Вернутся к фанфику
Toxic Desire
25 ноября 2024, 19:56Джейк стоял у окна, наблюдая, как ночной город растворяется в зыбком мареве уличных огней. В каждом отражении стекла он видел свое лицо, изможденное бессонницей и давлением чужих ожиданий. Мир вокруг горел, но лишь в его глазах.
Где-то там, за грязной кирпичной стеной, его ждал Хисын. Тот, кого он никогда не хотел впускать в свою жизнь, но кто словно змея пробрался в сердце, сжался кольцами, не давая дышать.
В его взгляде — не тепло, не доброта, а что-то темное, мучительное, как ночь без конца. Хисын всегда играл по своим правилам, и Джейк понимал, что сопротивление бесполезно.
Дверь распахнулась с легким скрипом. Джейк вздрогнул, не оборачиваясь. Он чувствовал его присутствие всем телом.
— Тебе некуда бежать, — тихо произнес Хисын, его голос был холодным, как сталь, и таким же неумолимым.
Джейк медленно повернулся. Его руки дрожали, но взгляд пытался оставаться твердым. Он ненавидел, как Хисын мог читать его, словно открытую книгу.
— Может, я и не собирался, — выдавил он.
Хисын усмехнулся, приближаясь. Его шаги звучали, как отмеренные удары судьбы. Огонь уличных фонарей танцевал в темных глазах, напоминая о том, что иногда мир горит не от пламени, а от желания.
— Тогда почему ты трясешься? Боишься? — Его голос стал ниже, и Джейк почувствовал, как дрожь пробежала по позвоночнику.
— Я не боюсь, — произнес он, стараясь, чтобы голос не сорвался.
Хисын наклонился ближе, его пальцы едва коснулись лица Джейка, оставляя за собой ощущение влаги и холода.
— Ложь, — прошептал он.
И Джейк понял: от себя ему не убежать.
— Ты думаешь, я тебя отпущу? — прошептал Хисын, его пальцы скользнули по шее Джейка, едва касаясь кожи, но заставляя мурашки пробежать по всему телу.
Джейк едва сдерживал дрожь, пытаясь не выдать свою слабость. Он знал, что Хисын был мастером манипуляций, и чем больше сопротивлялся, тем сильнее тот притягивал его в свою орбиту.
— Ты не можешь меня контролировать, — Джейк сказал это твердой, хоть и немного дрожащей от напряжения, интонацией.
Но Хисын только усмехнулся. Его лицо было ближе, его дыхание горячим ветром касалось губ Джейка.
— Ты все еще не понимаешь, — тихо проговорил он, — что всё, что ты чувствуешь, это уже моя победа.
Он резко притянул Джейка к себе, ловко сжал его руки, заставив тот ощутить тяжесть его присутствия. В каждом его движении была угроза, но и обещание. Джейк снова попытался вырваться, но его тело ответило другим — более сильным — желанием. Хисын был слишком близко, и от его прикосновений Джейк терял всякую способность к сопротивлению.
— Ты не уйдешь, — прошептал Хисын, и в его голосе звучала уверенность, от которой становилось невыносимо жарко. — Потому что ты хочешь остаться. Ты хочешь меня.
Джейк закрыл глаза, ощущая, как его тело поддается, а разум все больше запутывается. Хисын был прав: в этой игре не было победителей, только те, кто решит, кто будет сгореть первым.
Хисын медленно провел кончиками пальцев по шее Джейка, его прикосновения были мягкими, но в них ощущалась сила, которая в любой момент могла стать разрушительной. Он наслаждался тем, как Джейк не мог сдержать вздохов, как его тело дрожало от каждого касания.
— Ты понимаешь, что не можешь уйти от меня, — прошептал Хисын, его дыхание горячо обжигало кожу Джейка. — Ты будешь бороться, но ты всё равно останешься.
Джейк попытался вырваться, но его усилия были бесполезны. Хисын уже захватил его, как свою добычу, и не собирался отпускать. Он наклонился ближе, их лица почти соприкоснулись, и Джейк почувствовал, как в груди сжимается что-то невыносимо сильное — и страх, и желание. Хисын видел это в его глазах. Он улыбнулся, понимая, что с каждым моментом Джейк теряет контроль над собой.
— Не надо сопротивляться, — тихо сказал Хисын, его губы коснулись уха Джейка, а потом спустились ниже, на шею. — Ты ведь знаешь, что я сделаю с тобой, если ты продолжишь.
Джейк, еле сдерживаясь, выдохнул, его мысли стали туманными, и единственное, о чём он мог думать — это тот огонь, который Хисын разжигал в нем с каждым словом, с каждым движением. Он знал, что этого не следовало хотеть, что это может сломать его, но не мог остановиться.
— Ты всегда был таким.— прошептал Джейк, его голос был низким, почти неразборчивым. — Играл с огнем.
— Играл? — Хисын усмехнулся. — Нет, Джеюни, я просто зажигаю тебя.
Его руки медленно спустились ниже, и Джейк ощутил, как его тело реагирует на каждое его движение. Но прежде чем он успел что-то сказать, Хисын сжал его крепче, притягивая к себе так, что между ними не оставалось ни сантиметра пустого пространства. Джейк знал, что эта игра не будет такой, какой он ожидал. Она будет опасной, жестокой... и невыносимо притягательной.
— Я не отпущу тебя, — сказал Хисын, теперь уже твердо, с полной уверенностью, будто не было ни сомнений, ни страха.
И с этим словом он приблизился еще ближе, его дыхание наполнило комнату, и Джеюн, в какой-то момент, понял — он уже не хотел сопротивляться. Его тело подсознательно жаждало этого. Жаждало боли и страсти, которые приносил этот человек, этот монстр, что теперь держал его в своих руках. И в этом было что-то бесповоротно завораживающее.
Хисын был всё ближе, его дыхание тяжёлое и горячее, как пламя, которое не утолит ни вода, ни время. Джейк чувствовал, как его сердце бьется быстрее, а мысли становятся всё более расплывчатыми. Он хотел сопротивляться, хотел вырваться, но не мог. В каждом его жесте была такая власть, такая сила, что Джейк почувствовал себя совсем маленьким, почти беспомощным, в этот момент.
— Ты хочешь играть в эту игру? — тихо проговорил Хисын, его губы коснулись плеча Джейка. — Ты ведь понимаешь, что я всегда выигрываю.
Джейк еле сдержал стон. Он не знал, что именно в словах Хисына выворачивает его изнутри: то ли уверенность, то ли тот поединок, который они вели в этих взглядах, где оба были вовлечены, но никто не хотел сдаваться.
— Я не... — Джейк попытался сказать, но слова застряли в горле. Он сам не знал, что хотел сказать. И не знал, почему его тело уже не сопротивляется. Почему его руки сами тянутся к Хисыну, чтобы ощутить тепло его кожи, его силу.,
Хисын прижал Джейка к стене, его дыхание становилось всё более хриплым, как будто каждый момент этой игры был для него таким же напряжённым, как и для Джейка. Он знал, что не может отступить, что его власть над этим человеком — не просто физическая, но и психологическая. Он был мастером манипуляций, и Джейк уже оказался в его сети.
— Ты всегда так упрям, — прошептал Хисын, его губы коснулись шеи Джейка, а потом спустились ниже, на ключицу. Его касания были горячими, страстными, а Джейк ощущал, как его тело теряет контроль. Страх и желание переплетались, затуманивая разум. Он хотел вырваться, но не мог. Не хотел.
— Хочешь уйти? — Хисын прошептал это, как вызов, но в его голосе не было ни малейшего сомнения. Он знал, что Джейк останется. И это была его победа.
Джейк вздохнул, его руки уперлись в грудь Хисына, пытаясь оттолкнуть его, но его силы были тщетными. Хисын был слишком сильным, слишком близким, и его взгляд, словно огонь, пронизывал его насквозь.
— Блять...будто ты отпустишь. — Прошипел Джейк в полном мраке комнаты отеля, зная что тело уже начало сдаваться этому огню между ними.
Хисын усмехнулся, услышав эту язвительную реплику. Его пальцы всё ещё удерживали запястья Джейка, словно металлические кандалы, и он чувствовал, как напряжение в теле противника постепенно уступает жару, который, казалось, разъедал их обоих изнутри.
— Ты же сам это знаешь, Юн-а, — его голос был бархатным, но в нём скрывался хищный оскал. — Ты не хочешь, чтобы я отпустил.
— Ага, блядь, конечно, — выдохнул Джейк, глядя на него с вызовом, хотя его дыхание всё равно выдавало. — Мечтаю прям, чтоб меня вот так приперли к стене и трахали взглядом. Тебе бы в драмкружок, Ли. Или в тюрьму, как вариант.
Хисын рассмеялся, но этот смех был холодным, будто отзвуком грозы. Он ослабил хватку на руках Джейка, но не отступил, продолжая удерживать его своим взглядом.
— Ты говоришь так, будто ненавидишь это, — он наклонился ближе, его губы почти касались уха Джейка. — Но я чувствую тебя, Джейк. Каждый твой дрожащий вдох, каждую каплю желания. Ты весь горишь, как и я.
— Чушь, — Джейк попытался оттолкнуть его снова, но это было так же бесполезно, как и в первый раз. Его тело, предающее собственную гордость, словно тонула в этой ядовитой близости. — Не выдавай своё эго за мои желания.
Хисын отступил на шаг, давая Джейку мимолётное ощущение свободы. Тот тут же ощутил холод воздуха, и ему почти стало противно от того, как его тело тут же захотело вернуть тепло.
— Тогда уйди, — голос Хисына был вызовом, но в нём чувствовалась игра. Он смотрел на Джейка, сложив руки на груди. — Дверь там. Никто не держит.
Джейк прищурился, его глаза сверкнули упрямством. Он хотел уйти. Хотел доказать, что Хисыну не удастся победить его. Но вместо этого он облизнул пересохшие губы и выдал:
— Уйду. Вот прямо сейчас. Ты, главное, ключ отдай, а то номер закрыл, как ебаный маньяк.
Хисын ухмыльнулся. Он медленно достал ключ из кармана и кинул его на кровать, не сводя взгляда с Джейка.
— Ты можешь уйти.
Это звучало, как крик внутри. Джейк знал, что должен сделать, но проклятый адский свет в глазах Хисына был слишком манящим. Он шагнул к кровати, но вместо того чтобы взять ключ, он остановился, глядя на Хисына, и прошептал:
— Я ненавижу тебя.
— Знаю, — Хисын шагнул к нему ближе, и эта близость была почти невыносимой. — Ненависть — это та же страсть. И я сделаю так, чтобы ты горел в этом огне.
Хисын ухмыльнулся, выслушав очередную попытку Джейка сопротивляться. Этот огонь в глазах, переплетение страха и ярости — всё это только заводило его сильнее. Он знал, что Джейк будет брыкаться до конца, даже если этот конец наступит в пламени их собственной безумной игры.
— Но, — сказал он, слегка склонив голову. Его голос теперь был низким и жёстким, словно заточенное лезвие. — Ненавидишь настолько, что твоё грёбаное сердце сейчас выбивает мне код Морзе?
Джейк закатил глаза, пытаясь скрыть, как быстро он дышит, но это предательство собственного тела не укрылось от Хисына.
— Ой, иди нахуй со своими поэтическими вставками, — прошипел он, дерзко встретившись взглядом с Хисыном. Да, характер Джеюна не самый лучший, как видите он пытаеться показать свою гордость, словно боясь признать собственное влечение. — Ты думаешь, что можешь ломать людей словами? Поздравляю, ты мудак. Где аплодисменты?
— Аплодисменты будут позже, — рыкнул Хисын, шагнув ближе, пока между ними не осталось и сантиметра. — После того, как ты, наконец, перестанешь строить из себя клоуна и признаешь, что тебе это нравится.
— Слушай, ты — последний человек, который может мне рассказывать, что мне нравится. — Джейк ударил ладонями по груди Хисына, но тот даже не шелохнулся, как каменная стена. — Ты думаешь, я прямо сейчас растаю от твоего ебучего «плохого парня»?
Хисын рассмеялся, его смех был низким, грубым, почти вибрирующим.
— Растаешь? Нет, Джейк, — он схватил его за руку, притянув ближе, так что их дыхания переплелись. — Ты уже горишь, как чёртов костёр. А я здесь, чтобы убедиться, что ты сгоришь до конца.
— Ты больной, — выдохнул Джейк, его голос звучал хрипло, и он сам не мог понять, что его больше выводило из себя: ужас или это мерзкое чувство желания, которое никак не уходило.
— Я? Больной? — Хисын стиснул его запястье сильнее, не давая отступить. Его другая рука медленно поднялась к лицу Джейка, грубо схватив его за подбородок. — А ты? Ты стоишь тут, трясёшься от желания и говоришь мне, что ненавидишь. Ты даже врать не умеешь, чёрт тебя побери.
— Хреново ты разбираешься в людях, — Джейк склонился ближе, его язвительная улыбка растянулась. — Ты просто хочешь быть центром моего мира. Ставлю сотку, тебе в детстве игрушки не покупали, вот ты теперь и доёбываешь людей.
— Блядь, заткнись, — оборвал его Хисын, но вместо того чтобы звучать злым, он усмехнулся, словно наслаждаясь этим хаосом. — Ты сам меня сюда впустил. И теперь это наша игра. А в играх, Юн-и, я всегда побеждаю.
И прежде чем Джейк успел выдавить ещё что-то колкое, Хисын снова накрыл его губы своими. Это был грубый, жадный поцелуй, который выжигал всё, что оставалось от рациональности. Джейк попытался упереться, но пальцы Хисына уже скользнули вдоль его шеи, приковывая его к этому моменту.
— Ебанутый... — прошептал Джейк, едва оторвавшись, его голос был сдавлен и пропитан жаром.
— Ты тоже, — отозвался Хисын, проводя ладонью вниз по его спине, его взгляд пылал. — И мы оба это знаем.
Температура в комнате поднялась до предела, даже воздух стал тяжелее, как перед бурей. Джейк чувствовал, как его тело накаляется, словно магма, под касаниями старшего. Грубые, обжигающие прикосновения того вызывали в нём бешеную смесь ярости и невыносимого, до боли сильного желания.
— Ты весь дрожишь, Джейк, — выдохнул парень, его горячее дыхание обожгло ухо Джейка. Пальцы Хисына, крепкие и уверенные, скользнули от запястья вниз, проходя по ребрам. — Что, страшно? Или это адреналин так бьёт?
— Закрой рот... — прохрипел Джейк, но его голос звучал больше умоляюще, чем угрожающе. Он попытался отстраниться, но стоило ему пошевелиться, как Хисын толкнул его обратно к стене, одновременно притягивая бедра ближе.
— Ой, да ладно тебе, — усмехнулся Хисын, его губы теперь коснулись шеи, оставляя за собой дорожку поцелуев, то горячих, то почти болезненно кусающих. — Тебе же нравится, когда тебя ломают. Признай это. Прямо сейчас.
— Нравится? — Джейк резко дернулся, но его попытки были скорее жестом отчаяния, чем настоящим сопротивлением. — Да иди ты нахуй, Хисын. Я бы лучше... — но конец фразы утонул в сдавленном стоне, который он так и не смог удержать, когда пальцы Хисына сжали его бедро, а потом скользнули выше.
— Лучше бы что? — в голосе Хисына сквозила опасная нотка, его руки продолжали исследовать тело Джейка, нажимая, скользя, обжигая. — Скажи это, Юн-а. Ты ведь так любишь разговаривать, особенно матом. Ну?
Джеюн закусил губу, его дыхание становилось рваным, но он не собирался так просто сдаваться. Даже сейчас, когда внутри него бушевал пожар, он продолжал цепляться за свою дерзость.
— Я бы лучше засунул эту твою самоуверенность тебе в задницу, Хисын, — прошипел он, но слова прозвучали слабее, чем ему хотелось.
Хисын рассмеялся, низко и хрипло, его смех резонировал в грудной клетке Джейка.
— Ты можешь пытаться быть остроумным, сколько хочешь, — проговорил он, проводя пальцами по линии живота Джейка, останавливаясь опасно близко к границе дозволенного. — Но твоё тело, Джейк... Оно уже давно всё сказало за тебя.
Джейк стиснул зубы, но не смог скрыть, как сильно его трясёт — не от холода, а от жара, заполняющего каждую клетку. Он выругался сквозь зубы, но, прежде чем снова попытаться съязвить, Хисын опустил голову, прижимаясь губами к его ключице.
Это прикосновение было медленным, почти нежным, но за ним скрывалась угрожающая жажда. Его ладони сжали талию Джейка, а затем скользнули к поясу, и это движение заставило Джейка резко вдохнуть, почти всхлипнув.
— Ты думаешь, что можешь продолжать прятаться за своими словами, — прошептал Хисын, его голос был настолько низким и хриплым, что пробирал до мурашек. — Но я разобью эту твою грёбаную броню. И ты узнаешь, как это — сгореть заживо со мной.
Джейк зажмурился, его голова ударилась о холодную поверхность стены, когда он почувствовал, как руки Хисына сжались крепче, исследуя каждую чертову грань его тела. Словно их пламя уже сжигало всё вокруг, оставляя только двоих посреди пепла.
Джейк тяжело дышал, его грудь поднималась и опускалась так, будто он только что пробежал марафон. Он чувствовал, как его кожа горит под каждым касанием Хисына, как мурашки пробегают вдоль позвоночника, когда тот снова провёл пальцами вдоль его талии.
— Ты чертовски горяч, когда пытаешься сопротивляться, — прошептал Хисын, его губы вновь оказались у уха Джейка. — Но твой язык, сколько бы ты ни матерился, не спасёт тебя от самого себя.
— А ты, блядь, думаешь, что можешь трахать мне мозги? — огрызнулся Джейк, хотя его голос дрожал. — Держишь себя за какого-то кукловода? Да у тебя в голове столько же порядка, сколько в моей квартире.
— Могу поспорить, в твоей квартире тоже всё вверх дном, — усмехнулся Хисын, его руки скользнули вверх, расправляя ткань рубашки Джейка, которая уже наполовину выскользнула из брюк. — Как и сейчас у тебя в голове.
— Не приписывай себе слишком много, — Джейк попытался снова отстраниться, но его тело предало его, когда Хисын ловко сорвал пару верхних пуговиц. Ткань распахнулась, открывая гладкую, чуть влажную от пота кожу.
"And I know you think you can run"
— Ты думаешь, что можешь уйти? — прошептал Хисын, его голос звучал угрожающе, как тлеющий уголёк. Он взялся за край рубашки, одним движением рванув её сильнее. Пуговицы разлетелись, ударяясь о пол, а Джейк громко выругался.
— Блять! — прошипел он, его взгляд метнулся вниз, на то, что осталось от рубашки. — Ты что, блядь, псих? Это стоило мне...
— Дорого? — перебил его Хисын, ухмыльнувшись. Его пальцы медленно провели по открывшейся линии ключицы, потом опустились ниже, к груди. — Ну ничего, я всё возмещу.
— Возместишь? Ага, как же, — Джейк с вызовом вскинул подбородок, хотя не мог удержаться от рваного вдоха, когда пальцы Хисына остановились у пояса его брюк. — Чем? Своей ебаной наглостью?
— Я могу предложить больше, — усмехнулся Хисын, одновременно рывком притягивая Джейка ближе за пояс. Теперь между их телами не осталось ни миллиметра. — Например, показать тебе, как я умею добиваться своего.
Его руки уверенно расстегнули ремень, и Джейк почувствовал, как воздух вдруг стал гуще, а сердце ударилось так, будто пропустило пару тактов.
— Ты играешь с огнём, — хрипло выдохнул Джейк, его голос звучал так, будто он сам не мог решить, это предупреждение или мольба.
— С твоим огнём, — отозвался Хисын, опускаясь губами к его груди, оставляя влажные, горячие следы, от которых Джейк не мог скрыться. — И собираюсь сгореть вместе с тобой.
Брюки чуть ослабли под уверенными движениями Хисына, и Джейк стиснул зубы, его руки упёрлись в плечи того, но уже без настоящего усилия. Это был его последний рубеж, за которым больше не осталось обороны.
Джейк чувствовал, как его кожа обжигается под каждым касанием Хисына, как тело предательски сдаётся, а разум уплывает куда-то далеко, затуманенный этим невыносимым жаром.
— Ты всё ещё держишься? — Хисын усмехнулся, его голос был низким и хриплым, пропитанным желанием. Его руки уверенно спустились вдоль боков Джейка, потом резко притянули его ближе. — Или всё же готов признать, что проиграл?
— Блять... — прошипел Джейк, его пальцы судорожно вцепились в плечи Хисына, словно он пытался найти хоть какую-то опору. — Ты такой ебанутый, что это даже не смешно.
— Спасибо за комплимент, — хмыкнул Хисын, одновременно продолжая расстёгивать брюк Джейка, которые теперь сползли чуть ниже бёдер, открывая гладкую линию бедер. — Но сейчас не о моём состоянии. А о том, как ты буквально горишь в моих руках.
— От тебя несёт, как от костра, — огрызнулся Джейк, хотя его голос дрожал, а губы едва могли произносить слова. — Может, это ты горишь, а?
— Возможно. — Хисын медленно провёл пальцами по внутренней стороне бедра Джейка, вызывая у него судорожный вдох. — Но ты, Джейк... ты весь дрожишь. Смотри, как твои колени подгибаются. Думаешь, я это не замечаю?
Джейк хотел что-то ответить, но его дыхание перешло в сбивчивое, а тело отказывалось слушаться. Он чувствовал, как пальцы Хисына уверенно снимают остатки его одежды, оставляя его полностью оголённым перед ним, перед этим дьявольским взглядом, в котором горела смесь похоти и жестокой победы.
— Слов нет, да? — прошептал Хисын, его руки скользнули вверх по спине Джейка, одновременно притягивая его ещё ближе. Их тела теперь касались друг друга, кожа к коже, и это ощущение было невыносимо опьяняющим. — Не волнуйся. Ты можешь молчать. Я скажу всё за нас обоих.
— Иди нахуй, — выдавил Джейк, его голос звучал слабо, почти умоляюще. Но прежде чем он успел продолжить, Хисын снова накрыл его губы поцелуем — глубоким, грубым, заставляющим сердце Джейка забиться так, словно оно вот-вот вырвется из груди.
Руки Хисына уверенно блуждали по его телу, изучая каждую линию, каждую дрожь, и Джейк не мог больше сопротивляться. Его тело полностью сдалось этому безумному, почти болезненному желанию, которое разрывало их обоих на части.
Он грубо сжал талию Джейка, заставляя его выгнуться навстречу, их тела плотно соприкоснулись, горячие, липкие от пота. Пальцы Хисына, уверенные и сильные, скользнули вниз по спине Джейка, затем ниже, сжимая так, что на коже остались едва заметные следы.
Джейк инстинктивно схватился за плечи Хисына, пытаясь удержать хоть какой-то контроль, но это было бесполезно. Резкое движение — и Джейк оказался прижатым к кровати. Матрас мягко прогнулся под их весом, но прикосновения Хисына были далеки от мягкости.
Его губы оставляли за собой горячий, влажный след — от шеи к груди, ниже, пока Джейк не зашипел от этого слишком острого, слишком интенсивного наслаждения. Ли отступил на секунду, чтобы стянуть свою рубашку, позволив ткани упасть на пол. Хисын не церемонился, прильнувши к лежащему на кровати парню, его язык скользнул по чувствительной коже, а пальцы продолжали исследовать бедра Джейка, надавливая, раздвигая.
Джейк резко вдохнул, его спина выгнулась дугой, когда Хисын, наконец, спустил остатки ткани, отбрасывая её прочь. Теперь между ними не было ничего — только кожа к коже, жара хватало, чтобы сжечь их дотла.
Хисын чуть приподнялся, его взгляд пронзал Джейка насквозь, как пламя. Он провёл руками вдоль бедер, намеренно медленно, сжимая мышцы, заставляя Джейка извиваться под ним. Потом его пальцы скользнули ниже, осторожно, но сдавили достаточно, чтобы Джейк вскрикнул.
— Тише, — прошептал Хисын, но это было больше насмешкой, чем просьбой. Его движения становились всё смелее, быстрее, пока Джейк не почувствовал, что теряет контроль, своё тело, всё. Его дыхание было громким, сбивчивым, как и движения Хисына — жадные, уверенные, без намёка на остановку.
Каждое прикосновение, каждый толчок приближали их к краю, к тому моменту, когда уже невозможно было различить, где заканчивается Джейк и начинается Хисын. Джейк хотел бы вырваться, хотел бы снова отравить его очередной саркастичной репликой, но слова застряли где-то между рваными вдохами и острыми стонами.
— Тебе это нравится, да? — произнёс Хисын, наклонившись так близко, что их губы почти соприкоснулись. Его голос звучал ровно, словно он контролировал не только свои действия, но и самого Джейка.
— заткнись, — выдавил тот, но это прозвучало как просьба, а не оскорбление. Его тело предательски дрожало под силой, которой он никак не мог противостоять.
Ли усмехнулся, слегка прикусывая нижнюю губу Джейка, оставляя на ней болезненно-приятный след.
Их мир словно сузился до границ этой комнаты, до их кожи, горячей и влажной, до криков, которые глохли в густом воздухе. Хисын был неумолим, а Джейк, несмотря на все свои язвительные попытки оттолкнуть его, сдался, растворился, отдался полностью.
Джеюн ненавидел это. Ненавидел, как терял над собой контроль, ненавидел, что каждая черта Хисына будто создана, чтобы сводить его с ума. Он снова и снова пытался найти хотя бы малую опору, но его тело предательски дрожало под каждым касанием.
— Ты думаешь, я это делаю просто так? — шепнул Хисын прямо у его уха, его голос был низким, почти звериным.
Джейк зажмурился, но, проклятие, это только усиливало ощущения. Каждое слово, каждый толчок отзывались у него в сознании, как гром.
— Просто... заткнись... — выдохнул Джейк, отчаянно пытаясь вернуть себе хотя бы крупицу собственного достоинства.
Но Хисын лишь усмехнулся, не останавливаясь. Его движения стали грубее, как будто он хотел доказать, что он — хозяин ситуации, что только он решает, когда всё закончится.
— Ты забываешься, Джейк. Ты здесь не для того, чтобы приказывать.
— А ты, — Джейк с трудом повернул голову, его губы дрожали, но голос оставался ядовитым, — думаешь, что я позволю тебе полностью сломать меня?
Хисын замер на мгновение, его взгляд стал ещё темнее. Затем он прижал Джейка ещё сильнее, практически заставив его задохнуться от близости.
— Нет, я не сломаю тебя, — произнёс он медленно, с каким-то мрачным удовлетворением. — Я сделаю так, чтобы ты сам захотел этого.
Хисын провел пальцами по линии ключицы Джейка, будто изучая его, испытывая терпение. Касания были обжигающе легкими, но их хватало, чтобы Джейк выгибался под ним, каждый мускул кричал о сопротивлении, а кожа — о том, чтобы не останавливаться.
— Чувствую, как ты напряжен, — шепнул Хисын, его голос словно скользнул по позвоночнику Джейка. Пальцы медленно спустились к груди, надавливая на кожу, пока не нашли точки, которые заставили Джейка застонать, несмотря на всю его ярость и внутренний протест.
— Чёрт... Ли, хватит, — простонал Джейк, но это прозвучало неубедительно.
— Хватит? — насмешливо переспросил Хисын, его губы изогнулись в хищной улыбке. — А мне кажется, ты хочешь совсем другого.
Он наклонился ближе, так что их лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Его дыхание обжигало кожу Джейка, пока он скользил ладонями ниже, проходя вдоль боков, изучая каждый изгиб. Джейк стиснул зубы, его пальцы впивались в простыни под ним, как в спасительную соломинку.
— Ты пытаешься быть сильным, но всё твое тело кричит о том, что ты сдаешься, — продолжил Хисын, его голос был низким, шелковистым, опасным.
Его руки на мгновение задержались на бедрах Джейка, а затем пальцы уверенно двинулись дальше. Он сжал, но сделал это настолько чувственно, что Джейк не сдержал громкого выдоха, срывающегося на стон.
— Скажи мне, Джейк, ты когда-нибудь признаешь, что это нравится тебе? — Хисын был неумолим. Его губы касались кожи, оставляя короткие, мрачные поцелуи, пока он продолжал свою игру.
— Ты слишком самоуверен, ублюдок, — выдохнул Джейк, его голос дрожал, но взгляд горел вызовом.
— Самоуверен? — Хисын усмехнулся, чуть сильнее надавив пальцами. — Возможно. Но ты же всё равно остаешься здесь, подо мной.
Его движения становились всё смелее, всё увереннее, пока Джейк не почувствовал, что мир вокруг него медленно сгорает. Касания, стоны, горячее дыхание — всё это смешивалось в одну опасную симфонию, из которой, казалось, уже невозможно было вырваться.
И в этот момент Джейк понял, что Хисын прав. Возможно, он хотел именно этого.
Хисын наклонился ниже, прижав Джейка своим весом, как будто намереваясь окончательно лишить его кислорода. Его глаза, тёмные и пронзительные, искрились презрительной усмешкой, смешанной с чем-то более опасным — почти животным голодом.
— Ты всегда такой упрямый, Юн-а, или это только со мной? — Хисын насмешливо фыркнул, сжимая бедра Джейка сильнее. — Хотя зачем я спрашиваю. Ты же с самого начала был жалким маленьким выскочкой, который только и умеет прятаться за словами.
— Иди к чёрту, — прошипел Джейк, зубы стиснуты, дыхание сбивчивое.
— О, я уже там, — хмыкнул Хисын, проводя рукой вдоль его живота. Его пальцы намеренно задели кожу грубее, чем нужно, вызывая у Джейка резкий вздох. — А ты, похоже, делаешь всё, чтобы составить мне компанию.
— Сволочь... — Джейк зажмурился, чувствуя, как тепло накатывает волной, несмотря на протестующий разум.
— Сволочь? — Хисын внезапно впился пальцами в его бок, заставив Джейка вскрикнуть от неожиданного давления. — Это всё, что ты можешь сказать? Давай, Джеюн-и, удиви меня. Или ты настолько сломался, что остались только жалкие попытки огрызаться?
— Чтоб ты... подавился, — Джейк рывком попытался вывернуться, но Ли сжал его запястья, вдавливая их в постель.
— Подавился? — Старший усмехнулся, наклоняясь ближе. Его голос стал ниже, опаснее. — Ты думаешь, это я захлебываюсь? Тебе-то самому как дышится, а?
Джейк молчал, ярость и стыд перекатывались внутри него, мешая собраться. Это бесило его больше всего — что Хисын был прав. Его тело предательски отзывалось на каждое грубое касание, на каждое слово, сказанное с издевкой.
— Я знал, что ты сломаешься, — продолжил Хисын, снова проводя пальцами по его груди, на этот раз оставляя легкие царапины. — Это было только вопросом времени. Ты же даже не борешься по-настоящему.
— Заткнись... — процедил Джейк, но его голос дрогнул, выдавая внутреннюю борьбу.
Хисын усмехнулся, его улыбка была хищной, почти триумфальной.
— Нет, ты заткнешься, Джейк. И только тогда, когда я этого захочу.
Его движения стали еще увереннее, грубее. Он словно наслаждался тем, как Джейк срывается, как его тело отвечает, несмотря на все попытки держать себя в руках. И в этой игре Хисын явно не собирался уступать.
Тот наклонился ближе, так что их лица почти соприкоснулись. Его дыхание обжигало кожу Джейка, и тот невольно дернулся, пытаясь отвернуться, но Хисын сжал его лицо одной рукой, удерживая.
— Посмотри на меня, — его голос был ледяным, но с искрой насмешки, и это бесило Джейка ещё сильнее.
— Убери свои гребаные руки, — процедил Джейк, дернувшись под ним, но движение лишь сильнее прижало его к матрасу.
Хисын рассмеялся — коротко, хрипло, как будто ему действительно смешно.
— Ты такой предсказуемый, Джейк. Пыжишься, дергаешься, как будто это тебе поможет.
Он провёл пальцами вдоль линии челюсти Джейка, его прикосновения были одновременно мягкими и вызывающе контролирующими. Затем его ладонь опустилась ниже, к шее, с лёгким нажимом, но достаточным, чтобы заставить Джейка замереть.
— Ты можешь играть в жертву сколько хочешь, — продолжил Хисын, склонившись к его уху, — но я вижу, как тебе это нравится.
Джейк не выдержал, его глаза сверкнули гневом:
— Ты не знаешь, о чём говоришь, ублюдок.
— Нет? — Хисын резко сжал бедро Джейка, его пальцы оставили красные следы, но именно это прикосновение вызвало сдавленный стон, вырвавшийся из губ Джейка. — А как тогда объяснить это?
— Я... — Джейк пытался что-то сказать, но язык словно отказывался слушаться. Он ненавидел, что тело реагировало так, будто оно больше не принадлежало ему.
— Скажи, Джейк, сколько раз ты сам думал об этом? — продолжал Хисын, его голос был шелковистым, почти ядовитым. — Сколько раз ты представлял, что будешь так... беспомощен подо мной?
— Заткнись, Ли! — вырвалось у Джейка, но даже в этом протесте не было настоящей силы.
— Нет, — Хисын резко опустил губы к его шее, оставляя горячие, почти болезненные поцелуи. — Я хочу услышать, как ты признаешься. Как ты сдаешься.
Он скользнул рукой ниже, его пальцы уже не оставляли места для двусмысленности. Джейк зажмурился, его дыхание стало сбивчивым, каждый выдох срывался на стон.
— Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, — прошептал Хисын, его движения становились всё более жадными. — Но ты принадлежишь мне, Джейк. И, что самое смешное, ты это знаешь.
С этими словами он провёл рукой вдоль напряженной линии живота Джейка, сжимая кожу чуть сильнее, чем нужно, словно пробуя его на вкус. В комнате было тихо, но тишина казалась оглушающей, наполненной их сбивчивыми вздохами и словами, которые Джейк не решался сказать вслух.
И это тягучее, разрушительное напряжение продолжало расти, затягивая их обоих глубже в бездну, из которой уже невозможно было выбраться.
Хисын не спешил. Его движения были намеренно медленными, почти издевательскими, как будто он наслаждался каждой секундой. Пальцы скользили по коже Джейка, изучая каждый сантиметр, и в этих прикосновениях было что-то невыносимо интимное, от чего Джейк напрягался ещё сильнее.
— Хватит... играть, — выдохнул Джейк, сжимая кулаки, пытаясь найти хоть какой-то способ отвлечься от переполняющих его ощущений.
— Играть? — Хисын ухмыльнулся, его губы изогнулись в усмешке, которая была пугающе соблазнительной. — Ты думаешь, это игра, Джейк? Ты действительно не понимаешь, насколько это... серьёзно?
Его руки задержались на бедрах Джейка, пальцы слегка впились в кожу, а затем медленно двинулись выше. Джейк стиснул зубы, его тело напряглось в попытке сопротивляться, но каждое прикосновение, каждое движение Хисына казались разработанными, чтобы сломать его.
— Ты... чёртов... — начал Джейк, но фраза оборвалась, когда Хисын провёл ладонью чуть ближе к его внутренней стороне бедра. Это прикосновение было лёгким, почти дразнящим, но достаточно, чтобы заставить Джейка судорожно вдохнуть.
— Говори, — подначил Хисын, его голос был насыщен издёвкой. — Скажи, что ты чувствуешь. Давай, удиви меня, Джейк.
— Я... — Джейк попытался найти слова, но его разум был затуманен. Каждое касание Хисына разрушало остатки контроля.
— Никаких слов? — Хисын провёл пальцами по животу Джейка, его прикосновения становились всё более интимными, но он всё ещё держал баланс на грани, позволяя Джейку осознавать каждую деталь. — Удивительно. Обычно ты не закрываешь свой рот, а теперь вдруг замолчал?
— Ты просто... ублюдок, — выдавил Джейк, но даже в этом не было настоящей злости.
— Возможно, — Хисын наклонился ниже, его губы скользнули по линии шеи Джейка, оставляя короткие, горячие поцелуи. — Но тебе это нравится.
Джейк выгнулся, чувствуя, как прикосновения становились всё более уверенными. Ему хотелось сопротивляться, хотелось кричать, но его тело сдавало позиции быстрее, чем он успевал осознать.
— Чувствуешь? — прошептал Хисын, его голос был мягким, но в нём звучала властная нотка. — Это то, чего ты хочешь, Джейк. Признай это.
Джейк ничего не ответил, но его сбивчивое дыхание говорило за него. Хисын усмехнулся, скользнув рукой ещё ниже, так близко, что напряжение в воздухе стало почти невыносимым.
Каждое движение Хисына, каждое его слово продолжали рушить стены, которые Джейк так отчаянно пытался сохранить. И с каждой секундой он понимал, что уже слишком поздно.
Он наклонился, их губы встретились, но это не был нежный поцелуй. Это было грубо, жадно, почти жестоко. Джейк пытался отвернуться, но Хисын удерживал его, его пальцы крепко обхватили затылок.
— Не пытайся сопротивляться, — прошептал он между поцелуями, его голос был охрипшим, но уверенным. — Тебе это не поможет.
Джейк чувствовал, как его собственное тело предает его. Каждое прикосновение Хисына было электрическим разрядом, который оставлял за собой огонь. Он пытался игнорировать это, пытался бороться, но это было бесполезно.
— Ты такой чертовски упрямый, — выдохнул Хисын, его рука с силой сжала бедро Джейка, заставляя его выгнуться. — Но я люблю это.
Джейк резко вскинул голову, его глаза встретились с глазами Хисына. Он хотел ответить, но слова застряли в горле. Всё, что он мог сделать, это тяжело дышать, чувствуя, как весь мир рушится вокруг него.
— Ты ненавидишь меня? — Хисын ухмыльнулся, его губы прижались к уху Джейка. — Или ты ненавидишь себя за то, что хочешь меня?
Эти слова пробили Джейка насквозь. Он стиснул зубы, пытаясь удержать хоть немного контроля, но Хисын был везде — его голос, его прикосновения, его тяжесть. Это была не просто борьба за власть. Это была битва за самого себя.
— Идиот, — Джейк наконец выдохнул, его голос звучал сломленно.
Ли наклонился, его дыхание обжигало шею Джейка, когда он прошептал. —Юн-а, думаешь, эти грязные слова впечатляют? Тебе стоит увидеть, что говорит твое тело. — Его рука скользнула ниже, проведя по линиям бедренной кости Джейка. Палец коснулся чувствительного члена Джейка, заставив его вздрогнуть от удивления. Ухмылка Хисунга стала шире от реакции.
— Тебе это нравится, не так ли? — Его голос был тихим мурлыканьем, вибрирующим на коже Джейка. — Скажи мне, Шим, как сильно ты хочешь, чтобы я тебя коснулся? —Прежде чем Джейк успел ответить, Хисын обхватил рукой твердую длину, медленно сжимая ее. У Джейка перехватило дыхание, глаза зажмурились, когда он боролся с волной удовольствия, обрушившейся на него.
— Блядь, Хи, — прошипел Джеюн сквозь стиснутые зубы, его бедра инстинктивно подались вверх в теплую хватку. Ли усмехнулся, звук был хриплым и довольным. Он начал гладить Джейка всерьез, каждое движение было обдуманным и точным. Трение сводило с ума, давление было как раз таким, чтобы заставить кровь Джеюна закипеть.
Пальцы старшего танцевали по члену парня снизу, дразня чувствительную головку, прежде чем скользнуть обратно к корню.
С каждым проходом он увеличивал давление, удары становились все жестче и быстрее. Кожа Джейка была скользкой от пота, его дыхание прерывалось, пока он пытался сохранить контроль. Пальцы Хисына танцевали по члену Джейка, дразня чувствительную головку, прежде чем скользнуть обратно к корню. С каждым проходом он увеличивал давление, удары становились все жестче и быстрее. Кожа Джейка была скользкой от пота, его дыхание прерывалось, пока он пытался сохранить контроль.
— Хисын... пожалуйста!» — умолял Джейк, его голос был напряжен. Его тело было как живой провод, каждое нервное окончание было в состоянии повышенной готовности и кричало о разрядке.
— О, теперь ты умоляешь? — промурлыкал Хисын, его хватка усилилась. Он наклонился, его губы коснулись уха Джейка, когда он прошептал: — Ты хочешь кончить, не так ли? Хочешь? М?.. — Его слова были темным обещанием, насмешливым вызовом, который подтолкнул Джейка ближе к краю. Напряжение внутри него было почти невыносимым, грозя лопнуть в любой момент.
— Блядь... идиот, я... — Слова Джейка затихли в сдавленном стоне, когда прикосновение Хисына достигло новых высот интенсивности. Его тело было похоже на резинку, готовую лопнуть, и он не знал, сколько еще он сможет выдержать. Поэтому даже не задумываясь кончил себе на живот и на руку Хисына.
Джейк резко втянул воздух, когда Хисын снова перехватил его запястья, фиксируя их у изголовья кровати.
— Хватит сжимать зубы, — усмехнулся Хисын, его голос был пропитан насмешкой, и от него внутри Джейка всё буквально вспыхивало. — Ты думаешь, это поможет?
Джейк попытался что-то сказать, но вместо слов из его горла вырвался рваный звук, похожий на стон. Его тело выгнулось под Хисыном, когда тот провел кончиками пальцев по его животу, слегка надавливая, словно исследуя каждый его нерв.
— Не играй со мной, — пробормотал Джейк, его голос звучал тихо, но в нём чувствовалась борьба.
— Это ты играешь, — перебил Хисын, наклоняясь так, что их лица оказались на одном уровне. Его глаза, сверкающие под тусклым светом, пронизывали Джейка насквозь. — Думаешь, ты сможешь меня остановить?
Не дожидаясь ответа, Хисын провёл ладонью по бедру Джейка, грубо, с напором, который не оставлял места для сопротивления. Джейк попытался дернуться, но это было похоже на жалкую попытку вырваться из цепей.
— Почему ты просто не сдашься? — прошептал Хисын, его губы прижались к шее Джейка, а затем он слегка укусил, оставив яркий след. — Твоё тело давно выбрало за тебя.
Джейк резко вдохнул, его взгляд метался, словно он искал спасение, которого здесь не было. Его пальцы невольно сжались в кулаки, но даже это не помогло удержаться.
— Чего ты боишься, Юн-и? — Хисын продолжил давить, его голос был наполнен чем-то тёмным, опасным. — Того, что тебе это понравится?
— Просто... замолчи, — прохрипел Джейк, его голос был полон гнева и отчаяния, но также в нём звучала предательская нотка желания.
— Нет, — коротко ответил Хисын, снова улыбнувшись. Он наклонился ниже, их дыхания смешались, а его рука опустилась туда, где Джейк был особенно уязвим. — Я хочу, чтобы ты умолял.
Джейк выгнулся под ним, его тело буквально поднималось навстречу каждому движению Хисына, будто теряя остатки сопротивления. Его голова откинулась назад, а из губ вырвался протяжный стон.
Джейк тяжело задышал, его пальцы, сначала вцепившиеся в простыню, вдруг рванули вверх и вплелись в волосы старшего. Он потянул резко, заставив того поднять голову, и их взгляды встретились.
— Ты думаешь, можешь вот так просто меня сломать? — прохрипел Джейк, его голос был низким, полным напряжения.
Хисын лишь усмехнулся, его глаза сверкали, словно ему бросили вызов, который он давно ждал.
— Я не думаю, Джейк. Я знаю, — прошептал он, но не отстранился. Напротив, его руки сжались на бедрах Джейка, оставляя красные следы.
Джейк скривился, но вместо протеста его пальцы сильнее запутались в волосах Хисына, заставляя того слегка дернуться.
— Тогда сделай это, если уверен, — выдохнул Джейк, его слова прозвучали как вызов, но в них чувствовалось тонкое дрожание.
— С тобой никогда не бывает скучно, — усмехнулся Хисын, резко наклоняясь ближе, так что их тела снова соприкоснулись.
Джейк внезапно дернул его за волосы сильнее, заставляя Хисына замереть.
— Думаешь, ты один тут контролируешь ситуацию? — его губы дрогнули в едва заметной усмешке, которая тут же исчезла, когда Хисын схватил его за запястье и притянул руку к кровати.
— О, я в этом не сомневаюсь, — пробормотал Хисын, его тон был почти издевательским. — Но как бы ты ни сопротивлялся, я всё равно выиграю.
Его свободная рука снова скользнула вниз, а Джейк не смог сдержать тихого стона, который сорвался с его губ. Пальцы Хисына были грубыми, уверенными, но не менее раздражало то, что он наблюдал за Джейком сверху, словно ожидал ещё одной попытки сопротивления.
— ... — Джейк резко запрокинул голову назад, когда Хисын усилил давление. Его тело выгнулось.
— Вот так, Джеюн-и, — проговорил Хисын, его голос был низким и тёплым, как шелк, который обжигал. — Мне нравится, когда ты пытаешься сопротивляться. Это делает всё ещё интереснее.
Но в какой-то момент, когда пальцы Хисына нащупали слабую точку младшего, Джейк рванулся вверх, приподнявшись, его губы неожиданно столкнулись с губами Хисына в порыве эмоций. Этот поцелуй был грубым, яростным, полным как злости, так и желания, которое он больше не мог отрицать.
Хисын замер всего на мгновение, удивлённый такой дерзостью, но затем ухмыльнулся прямо в поцелуй, позволяя Джейку взять инициативу.
— Теперь ты начинаешь понимать, — прошептал Хисын, его губы снова скользнули к шее Джейка.
Но в этот раз Джейк не позволил ему полностью взять верх — его руки снова схватили Хисына, удерживая его на месте.
— Если я горю, — прохрипел Джейк, его взгляд горел ярче любой лампы в комнате, — ты сгоришь вместе со мной.
Их тела сплелись ещё теснее, и вся комната наполнилась тяжёлым дыханием и напряжением, которое уже невозможно было игнорировать.
Хисын нависал над Джейком, их тела сплелись в едва сдерживаемом напряжении. Его пальцы сильнее вжались в бедра Джейка, будто он проверял, насколько тот готов. Джейк напрягся, его дыхание стало тяжелее, когда он почувствовал, как Хисын целенаправленно ведёт к неизбежному.
— Расслабься, — почти шёпотом произнёс Хисын, его голос был низким, бархатным, с нотками хищного удовлетворения. — Или ты боишься?
Джейк бросил на него яростный взгляд, но не сказал ничего. Вместо этого его пальцы снова вцепились в плечи Хисына, словно он искал опору.
— Просто... делай, — выдавил Джейк, его голос сорвался на шепот, и он отвел взгляд, пытаясь справиться с бурей внутри себя.
Хисын не ответил. Он медленно провел рукой вдоль бедра Джейка, создавая мучительное ожидание. Затем Джейк почувствовал, как Хисын начал вставлять, действуя уверенно и настойчиво, но не торопясь.
— Чёрт... Хисын! — простонал Джейк, его тело выгнулось, и он схватился за простынь, пытаясь справиться с наплывом ощущений.
— Тише, — прошептал Хисын, его губы прижались к уху Джейка. — Ты сам хотел этого.
Каждое движение было наполнено силой и намерением, заставляя Джейка терять контроль над собой. Он пытался сдержать стоны, но они всё равно срывались с его губ, становясь всё громче.
— Блядь, ты... — Джейк судорожно вдохнул, его глаза закрылись, когда Хисын начал двигаться глубже, трахая его уже давно зажившую дырку, будто каждым своим действием разрывая остатки контроля Джейка.
— Говори, Джейк, — пробормотал Хисын, его голос звучал почти насмешливо, но в то же время страстно. — Я хочу слышать, как ты просишь больше.
— Заткнись... — прохрипел Джейк, но даже он не мог отрицать, как сильно его тело отвечало на каждое движение Хисына.
Хисын лишь усмехнулся, его ритм становился всё более интенсивным. Он наклонился, его губы скользнули по шее Джейка, оставляя за собой горячие, мокрые следы.
— Вот так, — пробормотал Хисын, чувствуя, как Джейк полностью сдаётся ему. — Я знал, что ты захочешь этого.
Комната наполнилась звуками их тяжелого дыхания, стонами и шелестом простыней. Каждое движение Хисына было продуманным, а Джейк, наконец, перестал сопротивляться, позволяя себе ощутить всё целиком.
Хисын продолжал двигаться с тем же непреклонным ритмом, его тело тяжело ложилось на Джейка, заставляя того вновь и вновь выгибаться навстречу каждому движению. Каждый раз, когда Хисын глубже входил в него, Джейк не мог сдержать громкий, почти болезненный стон.
— Чёрт... — Джейк пробормотал, его пальцы теперь вцепились в волосы Хисына, потянув его вниз. Он встретился с ним взглядом, и что-то дикое, неприкрытое промелькнуло в его глазах. — Ты... ты безумец...
— Ты просил, — прошептал Хисын, его дыхание всё чаще становилось прерывистым. Он ускорил темп, не давая Джейку времени на передышку.
Каждое движение было мощным и яростным, как если бы Хисын стремился овладеть им целиком, сломать все остатки сопротивления, и Джейк уже не знал, где заканчивается боль и начинается желание. В его теле бушевала буря, и теперь, когда Хисын начинал двигаться быстрее и интенсивнее, всё это накатывало на него как волна.
Джейк стиснул зубы, но его руки не смогли удержать Хисына, они снова впились в его спину, пытаясь удержаться в этом бешеном темпе. Он не мог остановиться, не мог больше скрывать свою реакцию. Он был целиком под властью Хисына, и каждое его движение заставляло Джейка чувствовать, как его тело начинает поддаваться.
— Пожалуйста... — вырвался из Джейка едва слышный стон, он не мог контролировать голос, который предательски сорвался, когда Хисын продолжил двигаться, его движения становились всё более глубокими и мощными.
— Наконец сдался, пёсик? — Хисын наклонился к его уху, прошептав эти слова с таким напряжением в голосе, что Джейк не мог не почувствовать, как его тело отреагировало на каждый шёпот.
— Ты... урод, — прошептал Джейк, но даже его слова теперь были полны желания, и он знал, что он не может вернуть всё назад. Шим вновь застонал, его тело сжалось, когда Хисын ускорился, каждый его толчок был как удар молнии, пронизывающий всё его существо. Он знал, что они уже близки к пределу, и всё внутри него взорвалось в этот момент, когда Хисын сделал последний мощный рывок.
— Чёрт... — прокричал Джейк, его тело вздрогнуло, когда накатила волна наслаждения, и он не мог остановиться, поглощённый этим моментом.
Хисын замер, ощущая, как Джейк сдается ему, его дыхание стало тяжёлым, а взгляд полон удовлетворения. Он оставался внутри, чувствуя, как Джейк с каждым вдохом и выдохом продолжает трепетать под ним.
После того, как они оба окончательно успокоились, тяжело дыша, Джейк стиснул зубы. Его тело продолжало дрожать от пережитых ощущений, но он не собирался оставаться в этом странном, безумном состоянии. Хисын всё ещё лежал рядом, его дыхание становилось всё более ровным, но Джейк уже не хотел больше оставаться рядом с ним. Он резко соскользнул с кровати, его тело было всё ещё напряжённым, а мышцы болели, как после долгой тренировки.
— Я иду в душ, — выдавил он, едва посмотрев на Хисына.
Хисын лишь пробормотал что-то невнятное в ответ, не пытаясь удержать его. Джейк не был уверен, что он вообще обращает внимание. Всё было слишком тяжело, слишком перегружено. Он не хотел больше смотреть на него.
Пройдя в ванную, Джейк открыл воду, настраивая душ на нужную температуру. Ощущения на коже ещё не утихли, а мысли в голове путались. Он почувствовал, как горячая вода струится по его телу, но она не могла смыть ощущений, которые до сих пор мучили его. Он встал под струи воды, пытаясь вернуть хотя бы какую-то ясность в голове.
Его мысли были разрознены и странно подавлены. Всё, что он только что пережил, будто оставило следы не только на его теле, но и в сознании, и каждое движение, каждая мысль казались странно отголосками того, что было. Вода текла по его коже, но не могла стереть тяжесть ощущений, которые преследовали его.
— Чёрт, — тихо выдохнул Джейк, сжимая руки в кулаки, как будто пытаясь освободиться от этих чувств. Это не было романтично, не было каким-то эпическим актом. Это было просто... невыносимо. Он чувствовал, как боль в теле уходит, но как-то по-настоящему он не мог этого понять.
Пальцы скользили по коже, но не успокаивали. В его глазах снова плескалась злость, когда он вспомнил о Хисыне. Всё это было слишком грязным, слишком диким. Он чувствовал, как его тело болит от всего, что произошло.
После нескольких минут стоя под горячей струёй воды, он повернулся, чтобы быстро обтереться полотенцем. Он не хотел больше думать о Хисыне. Не хотел возвращаться в комнату, где тот ещё лежал. Он знал, что это не конец, но сейчас ему нужно было быть одному.
Выйдя из ванной, Джейк снова не посмотрел на Хисына, его взгляд был пустым, а тело затрясло от усталости и раздражения. Он всё равно не был готов к тому, что только что произошло. Но он знал, что не может от этого убежать.
Джейк прошёл в свою комнату, не удостоив Хисына ни взгляда. Всё было слишком тяжело, слишком грязно, и, несмотря на желание сбежать, он знал, что не может уйти от того, что произошло. Он опустился на край кровати, его тело всё ещё сотрясалось от пережитого, но он старался держать себя в руках. Он закурил сигарету, сильно затянувшись, чтобы хотя бы на несколько секунд заглушить всё это внутри себя.
Тем не менее, в голове продолжала крутиться одна мысль: это ещёне конец. В конце концов, Хисын был рядом, а они оба знали, что между ними не будет ничего, кроме этой странной игры.
Прошло несколько минут, прежде чем Хисын наконец поднялся с кровати. Его шаги были уверенными, но как будто чуть замедленными, словно он всё ещё играл в свою игру, не забывая, что Джейк его не отпустит. Он подошёл к двери, и прежде чем Джейк успел что-то сказать, Хисын уже был рядом.
— Ты же знаешь, что не можешь уйти от этого, — голос Хисына был низким, почти ласковым, но с вкраплениями дерзости.
Джейк посмотрел на него, его взгляд был холодным, полным отвращения и недовольства.
— Я не хочу с тобой больше говорить, — выдохнул он, но знал, что это не остановит Хисына. Внутри всё бурлило, и он не мог скрыть своей растерянности.
Хисын остановился на секунду, а затем небрежно подскочил к нему, сидя рядом на кровати.
— Ты можешь не говорить, но ты всё равно мне нужен. Ты и так это понимаешь, — его слова были мягкими, но они не скрывали тот насмешливый оттенок, который так бесил Джейка.
Джейк закрыл глаза и выдохнул, пытаясь избавиться от всех этих мыслей. Всё, что он хотел сейчас — это выйти из этой комнаты и просто забыть обо всём. Но не мог. Он знал, что Хисын не отпустит, знал, что в голове у того всё ещё крутятся свои планы.
— Ты просто не можешь оставлять меня в покое, да? — сказал Джейк, почти с отчаянием. Он повернулся к Хисыну, и его взгляд был полон ненависти и желанием закончить это.
— О, я могу, Джейк, — Хисын усмехнулся, его взгляд был ещё более уверенным. — Но только если ты попросишь.
Слово "попросишь" прозвучало так, будто это было для него важнее всего. Но Джейк ничего не сказал. Он встал с кровати, вцепившись в джинсы, и подошёл к окну, пытаясь игнорировать Хисына, который следил за каждым его движением.
— Ты не можешь всё контролировать, — пробормотал Джейк, опираясь на окно. — Ты не можешь меня сломать, Хисын.
Но Хисын лишь тихо рассмеялся, почти беззвучно.
— Ты не понимаешь, Джейк, — сказал он, подходя к нему. — Ты уже сломлен. Ты просто ещё не осознаешь это.
И с этими словами он прикоснулся к спине Джейка, слегка обняв его, но его прикосновение было тяжелым, как напоминание о том, что Джейк не может уйти.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!