Часть 5: Смерть Клаудии

Солнце сквозь загрязненные окна освещало комнату, где долгое время витал запах лекарств и чего-то неуловимо горького. Стайлз сидел на краю кровати, его руки нервно сжимали край простыни. В углу, на стуле, сидела Клаудия, его мать, с усталым, но все еще светлым выражением лица. Она смотрела в его сторону, но взгляд уже не пробивался через белесый туман, который окутывал ее сознание. — Мам, ты обещала, что мы сделаем с тобой что-то веселое, как раньше,— произнес Стайлз, стараясь сдержать слезы. Он помнил их летние дни, когда они вместе смеялись, искали приключения и объезжали на велосипеде пригороды. Но теперь каждая вспышка воспоминания причиняла боль. Клаудия взглянула на сына, и в ее глазах промелькнула мимолетная искорка, которая, казалось, прощалась с ним. — Знаешь, Стайлз,— тихо ответила она, — в жизни бывают тяжелые времена. Но я всегда буду с тобой. Не забывай наши приключения. Словно отдавая долг воспоминаниям, Стайлз принялся рассказывать о своих недавних подвигах. Он говорил о том, как ему удалось раскрыть маленькую тайну местного кладбища, находясь в поисках улик о призраках, которых, конечно, не существовало. Но его слова – они были напоминанием о том, что остаётся с ними. — Помнишь те посиделки в библиотеке?— хрипло проговорил он, стараясь перевести разговор на более светлую ноту. Улыбка пробежала по лицу Клаудии, и, казалось, на миг она вернулась, хотя бы в воспоминаниях. — Да, ты смеялся тогда так, что привлек всех читателей. Ты всегда был моим маленьким героем,— произнесла она с нежностью, но вдруг её голос стал слабым. — Мой милый Стайлз… Через несколько часов, когда свет солнца стал ярче, Клаудия тихо произнесла слова, которые навсегда останутся в сердце Стайлза. — Я люблю тебя, сынок. Никогда не теряй этого чувства. Этот последний момент казался вечностью. Стайлз схватил ее за руку, чувствуя, как она становится холодной. Он понимал, что это последний момент, когда он может быть с ней. — Мам, не уходи,— прошептал он. — Я не знаю, как быть одному… Но в воздухе повисли тишина и покой. Клаудия закрыла глаза, и её рука медленно расслабилась. Столкнувшись с реальностью утраты, Стайлз будто бы потерял собственный голос. Громкий хруст стекла из открытого окна был единственным ответом на его просьбу. Он чувствовал, что мир вокруг него продолжает двигаться, но он остался на месте, затянутый в свои страхи и воспоминания. Прошло несколько дней, но строки из старой книги о приключениях вдруг всплыли в голове, как мимолетное воспоминание. "Приключения — это то, что помогает нам справляться с болезнью утраты". Стайлз задумался — возможно, именно так он должен был отмечать ее память. Не утопая в печали, а продолжая искать ответы на вопросы, которых было так много. Его жизнь снова стала поиском — поиском смыслов и улик в мир, который изначально казался полным магии и чудес. Он знал, что будет искать их не только ради себя, но и ради Клаудии. Чтобы ее свет не погас. — Я буду искателем приключений, мама,— прошептал он в небесное пространство, взрывая тишину. — Я буду искать, до тех пор, пока не увижу тебя снова.