Часть 25

25

Двое мужчин сидели за столом друг напротив друга. На самом же столе чего только не было. Бутерброды с чёрной икрой, две бутылки вина, салаты, курочка гриль... Свет в комнате был выключен, лишь несколько свечей в центре стола, хотя бы немного освещали комнату. На часах было уже 11 вечера. Парочка мило беседовала и обсуждала былые дни в разлуке. — Это действительно было тяжело... — с усмешкой вздохнул русский, отводя взгляд в сторону. — Да уж, это точно... — Слушай, я знаю, что это прозвучит слегка странно и, может, даже дерзко... — русский улыбнулся и осторожно опустил руку к карман брюк, в поисках чего-то. — Я не хочу торопить события, но... Немец напрягся и с приятным волнением посмотрел на любимого, уже зная, что будет дальше. Он лишь нетерпеливо ждал, когда же это наконец произойдёт. Эти важные и такие ценные слова. — Я.… — внезапно раздался громкий стук в дверь, от чего русский невольно дёрнулся. — Мы с тобой уже давно знакомы. Я знаю тебя с самого детства, и я никогда не считал тебя лишь другом... — продолжил он, игнорируя назойливый стук, который становился всё громче и громче. — Ты самый дорогой человек в моей жизни... — он медленно достал маленькую бархатистую красную коробочку и осторожно положил на стол перед немцем, отчего тот прикрыл рот рукой. — Не хотел бы ты... — резкий и противный звон домофона заткнул русского, отчего тот подскочил со стула. — Да что за чертовщина посреди ночи! — Всё хорошо, я сейчас проверю, — раздражённо пробормотал немец, встал с дивана и пошёл к двери. Он неохотно поплёлся по коридору. ″Кого там притащило?″ — немец тяжело вздохнул, медленно открывая дверь. — ″Дома им не сидится…″ — Вам что-то… – начал было он, как замер, недовольно сморщившись. – Что вам ещё нужно? Идите работать уже! — Мы тоже очень рады вас видеть, – затараторил Россия, отталкивая Прусса в сторону, и быстренько вскользнул в квартиру. – У нас новости по поводу Рейха. Остальная компания коротким кивком поздоровалась с Королевством и прошла за русским под шокированным взглядом Пруссии. Недолго думая, они прошли в зал, который в данный момент больше смахивал на ресторан. — Россиюшка? — РИ обернулся на пришедших и осторожно привстал со стула. – Что ты здесь делаешь? — Мы ищем Рейха, – Росс недовольно толкнул задыхающегося от смеха США. – А ты что здесь делаешь, ещё и в такой обстановке… – он подозрительно осмотрел комнату. Император нахмурился и резкими движениями поправил костюм. Гордо вскинув голову, он подошёл к компании. Сначала немного помедлил, обдумывая, стоит ли говорить, но потом тяжело вздохнул и покачал головой. — Россия, ну вот зачем тебе Рейх? – РИ обеспокоенно похлопал по плечу внука. — У меня к нему дело, – твёрдо ответил Росс голосом, не терпящим возражений. Россия небрежно оттолкнул руку старшего. РИ сморщился то ли от презрения, то ли от обиды. Но уже через пару секунд улыбнулся, как ни в чём не бывало, и посмотрел на остальных, которые уже успешно уселись на диване. Вновь эта идеальная ровная осанка, поднятый подбородок и взгляд сверху вниз. — А вам что такого нужно от Третьего Рейха, что вы гоняетесь за ним уже весь день? – заинтересовано спросил он, усаживаясь на стул. — То же, что и России, – за всех начал США, взяв стакан с недопитым вином Империи и залпом его осушив. – Благодаря этому идиоту, у нас проблемы на работе. — Да неужели… – русский прищурился, внимательно разглядывая американца. – И как же проходит ваше ″расследование″? Уже есть успехи? — Конечно! – вклинился в разговор взбудораженный ГДР. – Не так много и расплывчато, но что есть, то есть. Демократ ″быстро″ ввёл Империю в курс дела. Тот же сверлил его взглядом, иногда переводя его на остальных. Было не похоже, что он до конца верит всем словам немца, но и открытого недоверия видно не было. Дослушав долгий монолог ГДР, РИ отвернулся в сторону, обдумывая всё какое-то время. — Так, получается, вы сейчас хотите попробовать пробить пропуска по базе и так отследить их местоположение? – император скрестил руки на груди. – И вы не додумались до этого раньше? — У Рейха не может быть этого пропуска! – Герман силой ударил себя по лбу. – Я же говорил, я контролирую все его документы и счета в банке. Он не мог купить пропуск, чтобы я не узнал. Все присутствующие перевели взгляд на немца. В их глазах ясно отражался немой вопрос: ″Ты серьёзно…? ″ Тот же никак не мог понять претензии окружающих. — Германия, а ты не думаешь, что слишком… опекаешь его? – Пруссия отвернулся в сторону и искоса посмотрел на внука. — Я? Нет, конечно! – Герман повернулся к брату, ожидая поддержки, но ГДР лишь тяжело вздохнул и покачал головой. — Так, что насчёт пропусков? – Россия положил руки на стол и придвинулся ближе, переводя внимание на себя. – У СССР пропуск есть, а вот насчёт Рейха я не знаю. — Может, тогда проверим пропуск Союза? – предложил РИ, обращаясь к Герману. Тот мигом спохватился, достал телефон и начал что-то там искать. Спустя пару минут поиска он лишь разочарованно покачал головой. — Пропуск есть, да вот, судя по всему, он как приехал сюда, так и не уезжал, – пожал он плечами. – И что нам тогда делать? Император обернулся к Королевству и прокашлялся, намекая на что-то. Немец на этот жест смущённо отвернулся в сторону, делая вид, что происходящее в комнате вовсе не его дело, и он ничего не знает. РИ закатил глаза и повернулся обратно к молодым, недоумённо наблюдавшим за сценой. — У Рейха есть пропуск, но он зарегистрирован на его поддельные документы, – тяжело вдохнул он, будто бы объяснял самую очевидную вещь. — У Союза тоже. — Но… – Герман уже хотел было что-то сказать, как слова застыли в горле. Он опустошённо посмотрел в телефон и медленно ввёл имя, которое ему продиктовали. На экране действительно высветился мужчина, до боли похожий на нациста. Но что-то не сходилось. Путь был… странный? Германия ещё раз внимательно просмотрел его. Действительно, он не ошибся. — Теперь понятно зачем ему нужен был Совок… – заглядывая Герману через плечо, протянул Россия. – Хотя даже неожиданно, что он поехал… туда… — Дайте посмотреть! – кое-как пропихнулся к ним США, чуть ли не ложась русскому на колени. – Теперь всё понятно, – он довольно ухмыльнулся и вернулся обратно на своё место. — Что тебе понятно? – Россия брезгливо поёжился, смахивая рукой ″грязь″ от Штатов. — То, куда они направились, – американец гордо поднял подбородок вверх, прикрыв глаза. — Да это и ежу понятно, – в плечо Америки моментально прилетел лёгкий удар от Федерации. – Нам надо узнать, с какой целью….

***

— И где вы застряли, придурки! – кричал себе за спину нацист, наворачивая по чаще уже не первый километр. – Что, силы закончились? Рейх медленно остановился и обернулся назад, высматривая своих преследователей. Только когда он убедился, что они отстали, немец тяжело вздохнул, покачавшись из стороны в сторону, и мешком упал на землю, теряя последние остатки сил. ″Как долго мы так бегали…?" Проверить он не мог: телефон был прострелен на одном из покушений, часы с собой не взял. ″Надо отдохнуть немного и пойти к Союзу, если тот ещё не уехал…″ Ариец осторожно встал и отряхнулся. Он медленно покрутил головой, осматривая окрестности, в которых оказался. Надо было идти дальше, иначе преследователи могли… Не успел Рей закончить свои мысли, как прозвучал оглушающий выстрел. Немец тут же упал на землю, скорчившись от боли. Он обернулся в сторону, где предположительно находился стрелок. Действительно, трое мужчин в тёмных одеждах во всю догоняли нациста, по дороге планируя, как разделят прибыль. ″Вот почему мне так везет на этих идиотов…″ Тройка напрягся и резким рывком поднялся, бросившись бежать. Но не смог он пробежать и пары вёрст, как нестерпимая боль заставила его вновь обессиленно упасть на землю. ″Этого мне ещё не хватало…″ – Рейх перекатился на бок, пытаясь встать или хотя бы отползти куда-нибудь. – ″Сейчас мне умереть ещё не хватало. Если они меня догонят… Что этот ублюдок со мной сделает?″ Ариец лёг на спину, смотря в небо. Сейчас бежать было бессмысленно, так что придётся драться. Немец тяжело вздохнул. Из мыслей его вырвал звук ударов и крики со стороны преследователей. Нацист приподнялся и обомлел. Его взору предстала самая настоящая бойня. СССР по очереди хватал то одного, то другого и избивал до полусмерти. Его движения были небрежны и неаккуратны, но в то же время по-своему элегантны и прекрасны так, что от них невозможно было отвести взгляд. Лицо же коммуниста оставалось холодным и непоколебимым, что сейчас было не раздражающим недостатком, а тем, что лишь подчёркивало его стиль боя. И вишенкой на торте была кровь, испачкавшая его руки, одежду и стекавшая по лицу. Рейх смотрел на русского, не моргая, забыв обо всём остальном. Только когда Совок убедился, что преследователи ещё долго не очухаются, он расслабился и посмотрел на лежащего, пялящегося на него друга. Русский нахмурился и быстрыми шагами подошёл к нему, опустился рядом с ним на колени, мельком его осматривая. — Всё хорошо? Ты не ранен? – расспрашивал он, помахав рукой пред лицом нациста. – Рейх, подай хотя б признак того, что ты жив. — А…? Да всё в порядке, просто устал столько носиться по лесу, – Рей собрал всю волю в кулак и, как ни в чём не бывало, поднялся на ноги. – Точно? Ты весь красный… – Союз подошёл ближе к нацисту и прикоснулся к его лбу тыльной стороной руки. – Странно, жара вроде нет... — Я же сказал: всё в порядке! – Рей отпрыгнул от русского, опомнился и быстро отвернулся. – Нам пора идти, и так много времени потратили. — Ну, как скажешь, – Совок пожал плечами и пошёл вперёд к машине. Машина стояла не так уж и далеко. Всё-таки Совок на ней и приехал. — Остановимся где-нибудь или дальше поедем? – поинтересовался Союз, заводя машину. – Нам не так долго до границы осталось. — Лучше остановиться, – пробубнил немец, недовольно ворочаясь на пассажирском сидении. СССР ещё раз внимательно осмотрел друга, тяжело вздохнул и поехал к ближайшему городу. Всего через полтора часа мужчины заселялись в номер первого попавшегося мотеля. Хоть он и был не люксовым, но жить было… терпимо. Их номер был не такой уж и большой. Одна спальня с двухместной кроватью, ванна, в которой едва умещался коммунист, а нацист так вообще еле теснился. Немец зашёл в ванную и сел на стул перед зеркалом, положив принесённую аптечку на стиральную машину, запер дверь. Он осторожно снял чёрную кофту, насквозь пропитанную кровью, и бросил в ванную. Видок был не из лучших. Весь его правый бок измазан его собственной кровью, сочившейся из раны. ″Рана несквозная, значит, пуля ещё внутри…″ – Рейх поморщился и пододвинул аптечку ближе к себе, ища нужные инструменты. Достав пинцет, перекись и нитку с иголкой, он приступил к работе. Уже через пару минут всё было обработано, зашито и ещё пару раз обработано. Раковина, как и ванная, была полностью измазана кровью. Рей осмотрел масштаб загрязнения и тяжело вздохнул. – ″Главное, инфекцию не подхватить какую-нибудь. Разберусь с этим дома″ Рейх на скорую руку вымыл всё, надел чистое и наконец вышел в коридор. — В кои-то веки, я думал, ты там подох, – Совок небрежно оттолкнул арийца и зашёл в ванную. Рей уже хотел тоже как-то съязвить, но лишь промолчал и направился в спальню. ″Что только что было…? ″ – немец улёгся на кровати и смотрел в потолок. – ″А что было в лесу…″ – он прикрыл глаза, вновь прогоняя ситуации в голове. – ″Может, у меня просто крыша уже едет? Надеюсь..″ Он недовольно поморщился, перевернулся на бок, закрыл глаза и уснул. Утром Ещё было темно. День предвещал быть холодным и пасмурным. По обе стороны шоссе бесконечными рядами стояли деревья, уже давно осыпавшиеся к поздней осени. Мужчины сидели в машине в своеобразной очереди из других точно таких же машин. Хотя это было трудно назвать очередью, скорее пробкой, у которой не было ни начала, ни конца. Всё же это граница, пограничный пункт. Многие хотят поскорее пересечь эту границу. С такой же целью там стояла и наша парочка. Союз нахмурился, с силой открыл дверь машины и вышел на улицу. Он немного отошёл от авто и всмотрелся вдаль, ища конец очереди. Но в итоге лишь сильнее скривился, запрыгнул машину, громко хлопнув дверью, и скрестил руки на груди. — Нам ещё долго тут стоять, да? – усмехнулся Рейх, запрокинув руки за голову. — Рейх… – тяжело вздохнул Совет и протёр глаза рукой. – Ты ничего не хочешь мне сказать? Рейх на это лишь окинул его коротким взглядом и отвернулся к окну. Его слегка отросшие чёрные волосы небрежно растрёпаны, в глазах линзы, делающие их тёмно-карими; его тёмно-серая футболка была до невозможности смята из-за долгой езды на машине, та же ситуация с его серыми джинсами. Союз ухмыльнулся. ″Игнорирует даже такое… Сколько мне ещё на него пялиться, чтоб он отреагировал?" Союз, в отличие от немца, почти не изменял внешность. Единственное, что он сделал – снял шапку-ушанку. Для Советского Союза лучшего прикрытия и не придумаешь. — Август? – всё же сдался русский. — Что-то нужно? – как ни в чём не бывало, ответил Рей со своей наигранной улыбкой. — Я всё ещё не понимаю смысл этих имён… – СССР устало завёл машину и проехал немного, становясь на освободившуюся территорию. — Нам нельзя раскрывать наши личности, Лёш! – он интонационно указал на подставное имя Совка. – Странное у тебя имя… — Нормальное имя. Алексей Николаевич Ульянов – Союз с гордостью повторил своё поддельное имя. – У тебя как будто лучше… Август Винтер… ха… га…. — Винтергальтер! – торжественным тоном закончил немец. – Полное имя Август Бертольд Винтергальтер! – он гордо вскинул голову. – Все равно моё имя в разы лучше. Его хотя бы произнести можно! – он довольно посмотрел на немца и сразу же помрачнел. – Ладно, сейчас это не так важно…. – СССР провёл рукой по своим волосам. – Ты ничего не хочешь рассказать? — Я не понимаю, о чём… – отстранённо протянул ″Август″, зевнув для пущей убедительности. — Нет, ты понимаешь! – коммунист с силой ударил по рулю рукой. – Нас чуть не убили, ты это понимаешь?! Меня могли убить. Тебя могли убить! Кто эти люди? Почему они нас преследуют? – Союз сжал руки в кулаки, отчего те задрожали, и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. – Наши жизни на кону. Если бы я не пришёл тогда, что бы случилось с тобой? Ты хоть сам понимаешь серьёзность ситуации?! — Слушай, Со… Лёш, – Август тяжело вздохнул и отвернулся к окну, чуть сам не забыв о своих словах. – Они не могут убить меня. Им просто нельзя этого сделать… — О чём ты? – Союз с подозрением посмотрел на друга. — Я не могу многого тебе сказать, – покачал головой нацист. – Это от того преследователя, которого ты заметил на прогулке, он не может допустить моей смерти. Но легко может убить тебя! Так что не лезь в следующий раз… — Ага, конечно! – СССР возмущённо дал немцу подзатыльник. – А валялся ты тогда, чтобы на звёздочки поглядеть, да?! – русский сжал губы, отвернулся к рулю и прикрыл лицо рукой. – Слушай, мы уже проделали огромный путь до сюда. Я не позволю тебе так просто подохнуть. Рей прищурился и внимательно посмотрел на друга. Он какое-то время пялился на него, пока тот не повернулся к нему, отчего Тройка сконфуженно отвёл взгляд и быстро отвернулся. — Что-то не так? – вновь вернулся к дороге коммунист. — Я думал, ты хочешь моей смерти, – усмехнулся Рейх, также не смотря на собеседника. — С чего это ты взял? — После всего, что между нами произошло, это было самым логичным, не думаешь…? – только потом он заметил, как сжался Союз, и тут же замолчал. – Лёш, не хочешь об этом…? – его вопрос прервало резкое торможение Лёши у таможенного пункта. ″Уже? А мы быстро″ – ариец незаметно вздохнул, приготовившись к очередному допросу. СССР отрыл окно подошедшему к машине таможеннику и протянул ему пропуски. Тот устало вздохнул и мельком осмотрел небольшие карточки. — Алексей Николаевич Ульянов и Август… – он прищурился и кое-как пытался произнести имя Рейха: – Бертольд… Винтэрхальтер? — Винтергальтер… – скрестил руки на груди немец. — Да, вроде похожи, и как вам Беларусь? – уже более доброжелательно поинтересовался мужчина. — Прекрасно, всё очень понравилось, – сухо пробормотал Союз, взяв пропуска обратно. — Это не может не радовать… – таможенник поднял шлагбаум и подал сигнал машине позади парочки. – Что ж, в таком случае добро пожаловать в Россию! Мужчины ехали в тишине примерно полчаса-час. Они не следили за временем. — Слушай, насчёт нашего разговора… – начал было Рейх развивать тему дальше. — Нет, у меня нет вопросов, – СССР недовольно нахмурил брови и вдавил педаль газа чуть ли не в пол, судя по ощущениям немца. — У меня есть, – Рей повернулся к русскому. – Я знаю, что это может звучать странно, но… ты не мог бы рассказать про весь процесс суда в 1945-ом от и до? С момента, как ты приехал в Нюрнберг, до твоего отъезда. Союз промолчал. Он лишь сильнее сжал руки на руле, стараясь не смотреть на друга. Это было не то, что хотелось вспоминать. Тогда произошло... многое, о чём до сих пор знает только сам СССР. Рассказывать это сейчас тому, кому не доверял большую часть жизни, было просто безрассудно. — Ты сказал, что согласился на всё, – припомнил ему нацист его же слова. – Или это не входит в твоё понятие ″всего″? Коммунист сильнее стиснул зубы, делая вид, что не услышал. Они молча ехали по трассе. Союз всеми силами игнорировал испепеляющий взгляд нациста. Он перевёл на него коротокий взгляд и тяжело вздохнул. — Хорошо… – спустя 10 минут раздумий наконец согласился он. – Но только при одном условии: никто, повторяюсь, никто не узнает, о чём я тебе рассказал! — Разумеется, обещаю, – нацист сменил серьёзный вид на свою обыкновенную надменную ухмылку. – Ты же меня знаешь, я свои обещания держу! — Вот именно, я тебя знаю, – коммунист скептически глянул на Рейха и тяжело вздохнул. – Ну что ж, тогда я начну…