняет Исмат, слегка заикаясь в словах. У него было какое-то потрясение, однако Зиша никому не рассказывала, поэтому девочка могла лишь предполагать. — Ты чё забыл где баня? — Темноволосая почувствовала в кармане вибрацию телефона, которая заставила вспомнить о новом знакомом. Она по-удобнее придержала Заришку, которая без умолку рассказывала, какую божью коровку сегодня увидела, но Хани пока что не могла ответить. — Да твоя мама то в большой дом отравляла, то сюда. — В этот дом иди. Туда только купаться мы ходим, ради рук зачем переться? — Девушка усмехнулась. — Я откуда знаю. — Старший племянник опередил тётю, снимая на пороге обувь и заходя в первую правую дверь-уборную. — …У неё было чёрное покрытие крыльев и красные пятна! — Зарина попыталась привлечь внимание голубоглазой. — Там пол мокрый! Тапки одевай! — Ох уж эти гости. За всеми детьми и даже, иной раз, взрослыми, следит всегда Хани. — Сейчас Заришка, сейчас. Правда чёрные крылья были? — Да! Чёрные с оранжевыми пятнами! А существует только красная с чёрными пятнами! — Яська фонари включи и вынеси нам чай под навес! — Мать проводила Зишу и Мамеда под беседку, где красовался большой, чёрный, пластмассовый стол, стулья-их было всего семь, диван, и кресло. — И иди рассказывай про жениха! — Щас! — Девушка сразу засунула вилку в розетку, в коридоре, возле ванной комнаты на стене. Во всём дворе и под навесом сразу загорелись фонари. — В пакете джинсы твои! — Младший брат вышел из комнаты, в коридор. — Иди на улицу. Зариша пойди ручки помой, хорошо? — Темноволосая поставила малютку на пол, и девочка зашла в ванну, Рахим помог ей встать перед раковиной и намылить руки. Хани, тем временем, быстро забегает на кухню-параллельная уборной, дверь, слева от прихожей (входа в дом), ставит электрический чайник, берёт три кружки из шкафа и кладёт на стол. Девушка зашла в зал, где был стол, диван, на котором она спит, деревянные шкафы и белый столик с зеркалом-мать его привезла из салона. Девочка вытащила из кармана сдачу, телефон, наушники и сняла платье с платком, одевая джинсы. Она на мгновенье включила телефон, было слишком интересно посмотреть, что он написал. + 7 9***; Ты где? Хани возмущённо усмехнулась-не удержалась. В голове сразу начал рождаться соответствующий ответ на это наглое сообщение. Ещё бы написал; «Кто тебе разрешал уходить?». Теперь девушка не сожалеет, что избежала встречи. Они пять минут знакомы, а он смеет ей говорить; «Ты где?». Голубоглазой захотелось его выстегнуть, и, как-то даже, не по-злому, а желая научить нормально разговаривать с первыми встречными. — Тебя мама зовёт! — Ажиотаж продолжался, брат окликнул её из кухни.

__________________

— Я бегала, где-то, до пол-одиннадцатого ночи с этими гостями, и когда уже постелила им в большом доме, мать сказала, чтобы я спросила, серьёзные у него намерения, или нет. Я так и сделала.

___________________

Продолжение переписки: + 7 9***; Ты где?

Хани;

Дома

+ 7 9***; Аа А я в магнит приезжал Думал ты ещё тут Сердце девушки пропустило волнительный удар, она сидела за столом в зале, её постель была постелена, но она не собиралась пока что ложится. Темноволосая и не представляла, что ей отвечать. Спустя пол минуты, парень напоминает о своём сообщении: + 7 9***; Есть время прогуляться? ? Голубоглазая вздохнула.

Хани;

Нет

Этот ответ явно застал молодого мужчину врасплох-замолчал, не печатал, однако девочке было непонятно, как можно удивляться от элементарного отказа, наоборот-она должна шокироваться, что он зовёт её гулять. Неужели для него это нормально? Позвать девушку, не знающую даже его имени, шляться по городу, а она спокойно назначит время, сколько будет собираться и попросит ждать возле ворот? + 7 9***; Ты с родителями живёш?

Хани;

С мамой и братом

+ 7 9***; А папа?

Хани;

Он в Москве

+ 7 9***; Понял Ты в Пятигорске же учишься?

Хани;

Да

+ 7 9***; Я могу тебя завтра отвезти Девушку чуть удар не хватил. Он больной или что?! Может она ещё жить к нему переедет?! Чего ждать?!

Хани;

Нет

Вышел. Всё. Одна минута, две. Голубоглазая снова почувствовала эту неловкость, словно её поставили на его место, и попыталась мягко развеять обстановку.

Хани;

Если что я даже с подругами не гуляю😂

+ 7 9***; Домашая Темноволосая сглотнула, после сообщения он пару секунд подождал, а затем выдал: + 7 9***; А мы можем прогуляться? Сейчас девушке показалось, что он шутит, прикалывается над ней.

Хани;

Нет-нет-нет!

+ 7 9***; А как мне тогда свою красотку увидеть? Хани схватилась за сердце, тяжело дыша. Во-первых, она ещё никогда до этого не получала комплимент от мужского пола, ей должно быть приятно, она должна поблагодарить, но она не может! Какая же абсурдная была его манера, девушка просто ахуевала.

Хани;

Никак

+ 7 9***; Ты чё серьёзно Ты мне очень понравилась даже влюбился В моменте, когда голубоглазая печатала ответ, ей следом пришло ещё одно сообщение: + 7 9***; Я серьёзно хочу Иншаллах жениться Выглядевшее таким образом, ранее напечатанное ею, послание:

Хани;

Да, я хочу достойно выйти замуж, я не буду с тобой никуда ход-…

Исчезло из строчки, заменяясь новым:

Хани;

Тогда тебе нужно идти к моей маме

Парень пару десятков секунд ничего не отправлял-то печатал, то нет. + 7 9***; А брату сколько лет?

Хани;

12

+ 7 9***; Понял Тогда с мамой буду разговаривать Хани вздохнула, выключила свет и легла в постель. Она должна держать себя в руках. Сказала свою позицию-теперь он пусть принимает решение. И пару минут не прошло, как она получает уведомление; + 7 9***; А скинеш свою фотку? 😍 Вот, блин… Козёл.

_________________

— Он тебе понравился? — Негромко спрашивает мастер энергии, елозя на плече возлюбленной, ища удобное положение. Он будто слушал сказку на ночь из уст матери. — Не то чтобы, понравился. Я намеренно не хотела влюбляться в него, пока он не докажет серьёзность своих намерений. — Хани погладила руку парня, прижимая к левой стороне своего тела. — Я до последнего не хотела… — Девушка сглотнула и выдохнула, продолжая историю. — Он писал мне с тех пор каждый вечер, иногда утром, на протяжении четырёх дней. Наше общение, было сначала очень холодным, я не позволяла ему охмурить себя. Я не отвечала ему по ночам. Я не привязывалась к нему, в основном он только здоровался и спрашивал как у меня «жизнь молодая». — А он старый что ли? Сколько ему лет было? — Двадцать восемь, на то время как мы начали общаться. — Хани прикусила губу. Хоть рассказывает она всё с начала, в голове крутятся более впечатляющие воспоминания. — Имя его, я узнала из ватсапа, там было подписано; Акрамбек. Я добавила в скобках; (вроде), потому что точно не знала. — Ха-ха-ха-хах Хани! — Ллойд уткнулся в её шею. — Акрамбек (вроде)! — А что-о-о-о? Вдруг не его имя! — Ах-ха-хах! — Парень выдохнул, приходя в себя, а младшая продолжила. — На четвёртый день, я стала немного мягче к нему, уже записала голосовое. Через нос правда разговаривала, насморк был. — Ха-ха! Через нос! — Да-а, вот. Я заболела, ну так, не сильно. Сопливила и кашляла просто. И я типо в голосовом говорю; «Так-то, так-то, заболела, нос заложен, надо будет чай попить с малиной». Он ответил когда я уже постель стелила, написал; «Терафлю выпей». — Голубоглазая убрала прядку волос с лица. — Я конечно же не собиралась его пить, у нас в аптечке просроченный валялся. Кстати, надеюсь, он там дату изготовления не увидел на фотке… — Досадно ёкает девушка. — Пф-ф! Ты что сфоткала Терафлю ему отправила? — Ну да! Я сказала; «Всё ок, нашла». Он ответил; «Красотка». — Мгм, красотка. Просто знаешь как общаться с мужчинами, чтобы они таяли. — По себе судишь, Рамео? — Девушка усмехнулась. — Я не ответила, хотя было приятно. — С некой, осторожностью, продолжает она. — После этого он, эм… Написал; «Мне ты вчера приснилась», «Оооочень хороший сон был». Я не придала значение. На следующий день, я была очень занята, поэтому легла поздно. Племянников, брата, всех на меня свалили. Сразу, конечно же, я никогда не засыпала-сидела в телефоне. Батя тогда со мной на связи был, про Таджика тоже знал, скажу честно-даже матери он понравился, но ему, до последнего-нет. И вот, пахан отправил сообщение мне, развёрнутое, типо; «Ой, ты влюблена по уши, не можешь трезво мыслить, нельзя вам общаться, туда-сюда». В этот момент, когда я прочитала, мне написал Акрам-пахану я не успела ответить. Помню, что Таджикистон что-то важное сказал, поэтому я сразу вышла из чата с батей. Время было уже двадцать три с чем-то.

__________________

Акрамбек (вроде); А твою маму как зовут?

Хани;

Сапият

Акрамбек (вроде); Она кем работает?

Хани;

Парикмахером, в салоне

Акрамбек (вроде); Понял Салон где находится?

Хани;

В районе рынка

А что?

Акрамбек (вроде); Эта ладно Улица какая?

Хани;

Тебе зачем?

Акрамбек (вроде); Да просто спрашиваю

Хани;

Просто спрашивать не надо

Девушка поправила подушку за спиной, ложась на неё по-удобнее.

Хани;

Если общаться хочешь-вот и звони ей

Акрамбек (вроде); Хорошо Я только с работа пришел

Хани;

Понятно

А твои родители знают что мы общаемся?

Акрамбек (вроде); Нет Им рано ещё пока говорить

Хани;

Ок

Это ты получается ремонты делаешь?

Акрамбек (вроде); Да я ремонт делаю и строительство 🏠 занимаюс Темноволосая начала хохотать. Это было просто уничтожительно, то, как он писал. Он реально думал, что это правильно?

Хани;

Понятно😂

Акрамбек (вроде); Что смеёшся? Думала раз таджики олигархи будет депутаты?

Хани;

Ты неправильно пишешь

Да нет, мне статус вообще не интересен

Акрамбек (вроде); Хорошо Ты молодец на это что не смотришь а то бывает которые богатые нужен они до 40 замуж не выходят потому что олигархи ищет

Хани;

Я замуж не ради денег выхожу

Акрамбек (вроде); Да ты хорошая Тебя тоже чтобы не испортить жизнь спешит не буду ❤️

Хани;

Да как ты её мне испортишь, только если поматросил и бросил сделаешь

Акрамбек (вроде); Не я такие вещи не делаю

Хани;

Ладно-ладно

А ты кто по знаку зодиака?

Акрамбек (вроде); Не знаю Темноволосая улыбнулась, удивлённо. В этот момент, её сердце, эмоции, открылись навстречу его интересу. Ответили на его знаки внимания. Она не смогла больше сдерживать себя в узде. Она просто, попыталась. Попыталась дать ему шанс. А вдруг он хороший? Добрый? Почему она скептически отвергала его? Почему боялась привязаться? На это и причины не было! Он ей и слова плохого не говорил. Это идея в её голове. Идея, что все мужчины, одинаковы, и ради секса они пойдут на всё, что реальность жестока, и доверять никому нельзя. Но ведь есть счастливые семьи. Нужно, просто, посмотреть на них, сказать; «Вот так и будет!», поверить. Поверить в любовь, искренность, счастье, и не отвергать человека без причины.

Хани;

Ты не знаешь кто ты по знаку зодиака? 😂

Акрамбек (вроде); Водолей наверное

Хани;

Скажи мне свою дату рождения

Я сейчас узнаю вместо тебя

Акрамбек (вроде); 19.02.1997 Хани почесала затылок-она никогда не разбиралась в цифрах месяца. Ей нужно было конкретно слышать; Июнь, июль, и так далее. Она попыталась вспомнить, какой же месяц; 02.

Хани;

Января?

Акрамбек (вроде); Какой января? 😆 Февраль

Хани;

Аа

Всё-всё

Щас

Это ты по-моему попал в переходный с водолея на рыбу

Ну так вроде бы это последний день водолея

Акрамбек (вроде); Ну вот Я в это вещи не верю

Хани;

Я тоже

Акрамбек (вроде); Если спрашиваеш значит веришь

Хани;

Спрашивать и верить, это две разные вещи, гений

Я же не говорю; У водолеев в этом месяце будет удача

Просто интересно

Акрамбек (вроде); Это интересно не может быть если не верит

Хани;

Всё, ладно, не буду спрашивать больше

Акрамбек (вроде); Понял

Хани;

Я знала что ты это напишешь

Акрамбек (вроде); Как?

Хани;

Ты всё время это говоришь

Акрамбек (вроде); Просто понял

Хани;

А ты не пойми

Голубоглазая вздохнула, перевернувшись на бок. Она оставалась в сети, пролистав переписку вверх и прошлась глазами по ней. Что-то он уже две минуты не печатал.

Хани;

Вот мы и заболтались😂

Девушка вышла из чата с Акрамом и зашла в группу колледжа, найдя фото расписания, глянув пары на завтра, как ей вновь приходит от него сообщение; Акрамбек (вроде); Телефон сел Я на зарядку поставил Темноволосая посмеялась, переходя в их беседу.

Хани;

Чё так спешил прям? 😂

Думал заблокирую?

Акрамбек (вроде); Да думал ты меня уже послала

Хани;

По такой дурацкой причине мне тебя зачем посылать

Акрамбек (вроде); Не знаю Тебе внимание нужен же

Хани;

Я в этом плане ничего не требую

Ты рабочий человек, я понимаю, что висеть на телефоне 24 на 7 ты и так не будешь со мной

У меня тоже дела есть, если даже захочу не смогу

Акрамбек (вроде); Спасибо Хорошо Девушки все внимание хотят а потом если не уделяеш блокирует

Хани;

Ну бывают капризные

Я всё понимаю

Акрамбек (вроде); Фотку скинь Уже 4 дня жду

Хани;

Эу

😡

Акрамбек (вроде); Что?

Хани;

Не скину

Нельзя

Акрамбек (вроде); Почему?

Хани;

Потому что я мусульманка и я не хочу

Мы не жених и невеста ещё

Акрамбек (вроде); А когда с мамой поговорю можно будет?

Хани;

Я подумаю

Акрамбек (вроде); Понял Я очень стесняюс маме твоей идти

Хани;

😂

Да она тебя не укусит

Не бойся

Акрамбек (вроде); Да ещё нет скажет

Хани;

Если ты серьёзно настроен, то ей и отказывать тебе не зачем

Для неё главное чтобы у тебя гражданство было и что ты меня в Таджикистан не увезёшь

Акрамбек (вроде); Не я в Таджикистан редко езжу Родители там Я в Кисловодске ещё года три буду точно жит Гражданство есть у меня

Хани;

О

Ну вот и всё

Ты ей главное об этом скажи

Акрамбек (вроде); С паспортом приду

Хани;

😂😂

Да она и так поверит

Акрамбек (вроде); Чтобы точно согласились

Хани;

А у тебя телеграмм есть?

Акрамбек (вроде); Да есть наверное

Хани;

Наверное? 🤣

Акрамбек (вроде); Есть

Хани;

Я тебе там напишу

А то тут не удобно в ватсапе

Акрамбек (вроде); Хорошо Голубоглазая вышла из приложения и зашла в телеграмм, найдя среди контактов его, сначала изменила имя на; «Акрам», затем написала;

Хани;

Я тут

Акрам; Я тоже тут

Хани;

Окей

Акрам; Так фотку скинешь

Хани;

😡😡

Щас заблокирую я тебя

Акрам; Эй эй тормози За что блокировать

Хани;

За то что ты русский язык не понимаешь

Акрам; У меня скидка я таджик

Хани;

Нет у тебя скидки

Как Беларус ты должен шпарить😌

Акрам; Не я так не умею и не хочу Русский все распущенные Замуж не выходят нормально ходят голие

Хани;

Ну менталитет другой у них

Что поделать

Акрам; Ещё на мусульмани что то говорят а сами

Хани;

Мусульмане тоже бывают

И по хлеще

Акрам; У меня знакомая одна была в никабе а у неё губы как утка хвасталась что груди сделала осталось попу делат Мне ее искусственные силикони зачем Темноволосая прикрыла рот рукой, даже испугавшись, что её смех слышен в соседней комнате.

Хани;

😂😂😂😂😂

Я щас от смеха умру

Акрам; Да вот такие есть

Хани;

Это она невеста твоя была?

Акрам; Да я с ней знакомится подходил

Хани;

Понятно

Акрам; А ты сколько невесты позволила бы чтобы были ? Девушка, если честно, прекрасно поняла, о чём речь, однако, эта тема ей не очень приходилась по душе, хотя она и убеждала себя в другом.

Хани;

Всмысле?

Акрам; Ну жёны сколько

Хани;

Аа

Ну я вообще к этому нормально отношусь

Пророк Мухаммад Мир ему имел 4 жён

Я не понимаю почему противятся некоторые этому

Все мусульманки мои сёстры я даже рада

Акрам; Ты идеальная женщина

Хани;

Эу

Я девушка ещё😠

Не делай меня старой раньше времени

Акрам; Понял Я раньше родителям говорил что 4 жены хочу у каждой по 6 детей чтобы было всего 24 дети будет😂

Хани;

Вот это планы у тебя😅

Бедные родители

Акрам; Мама сказала что хочеш делай А ты сколько хочешь детей?

Хани;

Многооо😭

Дети моя слабость

Акрам; 10 сможешь?

Хани;

Не знаю😅

Это всё со временем будет видно

Ещё же прокормить всех нужно

Акрам; Аллах каждому аманат даёт

Хани;

Да но всё же я раньше времени не загадываю это

Чтоб не сглазить

Акрам; Правильно

________________

— В тот день, мой мир перевернулся. — Девушка судорожно выдохнула, её сердце сейчас застучало, казалось, также волнительно и быстро, как во время этой их переписки. — Я даже подумала, что стану слишком навязчивой после этого. Ллойд устало закрыл глаза, он слушал её и кивал, на слова и комментарии сил не было. Да и головой шевелить тоже особо не хотелось. — Угу… Хани и не заметила, что парень засыпает, настолько она погрузилась в воспоминания о нём. — На следующий день, — Хани закрыла глаза. — Он позвонил моей матери.

_________________

— Фух… — Мать девушки волнительно улыбнулась. — Аж сердце в пятки ушло… Такой умный мальчик! И разговаривает нормально, пол различает. Говорит, сейчас много наркоманов, борода-и тут же пьёт, курит. Завтра сможет вечером прийти. Надо приготовить что-нибудь интересное! Он точно нормального роста был? — Да-а, как я в принципе. Я не заметила что он ниже. — Выгораживала ситуацию темноволосая. — Щас бабушке позвоню новости рассказать! А ты иди возьми заварку, кстати! — Женщина набрала номер и приложила телефон к уху, давая девочке банковскую карту. — Быстренько только. Чайник поставь, через минут пятнадцать Зиша вернётся, они уже вышли с парка. Хани кивнула и накинула пальто, под которым остались домашние вещи. Снова. Та же ошибка. Но почему-то сейчас девушка точно уверенна, что никого не встретит по пути. Девочка затянула пояс на талии, чтобы закрыть домашнюю кофту. Она надела чёрную Амиру*-(хиджаб, состоящий сразу из платка и шапочки, не нуждающийся в закреплении брошкой и удобен в повседневной носке, когда нужно одеться без особых церемоний). Снизу она спокойно оставила домашнюю чёрную юбку, подол который, был неровно срезанным и, с одной стороны-висел до пола, а с другой-открывал щиколотку. Пошив этой юбки представлялся неумелым, не доученным конструктором одежды, который не учёл нюанс, что после пошива, юбка должна быть надета на человека, а тот, в свою очередь, встаёт на закройный стол во весь рост так, чтобы низ изделия был на уровне глаз швеи. Однако этого мастер, почему-то, не учёл, и продал брак. Голубоглазая пошла в магазин, находящийся вертикально через дорогу от «Стампо», круглосуточный. Он был построен в многоквартирном здании, рядом раньше был «Перекур», но буквально пару месяцев назад его оттуда убрали, и теперь там красуется пункт выдачи «Озон», скоро сделают и «Валдбериз». А в круглосуточный она шла, потому что на часах уже стукнуло двадцать два тринадцать. Девушка зашла в магазин и ахринела. В такое время, всё помещение было полным. Ажиотаж. Жуть. А ей всего-то заварка нужна. Хани втиснулась через очередь к кассе, засунув руки в карманы, ожидая, пока актуально покупающий человек отойдёт, чтобы не ждать всех остальных, а купить после него. Телефон в кармане завибрировал от входящего вызова, Хани вытащила его и, ей даже в моменте показалось, что её сердце вибрирует точно также. Акрам. После их знакомства, это первый его звонок. Она услышит его голос. Так близко. Так чётко. Её руки задрожали, она вышла из магазина, губы изогнулись в волнительной улыбке. Что же он хочет сказать? Не замечая ничего вокруг, темноволосая подняла трубку и приложила к уху. — Ассаляму алейкум. — Прозвучал его сладкий голос. — В-валейкум ассалям… — Девочка сглотнула слюну. — Что? — Она с улыбкой добавила; — Результаты узнать хочешь? — Да хотелось бы. — Слова звучали также, как он писал бы их в сообщении, и даже немного неправильнее; Хателос, как-то так это слышалось. — Мама, — Хани спустилась вниз по лестнице, перекатываясь с ноги на ногу. — Мама сказала что ты хорошенький. — А я не хорошенький. — По голосу невозможно было понять, улыбается мужчина или он абсолютно серьёзен. — Я плохой. Хани рассмеялась, с широкой улыбкой отвечая; — А что ты собрался со мной делать? — Украсть. — Как-то странно он говорил-задумчиво, казалось бы. Так, словно его мысли заняты чем-то, кроме разговора с ней. — А зач-… — Он хотел было вставить слово, но поняв, что она отвечает на вопрос, снова замолк. — Зачем меня красть? Мама моя согласилась. — Просто украсть хочу. — Не надо меня красть Акрам. — Чёрт, как же ей нравилось называть его по имени, оно было прекрасным, блаженным. — Ладно-ладно. — Отступился старший. — Чё ты где ты? — Просто, стабильно. Немного чувствуется попытка отвлечь младшую от чего-то важного. — Я? Я в магазин пришла, за заваркой. В 24 часа. — Понял. — Он вдруг изобразил интонацию заинтересованного, удивлённого человека. — А вот это что за девушка стоит красивая возле «Озона»? — Сначала, с серьёзностью, пытаясь звучать правдоподобно, спрашивает мужчина. — Возле «Озона»…? Что? Всмысле? — Голос Хани от непонимания притих, она повернулась. Её голова настолько была далека от реальности и занята только этим парнем, что ей пришлось увидеть эту светящуюся вывеску пункта выдачи, чтобы понять, что речь идёт о ней. — Всмысле??? Акрам! — Голубоглазая начала крутится на месте, ища этого негодника. Возле остановки, через дорогу, стояла его машина.

|Два часа ночи. Переписка|

Хани;

Да я видела джип твой

Акрам; У меня семёрка

Хани;

Аа

А я не разбираюсь😂

Акрам; Серебристая

|Сейчас|

Хани рассмеялась, вскинув брови и показывая рукой на машину. — Это твоя семёрка тах-ха-хам стоит?! — Темноволосая прикрыла рот рукой от смеха. — Ха-ха-ха! — Мужчина наконец поймал хаха, дав себе волю. — Вот дурной ты! — Голубоглазая снова поднялась по лестнице, через перилла показывая ему кулак и зашла в магазин. Она отвернулась спиной к стеклянной входной двери. — Балбес… — Я с работы ехал, переодеться не успел, щас заеду домой одену что-то приличное ты там жди. — Э-э! Мне домой надо срочно. — Не ты там купи что тебе надо, — Планирует парень. — А я подъеду пока ты будешь. — Не могу я Акрам, ещё ждать тебя. В магазине стоял гул, ей приходилось говорить громче, а молодого человека она слышала хуже. — Эй Ясмин. — Что? — Девушка чуть не растаяла, чувствуя себя придурошной, потому что по уши влюбилась в этого Таджика, и поняла она это, ещё вчера ночью, после переписки с одиннадцати ночи до четырёх утра. — Повернись лицом. Ко мне сюда. — Акрам! — Да повернись на пару минут. — Ц-ц… — Хани повернула голову назад, а затем сразу обратно, она захихикала от его реакции. — О-о-о-о! — Да блин-н… Акрам… Казалось, энтузиазм встретиться с ней вблизи только усилился. — Я быстро приеду, мне только переодеться надо. — Продолжал упрашивать мужчина, Хани встала в очередь, там она вообще перестала слышать, что он тараторит, особенно с его Таджикским акцентом. — Важный кое-что сказать хочу. — Я ничё не слышу. Щас, — Девушка пристроилась ближе к кассе. — Короче жди не иди домой, давай, я перезвоню. — Давай. Парень положил трубку. У темноволосой на лице была улыбка, которую она не могла убрать. Естественная, счастливая, волнительная. С этой улыбкой, она попросила у продавщицы заварку, с этой улыбкой, она вышла и пошла в сторону дома. И тут, снова звонок. Она отвечает. — Ты где уже? — Я почти дошла домой. — Подожди меня. — Ц-ц ты щас там будешь десять дней переодеваться, а мне на хату надо. — Хани, как-то даже, против воли пыталась отказать ему. На самом деле, она точно и не знала, хочет ли, чтобы он увидел её, или не хочет. — Да я уже еду. Остановившись возле ворот, девушка угрожающе добавила; — Я захожу домой. — Всё я доехал почти! — До пяти считаю Акрам! — Хорошо, давай. Один, два. Хани засмеялась, через силу произнося отсчёт. Уже на «три», он завернул на Минеральную, заезжая со стороны Седлогорской улицы. — О-о-о! — Кажется, он понял, как её это смущает. — Я тебя побью щас. — Младшая подошла к машине, остановившейся возле соседей через дорогу от её хаты, и убрала трубку от уха, скидывая звонок. — Ты до завтра не мог подождать? — Нет, очень хотел тебя видеть. — Акрам облокотился спиной на машину, не отрывая глаз от девушки. Она вдруг вспомнила, что пояс пальто туго связан на её талии, очерчивая контур фигуры. Почему-то голубоглазой показалось, что одно неправильное движение бёдрами, может привести к плохим последствиям. Она ощутила то, что не ощущала никогда от прохожих мужчин. Желание. Оно доходило до неё аурой. Страшной, взаимной. Ей хотелось того же. Наверное. Она ведь хочет? Чёрт, он такой красавчик! И почему она должна противится? — Чё ты как ты? — Это и есть «важное что-то»?! — Хани всплеснула, свободной от заварки, рукой. — Да. — Акрам. Мужчина блаженно улыбнулся. — Ты такая красивая. — Подлизывается он. — Да ничего красивого, в домашнем колхозе вышла, не знала же, что за мной шпионить будут. — Но ты сама красивая всё равно. — Ой-ой Акрам. — Хани закатила глаза, по шутке. — Мне домой уже нужно. — Ладно, тогда. Завтра увидимся. — Да. — Спокойной ночи. — Спокойной. — Девочка пошла через дорогу, засыпанную гравием, не удержавшись, обернулась и посмотрела на парня, не прекращая шаги. Какого чёрта она натворила.

_________________

Мастер времени сглотнула, она продолжала говорить, не замечая, что Ллойд засыпает. Даже, в какой-то степени, уже для себя. Она так давно хотела рассказать кому-то правду. Хотела, чтобы хоть одна душа, кроме неё и Акрама, знала это. Не то, что она придумала. А то, что было на самом деле. То, что она скрыла из-за стеснения. То, что не рассказывала даже Нару. — Он пришёл на следующий день, третьего октября в двадцать два ноль семь. Принёс одну розу и торт.

________________

В этот день, такой волнительный, впечатляющий, она одела чёрное платье, к горловине которого, пришита сразу шапочка и платок. Хани открыла ворота, мужчина что-то взял в машине и направился к ней. Какая же была её реакция на подарок? Лучше бы он не приносил ничего. Ей захотелось провалится сквозь Землю от мысли, что кто-то потратился на неё. Теперь, она любой ценой должна вернуть ему долг. Девушка была готова сгореть от стыда. Она держала тортик в одной руке, и розу в другой так, словно хочет по-скорее положить их куда-нибудь. Если бы он ничего не принёс, мать бы назвала его бестактным, иначе бы она сказала ничего не покупать, да и на это она найдёт что ляпнуть. Одна роза. В Дагестане невестам дарят сто одну розу по несколько раз в день, и голубоглазую этот факт убивает. Ей не важно, что он принёс и сколько. Даже эта ленточка, завязанная на розе, была бы для неё достаточным знаком внимания. Это не подарок, это обязанность. Сто роз-это показуха. А ленточка-это то, что, по его мнению-выкинется в мусорное ведро. Однако для неё-это то, что она хочет сохранить на всю жизнь. Они зашли во двор, и Хани закрыла ворота. — Вон туда прямо. — Темноволосая направилась к большому дому, молодой мужчина последовал за ней. Полный двор детей. Три племянника, один младший брат и! Приехавшие буквально вчера, троюродные братья и сёстры. Алина-тринадцать лет, её родной брат-Ислам, ему двенадцать, как и её брату. София-маленькая, её самая любимая сестра, ей два с половиной, её родной братик-Рустам, четыре годика, также их старшие брат и сестра; Мария, десять лет и Навиль-двенадцать, мама у них русская. Все трое маленьких детей; Рустам, София и Зарина, не могли и пяти секунд прожить без Хани. Провожая Акрама до большого дома, она уже слышала рыдания и оклики Софии. — Это чьи дети все? — Мужчина явно увидел, что девушка на нервах. — Братья, сёстры, племянники… Рахим! Щас подожди пять секунд. Если она упайдёт я тебя убью! — У голубоглазой чуть сердце в пятки не ушло, когда она увидела, как этот обезбашенный подросток подкинул Зарину и поймал, а потом дразняще показал старшей сестрёнку на своих руках. — Узурият! — Ясми-и-инь! — София, рыдая, подбежала к Хани, вытягивая руки вверх. — Что случилось Софика? Кто тебя обижал? — Детский сад бесплатный. — Акрам улыбнулся, когда малютка посмотрела на него, перестала сильно громко плакать и застеснялась, хватая сестру за платье и вытирая об него лицо. — Ты же хотел десять детей. — Хани улыбнулась. — София, сейчас маленькая, я провожу, и приду к тебе. — Навиль меня обидел… — Сейчас я ему устрою. Сейчас. Девушка быстренько направилась к большому дому, на пороге сказала парню одеть тапки и провела на кухню, где сидела её мать с сёстрами, положила тортик на стол, а розочку унесла в королевскую комнату, положив в вазу, пока что без воды-не было времени наливать. — Яська за детьми смотри. — Хорошо! — Девушка пулей выбежала из дома и пошла к Софие, поднимая её на руки и поспешно успокаивая, девочка обняла её и держалась за платок. — Всё, всё, не плачь. — София уже не плачет! — Рустамчик подбежал к Хани, кучерявая макушка, немного пухлый, щёчки надутые. — Давай ручку, пошли. — Голубоглазая взяла мальчика за руку, обернулась напоследок, глядя на окно большого дома, закрытые изнутри жалюзи не позволили увидеть, что происходит на кухне. Она пошла вдоль дорожки, гуляя с детьми. — Рахим! — Девушка отпустила ручку Рустама, сняла кроксы с одной ноги и швырнула в племянника. Исмат всхлипывал, они дрались с братом, после того, как угроза переключилась на тётю, младший побежал домой. — Ай! Что ты делаешь?! — Ещё раз его тронешь я тебе хребет сломаю, говнюк! — Он не слушается, и ты не лезь, старуха! — Возмущается пацан. — Меня он почему-то слушается, и я его не бью! — Повышает голос старшая. — Чтоб я больше не видела, ты понял?! Понял меня?! — Да всё! — Пеняй на себя потом! И так куча детей на мне! Ты даже помочь не можешь, только добавляешь проблем! Старший брат нашёлся тут! — Хани сорвалась, Рахим вздохнул и подошёл к тёте. — Ладно помогу я, давай возьму её! — Он хотел забрать Софию на руки, но она начала капризничать, пищать. Хани обняла младшенькую крепче. — Не надо её брать. — Буркнула Хани устало, отворачиваясь, опуская голову. — Да всё, чё ты. — Племянник проследил своих лицом за её лицом. — Не нервничай. Что сделать, скажи, я помогу тебе. — Исмата не трогай, самое главное. Если в магазин нужно будет пойти, я тебя отправлю. — Хорошо. Чё сразу так. — Да потому что надоело, я всё по дому делаю, за всеми детьми смотрю, а вы только приезжаете и приезжаете. Я стараюсь не жаловаться, но это уже невозможно! — Девушка ощущала дрожь в теле от волнения. О чём там будет разговаривать с матерью её новоиспечённый жених? Понравится он ей или нет, что он скажет о её матери? А вдруг случится какое-нибудь недопонимание? А вдруг он посчитает её никудышной невестой, ведь она даже чая ему на стол не положила? Как стыдно! Но что она поделает? Столько детей, их нельзя оставить одних! Он сам же видел… Но она же должна всё успевать! А готова она к этому? Замуж выйдет-свекруха, свои дети, чужые, и попробует она не накроет на стол или тявкнет что-то про свою больную спину. Мужья не терпят оскорбления своих матерей от жены, в этом случае, супруг не будет на её стороне, как бы там сильно они друг друга не любили. Даже понимая это, она была готова выйти замуж, изобразить из себя идеал, и потом пустить всё на самотёк.

__________________

Хани замолкла. Она задумчиво поглаживала волосы мастера энергии, слушая, как свистит его носик во сне. Глаза приклеились к трещине на потолке. Даже Ллойд утомился и не смог дослушать её до конца. Она хотела рассказать каждую деталь. Всё. Но на этот раз, её тоже не выслушали. То она противится открываться, то собеседник устаёт и теряет интерес. Пора признать-она никогда не расскажет это никому. Всё, прошло, хорошо… Девочка пытается продолжить монолог в мыслях. — Мать была довольна им. — Голубоглазая перешла на шёпот, ей главное было, сохранить ощущение, что она кому-то рассказала. — Четвёртое октября. Воскресенье. Шесть утра, я поехала в Пятигорск за посылкой. С того вечера, мы с Акрамом и словом не перекинулись, и я почувствовала, что мне необходимо, чтобы он хоть что-нибудь написал. Я не признавала это. Теперь признаю. Мне не хотелось, но я написала ему первая, отправила два сообщения, а потом сразу же удалила у обоих. Это была попытка привлечь внимание. И она сработала.

_______________

— Чё ты там писала, удалила? — По звонку спрашивает Акрам. — Да у меня суета была весь день. За посылкой ехала, и случайно тебе отправила сообщение, а должна была «отчиму», отправить. — Это который отец брата? — Да. Он отправил с Махачкалы брату книги. — Понял. — Было слышно, что мужчина за рулём. — А я думал ты меня послала там, а потом передумала. — Я не буду тебя посылать просто так. — Младшая ехала на электричке домой в сторону Кисловодска, одетая в бежевый свитер оверсайз, чёрную трикотажную юбку, и бежевый платок, подходящий к свитеру по цвету. Перед ней сидели трое пожилых, две женщины и мужчина. — А чё просто так? — Парень улыбнулся. — Я же тебе внимание не уделял один день. Плохой муж будет который работает много. — Ц-ц… — Темноволосая вздохнула. — Я тебе говорила, что понимаю это. — Да я помню. — Мягко слез с темы мужчина. — Чё ты, как дома? — Нормально всё. Ты сам-то как? — Ни чё, работаю, на Вашкевича то что частный дом. — Понятно. Ты почему вообще весь день занят так? Ты же прораб. Я это пред…! — Да я не только это же дела… — Я представляю что ты приходишь на объект, смотришь чё там работники делают, говоришь; «А ну быстро мне тут пол залили!» и уходишь. — Не-не я сам тоже могу шпаклевать, ремонтировать, они эти работники не успевают всё. За материалом в Пятигорск езжу. Это я всё делаю. — А зачем?! Замути фирму свою.

________________

— Мы обсуждали всё. Весь мир. Я не могла и не хотела отрываться от телефона. — Хани перешла на шёпот. — Так продолжалось всего три дня. — Вздыхает она. — А потом это прекратилось. Он не писал. Пропадал по две недели, мог один раз написать; «Спишь?» но я не успевала ответить, и на утро он уже снова был занят. Двадцать пятое октября, суббота. Ровно десять часов ночи.

________________

Акрам; Спишь? Я соскучился Девушка в этот момент уже заканчивала делать уроки с братом. Гости уехали ещё неделю назад. Без них было тихо, непривычно, но всё же спокойно. Увидев сообщение, после долгого отсутствия внимания от мужчины, она чуть не запищала и не запрыгала. Он соскучился по ней! Хани не понимала, что происходит. Почему она так рада его внезапным сообщениям? Почему она не смотрит на странности, которые происходили во время их разговоров по телефону? На его настораживающие, и, больно частые, шутки про то, что он её украдёт. На его настойчивые просьбы отправить фотографию или встретится на Вашкевича. Девушка, как раз, едет на четвёрке домой по этой улице, там находится её школа. А ответ таков. Её психика подвергается эмоциональной нестабильности от действий партнёра. Отсутствие его ежедневного внимания вызывает зависимость, нужду от малейшего проявления интереса за долгий срок. Темноволосая, словно испугавшись упустить этот момент, быстро зашла в телеграмм.

Хани;

Не сплю

Она ответила на сообщение; Я соскучился

Оооо🥹

Ты такой милый

Акрам; Ты тоже Всё хорошо, покажется вам.

|Час ночи|

Акрам; У тебя какой размер Груд

Хани;

Хэй

Цц

Третий

Акрам; 😍😍 Красотка

Хани;

Я стесняюсь

Акрам; Может уже пора перестать? Не стесняйся

Хани;

Не могу я

Акрам; Увидет хочу

Хани;

Нельзя

Акрам; Можно Ещё умолять будеш

Хани;

Мы не женаты

Акрам; Чтоб поласкал

Хани;

Не буду

Акрам; Посмотрим

Хани;

В ближайшее время не узнаешь

Акрам; Завтра приеду посмотрим

Хани;

Если мать моя разрешит

Акрам; Хорошо В машине будем сидеть ?

Хани;

Наверное

На холоде стоять как то не очень

Акрам; Да уже холодно становится Я тебя согрею

Хани;

Отопление включи и мне нормально будет

Акрам; Не по другому согрею Отопление это брехня все Только я как надо умею грет

Хани;

Акрам

Акрам; Что Я до свадьба не дотерплю

Хани;

Дотерпишь ещё как

Даже целоваться нельзя, не то что до свадьбы, до сватовства

Акрам; На эти вещи никто не смотрит

Хани;

Я смотрю

Акрам; Хорошо не хочешь не буду заставлят Голубоглазая ощутила безвыходность. Она не хотела, чтобы её постоянные отказы отстранили его, но она и не хотела потерять честь до замужества. Он не оставлял ей выбора, не смотря на отсутствие прямой фразы с шантажом.

|Двадцать шестое октября. Восьмой час вечера|

Темноволосая стоит под струйками горячей воды в ванне большого дома. Она привела в порядок все интимные места. О чём она думает в этот момент? А, вдруг. Вот её мысль. Бесчестная, бесстыдная. Но виновата ли она в ней? Нет. Ни одна она создала её. Девушка мыла голову три раза самым ярко-пахнущим шампунем, её руки пропитались этим запахом, затем намазала молочко для тела, набрызгала духи. Зачем? Нет, она не собиралась поддаваться соблазну. Её голова оставалась трезвой, никакого секса в машине девушка и не представляла. Даже поцелуя в губы. Просто, голубоглазая захотела, чтобы он сошёл с ума от неё. Чтобы он возжелал, но не получил. Она, по сути, ничего особенного не сделала. Придя в маленький дом, она высушила волосы, оповестив мать, что позвонил жених и сказал приедет поболтать. Получив разрешение на встречу, пошла одеваться. Девушка надела непривлекательный, простой хиджаб, в котором она ходит в магазин. Просто чёрный, с шифоновым платком, зацепив его брошкой. Бежевый свитер, чёрную юбку и чёрное пальто. Осень, уже напоминала зиму. В Кисловодске такой климат, что даже в марте может умудрится пойти снег.

|Двадцать один тридцать один|

Акрам; Я приехал Хани сглотнула слюну, она вышла во двор, открыла ворота, и ступала за них, перекрывая за собой, руки сразу в карманы, нащупывая шоколадку степ и сосательные конфетки, которые она купила специально, зная, что он приедет. Темно. Повернулась. Его машина стояла перед вратами, мужчина вышел из неё, а девочка подошла, отвечая на приветствие. Он протянул руку, её сердце чуть не выскочило от соблазна. — Это что? — Якобы, возмутилась. Сама же, слегка шлёпнула его ладонь своей. — В машину не сяду. — Я только из душа вышел, заболею ещё. — Э-эй, нечего было купаться блин. — Она открыла дверь переднего сидения, зайдя в машину, а парень сел за руль. Хани не захлопнула дверь, чтобы он никуда не поехал. — Никуда не едем. — Да я сильно далеко не буду везти. — Улыбается парень. — Круг сделаю и верну обратно. — Нет. Только здесь. Кстати, это тебе, шоколадка. — Темноволосая вытащила из кармана вкусняшки и положила в его ладонь, одна конфетка случайно упала и он наклонился, чтобы поднять её. — Это тебе, просто так… — На самом деле, она хотела многое сказать ему. И это была лишь малость, это был только намёк. — За то что ты есть… — Правда? Я пустой приехал даже не принёс ничего. — Акрам положил её «подарок» на место за рулём. — И не надо ничего. Мне не нужно это. Хани, признаться, наконец повернула голову и посмотрела ему в лицо. В глаза. Она рассмотрела каждую черту его лица, он тоже смотрел на неё, с улыбкой. — Акрам… — М? — Ты похож на маньяка… — А я и есть маньяк, — Молодой мужчина саркастично облокотился на руль руками, глядя на младшую. — С Таджикистана приехал, преступление совершаю всякие. Девочка сглотнула. Она не шутила. Стараясь сохранить момент без напряжения, она посмотрела в окно на двери со своей стороны, от холода на нём появилась испарина. Голубоглазая нарисовала на стекле сердечко, повернулась снова к парню и улыбнулась через силу. Он улыбался уже давно. Не прекращал. Это была не искренняя улыбка, как показалось ей, а зловещая ухмылка. В голове всплыли все странные моменты из переписки. Всё, что до этого её не настораживало. — Дай руку…