Глава 5. Улучшения

      Утро выдалось дождливым. Грозовые тучи нависли над Лондоном, скрыв за собой весеннее небо. Если бы в Румынии такой резкий скачок меня удивил, то в Англии я не придала этому особого значения. Не снег и ладно.       Глядя в окно и потягивая горячий чай, я думала о предстоящем дне. Совсем скоро мы с Малфоем встретимся и отправимся в Париж, чтобы вернуть Алана. Совсем скоро тайна, которую я так неустанно берегла, выйдет на свет.       Еще вчера это не казалось таким реальным. Пусть Малфой уже знал о существовании Алана, но он его не видел. Вот встреча — это реально. А что если Ал очнется и увидит его? Нет, месье Лагард сказал, что обычно проходит какое-то время до пробуждения. Вполне возможно Малфой уже уйдет к тому моменту. Ему незачем сидеть и смотреть на спящего сына. Ведь так?       Но это же чертов Малфой. Никакой уверенности быть не могло.       С этими же мыслями я ложилась спать. Уснула я, правда говоря, только под утро. Разговор с Малфоем никак не желал покидать голову. Его желание увидеть Алана застало меня врасплох. Я даже подумать не могла, что он может решиться на это. Да и зачем ему? Алан — прямое доказательства его связи со мной. Для него это низко. Для его семьи это кощунство. Для общества — нонсенс. И вот зачем он это делал?       У меня было несколько возможных ответов. Первый — это был его способ самоутверждения. Что может больше льстить такому гаду, как Малфой, если не понимание, что моя жизнь полностью вертится вокруг его ребенка? Я даже собственную гордость засунула куда подальше, чтобы он только согласился спасти СВОЕГО сына. Ну не смешно ли?       Второе возможное объяснение — он думал про старые законы. Будучи незаконнорождённым, Алан все равно мог претендовать на деньги Малфоев и, что более важно, любая родовая магия его признала бы. Грубо говоря, у Алана был доступ ко всей подноготной этого чудо-семейства. А через сына и у меня. Может быть, Малфой хотел разорвать эту связь пока Ал не понял своего положения? Зная его, я бы не удивилась.       Третий и самый неправдоподобный вариант — искренне желание познакомиться с сыном. Мог ли Малфой испытывать подобное? Я не знала. Да и знать не хотела. Потому сразу отмела эти мысли.       Бросив взгляд на часы, я поняла, что до встречи оставалось всего двадцать минут. Нужно бы поторопиться. Собрав немногочисленные вещи и закрыв за собой дверь номера, я покинула маггловскую гостиницу, надеясь больше сюда не возвращаться. Обслуживание здесь было прямо пропорционально ценам. Такое же низкое. Но претендовать на что-то большее с моими средствами не приходилось.       После некоторых сомнений я решила, что в такую погоду вряд ли в парке будет много народу, и трансгрессировала. Добираться маггловскими способами не хотелось. Это могло занять кучу времени, которого у меня и так было не много. Да и я никогда, по правде говоря, не пользовалась английским общественным транспортом. Мама это не приветствовала, когда мы были детьми, а потом никогда не было на это времени. В Константе — другое дело. Там волшебники живут бок о бок с магглами, хоть и не раскрывая своего существования, и пользуются теми же техническими штучками. Сначала привыкнуть к такому порядку вещей было не просто, но потом я втянулась и теперь не готова была вернуться к «традиционному английскому образу жизни».       Как и ожидалось, парк был почти пуст, за исключением немолодой супружеской пары с ярко-синим зонтом. Они неспеша прогуливались по дорожке и совершенно не обратили внимания на мое появление в дюжине метров от них. От резкого дуновения ветра я поежилась и, сильнее запахнув плащ, направилась к месту встречи. Мы договорились встретиться на мосту озера Серпентай, откуда можно было тихо исчезнуть, не привлекая внимания людей.       Чем ближе я подходила, тем сильнее билось сердце, словно желая разорвать грудную клетку. Странное волнение и отголоски страха смешались в голове, нашептывая грустные мысли. Что если он не придет? Что если вчера он просто играл со мной? А может он передумал? Это было вполне в стиле Малфоя. Держать обещания никогда не было его сильной стороной. Как и быть порядочным человеком. Что-что, но это я знала, как никто другой.       Но вот показался заветный мост, и все мои сомнения как рукой сняло. Не заметить Малфоя было сложно. Он сильно выбивался из серой картины мрачного парка. Строгий костюм тройка казался чересчур броским, уложенные белые волосы — чересчур аккуратными, а лаковые туфли — чересчур чистыми. Так не бывает.       — Привет, Малфой, — тихо произнесла я, подходя ближе.       Взгляд серых глаз медленно перешёл на меня, вызывая мурашки по спине. Было в нем что-то неприятное. Чересчур внимательное. Мерлин, в Малфое все казалось чересчур.       — Уизли, — коротко поприветствовал он. — Ты не торопилась.       — Я пришла вовремя, — отмахнулась я, стараясь звучать непринужденно.       — Могла бы и раньше, — произнес парень, пряча руки в карманы. — Хотя о чем это я? В вашей семейке про этикет, наверное, и не слышали.       Я глубоко втянула воздух, пытаясь сохранять спокойствие.       — А я вижу, что кто-то так и не вырос со времен школы? — хмыкнула я в ответ. — Печально, Малфой, так и деградировать можно. Хотя о чем это я? В твоей семейке таких слов, наверное, и не слышали.*       Теперь пришла очередь Малфоя поджимать губы, чтобы сохранить спокойствие. Видимо, после вчерашней игры в одни ворота он не ожидал, что я отвечу и потому сейчас смотрел на меня взглядом, полным тихой злости. Я лишь коротко усмехнулась, расправляя плечи.       — Осторожнее со словами, Уизли, — тихо сказал он. — Я ведь могу и передумать.       Мои брови дернулись вверх, но я, собравшись с силами, смогла сохранить лицо. Он мне угрожает что ли? Вот же хорек. Хотя чего я могла ожидать? Он будто специально делает все, чтобы я ненавидела его сильнее.       — Осторожнее со словами, Малфой, — передразнила я, вскидывая подбородок и глядя ему прямо в глаза. — Весь мир ведь может узнать, что ты обрек сына на смерть.       Всего на мгновение на его лице что-то изменилось, но я не успела понять что — старая маска безразличия вернулась на место. Малфой слегка дернул плечом и, достав руки из карманов, произнес:       — Какой адрес?       — Клиника Мадам Жермен, — тут же ответила я.       Парень медленно кивнул и, быстро оглядевшись вокруг, достал палочку и направил ее на небольшую серебряную вилку, которую я сначала не заметила. Наверное, он достал ее из кармана.       — Портус! — оранжевый огонек мягко коснулся вилки, заставляя ее светиться. — Париж, Клиника Мадам Жермен.       Как только свечение пропало Малфой, оглядевшись, молча протянул мне руку с вилкой, взглядом призывая коснуться. Я про себя усмехнулась. Неужели у него не осталось едких комментариев? Или я смогла задеть его за живое? Что бы то ни было, в этот раз победа была моя. Может и не совсем красивая, но очень желанная.       Почувствовав, что немая пауза затянулась, я слегка качнула головой, отгоняя мысли, и взялась за вилку. В это же мгновение я почувствовала сильный рывок и неприятные ощущения в животе, которые я так не любила. Вскоре мы оказались в до боли знаком холле, наполненном ожидающими пациентами и спешащими по делам докторами и медсестрами. На наше появление никто не обратил внимания. Даже головы никто не повернул. Это и не удивительно. У всех была куча собственных проблем, да и за час сюда может аппарировать несколько десятков человек. Это не что-то неожиданное. А возможно дело было в том, что французы чаще всего ведут себя отчужденно, чтобы не попасть в «маленький диалог». Кто их разберет?       — Куда дальше? — нейтральным тоном спросил Малфой, рассматривая помещение.       — Нужно найти месье Лагарда, — ответила я. — Он занимается зельем для Алана.       — Сначала я хочу увидеть Алана, — возразил парень.       — Сначала ты дашь кровь, — я сложила руки на груди, упрямо глядя на него. — Алан и так пролежал к магической коме почти четыре месяца. Я не хочу больше терять ни единой секунды.       Несколько долгих секунд мы сверлили друг друга сердитыми взглядами. Это было похоже на состязание в стойкости. Наверное, со стороны мы представляли довольно забавную картину. Увидь я, как два человека молча посылают в друг друга яростные взгляды, словно стараясь сжечь соперника силой мысли, непременно бы остановилась посмотреть чем закончится. Как можно было ожидать, Малфой — противник не из легких. Но и я тоже. Жизнь с шестью братьями закаливает так, что этому выскочке и не снилось. Поэтому спустя какое-то время парень все же отвел глаза, бросив недовольное:       — Ладно.       Я довольно хмыкнула, радуясь очередной победой Уизли над Малфоем, и направилась к стойке регистрации. Искать месье Лагарда по больнице самим — занятие небыстрое и совершенно неблагодарное, а медсестра если и не знает где он, то сможет найти его за считанные секунды.       — Здравствуйте, мадам Арно, — поприветствовала я женщину.       — Зд’гавствуйте, мисс Уизли, — отвлекшись от заполнения каких-то бумаг, произнесла медсестра. — Я могу вам чем-то помочь?       От меня не укрылось, как ее заинтересованный взгляд прошелся по Малфою, словно оценивая его. От этой мысли мне стало одновременно смешно и противно. Смешно, потому что она уже далеко не молодая, а противно от того, что это Малфой. Ну как ей мог понравится Малфой? Может у него и была симпатичная мордашка, но и та на любителя. Неужели кровь вейлы в нем такая сильная?       — Вы не подскажете, где нам искать месье Лагарда? — спросила я, отвлекаясь от назойливых мыслей.       — Месье Лага’гд? — переспросила мадам Арно, наконец отводя взгляд от Малфоя. — Он должен быть в своем кабинет. Пятый этаж, первая две’гь слева.       — Merci bien, — внезапно произнес Малфой, слегка кивая.       Я бросила на него удивленный взгляд. С чего это он по-французски заговорил? Но ответ пришел очень быстро.       — Vous parlez français? — не менее удивленно спросила мадам Арно.       — J'ai étudié le français à León, — парень слегка улыбнулся.       — Comme c'est agréable d'entendre la langue maternelle d'un étranger. Vous n'avez même pas d'accent. — лицо женщины расплылось в ответной улыбке, а потом, бросив на меня быстрый взгляд, она добавила. — Pas comme certains.       — Merci pour les éloges, — Малфой бросил на меня насмешливый взгляд. — J'ai des racines françaises.       Терпеть их «милый» разговор больше сил не было. Пусть я и понимала совсем маленькую часть из того, что они говорили, но вот их поведение говорило на чистом английском. Ну уж нет, с меня хватит.       — Je savais qu'il y avait quelque chose de français en vous…       — On doit y aller, ** — прервала я француженку. За четыре месяца я выучила несколько выражений и это было одним из них.       Женщина тут же замолчала, отводя в сторону пристыженный взгляд. Видимо, она подумала, что я поняла все, что они говорили. Интересно, что она там такого сказала? Мне стало даже жаль, что этого я так и не узнаю. Малфой же, напротив, выглядел скорее довольным, чем смущенным. Это не могло не настораживать.       — Приятно было с вами поболтать, — он кивнул на прощание медсестре. — До встречи.       — До встречи, — прощебетала та в ответ.       Я закатила глаза и направилась в указанном раннее направлении. Малфой не отставал ни на шаг, слегка улыбаясь. Он не смотрел на меня. что дало мне возможность самой рассмотреть его. Кажется, разговор с мадам Арно поднял его настроение. Что она ему там сказала такого? Может расхвалила его? Или меня как-то упрекнула? Радостных причин для Малфоя не счесть.       — Ты прям светишься, — я постаралась придать голосу как можно больше насмешки. — Она тебя на свидание пригласила?       — Знала бы французский, не спрашивала бы, — уколол в ответ парень.       — Делать мне больше нечего, — фыркнула я.       Мы дошли до лифта и поднялись на пятый этаж, где сразу же оказались перед нужной дверью. Небольшая золотая табличка гласила: «Месье Лагард». Там было что-то еще, но на французском, поэтому чем именно занимается доктор мне узнать не удалось.       — Это здесь, — скорее себе сказала я.       — Я умею читать, — хмыкнул мне в ответ Малфой.       Я бросила на него недовольный взгляд и постучала. Из-за двери раздалось краткое «войдите» и мы вошли в кабинет. Рабочее место месье Лагарда представляло собой светлое и уютное помещение, наполненное стеллажами с книгами и растениями. Последних было действительно много: почти на каждой горизонтальной поверхности стояло по горшку. Некоторые из них я помнила еще со школьных уроков Травологии. Здесь было все — от грозной зубастой герани и пестрого цикута до непримечательных мяты и болиголова. Даже привередливая мандрагора и та обитала в кабинете лекаря.       — О мисс Уизли, здравствуйте! — месье Лагард вышел из-за своего стола и подошел к нам. Чуть помедлив, его взгляд прошелся по Малфою, а затем вернулся ко мне. — Я так понимаю, это отец Алана?       — Здравствуйте, месье, — в ответ поприветствовала я. — Да, познакомьтесь, это Драко Малфой.       Они смерили друг друга оценивающими взглядами и спустя пару секунд обменялись рукопожатиями. Их поведение нельзя было назвать обыденным. Было в нем что-то странное. Словно они с первого взгляда невзлюбили друг друга.       — Рад знакомству, месье Лагард, — Малфой натянул одну из своих дежурных улыбок, не на мгновение не переставая играть роль доброжелательного человека. Однако, в этой улыбке было столько притворства, что он легко мог дать фору Хвосту в его лучшие годы.       — Мистер Малфой, — кивнул лекарь. — Я уверен, что слышал вашу фамилию ранее.       — Вполне вероятно, — ответил тот. — Я владею несколькими компаниями по всему миру и во Франции в том числе. Или же вы могли наткнуться на нашу фамилию в книгах по истории. Мои предки в свое время сыграли значительную роль в развитии этой прекрасной страны.       — Возможно, — не стал спорить с ним лекарь и вернулся ко мне. — Стало быть, вы пришли, чтобы дать кровь?       — Да, — тут же произнесла я, бросая недовольный взгляд на Малфоя. Его речь о своей семейке вышла затянутой. — Когда мы можем это сделать?       — Прямо сейчас, — мягко улыбнулся лекарь, указывая на кресла. — Присаживайтесь. Я сейчас вернусь.       Мы повиновались. Месье Лагард вышел в боковую дверь, которую я до этого момента не заметила и, спустя какое-то время, вернулся, неся к руках какие-то предметы и левитируя за собой небольшой оловянный котел. Расставив все предметы на своем столе, он обратился к нам:       — Для зелья понадобиться всего по две унции крови каждого из вас. Надрез нужно сделать на ладони этим серебряным кинжалом, — он показал красивый клинок, с резной деревянной рукоятью. — Насчет шрамов не волнуйтесь — я захватил с собой экстракт бадьяна и крововосполняющее зелье.       — Хорошо, — согласно кивнула я, в нетерпении наконец приступить к изготовлению зелья.       — Держите, — лекарь протянул мне кинжал и фарфоровую чашу.       Стоило лезвию лечь в мою ладонь, по спине пробежали мурашки. До этого мне не приходилось наносить раны самой себе и потому, глядя на левую кисть руки, мой запал поутих. Видимо, моя нерешительность отразилась на лице, потому как месье Лагард произнес:       — Если вам сложно, я могу помочь.       — Нет, спасибо, — я нервно дернула уголком губ. — Я сама.       Набрав побольше воздуха в легкие, я поднесла кинжал к ладони, слегка надавливая. От прикосновение холодного метала к коже по мне вновь забегали мурашки. Я про себя выругалась. С каких пор я стала такой нерешительной? Это же просто порез, который, к тому же, вылечат за пару секунд. Раньше я такой не была. Было время, когда мне ни по чем были Непростительные, а сейчас что? Краем глаза я увидела скучающее выражение лица Малфоя, которое так и кричало: «Слабачка». От этого внутри все снова загорелось огнем. Теперь мне нужно было доказать, что прежняя Джинни еще здесь не только себе, но и этому зазнавшемуся хорьку. Я не позволю ему насмехаться надо мной. Сжав зубы, я провела кинжалом по ладони, оставляя ровный порез, из которого тут же заструилась теплая алая кровь. Боль пришла почти сразу, но я изо всех сил держалась, чтобы не показать этого. Ну уж нет. Малфой этого не увидит.       — Этого достаточно, — спустя несколько минут сказал лекарь. — Давайте я обработаю вашу рану.       — Спасибо, — я протянула ему окровавленную ладонь.       Мужчина взял одну из склянок со стола, в которой, как я предполагала, был экстракт бадьяна, и щедро полил ее содержимым порез. Руку обожгло новой порцией боли и мне пришлось сильнее сжать зубы, чтобы не вскрикнуть. Эта штука ужасно щипала, шипя и пенясь. Это продолжалось не дольше минуты, а когда прекратилось, раны уже не было.       — Выпейте это, — месье Лагард протянул мне другую склянку. — Это восполнит потерю крови.       Я благодарно улыбнулась и сделала пару глотков, чувствуя, как по телу растекается приятная легкость.       — Теперь ваша очередь, — обратился он к Малфою, ставя перед ним новую чашу и отдавая тому уже очищенный кинжал.       Малфой, стоит отдать ему должное, не колебался ни секунды. Острое лезвие вспороло белую кожу почти сразу, как оказалась в его руках. Кровь хлынула быстрым потоком, наполняя емкость на глазах. Я недовольно поджала губы. Вот же показушник.       — Уже достаточно, — через пару секунд сказал лекарь. — Давайте обработаю.       — Я сам, — качнул головой Малфой, отдавая мужчине кинжал и забирая склянку с целебным бальзамом. — Вы лучше займитесь зельем.       — Что ж, будь по вашему, — месье Лагард поджал губы и, забрав обе чаши, направился к столу. — Приготовление зелья займет некоторое время. Вы можете подождать снаружи или навестить сына.       — Мы пойдем к Алану, — тут же ответила я, поднимаясь. — Будем ждать вас там, доктор.       Малфой ничего не сказал, но тоже поднялся. Мы вышли из кабинета, оставив лекаря одного, и направились в палату сына. Спустившись на четвертый этаж, мы прошли по коридору и, свернув, оказались прямо перед до боли знакомой дверью. Внутри все потеплело. За ней меня ждал сын. Мой маленький Алан, который уже сегодня придет в себя. От мысли, что через пару часов он вновь посмотрит на меня своими огромными карими глазами, что я услышу его голос и увижу улыбку, на глазах выступили слезы, которые я тут же поспешила незаметно смахнуть. Скоро все наладиться.       Ну почти все.       Я бросила взгляд на стоящего рядом Малфоя. Его лицо осталось таким же равнодушным. Ни единый мускул не дрогнул. Он стоял, словно мраморная статуя, терпеливо ожидая, когда я наконец открою дверь и войду внутрь. И я понимала, что уже и так пауза затянулась, но не могла сделать и шагу. Встреча Алана и Малфоя казалась чем-то нереальным. Она, словно тот серебряный кинжал, делила нашу жизнь пополам. Почему-то все внутри кричало, что назад дороги не будет. Что эта ошибка будет стоить мне дорого.       Но я все же открыла дверь, пропуская его внутрь. Обещания нужно держать.       Перед нами оказалась знакомая мне картина. Небольшая светлая палата с кроватью посередине, на которой лежал маленький мальчик, чьи глаза были закрыты, а грудь мерно поднималась и опускалась. Чарли здесь не было. Наверное, вернулся в Румынию. Мне хотелось разозлиться, но потом я поняла, что так, наверное, было и лучше. Их встречи с Малфоем мне не хотелось. Первый бы непременно высказал все, что думает о последнем. А думал он много.       Я посмотрела на Малфоя. Его глаза были прикованы к Алану. Каменное лицо оставалось все таким же нечитабельным, но вот во взгляде отражались эмоции, но и их распознать я не смогла. На секунду мне даже стало интересно узнать о чем он думал, глядя на сына. Почувствовал ли он что-либо? А может решил бежать, как можно дальше?       — Он такой большой, — вдруг тихо произнес Малфой, не глядя на меня.       — Ему пять с половиной, — так же тихо напомнила я. — Чего ты ждал?       — Он похож на меня, — казалось, он и не слышал моего последнего комментария.       Я усмехнулась, подходя к кровати и садясь рядом с сыном. Осторожно проведя ладонью по его волосам и глядя в его милое детское личико, я ответила:       — Шутка природы, не так ли? От Уизли ему достались только глаза.       Малфой ничего не ответил. Он стоял, не двигаясь, тем самым вновь возвращая мои мысли о мраморной статуе. Не знаю сколько времени так прошло, но когда в дверном проеме показался месье Лагард, я выдохнула. Молчание начинало давить.       — Зелье готово, — бодро сказал лекарь, присаживаясь на другую половину кровати. — Пара глотков и в течении двух часов Алан снова будет с нами.       Я в нетерпении посмотрела на колдомедика и тот, заметив это, не стал медлить. Он осторожно приподнял Алана и, открыв его рот, начал медленно вливать туда зелье. Месье Лагард действовал быстро и уверено, не давая и секунды усомниться в его знаниях. Алан сделал несколько рефлекторных глотков и тут же вернулся обратно на подушку.       — Ну вот и все, — сказал мужчина. — Я оставлю вас. Позовите меня, когда он очнется. Мне нужно будет сделать несколько тестов.       — Хорошо, — ответила я.       Лекарь поднялся и тихо покинул палату, оставив нас наедине.       — Тебе тоже пора, — обратилась я к Малфою, обернувшись.       — С чего вдруг? — слегка удивился тот, наконец отрывая глаза от Алана.       — Твое условие было увидеть Алана, о встрече речи не шло, — я постаралась звучать, как можно тверже. — Поэтому прошу, оставь нас.       — Я…       — Нет, Малфой, — остановила его я. — Уходи.       И вновь мы сверлили друг друга упрямыми взглядами, не желая отступать. Но то ли поняв, что сейчас не время для этого, то ли просто устав со мной спорить, коротко хмыкнув, Малфой ушел.       В этот же момент с моих плеч словно свалился огромный груз, который мне пришлось таскать с собой последние два дня. От долгожданного облегчения я громко выдохнула и, сбросив обувь, легла рядом с сыном, молча глядя в его лицо. Вскоре усталость от бессонной ночи ударила в голову и, незаметно для себя, я уснула, а когда проснулась, на меня смотрели глаза моего сына.       — Доброе утро, мамочка, — произнес он, улыбаясь.       — Доброе утро, сынок, — ответила я, чувствуя, как на глазах выступают слезы счастья.