Часть 22

22

       СССР сидел за столом и непринуждённо читал свежую газету, попивая кружечку горячего кофе. Правильные мысли о том, что он действительно виноват перед сыном и ему следовало бы нормально поговорить с ним, преследовали его, но Союз был быстрее. Так что коммунист сейчас преспокойненько перелистывал страницы газеты, даже не обращая внимания на стоявшего рядом.       «Мне ГДР рассказывал про какие-то убийства в городе, видимо, их и правда решили прикрывать, раз в газетах о них ни единого слова…» — размышлял он, ещё раз пробегаясь по тексту. — «Хотя не моё это дело, так чего оно должно меня беспокоить?»       Союз скрутил газету в трубу и положил на стол.       — Ты закончил? — нетерпеливо спросил мужчина, опираясь о косяк двери.       — Рейх, — русский спокойно отложил кружку на стол, не смотря на арийца. — Откуда у тебя ключи от моей квартиры? Не помню, чтобы когда-нибудь давал их тебе.       — Пруссия дал, — уже более раздражённо проскрипел немец.       — А у него откуда? — устало выдохнул Советский.       — Может, Российская Империя дал, — предположил немец, на что сразу же добавил, не дав сказать Совку и слова: — Думаю, ему дал Россия.       СССР посмотрел на Рея, глупо хлопая глазами. Потом посмотрел на стол, где остывал его недопитый кофе. Он вновь взял его и продолжил пить, решив, что не стоит разбрасываться продуктами. Всё же это кофе, а не абы что.       — Возможно, — наконец кивнул он. — Тебе что-то нужно.       — Да, — Тройка расслабился и нацепил свою обыкновенную улыбку. — Мне нужна небольшая услуга…       — Услуга? — недоумённо посмотрел на него русский. — Почему ты просишь её у меня? Разве не лучше попросить это у союзников или семьи. Разве логично просить услугу у своего врага?       — Бывшего врага, — поправил коммуниста немец. — Мне нужно, чтобы это сделал именно ты.        Союз оценивающе оглядел Рея. Судя по его лицу, немцу было довольно трудно признать, что он просит что-то у русского. «Видимо, он не может пойти за помощью к кому-то другому…» Тут у коммуниста будто загорелась лампочка над головой. Он ухмыльнулся и решил воспользоваться ситуацией по максимуму.       — Хорошо, — кивнул коммунист. — Но, я не оказываю услуги, — жестом остановил он готовящуюся речь Рейха. — Я мог бы помочь тебе…       — Я согласен! — быстро согласился нацист, перебивая Совка.       — …Если ты сам попросишь этого, — всё-таки завершил своё предложение коммунист и выжидающе посмотрел на немца.        Ариец замер. Он, было, открыл рот, чтобы возразить, но сразу же его закрыл. Союз же продолжал ждать. Рей прикрыл глаза и тяжело вздохнул, осознав, что иных вариантов у него нет.       — Союз… — начал он и запнулся, пытаясь скрыть отвращение. — Помоги мне.        СССР укоризненно посмотрел на нациста, ожидая продолжения. Рейх скрестил руки на груди, закатив глаза.       — …Пожалуйста, — скрепя сердце прошептал он.       — Конечно, — мгновенно согласился Союз, улыбнувшись во все 32 зуба.        Рейх раздражённо вздохнул. «Он с самого начала был согласен» — догадался ариец. Но решил промолчать: всё же, это единственное, что ему оставалось делать в этой ситуации.       — Так в чём нужна помощь? — уже серьёзно спросил коммунист.       — Слушай меня внимательно….

***

      

На следующей неделе

      Германия, как обычно, сидел в своём кабинете и заполнял какие-то бумажки. Обычный, ничем не примечательный день за работой. Но что-то было не так. Кабинет был идеально прибран, что для такой влиятельной и занятой страны, как Германия, было удивительно.        Вдруг в дверь постучались. «Польша? Нет, у него выходной…» — размышлял немец, пристально вглядываясь в дверь. — «Тогда кто?»       — Входите, — коротко сказал немец, после чего дверь осторожно открыли.       На пороге стоял явно нервничавший Украина с небольшой стопкой бумаг. Он коротко выдохнул и уже уверенной и слегка надменной походкой подошёл ближе к немцу.       — Привет! — протяжно поприветствовал его украинец, протягивая тому документы. — Я тут пару бумаг отнести решил… — неожиданно Укроп замер, оценивающе разглядывая Германа. — Что это с тобой?       — Со мной? — Федерация поднял брови и удивлённо посмотрел на славянина, забирая документы. — Со мной вроде всё в порядке.        Украина ещё раз осмотрел немца. Изменения были налицо: гладкая ухоженная кожа, яркий и полный энергии взгляд, одежда идеально выглажена и самое главное, что видно чуть ли не за километр, — отсутствие мешков под глазами, будто бы их никогда и не было. Германия прям цвёл и пах. Подобные изменения были ещё заметнее на фоне помятого, уставшего и побитого Украины.       — Ты… выспался? — Укроп с завистью смотрел на приятеля.       — А, так ты об этом, — на лице Германа расплылась блаженная улыбка: — Эх, в последнее время работы стало намного меньше, а раньше ООН меня ею прям заваливал…       — Да неужели… — украинец едва смог выдавить из себя что-то наподобие улыбки и похлопал немца по плечу. — Везучий, собака… Ну не суть… — славянин глубоко вздохнул, успокаиваясь, и вновь принял надменный вид. — Ты же сейчас часто с Россией?       — Да, а что? — Федерация с подозрением покосился на друга.       — Ладно, я спрошу прямо, — улыбка медленно сползла с лица славянина. — Как много он узнал о «том» РСФСР?       — В каком смысле «тот РСФСР»? — Герман минут пять просто смотрел на двуколора, пока до него доходил смысл слов. — Стоп, ты про брата СССР? Откуда ты…?       — Как откуда? — Украина удивлённо посмотрел на Федерацию, проверяя, шутит ли тот или нет. — Об их с Союзом ссоре уже все знают!        Германия так и застыл с разинутым ртом. Он лишь смотрел на друга и глупо хлопал глазами.       «Как так вышло…?» — крутилось в его голове — «Об этом должны были знать только я, ГДР, Россия и… Польша?»       Сердце немца болезненно ёкнуло. Он рассказывал о произошедшем близкому другу, хоть Росс и просил об этом не распространяться. Но Герман был уверен, что поляк его не предаст. Верно…? Он быстро замотал головой, отгоняя плохие мысли. «Нет, это не мог быть он. Возможно, нас подслушали или, может, Россия ещё кому-то рассказал…»       — Ну, так что? — нетерпеливо напомнил Укроп о своём существовании.       — Я не знаю… — Федерация уныло опустил голову, смотря куда-то в пространство.       — Тц… ну, ладно, тогда у других поспрашиваю…       — А Россия? — неожиданно подскочил немец, отчего Украина нервно дёрнулся. — Ты не знаешь, что с ним? Как он отреагировал на то, что все узнали? — Без понятия, — пожал плечами украинец. — Он уже вторую неделю из кабинета не высовывается. Полагаю, он даже не знает об этом. А может, и вовсе подох… — парень развернулся и зашагал на выход.       — У тебя брат в такой ситуации! — с несвойственным себе гневом воскликнул он уже собиравшемуся уходить украинцу. — Я понимаю, у вас сейчас ужасные отношения! Но это-то политики не касается! Разве так сложно хотя бы посочувствовать?        Украина замер. Повисло напряжённое молчание. Герман не мог видеть, что было на лице друга, как и понять, что тот сейчас чувствует. Послышался тяжёлый и глубокий вздох.       — Он мне не брат, — коротко сказал славянин, не оборачиваясь на немца, и поспешно вышел в коридор.       

***

       Россия сидел за столом в своём рабочем кабинете. На столе лежала огромная стопка бумаг. Казалось, что ещё несколько листов, и она достанет до потолка.       «А мои мешки под глазами до пола…» — обессилено вздохнул Росс, взяв очередную важную бумажку.       Сколько он уже не спал? Дня три? Пять? А может, все десять. Он уже давно сбился со счёта. Хотя это сам РФ хотел зарыться в работе. После той ссоры он сам не свой, так что работа ему сейчас только на пользу… но не так же много! Такими темпами он будет погребён в горе бумаг. Россия тяжело вздохнул и взял стакан с кофе, который стоял на нескольких свободных от бумаг сантиметрах, и залпом выпил остатки напитка.       «Надо сходить за новым» — обрадовался русский появившейся причине встать из-за стола и немного передохнуть. Но радость Федерации оборвал стук в дверь и вошедший ООН. В руках у того лежала ещё одна гора бумаг, в два раза превышающая размеры лежащей на столе России. РФ же по привычке вскочил из-за стола при виде организации, напрочь забыв о всякой усталости.       — Вот ещё пару документов, — холодно отрапортовал ООН. — Проверь, подпиши и сделай копию их всех к следующей неделе.        Только потом он заметил ещё незавершённую работу России, которую он сам же дал тому буквально вчера. Потом он перевёл взгляд на побелевшего и опустошённого Россию. Русский стоял с широко распахнутыми глазами, смотря то на свой стол, то на ООН. Неожиданно он слабо ухмыльнулся и опёрся о рядом стоявший стул. Он медленно закивал, представляя, сколько ему ещё придется просидеть за работой. Потом неожиданно его взгляд стал пустым, он качнулся вправо, влево и с грохотом упал на пол, захватив с собой стул…       

***

       Германия, пошатываясь, шёл по коридору. Он всё ещё не мог понять, как же страны всё-таки узнали про тот конфликт? Герман помотал головой: «Нет, сейчас у нас будет собрание, надо сосредоточиться на нём». Он подошёл к двери и осторожно вошёл в зал. К счастью, собрание ещё не началось. Даже страны ещё не все собрались. ООН уже был здесь. Он обыкновенно сидел за своей кафедрой. Но внимание Германа привлёк больше не организация, а Российская Федерация. Точнее, два небольших куска льда, которые тот прижимал к своим щекам. Немец медленно подошёл к своему месту, не отрывая глаз от друга.       — Россия, что с тобой? — с подозрением спросил Германия, садясь за стол. — Настолько больно?       — А ты попробуй со всей дури получить стальной рукой по щеке… — Россия презрительно покосился на организацию. — «В сознание зато пришёл». Идиот.        Германия хотел было что-то сказать, как его прервал грохот открывающейся двери. Все присутствующие обернулись. В дверях стоял запыхавшийся США. Он выпрямился, отряхнулся и вальяжно направился к своему месту.       — Германия, — впервые обратился по имени к соседу американец. — Собрание же ещё не началось?       — Ну да… — ошеломлённо пробубнил немец.       — Вот и хорошо, — пиндос расслабленно уселся на стуле и посмотрел куда-то вдаль. — Один недоумок, видимо, забыл сообщить мне о сегодняшнем собрании… — Как же жаль, что ты всё-таки о нём узнал… — шёпотом пробормотал русский, но так, чтоб все услышали. — Хах, кто бы говорил, — усмехнулся США, смотря на Россию. — А тебя что, папаша избил? Хотя я его понимаю, думаю, если бы ты убил моего брата, я бы сделал то же самое…       Герман же, поняв, что от него отстали, уселся поудобнее и стал дожидаться начала собрания, стараясь игнорировать спор двух стран. ‎ООН же, тем временем заметив появление троицы, встал из-за кафедры и направился в их сторону. Немец выпрямился при виде идущей к нему организации. Pocc и США же просто встретили его коротким, укоризненным взглядом и потом снова вернулись к своим «делам».       ‎— Ну как? — холодно спросил ООН у Германии. ‎ — Вы о чём? — осторожно спросил Герман, бегая глазами по залу. ‎       — Ваши жалобы, — коротко сказал организация. — Жалобы? — недопонял немец. ‎— Вы жаловались на то, что у вас слишком много работы, с которой вы не справляетесь, и также, что вам неудобно сидеть между Соединёнными Штатами Америки и Российской Федерацией из-за их постоянных споров. Поэтому я решил эти проблемы, переложив большую часть вашей «незначительной» работы на Российскую Федерацию, а Соединённым Штатам Америки я не сообщил о собрании. Так что вас больше ничего не будет беспокоить, — ООН закончил доклад и ушёл, оставив Германию на растерзание.        ‎Герман смотрел то на русского, то на американца. Те же, прекрасно услышав слова ООН, уже вовсю прожигали немца взглядами. Германия съёжился, ожидая начала, в лучшем случае, скандала. Но не успели те хоть что-то сказать, как ООН уже подошёл к своей кафедре и объявил всем о начале собрания. Немец облегчённо выдохнул и, выпрямившись, принялся слушать презентации остальных стран, всеми силами игнорируя косые взгляды соседей.       

***

      Германия вышел из зала ООН и осмотрелся. Убедившись, что никого нет, он осторожно поспешил в свой кабинет. Но на пути у него встала чья-то рука. Точнее, нависающий над ним Америка.       — Ну что, Краут? — со зловещей улыбкой проговорил США.       — Мы ждём твоих объяснений! — хлопнул по спине подошедший сзади Россия.       — Может, обсудим всё в моём кабинете? — нервно засмеялся немец, зажатый между двумя странами. — Не думаю, что это то, что стоит слышать всем.        Страны осмотрелись. На них действительно пялились все кому не лень. Думать долго не пришлось. Они молча отошли от Германа и направились к нему в кабинет.       «Немного времени я для себя выиграл…» — облегчённо вздохнул немец. — «Так, надо подумать, кто же мог пожаловаться. Я этого никогда не делал, Польша не осмелился бы, с Пруссией та же история, остаётся только…»       Германию осенило. Это может быть только он.        Немец открыл дверь и пропустил остальных, после чего вошёл и сам. РФ с США сели на диван, Герман же уселся за своим рабочим местом.       — Я знаю, кто пожаловался, — сразу же сказал Германия. — Это может быть только один человек.       — И кто же? — недоверчиво покосился на него русский.       — Это Рейх, — уверенно заявил Герман. — Я уверен в этом.       — Ну что ж, звони ему тогда, — недовольно приказал пиндос, на что Россия одобрительно закивал.        Германия тяжело вздохнул. Достал телефон и набрал номер отца. Первый звонок — без ответа. Второй — тишина. Третий, четвёртый, пятый… Германия звонил папе без остановки, с каждым звонком нервничая всё сильнее. На звонке 20-ом его руки уже начали трястись. 43-ий звонок сбросили моментально. Герман отодвинул телефон от уха и опустошённо посмотрел на экран, в последний раз нажимая на кнопку позвонить. Та же история: его вызов был сброшен через гудок. Человек вряд ли бы отреагировал настолько скоро. Хоть Рейх и был страной, но и он бы вряд ли так быстро сбросил. Не было похоже, что звонок был сброшен кем-то.       — Германия, всё в порядке? — уже тоже порядком нервничая, осторожно спросил Росс.       — Он заблокировал меня… — едва слышно промямлил Герман.       — Всё! — резко подскочил американец, прилично раздражённый всей ситуацией. — Мы едем к нацисту, и это не обсуждается!       — Не думал, что скажу это, но я поддерживаю тебя! — подскочил вслед за Штатами Россия.       — Поедем… — всё ещё шокированный немец медленно встал и повёл стран к своей машине.        Уже в машине Германия более-менее успокоился. Сел за руль, а Россия с Америкой уместились на задних сидениях. Ехать не так уж и далеко, особенно на машине. Через 10 минут они уже подъезжали к ближайшей бесплатной парковке. Выйдя из авто, немец неуверенно посмотрел в сторону дома отца. «Может, с ним что-то случилось?» — беспокоился Герман. — «Он в последнее время ничего не рассказывает. С тех пор, как поладил с СССР…»       — Пойдёмте, — Россия подбадривающе похлопал друга по плечу и заботливо улыбнулся.       — Да, пойдём, — выдыхая, сказал Герман и направился ко входу в подъезд. — Надеюсь, с ним сейчас всё хорошо.       — Слушай, Германия, — нагнал его Росс. — А когда ты в последний раз разговаривал с ним?       — Ну, давно… — ответил он, поняв, что даже не думал об этом. — Обычно это он звонит мне, поэтому... Думаю, мы в последний раз разговаривали где-то неделю назад…       — А ты не думал, что он мог расстроиться из-за этого? — нахмурился РФ и скрестил руки на груди.       — Не думал… — протянул немец. — Раньше он никогда не говорил ничего. Я мог и на год пропасть, но он всегда ждал и с улыбкой встречал меня.       — Германия, — тон России мгновенно стал серьёзным и мрачным, отчего у немца пробежали мурашки по коже. — Ты же понимаешь: то, что было тогда, и то, что есть сейчас, совсем разное?       — К чему ты клонишь? — не понял Германия.       — Тогда ты был единственной его связью с внешним миром, он был буквально зависимым от тебя, — начал рассуждать русский. — Сейчас же он совершенно самостоятелен. У него есть много знакомых и связей, он может спокойно выйти на улицу, не боясь, что его изобьют до смерти. Проще говоря… Сейчас он может спокойно прожить и без тебя.        Германию будто ударили чем-то в голову. Он никогда не задумывался об этом. О том, что он перестал быть таким уж нужным Рейху. Как он мог не замечать этого? Прогулка с Союзом, утаивание всего, всё более редкие звонки и, наконец, его прямое игнорирование. Германия стал ненужным своему отцу.        — Может, кто-нибудь откроет дверь? — вырвал Германа из мыслей противный голос пиндоса, уже стоявшего у двери в подъезд.       — Да, секунду, — Россия подошёл, приложил ключ к домофону и открыл дверь, пропуская остальных внутрь.        Германия зашёл первым, опустив голову в пол; за ним, посвистывая, последовал и США; последним пошёл русский, осторожно закрыв дверь. Троица зашла в лифт, и Герман нажал на нужный этаж. Двери распахнулись, и страны осторожно подошли к нужной двери. У всех было какое-то странное предчувствие. США первым осмелился подойти ближе и тихонько постучать в дверь. Долго ждать не пришлось. Из-за двери послышалось недовольное ворчание, после чего она открылась…       — О господи! — воскликнул Россия, моментально закрыв глаза стоявшему рядом Герману. — Это ещё что за….?!       — Оу май гад…. — протянул американец, подняв брови и вовсю разглядывая представшую перед ними картину.       — Россия, США! — возмущался Германия, пытаясь убрать с себя руки русского. — Что там? Что случилось?       — Тебе лучше не видеть этого, — сдерживая рвотные позывы, пробормотал Росс.       — Ха-ха, очень смешно, — послышался знакомый саркастический голос Пруссии. — Чего так орать-то?       — В-вы… Голый! — наконец сказал Федерация.       — И что с того? — презрительно осмотрел Прусс РФ. — Будто голые тела ни разу не видел.       — А вы неплохо сохранились для своего возраста, — съязвил американец, продолжая откровенно пялиться.       — Ох, что вы, это ничто по сравнению с вами, — ответил ему той же колкостью Королевство. — Так чего же вы притащились?       — Насчёт этого! — напомнил Германия о своём существовании. — Ты не знаешь, где Рейх?       — Рейх? — удивился КП. — Я думал, ты знаешь. Он уехал буквально неделю назад.       — Как уехал? — переспросил Россия, ослабляя хватку.       — Так: уехал, оставив записку, — пожал плечами Королевство. — Я думал, Германия знал об этом.       — Нет, я не знал… — промямлил ещё более опустошённый Герман.       Страны стояли так, тупо смотря друг на друга. Никто не знал, что делать дальше. Рейх пропал. Никто не знает, где его искать. Единственное, что от него осталось, так это записка.       — Стойте, — нарушил тишину русский. — А принесите записку.       — Да, запросто, — напоследок сказал Пруссия и ушёл в квартиру за запиской.        Она оказалась довольно маленькой и короткой. Надпись на немецком с сердечком в конце: «Я уехал, вернусь не скоро, не скучайте ♥» Коротко и чётко. Смущало только сердечко.       — Сердечко? — напомнил о себе американец, заглядывая через плечо РФ. — Как мило…        Пруссия посмотрел на трёх стран, копошащихся над одной маленькой запиской, разочарованно вздохнул и вернулся в квартиру. Троица же осталась на лестничной клетке.       — А может, попробуем спросить у СССР? — неожиданно для всех предложил Германия. — Они сейчас довольно часто общаются. Скорее всего, он что-нибудь знает.        Неожиданно соседняя дверь открылась. Из неё осторожно выглянул сонный ГДР. Он осмотрел стран заспанным взглядом и, подтверждая свою сонливость, громко зевнул.       — Чего вы тут расшумелись? — недовольно ворчал он. — У меня послеобеденный сон…       — ГДР! — обрадовался Герман появлению брата. — Слушай, а ты не можешь позвать СССР? Нам бы поговорить с ним…        ГДР ещё минут 10 смотрел на брата, обдумывая что-то. Всё же из-за прерванного сна редко кто может нормально соображать. Внезапно его взгляд прояснился, будто он резко что-то вспомнил, и полностью вышел на лестничную клетку, закрыв дверь.       — Кстати, насчёт СССР, — начал он. — Россия, у тебя же есть ключи от его квартиры? Он в последнее время не отвечает что-то.        Троица переглянулись. Они явно думали об одном и том же.       — Секунду, они должны быть где-то в карманах, — Россия похлопал по карманам, засунул в них руки и вывернул. На удивление, они были пустыми. — Я же точно положил их сюда…       — Эх, молодняк… — Штаты подошёл к двери в квартиру Союза и наклонился к ручке, что-то рассматривая. — Всему вас учить надо… — он взялся за ручку и уверено повернул её, открывая дверь. — Так и знал.        ГДР первым вскочил в квартиру, не дожидаясь других. Он вбежал в гостиную и осмотрелся. За ним зашли уже и остальные. Они застали немца над столом, смотрящим куда-то вниз. Россия подошёл к нему. Там лежала лишь одна маленькая записка, написанная на корявом русском: «Я уехать, вернутьсь не скоро, не скучать♥»