3. Глупые мысли

      Закончив эту утомительную прогулку псионик радовался только одному: к нему не присоединился НИКТО. Стоило об этом подумать и он свернул за угол улицы ведущей к его дому.       Одновременно случилось 4 вещи: он узнал что от этого поворота до его дома ровно 200 метров, услышал привычный восхищённый бред мыслей родителей и увидел всех тех кому покупал подарки, понял что знает гораздо больше ругательных слов и конструкций чем думал раньше, а так же осознал что никогда не будет любим богом ибо после такой мысленной ругательной тирады тот ещё долго икать будет. Сайки на это очень надеется. Ибо только этим может отомстить за то, что у его дома сейчас стоит добрая половина его класса и дружно попеременно пугает и умиляет его родителей. Резкий разворот получается сделать, а вот шагу ступить он не успевает — Братааааан!, -"просто провались, Нендо, просто провались", думает Кусуо, но уже поздно – его заметили. Он всё ещё надеется на вредящую силу упоминания всуе и мысленно ругается. Ибо больше он сделать ничего не может. Отвратительное чувство беспомощности.       Снова идиотски правильная мысль до ужаса не вовремя бьёт в голову как мешок с камнями. Не может. Беспомощен. Так вот что это за чувство. Он – сильнейший в этом мире, тот, кто по праву мог бы быть его властителем при желании, которое, однако, отсутствует, бессилен перед кучкой подростков. Совершенно идиотская ситуация. Не понятно почему, ему хочется смеяться.       Кусуо настолько сильно погрузился в свои мысли, что не заметил как его обступили виновники таких волнений в псионической душе, создавая вокруг уже привычно бесящую атмосферу шума и... Дружбы? Он не знает, может ли считать этих людей друзьями, но знает, что они так думают о нём. Слышит это, ведь его не обмануть. Знает их настоящих, с их слабостями и силами, пусть и не по их и его воле. Как это всё странно. Порыв смеяться проходит так же быстро как пришёл, возвращая в розововолосую голову привычный порядок после эмоционального раздрая. Как на фундаменте дома, снесённого ураганом построить новый. М-да. Этот день будет ещё сложнее чем казалось.       Это случалось каждый раз когда он хотел побыть один. Хотя кого он обманывает, он хочет этого всегда. И сегодня он сомневается в этой, казалось бы, аксиоме. Да, он хочет быть один, но что будет если все они от него в один момент отвернутся? Будет ли он этому рад? Кто бы знал... Мысли привычно атаковали уставший разум не давая момента построить мысленную защиту, оградить себя от их навязываемой радости и дружбы. Сайки пошатнулся. Тарухаши снова думает об ойканье, Кайдо строит теории что с ним сделал Тёмный союз, Хайро уговаривает всех на странные действия и внутренне рад такому движу. Только Нендо не мешает. На удивление в его идиотизме есть плюсы, мысленно он не мешает. А к его болтовне можно привыкнуть. Всё как всегда. Захотелось вдруг присоединиться к ним, послушать этот бред что они несли и поудивляться его удивительно непонятному разнообразию.       Вот вроде планета всегда крутится по одной орбите, но в системе отсчёта галактики она двигается вообще иначе. Так и их личности всегда имели свою траекторию, но выдавали удивительно разнообразные обострения.                         Одновременно захотелось плюнуть на всё с высоты псионической колокольни и переместиться отсюда подальше... Туда где его вообще никто не знает и трогать не будет. Жаль, что он выбрал себе другую судьбу.       Не понятно как, но они переместились в дом его семьи, уютной компанией, растущей с годами, окружая стол с вкусностями, что усердно готовила его мать. Он тоже там, отстранённый и скупой на слова, даже мысленно молчит. Это волнует даже привыкших к его молчаливой серьезности родителей, а одноклассники уже в своих бедовых головах закрутили сюжеты один серьёзнее другого, при этом не переставая гудеть как смесь улья злых пчёл и телевизора по которому идут все политические передачи разом. Утомляет.       Ничего не говоря, не останавливаясь в дверях он идет в свою комнату. Как же плохо. Ощущение, что голова сейчас если не расплавится, то пробьёт несколько метров бетона в попытках постучать лбом о них. Он устал. Комната встречает благодатной тишиной. Где-то в столе лежит коробочка с кольцом из германия и впервые за последнее время он решает его применить. Буквально на секунду взгляд останавливается на окне. За тонким стеклом снова пылают лучи алого закатного солнца, окрашивая облака в непередаваемую акварельную гамму алого, жёлтого, лилового и синего. Как и каждый день до этого. Как и каждый день после. И всё равно. Завораживает. Это не красота людей, которую он попросту не успевает замечать из-за способностей. Не искусство на бумаге, которое он и сам может воссоздать. Это что-то гораздо более... Общее. Это видит почти каждый человек. Как совершенно естественная вещь, словно созданная для всех. Какие же мысли иногда глупые.