Глава 3

— Мы входим в слепую зону, — оповестил его Ночноглаз. — Надеюсь, ты запоминаешь маршрут, вдруг пригодится. — Что значит «слепая зона»?       Мираи увел его далеко от центра города через разгромленные дворы. Одинаково мрачный пейзаж разрушенных домов, многоэтажных и частных, не спасало даже разъяснившееся ярко-голубое небо. Изуку видел внутренности заброшенных офисных зданий, магазинов, ресторанчиков в разбитые окна и чувствовал, как внутри у него все сжимается от страха из-за полного непонимания происходящего и от тоски, что наваливалась тяжелым грузом на плечи при виде многочисленных брошенных вещей. Что случилось с этим городом? Куда делись все люди? Они… словно просто исчезли разом. — Участок города, свободный от патрулей и прослушек. Хотя, если честно, мне кажется, нас уже настолько не боятся, что даже особо не пытаются отлавливать в период между появлениями аномалий.       Это ведь его город. Он узнает знакомые места и переулки, знает эти разбитые дороги и улицы, пусть и не часто бывает в этих районах и в основном только по работе. Параллельный мир? Звучит как бредовая теория чуваков из гильдии железных шапочек. Но как будто другого объяснения просто нет, во всяком случае, он не может его придумать. Как еще объяснить, что он следовал за человеком, который погиб много лет назад? — Я уже знаю этот взгляд, — усмехнулся Сасаки. — В твоем мире я мертв, да? — Уже восемь лет. Погиб во время операции по спасению Эри, — Изуку опустил взгляд себе под ноги.       Они подходили к целой, но такой же пустой, как и все, многоэтажке. Мираи открыл подъездную дверь и пропустил его вперед. — Четвертый этаж, — сказал Ночноглаз, медленно закрывая дверь, видимо, желая предотвратить возможный от нее грохот. — На самом деле, то, что в твоем мире я мертв, это хороший признак. А Эри спасли? Что стало с Чисаки? — Эри спасли. Чисаки сидит в тюрьме, его лишили рук, чтобы он не мог использовать причуду, — Мидория поднимался по лестнице, стараясь не оглядываться на идущего следом мужчину. — А… здесь? — Первая операция провалилась. Тебя… очень удивит наш мир, — Сасаки обогнал его. — Возможно, местами слишком сильно. — Спасибо, меня уже очень удивил постапокалиптический сеттинг. Я бы предпочел больше сильно не удивляться, если честно.       Мираи достал связку ключей из кармана пальто и открыл дверь одной из квартир. Уже оказавшись в прихожей Мидория понял, что здесь кто-то живет. Как минимум, кто-то позаботился о том, чтобы здесь было электричество. Вероятно, где-то в доме есть генератор. Было бы странно, учитывая упадок, в котором все находилось, если бы электростанции работали…       Кроме того, на вешалке у входа весела одежда, у порога стояла обувь. Пахло чем-то жареным, а значит недавно готовили… Изуку скользнул взглядом по полу чуть дальше и обнаружил, что костюм, тот самый костюм, что он видел на злодее, если верить словам Мираи, перенесшем его в параллельную реальность, небрежно валяется на стуле, стальные ботинки и маска лежали рядом на полу, будто кто-то снимал их очень в спешке. Из ванной послышался звук, похожий на влажный кашель.       Мираи спокойно открыл дверь ванной. — Живая? — спросил он у девушки, что склонилась над унитазом, сидя на коленях на голубом, явно старом, но поддерживаемом в чистоте кафеле. — Уже хорошо.       Изуку отступил к стене и оперся на нее спиной. Дыхание сперло. Каштановые волосы, а точнее лишь передние, более длинные пряди, были собраны в короткий хвост тонкой резинкой, открывая круглое лицо с большими карими глазами, маленьким курносым носом и пухлыми розовыми губами бантиком. Она выглядела гораздо старше, казалась очень усталой, болезненно-бледной и слишком худой — отсюда визуальная бесполость даже в обтягивающем геройском костюме.       Он бы хотел сказать, что эта измученная, усталая женщина перед ним не Очако, но… это совершенно точно ее лицо. — Ну… пока да, но отсюда мне еще минут десять лучше не выходить, — она села, выпрямив спину, тяжело вздыхая и вытирая салфеткой губы. — Смотрю, ты нашел Деку. Рада, что ты жив, парень, — Очако посмотрела на него лишь на мгновение и отвернулась. — Да. Я позабочусь о том, чтобы отстранить тебя с завтрашнего дня минимум на неделю, — Мираи скрестил руки на груди. Его взгляд был довольно холоден и спокоен, будто бы состояние девушки было нормальным. — На здоровье. Можешь прямо с сегодня. Раньше, чем через неделю… — она резко подалась вперед, наклоняясь к унитазу, опираясь на него предплечьями. Ее рвало чем-то бурым, и Изуку мог предположить, что это ни что иное, как свернувшаяся кровь. — Все равно не появлюсь, — хрипло сказала Урарака. — Ты хоть понимаешь, что могло случиться? Мы так долго скрывались, с таким трудом отбивали лабораторию, а ты опять ринулась в самоволку с сомнительным планом. — Поэтому я использовала Шигараки. Он все просчитал. И по факту это не самоволка. План на рассмотрении, да он и ни чем не отличается от предыдущих. Прыг-скок туда, взять Деку за руку, прыг-скок обратно, — Очако снова протирала губы салфеткой, смерив их обоих тяжелым взглядом. — Вероятно, это наш последний шанс. К тому же ему это тоже будет выгодно, все в плюсе. Ты сам говорил, что времени мало, и ты видел расчеты. Кто знает, не сделай этого я, сделал бы он, и мы бы лишились единственной возможности что-то исправить. — Знаешь, будь мы в обычных условиях, а не на грани тотального хаоса, грозящего возможно, благополучию всей мультивселенной, тебя бы давно отправили в отставку, — Ночноглаз покачал головой. — Пожалуйста, пойдем с нами в штаб. Тебе нужна помощь. — Я справлюсь сама, — тяжело дыша ответила она. — Пару суток сна, еда по-колорийнее, и я встану на ноги. Как обычно. — Уже давно не как обычно. С каждым разом ты слабеешь, Очако. — А то я не знаю, — пробурчала она, комкая в руках грязную салфетку и выбрасывая ее в унитаз. — Возвращайся в штаб. Чем раньше вы примитесь за разработку плана и введете его в курс дела, тем лучше будет для всех. А мне нужно… отдыхать…       Она бы рухнула прямо на кафель, но Деку воспользовался причудой и метнулся к ней, придержав ее. Они встретились взглядами. Изуку вдруг понял, что это вовсе не Очако. Ее взгляд был совсем безжизненным, потухшим. И, кажется, он стал в одно мгновение еще несчастнее, что заставило Мидорию замереть и оказаться не в состоянии вымолвить хоть слово.       На ее глазах выступили слезы. — Уходите, пожалуйста, — она выбралась из его рук, снова садясь на колени. — Я пришлю к тебе кого-нибудь, — Ночноглаз направился в сторону входной двери. — Делай, что хочешь, — прошептала она прежде, чем ее снова вырвало.       Изуку в моменте растерялся, как-то машинально потянулся, чтобы погладить ее по спине, чувствуя, как внутри все сжимается от жалости к этой девушке, что буквально выглядела как любовь всей его жизни. Но ведь это не она? Это не может быть она, потому что он видел ее несколько часов назад, она была свежа, весела и совершенно здорова.       Это… Урарака, но… получается, не его Урарака? Очако из этого мира… Выходит, здесь должен быть каждый человек, который существует на планете, но, очевидно, с иной судьбой? А где же тогда здешний Деку? Слишком сложно. Мозг закипал от тотальной неразберихи и когнитивного диссонанса, потому что то, что он видел, шло в разрез со всем, что он знал о мироустройстве. — Мидория, пошли, — позвал его Мираи.       Изуку покинул квартиру вместе с Ночноглазом. Он не знал, с какого именно вопроса начать разговор, но у Сасаки будто бы это было далеко не первое подобное происшествие, поэтому он снова знал, что говорить. — С ней все будет в порядке. Во всяком случае, мы будем на это надеяться. Пришлем к ней Фроппи или Ингениума, остальных она прогоняет. Удивительно, что с этими двумя еще согласна общаться… — Ничего не понимаю… Что с ней происходит? — Это сложно объяснить вот так сходу. Помнишь, как ты не мог использовать сто процентов Один-за-всех и ее использование травмировало тебя? Вот это что-то вроде того, только она буквально медленно умирает от нахождения в ее теле Один-за-всех и константы перемещения, а их использование ускоряет процесс. — Что? У нее Один-за-всех?! — Изуку едва не споткнулся на очередной ступеньке. Он сбежал вниз, обгоняя Ночноглаза. — А что случилось со мной? — С тобой ничего. А Изуку Мидория из этой вселенной мертв уже три года. Что ты замер? Не ты же мертв. Держи в голове мысль, что в твоей реальности все по-другому, иначе сойдешь с ума до того, как она сможет отправить тебя назад.

***

— Тюрьма для особо опасных злодеев? — Единственное место, выстоявшее под атаками Все-за-одного и его армии. К тому же, благодаря подземному комплексу, достаточно большое, чтобы мы все смогли поместиться здесь практически полностью. Несколько героев размещаются в городе в слепых зонах, но в основном это те, чьи дома не были разрушены битвами и бомбами, как дом Урараки, например, и там можно жить, — Мираи наклонился к сканеру сетчатки глаза. — Добро пожаловать в штаб Сопротивления, — он вошел в открывшиеся ворота.       Они прошли несколько пустых коридоров на первом этаже. Мидория наконец-то смог выдохнуть: за дверьми, что вели в кабинеты, раздавались человеческие голоса, где-то даже слышался смех. Спустившись на лифте в подземную часть, они прошли в помещение, которое Изуку знал, как холл первого подземного этажа, однако то, что он видел, больше было похоже на комнату отдыха. Здесь народу не было, как и в коридорах, за исключением пары человек в разных частях помещения. — Сасаки! — Баббл Герл кинулась к мужчине, повиснув у него на шее и прижавшись головой к его груди. — Мы уже хотели отправить за тобой отряд. — Мы наткнулись на патруль, пришлось идти через окраины, — Мираи мягко улыбнулся, обнимая девушку за талию. — Но не думаю, что его засекли, иначе уже бы спустили всех собак.       Изуку удивленно вскинул брови. Он помнил лишь одну улыбку Ночноглаза, и та была предсмертной. Но сейчас он улыбался Каоруко с такой теплотой и нежностью, что Мидория засомневался, Ночноглаз ли это вообще. Да и она вела себя не особо как помощница. Он опустил взгляд на их руки. Да, обручальные кольца.       Каоруко отстранилась от мужчины и посмотрела на Изуку. — Так это была Урарака. План ведь еще не одобрили, — Баббл Герл нахмурилась. — Она опять это сделала… Мы потеряем ее раньше, чем что-то решим, если она продолжит эти бесконтрольные прыжки. — Она ищет выход, как и мы все, — Мираи покачал головой. — Я не знаю, можем ли мы винить ее в этом. Но мы можем отстранить ее, по крайней мере на время. Ты видела кого-нибудь из команды 3-А? — М-м-м, так, — девушка напряженно зажмурилась. — Значит, Эхо сегодня в лаборатории с Пожирателем Солнца, Ингениум был наверху вместе с Креати, Шото спустился к брату буквально за пять минут до того, как вы пришли, Токоями и Фроппи у себя, Шоджи должен был уйти в столовую, а Каминари и Тору я сегодня не видела. Но предположу, что они… пошли к постаменту, — она заметно погрустнела. — Пожалуйста, найди Ииду, пусть отправится к Урараке, как сможет. — Хорошо, — Каоруко привстала на носочки и поцеловала мужчину в губы. — Держи в курсе если что. — Да, конечно, — Мираи проводил ее взглядом до выхода из холла. — Вы женаты? — озвучил Изуку свой вопрос. — Ага. У нас даже дочь есть, — мужчина улыбнулся.       Он запустил руку под пиджак, видимо, во внутренний карман, извлек оттуда свернутую в двое бумажную фотографию и протянул ее Мидории. Изуку развернул снимок и обнаружил на нем двух девочек. В одной из них он узнал Эри, но в глаза тут же бросалось то, что предплечья уже теперь юной девушки, были перемотаны бинтами, как и когда они спасли ее еще будучи ребенком, однако выглядела она скорее счастливой. На руках она держала малышку, золотистый оттенок глаз и проникновенный взгляд которой говорил сам за себя. — Красавица, — Изуку вернул ему фотографию. — Сейчас они с Эри в безопасности. В твоем мире Каоруко, вероятно, встречается с Многоногом или одинока, да? — Она ушла из геройского дела через четыре года после победы над Все-за-одного, — Мидория посмотрел вслед девушке. — Вышла замуж за гражданского. — Хм, — Ночноглаз нахмурился. — Редкий вариант. Не понимаю… Хотя уже то, что ты говорил об Урараке и Бакуго из твоей вселенной, меня напрягло. Такого мы не встречали еще ни разу. Возможно, Урарака поэтому выбрала тебя. Хотя я не уверен, как много еще осталось Деку, способных исправить ситуацию, и остались ли вообще. Пойдем, отведу тебя в наш командный центр. На самом деле, если верить расчетам, Очако права и времени у нас действительно осталось мало. — А команда 3-А? Когда ты спросил о них, Баббл Герл перечисляла имена моих… — он снова следовал за ним. — Да, это бывший А-класс, где учился герой Деку. Когда все началось, мы задействовали школьников, и чтобы было легче — обозначали их команды просто названиями классов, и так как военные действия сильно затянулись, так и закрепилось. — Но она назвала меньше десятка имен. — Верно. Все остальные мертвы, — Ночноглаз остановился на мгновение, но даже не обернулся. — Много героев полегло еще в начале, и он продолжал истреблять нас до тех пор, пока мы не перестали представлять хоть какую-то угрозу. Теперь мы играем в игру, кто быстрее найдет пригодного для победы над ним Деку, притащит в наш мир, и либо поможет ему победить, либо… Знаешь, в этом мире уже несколько десятков твоих трупов. — Да что у вас здесь творится? — Изуку нервно сглотнул. — Война мультивселенского масштаба, — Сэр пожал плечами. — Итак, сперва я тебе кое-что расскажу об устройстве мира. Есть миллионы и миллиарды переменных, потому что каждая живая душа — это переменная. Но есть ряд ключевых личностей, у которых есть определенные важные роли, соответственно происходящие с ними события являются важными для всей канвы происходящего. Например, есть момент, когда Всемогущий передает Один-за-всех выбранному им человеку. В девяносто процентах случаев это либо Мирио Тогата, либо Изуку Мидория. В остальных десяти Всемогущий либо погибает, не успев передать силу, либо побеждает Все-за-одного своими руками и на нем цикл завершается. Если обладателем силы становится Лемиллион, то почти в ста процентах случаев Все-за-одного одерживает над ним победу. Процент миров, в которых причуду наследует Деку, становясь новым Символом Мира, и в которых Все-за-одного гибнет, равняется двадцати. — Так мало? — Мидория удивленно вскинул брови. — Да, — Ночноглаз кивнул. — В двадцати процентах случаев Деку погибает. А в остальных шестидесяти становится новым Все-за-одного. — Что?! Да как такое возможно?! — Тут уже все зависит от того, как складывается окружающая действительность. Есть четыре основные фигуры, вокруг которых строится твоя жизнь, и которые настолько важны для тебя, чтобы в конечном итоге изменить вектор твоего мировоззрения. Изначально все Деку — условно положительные, ну, с нашей точки зрения, — он развел руками, пропуская его вперед себя в еще одно просторное помещение.       Они спустились вниз этажа на четыре, но Изуку сбился со счета, слушая своего проводника. — Все зависит от того, что случится с Инко Мидорией, Тошинори Яги, Катсуки Бакуго и Очако Ураракой. Если во вселенной мертвы все четверо — сто процентов, что Деку закончит как злодей, а дальше вопрос в вариациях и мелких деталях. — И какая из вселенных ваша? — Мидория огляделся.       Это был огромный зал, в центре которого по кругу стояли компьютеры. Во всяком случае, Изуку решил, что эти громоздкие бандурины — компьютеры, на самом же деле большую часть этого оборудования опознать он не мог. В центре этого круга он обнаружил стул и сидевшего на нем обнаженного худого человека с бледной кожей, которая, казалось, даже просвечивала. Или это так падает свет?.. Весь он был облеплен датчиками и проводами. Лица видно не было, он сидел, обернув голову к одному из людей в лабораторном белом халате, что нажимал какие-то кнопки на многочисленных панелях, глядя на висевшие сверху большие экраны.       Все бы ничего, но человек в лабораторном халате… Кай Чисаки? — Как я уже сказал, в нашей вселенной Деку мертв. Он погиб три года назад. — А что… что с вашим Всемогущим? Что с Бакуго? — Бакуго погиб еще в самом начале. А Всемогущий… Теперь служит Все-за-одного. — Да что за чокнутый у вас мир?! — Изуку схватился за голову, мотая ей из стороны в сторону. — Я не могу, хватит, хватит, хватит… Мне нужно переварить все, — он закрыл руками уши. — А это еще даже не половина, — фыркнул Ночноглаз. — Но я понимаю. Наверное. — Значит это все-таки была Урарака? — раздался рядом голос Шото. — Аномалию не засекли?       Тодороки, в отличии от Очако, был больше похож на того, кого со школы знал Мидория, с той лишь разницей, что шрама у него не было. Возможно, в этом мире семья Тодороки имела иную судьбу?.. Выглядел Шото так, будто ничего необычного в том, что он видел своего мертвого друга, не было. Хотя, если он правильно понял Ночноглаза… У них это типичная суббота. — Во-первых да, это была она. Во-вторых, похоже, что нет. Она сказала, что Шигараки все просчитал, значит скорее всего учитывала и вероятность, что будет поймана… — Шигараки? — Изуку недоумевающе посмотрел на Ночноглаза. Он не обратил на это внимания, когда это говорила Урарака. — Причем здесь вообще Шигараки? — Наше единственное и главное преимущество в этой войне, совершенная компьютерная машина, способная просчитать миллионы вариантов развития событий и заглянуть в параллельные миры, — Шото указал на человека, что сидел в кругу компьютеров. — Шигараки Томура.       В этот момент, видимо, среагировав на свое имя, человек обернулся, но словно не мог сфокусировать на них взгляд и смотрел мимо. Изуку же глядел на него широко раскрытыми глазами. На несколько секунд Шигараки, похоже, все же удалось уловить их визуально, и Мидории показалось, что уголки его приоткрытых губ слегка подернулись и приподнялись. Мужчина в лабораторном халате защелкал пальцами. — Томура, посмотри на меня, — это определенно был голос Кая Чисаки, но звучал он практически нежно, будто тот разговаривал с ребенком. — Не отвлекайся. — Ваш совершенный компьютер — живой человек? — Изуку хотел сделать шаг к нему, но Шото схватил его за предплечье, крепко стиснув. — Не отвлекай, — Тодороки отпустил его руку, поняв, что Мидория остановился. — Его не желательно трогать во время работы, начинает сбоить. Все таки… живой человек, а не машина, — Шото явно не особо это нравилось. — Благодаря экспериментам Все-за-одного, тело Шигараки стало пригодно для полипричудности, выносливость его тела и его сознания повысилась в десятки раз в сравнении с обычным человеком, что позволяет использовать его в подобной роли. Частично существующая в его теле константа перемещения позволяет ему заглядывать в другие миры и на основе небольшого количества данных делать очень точные расчеты вероятных событий, — сказал Ночноглаз. — Единственное, что его психика сильно пострадала с тех пор от постоянных перегрузов. — Это же… ужасно, — выдохнул Изуку. — Он сам это предложил. Видишь ли, у нашего Все-за-одного другие аппетиты. Он завоевал нашу страну и сейчас воюет на других контентах с множеством стран одновременно, но кроме прочего… он хочет покорить всю вселенную. И чтобы это сделать, он решил действовать радикально и просто уничтожить главное препятствие — всех Деку, что могут его победить, независимого от того, герои они или злодеи, — Шото глядел на Шигараки и во взгляде его прослеживалась жалость. — Но ведь… в моем мире его победил даже не я. Я передал причуду Шигараки и он убил его в последнем бою. — Его действительно не надо побеждать напрямую. Мы не можем победить Всемогущего, — Ночноглаз пожал плечами. — Чтобы победить Всемогущего нужна Один-за-всех, а с этим у нас есть проблемы. Однако, пять из пяти Деку, что мы сами сюда затащили из вселенных, где Все-за-одного мертв, трагически погибли, как и те, что попали к нам случайно, не говоря уже о злых твоих версиях… Поэтому… стоило вообще начать с извинений, наверное. Гарантировать, что ты переживешь это странное путешествие мы не можем, даже если ты не согласишься помогать нам. — А был… хоть один я не согласился вам помогать? — Изуку уставился в пол. — Нет. Можешь быть первым, — Ночноглаз пожал плечами. — Как только Урарака восстановится — прыгните с ней обратно, на этом все. Забудешь как страшный сон. — Но я ведь так не смогу, — тихо сказал Мидория посмотрев на Шигараки. — Я поклялся… — Протягивать руку всем, кому нужна помощь. Да, мы знаем. Каждый из вас говорит это, — Шото хлопнул его по плечу. — Ладно, хватит с тебя на пока что, а то еще перемкнет от количества экспозиции. Такие решения не принимают за секунду, хоть ты и умеешь. Пойдем, найдем тебе какую-нибудь свободную комнату, чтобы ты смог отдохнуть. — Как там Тойя, кстати? — спросил Ночноглаз. — Как обычно, — Тодороки пожал плечами. — Сходит с ума. Но сегодня мы даже поговорили. Все, мы ушли, — он взял Изуку за предплечье и повел за собой.

***

— Ну и? — Кейго посмотрел на девушку. — Умоляю, порадуй меня и скажи, что ты можешь его найти.       Антропоморфная девушка-собака, похожая на золотистого ретривера, покачала головой. Где-то вдалеке раздались взрывы, но на них внимания никто не обратил. — Не могу взять след, запах обрывается. Он… будто исчез прямо здесь. Просто в воздухе растворился, — она пожала плечами. — Боюсь, я больше не смогу ничем помочь, господин Председатель. — Все равно спасибо. Извини, что вырвал тебя с отдыха, — он кивнул. — Ястреб! Всемогущий! Уравити! — Бакуго появился на перекрестке. — Что у вас здесь произошло? Где Деку?! — Тише, Динамит, — Тошинори, выглядевший крайне встревоженным, но явно пытавшимся сохранять спокойствие, поднял руку. — Похоже… Изуку пропал. — Что значит пропал? Не в пустоте же растворился! — всплеснул руками Кацуки. — Похоже, именно это он и сделал, — тяжело вздохнул Кейго. — Нам поступил сигнал о беспорядках, здесь был злодей. Деку напал на него, все залил голубой свет и… все. — Может… Может его телепортировали? — озвучил версию Бакуго. — Следов использования причуд я тоже не нашла, — снова подала голос девушка-собака.       Очако судорожно оглядывалась. Она надеялась, что Мидория сейчас просто появится из неоткуда. Его не было весь вечер, и, кто-то бы сказал, что это не долго, но обстоятельства его пропажи и ее волнение за него, как за своего самого близкого друга, заставляли Урараку строить самые ужасные планы.       Деку, где же ты? — спросила она мысленно, подняв глаза в небо.