ГЛАВА 1: Работа.

Работа — это слово, а точнее обстоятельство, которое вынуждает нас выполнять те действия, которые мы не очень то и хотим выполнять. Может работа кому-то и нравится, но точно не ей. Эта работа — обязанность на каждые сутки, час, минуту, и даже секунду. Вся голова забита работой, и единственным островком спасения является заслуженный отдых, и то, этот островок на самом деле маленький, и его еле хватает на себя любимую. Пепельные, почти что белые волосы, со своими локонами причудливым образом были как-бы наклонены вниз, образуя странноватую, но весьма милую чёлку, прикрывающую её правый глаз. Ходить на работу с распущенными волосами не положено, и было запретом со стороны начальства, в лице которого самодовольный, как иногда беловолосая думала, кретин, который только и думает о себе, разбрасываясь мерзкими словами в тех, кто хоть как-то противится его мнению. Звук кассового аппарата, и щекочущие звонки колокольчиков, когда новый клиент заходит в этот магазинчик, очень медленно, но верно раздражали её, и не давали настроиться на рабочий день, хотя ни о каком настрое и речи не было. Солнечные лучики, пронзающие через идеально вымытые стёкла светили прямо в неё, было тяжело, даже чуть жарковато, учитывая её рабочую форму, которая не столь была удобна. Приоткрыв кассу, она взглянула прямо внутрь, где лежало множество зелёных купюр, которые клиенты с удовольствием отдают за сувениры, продаваемые в этом магазине. Девушка удивлялась, как люди умудряются отдавать столько денег на какие-то безделушки, хоть и сама грешит таким, прикрепляя каждую в свою любимую книжку, которую она никогда никому не покажет. Видя такое количество денег, она мысленно задаётся вопросом, с каких пор им недоплачивают? Ей только хотелось закрыть кассу, как наружу, из своего кабинета вышел Грифф. Босс, с важной походкой подошёл прямо к кассе, за которой стояла Колетт, и из открытой кассы взял все деньги, лежащие в ней. В своих руках, на которых были надеты белые перчатки, он внимательно пересчитывал купюру за купюрой, складывая суммы так быстро, что был уже готов удалиться в свой кабинет. Когда речь заходила о деньгах, он буквально сходил с ума, и когда клиентов в некоторые дни было меньше, он тревожно смотрел на кассовый аппарат и беспокоился за доходы сильнее, чем за сотрудников, которые работают больше, чем он сам. Эта жадность, этот странный кассовый аппарат на его голове раздражали девушку, и вся злоба накопившись внутри, могла прямо сейчас выйти наружу, но Колетт решила обойтись претензией. — Но рабочий день ещё не закончился! Я же могла всё посчитать! — Ох, Колетт, так ты хочешь поговорить о своём увольнении? Заткнись и приступай к работе. На большее не хватило, и эта работа единственная, на которую она кое-как смогла устроиться. Нет смысла спорить, девушка просто виновато взглянула в пол, слыша лишь довольное хмыканье своего босса, который уединился в своём кабинете один на один с деньгами. С теми деньгами, которые могли стать её полноценной зарплатой, и зарплатой.. Эдгара.. Да, точно, здесь же ещё и Эдгар работает. Только подумав об этой персоне, она обратила свой взгляд на дверь подсобной, прямиком из которой вышел парень, держа с помощью шарфика пару коробок, тяжелых коробок, которые его шарф мог осилить, а свободными руками он проводился тыльной стороной ладони по лбу из-за подступающего пота, который не давал нормально сконцентрироваться на работе. Сонные как кажется, неживые глаза посмотрели на девушку, и тот поинтересовался. — И я снова слышу это, что ему не понравилось? — Да ничего, пустяки. — Ответила девушка, смотря на кассу. — Это всё равно отстойно, ему постоянно что-то не нравится. И парень был прав, ведь с таким боссом жизнь превращается в ад, а считывание дней до выходных становится всё медленнее и медленнее. Создавалось такое ощущение, что смерть настигнет их быстрее, чем они доживут до очередного отпуска, который он назначает им чёрт знает когда. Мысли о долгих днях утонули, стали бессвязными, и они оба сознательно смирились, продолжая делать ту же работу, те же рутинные действия. Эдгар перебирал сувениры по полкам, выкладывая их из коробок, а затем клеил бумажные ценники, причём, клеились они с написанной скидкой, которой на самом деле и не было, типичный фальш, чтобы завлечь покупателей, и парень с девушкой это прекрасно понимали. Обычно, каждый рабочий день у них сопровождался тишиной, но в этот раз разговор завёл Эдгар, ведь парень был менее встревожен чем его подруга по несчастью. — Слушай, что вечером делать будешь? — Коллекционировать. — Ты всю жизнь сидишь дома? Я ни разу не видел тебя снаружи, это ведь так отстойно сидеть день за днём там. — Но они все такие классные, такие красивые.. — У девушки сердце содрогалось, когда она задумывалась о своих кумирах. — Они все такие же обычные, как и мы. Не пробовала пройтись снаружи? Я каждый день их вижу. Девушка промолчала на этот счёт, и Эдгару причина прекрасно известна. Она не сможет, она попросту не сможет пообщаться с кем-то, ведь она уже со всеми знакома, все её знают, и знают лишь в плохом свете, считая сумасшедшой, Тишина снова окутывала помещение, она окутывала их умы, и от этой тишине после такой темы Колетт становилось не по себе. — М-хм, Эдгар, а чем ты будешь заниматься? — Чересчур натянутая улыбка, клыки скалились, и она пыталась улыбнуться своему товарищу. — Как всегда тем, что мне нравится. — Ответил парень, не замечая улыбки. Девушка таращилась на коробки набитые сувенирами и, казалось, что они никогда не кончатся в этих коробках. Колетт тоже не понимала увлечений Эдгара, которые всегда были связаны с движением и опасностью. Но он всегда миновал эту опасность, и никогда не получал травм после пары прыжков с здания на здание, его шарф действительно творил чудеса, тогда как Колетт внушала всем неприязнь и отвратительность. Разговор закончился, и весь день они провели в молчании, в том молчании, которое вряд ли кто-то из них мог нарушить.

***

Солнце давно скрылось за горизонтом городка, и теперь настала очередь луны, которая заменяла тёплые лучи небесного тела на холодные, но всё равно оставляла свет для всего города. Под вечер город преображался, и мигал своими разноцветными огнями, а заведения до поздней поры были открыты для всех, кто хочет насладиться ночной жизнью городка Старр. За этот день клиентов было достаточно мало, и те, бросали свои косые взгляды на беловолосую, что оставляло неприятный осадок. Под вечер желающих купить что-то не было вообще, и, строго по времени работа была окончена. Колетт, конечно, сперва не заметила того, что на часах пробило финальный час, ведь она смотрела в окошко, и смотрела на город, на оживлёные улочки, с разными контрастами. Она даже видела вывески магазинов, и она знала кто каким магазином заправляет. Вон тем баром, у которого виднелись салунные двери, заправлял робот Барли, вечно носящий с собой бутылку. Иногда Колетт казалось, что все роботы живые, ведь даже они сторонятся её и избегают. В пару метрах от бара был магазин техники, где её продавала рыжеволосая, милая девочка Джесси. Колетт пару раз умоляла её дать автограф, но та отмахивалась, и молча уходила. Видимо, Джесси не владеет самим бизнесом напрямую, ведь вряд ли она мыслит в финансах как например Грифф, который лихорадочно высчитывает всю прибыль и убытки. А где-то там, перед городом, был огромный и просторный холм, у подножья которого располагалась огромная надпись "Броуливуд". Это то самое место, где живут самые лучшие, самые знаменитые и богатые персоны всего города. Колетт всегда мечтала о том чтобы побывать там, чтобы взять ту самую главную роль, которая бы принесла ей славу и всеобщее признание. Но такая жизнь ограничивается лишь в её мечтах, на исполнение которых, как она полагала, нет никакого шанса. Глаза хотели дальше скользить по пейзажам города, но девушку прервал голос Эдгара. — Эта скука закончилась, чего стоишь и пялишься? — Сказал парень сухо, и поспешил удалиться из этого помещения на улицу. Собрав все нужные ей бумаги в файлах, девушка поспешила за своим коллегой, и её глаза были теперь прикованы к двери кабинета Гриффа. Во сколько уходит он сам? Она никогда не видела, ей казалось, что он буквально живёт в этом магазине, все сутки напролёт считая деньги. Взгляд не был прерван даже когда она вышла наружу, она пыталась посмотреть в окно его кабинета, закрытое занавесками, через щёлки которых лил тёмный от лампочки свет. Какое ей вообще дело, чем он занимается? Ей интересно, ей всегда было интересно за кем-то подглядывать. От навязчивых наблюдений девушку отвлекли капельки, это были капли дождя. Как она не заметила тучи когда смотрела в окошко? Наверное, город был намного красивее чем небо, которое уже давно было охвачено тёмными тучами, которые извиваясь в самые разные формы выливали всё на грунт и землю. Эдгар стоял у входа в магазин, и не спешил идти, он просто стоял, пока его шарф развевался от лёгкого дуновения ветра. Беловолосая не могла понять, чего он так застыл, ведь уже идёт дождь, и такая погода точно не помогает в раздумьях, она помогает лишь только тем, что торопит людей уйти домой, там, где безопасно, где сухо и тепло. Перестав пялиться в мёртвую точку, он пошёл прочь от магазина, а за ним пошла и Колетт. Благо, им идти одной дорогой, поэтому ощущение текучей тревоги не могло застать врасплох. Из-за дождя поверхность, на которую ступала нога ощущалась намного мягче, и пятка будто скользила, от чего появлялось ощущение что вот-вот упадёшь в лужу лицом. Пока они шли, никто не проронил ни одного слова. Каждый думал о своём, у юноши были великие планы на то, чтобы заняться паркуром где-нибудь вдали, подальше от людских глаз, и эта мрачность казалась намного больше, чем величие его планов. Колетт хотела лишь домой, просто отдохнуть, ноги устали стоять у кассы, хотелось лечь, и просто открыть свою волшебную книжку, которая бы согрела её сердце от холодного дождя. Им идти одной дорогой, но затем, придётся разойтись, ведь Эдгар совсем не торопился пойти к себе домой. Колетт представляла его дом как что-то тёмное, совершенно отчаянное и печальное, как его тёмные круги под глазами, которые будто стали единым целом с лицом. Шум дождя успокаивал, а холодок по спине, по всему телу, становился сильнее и сильнее, позволяя мурашкам пройтись с новой силой. Вот они уже и в городе, нужно лишь пройтись вдоль него и вот — её дом, тот самый островок отдыха, который она любит и обожает всей душой, считает спасителем. Проходя вдоль самых разных магазинов Эдгар остановился. — Постой здесь, мне нужно кое-что взять. — Хорошо. Колетт посмотрела на вывеску магазина в которую зашёл Эдгар — обычный магазин бытовых товаров. Пока парень находился в магазине, беловолосая глядела и на другие вывески — рестораны, продуктовые магазины, даже ювелирные, чего только стоят эти кристаллы, за которые ведётся ежедневная борьба между каждым живым существом, которое проживает здесь. Этот миниатюрный ювелирный магазинчик принадлежит Карлу, и его вспыльчивой подруге Джеки, которая, как видела Колетт, колотит его во время работы со всей дури. Ей страшно было представить, как Джеки разбирается с врагами, учитывая такую тяжелую работу в шахтах. Засмотревшись, она не заметила как Эдгар уже оказался возле неё. Черноволосый протянул своей подруге чёрный зонт с пластиковой ручкой. — На, возьми, оставь его себе. — Промямлил он сквозь падающие капли дождя. Колетт ничего не оставалось, как взять такой подарок. Она раскрыла зонт, и купол из чёрной ткани защищал её от горечи туч. Колетт было не по себе, она болезненно смотрела на то, как волосы Эда становятся мокрыми, и спускаются на лоб, сводя на нет его фирменную причёску. — Эдгар, может всё же оставишь зонт себе? Мне идти недалеко, знаешь ли.. — Он мне всё равно не нужен, просто иди домой. — Неважно ответил парень, и отводил взгляд от девушки, лишь бы не встретиться с её виноватым взглядом, который она часто так строит. Пришло время расходиться, и здесь, в центре города, который без прохожих казался пустым, Эдгар начал уходить в своём направлении, куда-то ближе к той части, где никто не живёт и не прогуливается. Может, такое поведение с его стороны и казалось мрачным, но она знала его, знала его с тех пор, как начала работать с ним. Отойдя лишь на пару метров, девушка вскрикнула, растерявшись. — Эдгар! Подожди! — Вырвалось у неё с криком, от которого он встал на месте, не поворачивая голову. — Что опять? — Спасибо, спасибо тебе огромное! — Очень обрадованно промолвила девушка сквозь белый шум дождя.